Имплементация международных договоров

МИНИСТЕРСТВО ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ РЕСПУБЛИКИ УЗБЕКИСТАН

УНИВЕРСИТЕТ МИРОВОЙ ЭКОНОМИКИ И ДИПЛОМАТИИ

Кафедра ЮНЕСКО “Международного права и прав человека”

РЕФЕРАТ НА ТЕМУ:

ИМПЛЕМЕНТАЦИЯ МЕЖДУНАРОДНОГО ДОГОВОРА В НАЦИОНАЛЬНОЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО

Выполнил: магистрант 1 курса МП

  Махмудова  Феруза

Принял: к.ю.н. Н. Нугманов

Ташкент 2014

СОДЕРЖАНИЕ:

1. Введение –стр. 3
2. Правовые основы имплементации норм международных договоров - стр.4
3. Ратификация международного договора – стр. 8
4. Соотношение международных и национальных норм в странах СНГ-стр.9
5. Заключение - стр.10
6. Использованная литература и ссылки.-стр. 14

ВВЕДЕНИЕ

В современном мире, в условиях все большей интеграции и взаимосвязанности государств, резко повысилась роль международных договоров как нормативно-правовой основы межгосударственного сотрудничества. Договоры позволяют согласовать интересы, позиции и действия государств. Они заключаются для конкретного, четкого юридического установления и закрепления взаимных прав и обязанностей договаривающихся сторон. Договорная форма регулирования международных отношений определяет стабильность и преемственность развития мирового правопорядка. Этим обуславливается как принятие в 1969 и 1986 годах универсальных конвенций о праве международных договоров, так и распространившаяся повсеместно практика принятия государствами законов о порядке заключения исполнения международных договоров. Законодательство государств о договорах выполняет не только важную внутригосударственную функцию, но имеет и международное значение, так как им определяется отношение каждого государства к праву договоров как одной из стержневых составных частей всего международного права.

Как свидетельствует практика, основными этапами в процессе договорно-правовых взаимоотношений государств являются заключение договоров и их последующая имплементация правовыми системами государств. Заключение международных договоров - один из самых ответственных, трудоемких и часто длительных этапов. Под заключением договора понимаются все действия субъектов международного права, начиная от ведения переговоров, согласования точек зрения участников переговорного процесса, признания и закрепления договорных обязательств сторон и заканчивая вступлением договора в силу. В данном контексте большой интерес представляют как международные, так и внутригосударственные процедуры согласования, принятия и вступления договоров в силу, а также последующей их практической реализации.

Появление на месте бывшего СССР новых государств повлекло за собой формирование и новых правовых систем, с их сходствами, особенностями и различиями. Одним из таких сходств стало активное "вхождение" международных договоров в правовые системы государств, что явилось отражением общей мировой тенденции к сближению международного и внутригосударственного права. Для регулирования положения договоров в своих правовых системах государства принимают специальные нормативно-правовые акты. Однако, как оказалось, само подобное "вхождение" договоров, как и их принятие и действие, породили целый ряд проблем и практического, и теоретического свойства, требующих глубокого научного анализа.

         При проведении данного исследования  использовались также доктринальные положения по специальным вопросам, содержавшиеся в монографиях и статьях A.B. Жарского, B.C. Иваненко, М.П. Лозовика, Б.Г. Манова, И.С. Марусина, И.С. Перетерского, Ю.А. Тихомирова, В.В. Федорченко и других авторов, рассматривающих в своих работах отдельные аспекты права международных договоров и сравнительного правоведения. Кроме того, автором реферата был привлечен материал, содержащийся в научных разработках ряда иностранных ученых

Правовые основы имплементации норм международных договоров

За более чем четверть века Венская конвенция о праве международных договоров превратилась в универсальный международно-правовой акт, став юридической основой международного договорного права. В последние десятилетия государствами преодолен регионализм по вопросам заключения международных договоров и стала формироваться общая тенденция к сближению, гармонизации и унификации норм международного права и законодательства государств, по обеспечению правового единообразия общемировой международной договорной практики

Анализ конституционного законодательства государств-участников СНГ показывает, что государства Содружества восприняли мировую тенденцию развития международного договорного права, закрепив в конституциях и специальных законах основные положения Венской конвенции, создав тем самым правовую основу для эффективного международно-договорного сотрудничества.

Обобщение и анализ практики законодательного регулирования государствами СНГ порядка заключения, исполнения и прекращения международных договоров свидетельствует о том, что, использовав международный и советский опыт по данному вопросу, они, к сожалению, не смогли добиться полного учета всех проблемных аспектов в этой сфере. Многие сложные задачи права международных договоров, особенно в области действия и применения международных договоров в правовых системах государств, не получили своего разрешения на национальном уровне, либо отражены неполно.

Конституционное законодательство государств СНГ не выработало юридически точного и адекватного порядка вхождения международных договоров в свои правовые системы. В конституциях использованы три технико-юридические формулы для обозначения механизма "вхождения" норм международных договоров в правовое пространство конкретного государства: "международные договоры являются частью правовой системы государства", "международные договоры являются частью права государства" и "международные договоры являются частью законодательства государства". Последняя формула представляется по существу неверной и юридически некорректной, поскольку договоры, созданные в одной правовой системе ее субъектами права, не могут быть частью законодательства другой правовой системы.

 Для всех государств  СНГ характерна недостаточная законодательная разработанность механизма внутригосударственной имплементации договоров, что создает юридическую неопределенность и фактическую сложность для субъектов правовых систем данных государств, а также ставит серьезные препятствия для нормального использования договорных норм их правоприменительными административными и судебными органами. Выходом из этого положения, по мнению диссертанта, могло бы стать принятие государствами СНГ специальных законодательных актов, в которых был бы предусмотрен правовой механизм имплементации международных договоров в их правовые системы и порядок взаимодействия международных договорных норм с различными элементами внутренней правовой системы государств.

Как с теоретической, так и с практической стороны по способам правового закрепления ратификации договоров государства СНГ можно разделить на две равные группы. Первые осуществляют ратификацию посредством закона, другие - постановления. Существенным при этом является не правовой уровень акта о ратификации, а порядок и степень допуска норм договоров в национальную правовую систему. Акт о ратификации является актом сугубо внутреннего права и с точки зрения права международного сам по себе еще не влияет на действительность договора. Для наступления действительности договора необходимо соблюдение не только внутригосударственных, но и международно-правовых процедур, в частности, оформление ратификационной грамоты и сдача ее на хранение депозитарию, вступление в целом договора в силу в установленном порядке.

Ратификация международного договора

Международный договор, в котором предусмотрен процесс ратификации или утверждения, не закрепляет для государства какого-либо обязательства, хотя и поставлена подпись представителя государства в этом договоре. Но, несмотря на это обстоятельство, подписанный международный договор говорит о том, что для государства этот договор вызывает важные юридические последствия:

во-первых, подписанный договор позволяет государству совершить процесс ратификации договора, отдельных его положений, или утверждение их;

во-вторых, в соответствии со см. 18 Венской Конвенции о праве международных договоров 1969 г., государство обязано воздерживаться от действий, которые лишили бы договор его объекта и цели, до тех пор, пока оно не выразит ясно своего намерения не становится участником этого договора.

Предлагаем классификацию видов международных договоров, которые подписываются, но не подлежат ратификации, утверждению, принятию и т. д. в соответствии с Законом "О международных договорах Республики Узбекистан» 22 декабря 1995 г. Учитываются следующие обстоятельства: во-первых, окончательное согласие на обязательность для государства конкретного международного договора; во-вторых, когда на государство возлагается обязательство в соответствии со ст. 18 Венской Конвенции и обязанность воздерживаться от действий, которые лишили бы договор его объекта и цели (если такое согласие было дано до вступления международного договора в силу); в - третьих, если международный договор вступил в силу (или вступает) вследствие данного подписания, все статьи международного договора приобретают полную юридическую силу.

Как показывает практика, подписание международного договора может быть окончательным, неокончательным или условным ад референдум. Процедура подписания в порядке ад референдум была принята для того, чтобы дать возможность тому или иному уполномоченному, имеющему сомнения относительно приемлемости для его правительства некоторых положений соглашения, отложить подписание на время, достаточное для получения одобрения. В наше время договорно-правовая практика подписания международных договоров на основе ад референдум применяется редко. В практике Узбекистана она не отмечена.

Условное подписание международного договора представителями государства делается тогда, когда договор требует последующего утверждения со стороны правительства, или ратификации законодательным органом страны, или принятия иным компетентным органом государства. Однако подписание отличается от парафирования.

Основные различия между подписанием ад референдум и парафированием состоит в следующем:

во-первых, парафирование ограничивается установлением аутентичности пакета международного договора и не может быть выражено представителем государства в окончательном подписании простым подтверждением, в то время как ад референдум, согласно международной договорной практике государств, выступает как один из способов согласия на правомерность и обязательность для него международного договора;

во-вторых, парафирование международного договора полномочным представителем государства обратной силы не имеет, в то время как подписание международного договора ад референдум обладает обратной силой;

в-третьих, подписание ад референдум после одобрения текста договора государством становится окончательным актом, а сам договор приобретает полную юридическую силу, в то время как после процесса парафирования необходимо его подписание;

в-четвертых, различие есть и по форме: для подписания ад референдум требуются полномочия, в то время как парафирование совершается постановкой инициала представителя государства.

Двусторонние международные договоры подписываются с учетом принципа альтерната (чередования). Принцип альтерната выступает как принцип суверенного равенства в процессе заключения международного договора. В экземпляре международного двустороннего договора, предназначенного для данного договаривающегося государства, делается запись названия этого государства, ставятся подписи его уполномоченных, печати договаривающихся государств. Текст международного договора на языке данного государства помещается на первом месте. На экземпляре международного договора, предназначенного для другой стороны, подписи ставятся в обратном (реверсивном) порядке.

Соотношение международных и национальных норм в странах СНГ

Большинство государств (Азербайджан, Армения, Грузия, Кыргызстан, Россия, Таджикистан, Узбекистан и Украина) наделяют правом внесения предложений о заключении договоров прежде всего министерства иностранных дел. При этом в Азербайджане МИД вносит предложения о заключении договоров только вместе с Кабинетом министров. Другие государства данной группы, кроме Азербайджана, наделяют свои ведомства внешних сношений большей самостоятельностью. В то же время, законодательство Беларуси и Казахстана требуют лишь внесения предложений по согласованию с МИДом, а закон Молдовы вообще не упоминает МИД в качестве субъекта договорной инициативы.

Субъектами, обладающими правом вносить предложения о заключении договоров, могут выступать также и заинтересованные министерства всех государств СНГ. Президент или правительство могут выступить с предложением о заключении международного договора в Армении и Молдове. Более того, в Армении аналогичным правом обладает и премьер-министр, а в Украине - Центральный банк и Генеральный прокурор.

Во-вторых, уполномоченными органами по рассмотрению предложений о заключении договоров могут являться глава государства и правительство, в соответствии со своей компетенцией (Казахстан, Кыргызстан, Россия, Таджикистан, Узбекистан и Украина). В Азербайджане и Грузии надлежащим органом по рассмотрению предложений о заключении договоров является только президент, а в Армении и Беларуси - правительство. В Молдове рассмотрение предложений осуществляется посредством МИД. Следует также отметить, что в Азербайджане, Армении, Грузии и Казахстане не все субъекты договорной инициативы могут напрямую обращаться к уполномоченными органами по рассмотрению предложений о заключении договоров. Посредником может выступать как министерство иностранных дел, так и правительство.

В-третьих, при относительной схожести содержания предложений о заключении договоров необходимо отметить, что важным аспектом будущего применения международного договора является наличие четкого механизма внутригосударственной имплементации последнего. Только законодательство Кыргызстаназакрепило наличие такого механизма уже на момент внесения предложения о заключении международного договора, хотя и не раскрыло его содержания. Законы Беларуси, Грузии, Молдовы и Казахстана говорят лишь о представлении проектов изменений и дополнений в национальные нормативные акты. Закон Армении предусматривает, что вопрос о целесообразности сохранения в проекте договора положений,противоречащих Конституции и законам Республики Армения, решается составителем проекта договора.385 То есть механизм реализации связывается лишь с законодательными вопросами. Другие государства вовсе не увязывают в своих законах механизма реализации с моментом заключения договора. Лишь говорится о согласовании предложений по заключению договоров с министерством юстиции. К тому же, предложения о внесении изменений в правовые акты этих государств, в связи с несоответствием международным договорам, зафиксированы в разделах, посвященных выполнению уже заключенных договоров.

Институт представительства при заключении международных договоров имеет противоречивую сущность. В рамках Венской конвенции 1969 года не требуется предъявления полномочий на этапе ведения переговоров и требуется для принятия текста договора. Согласно статьи 2, "полномочия" означают документ, который исходит от компетентного органа государства и посредством которого одно или несколько лиц назначаются представлять это государство в целях ведения переговоров, принятия текста договора или установления его аутентичности, выражения согласия этого государства на обязательность для него договора или в целях совершения любого другого акта, относящегося к договору.

При рассмотрении вопроса фактической реализации международных обязательств на внутригосударственном уровне можно выделить три группы стран. Первые (Армения, Молдова, Россия, Таджикистан) включают международные нормы в свою правовую систему, вторые (Казахстан) - в право, а третьи (Азербайджан, Беларусь, Грузия, Кыргызстан, Украина) непосредственно в законодательство. Все три подхода претворения в жизнь договоров могут вызывать теоретические споры и путаницу на практике. Термин "правовая система" является научным понятием и разработан доктринально; он нормативно не урегулирован, и его наличие в конституциях является вопросом полемичным. Включение международно-правовых норм в законодательство может повлечь иные трудности. Таким ратифицированным и самоисполнимым договорам по сути дела дается сила законов, и они оказываются на одном уровне. В этом случае применимы принципы законодательной техники lex posterior derogat legi priori и lex specialis derogat lex generalis. Приоритет в этом случае будет отдан последнему по времени принятия акту или норме специальной, независимо от того, является ли такой акт международным договором или внутренним законом. Реализация принципа pacta sunt servanda может быть проигнорирована. Более правильным является включение международных соглашений в право государств. Во всяком случае, сегодня эта конструкция наименее уязвима.

Многие теоретики международного права, такие как Е.Т. Усенко, C.B. Черниченко, Д.Б. Левин, Р. Хиггинс, Г. Бербер и другие, придерживающиеся теории трансформации, полагают, что международное право не имеет собственной юридической силы (proprio vigore) в пределах государства. Можно сделать вывод, что нормы национального права такую силу имеют. Для начала действия международной нормы на территории страны и, следовательно, для ее применения необходимо, чтобы данная норма приобрела силу национально-правовой нормы. В силу суверенитета государства на его территории может действовать его воля. Санкция на действия норм международного права в государстве предоставляется национальным законом, зачастую конституционным.

Признание положения о действии норм proprio vigore противоречило бы нормообразованию в международном праве, ибо возникновение любой писаной нормы международного права возможно только через согласование воли государств как субъектов международного права. Более того, концепция о действии норм proprio vigore в национальном праве также сомнительна. Главное отличие права от других нормативных ценностей (морали, религиозных норм, неправовых обычаев) заключается в том, что оно предполагает возможность принудительно требовать соответствующих действий от другого субъекта. Все в мире условно и относительно. В правовых учениях коллективистской правовой ориентации право часто рассматривается лишь как один из способов, при помощи которого можно решать ограниченные социальные задачи. Выше права находятся мораль и религия, которые сплачивают народ в самодостаточный единый организм. В правовых учениях индивидуалистической правовой ориентации господствует точка зрения, что право является и главным средством и целью общественного развития. Отношения в таком круге построенные на естественно-правовых и договорно-правовых началах и рассматриваются как приоритетные в жизни любого социума. Именно под условием верховенства права и произведен допуск правовых норм к объективному регулированию отношений внутри государства. Опосредовано общество устанавливает иерархию правовых норм и выражает свое отношение к своей системе права. Для регулирования отношений и возможности принудительно требовать, правовая или другая норма должна получить своеобразную "санкцию" общества. Нормы proprio vigore действовать не могут как в международном, так и во внутреннем праве.

Назначение права, и его нормы в частности, заключается в регулировании отношений между субъектами. Норма права в целом это установленные и по возможности обеспеченные субъектами нормообразованияправила поведения. Международные нормы имеют своеобразие лишь в своем генезисе, в остальном же они целиком подчиняются общей теории права. Невозможность регулирования отношений лишает норму ее нормативности. Любой международный договор самоисполним если не доказана невозможность его самоисполнения. Ведь невыполнение правовых норм, включая международные, подрывает сущностную основу нормы и может быть основанием для правовой ответственности.

Другим теоретически спорным вопросом является наличие или отсутствие примата международного права в правовой системе государства. При отходе от концепции трансформации и спорности учения о действии норм proprio vigore, актуальность преобладающего значения международного права (а именно так термин "примат" объясняется в толковом словаре) над национальным, и не более того, выходит на первое место. Термин "примат норм" должен целиком соотноситься с термином "иерархия норм". Под приматом международного права следует понимать лишь приоритет норм международного права над нормами внутренними в случае противоречия между ними, или прямое применение международных норм в случае отсутствия национальных, хотя допуск норм международного права на суверенную территорию необходимо зафиксировать, так как международное право не может действовать вопреки воли государств. 

Список литературы

1. Устав Организации Объединенных Наций и Статут Международного суда 1945 г. / Действующее международное право. В 3 т. М.: МНИМП. 1996. Т.1

2. Венская конвенция о праве международных договоров 1969 г. / Действующее международное право. В 3 т. М.: МНИМП. 1996. Т. 1

3. Венская конвенция о праве договоров между государствами и международными организациями и между международными организациями 1986 г. / Действующее международное право. В 3 т. М.: МНИМП. 1996. Т. 1

4. Венская конвенция о правопреемстве государств в отношении договоров 1978 г./ Действующее международное право. В 3 т. М.: МНИМП. 1996. Т. 1

5. Декларация о принципах международного права, касающихся дружественных отношений и сотрудничества между государствами в соответствии с Уставом Организации Объединенных Наций 1970 г. / Действующее международное право. В 3 т. М.:МНИМП. 1996. Т. 1

6. Договор о Европейском  Союзе 1992 г. / Хартли Т.К. Основы права Европейского сообщества: Пер. с англ. М.: Закон и право. ЮНИТИ. 1998

7. Договор об учреждении  Европейского экономического сообщества 1957 г. / Хартли Т.К. Основы права Европейского сообщества: Пер. с англ. М.: Закон и право. ЮНИТИ. 1998

8. Европейская конвенция  о защите прав человека и  основных свобод 1950 г. // Бюллетень международных договоров. 2001. № 3

9. Заключительный Акт  Совещания по безопасности и  сотрудничеству в Европе 1975 г. / Действующее  международное право. В 3 т. М.: МНИМП. 1996. Т. 1

10. Ю.Конвенция о ликвидации всех форм расовой дискриминации 1966 г. / Действующее международное право. В 3 т. М.: МНИМП. 1996. Т. 2

11. Конвенция ООН о договорах международной купли-продажи товаров 1980 г. //Вестник Высшегоарбитражного суда Российской Федерации. 1994. № 1

12. Конвенция ООН по  морскому праву 1982 г. // Бюллетень международных договоров. 1998. № 1

13. Конвенция УНИДРУА о международном финансовом лизинге 1988 г. // Бюллетень международных договоров. 1998. № 9

14. М.Международный пакт о гражданских и политических правах 1966 г. // Ведомости Верховного Совета СССР. 1976. № 17(1831)

15. Международный пакт  об экономических, социальных и  культурных правах 1966 г. // Ведомости ВерховногоСовета СССР. 1976. № 17(1831)

16. Статут Международного  уголовного суда 1998 г. / Информационно-правовая  система "Гарант"

17. Устав Содружества Независимых  Государств 1993 г. // Бюллетень международных  договоров. 1994. № 1б) Национальные конституционные акты

18. Алексеева Л.Б., Жуйков В.М., Лукашук И.И. Международные нормы о правах человека и применение их судами Российской Федерации. М.: Права человека. 1996

19. Бабаев В.К. Правовая система общества / Общая теория права: Курс лекций / Под ред. В. К. Бабаева. Н. Новгород. 1993

20. Блищенко И.П. Международное и внутригосударственное право. М.: Госюр-издат. 1960

21. Блюнчли И. Современное международное право цивилизованных государств, изложенное в виде кодекса / Под ред. Л. Комаровского; Пер. со 2-го нем. изд. В. Ульяницкого и А. Лодыженского. М.: Индрих. 1876

22. Герваген Л.Л. Имеют ли международные соглашения свойства права? Пг.: Типография М.А. Александрова. 1915

23. Иваненко В.А., Иваненко B.C. Социальные права человека и социальные права государства: Международные и конституционные правовые аспекты. СПб.: Юридический центр-Пресс. 2003

24. Карбонье Ж. Юридическая социология. М.: Прогресс. 1986 Ю.Кожевников Ф.И., Кривчикова Э.С. Комиссия международного права ООН.

25. М.: Международные отношения. 1977

26. Левин Д.Б. Актуальные проблемы теории международного права. М.: Наука. 1974