История юридической психологии

Содержание

Введение3

1. Ранняя история юридической психологии4
2. Оформление юридической психологии как науки………………………..….7
3. Развитие юридической психологии в ХХ в и настоящее время…………...11

Заключение……………………………………………………………………….15

Список литературы………………………………………………………………16

Введение

Юридическая психология – наука о функционировании психики человека, вовлеченного в правовые отношения. Юридическая психология возникла как ответ на запросы юристов-практиков, по сути, это прикладная наука, призванная помогать юристу искать ответы на интересующие его вопросы. Юридическая психология носит междисциплинарный характер. Так как юридическая психология возникла и развивалась на стыке психологических и правовых знаний, она имеет отношение как к общей психологии, так и к юридическим наукам. Эта наука сравнительно молода, ей около двухсот лет. Но примечателен тот факт, что это направление возникло практически одновременно с психологией: психология и юридическая психология весь путь развития прошли «рука об руку».

В развитии юридической психологии можно выделить следующие три  этапа:

Ранняя история юридической психологии - XVIII в. и первая половина XIX в.

Первоначальное оформление юридической психологии как науки - конец XIX в. - начало XX в.

Развитие юридической  психологии в ХХ в. и наше время.

1. Ранняя история юридической психологии

Как большинство новых  наук, возникших на стыке различных  отраслей человеческих знаний, юридическая  психология на первых этапах своего развития не имела самостоятельности и  не располагала специальными кадрами  ученых. Относящиеся к этой дисциплине вопросы пытались решать отдельные  психологи, юристы и даже специалисты  в других областях знаний. Начальный  этап развития связан с необходимостью обращения правовых наук к психологии для разрешения специфических задач, которые не могли быть решены традиционными  методами правоведения. Юридическая  психология, как и многие другие отрасли психологической науки, прошла путь от чисто умозрительных  построений к научно-экспериментальному исследованию.

Одним из первых авторов, который  рассмотрел ряд судебно-психологических  аспектов и идею гуманизма, был М.М.Щербатов (1733-1790). В своих трудах он требовал, чтобы законы разрабатывались с учетом индивидуальных особенностей личности человека, один из первых поднял вопрос об условно-досрочном освобождении от наказания. Он положительно оценивал фактор труда в перевоспитании преступника.

Представляют интерес  и работы И. Т. Посошкова (1652-1726), в которых давались психологические рекомендации относительно допроса обвиняемых и свидетелей, классификация преступников, затрагивались и некоторые другие вопросы.

Распространение идеи исправления  и перевоспитания преступника заставило  право обратиться к психологии для  научного обоснования этих проблем. Над их решением в начале XIX в. в России работали В. К. Елпатьевский, П. Д. Лодий, Л. С. Гордиенко, Хр. Штельцер и др.

Однако сама психология, носившая в то время метафизический, умозрительный характер, не могла  даже в союзе с уголовным правом разработать достаточно обоснованные критерии и методы изучения человеческой личности.

Значительное количество работ по юридической психологии появилось в России в 3-й четверти XIX в. Это работы И. С. Баршева «Взгляд на науку уголовного законоведения», К. Я. Яновича-Яневского «Мысли об уголовной юстиции с точки зрения психологии и физиологии», А. У. Фрезе «Очерк судебной психологии», Л. Е. Владимирова «Психические особенности преступников по новейшим исследованиям» и некоторые другие.

В указанных работах высказывались  идеи чисто прагматического использования  психологических знаний в конкретной деятельности судебных и следственных органов. Так, И. С. Баршев, например, писал, что если судья не знает психологии, то это будет «суд не над живыми существами, а над трупами».

В работах немецких ученых И. Гофбауэра «Психология в ее основных применениях в судебной жизни» (1808) и И. Фридриха «Систематическое руководство по судебной психологии» (1835) сделана попытка использовать данные психологии в расследовании преступлений.

Психологические вопросы  оценки свидетельских показаний  занимали и выдающегося французского ученого-математика Лапласа. В «Опытах  философии теории вероятностей», изданной во Франции в 1814 году (русский перевод  – М., 1908), Лаплас рассматривает вероятность свидетельских показаний наряду с вероятностью исходов судебных приговоров, резолюций на собраниях и т. д., пытаясь дать им оценку в математическом исчислении. Он считал, что элементы вероятности того, что данное показание соответствует действительности, слагаются:

из вероятностей самого события, о котором повествует свидетель;

из вероятности четырех  гипотез в отношении допрашиваемого:

а) свидетель не ошибается  и не лжет;

б) свидетель не лжет, но ошибается;

в) свидетель не ошибается, но лжет;

г) свидетель и лжет, и  ошибается.

Лаплас понимал трудность  оценки подобным образом правдивости  или ложности показаний свидетеля  из-за большого числа обстоятельств, сопровождающих факты, о которых  они свидетельствуют, но считал, что  суд в своих суждениях также  опирается не на математическую достоверность, а лишь на вероятность. Но тем не менее схема Лапласа интересна как первая попытка создать научную методику оценки свидетельских показаний.

Изучение проблем судебной психологии долгое время дальше этих первых попыток не шло. Во второй половине XIX века не только успешное развитие естественных наук, но и рост преступности во всех ведущих капиталистических странах  послужили толчком к дальнейшему  оживлению и расширению судебно-психологических  исследований.

2. Оформление юридической психологии как науки

Конец XIX и начало XX в. связаны  с интенсивным развитием психологии, психиатрии и ряда юридических дисциплин (в первую очередь - уголовного права). Ряд ученых, представлявших эти науки в тот период, занимали прогрессивные позиции (И. М. Сеченов, В. М. Бехтерев, С. С. Корсаков, В. П. Сербский, А. Ф. Кони и др.).

Развитие психологии, психиатрии и права привело к необходимости  оформления юридической психологии как самостоятельной научной  дисциплины. П.И.Ковалевский в 1899 году поставил вопрос о разделении психопатологии и правовой психологии, а также  введении этих наук в курс юридического образования.

Примерно в этот же период развернулась борьба между антропологической  и социологической школами уголовного права. Родоначальником антропологической  школы был Ч. Ломброзо, создавший теорию «врожденного преступника», который в силу своих атавистических черт не может быть исправлен.

Представители социологической  школы использовали идеи утопического социализма и решающее значение в объяснении причин преступности придавали социальным фактам. Для этого времени некоторые идеи социологической школы несли в себе прогрессивные элементы.

В начале XX в. в юридической психологии появляются экспериментальные методы исследования.

Значительное количество работ этого периода посвящено  психологии свидетельских показаний. Это работы И. Н. Холчева «Мечтательная ложь», Гр. Португалова «О свидетельских показаниях» (1903), Е. М. Кулишера «Психология свидетельских показаний и судебное следствие» (1904). На эту же тему были сделаны доклады М. М. Хомяковым «К вопросу о психологии свидетеля» (1903), А. В. Завадским и А. И. Елистратовым «О влиянии вопросов без внушения на достоверность свидетельских показаний» (1904), О. Б. Гольдовским «Психология свидетельских показаний» (1904).

Появляются работы Л. Е. Владимирова, Г. С. Фельдштейна, М. Н. Гернета и других, в которых исследуется психология личности преступника.

Наиболее обстоятельная  работа по судебной психологии принадлежала Гансу Гроссу. В его «Криминальной психологии», вышедшей в 1898 г., использованы результаты общепатологических экспериментальных исследований ряда психологов того времени.

В изучении психологии расследования  преступлений серьезным шагом вперед было непосредственное применение экспериментального метода психологии. Один из создателей этого метода французский психолог Альфред Бинэ впервые экспериментальным путем изучал вопрос о влиянии внушения на детские показания. В 1900 г. он опубликовал книгу под названием «Внушаемость», в которой вопросам влияния внушения на детские показания посвящена специальная глава. В ней А. Бинэ делает небезынтересные выводы: 1) ответы на вопросы всегда содержат ошибки; 2) в целях правильной оценки показаний в протоколах судебных заседаний следует подробно излагать как вопросы, так и ответы на них.

В 1902 г. эксперименты по определению  достоверности свидетельских показаний  производил немецкий психолог Вильям Штерн. Его задачей было не изыскание  научно обоснованных приемов получения  показаний свидетелей, как у А. Бинэ, а установление степени достоверности показаний. Опираясь на свои данные, В. Штерн утверждал, что свидетельские показания принципиально недостоверны, порочны, поскольку «забывание есть правило, а воспоминание - исключение». Итоги своего исследования В. Штерн доложил на заседании Берлинского психологического общества, они вызвали большой интерес в юридических кругах многих стран Европы. Впоследствии В. Штерн создал персоналистическую концепцию памяти, носившую ярко выраженный идеалистический характер. Согласно этой концепции память человека не является отражением объективной реальности, а выступает лишь как ее искажение в угоду узко эгоистическим интересам личности, ее индивидуалистическим намерениям, ее гордости, тщеславию, честолюбию и пр.

Доклад В. Штерна вызвал бурную реакцию и у русских юристов. Рьяными сторонниками В. Штерна в  России стали профессор Петербургского университета О. Б. Гольдовский, профессора Казанского университета А. В. Завадский и А. И. Елистратов. Они самостоятельно провели серию опытов, подобных опытам В. Штерна, и сделали аналогичные выводы. Сам О. Гольдовский говорил: «Психологические основания ошибок очень различны и вывод из сопоставления картины, воспроизведенной свидетелем, с действительностью, получается очень печальный. Свидетель не дает точной копии, но лишь суррогат ее».

Вопросами судебной психологии в Германии занимались также О. Лип-пман, А. Крамер, В. Ф. Лист, С. Яффа и др. С 1903 г. В. Штерн при сотрудничестве Листа и Гросса стал выпускать журнал «Доклады по психологии показаний».

Исследования по криминалистической психологии проводились и в других странах: во Франции - Клапаредом, в США - Мейерсом, а также Микином Кеттелом, который в 1895 г. провел эксперимент с памятью студентов, а затем предложил составить указатель степеней точности свидетельских показаний.

Над вопросами психологии свидетельских показаний в России работали также М. М. Хомяков, М. П. Бухвалова, А. Н. Берштейн, Е. М. Кулишер и др. В 1905 г. вышел сборник «Проблемы психологии. Ложь и свидетельские показания». Многие статьи сборника пронизывала идея о недостоверности свидетельских показаний.

Однако необходимо отметить, что далеко не все ученые юристы и психологи того периода разделяли  негативное отношение к свидетельским  показаниям. Среди них прежде всего следует назвать крупнейшего русского юриста А. Ф. Кони. В прениях по докладу О. Гольдовского «О психологии свидетельских показаний» на заседании уголовного отделения юридического общества Петербургского университета А. Ф. Кони резко выступил против выводов В. Штерна и О. Гольдовского. Он говорил: «Нельзя скрывать, что исследования Штерна крайне односторонни, нельзя также скрывать и того, что в сущности это столько же поход против свидетелей, сколько и судей и особенно присяжных заседателей». Позднее, на заседании того же общества, А. Ф. Кони выступил с самостоятельным докладом по тому же вопросу, который по существу был ответом на неосновательные утверждения о ненадежности свидетельских показаний.

Развитие наук, в том  числе наук о социальных явлениях, порождает стремление разобраться  в причинах преступности, дать научное  обоснование деятельности социальных институтов, занимающихся ее предупреждением. Таким образом, уже в XIX веке начинает складываться новый подход к решению  данной проблемы, сутью которого является стремление вскрыть причины преступного  поведения и на их основе составить  программу практической деятельности по борьбе с преступлениями и преступностью.

В середине XIX века Чезаре Ломброзо один из первых попытался научно объяснить природу преступного поведения с позиции антропологии. Теория Ломброзо находит последователей в наше время. Отголоски ее можно найти в современных теориях, таких как теория хромосомных аномалий Клайнфельтера, во фрейдистских и неофрейдистских учениях о врожденной агрессии и разрушительных влечениях, генной инженерии.

Очевидно, если до конца следовать  логике антропологической теории Ч. Ломброзо, то борьба с преступностью должна осуществляться путем физического уничтожения либо пожизненной изоляции «врожденных» преступников. Биологизаторский подход в объяснении природы преступного поведения был подвергнут серьезной, справедливой критике уже со стороны буржуазных социологов, современников Ломброзо, когда преступность начала изучаться как социальное явление.

3. Развитие юридической психологии в XX столетии и настоящее время

Конец XIX - начало XX веков  характеризуется социологизацией криминологического знания, когда причины преступности как социального явления начали изучать буржуазные социологи Ж. Кетле, Э. Дюркгейм, П. Дюпоти, М. Вебер, Л. Леви-Брюль и другие, которые, применив метод социальной статистики, преодолели антропологический подход в объяснении природы преступного поведения, показав зависимость отклоняющегося поведения от социальных условий существования общества. Эти работы были безусловно прогрессивным явлением своего времени.

Отличительная особенность  современного криминологического знания - это системный подход к рассмотрению и изучению причин и факторов отклоняющегося поведения, разработка проблемы одновременно представителями различных отраслей науки: юристами, социологами, психологами, медиками.

Это в свою очередь позволяет  комплексно подходить к практике предупреждения преступлений. Немалую  роль при этом играет психолого-педагогическое оснащение тех социальных институтов, которые на практике осуществляют правоохранительную, превентивную, пенитенциарную деятельность.

Современные биологизаторские криминологические теории далеко не так наивно, как Ломброзо, объясняют природу преступного поведения. Они строят свои аргументы на достижениях современных наук: генетики, психологии, психоанализа. На Международной конференции во Франции в 1972 году исследователи разных стран высказали единодушное мнение, что зависимость между генными нарушениями и преступностью не подтверждается статистически.

В настоящее время в  западной криминологии наибольший удельный вес занимают социально-психологические  теории преступности, объясняющие социально-психологические  механизмы усвоения так называемой делинквентной морали механизмами нейтрализации морального контроля, защитными механизмами. В этом направлении в социальной психологии США существует целый ряд довольно оригинальных попыток объяснить способы формирования делинквентной субкультуры у несовершеннолетних.

Сюда можно отнести  теорию «социальной аномалии» Р. Мертона, которая построена на гипотезе об отмирании, отпадении норм морали при делинквентном поведении (социология преступности); теорию «нейтрализации» Д. Матса, Т. Сайкса, считающих, что преступник в целом разделяет общепринятые нормы морали, но оправдывает свое преступное поведение.

Развитию юридической  психологии в первые годы Советской власти весьма способствовал большой общественный интерес к вопросам осуществления правосудия, законности, личности преступника и др. В стране начался поиск новых форм предупреждения преступности и перевоспитания правонарушителей. Юридическая психология приняла активное участие в решении этих проблем. В 1925 году в нашей стране впервые в мире был организован Государственный институт по изучению преступности и преступника. В течение первых пяти лет существования этим институтом было опубликовано значительное количество работ по юридической психологии. Специальные кабинеты по изучению преступника и преступности были организованы в Москве, Ленинграде, Саратове, Киеве, Харькове, Минске, Баку и других городах.

Одновременно велись исследования по психологии свидетельских показаний, психологической экспертизе и некоторым  другим проблемам.

Интересные исследования провел психолог А. Р. Лурия в лаборатории экспериментальной психологии, созданной в 1927 году при Московской губернской прокуратуре. Он изучал возможности применения методов экспериментальной психологии для расследования преступлений и сформулировал принципы работы прибора, который впоследствии получил наименование «разоблачителя лжи» (лай-детектор).

Значительный вклад в  развитие юридической психологии того времени внесли такие известные  специалисты, как В. М. Бехтерев и  А. Ф. Кони.

Секции криминальной психологии, криминалистической рефлексологии  и психологии были образованы на первом и втором Всероссийских съездах  по психоневрологии.

Уже в первые годы советской власти юристы и психологи настойчиво искали новые формы борьбы с преступностью. Новый общественный строй видел в преступнике прежде всего человека.

В те годы в Москве и на Украине были переведены и изданы труды западных ученых: Г. Гросса, О. Липпмана, Э. Штерна, М. Геринга, Г. Мюнстерберга, А. Гельвига.

Достижения экспериментальной  психологии начинают использоваться в  этот период и в судебной практике в России. В частности, В. М. Бехтерев и его ученики активно занимаются проблемами психологической диагностики  преступников и свидетелей. Первым значительным исследованием в области  судебно-психологической экспертизы была книга А. Е. Брусиловского «Судебно-психологическая  экспертиза: ее предмет, методика и  предметы», вышедшая в свет в 1939 году в Харькове. В ней содержатся примеры  попыток использования судебно-психологической  экспертизы (СПЭ) в уголовном судопроизводстве.

Первоначально, в период становления экспериментальной  психологии попытки использовать ее для нужд юридической практики сводились в основном к разработке методик определения достоверности показаний участников уголовного процесса.

В работах того периода  активно исследовалась личность правонарушителя. Это имело свои положительные стороны, так как  позволяло точно и правильно  квалифицировать совершенные преступления, учитывая все объективные и субъективные моменты. Но, с другой стороны, претендуя на установление достоверности показаний участников судебно-следственного процесса, эксперт брал на себя задачу определить насколько правдивы или ложны эти показания, т.е. преступал границы своих специальных знаний и процессуальных полномочий, вторгаясь тем самым в пределы компетенции следствия и суда.

Уровень практической психологии в тот период еще отставал от запросов юридической практики. Психолог не только выявлял достоверность показаний, но и практически определял вину лица, совершившего преступление. Такая  неправомерная переоценка компетенции  психологической экспертизы приводила  к субъективным оценкам и вызвала  негативное отношение к экспертным психологическим исследованиям  вплоть до 60-х годов.

Сокрушительный удар по социальным и гуманитарным дисциплинам нанесли  репрессии 1930-х гг. Не избежала этой участи и психология – были закрыты  важнейшие лаборатории и исследовательские  центры, подверглись репрессии многие видные ученые. Психология, в том  числе и юридическая, была фактически подчинена педагогике. Полностью  прекратились все психологические  исследования, находящиеся на стыке  с юриспруденцией. Такое положение  дел установилось на долгий срок, и  только оттепель 1960-х гг. изменила его  к лучшему.

В 1964 г. было принято постановление  ЦК КПСС «О мерах по дальнейшему развитию юридической науки и улучшению юридического образования в стране», которое восстановило юридическую психологию во всех юридических вузах страны. В 1965-1966гг. началось чтение специальных курсов юридической психологии в юридических вузах Москвы, Ленинграда, Минска и некоторых других городов. В 1966 году Министерством высшего и среднего образования СССР был проведен Всесоюзный семинар по вопросам преподавания юридической психологии и основных проблем этой науки.

В мае 1971 г. в Москве состоялась первая Всесоюзная конференция по судебной психологии.

В июне 1971 г. в Тбилиси  на 4-м Всесоюзном съезде психологов судебная психология была представлена отдельной секцией.

Осенью 1986 г. в городе Тарту (Эстония) прошла Всесоюзная конференция  по юридической психологии.

Существенный вклад в  становление и развитие юридической  психологии внесли В. В. Романов и  М. И. Еникеев: первый в сфере внедрения юридической психологии в сферу военной юстиции, а второй - в области организации преподавания этой дисциплины в московских вузах.

В июне 1989 г. в Ленинграде на базе ИПК прокурорско-следственных работников был организован Всесоюзный семинар-совещание преподавателей юридической психологии всей страны. Его участники рассмотрели и  утвердили предложенную в докладе  проф. В. Л. Васильева программу вузовского курса предмета «Юридическая психология». В соответствии с этой программой В. Л. Васильевым был создан учебник  «Юридическая психология» (М., 1991).

В настоящее время в  нашей стране в области юридической  психологии проводится множество исследований. Это не только проблемы использования судебно-психологической экспертизы, психологии дознания и следствия, психологические проблемы профилактики правонарушений, но и вопросы психологии личности правонарушителя, психологии судопроизводства, правомерного поведения и др.

Происходящая в нашей  стране перестройка послужила стимулом дальнейшего развития всех наук, в  том числе и юридической психологии. Позитивные изменения наблюдаются  в плане организации научных  исследований. Указанные процессы свидетельствуют  о выходе юридической психологии на новый, третий этап развития, который  продолжается в настоящее время.

Заключение

Таким образом, в истории  развития юридической психологи  можно выделить три этапа. Начальный этап развития (XIII – первая половина XIX вв.) связан с необходимостью обращения правовых наук к психологии для разрешения специфических задач, которые не могли быть решены традиционными методами правоведения.

Второй этап (вторая половина XIX – начало XX вв.) связано с оформлением  юридической психологии как самостоятельной  научной дисциплины, что в свою очередь связано с интенсивным  развитием психологии, психиатрии и  права.

Третий этап – современное  развитие юридической психологии начался  в XX в. и продолжается по настоящее время. В настоящее время в нашей стране в области юридической психологии проводится множество исследований, наблюдаются позитивные изменения в развитии юридической психологии.

Список литературы

1. Алексеева Л.В., Юридическая психология. М.: Проспект. – 2010 г. – 312 с.;
2. Васильев В.Л., Юридическая психология: учебник для вузов. г.Санкт-Петербург: Питер. – 2010г. – 608 с.;
3. Цветков В.Л., Юридическая психология. М.: Щит-М. – 2007 г. – 304 с.;