ВВЕДЕНИЕ 

     Управление  как вид человеческой деятельности существует с тех пор, как возникла необходимость в совместной деятельности людей. По словам нобелевского лауреата Г. Саймона, когда два человека совместными усилиями передвигают камень, который в одиночку с места не сдвинуть, здесь уже возникают зачатки управления. Простое действие приобретает два основополагающих свойства, становясь тем, что именуется управлением. Эти свойства – цель (передвинуть камень) и совместность (несколько человек объединяют свои усилия для выполнения задачи, которая невыполнима без такого объединения). Управление в самом широком смысле может быть определено как деятельность группы людей, соединяющих свои усилия для достижения общих целей [1]. Каждая историческая эпоха вносила свои коррективы в отношения субъектов управления, методы стимулирования, масштабы организации самого процесса, но только в ХХ в. появились и стали развиваться научные подходы к управлению. Двадцатый век  имеет много эпитетов, в том числе и “век управления”, поскольку прогресс, достигнутый в этом столетии, во многом обеспечен успехами в управлении.

     Основной  тенденцией развития управленческой мысли в последние 90 лет является стремление превратить управление в науку, и по мере продвижения к этой цели ведутся непрерывные дебаты о том, возможно ли это в действительности. Противоречия  между требованиями научности, рациональности, с одной стороны, и реальным поведением  людей – с другой, ставят серьезные методологические проблемы, касающиеся их взаимосвязи, одновременно являясь стимулом для развития теории управления, которую можно охарактеризовать как аккумулированные и по определенным правилам логически упорядоченные знания, представляющие собой систему принципов, методов и технологий управления, разработанных на основе информации, полученной как эмпирическим путем, так и в результате использования достижений различных конкретных наук. Спецификой теории управления является междисциплинарный характер, ее отличительной чертой – ориентация на решение практических задач. Управление имеет собственный источник познания – практику и, кроме того, пополняется знаниями из различных дисциплин, без которых оно просто не смогло бы развиваться. Но еще  большее влияние на развитие управления оказала и оказывает научная методология.

     Для социальной философии проблема управления сегодня является одной из ключевых, поскольку она затрагивает все  узловые моменты социальной теории. Кроме того, любая отрасль знания, достигнув определенной стадии зрелости, требует философского осмысления собственных оснований. Специализированные науки не способны давать оценку тем ценностям, которые предполагаются их деятельностью, – поэтому и необходим философский анализ.  

     Говоря  о теории управления, необходимо отметить, что на ее современное состояние  существенное влияние оказали науки о поведении человека – психология, социология, социальная психология и антропология. Все эти науки не могут рассматривать действия людей вне культурного контекста. Культура обновляет унаследованные из прошлого ценности и нормы с учетом происходящих в обществе изменений, транслирует их живущим поколениям, вооружает людей определенными стереотипами поведения. Эта социальная память лежит в основе ценностей, взглядов и норм поведения, проявляющихся в деятельности людей.

     Следует отметить, что при всем многообразии  имеющихся разработок в области управления, теория управления находится пока в стадии становления и ряд ее основных проблем еще не получили окончательных и общепринятых решений. При этом существенно, что методологические основания современной теории управления близки к парадигмам сегодняшней науки.  Философский анализ проблем теории и практики управления обусловлен тем, что управление, будучи синтезом науки и искусства, знания и опыта, представляет собой широкое исследовательское поле для изучения человека, его поведения в различных ситуациях, при этом феномен управления пронизывает все сферы  человеческой  жизнедеятельности.

1.СООТНОШЕНИЕ  ПОНЯТИЙ «ФИЛОСОФИЯ»  И «УПРАВЛЕНИЕ»

     Первоначально, с середины 50-х годов XX века, на роль науки об управлении претендовала кибернетика, благодаря фундаментальным работам Норберта Винера и его соратников [Винер 1968; Клаус 1968]. В дальнейшем преобладающим термином стал "менеджмент", обозначив как само управление в качестве определенных действий субъекта-управляющего, так и теоретическое отражение этой реальности - науку управления.

     Между тем "менеджмент", что этимологически означает "хозяйствование" (корень - английское слово "manage", от латинского "manus" - рука), и в своих истоках, т.е. в работах Фредерика Тэйлора и его последователей, был фактически нацелен на достижение наиболее эффективного способа хозяйствования на научных основах ("Scientific management"), постепенно расширил свои познавательные претензии, став синонимом "науки управления" ("Science of management"). И ныне стали привычными не только термины "финансовый менеджмент", "кадровый менеджмент", но также "политический менеджмент", "государственный менеджмент" ("административный менеджмент"), "социальный менеджмент", "коммуникационный менеджмент", "репутационный менеджмент" (паблик рилейшнз) и т.д.

     Содержательный  анализ начнем с "философии". Необходимость  уточнения важна не только сама по себе, но и диктуется логикой исследовательской  задачи. Действительно, уже в одной из первых публикаций по данной теме встречается весьма актуальное наблюдение: "Недостаточно четкое употребление термина "философия управления" очевидно. По нашим наблюдениям, путаница среди пишущих о проблемах философии управления вызвана прежде всего основательной путаницей вокруг самого термина "философия"" [Литцингер, Шефер, 1966, 342]. Так, авторы французского "Словаря философского языка" приводят 60 определений "философии" [Фулке, Сен-Жан 1969, 541-544]. Тем не менее (учитывая также, что сама постановка вопроса "Что такое философия?" является философским вопросом, а это означает, что вопрос этот будет вновь и вновь ставится всеми поколениями философов), все существующие понимания философии, на наш взгляд, обобщены в том определении, которое дано в старой (но вовсе не устаревшей) "Философской эициклопедии": это - форма общественного сознания, направленная на выработку целостного взгляда на мир и на место человека в нем, исследующая онтологические, гносеологические, аксеологические, эстетические и этические аспекты "суъект-объектных" взаимоотношений [Философия 1970, 332].

     Относительно  содержания термина "менеджмент", как типа деятельности, следует отметить, что существующие в литературе интерпретации  являются определениями преимущественно дескриптивного характера: "Управление - это процесс планирования, организации, мотивации и контроля, необходимый для того, чтобы сформулировать и достичь целей организации" [Мескон, Альберт, Хедоури 1995, 38]. С точки зрения атрибутативного охвата определяемого явления более предпочтительным представляется опять-таки толкование "Философской энциклопедией" управления как функции организованных систем, обеспечивающей сохранение их структуры, поддерживающей установленный режим деятельности и реализующей цели этой деятельности [Управление 1970, 282]. В плане сущностной характеристики управления наиболее точное (и краткое) из имеющихся определений следующее: это - выполнение дела посредством других людей (getting things done by other people) [Ковальски 2006, 168].

     Что касается "менеджмента", как научной  дисциплины, то специального определения  даже в самых объемных изданиях не встречается, хотя во всех их введениях  явно или имплицитно присутствует соответствующая  мысль. Тем не менее, терминологическое разграничение реальности (менеджмент-деятельность) и его теоретического отражения (менеджмент-наука) иногда просто обязательно. Так, "Словарь-справочник менеджера" определяет менеджмент лишь как "тип управления, в наибольшей степени отвечающей потребностям и условиям рыночной экономики" [Словарь-справочник менеджера 1996, 248], но тем самым переходя затем к определению термина "практический менеджмент" ставит читателя в тупик, поскольку менеджмент как деятельность по-просту не может не быть практической.

     Таким образом, наиболее существенно то, что управление - деятельность по системному регулированию труда других, иными словами, управление - это взаимоотношение субъект-объективного порядка. Действия субъекта (планирование, организация, принятие управленческих решений и др.) направлены на упорядочение деятельности объекта, действия же объекта служат обратной связью, дают основание для заключения о качестве реализации целей субъекта. Отсюда - субстратная взаимосвязь философии и управления: если философия преимущественно отражает и осмысливает взаимоотношения субъект-объект, то управление занимается вопросами регулирования этого взаимоотношения.

На основе сделанных уточнений можно приблизительно наметить специфику "философии управления", т.е. той интеллектуальной сферы, где пересекаются познавательные интересы философии и управления: она изучает концепции о месте и роли человека-субъекта в системе управления, а также формы и способы их реализации в функционировании и развитии систем управления. Как самостоятельная философская дисциплина, "философия управления" зиждется на двояком основании - формального и содержательного характера. Попытка формальной аргументации неизбежно обернется повторением уже изложенных в свое время Фридрихом Шеллингом доводов относительно права на самостоятельное существование другой философской дисциплины - "философии искусства". Известно, замечает он, как "бессовестно злоупотребляют понятием философии". Прибавка слова "философия" к "искусству" кажется соединяет противоположные сути - идеальное, субъектное, с одной стороны, и объективную реальность - с другой, тем не менее, "философия искусства" не перестает быть областью философского познания, поскольку (и пока) нацелена на характерную для философии "безусловную всеобщность" [Шеллинг 1966, 66]. Содержательная же аргументация raison d'кtre "философия управления" предполагает анализ философской мысли с точки зрения отражения фундаментальных проблем управления. 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

2 глава 

О философских  основах социального управления

      
Восприятие  и использование экономического детерминизма в качестве единственного и преобладающего по силе механизма общественного развития уже показало свою несостоятельность, поскольку привело в ХХ веке к тупику «общества потребления». Выходом может стать переход на более широкие социокультурные основания в управлении, нацеливающие общество на наращивание усилий по обеспечению условий для всестороннего развития способностей каждого социально ориентированного человека. Чтобы понять необходимость и истоки такого кардинального перехода к новой парадигме, следует рассмотреть глубинные — философские и социокультурные основы управленческой деятельности.

     В основе социоцентристской системы  находится управляемая бюрократическим  государством макросистема потребления, которой подчинены все другие подсистемы: экономики, образования и культуры, поддержания научно-технического прогресса, развития народонаселения. События последних десятилетий показывают, что в данной системе все более явно обнаруживается тупик, ибо «ресурсы конечны, а потребности бесконечны». Но, как известно,- не одним хлебом жив человек. 
Алексеевским В. С. И Шавыриным Н. В. представлена принципиально иная модель — человекоцентристская, которая приводит содержание управленческих отношений к новым принципам и ориентирам. В центре модели помещена личность, составляющая основу объекта, в нашем случае — Большого российского общества, входящего в фазу постиндустриального сообщества вместе с большинством развитых стран. По периферии модели располагаются институты, отвечающие за социализацию такой личности и за ее воспроизводство как первой производительной силы общества. Ближе к центру находятся субъекты, обеспечивающие данные институты необходимыми условиями, и создающие соответствующие механизмы (силы, факторы, производственные, социальные и другие отношения, технологии), а также социокультурную и техноэкономическую среду существования и развития каждой личности. По мере развития сумма самореализующихся личностей и сформирует новое гражданское общество и обслуживающее его государство, которые образуют новую социальную целостность.

     В индустриальную эпоху возникло учение о менеджменте рыночных организаций, практическое применение которого во второй половине ХХ в. обеспечило быстрый  рост национальной экономики во многих странах. В нашей стране, уже в процессе рыночных реформ стал формироваться интерес к теории и практике разрешения управленческих проблем в новых рыночных структурах и организациях. В становящемся постиндустриальном обществе открывается еще больше возможностей для использования интегративных, социокультурных методов разрешения управленческих проблем, которые и составляют особенность современного менеджмента. Поэтому так важно руководителям организаций и персоналу освоить основные принципы современной парадигмы рыночного управления, известного в Европе как менеджмент знаний. В России формируется его собственная версия — социокультурная концепция менеджмента [3]. Это объясняется тем, что менеджмент — это, прежде всего новая философия и новая культура управления, связанная с национальной ментальностью. Например, японский стиль управления ничего нового технически не представляет. Его загадка в культурном коде, новом типе поведения, в отношениях.[4] Происходящие в России кардинальные изменения в экономической и социокультурной жизни еще не вполне осознаны и не усвоены производительным населением как ценности нового века настолько, чтобы стать основой культуры мышления и поведения. Следовательно, социально — экономическая реальность изменяется быстрее, чем меняются наши представления о ней. В результате наши российские руководители предприятий и их коллеги на западе общаются на разных концептуальных языках, у них разная культура делового поведения, разные ценностные ориентиры и цели бизнеса. Более того, наши предприниматели не находят лигитимного взаимопонимания с российскими чиновниками именно из-за разных ценностных оснований. Эти различия порождают многие проблемы.

     Вопросы теории современного управления, в  том числе теории менеджмента  развития, невозможно решать без освоения его философских основ. Сегодня человек стремится использовать закономерности познаваемой реальной и виртуальной форм действительности, каждая из которых существует по своим законам и требует применения соответствующих методов управления.

     Так, философский подход к изучению управления реальными объектами действительности позволяет понять его происхождение, развитие, а также закономерности проявления управления в различных обстоятельствах изменяющегося мира, в способах регулирования, правилах поведения, в деятельности непрерывно изменяющегося человека и общества, то есть в социокультурной. Философия управления в социуме — это определенный способ осмысления действительности, направленный на поиск сущностных отношений управленческой деятельности, новых путей ее усовершенствования, «окультуривания» или приспособления для нужд самореализующихся групп и личностей. Руководители и лидеры подобных групп не всегда осознают социальную ответственность за принимаемые решения. При реализации управленческих решений осуществляется, как правило, определенная технология адаптации объекта к условиям окружающей среды.

     Итак, философия управления как одно из направлений социальной философии  призвана поддерживать жизнедеятельность  и обосновывать способы адаптации  и направления развития всех социальных объектов на основе сознательного использования познаваемых законов коэволюции человека, социума, природы и цивилизации. В последние десятилетия обоснование управленческих решений все чаще строится в виртуальном виде: прогнозов, моделей, схем выбора возможного поведения объекта при достижении целей.

     Философский подход к изучению виртуальной (возможной  в принципе, но существующей в воображении  или в компьютере) действительности еще только складывается. Основу его  осмысления, исследования создают учения: о ноосфере (П.Т. де Шарден, Э. Леруа), о сфере разума, руководимой духовностью развивающегося человечества (Н. Федоров, Н. Умов, П. Флоренский, Н. Бердяев), о новой высшей стадии развития биосферы, связанной с возникновением и развитием человечества (В. Вернадский) и как о сфере жизнедеятельности человека, превращенной им в новый структурный элемент космоса (К. Циолковский), а также об обществе, как о виртуальной реальности [5], как о сфере синергетического взаимодействия природы, цивилизации и культуры [6]. Некоторое продвижение в понимании и освоении управления в виртуальной сфере осуществляется в кибернетике, в экономической теории и в экономико-математическом моделировании, прогнозировании, в системах автоматического управления, где человек представлен идеями, мыслями, образами моделей проблемных ситуаций и сценариями их разрешения. Однако в подобных моделях интересы людей либо не выражены в их социокультурной полноте, либо представлены сугубо прагматическими, точнее экономическими интересами, что беднее даже таких схематических образов как «человек экономический» Адама Смита. И, тем не менее, виртуальная форма существования действительности обогащает и расширяет возможности воссоздания любых, в том числе ее синергетических и коэволюционных проявлений. Но такие возможности вошли в культуру социальных исследований недавно, что значительно их ограничивало. Так, до сих пор развитие социума рассматривалось обществоведами как бы локально: на отдельных континентах, в отдельных группах стран и местностей в определенные периоды, которые редко изучались во взаимосвязи. Средние века в Европе нам более известны, чем этот же период в Латинской Америке, Японии или в Австралии. Однако социум, если его понимать как целостное саморазвивающееся общество, имеет собственные и еще далеко не познанные закономерности развития, о которых писали Л.Н. Гумилев, Э. Ласло, Л.В. Лесков и сейчас пишет С.П.Капица, и которые напрямую связаны с формированием социокультурной сферы жизнедеятельности. Она формируется и осваивается различными частями социума путем обмена и распространения информации, знаний, ценностей и объективных ограничений — запретов. И потому становится все более понятной идея ноосферы, как материализующейся сферы разума, которая окружает землю и одновременно становится основой виртуальной формы его существования и развития. Человечество по мере «уплотнения и насыщения информацией» ноосферы начинает ее активно использовать непосредственно и становится, как об этом пишет ряд ученых, — информационным обществом. Движущей силой воспроизводства данного феномена выступает процесс самодвижения в ноосфере как движение создаваемых, осваиваемых и передаваемых новых знаний, верований, ценностей, обычаев, способов эффективного общения при формировании личной и национальной культуры жизнедеятельности [7]. 
Однако понимание формируемого социума как информационного общества не совсем верное. В данном определении наблюдается преувеличенное значение использования информационных технологий в общении и передаче информации на основе современных средств и способов связи, которые при этом не изменяют «на цифровую» — социокультурную сущность содержания передаваемой информации. [2] Данная формулировка демонстрирует опасное увлечение технократической стороной социальной действительности. Однажды уже общество увлеклось экономическим детерминизмом и уверовало, что пролетарские революции представляют кардинальный и единственный способ обновления действительности. В последней четверти ХХ в. общество увлеклось идеей автоматизма сугубо рыночного экономического регулирования социума и уверовало в либеральные свободы и в ничем не ограничиваемые «права человека» наращивать потребление благ и услуг, что и привело человечество в тупик безудержного и опасного потребительства. Ныне возникла необходимость рассмотрения иной — не экономической субстанции управления социумом. Образ современного человеческого сообщества следует точнее связывать с понятием социокультурной целостности. Человечество уже способно осознавать социум как новую системную связь, как продуктивную культуру жизнедеятельности. Оно пытается использовать эту связь в регулировании своего целостного, глобального поведения и, следовательно, в управлении собственным развитием. [6] Так, уже используется современное понимание законов распространения информации в качестве обратной связи в культуре коэволюции систем, о которой писал Н.Н. Моисеев. В другом случае предлагается постижение законов устойчивого развития организаций, раскрываемых на основаниях культуры менеджмента и социальной синергетики; либо как познание законов взаимосвязи и взаимодействия природных, производственных и социальных объектов и их социокультурной среды. [8]

     В круг философских вопросов входят задачи понимания и описания происхождения  и развития изучаемого объекта, взаимодействия общего, целостного его проявления и его частей. Философия рассматривает их исторически и логически как соотношение реального процесса развития объекта и его отражения в мышлении. 
В ХХ веке из общей философии выделилась философия науки, которая изучает проблемы развития науки: структуру научной теории, ее функции в обществе, способы подтверждения научных законов и гипотез, методы научных исследований предмета и объекта конкретных наук [6]. 
В перспективе наука будет изучать возможные ресурсы человека, его сущностные силы по самореализации в искусственно созданном мире гуманизированной реальности [10]. Философия науки управления развитием современного общества использует ее прежние важнейшие достижения, в частности, в диалектической логике — субстанциональный подход к отношениям управления в социуме [9]. Этот подход, как нам представляется, позволяет освоить более глубокие — сущностные истоки социального управления, что необходимо для его обновления. 
Изучение уровней проявления социокультурной сущности управления позволяет отметить тенденцию нарастания сложности содержания управленческого импульса при переходе от уровня всеобщего к особенному и частному. Трансформация происходит за счет его наполнения все более сложным интеллектуальным продуктом в виде социально-ответственного и гуманистического содержания управленческого решения. Например, рассмотрим нарастание сложности при переходе от абстрактных ко все более конкретным уровням передачи (импульса) решения по поводу реагирования объекта на изменения внешней среды, а также изменение условий для выполнения этого решения.

     На  уровне всеобщего: содержание импульса формируется как реакция объекта  на изменения природной (психобиоэнергоинформационной) среды: тепло, другие излучения, влажность  и т.п. ощущения и потребности  устранения дискомфорта; бессознательное, интуитивное решение — адаптация и диссипация (самореконструкция) живого объекта как условия роста всего живого. На уровне общего к предыдущим элементам содержания управления добавляются: рациональный отбор ресурсов, оптимизация экономического поведения и экономического мышления, сформированного институтами (т. е. виртуальной структурой норм и требований общества), а также выбор других элементов, выступающих условиями роста какой-либо экономической системы, либо всего целеориентированного рыночного общества. На уровне особенного ко всем предыдущим элементам управленческого импульса (решения) добавляются отношения эгоизма и альтруизма, решаемые в ключе социального отбора, а также креативные проявления интеллекта, т.е. результаты творчества в деятельности людей как условия развития социума. На уровне частного решения к содержанию управленческого импульса добавляются потребности в интеграции, обеспечении целостности объекта, формирования условий для его коэволюции и синергизма в социокультурной среде. В перспективе оценивается как возможное формирование философии человекоцентризма в новых координатах развития человека-гражданина постиндустриального общества. Именно такое видение нарастания социокультурной сложности управленческого решения должна содержать общая теория управления развитием социальных и экономических объектов, чтобы строить модели для организации эффективного управления на уровне конкретного предприятия или учреждения. Очевидно, что создание условия для самодвижения личности в современной организации потребует создания самой сложной социокультурной системы управления, поскольку мир людей настолько изменен цивилизацией, что «электронная система стала продолжением центральной нервной системы» [12]. 
Таким образом, дальнейшая разработка основ научного управления позволяет понять недостаточность только экономических или эгоистических (политических) обоснований для принятия оптимальных управленческих решений о развитии социальных объектов, поскольку при этом не рассматриваются более глубокие пласты — социокультурные основы деятельности людей, групп, организаций. 
В российских научных традициях сложилось целостное восприятие национального хозяйства и управление им, идущее еще от И.Т. Посошкова, а затем и от российской и советской политэкономии. В этой связи уместно продемонстрировать роль и место экономической сферы исследования управленческого пространства в системе уже освоенных направлений менеджмента. Очевидна недостаточность только экономической информации для обоснования все более сложных проблем управления в развивающемся социуме. Одновременно возникает потребность в интегративных и ответственных решениях, которые с необходимостью приходится строить на основе чрезвычайно неопределенной управленческой информации, получаемой не только из экономической, но и из социокультурной сферы жизнедеятельности организаций, учреждений и объединений населения.

     Исследование  управленческих взаимодействий на всех уровнях позволяет построить  более основательную теорию управления развитием целостного социума, не разделенного «административно» на сферы государственного, муниципального и рыночного регулирования. Это необходимо делать как в реальной, так и виртуальной формах действительности становящегося информационного, а точнее — социокультурного постиндустриального общества. Философия научного управления позволяет понять, что в триаде «цель — средство — результат (ценность)» наука поглощена опосредованием или средством. Начало и конец не подвластны науке [10]. Попытки достигнуть научно сформулированных общественных идеальных форм не оправдывались никогда. В практике управления доказывается, что нет прямого пути от научной истины (идеала) к результату (цели), поскольку он опосредован формируемой системой отношений управления, которые в самом общем виде могут быть представлены управленческой деятельностью, раскрывающей косвенный, опосредованный характер достижения цели. 
Модель целостного, неразделенного социального управления (рис. 3) показывает, что между сферой науки (истиной) и результатом (целью) образуются виртуальная и социокультурная области целеполагания. Сначала формируется идеальный образ (идея, мечта, проект) деятельности, который может привести к результату, предсказываемому наукой, если управление будет соответствовать жизненным требованиям. В качестве обретших актуальность требований философия научного управления выдвигает следующие: «власть, управление должны ориентироваться на соблюдение, поддержание жизненной гармонии, бережное, осмотрительное, сбалансированное отношение к перспективам обеспечения судьбы, выживания всех единиц социальности, начиная с индивида, популяции, этноса и кончая народом, нацией, цивилизацией в целом» [10].

     В теории современного менеджмента в  качестве идеала, организующего деятельность, выступает миссия организации, группы, человека, т.е. выраженное ими общественное предназначение объекта. Миссия выступает объединяющим началом для всех участников бизнеса или другой деятельности, т.к. выражает потребность реализации их общих интересов. Для того и создается организация, чтобы обеспечить всем ее членам возможность достижения их целей. Однако помимо формирования требований к качественным характеристикам участников (единство целей, профессиональная готовность и пр.), миссия обладает способностью выдвигать ценностные требования к отношениям управления. В результате формируется единое требование ко всей системе целей, ценностей, правил, стилей и норм поведения, которые, собственно, и составляют содержание трансакций между субъектом (руководителем) и объектом (персоналом). 
Представленная на рис. 3 схема, следовательно, выступает как социокультурная модель достижения результата структурой (ячейкой общества) за счет приведения содержания управленческих отношений к требованиям науки (система принципов) и к требованиям культуры (система ценностей) одновременно. В данной модели в качестве перспективной возможности в полной мере проявилась также современная тенденция замены научных принципов на идеалы и ценности в качестве ведущих ориентиров и принципов социального управления [10]. Поэтому представленная выше схема раскрывает парадоксальную взаимосвязь науки и искусства в управлении и коммерческими, и социальными объектами. 
С одной стороны, цель организации может быть научно определена, рассчитана в качестве определенных результатов причинных действий персонала и руководства. Для этого используются известные технологии стратегического и инновационного менеджмента, которые позволяют на основании анализа ситуации, тенденций и других переменных рассчитать или прогнозировать достижение конкретных экономических и социальных результатов, ожидаемых в стратегической перспективе. Стратегический «взгляд из будущего» позволяет сформулировать требования к организации всей системы управленческой деятельности: планированию портфельных, деловых и функциональных стратегий, которые должны привести к формированию стратегического потенциала конкурентоспособности и, следовательно, к обретению лидерских позиций в прогнозируемой реальности. С другой стороны, непредсказуемость глобализующегося рынка, которая многократно усиливается непредсказуемостью социокультурной сферы (поведение политиков, идеологических спекулянтов, ангажированных СМИ, несведущего населения, т.е. человеческого фактора), нередко сводит на нет глубокие научные расчеты и обоснования в управлении. Поэтому в новых условиях должны осваиваться управленческие технологии информационного века и ценности культуры управления возникающего постиндустриального общества. Так, в дополнение к учету влияния техногенных циклов, развивающихся согласно принципам экономического детерминизма, необходимо учитывать социокультурные циклы с их глобальной неопределенностью (например, в демографии, миграции рабочей силы, росте образованности населения развивающихся стран) при стратегическом анализе ситуации и ее прогнозировании.

     Но  это уже область социальной синергетики, вторгшейся в теории управления развитием  социума и экономики [3]. Поэтому  для ситуаций кризисных, близких  к хаосу, в качестве виртуальной  модели предусмотрено использовать преимущества синергетического подхода к управлению, для которого гораздо важнее ответить на вопрос: чего не нужно делать? Именно эти ответы необходимо закладывать в основу стратегии развития отраслей, регионов, организаций и учреждений, находящихся в кризисной ситуации. Формирование достаточных условий развития для государства и регионального сообщества как для открытой социальной системы следует рассматривать именно с позиций поведения диссипативных (самореконструируемых) структур. С этой целью используются методы теории самоорганизующихся систем (синергетики). Подобный подход помогают осуществлять социокультурная концепция менеджмента и социальная синергетика, контуры которой к настоящему времени сложились достаточно понятно для формирования теории управления развитием. Но проблема состоит в использовании данных концепций к решению практических задач общественного развития в применении присущих данной теории понятий «самоорганизация» и «диссипация». Необходимо усилить внимание к социокультурному, политическому, экологическому и экономическому окружению, что требует рассмотрения расширенного воспроизводства всей социокультурной среды (а не только экономической) как необходимого условия жизнедеятельности любого социального объекта (рис. 4). Содержание каждого этапа развития определено самим объектом: его формой, содержанием, иерархическим уровнем в социальной системе. 
Использование виртуальной модели развития как синергетической фрактали раскрывает своеобразие содержания каждого из этапов воспроизводства. Во-первых, с позиций социальной синергетики: 
1) эволюция, в рамках техногенного цикла; 
2) ценностно-определяющий этап — самоопределение; 
3) флуктуация как самоактуализация; 
4) творческое самоопределение, диссипация как саморазрушение и поиск элементов новой формы — бифуркация; 
5) конструктивно-обновляющий аттрактор — самореализация нового качества с новыми ценностями и ресурсами. 
Во-вторых, каждый этап имеет управленческое содержание, свои технологии и конечные результаты в достижении целей этапа: 
1) организация эволюционного жизненного цикла развития в рамках сложившихся условий экономики и социума; 
2) формирование в рамках стратегической деятельности инновационного потенциала, создающего иные ценностные ориентиры развития в ожидаемых, прогнозируемых условиях; 
3) организация условий для выхода творческой энергии накопленного инновационного потенциала организации с минимизацией разрушающего влияния диссипации; 
4) поиск предпочтительных вариантов, формирование групп влияния в процессах самоопределения – самоактуализации – самореализации; 
5) создание организационных условий, действия по реструктуризации или принципиальному обновлению объекта. 
В-третьих, на каждом этапе в зависимости от иерархического уровня социального воспроизводства рассматриваются соответствующие объекты (регион, отрасль, предприятие, учреждение, группа, семья), уровни менеджмента, его элементы, технологии и стратегии. 
В-четвертых, между этапами «3», «4» и «5» возникает «поле неопределенностей», когда даже слабая флуктуация может привести объект к реорганизациям с непредсказуемым результатом, когда на изменение влияют факторы социального отбора, которые и играют роль побудительной силы, ответственной за самоорганизацию. Это делает понятным как спонтанный, так и стохастический характер социальной самоорганизации [2], способной развиваться и в непредвиденной ситуации. 
Поэтому мы рекомендуем применение синергетической фрактали в качестве единообразной модели для анализа и регулирования поведения объекта развития в кризисной ситуации, что более продуктивно для быстро меняющихся условий среды, нежели использование традиционных моделей, основанных на эволюционном жизненном цикле, протекающем в неизменной среде. 
Таким образом, рассмотренные в статье общенаучные подходы и принципы исследования, реальная, виртуальная или энергоинформационная и социокультурная сферы исследования, уровни исследования управления, механизмы как импульсы реализации отношений управления составляют в целом достаточные методологические основания для более глубокого изучения и более эффективной организации процессов современного управления устойчивым развитием объектов экономики и социума. 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

УПРАВЛЕНИЕ  КОНФЛИКТАМИ С  ТОЧКИ ЗРЕНИЯ ФИЛОСОФИИ

     Человечество  задумывалось над проблемой преодоления  конфликтов с древнейших времен. Как правило, решение данной проблемы виделось через организацию общества, установление «правильных» государственных учреждений: та или иная форма правления или организация государственного управления призваны были не допускать возникновения конфликтов между людьми. Сами конфликты представлялись как недостатки людей, их ограниченность как следствие имущественного и социального неравенства. Сюда можно отнести идеи философов и мыслителей с древности и практически до XIX века. Это законы Хаммурапи, китайские стратегемы, идеальное государство Платона и изыскания Аристотеля, «Град Божий» Аврелия, идея общественного договора и прав человека, разнообразные утопические государства.

     С началом научного изучения проблемы конфликтов в обществе представления о конфликтах и их преодолении изменяются. Социал-дарвинисты считали конфликт необходимым элементом для общества, а способ разрешения конфликтов виделся в борьбе людей, классов, обществ, так как выжить должен был сильнейший. К. Маркс развитие общества видит в изменении формаций. Здесь также способом разрешения социальных противоречий является борьба. Философия жизни отвергает всякую возможность контролировать и управлять конфликтными отношениями, так как они являются иррациональным жизненным порывом, творящим новые формы. В экзистенциализме закладывается такое понимание основ и причин человеческого поведения, которое считает его непознаваемым до конца, а значит и неконтролируемым, неуправляемым. Это же распространяется и на конфликтные отношения. Т.е. в основе свей человек всегда стремиться сохранить себя, а значит и свою сущность. Конфликт понимается как неизбежное следствие существования других людей в мире. В основе преодоления конфликтных отношений лежит осознание того, что «я - основа бытия другого, благодаря мне «имеется другой», я - условие раскрытия его возможностей». На место обладания, отрицания, конфликта встает великодушие: ничего не требовать от других, но самому способствовать его раскрытию. Действие - «делать необходимое» в данной конкретной ситуации. В постмодернизме утверждается, что не существует одной правильной реальности и правильного ее понимания, так как каждый человек имеет собственное интерпретацию этой реальности, которая зависит от самого человека. То или иное поведение индивида вызвано не его мотивами, а его пониманием окружающего мира. Тем не менее, дисфункции (конфликты) в обществе составляют часть функционирования социальности, они креативны и функциональны.