Холодная война. 19
Когда 25 апреля 1945 г.в Торгау на Эльбе советские и американские солдаты протягивали друг другу руки, уставший от смерти и разрухи мир поверил в начало новой эры партнерства и согласия. Однако надежды оказались иллюзорными. Сразу по окончании самой кровопролитной в истории человечества Второй мировой войны разразилась не менее ожесточенная, хотя и бескровная “холодная война”.
На протяжении всех десятилетий «холодной войны» между Западом и Востоком шли споры относительно того, как и когда она началась, кто развязал ее и, стало быть, несет ответственность за ее последствия.
На Западе широко распространена версия о том, что начало «холодной войне» положили действия Советского Союза в 1945 г.; они были направлены на то, чтобы «социали-зировать» страны Восточной Европы, использовав нахождение в них советских войск, а с помощью местных коммунистических партий подорвать демократические режимы в странах Западной Европы. Действия же Соединенных Штатов и других западных держав, имевшие целью воспрепятствовать такому обороту дела и приведшие к конфронтации с СССР, были, согласно этой версии, ответными и вынужденными.
Факты,
однако, говорят о том, что в
действительности первые «
«Холодная война» возникла благодаря американскому решению не повторять ошибки 1919 года, не уходить из внешнего мира, из Восточного полушария, откуда пришли две мировые войны. На этот раз этот лозунг имел свои привлекательные для американского капитала черты и пользовался известной популярностью в деловых и политических кругах страны. Но он предполагал не просто присутствие в нескольких критически важных районах, но и контроль над происходящими в них процессами. Взять на себя ответственность за порядок в этих районах означало, как минимум, следующее: собственные американские представления о порядке в мире возводились в абсолют; проблемы данных регионов рассматривались с меркой их соответствия американским интересам.
После победы над военными противниками в Европе и Азии следовало обеспечить контроль над территорией поверженных врагов, предвоенных конкурентов, достичь доминирования в лагере “западных демократий”, противопоставить друг другу СССР и Китай. Новый президент воспринял эти цели и привнес свои методы в их достижение. Его восприятие мира зиждилось на том, что у всех международных кризисов есть вполне определенный источник – СССР, неуправляемая и непредсказуемая страна. Второй “кит” внешнеполитического кредо Г. Трумэна – абсолютная уверенность в том, что все миро-вые и региональные процессы имеют прямое отношение к Америке и могут получить из ее рук справедливое решение. Находясь на перекрестке двух дорог – либо продолжение союза пяти стран – главных участников антигитлеровской коалиции, при котором США пришлось бы считаться с мнением и интересами своих партнеров, либо безусловное главенство как минимум над тремя из них (Великобританией, Францией, Китаем), Г. Трумэн без долгих колебаний избрал второй путь, обещавший ему эффективное руко-водство западным миром и дававший надежду на то, что силовое преобладание Запада склонит к подчинению обескровленный войной Восток.
Советская сторона усложнила допуск в Западный Берлин с очевидной целью зато-рмозить создание могущественного германского государства. В реальности результат оказался противоположным. Конституция Западной Германии была завершена в феврале 1949 г. и принята в мае. Американская сторона оказала огромное позитивное воздей-ствие на экономическое возрождение прежних врагов – Германии и Японии – чего никак не было сделано в отношении прежнего союзника – России.
В июле 1948 г. президент Трумэн направил в Европу стратегические бомбар-дировщики Б-29. 13 сентября он сказал министру обороны Форрестолу, что использует атомное оружие, если это станет необходимым. Через три дня Трумэн одобрил доклад Совета национальной безопасности, согласно которому США были готовы использовать быстро и эффективно все имеющиеся средства, включая атомные вооружения, в интересах национальной безопасности.
В мае 1948 г. объединенный комитет начальников штабов утвердил объединенный чрезвычайный военный план «Полумесяц», предусматривавший мощное воздушное на-падение, назначение которого - использование разрушительной и психологической мощи атомного оружия против жизненно важных центров советского военного производства.
В процессах 1945–1948 годов США как бы осваиваются в послевоенном мире. Они спокойны за будущее своей глобальной зоны влияния: их безусловная ядерная моно-полия и производственные мощности являлись залогом успеха в начавшейся «холодной войне». В эти годы еще не было заметно стремления к блокостроительству. США наде-ялись осуществить необходимые военно-политические планы собственными силами. В 1948–1952 годах наступает вторая фаза. Во-первых, одних экономических рычагов для поддержания имперского статуса оказалось недостаточно; во-вторых, в этот период осла-бевает значимость ядерного оружия как «абсолютного». В 1949 г. атомное оружие созд-ает Советский Союз, в 1953 г. – Англия, в 1960 г. – Франция, в 1964 г. – КНР. Монополия оказалась недолговечной, как и безусловное превосходство в носителях стратегического оружия. К началу 1950 гг. советская дальняя авиация стала насчитывать 1700 самолетов в составе трех армий – две в европейской части СССР, а одна во Владивостоке – осна-щенных внушительными бомбардировщиками Ту-4.
В-третьих, собственных военных сил для “наведения порядка” в мире оказалось недостаточно. В поисках выхода из создавшегося положения США приступают к созда-нию Североатлантического блока и заключению союза с Японией.
Шансы на выживание увеличивало наличие союзников. Президент Трумэн выразил интерес Америки в создании военного союза Запада. Три условия создания такого союза: принятие «плана Маршалла», введение всеобщего военного обучения, выборочный призыв в армию.
Подписание Брюссельского договора пятью странами Западной Европы было встречено в американских верхах в высшей мере сочувственно. Почему? Да потому, что при мощи США, их ядерной монополии, их военных и экономических позициях в Западной Европе им уже не приходилось опасаться западноевропейской военной группировки. Соединенные Штаты интересовали возможные масштабы помощи со стороны этой группировки в «холодной войне». Объединенный комитет начальников штабов весной 1948 г. предложил заключить военный союз со странами Брюссельского договора и создать единое центральное командование во главе с американским военачальником. Так, все пространство западнее Эльбы автоматически объявлялось подконтрольным США. Экономическому освоению этого фактического протектората должен был сод-ействовать “план Маршалла”, а военному – создание единой с Брюссельским пактом военной системы. Воинственные круги в администрации США добились своих целей: «план Маршалла» был принят конгрессом в апреле, а необходимые финансовые вли-вания - в июне. В том же месяце Трумэн ввел всеобщую военную обязанность. Военные расходы выросли весьма заметным – на 3, 46 млрд долл.
Авиация получала все больше средств для создания специальной «группы 70». Пропаганда рисовала страшные картины создания могущественной советской авиации. Русские якобы уже обошли американцев в истребительной авиации. Между тем авиа-ционная промышленность Америки давала примечательные результаты, базируясь на удвоенном (после чехословацкого кризиса) военном бюджете. Производство военной реактивной авиации тоже почти удвоилось – беспрецедентный рост в мирное время. Помимо прочего, авиационные генералы финансировали аналитические работы, став своего рода спонсором превращающейся в индустрию аналитической исследовательской работы в военной области. В университетах и колледжах создавались центры страте-гического анализа и советологии. Новое явление: военные и гражданские специалисты стали сотрудничать в осмыслении стратегического баланса и в анализе отдельных ситу-аций наступившей «холодной войны».
Американская военная машина начинает «седлать» науку. В финансовом 1949 г. на исследования и разработки рождающегося военно-промышленного комплекса США уходило больше, чем в не столь далеком 1937 г. на все военное ведомство. Военные расходы составили десять процентов валового национального продукта США (они увеличатся до 22 процентов в период между 1948 и 1956 годами – и это при колоссально растущем общем ВНП.
В созданной буквально предвоенной обстановке конгресс США принимал все новые и новые военные программы. Хэнсом Болдуин, председатель исследовательской группы совета по внешним сношениям, назвал весенний кризис 1948 г. «вашингтонским кризисом». Но подлинный кризис, окончательно разваливший антигитлеровскую коали-цию и поставивший ее участников в положение военных антагонистов, разразился в конце июня 1948 г.
Приход «холодной войны» на десятилетия был невозможен без создания запад-ного военного блока. Это был новый для Америки опыт. Помощь оказали европейские союзники.
В середине января 1948 г. американцы уже полностью поддержали эту идею. Но Вашингтон хотел, чтобы западноевропейские правительства первыми выразили желание создать военный союз с Америкой. Главной задачей американцев было убедиться, что создаваемый союз направлен против России, а не против Германии. События в Чехосло-вакии подстегнули сторонников создания военного блока. Первой фазой военного блоки-рования было подписание Брюссельского пакта пятью западноевропейскими странами - Англией, Францией, Бельгией, Голландией и Люксембургом. Согласовывалась единая военная система, атака на одну страну означала нападение на всех. Но единственным потенциальным противником называлась Германия.
Создание Североатлантического союза, крупнейшего и наиболее важного в «хо-лодной войне», происходило в два этапа. На первом этапе США поддержали форми-рование западноевропейской военной группировки – подписание в 1948 г. Брюссельского пакта Англией, Францией, Бельгией, Нидерландами и Люксембургом.
В июле 1948 г. в Вашингтоне начались переговоры относительно создания запад-ного военного блока. Представляет или нет собой Россия военную угрозу – в ответе на этот вопрос не было единодушия. Многие абсолютно не верили в советское наступление, но считали необходимым привязать Соединенные Штаты к европейскому балансу сил.
В сентябре 1948 г. проблема Берлинского кризиса была передана в Совет Безо-пасности Организации Объединенных наций. Фактически это означало политическую смерть столь любимой Кремлем системы «четырехстороннего контроля» над Германией. Великий Союз 1941-1945 годов опустился на исторические глубины. Премьер-министр Канады Маккензи Кинг сказал, что произошло нечто важное, под прошлым про-ведена черта. Наступила «холодная война», основанная на противостоянии двух блоков. Отныне многие десятилетия США и СССР будут жить в обстановке взаимного гаран-тированного уничтожения.
Победа Г. Трумэна на выборах 1948 г. обеспечила преемственность в осущес-твлении общей американской стратегии «холодной войны». Вместе с тем окрепшее, почувствовавшее свою силу окружение Г. Трумэна начало развивать идеи, выработанные во время первого срока его президентства. Выступая во время инаугурации, президент выделил четыре главные цели внешней политики США на ближайшие четыре года. Пер-вые две цели – поддержка всемирной организации – ООН (которая в то время имела послушное США большинство и часто выглядела почти как американское внешнепо-литическое орудие), а также продолжение оказания экономи-ческой помощи западному миру. Третья цель – овладение контролем над освобождающимися от колониального владычества молодыми государствами. Четвертая была обращена к зоне развитого мира - она была определена как заключение общего соглашения, направленного на укреп-ление безопасности североатлантической зоны, обеспечение несомненных доказа-тельств общей решимости свободных стран противостоять вооруженному нападению из любого района. Речь шла о создании военного блока, который включал бы в себя все крупные развитые капиталистические страны и обеспечивал бы американское лидерство в важнейшем районе – Северной Атлантике.
На текущем, втором этапе администрация Г. Трумэна начала интенсивные консуль-тации с послами стран, подписавших Брюссельский договор, о расширении западно-европейского пакта и включении в него таких далеких стран, как США и Канада.
Создание блока НАТО было поддержано в США тремя политическими силами – военными, госдепартаментом, лидерами Республиканской партии.
На решающей стадии строительства НАТО, в начале 1949 г., обсуждались в основном три вопроса: 1) должен ли будущий договор касаться лишь военных проблем, если он будет иметь политическое значение, то какова будет его степень; 2) какие страны должны войти в проектируемый военный союз; 3) каковы должны быть обязательства стран-участниц. Главным «призом» «холодной войны» была Западная Европа.
Америка
порвала с полуторавековой
С подписанием Североатлантического договора США – лидер западного лагеря в «холодной войне» - легально, юридически взяли на себя функции охранителей сущес-твующего порядка в Западной Европе и во всех зависящих от нее частях света. Западно-европейские метрополии еще владели в 1949 г. административным контролем над Афри-кой и половиной Азии, над третью земной суши. Их подчиненная роль в НАТО давала Соединенным Штатам ключи к доминированию не только в Западной Европе, но и на об-ширных пространствах бывших колоний западноевропейских союзников. От Бельгийского Конго до французского Индокитая появилась новая сила, охраняющая тот порядок вещей, который устраивал США.
Членство Италии, затем Греции и Турции выводило НАТО за пределы Северной Атлантики. Участие в блоке фашистского режима Салазара никак не соответствовало официальной цели союза – защите демократии. “Союз равных” – это было бессмыс-ленное определение, поскольку США ни в какой форме не намеревались уступать свои позиции главенствующей державы. Обещание не вооружать Западную Германию оказа-лось грубым обманом: прошло всего лишь несколько лет, и началось создание бундесвера.
Итак, первым из непосредственных последствий создания НАТО было разме-щение в Европе американских бомбардировщиков – носителей атомных бомб. Вторым – перевооружение Западной Германии. В кратчайший срок, за шесть недель сентября – октября 1949 г., отдел операций и планирования американской армии разработал про-грамму перевооружения Западной Германии, а объединенный комитет начальников штабов одобрил ее. Закрепление США в Западной Европе с 1947 (провозглашение “доктрины Трумэна”) до 1952 г. (завершение “плана Маршалла” и создание интегри-рованной военной системы НАТО) – первостепенное по значимости мероприятие в «хо-лодной войне». Военная зависимость от США навязывалась Западной Европе как га-рантия от несуществующей угрозы с Востока.
Тем временем в Советском Союзе был создан бомбардировщик Ту-16, развивав-ший скорость до 1000 км/час, способный доставить атомные бомбы весом до трех тысяч килограммов на расстояние 5750 км.
Окончился четырехлетний период американской атомной монополии. Начиная с августа 1949 г., Америка жила уже в другом мире. Создание в СССР атомного оружия оказало отрезвляющее воздействие на правящие круги США. На протяжении всего пери-ода существования США до Второй мировой войны океаны обеспечивали практическую неуязвимость Америки. До середины ХХ века ни разу не ставился в конкретной плоско-сти вопрос о возможности военных действий на Североамериканском континенте. Мно-гие поколения американских политиков выросли в атмосфере стратегической неуяз-вимости США. Безудержная экспансия первых четырех лет после окончания Второй ми-ровой войны, безнаказанность США определялись атомной монополией и неуязви-мостью. После 1949 г. впервые американские политики были вынуждены привыкать к тому, что они не могут действовать безоглядно, безапелляционно, решительно отказы-ваться учитывать интересы других государств на международной арене.
Ввиду того, что заморские базы стали играть более важную роль в американской стратегии, советские бомбардировщики начали ориентироваться на них. Во время встреч с советскими конструкторами в 1950 г. Сталин настаивает на создании межконтинен-тального турбореактивного бомбардировщика. Туполев создает бомбардировщик Ту-95 (натовское название «Медведь»), который нес 11 тонн бомб. Практически одновременно Мясищев в Филях под Москвой создает Мя-4 (натовская классификация «Бизон») с дальностью 9 тыс. км. – значительно меньше желаемых Сталиным 16 тысяч км. Вперед вышли ракеты. Р-3 уже могла нести атомную бомбу. Королев начинает разрабатывать межконтитентальную баллистическую ракету с дальностью 5-10 тыяч км. Такой – первой в мире МБР стала ракета Р-7.
Первая советская водородная бомба была абсолютно оригинальным проектом. Летом 1953 г. на полигоне под Семипалатинском была построена 30-метровая башня, а внизу – километровая линия метро. Наблюдательный пост отодвинули на 20 км. С огром-ной территории убрали население. Ответственным за испытания был снова Курчатов. Берию в июне 1953 г. заменил в качестве главы проекта Малышев. Мощность взрыва была примерно в 20 раз больше, чем у первой советской атомной бомбы. В отличие от схожей американской бомбы «Майк» ее уже можно было транспортировать. Использо-ванный в ней дейтерид лития американцы получили только в 1954 г.
Бомбардировщики Ту-16 теперь являлись надежными носителями нового оружия, мощность которого уже доходила до трех мегатонн. По американским оценкам, в сере-дине 1953 г. Советский Союз имел около 100 атомных бомб.
В ходе поисков оптимальной стратегии «холодной войны» преобладающей в Ва-шингтоне стала следующая точка зрения. Сосредоточить всю американскую мощь для поддержки чанкайшистского Китая значило бы потенциально ослабить американские позиции в Европе. При этом китайская ситуация была столь запутанной, что достижение успеха представлялось далеко не гарантированным. Предпочтение, отданное Европе, определило отношение к Китаю. В Европу пошли миллиарды, в Китай – миллионы. Чанкайшистскому Китаю было выделено 400 млн. долл. (столько же, сколько получили по “плану Трумэна” Греция и Турция).
Победа
революции в 1949 г. и выход Китая
из-под американского контроля нанесла
мощный удар по позициям США в «холодной
войне». Имперская психология в США
взошла уже на такие высоты, стала
столь всеобъемлющим
Чтобы в условиях усложнившейся международной обстановки скорректировать внешнеполитическую стратегию, президент Г. Трумэн 30 января 1950 г. потребовал от государственного департамента и министерства обороны сделать общий обзор, осу-ществить общую оценку внешней и военной политики США в свете потери Китая, овла-дения Советами атомной энергией и перспектив создания водородной бомбы. Как один из основополагающих документов послевоенной внешней политики США СНБ-68 был зна-чительным шагом вперед по сравнению с “доктриной Трумэна”. В нем не признавалось иных географических границ, кроме границы Восток – Запад. В документе указывалось, что Соединенные Штаты при их богатстве могут позволить себе расходы на военные нужды в размере 20% валового национального продукта страны, то есть 50 млрд долл. Документ СНБ-68 предрекал, что к 1954 г. Советский Союз создаст ядерные силы, доста-точные для уничтожения США. Указывалось, что впереди Америку ждет неограниченный период напряженности и опасности, предотвращение которых потребует от американцев осуществления смелой и массированной программы. В июне 1950 г. Г. Трумэн принял решение большой важности. По существу началась реализация меморандума СНБ-68. 7-му флоту США был отдан приказ занять позиции в проливе, отделяющем Тайвань от мА-терика. Это означало, что Соединенные Штаты при определенном повороте событий готовы принять вооруженное участие в Китае на стороне чанкайшистов.
Одновременно президент США официально дал обещание предоставить помощь контрреволюционным силам на Филиппинах и в Индокитае. Оплотом американского влия-ния на Азиатском континенте была Южная Корея, целиком зависимая от Соединенных Штатов.
С провозглашением
Китайской Народной Республики «холодная
война» пришла в Азию. Победа коммунистов
в Китае усилила
После
начала военных действий на Корейском
полуострове президент США
Но США не желали возвращаться к “миру равных”. Вашингтон сделал ставку не на переговоры, а на силовое решение. Утром 24 ноября генерал Макартур начал генераль-ное наступление против северокорейских войск. Китайское руководство однозначно было поставлено перед выбором – либо отступить перед американской вседозволенностью, либо оказать помощь попавшему в беду соседу. Корейской Народно-Демократической Республике была оказана как политическая, так и военная помощь, что полностью изме-нило военную ситуацию. С тех пор больше никогда уже в Вашингтоне с официальных трибун не говорили об освобождении столиц “находящихся за железным занавесом держав”.
Паранойя «холодной войны» заставила Соединенные Штаты ранней осенью 1950 г. принять решение об укреплении своих позиций повсеместно. 12 сентября 1950 г. Госу-дарственный секретарь США Д. Ачесон поразил английского и французского послов пред-ложением создать западногерманскую армию в составе 10 дивизий. Громкие протесты двух главных союзников по НАТО были напрасны. США демонстративно послали в Евро-пу четыре свои дивизии, подвергли союзников массированному политическому давлению с целью интеграции их сил под американским командованием. В декабре 1950 г. Главно-командующим объединенных натовских сил в Европе стал американский генерал Д. Эйзенхауэр.
«Холодная война» привела мир к грани подлинного конфликта. Согласно чрезвы-чайному военному плану, утвержденному Объединенным комитетом начальников штабов в октябре 1950 г., стратегические воздушные операции против СССР планировались на шестой день после начала войны. Тяжелые бомбардировщики с базы в штате Мэн сбро-сят 20 атомных бомб на район Москва-Горький и вернутся в Англию; средние бомбарди-ровщики, базируясь на Лабрадоре, нанесут удар по району Ленинграда 12 бомбами; сред-ние бомбардировщики с английских баз пролетят над побережьем Средиземного моря и, сбросив 52 бомбы на промышленные районы Поволжья и Донецкого бассейна, вернутся на ливийские и египетские аэродромы; средние бомбардировщики с Азорских островов сбросят 15 бомб в районе Кавказа и приземлятся в Саудовской Аравии. Бомбардиров-щики с Гуама доставят 15 бомб, предназначенных для Владивостока и Иркутска. Мир встал на грань самоубийственного ядерного конфликта.
Колоссальная трагедия «холодной войны» подошла к самоубийственному финалу. Две противостоящие друг другу силы получили возможность ответного удара. Противо-положный американскому могуществу полюс был создан отказом Советского Союза и ряда восточноевро-пейских стран войти в зону американского влияния, созданием Со-ветским Союзом собственного атомного оружия, образованием КНР. Теперь США встре-тили противостояние одновременно на двух фронтах – западноевропейском и азиатском. При всей грандиозности американских ресурсов удержание и расширение зон влияния одновременно в Западной Европе и Китае было сверхзадачей, требовавшей невероят-ного напряжения сил, огромной концентрации мощи на двух чрезвычайно удаленных друг от друга направлениях.
Период 1953–1960 годов был временем, когда структурно оформленное противо-стояние антагонистов «холодной войны» достигло стадии почти непримиримого протии-воборства. США наращивали военный потенциал и укрепляли уже имеющиеся структуры – НАТО, американо-японский договор. СССР укреплял организацию Варшавского дого-вора, усиливая при этом стратегические силы страны. Генерал Д. Эйзенхауэр баллоти-ровался на пост президента США. Некогда один из столпов великой коалиции, Д. Эйзен-хауэр в качестве главнокомандующего войсками НАТО в Европе (с февраля 1951 г.) не-посредственно участвовал в утверждении «холодной войны» в Европе. Он надеялся за-менить подорванную западноевропейскую мощь американской, причем не только в Евро-пе, но и на огромных территориях западноевропейских колоний, вступивших в борьбу за независимость, ставшей частью «холодной войны». Развивая идеи меморандума СНБ-68, администрация Эйзенхауэра определила наиболее значимые глобальные интересы США: сохранение лидирующего экономического положения США и обеспечение эконо-мических интересов американской промышленности во всем мире. Новый взгляд отражал стремление сочетать два элемента: сохранение мирового контроля и проведение более здравой бюджетной политики. При Эйзенхауэре бюджет министерства обороны был не-мыслимо огромным для Америки мирного времени, но все же его рост не был столь большим, как при Г. Трумэне.
Президент Эйзенхауэр имел в руках оружие, отличное от того, на которое мог рас-считывать президент Трумэн. Ядерный арсенал США за несколько лет был увеличен мно-гократно, ядерное оружие 50-х годов было в тысячи раз мощнее атомных бомб второй половины 40-х годов. К 1955 г. число бомбардировщиков, способных нанести удар по СССР, достигло 1350 единиц. Боевой гpyз атомных бомб стандартного бомбардировщика стратегической авиации во времена Эйзенхауэра был эквивалентен по разрушительной силе совокупному объему всех боеприпасов, сброшенных союзной авиацией на Герма-нию. Администрация Д. Эйзенхауэра весьма отчетливо видела риск возникновения ядерной войны в случае применения американской стороной атомного оружия. Тем не менее остается фактом, что ни одна предшествующая и ни одна последующая админи-страция США не выражали публично такой готовности защищать свои позиции, используя столь страшное и разрушительное оружие. При этом Эйзенхауэр и его окружение видели осторожность и здравомыслие в действиях Советского Союза.
За восемь лет пребывания Д. Эйзенхауэра у власти возрос темп ядерных изыска-ний, создания ядерного оружия на стратегическом и тактическом уровне. Этот опыт, одна-ко, имел частично отрезвляющий эффект. Правительство Эйзенхауэра так никогда и не определило разграничи-тельную линию между применением обычного и ядерного оружия в ходе «холодной войны».
Вторым
важнейшим элементом
Американская дипломатия оказывала особое давление на нейтральные страны. Напомним, что освободившиеся страны (такие как, скажем, Индия и Египет), вовсе не склонны были менять одних опекунов на других. Нейтрализм, провозглашенный этими странами как основа их внешней политики, вызвал яростное сопротивление США. Госу-дарственный секретарь Даллес объявил, что нейтральность в условиях «холодной вой-ны» является устаревшей концепцией, что нейтральное поведение в мире возможно лишь в совершенно исключительных обстоятельствах, что нейтрализм аморален и яв-ляется близорукостью.
В Советском Союзе убежденность в решимости США начать против СССР ядерную войну была такова, что армия под руководством маршала Жукова провела под Семипа-латинском учения с применением атомного оружия. Сотни танков прошли по территории, где только что была сброшена атомная бомба. Многие тысячи военнослужащих получили неприемлемую дозу радиации, но это не ослабило решимость войск вести оборонитель-ные бои даже в условиях примененного ядерного оружия. Уверенность в том, что Запад готовит России огромную Хиросиму была абсолютной. Огромные средства были выделе-ны ученым, которые под руководством академиков Курчатова и Королева создавали ору-жие ракетно-ядерного ответа на агрессию США и НАТО.
Два
явления отличают 1960-е годы от предшествующего
периода: в эти годы и в СССР,
и в США произошел огромный
прирост стратегического
