Филосовское учение Аристотеля

     ГОУ ВПО

     ДВГУПС 
 
 
 
 
 
 
 

     Кафедра: «Философия» 
 
 

     Контрольная работа по философии:

     Философское учение Аристотеля. 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

     Выполнил: Белоусова М. С.

     Шифр: КТ-10-АТС-309

     Проверил: Зангиров В. Г. 
 
 
 

г.Хабаровск

2011 год 

Содержание:

               Введение.

1. Понятие материи и формы в философии Аристотеля.
2. Теория познания Аристотеля. Учение о пассивном и активном разуме.
3. Учение Аристотеля о государстве.

Заключение.

Список литературы. 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

     Введение.

     Аристотель  родился в 384/383 гг. до н. э. в Стагире, на границе с Македонией. Его отец был врачом на службе у македонского царя Аминта, отца Филиппа. Вместе с семьей молодой Аристотель жил некоторое время вблизи царских чертогов в Пелле, наблюдая придворную жизнь. Восемнадцати лет отроду, став сиротой, он прибывает в Афины, чтобы поступить в Платоновскую академию, где он и созрел как самобытный философ, на что понадобилось добрых 20 лет. Он оставался в стенах Академии вплоть до смерти Платона. Определенно, в течение этих лет Аристотель хорошо усвоил платоновские принципы, защищая их и одновременно подвергая критике, пытаясь придать им новое направление. В год смерти Платона, он покидает Академию. Он оставляет Афины и направляется в Малую Азию.

     С этого времени он живет в Ассе с другом по Академии Ксенократом, где они с платониками Эрастом и Кориском основывают свою школу под покровительством Гермия, тирана города Атарнео в Азии. В Ассе он остается почти три года и женится на Пифиаде, затем уезжает в Митилену на о.Лесбос. Этот период жизни Аристотеля необычайно важен, Аристотель прочитал курсы лекций по философии, а в Митилене еще были проведены в творческом союзе с преданным перипатетиком Теофрастом естественнонаучные исследования.

     С 343/342 г. начинается новый период жизни  Стагирита. Его требует ко двору Филипп Македонский и поручает ему воспитание своего наследника Александра, человека, судьбой уготованного перевернуть новую страницу в истории Греции. Не так много известно об отношениях между этими великими людьми, полководцем и философом. Известно, что Аристотель разделял идею объединения греческих городов под македонским скипетром, но вряд ли он принимал идею эллинизации варваров и приведения их к единому знаменателю с греками. Политический гений его ученика открыл исторические перспективы, настолько новые и дерзкие, что они и не снились учителю в свете философских и политических категорий. При македонском дворе Стагирит оставался до тех пор, пока Александр не взошел на трон, примерно до 336 г.

     Наконец, в 335/334 г. Аристотель вернулся в Афины, где снял в наем несколько зданий вблизи храма в честь Аполлона Ликейского, откуда пошло наименование школы - Лицей. А поскольку свои лекции Аристотель читал, прогуливаясь по тропинкам сада, школа стала называться Peripatos - от греч. - прогулка. В Лицее, противопоставлявшем себя на какое-то время Академии, прошли наиболее плодотворные годы Стагирита, годы завершения и систематизации его философских представлений.

     В 323 г. до н.э. умер Александр, это событие  вызвало сильную антимакедонскую  реакцию в Афинах, что не могло не затронуть и Аристотеля, учителя великого монарха. Формально ему было предъявлено обвинение в "безбожии", поскольку он сочинил гимн в честь Гермия в выражениях, подобающих лишь богам, но не смертным. Философ был вынужден бежать в Халкиду, где у него было поместье, оставив Теофрасту управление Лицеем. После немногих месяцев ссылки он умер в 322 г. до н.э. 

1. Понятие материи и формы  в философии Аристотеля.

     Начало  систематическим исследованиям  идей материи и формы положил  Аристотель, причем в его философии они имеют фундаментальное, первостепенное значение. Он же заложил основу понимания их как логических категорий.

     Субстанция  вообще, полагали натуралисты, состоит  из материальных элементов (первоначально). Платоники видели ее в форме. Здравый  смысл, как кажется, ищет субстанцию в индивиде и в чем-то конкретном, сделанным из формы и материи одновременно. Кто же прав? По Аристотелю, правы все и никто в том смысле, что каждый из ответов, взятый отдельно, однобок и частичен, напротив, вместе они, будучи согласованы, дают истину.

     1) Материя (от греч. – лес, как строительный материал) есть начало, без сомнения, образующее реальность чувственно воспринимаемую, в этом смысле, она - "субстрат формы" ( дерево - субстрат формы дома, глина - субстрат чаши). Теряя материю, мы теряем весь чувственный мир. Но материя сама по себе - это недетерминированная потенциальность. Стать чем-то определенным и актуализироваться она может, лишь приняв форму.

     2) Форма же, напротив, поскольку она  определяет, актуализирует, реализует материю, образует "естьность" всякой вещи, т.е. то, что есть ее сущность, а потому - это субстанция в полном смысле слова.

     3) Эта композиция материи и формы, и есть субстанциональность, объединяющая начало материальное и начало формальное. 

       Материя

       Понятие материи было введено  не им. Он же писал: "Из тех,  кто первые занялись философией, большинство считало началом  всех вещей одни лишь начала  в виде материи: то, из чего  состоят все вещи, из чего первого  они возникают и во что, в  конечном счете, разрушаются, причем основное существо пребывает...".  Аристотель понимал начальную материю как, то, из чего первого состоят вещи. Здесь две идеи: материя это то, из чего вещи состоят, и это - первоначало.

     Указание  на материю как единственную или  главную причину Аристотелю представляется недостаточным для достижения провозглашенной основной цели в трех отношениях: во-первых, потому что не объясняет разнообразия вещей, во-вторых, потому что не объясняет движения (возникновения и уничтожения) и, в-третьих, потому, что не объясняет совершенства в мире.

     Исходя  из этого критического отношения  к традиции, Аристотель переосмысляет  понятие материи и выдвигает  три основополагающие идеи - о форме, о движущей причине и о первенстве разума перед материей.

     У предшественников Аристотеля взгляды на материю были сугубо онтологическими, сначала они остаются такими же и у него. Поэтому Аристотель определяет онтологическое место материи в аспекте "материя-разум". Указывая на гармонию в мире ("вещи находятся в хорошем и прекрасном состоянии", или стремятся к этому), Аристотель говорит: "причиной этого не подобает быть ни огню, ни земле, ни чему-либо другому в этом роде..." Причина совершенства мыслится также как движущее первоначало. Однако Аристотель идет дальше первых философов и переосмысляет понятие материи.

     Во-первых, он преодолел "физикализм" в ее понимании. Физикализм в понимании  материи наиболее выпукло проявился  гораздо позже, в 18-19 веках, когда  под материей стали понимать исключительно  вещество, главным признаком которого является наличие массы покоя. Но он был присущ и первым философам в несколько более абстрактной форме признания за материей лишь телесных качеств. Именно это Аристотель решительно и определенно отверг: "Те, которые признают единство вселенной и вводят единую материальную основу, считая таковую телесной и протяженной, явным образом ошибаются во многих отношениях... Они устанавливают элементы только для тел, а для бестелесных вещей - нет, в то время как есть и вещи бестелесные". В этом утверждении и заключается преодоление физикализма в понимании материи. Во-вторых он дает весьма абстрактную формальную экспликацию материи: "под материей я разумею то, что само по себе не обозначается ни как определенное по существу, ни как определенное по количеству, ни как обладающее каким-либо из других свойств, которыми бывает определено сущее" В-третьих, он формулирует такие идеи в понимании материи, которые продвигают Аристотеля по пути к логической категории материя/форма. Прежде всего, это идея относительности понятия материи. В природу вещи входит первая материя:  "первая при этом - в двух смыслах, или как первая по отношению к данной вещи, или как первая вообще" .

     Понятие первая материя по отношению к  традиции переосмыслено. На вопрос "из чего состоят вещи?" Аристотель предлагает не однозначное указание на первоначало, а также указание на то, из чего вещь состоит как из своего специфического ближайшего материала:  "есть некоторая своя материя у каждой вещи".

     Углубление  линии на преодоление физикализма  и утверждение относительности материи - прямые утверждения существования бестелесной материи: "есть материя - одна, воспринимаемая чувствами, другая - постигаемая умом; воспринимаемая чувствами, как, например, медь, дерево и всякая другая подвижная материя, а постигаемая умом...- примером здесь могут быть объекты математики". И ещё: "формулировка, дающая определение, всегда указывает что-нибудь о чем-нибудь, и одно здесь должно играть роль материи, другое - роль формы".

         Форма

     Выдающимся  вкладом Аристотеля в онтологию является его учение о форме. Поскольку материя, как начало, не объясняет не только гармонии, но и разнообразия вещей и его происхождения, "нужно исследовать...вопрос, является ли что-либо кроме материи самостоятельной причиной". Форма для Аристотеля является сущностью в смысле первоначала и сутью бытия сущности как отдельной вещи. Введение идеи формы - начало собственно аристотелевской онтологической концепции материи и формы. Основные идеи здесь следующие.

     Сущностью является то, что лежит в основе, а именно - материя и форма. Они не существуют в виде отдельностей (правда, форма может обособляться в мысли). Самостоятельным существованием обладает то, что состоит из материи и формы.

     Итак, утверждаются две основные сущности-основы или два первоначала - материя и форма. Материя - не вещь, но возможность вещи; в форме же обнаруживается действительность вещи. Материя и форма не могут обособляться как таковые, они только в вещи как ее составляющие.

     Что понимает Аристотель под формой. Этот вопрос имеет у него не столь ясный ответ, опирающийся на множество экспликаций. Идея формы восходит к платоновой идее идеи, но форма, в отличие от платоновых идей, не имеет самостоятельного существования, она существует только в вещи.

     Четыре  характеристики формы являются главными:

• форма есть первая сущность или первоначало (наряду с материей). У вещи нет собственной природы, если у нее "нет видовой формы";
• форма есть внешний образ вещи;
• форма обеспечивает действительность вещи. Возникновение вещи из другой вещи есть наделение материи новой формой. Этот процесс имеет цель (принцип энтелехии): "последней целью является форма, а закончено то, что пришло к последней цели". Это есть осуществленность в действительности, энтелехия как достижение формы-цели;
• форма есть суть бытия (сущностное определение) вещи: "суть бытия дана всякий раз в форме и действительности". Следовательно, форма не совпадает с вещью в ее полноте, а "обозначает такую-то качественность в вещи и не есть как такая эта вот определенная вещь".

     Аристотелева  идея формы не может быть сведена к одному из этих определений, например, что это суть бытия, или внешний образ. Только их совокупность и синтез дает правильное понятие. Важнейшая онтологическая идея Аристотеля заключается в утверждении первенствующей роли формы, в ее активности в определении вещи. "Материал, из которого состоит или возникает вещь... не способен к оформлению и к изменению собственной своею силою". Именно поэтому "форма, стоит впереди материи … и впереди того, что слагается из них двоих".

     Отсюда методологическое требование: "То, согласно чему существует что-нибудь, в первую очередь указывается форма, а на втором месте... материя каждой вещи" .

     Материя и форма как первые сущности или  первоначала не могут мыслиться  как относительные. Но что касается их как определений конкретных отдельных вещей, то тут дело обстоит иначе. Части формы Аристотель называет материей! Именно эта мысль подводит к совершенно абстрактно - логическому пониманию материи, а форму представляет как не простое, а как состоящее из частей, составляющих её материю.

     Взаимная  относительность материи и формы  проявляется также и в том, что Аристотель наделяет материю  явственной функцией формы. Отмечая  очевидный факт, что из одной и  той же (специфической) материи могут  быть созданы разные вещи, например, из древа ящик и кровать, Аристотель говорит: "А у некоторых вещей, если они разные, материя с необходимостью должна быть другая, например, пила не может получиться из дерева, и дело тут не в движущей причине: ей не сделать пилу из шерсти или дерева". Значит не одна только форма определяет суть бытия пилы! Определяет и материя, причем именно в самой главной характеристике формы - как сути бытия. Внешнюю форму пилы можно ведь придать и доске. Но пилы не будет, так как не будет сути ее бытия.

     Преодоление физикализма в понимании материи  и формы, раскрытие относительности  идеи материи и взаимной относительности  материи и формы - вот те главные  моменты, которые позволяют утверждать, что Аристотель положил (не вполне осознанно) начало философской рефлексии логической категории материя/форма. 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

        2.Теория познания Аристотеля. Учение о пассивном и активном разуме.

       У Аристотеля нет специальных работ по теории познания. Но о познании он, естественно, говорит везде - и в метафизических, и в физических, и в логических своих сочинениях, а также в трудах, посвященных этике и политике.

         Вторая сторона основного вопроса философии - вопрос о познаваемости мира - не является для Аристотеля дискуссионным. У Аристотеля "нет сомнения в объективности познания", что для этого мыслителя характерна "наивная вера в силу разума, в силу, мощь, объективную истинность познания". И в самом деле, "Метафизика" открывается словами философа: "Все люди от природы стремятся к знанию". Любовь к знанию - любознательность - прирожденное свойство людей, свойственное им и животным. И эта любовь не бесплодна. Вера Аристотеля в объективность познания и в силу и мощь разума хорошо просматривается в той полемике, которую вел Аристотель против тех, в ком можно увидеть тогдашних, более примитивных субъективных идеалистов и скептиков.

         Опровержение скептицизма. В "Метафизике" Аристотель выводит на сцену анонима, который "ничего не принимает за истинное". Аристотель высмеивает этого человека с позиции жизни, подчеркивая, что "на самом деле подобных взглядов не держится никто", в том числе и этот человек. В самом деле, спрашивает Аристотель, почему такой человек идет в Мегару, а не остается в покое, когда думает туда идти? И почему он прямо утром не направляется в колодезь или в пропасть, если случится, но очевидным образом проявляет осторожность, так что он на деле не в одинаковой степени считает для себя падение в пропасть или в колодезь благоприятным и неблагоприятным?

         Значит, такой человек понимает, что одно для него лучше, а другое хуже. Отсюда Аристотель делает вывод, что не все в одинаковой мере истинно. Есть более и менее истинное. Ведь не в одинаковой мере заблуждается тот, кто принимает четыре за пять, и тот, кто принимает четыре за тысячу. Не все одинаково неистинно. А отсюда следует, что тезис, что ничего нет истинного в том смысле, что все одинаково ложно, опровергнут, а вместе с тем опровергнут и тот, кто "ничего не принимает за истинное".

     Оборотной стороной этого тезиса является противоположный тезис, что, все истинно. Этот тезис уже не анонимен. Аристотель связывает его с именем Протагора. С падением первого тезиса падает и второй.

          Конечно, двум людям об одном и том же предмете может показаться прямо противоположное. Но это противоречит тому, что мы выше назвали основным законом бытия. Это противоречит и жизни. Нельзя жить, не зная, что это: человек или не-человек. Аристотель обращается, таким образом, к непосредственной практике людей, с одной стороны, а с другой, он использует свой закон бытия (и мышления), запрещающий приписывать предмету противоположные, а тех. более противоречивые свойства, поскольку в объективной действительности актуально такого не может быть.

     Опровержение  субъективного идеализма. У Аристотеля нет, разумеется, ни термина "скептицизм", ни тем более термина "субъективный идеализм", хотя, по существу, он о них знает.

     Трудность познания. Однако истинное познание трудно, ибо сущность как предмет познания скрыта. Аристотель различает более  явное и известное для нас и более явное и известное с точки зрения природы вещей. Первое - это тот мир, который дается нам в чувственном восприятии, а второе - сути бытия и причины (формы) отдельных вещей и тем более первоначала и первопричины.

     Основная  проблема гносеологии. Здесь перед нами снова та проблема, о которой мы говорили, выясняя, почему в метафизике Аристотеля уровня бытия единичных, отдельных предметов недостаточно, ибо знание возможно только об общем. Такое знание должно иметь свой предмет - уровень сутей. Не ясно, однако, как возможно познание, если наука познает только общее, а в полном смысле слова существует только отдельное, единичное? "Значит, пропасть между наукой и реальностью? Значит, бытие и мышление несоизмеримы?" Отметив уверенность Аристотеля в познаваемости мира, В. И. Ленин продолжает: "И наивная запутанность, беспомощно-жалкая запутанность в диалектике общего и отдельного - понятия и чувственно воспринимаемой реальности отдельного предмета, вещи, явления". Действительно, в своей гносеологии Аристотель колеблется между сенсуализмом и рационализмом, так и не будучи в состоянии однозначно определить соотношение того, что мы называем чувственной и рациональной ступенями познания. Аристотель, конечно, заведомо не противопоставляет чувственное и разумное. Он стремится к единству чувства и разума, но не может его обрести. Вопрос об отношении чувственной и рациональной ступеней познания - это третья, после вопросов об отношении общего и единичного, ума и тела, проблема, которую Аристотель не в состоянии разрешить.

     Сенсуализм  и эмпиризм Аристотеля. Виды знания. Линия сенсуализма выражена в  философии Аристотеля довольно сильно. В самом начале "Метафизики" Аристотель описывает восхождение познающего субъекта от чувственного восприятия к познанию принципов. Всякое познание начинается с чувственного восприятия, со ступени, общей человеку с животными. Аристотель здесь высоко оценивает чувственные восприятия, ведь они "составляют самые главные наши знания об индивидуальных вещах". Вторая ступень - ступень опыта, общая человеку и некоторым, хотя уже не всем, животным. Опыт возможен благодаря повторяемости чувственных восприятий и накоплению их в памяти. Аристотель так определяет опыт: это "ряд воспоминаний об одном и том же предмете".

     Как и первая ступень - чувственные восприятия, вторая ступень - опыт дает нам "знание индивидуальных вещей", Аристотель высоко оценивает ступень опыта. Он говорит, что тот, "кто владеет понятием, а опыта не имеет и общее познает, а заключенного в нем индивидуального не ведает, такой человек часто ошибается".

     Следующая ступень восхождения к знанию - ступень "искусства". Это не изобразительное и не изящное искусство, а особая ступень познания, имеющая основу в практике, ибо "искусство" возникает на основе опыта ("опыт - создал искусство"). Если опыт - знание индивидуальных вещей, то "искусство" - знание общего и причин. Владеющие "искусством" люди являются более мудрыми, чем люди опыта, потому что "они владеют понятием и знают причины".

     Наконец, следует ступень наук, высшая из которых философия, чей предмет  в аристотелевском понимании  нам уже известен. Науки отличаются от "искусств" не по гносеологическому, а по социальному признаку, о нем  будет сказано ниже.

     Эмпирическая  тенденция присуща и другим работам Аристотеля. В "Первой аналитике" сказано, что "делом опыта является найти начала каждого явления. Во "Второй аналитике" Аристотель подчеркивает, что "общее нельзя рассматривать без посредства индукции ... Но индукция невозможна без чувственного восприятия", что "из многократности отдельного становится очевидным общее". Эти примеры эмпирической линии можно продолжить. Создается впечатление, что, по убеждению Аристотеля, все знание происходит из чувств. Аристотель не только подчеркивает роль чувственного восприятия и опыта в познании, но и пытается постичь его механизм.

     Механизм  чувственной ступени познания. В  сочинении "О душе" обстоятельно рассматриваются чувства как  достояние животной души, а также  их роль в познании. Все животные обладают чувствами, по крайней мере чувством осязания. Аристотель подробно рассматривает вопросы осязания, обоняния, вкуса, слуха, зрения, определяет их роль в познании. Наиболее важно для нас здесь понять, как Аристотель представляет себе чувственное восприятие.

     Выше  мы этого уже коснулись, говоря, что  растения не ощущают, потому что они  воспринимают воздействие среды  вместе с материей и не способны отделить от материи форму, тогда  как животные отличаются от растения тем, что они обладают способностью воспринимать формы ощущаемого без материи. Было отмечено, что под формами здесь следует иметь в виду не метафизические сущности первой философии, а внешние, чувственные формы. Говоря о восприятии этих форм, Аристотель делает знаменательное сравнение: "Относительно любого чувства необходимо вообще признать, что оно есть то, что способно воспринимать формы ощущаемого без его материи, подобно тому как воск принимает отпечаток перстня без железа или золота".

     У Аристотеля мы читаем, что "каждый орган чувств воспринимает свой предмет без материи". Это означает, что чувственное восприятие дает нам копию предметов, как они существуют вне сознания, но такая копия не материальна. Поэтому "орган чувства тождествен со способностью ощущения, но существо его иное, ведь иначе ощущение было бы пространственной величиной". Чувственное знание адекватно и объективно. Благодаря ему мы воспринимаем различные свойства тел, особые свойства. Зрение дает нам восприятие цветов и т. п. Но есть общие свойства - величина, число, единство, движение, покой,- которые воспринимается всеми органами чувств, особого органа для их восприятия нет.

     Принижение  чувственного знания. Однако, хотя только чувства дают адекватное знание единичного, познаваемого только ими, чувственное знание принижено у Аристотеля. То, что без чувственного восприятия невозможно конкретное действие, в данном контексте для него не существенно.

     Аристотель  совершенно не понимает трудности чувственного восприятия мира, коль скоро это  восприятие должно стать основой  науки. Умение наблюдать природу, разработка специальных методов наблюдения, установление типичных ошибок, обработка результатов наблюдения - все это проходит мимо Аристотеля. А между тем трудности нет в случайном, обыденном, хаотическом чувственном восприятии, но систематическое и методическое восприятие мира, не говоря уже об опыте как эксперименте (а не просто о наслаивании чувственных восприятий друг на друга), - все это исключительно трудно, и с этого начинается подлинная эмпирическая наука. Античность такой науки не знала или почти не знала. Для Аристотеля единичное хаотично. наука познать его не может. Ведь "всякая наука имеет своим предметом то, что существует вечно или в большинстве случаев". По Аристотелю, "предмет науки - необходимое". Наука познает общее.

     Рационализм. Но как возникает знание общего? Конечно, если абсолютизировать сенсуалистическую тенденцию Аристотеля, можно сказать, что знание общего является обобщением знания единичного, возникая как результат абстрагирующей работы мышления. Но для Аристотеля характерно мнение, что знание общего не появляется из знания единичного, а лишь выявляется благодаря такому знанию. Само же по себе знание общего заложено в разумной душе потенциально.

     Разумная  душа. Как уже отмечалось, третий вид души - разумная душа - присуща человеку (и богу). Она независима от тела ибо мышление вечно: "Что касается ума, то он ... не разрушается... Ум же есть, пожалуй, нечто более божественное и ничему не подверженное". Это теоретический, созерцательный ум.

     Философ проводит деление ума по аналогии с делением бытия на материю и формы, различая пассивный, воспринимающий ум (он соответствует материи) и активный, созидающий ум (он соответствует форме). Аристотель не останавливается перед тем, чтобы придать активному уму вообще независимое ни от чего существование: "И этот ум существует отдельно и не подвержен ничему, он ни с чем не смешан, этот ум не таков, что он иногда мыслит, иногда не мыслит. Только существуя отдельно, он есть то, что он есть, и только это бессмертно и вечно".

     Однако  такой автономный разум присущ, по-видимому, лишь богу. Человеку же доступен не столько этот активный, все производящий, созидающий разум, сколько ум пассивный, воспринимающий. Этот ум преходящ и без активного разума ничего не может мыслить. Он пассивен, потенциален, потому что может, все, познавая, становиться всем. Этот ум претерпевает воздействие извне. А становится он всем потому, что в нем потенциально заложены все формы бытия. Когда Аристотель говорит, что мыслящая часть души - это местонахождение форм и что "ум - форма форм", то он имеет в виду, по-видимому, не столько активный, все из себя созидающей разум, сколько ум пассивный, воспринимающий. В последнем заложено знание общего в возможности, возможность знания общего. Для того чтобы она стала его действительностью, т. е. для того, чтобы заложенные в душе формы актуализировались, необходимы как активность создания (активный разум), так и воздействие на душу объективного мира через чувства.

     В аристотелевском сочинении "О  душе" имеется такое замечательное  место: "Существо, не имеющее ощущений, ничему не научится и ничего не поймет. Кгда созерцают умом, необходимо, чтобы в то же время созерцали в представлениях". Это означает, что реальное познание невозможно без чувственной ступени познания. Человек познает общее лишь посредством соответствующих представлений. Но представления не перерабатываются в понятия, а только способствуют тому, чтобы заложенные в душе формы бытия перешли из состояния потенции в состояние акта. Перехода же от представления к понятию у Аристотеля нет. Поэтому В. И. Ленин подчеркивал, что у Аристотеля наблюдается скачок от общего в природе к душе.