Кадровая политика КПСС

Содержание

Введение……………………………………………………………………...3

1.      Особенности кадровой политики в Хрущевский период……………...5

2.      Кадровая политика в Брежневский период……………………………..7

3.      Модернизация кадровой политики в Горбачевский период……..…...11

Заключение……………………………………………………………….....16

Список использованных источников……………………………………...17

Введение

Во второй половине 1990-х гг. история советского государства продолжает активно изучаться. Все новые вопросы подвергаются исследованию и осмыслению с применением ранее не публиковавшихся, в том числе и архивных материалов. Исторические проблемы, связанные с кадровой политикой КПСС также разрабатываются, хотя и не столь интенсивно, как в начале 1990-х гг.

Представляется необходимым упомянуть фундаментальную работу Л. Оникова «КПСС: анатомия распада», в которой автор на основе анализа широкого круга источников и литературы попытался проследить эволюцию КПСС и выделить причины, приведшие ее к полной исторической несостоятельности. Одним из главных объектов, на которые автор обращает пристальное внимание, является кадровая политика партии на различных этапах ее становления и развития. Выводы, сделанные в этой работе, заключаются в том, что, наряду с другими причинами, несостоятельность кадровой политики явилось одной из главных причин потери рычагов контроля над обществом со стороны КПСС.

Следует отметить, что до настоящего времени кадровая политика в СССР на завершающем этапе индустриальной модернизации не являлась предметом отдельного исторического исследования. В то же время, опубликованные по смежным проблемам труды содержат в себе комплекс ценной информации по изучаемой проблеме, что обусловило необходимость их объективного анализа и изучения.

Цель: изучить концептуальные основы, практику и эволюцию кадровой политики КПСС.

Исходя из поставленной цели, формулируются следующие задачи:

1. Выявить концептуальные основы кадровой политики КПСС;

2. проанализировать особенности кадровой политики в хрущевский период;

3. изучить кадровую политику в брежневский период;

4.      рассмотреть модернизацию кадровой политики в горбачевский период.

Объектом исследования является кадровая политика КПСС.

Предмет – особенности реализация кадровой политики.

1. Особенности кадровой политики в хрущевский период.

Очередной этап развития государственной кадровой по­литики в Советской России связан со смертью Сталина, с переименованием ВКП(б) в КПСС и с приходом к власти Н С Хрущева. XX съезд КПСС, как известно, осудил культ личности Сталина и наметил меры по его преодолению За два с половиной года после избрания на высший партийный пост Н С Хрущева высшее партийно-политическое руковод­ство было обновлено на 35%. Началась политика омоложения кадрового корпуса, повышения личной ответственности руководителей всех рангов, искоренения на какое-то время парадности и шумихи. Вместе с тем в активную политику вернулось немало тех, кто в последнее время впал в немилость Сталина. Они то и встали, как потом оказалось, на защиту старого.

В целом же хрущевские кадры преодолеть сталинизм не могли, да и такой цели перед собой не ставили. Коренные принципы, цели и ориентиры остались прежними. Время "хрущевской оттепели" стало "инкубационным периодом разложения социалистической системы сталинского образца".

Несмотря на то, что "сталинские" политические репрессии прекратились, административно-командная (армейская) система управления сохранилась и продолжала функцио­нировать. Партия продолжала править всеми и вся, не неся никакой реальной ответственности за свои действия. Она считала себя непогрешимой и всезнающей. Любой партий­ный функционер учил врачей - лечить, учителей - учить, крестьян - растить урожай и т.д. и т п. Партийно-полити­ческая элита находилась вне контроля и критики снизу.

Главными критериями продвижения по карьерной лестнице были личная преданность субъекту власти, конформизм, умение обеспечить выполнение плана. Социальную базу кад­рового корпуса органов партийно-государственной власти составляли специалисты сельского хозяйства, военно-технической интеллигенции и молодая комсомольская бюрокра­тия. В этот период повсеместно отмечается низкий уровень планомерности в организации кадровой работы в партийных, советских и хозяйственных органах. Даже подготовка спе­циалистов в вузовской системе, а тем более отбор резерва и выдвижение кадров нередко строились скорее на стихийной, а не на плановой основе. Они не были увязаны с конкретной потребностью отраслей, регионов, предприятий, слабо учитывали перспективные запросы. Как в центре, так и на местах практически не изучались потребности и не разрабатывались планы программы перемещения руководящих кадров и специалистов. Работа с резервом нередко сводилась к составлению списка, а выдвижение производилось совсем из других лиц. Планомерная индивидуальная работа с от­дельно взятым должностным лицом подменялась массовидными мероприятиями, валовым "охватом". К тому же в партийных комитетах, государственных органах отсутство­вал персональный спрос за эффективность подбора и воспи­тание работников.

Заняв ключевые места во властных структурах, пост­сталинская бюрократия озаботилась своим самосохранени­ем и начала проводить политику "стабильности и сохране­ния кадров". В этой политике парадоксально сочетались две противоположные тенденции: гипертрофированная ста­билизация первых лиц (порой десятилетиями) уживалась с беспрерывной заменой (кадровой чехардой) руководителей нижестоящего ранга, особенно на уровне первичного звена народного хозяйства. Подолгу не сменяемые руководители утрачивали вкус к новому, отгораживались от людей. Есте­ственная их реакция - недоверие к подчиненным, особенно к тем из них, кто стремился к нововведениям. Отсюда - стремление избавиться от них. Исследования тех лет в Крас­нодарском крае показали, что чаще всего партийный и со­ветский аппарат в 1966-1981 гг. сменялся в тех районах и городах, где первые секретари находились в должности бес­сменно в течение восьми и более лет. Начинается период так называемого "застоя", который связывается историка­ми со временем брежневского правления.

2. Кадровая политика в брежневский период.

"Дворцовый переворот" на октябрьском (1964г.) пленуме ЦК КПСС впервые сместил "первое лицо""- человека, обычно выходившего победителем из внутрипартийных схваток. На этот раз молодое поколение партийно-государственной номенклатуры благодаря умело подготовленной операции взяло верх. Собравшийся в ноябре 1964 г. пленум ЦК одобрил выдвижение ряда руководителей, сыгравших в этих событиях наиболее заметную роль. Н. В. Подгорный, бывший первым секретарем Харьковского обкома, стал секретарем ЦК КПСС и получил в свое ведение кадровые вопросы, П. Е. Шелест и А. Н. Шелепин вошли в состав Президиума, а последний остался еще и секретарем ЦК, Председателем Комитета партийного контроля и заместителем Председателя Совета Министров СССР. Они вошли в правящую верхушку, ядро которой составили Л. И. Брежнев - Первый секретарь ЦК КПСС, А. Н. Косыгин - Председатель Совета Министров СССР и М. А. Суслов - член Президиума, секретарь ЦК партии - ответственный за идеологическую сферу.

Если не считать Суслова, большая часть выдвинувшихся на первые роли руководителей относилась к "третьему поколению" советской партийной и государственной бюрократии. Большинство из них начали свою карьеру-в конце 30-х гг., в период кровавых чисток партийного и государственного аппарата. Это было поколение "винтиков" - исполнителей приказов, отученных брать на себя ответственность и принимать самостоятельные решения. Двойная мораль и аппаратная интрига стали для них нормой, а разрыв между словом и делом - условием выживания. Именно поэтому столь важное место в функционировании партийно-государственной системы отводилось коллективному руководству, работе с кадрами, обезличенноеTM решений, подавлению инициативы.

Однако особенность партийно-государственной системы СССР состояла еще и в невозможности действовать без явного лидера - первого лица, каким в эти годы и стал Л. И. Брежнев. Многие рассматривали Брежнева как временную фигуру на политической сцене. Его некомпетентность приближенные воспринимали как благе:

открывалось широкое поле для "аппаратного творчества". Примерно такими же чертами обладали и некоторые другие его соратники - А. П. Кириленко, Н. В. Подгорный, А. С. Полянский.

Но будучи по своему складу архаичным человеком, Брежнев стремился создать себе репутацию рассудительного, спокойного руководителя, который не предпримет никаких шагов, не посоветовавшись со своими товарищами. Брежневу как руководителю претили крутые повороты, резкие подвижки, нестандартные ситуации. Личный авторитет нового лидера в народе был невысок. Достоинством Брежнева было то, что он по натуре не был злым или жестоким человеком, умел выслушать и войти в положение собеседника. Главное - и это сыграло определяющую роль при его выдвижении - Брежнев в середине 60-х гг. устраивал почти всех.

Технология власти после Хрущева предполагала наличие двух ветвей власти - в госаппарате и в партии. Первоначально продвижение к вершине государственной власти было перекрыто для Брежнева нормой коллективного руководства, запрещавшего Первому секретарю ЦК занимать пост руководителя советского правительства.

Выдвижение Брежнева на роль единоличного лидера внутри коллегиального руководства началось на XXIII съезде КПСС (1966), когда он был избран на вновь восстановленный пост Генерального секретаря ЦК. На этом посту он оставался до своей смерти в 1982 г. Затем его сменил Ю. В. Андропов, а в 1984г. - К. У. Черненко, который умер в марте 1985 г.

В начале 70-х гг. Брежнев сумел укрепить свое положение, когда занял место А. Н. Косыгина на важнейших международных конференциях Востока и Запада. Московская встреча в верхах в мае 1972 г. между Брежневым и президентом США Р. Никсоном подтвердила первенство Генерального секретаря во внешней политике государства. Затем Брежнев добился своего утверждения руководителем Комиссии по разработке новой Конституции и занял пост Председателя Совета Обороны.

Кроме укрепления позиций в официальных партийных и государственных кругах предметом неустанной заботы Л. И. Брежнева было наращивание персональных структур власти. При Брежневе значительных размеров получил его личный секретариат, который возглавлял Г. Э. Цуканов. К концу 60-х rs. в секретариат входило около двух десятков помощников, секретарей и референтов, каждый из которых имел свой подсобный аппарат.

На ключевые посты в партии и государстве постепенно, но упорно выдвигались те, кто был достаточно хорошо известен Брежневу по его прежней работе в Молдавии и на Украине (так называемые "днепропетровская" и "кишиневская" группы).

Контролируемость ситуации в годы правления Л. И. Брежнева осуществлялась с помощью известного еще в сталинский период кадрового рычага, позволявшего партийному аппарату достигать поставленных целей. На этот раз во главе партии стоял человек, прямо олицетворявший сталинскую кадровую политику и выдвинувшийся на самый высокий пост в стране не благодаря своим революционным - заслугам или близости к вождю, а благодаря лишь неуклонному и энергичному продвижению по кадровой лестнице к вершине власти.

Усиленный акцент нового руководства на кадровой работе заставил буквально сразу же восстановить прежнюю, дохрущевскую структуру партийных, советских, комсомольских и профсоюзных органов. Начиная с декабря 1964. г. после соответствующего решения пленума ЦК в ноябре были восстановлены региональные областные и районные комитеты партии вместо прежних промышленных и йельских, упразднены совнархозы и восстановлены централизованные промышленные министерства, созданы также крупные государственные комитеты (Госкомцен, Госснаб, Госкомитет по науке и технике).

В период 1965-1970 гг. руководство осуществило довольно крупную замену местных кадров, выдвинувшихся во времена Хрущева, поставив вместо них опытных функционеров среднего возраста, которые впоследствии составили основной костяк всей структуры власти вплоть до середины 80-х гг.

Наступил период относительно стабильного существования госпартноменклатуры, когда ее верхушку не раздирали острые столкновения лидеров в борьбе за власть, не происходили массовые чистки аппарата. Это было время, когда партократия впервые приблизилась к непосредственному обладанию властью, сумела сосредоточить в своих руках управление национальным богатством страны. Это был период "круговой поруки" руководства, когда "своего" спасали, а не уничтожали, как раньше. Происходил также значительный количественный рост аппарата, когда его воспроизводство было поставлено на поток с помощью разветвленной многоуровневой системы госпартучебы, включавшей высшее учебное заведение - Академию общественных наук.

Основными чертами советской правящей элиты того времени явились «оторванность от народа, привержен­ность кабинетному стилю руководства и корпоративным интересам властвующей бюрократии. Люди элиты при­выкли к комфортабельности бесконфликтного полити­ческого пространства, авторитарного режима, к удоб­ству закрытой системы кадровой работы[1]».

3. Модернизация кадровой политики в горбачевский период.

Молодые политики-интеллектуалы остро чувствуют не­обходимость коренных перемен и начинают бороться за влиятельные посты и полномочия для реализации своих замыслов. Конец 80-х годов характеризуется приходом в органы власти нового поколения кадров - кадров пере­стройки во главе с М.С. Горбачевым. Как и всегда, с при­ходом нового субъекта верховной власти обновляется и кад­ровый корпус. Уже к марту 1986 года в Политбюро и Секретариате ЦК КПСС сторонники Горбачева составили 61,6%. В результате "чистки" 1989 года были отправлейы в отставку 100% членов ЦК - работников суда и прокура­туры, каждый второй военачальник, 40% дипломатов, 33% академиков, 24% министров, 23% первых секретарей ме­стных партийных комитетов, 25% ответственных работ­ников аппарата ЦК КПСС. Средний возраст правящей эли­ты снизился с 68,5 до 52 лет.

Начались политические реформы, разрабатывалась но­вая концепция государственной власти. В структурах влас­ти началась персонифицированная борьба нового со старым.

Демократизация, гласность оказались разрушительными для тоталитарной, административно-командной системы, она стала разлагаться, расслаиваться. Вместе с ней по идеоло­гическим и иным позициям расслаивался кадровый корпус органов власти. Параллельно формируется так называемая номенклатура перестроечной формации. Это были люди менее идеологизированные, с гуманитарным образованием, имеющие солидный опыт работы с людьми. Столкновение новых кадров со старыми привело к "войне политических элит", приведшей к развалу СССР.

Проводимые в 80-90-х гг. социологические исследова­ния свидетельствовали, что в органах партийно-государ­ственной власти как в центре, так и на местах появляются кризисные явления, катастрофические процессы разло­жения действующих властных структур и цементирую­щей их идеологии. Социальное самочувствие россиян из года в год ухудшалось, нарастали неудовлетворенность жизнью и неуверенность в завтрашнем дне. К началу 1991 года 56,8% опрошенных, по нашим исследованиям, были не удовлетворены своим материальным положением. Наи­большую неудовлетворенность в России испытывали ин­женерно-технические работники, рабочие и крестьяне. Высокая степень неудовлетворенности среди населения (по рангу) наблюдалась в Дагестанской и Бурятской АССР, Магаданской области, Чувашии, Ленинградской, Воронеж­ской областях и Хабаровском крае.

Наибольшее опасение у населения вызывали (в %): неспособность руководства СССР стабилизировать обста­новку в стране - 57,1; рост преступности — 57,1; межнаци­ональные конфликты - 53,4; дефицит продовольственных и промышленных товаров - 49,1; безудержный рост цен -47,9; состояние окружающей среды - 37,3; расслоение об­щества на богатых и бедных - 33,7; низкий уровень дис­циплины и ответственности у населения - 31,5; падение нравственности в обществе - 28,4; опасность голода - 28,3; борьба между республиками и союзными органами власти - 26,1; возможность диктатуры - 15,1; чрезмерное про­никновение иностранного капитала в страну — 13,5[2].

Обстановку в своем регионе считали нормальной толь­ко треть опрошенных. Запас социальной лояльности у на­селения был невелик. Население все более политизирова­лось, в основном старшее поколение и жители крупных городов. Большая часть респондентов была уверена в не­обходимости изменения существующего государственного строя уже в ближайшем будущем. При этом сторонники перестройки в рамках социалистического выбора состав­ляли 23,6%, в то время как,12,5% респондентов видели все беды общества в Октябрьской революции 1917 года.

Фактором, стимулирующим кризисные явления, стало падение доверия населения к официальным органам власти. К апрелю 1991 года в общественном мнении народов России сформировался достаточно высокий уровень недове­рия как к центральным, так и к местным инструментам вла­сти. В гражданском обществе бурно зарождалась многопар­тийность. Среди тех, кто определился в политических симпа­тиях, были "реформаторы" западной ориентации (около 25%) и "традиционалисты" - около 20%. По степени радикализма выделялись группы от умеренных до ультрарадикалов. Сле­дует заметить нарастание политического противоборства между ними[3]. Влияние партий и организаций на настроение и созна­ние разных слоев населения постепенно росло. Более всего население поддерживало организации, занятые конкретными делами по защите интересов трудящихся.

Положение в Советах республики после выборов 1989-1991 гг. характеризовалось как состояние неустойчивого равновесия политических сил, которое не могло длиться долго. Прошедшие выборы народных депутатов не привели к заметному росту доверия населения к органам власти.

В ходе исследований обнаружилось ярко выраженное желание (66% населения) иметь персонифицированную власть в городе, районе, т.е. конкретного человека - мэра, который бы отвечал за все дела в нем, вместо безответ­ственного коллективного руководителя. О высокой потреб­ности "знать в лицо" свою власть заявили 58% опрошен­ных, 38% хотели бы участвовать в контроле ее деятельности. Непосредственно работать в самих органах или комиссиях, комитетах изъявили желание лишь 10-14% населения. Абсолютное большинство - 76% опрошенных - желали получать постоянную информацию о работе местной вла­сти. На фоне совершенно определенно выраженного людь­ми желания быть ближе к власти она по-прежнему силь­но дистанцировалась от человека[4].

При всем том, что в составе местных Советов большин­ство составляли члены КПСС, их фракции не выполняли не только своей авангардной, но и элементарной парламентской роли. Среди депутатов-коммунистов господствовала точка зрения, в соответствии с которой депутатская позиция дол­жна определяться волей избирателей, а не решением фрак­ций коммунистов, входящих в состав Советов.

Опыт показал, что партийные комитеты, ведущие по­литическую борьбу только в форме конфронтации со свои­ми оппонентами, неизменно проигрывали. Среди конкрет­ных причин проигрыша в предвыборной политической борьбе (там, где это было) коммунисты указали на плохую агитационную работу и на то, что не было обеспечено един­ство их действий.

Социальная база коммунистических и антикоммунис­тических сил в России была в пользу последних. Число твердо поддерживающих КПСС составляло лишь 21% на­селения, а тех, кто однозначно отрицал ее, - 26%.

Кадровые процессы в системе государственной власти стали малоуправляемыми: в них господствовали стихийные механизмы социального воспроизводства, о чем наглядно свидетельствуют выборы в Советы 1989-1990 годов и перво­го Президента России. Наступил тот момент, когда партий­но-государственная модель государства пришла в противоре­чие со своей социальной природой, переродилась в своих кадрах и не смогла уже сама себя оздоровить и воспроизвес­ти. Назрела очередная реформа власти в России.

Партийно-советская модель власти оказалась неспособ­ной к самокорректировке и инновациям. Победа Б.Н. Ель­цина на выборах повернула вектор развития России и по­ложила начало качественно новому его этапу. Изменилась и кадровая политика в системе государственной власти.

Что же произошло с кадровым корпусом советской вла­сти? Из теории элит мы знаем, что в зависимости от пра­вил, по которым элита формируется, она может деградиро­вать и превратиться в группу худших элементов. Кадровый корпус СССР эволюционировал по второму пути. За десяти­летия он превратился в замкнутую корпорацию чиновни­ков, отгороженную от массы рядовых граждан. Каждое сле­дующее поколение советских руководителей было в чем-то хуже предыдущих.

Система образования, выросшая из "ликбеза", была нацелена не на получение знаний, а на получение дипло­ма. Главным критерием пригодности к службе в органах власти являлся не уровень компетенции, а классовое про­исхождение и преданность. Идеологические чистки кад­ров, тотальная проверка на лояльность, прессинг страха выбивали из системы лучших и оставляли худших[5].

Таким образом, шел процесс вырождения политической элиты. Культивировались и получали право на жизнь и вос­производство фанатичная вера в вождя и беззаветная пре­данность ему, а также другие качества, питавшие админист­ративно-командную систему. Все, что было выше понимания "средним умом чиновника", объявлялось враждебным ина­комыслием и жестоко искоренялось. В кадровой политике не было инновационных элементов, в ней законсервирова­лись идеологические и социальные нормы столетней давнос­ти. Самовоспроизводясь в тепличных условиях комфортной изоляции и оторванности от народа, эти нормы не развива­лись и, отстав от жизни, разрушились вместе с кадровым корпусом - носителем этого исторического генотипа.

Заключение

Поступательное индустриальное развитие советского государства, неизбежно повлекшее за собой общее усложнение процесса производства, вынуждало политическую элиту существенно корректировать кадровую политику.

Исследование показало, что руководство КПСС в конечном итоге стало заложником той системы расстановки кадров, на которую опиралось и с помощью которой поддерживало контроль над экономикой и общественной жизнью страны. Тот факт, что членство в КПСС являлось необходимым условием при занятии любой важной управленческой должности в государственных органах или хозяйственных структурах, повлекло за собой изменение самого социального состава партии. С одной стороны, КПСС стала партией интеллигенции и служащих, что противоречило самой ее природе, с другой - увеличивался отрыв партии от народа, поскольку техническая и гуманитарная интеллигенция со временем стала основой номенклатуры и считала себя элитой, лучшей частью общества.

Можно сделать вывод о том, что новое поколение управленцев, которые в 1960-1970-е гг. постепенно вытеснили руководящих работников, занявших должности в сталинские времена, существенно скорректировало систему взаимоотношений местных руководителей и центра. Новые, «мирные» условия развития советского государства, объективно потребовали передать часть полномочий, в том числе и в кадровых вопросах, из центра на места, что способствовало усилению региональной номенклатуры.

Список использованных источников

1.      Бурганов А. Х . Вожди , вожди…и история..// Социально-гуманитарные знания 2002. № 6. с. 231-245

2.      Волгин Е.И. КПСС в контексте политического кризиса 19-21 августа 1991 г..// Вестник МУ Сер.12 Политические науки 2009. № 2. с. 24-36

3.      Волгин Е.И. Политическая трансформация КПСС (1990-1991 гг.)..// Вестник МУ Сер.12 Политические науки 2006. № 6. с. 26-36

4.      Волгин Е.И. Проблема модернизации КПСС в преломлении внутрипартийного дискурса (начало 1990гг.).// Вестник МУ Сер.12 Политические науки 2008. № 2. с. 36-45

5.      Волгин Е.И. Проблема реорганизации аппарата КПСС в условиях политических преобразований в СССР (конец 1980-х - начало 1990-х гг.).// Вестник МГУ Сер.8.История 2008. № 6. с. 31-42

6.      Государственная гражданская служба: Учебник / Под ред. В.Г. Игнатова - M.: МарТ , 2005.- 512с

7.      Зотов В.Д. От  какого марксизма мы отказываемся?.// Социально-гуманитарные знания 2001. № 1. с. 248-266

8.      Киселев С.Г. Государственная гражданская служба: Учебное пособие - M.: ТК Велби, 2007.- 192с

9.      Кравченко А.И. Социология: Учебник для вузов. - Екате­ринбург: Деловая Книга; М.: Логос, 1999. - С. 322.

10. Латыпов Р. Государственная кадровая политика как политологическая проблема.// Государственная служба 2007. 5. с. 99-102

11. Леванов Е.Е., Хохлов А.А. Общественное мнение о проблемах перестройки общества и партии. (По материалам со­циологических исследований). - М., 1990. – 18с.

12. Магомедов К.О., Турчинов А.И. Государственная служба и кадровая политика: теория и практика: Информ.сборн.,н-т сб.,инф.бюл. - Ульяновск: Печатный двор, 2007.- 272с

13. Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 37. - С. 417.

14. Овчинников Г.П. Кадры вчера и сегодня: проблемы государственной кадровой политики и подготовки кадров.// Чиновник 2005. 3. с. 52-59

15. Ознобкин В.А., Хохлов А.А. Об актуальных пробле­мах жизни россиян (на материалах социологического исследо­вания). - М., 1991. - С. 3.

16. Охотский Е.В. Политическая элита и российская дей­ствительность. - М., 1996. - С. 57.

17. Пыжиков А.В. Внутрипартийная борьба и эволюция системы власти (1953-1957гг.).// Вестник РАН 2001. № 3. с. 246-251

18. Сахаров В.А. Должность Генерального Секретаря ЦК РКП (б) в советской политической системе.// Социально-гуманитарные знания 2005. № 1. с. 250-259

19. Студеникин Н.В. Социал-демократические партийные проекты в современной России..// Вестник МУ Сер.12 Политические науки 2002. № 2. с. 110-120

20. Таубман У. Об издании протокольных записей заседаний Президиума ЦК КПСС 1954-1964 годов..// Новая и новейшая история 2004. № 6. с. 79-83

21. Телков А.С. К вопросу об особенностях становления российских политических партий и партийной               системы в ХХв..// Вестник МУ Сер.12 Политические науки 2002. № 5. с. 63-69

22. Уайт С. Еще раз о посткоммунистической транзиции..// Социологические исследования 2003. № 11. с.               22-30

23. Шейнис В.Л. XX съеэд КПСС: история и современность..// Общественные науки и современность               2006. № 4. с. 112-121

18

[1]Охотский Е.В. Политическая элита и российская дей­ствительность. - М., 1996. - С. 57.

[2] Ознобкин В.А., Хохлов А.А. Об актуальных пробле­мах жизни россиян (на материалах социологического исследо­вания). - М., 1991. - С. 3.

[3] Ознобкин В.А., Хохлов А.А. Об актуальных пробле­мах жизни россиян (на материалах социологического исследо­вания). - М., 1991. - С. 12.

[4]Леванов Е.Е., Хохлов А.А. Общественное мнение о проблемах перестройки общества и партии. (По материалам со­циологических исследований). - М., 1990. - С. 18.

[5] Кравченко А.И. Социология: Учебник для вузов. - Екате­ринбург: Деловая Книга; М.: Логос, 1999. - С. 322.