Игромания опасна для общества

ИГРОМАНИЯ ОПАСНА ДЛЯ ОБЩЕСТВА  

Продавать «фишки»  все равно, что продавать героин.

«Игра …, пари … . Играть или не играть?» - дееспособные граждане могут, конечно, сделать выбор  сами. Но помните, что из двух спорящих: один - дурак, другой – подлец. Уверены ли игроки, что это правило не применимо к казино?

Вред азартных игр для здоровья человека известен давно. Поэтому первые ограничения  на игру вводились практически одновременно с появлением «писаных» правил самих  азартных игр. Это произошло в  Греции более четырех тысяч лет назад.

И в новое  время история законодательства против азартных  игр насчитывает  около 200 лет. Например, в 1820 года, в американских колониях запретили использовать почту  как канал распространения лотерей.

Правда, государства  частенько и сами стимулировали рост азартных игр для фискальных целей. Бюджет России с Петровских времен назвали «пьяным», а в Европе для пополнения бюджета проводились и проводятся до настоящего времени государственные лотереи. Сегодня проводятся несколько сотен государственных лотерей практически во всех странах.

В СССР частные  азартные игры были запрещены. В уголовном, административном и исправительно-трудовом кодексах РСФСР имелись статьи с  соответствующими санкциями.

Но настоящее  время единственным законом, запрещающим азартные игры, остался Закон "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" , да в Трудовом кодексе имеется запрет на труд несовершеннолетних в игорном бизнесе. Работать по найму подросткам нельзя, а организовывать собственное игорное «дело» с 16-ти, а то и с 14 лет, пожалуйста!

Отменены и  местные законы, запрещавшие азартные игры в общественных местах. Например, в Москве и области. Автоматы  теперь стоят везде!

Действуют и  постоянно видоизменяются только фискальные законы, регулирующие механизм поборов с организаторов игр и соответственно с играющих.

Даже запрет на азартные  игры в тюрьмах, исключен из соответствующего кодекса. Он перекочевал  в подзаконный акт - Приказ Минюста.

На мой взгляд, этого недостаточно. Над нашим обществом нависла новая опасность, новая болезнь – «игромания».

Проект закона об игорном бизнесе, прошедший в  думе 2-е, основное чтение, не только не содержит никаких ограничений, препятствующих ее возникновению, но и вообще не обозначает проблемы. Проблемы возникновения у многих наших сограждан болезненной страсти к игре под влиянием развивающего гигантскими темпами игорного бизнеса. Правда, в этом законе содержится важная отсылка к общим нормам Гражданского кодекса.

Имеются ввиду  нормы о возмещении причиненного вреда. В данном случае вреда нанесенного здоровью граждан.

Врачи говорят, что игромания сродни наркотической  и алкогольной зависимостям? Пожалуй! Но тут есть важная особенность. После  достижения «продвинутой» стадии заболевания  наркоманы и игроманы становятся одинаково социально опасными, так как готовы на правонарушения и преступления для добывания денег на очередную дозу или игру. Но наркоманы в этой стадии заболевания быстро теряют интеллект и погибают, а игроманы живут долго. Их концентрация в обществе год от года только увеличивается. И интеллект, необходимый для преступлений они не теряют. Кроме того, у игроманов в отличие от «продвинутых» наркоманов рождаются дети: поголовно потенциальные игроманы.

В литературе, ангажированной торговцами «игровым дурманом», можно встретить утверждение, что число лиц, склонных к болезненной форме азарта, не зависит от количества игорных заведений. Оно якобы заложено генетически. Возможно это и так, но надо заметить, что предрасположенность к болезни и сама болезнь это не синонимы.

Предрасположенный заболевает, когда ему предлагают играть, когда находится место, где  легко «развить» свое болезненное  пристрастие, или появляется человек, предлагающий играть. Для лечения  наркоманов их рекомендуют «вырвать»  из соответствующей среды, а как изолировать заболевшего игроманией от автоматов, которые уже стоят повсюду, от назойливой рекламы, от родителей потакающих болезненной страсти ребенка и не понимающих ее пагубности?

Известно, что, в  основном, в азартные играют люди невысокого интеллектуального уровня. Федор Достоевский, безусловно являвшийся «игроманом» – большое исключение, но он был беден. А бедные имеют большую склонность к «патологическому» влечению к игре, чем богатые. С точки зрения Православной церкви азартные игры – грех. И не потому, что господь заповедал нам добывать хлеб «в поте лица своего» (Быт.3:19). Игра – форма праздности, то есть «пустого» времяпровождения.

Часы, проведенные  за игрой, ни в каком смысле не могут  считаться полезными для души. А все, что не полезно – вредно. Середины тут нет. При этом праздность не следует путать с отдыхом. Это не синонимы.

Апологеты азартных игр в своих рассуждениях нередко  подменяют и само определение  этих игр, пытаясь смешать «пустые» игры с развивающими играми. Ребенок не может без игр. Через них он познает окружающий мир. Вот только «очко» и «блек-джек» к развивающим не относятся.

Кроме того, грехом является не само явление, не сами, например, карты, а отношение человека к  такому явлению, как игра. В «дотелевизионное» время наши прабабушки собирались с друзьями и играли в лото, а нередко и в картишки перекидывались. Была ли это азартная игра? Была ли это праздность? Нет, это лишь форма важного и необходимого общения близких людей, это отдых. А сами игры не более, чем «канва» для беседы, катализатор полноценного общения.

Понятно, что  когда в казино собираются совершенно незнакомые люди и вовсе не с целью  задушевного общения – возникает  явление другого порядка. Думаю, каждый здравомыслящий читатель понимает разницу. Однако и в «семейном» покере для человека, склонного к заболеванию игроманией, таится большая опасность. Понимая эту опасность, Православная Церковь не приветствует потенциально азартные игры ни в какой, даже домашней, форме. Во истину, от греха – подальше!

Какие меры юридического характера может предложить адвокат  для спасения  наших сограждан  от описанной напасти?

Во-первых, необходимо ввести жесткое ограничение мест расположения игровых автоматов. Они  должны стоять только в специальных  залах, а сами залы должны концентрироваться в специальных зонах вдали от жилья.

Во-вторых, необходимо ввести жесткое ограничение времени  работы игровых заведений. Думаю, если они будут работать только по вечерам, будет только лучше. Многие и хотели бы уйти, да не могут. Поэтому, кстати, в казино часто нет окон: создаются все условия, чтобы «пациенты» не замечали даже смены дня и ночи. Ну а хочешь играть ночами напролет, поезжай в удаленные местности. Можно создать свой Лас-Вегас в какой-нибудь похожей пустыне.  

В-третьих, надо законодательно закрепить статус «игромании» в качестве опасной болезни, как это уже сделала Всемирная организация здравоохранения. Вероятно, нужны государственные медицинские программы, а также программы аналогичные программам по контролю распространения наркотиков и алкоголя. Нужен учет больных.

В-четвертых, необходимо сначала на экспертном уровне, а  затем на законодательном, постараться  выработать механизм компенсации вреда  здоровью конкретного «игромана». Причинитель  вреда - организации игрового бизнеса. Полезно заставить их нести солидарную ответственность через систему обязательного страхования гражданской ответственности. Поставили больному диагноз «игромания» - ему начисляется солидная материальная компенсация и на лечение, и на жизнь. Это застрахует самих игроманов и их семьи от нищеты. Понятно, что понадобится контроль расходования причитающихся больному средств. Такой контроль может быть поручен государственным органам опеки и попечительства или соответствующим общественным организациям. То же не помешало бы сделать и для алкоголиков.

Все это очень  сложные задачи, особенно учитывая гигантский лоббистский потенциал  «олигархов» от  игры, а начинать надо с простого. Начинать надо с  полного запрета на рекламу любой  игры, вплоть до регламентирования размера вывесок казино. Не повредит и увеличение возраста доступа молодых людей к азартным играм. 

А.Куприянов 

Компьютерные  игры: вред или польза

Компьютеризация нашей жизни давно стала привычной  и принесла с собой наряду с  пользой немало проблем. Относится это и к компьютерным играм - тем более, что ими в основном увлекаются дети и подростки. В обществе все больше распространяется мнение о том, что они опасны для психики ребенка: развивают в нем агрессивность, сужают круг его интересов, обедняют эмоциональную сферу.

С 80-х годов  в средствах массовой информации появляется много сообщений, предупреждающих  об опасном влиянии компьютера в  целом и компьютерных игр в  частности на психику подростков. Среди основных обвинений - зависимость, которая выражается в психопатологических симптомах: неспособность подростка переключаться на другие развлечения, чувство мнимого превосходства над окружающими, oскудение эмоциональной сферы и т.д.

Некоторые компьютерные игры провоцируют агрессивное поведение, возвеличивание войн и насилия, правого экстремизма.

В качестве негативных последствий указывают сужение  круга интересов подростка, стремление к созданию собственного мира, уход от реальности. Занятия с компьютером  один на один, часто в ущерб общению  со сверстниками, приводят к социальной изоляции и трудностям в межличностных контактах. Негативную картину дополняют соматические нарушения (снижение остроты зрения, быстрая утомляемость и др.), которые, как полагают, - прямое следствие "копмьютеризации" свободного времени подростков.

Приведенные выше мнения высказывают не только в СМИ, но и находят поддержку в научном  сообществе. Названные проблемы сделали  необходимым исследования, которые  могли бы выявить особенности  подростков, проводящих большое количество времени за компьютерными играми.

Исследование  пользователей 9-16 лет в течение 5 месяцев показало, что введение компьютерных игр в структуру увлечений  изменяет предпочтения других видов  досуговой активности и их интенсивность  лишь на несколько недель; в течение  трех месяцев у большинства пользователей восстанавливается прежняя структура хобби. Интересен и другой результат, который опровергает расхожее мнение: у игроков в компьютерные игры, по сравнению с их сверстниками, наблюдается более адаптивное социальное поведение. У подростков не обнаружили и серьезных нарушений психической деятельности или симптомов "компьютерной" зависимости. Есть лишь данные о переутомлении, боли в ногах (у игроков с компьютерными автоматами), боли в кистях рук (от судорожного сжимания джостика), рези в глазах, общей возбужденности, трудности с засыпанием.

В западном обществе одна из центральных тем психологических  исследований - проблема агрессивности  несовершеннолетних и связанных  с ней правонарушений. Однако данные многочисленных работ на эту тему свидетельствуют о том, что игры с агрессивным содержанием способны стимулировать агрессивность только у детей младшего школьного возраста (6-9 лет). Так же влияют на детей телепрограммы и рекламные ролики с элементами насилия.

Тем не менее, накопленные эмпирические данные и результаты проведенного исследования не позволяют говорить об однозначно негативных влияниях компьютерных игр на психику детей и подростков.

Неумеренное использование  компьютерных игр (как и любого досуга) может приводить к психопатологическим симптомам. Однако подобные феномены наблюдаются лишь у одной десятой части исследуемых. Очевидно, что в группе патологических игроков налицо явная "передозировка" игры как терапевтического средства. Логично предположить, что использование ее в разумных пределах может дать положительный эффект.

Главный вред от компьютерных игр, главным образом, связан с неумеренным их использованием.

Для любого возраста существуют, как известно, определенные временные нормы, и придерживаться их надо неукоснительно. Но те, для кого компьютерные игры — источник средств к существованию (производители игр, авторы геймерских изданий, повествующих о пользе компьютерных игр, владельцы компьютерных клубов) утверждают совершенно обратное — есть заинтересованные стороны. Просто каждый из них заинтересован в своем и пытается этого добиться любыми, доступными ему способами.

Можно очень  долго рассуждать на тему пользы и  вреда компьютерных игр. Однако самое  смешное кроется в том, что  сами они не обладают ни признаком  вредности, ни признаком полезности, точно так же, как и любой другой предмет. Ведь ножом можно отрезать лимон, а можно и зарезать старушку. И почему-то еще никому не пришло в голову запретить ножи. Дело не в предметах, а в том как, кем и с какой целью они используются.

Безусловно, родителям  надо более внимательно относиться к тому, чем занимается их ребенок  вообще, и к тому, в какие игры он играет, в частности. Вред и польза компьютерных игр являются одним  из тех вопросов, на которые невозможно дать однозначные ответы. Очевидно одно: все хорошо в меру, и каждый человек должен нести ответственность за свою жизнь, знать, что для него вредно и гибельно, а что идет на пользу. 

Лудомания -  чума 21 века

Безудержный рост числа  игровых автоматов, агрессивная  реклама игры, привели к тому, что число игроков резко возросло. По некоторым данным число активно играющих «буратин» закапывающих свои 5 сольдо в ожидании того, что из них вырастит золотое дерево, в Москве уже достигло 2 000 000 человек. Из них более 10% выявляют признаки психического расстройства и, следовательно, нуждаются в специальной помощи.

Эти люди страдают от игромании, гемблинга (английское «Gamble»  – азартная игра) или лудомании (латинское "ludus" – игра), что может быть переведено как «одержимость игрой».

Согласно Международной  классификации болезней  игромания - патологическая склонность к азартным играм относится к расстройствам  привычек и влечений.  C появлением навязчивого влечения азартная игра постепенно начинает занимать основное место в жизни человека. Теряют свои значения такие понятия как семья, репутация, работа, происходит разрушение личности. Меняется отношение к игре, которая из легкого развлечения приобретает черты стержня, вокруг которого строится вся жизнь. Иногда происходит как бы одушевление автомата, человек вновь и вновь пытается вступить в борьбу с ним, иногда пытается доказать свою значимость, свою удачу, убежать от реальности в мир игры. Вне игровой ситуации им ощущается эмоциональная пустота и бесцельность.

На вопросы по поводу избавления от  игровой зависимости отвечает  психолог центра «Альтернатива»  Светлана Шелкова.

Каким образом  можно  отличить нормальное увлечение игрой  и патологическое расстройство ?

Когда увлечение игрой  становиться смыслом существования  и начинает разрушать жизнь, начинается патология.

Больной игроманией играет во вред материальной выгоде, во вред семейным и профессиональным отношениям. Он не в состоянии контролировать влечение к игре и прерывать ее волевым  усилием. Все его мысли об игре и всем, что с ней связано. Хотя бы один из перечисленных признаков уже говорит о наличии болезни.

Какова  самая большая  проблема психотерапевта в борьбе с игроманией ?

Отсутствие у игрока - лудомана осознания своей зависимости  и запроса на лечение. От зависимости  невозможно вылечить, если у зависимого, нет мотивации к лечению.

Как правило, при обращении  за помощью человек уже многократно  предпринимал попытки справиться с  проблемой. Имея неудачный опыт, а  также благодаря распространенному  мнению о невозможности получения  помощи «со стороны», его первоначальное отношение к  лечению скептическое. Чаще всего инициатива первичного обращения принадлежит родственникам.

Кроме низкого уровня мотивации, оказание помощи зависимым  игрокам осложняется частым сочетанием различных поведенческих и личностных отклонений, включая алкоголизм и проблемные семейные отношения.

Что заставляет лудомана снова и снова  тратить деньги на игру, вера в то, что  он вернет потраченное  с процентами и  таким образом  заработает?

Лудомания, это вообще не про деньги. Игра заменяет  человеку реальность, с которой у лудомана  даже если он внешне успешен очень тяжелые отношения. Реальность всегда враждебна ему, потому, что он не умеет  выстраивать с ней гармоничные отношения. Вообще любой зависимый, будь он алкоголик, наркоман или игроман человек инфантильный. Таким людям присущ иллюзорный взгляд на жизнь и глубокое неверие в собственные силы. В результате чувство разочарования в себе, ощущение внутренней пустоты. Не хватает энергии, что бы просто управлять своей жизнью. Отсюда надежда на счастливый случай. И тут появляется игра, которая  подогревает его надежду и как бы оживляет его. Когда игроман в игре ему кажется, что он силен, это связано с эмоциональном возбуждением. Риск отвлекает его от нерешенных проблем и высекает из него энергию, появляется ощущение, что здесь в игровом зале он живет настоящей жизнью. Тем более, что  и сама обстановка в казино и игорных залах продуманна так, что бы вы  не уходили оттуда. Вас любят, вам подносят напитки и всячески стимулируют на игру.

В игре для лудомана нет времени, нет ничего другого, есть только игра и иллюзия, того, что  он ее контролирует, но на самом деле игра контролирует лудомана, а через  него и его семью. Один наш клиент даже унитаз дома открутил и продал, для того, что бы продолжать играть. Это чувство реальности жизни, которое дает ему игра, чувство абсолютно иллюзорное конечно. Именно это, а не призрак выигрыша  заставляет лудомана нести деньги своей семьи в игорный бизнес. Ведь все понимают, что игровой автомат или казино невозможно обыграть.

Но  если большинство  игроманов не считают  себя зависимыми и  не собираются обращаться за помощью, то как  же быть с этой проблемой?

Терапия лудомании  начинается с родственников игрока. В начале вокруг игрока должна быть создана правильная среда. Родственники важно понять и принять то, что игромания считается болезнью всей семьи. Это значит, что   зависимость  компенсирует какие то глубокие внутрисемейные проблемы.

Часто бывает так, что  зависимый и его семья создают  некий тандем, в котором каждый выполняет свою любимую роль. Например, в случаях с алкоголиками как это не парадоксально, но их женам бывает выгодно нести на себе «крест» страдающей матери семейства тянущей лямку за всех.  А алкоголику - безответственного мерзавца. Как только алкоголик бросает пить и начинает проявлять больше интереса к семье, вдруг выясняется, что «мать семейства» вовсе не жертва,  а просто плохая хозяйка и жена, а порою просто - стерва.

Типичным вариантом  является семья, в которой муж  страдает зависимостью от игры, а жена проявляет черты созависимости (имеется в виду комплекс личностных особенностей и поведения, объективно способствующий сохранению патологического поведения мужа). Сам игрок, несмотря на тяжелое социальное положение, неудачи в семейной жизни, долги, не испытывает потребности в помощи, либо воспринимает помощь как необходимое условие для улучшения  ситуации в семье, например, при угрозе развода.

Если семья зависимого обращается к терапевту - специалисту  по игромании, то прежде всего он поможет ей понять каким образом члены семьи манипулируют друг другом. И что нужно поменять в собственном поведении, что бы создать условия для избавления  от зависимости.

Каковы  правила поведения  для семьи зависимого?

Общие правила таковы, нельзя :

Стыдить, пытаясь навязывать ему чувство вины. Бросаться спасать в случае очередного кризиса. Давать ему деньги на игру. Решать за него какие либо проблемы. Всего этого не нужно делать просто потому, что все это не эффективно. Ведь одна из функций игромании это защита игрока от тяжелого и хронического чувства тревоги живущего в нем из за его неумения выстраивать отношения с реальностью. И чем больше на игромана давит его окружение тем сильнее его привязка к игре как к убежищу от  чувства беспокойства и бессилия перед этим беспокойством.

Главное, что нужно  озвучить эту проблему: она есть и ее нужно решать со специалистами. 

Как  строится работа с  зависимыми игроками?

В три этапа общей  продолжительностью в 10 сеансов плюс участие в терапевтической группе.  Работу ведет кандидат психологических наук психотерапевт Сергей Алексеевич Долгов

Цель первого этапа - создание правильных установок и  ожиданий, как у зависимого игрока, так и у его ближайшего окружения.

Терапевт и семья  зависимого создают условия, в которых  может проводиться реальная психотерапевтическая работа. Прежде всего, имеется в виду, организация таких взаимоотношений в ближайшем окружении, которые бы не провоцировали срыв. Только в этих условиях игрок может быть поставлен перед ответственным выбором: отказаться от зависимости или остаться с ней, может осознать необходимость психотерапевтической помощи и сформулировать свой запрос.

Цель второго этапа  – отказ от игры. Который на самом  деле станет для игрока первым шагом  в борьбе с зависимостью.

Здесь мы используем метод компьютерного моделирования игровой ситуации, что облегчает решение ряда типичных проблем, возникающих в ходе терапии.

Дело в том, что  когда игроман приходит на прием  к терапевту, он не находится в  состоянии игры. А когда вы ставите  пред ним компьютер и эту игру моделируте вы не только приближаетесь к реальной ситуации игры, но и повышаете уровень заинтересованности пациента в посещении сеансов терапии, что  уменьшает вероятность преждевременного прекращения курса лечения.

Использование компьютера  облегчает анализ эмоций, приводящих к потере контроля (что является непростой задачей в условиях часто встречающихся затруднений при попытке описать свои переживания). Наконец, в моделируемой игре возможно использование изображений, вызывающих наибольшую тревогу у пациента, что приводит к формированию негативных ассоциаций, связанных с процессом игры и ослабляет положительные эмоциональные переживания, связанные с игрой.

Цель третьего этапа  – обеспечение контроля над влечением  к игре. По мере того как игра перестаёт справляться с функцией защиты от тревоги, все большее внимание должно быть уделено сохранению стабильности расширению зон в которых пациенту будет комфортно вне игры.

На этой стадии зависимый  игрок должен научиться своевременно распознавать первые признаки появления влечения к игре с тем, чтобы успеть предпринять соответствующие меры.

Вероятность срыва  еще очень велика и требуются  совместные усилия всех заинтересованных лиц в обеспечении процесса становления  новых форм поведения.

Всё это позволяет пациенту пережить острый период психологической «ломки» и начать вырабатывать стратегию контроля над импульсом к игре. Так начинается третий этап лечения – жизнь в условиях отказа от игры. В самом начале этого этапа пациенту даётся возможность осознать преимущества подобного образа жизни, даются первые навыки преодоления периодически возвращающейся тяги к игре.

Как долго может длиться  процесс выздоровления?

Естественно, что за 10 сеансов невозможно обеспечить полную перестройку личности зависимого игрока, невозможно гарантировать устойчивость его психики при возникновении игровой ситуации. Однако реализация программы дает возможность осознать преимущество жизни без зависимости, получить навыки преодоления периодически возвращающейся тяги к игре, сформировать установку на нормализацию своей жизни.

Эффективность лечения  повышает участие в терапевтической  группе, которая рекомендуется после  индивидуального курса терапии. Кстати, мы, также рекомендуем посещать такие группы и родственникам  игроманов. Практика показывает, что это очень способствует оздоровлению обстановки во всей  семье.

Реально лечение длиться  от  полугода и это в условиях поддерживающего окружения исключающего ситуации, провоцирующие игровое  поведение пациента. Например, сохраняющиеся  укоры со стороны семьи за потерянные в результате игры деньги могут провоцировать у пациентов чувство вины, снижать их самооценку и контроль над эмоциями, способствовать возникновению аффективного напряжения и поиск способов для его разрядки. В результате такого поиска могут «пробуждаться» импульсы, провоцирующие очередной игровой срыв. Несмотря на отсутствие химической зависимости, процесс выздоровления оказывается длительным и далеко не всегда протекает гладко. Кроме того, даже по достижении длительной ремиссии, невозможно гарантировать устойчивость психики при возникновении игровой ситуации. Иными словами с игрой придется распроститься навсегда.  

Жанна АЛЕКСЕЕНКО 

"Что наша жизнь?  Игра!" - сказал когда-то Шекспир.  Знал ли великий драматург,  что уже через несколько столетий капиталисты перевернут эту фразу, и Игра будет сравниваться с Жизнью, а не наоборот? Сегодня миллионы людей добровольно заточают себя в матрицы компьютерых игр, приковав себя к клавиатурам зависимостью от виртуальной реальности. Увлеченные захватывающими фэнтезийными сражениями, жертвы зависимости живут в игре, оставляя в нашем мире лишь сгорбленное, ожиревшее тело. Иногда его системы жизнеобеспечения отказывают во время очередного сеанса компьютерых развлечений, и человек умирает. А тем временем безжалостная машина игровой индустрии пожинает на загубленных душах миллиардные прибыли, производя все более совершенные "заменители реальности". Геймер (так называют зависимого от компьютерных игр) уходит в виртуальные миры, откуда возвращаются лишь единицы.  

А ведь "Минздрав предупреждал". В начале девяностых годов прошлого века только ленивый психолог не отметился  публикацией о вреде компьютерных игр, тогда еще только поднимавших  свою голову. Сейчас же на месте этих статей печатаются обзоры новых образцов виртуального дурмана: как-никак, XXI век на дворе, да и психологи уже не актуальны. Что мы, сами не разберемся? Разобрались, и теперь производители игр соревнуются в реалистичности виртуальных миров, возможностях для развития своего персонажа, количестве "бонусов". На первый план выходит показатель "времени на прохождение", что в общепринятой терминологии то же самое, что и сила наркотика. Человек тратит реальное время на вымышленное развитие, обменивает свое здоровье на увеличение цифр, существующих лишь в памяти компьютера и больном воображении.