Ирина Эланс

Автор который поможет с любыми образовательными и учебными заданиями

Карибский кризис. 2

Министерство науки и образования Украины

Институт востоковедения и международных отношений «Харьковский коллегиум»

Кафедра международных отношений

РЕФЕРАТ

НА ТЕМУ: «Карибский кризис»

Выполнил:

студент III -го курса

групи МО-2010-1к

Деренько И.С.

Проверил:

Кандидат философских наук,

Нефедов Константин Юрьевич

Харьков

2013

ОГЛАВЛЕНИЕ

Введение…………………………………………………………………………....3

Параграф 1.Советский Союз и революционная Куба …………………………..5

Параграф 2 . Развитие Карибского конфликта…………………………………..11

Заключение…………………………………………………………………………24

Список использованной литературы …………………………………………….22

Введение.

Вторая половина октября 1962 г. вошла в историю под названием Карибский кризис, возникший в атмосфере обострения «холодной войны» и поставивший мир на грань ядерной катастрофы. Человечество в полной мере ощутило реальность апокалипсиса. К счастью, силы разума взяли тогда верх над безрассудством и разыгравшимися эмоциями. Государственные деятели СССР, США и Кубы впервые осознали что такое «ядерный тупик»,и, проявив необходимый реализм при ликвидации кризисной ситуации, нашли в себе силы вступить на путь решения острейших международных проблем не военными, а политическими средствами. И не будет преувеличением сказать, что уроки кризиса, предостерегающие от поспешных, непродуманных действий, стали серьезным вкладом в разработку и нового мышления, и новых подходов к событиям на мировой арене.

Однако не все страны приняли во внимание этот опыт. Подтверждением может служить недавно разразившийся Балканский конфликт. Вследствие каких противоречий мировой системы он мог разразиться? Истоки этого конфликта, по-моему мнению, надо искать в далеком 1962 году, поскольку причины, породившие их, основываются на одной платформе. Желание Североатлантического союза расширить как можно дальше на восток сферы своего влияния - это далеко не главный, хотя немаловажный критерий. Показать, да и посмотреть свою военную силу в действии, сделать миф о миротворчестве путем оружия- вот что двигало политические круги НАТО в вопросе о вмешательстве во внутренние дела европейской, независимой страны. В тоже время американцы пошли намного дальше в своих действиях, понимая, что нынешняя «демократическая» Россия, в отличие от своего коммунистического собрата СССР, не сможет, да и не пожелает применить свою военную машину против стран Запада (это чревато гибелью и без того слабой экономической системы, зависимой от валютных вливаний). Почему мы допустили такой исход событий, мы, пережившие подобную ситуацию почти сорок лет назад? Наверное, во многом потому, что многие просто не понимают всей актуальности проблемы ядерной войны. Ко всему прочему, материалы событий 1962г. тщательно скрывались от народа, и только в постперестроечные времена мы смогли ощутить ту грань, переступив которую, можно было бы поставить точку на всем живом. Но и этого для объективной оценки недостаточно, так как основные документальные факты до сих пор числятся под грифом «совершенно секретно», и вся литература, которая посвящена Карибскому кризису, тем или иным образом связано либо с личной оценкой общедоступных фактов, либо со степенью причастности к тем событиям. Однако того, что уже издано по данной тематике вполне хватает для формирования представления о политике нашей страны в середине этого столетия.

Цель моего реферата: показать первопричинные истоки конфликтов между СССР и США в послевоенные десятилетия, определить насколько серьезны и плодотворны были шаги по их предотвращению.

Удивительно, но за столь малый период времени, октябрь 1962г., Куба стала неким узлом противоречий между двумя сверхдержавами. Здесь встретились интересы двух биполярных систем - СССР и США. Можно с уверенностью сказать, что их военно-политическое противостояние стало реальной угрозой для жизней миллионов ни в чем неповинных людей.

Не поняв уроки прошлого, мы не сможем предотвратить того, что может случиться завтра. Изучая и анализируя исторические факторы данной проблематики, можно в полной мере осознать величие и одновременно беззащитность человека перед таким грозным оружием XX века, которое является своеобразной фишкой в руках всемогущих политиков.

Карибский кризис 1962 г. Мир на грани войны.

Операция «АНАДЫРЬ»

Параграф 1

СОВЕТСКИЙ СОЮЗ И РЕВОЛЮЦИОННАЯ КУБА

Начало 1960-х гг. в развитии мировой социалистической системы характеризуется напряженностью отношений между СССР и странами соцлагеря, имевших на вооружении большие запасы оружия самых разных систем, и США.

В Латинской Америке подъем национально-освободительного движения ознаменовался победой Кубинской революции. 1 января 1959 г. на Кубе был свергнут реакционный режим ставленника американских монополий диктатора Батисты и, в конечном итоге, национально-освободительное движение завершилось победой народной революции. Было создано новое правительство во главе с Фиделем Кастро Рус.10 января 1959 г. Советское правительство признало его и установило с Кубой дипломатические отношения. В апреле 1961 г. Фидель Кастро заявил о социалистическом характере экономической политики: «Кубинская революция разорвала цепь империалистического гнета в Латинской Америке и привела к созданию первого социалистического государства на Американском континенте, ознаменовав исторический поворот и открыв здесь новый этап революционного движения» ¹.

Победа революции на Кубе вызвала неадекватную реакцию у империалистов Соединенных Штатов, и они пустили в ход весь арсенал средств политического шантажа, экономического давления и организации контрреволюционных заговоров. Резко враждебная антикубинская линия США подтолкнула Фиделя на сближение с СССР и другими социалистическими странами: иного выхода из экономического кризиса и политической изоляции не было. Отношения с Москвой никогда не были простыми у Кастро, который стоял за более активную поддержку революций во всем мире, а не за «мирное сосуществование» с Западом (в конце 60-х он даже посадил на скамью подсудимых членов «просоветской фракции» своей партии). Неоднозначно к нему относились и в странах соцлагеря и в развивающихся в частности. Тито откровенно его не признавал, не сложились отношения с Насером, в частности, из-за того, что Фидель, получив в подарок серебряный сервиз, неудачно пошутил: «А я думал, что вы подарите мне крокодила». Тем не менее авторитет Кастро оставался высоким, особенно в Латинской Америке, со многими мировыми лидерами он встречался на сессиях Генассамблеи ООН, к нему тянулись многие писатели и артисты: Хемингуэй, Габриэль Гарсиа Маркес, Грэм Грин, Сидней Пуатье, Гарри Белафонте.

Возвращаясь к политике контрпереворота надо сказать, что в период с 1960 по 1965 г. ЦРУ организовало и пыталось осуществить ряд заговоров и террористических актов с целью устранения Фиделя Кастро. «Мы обнаружили конкретные доказательства по крайней мере восьми заговоров ЦРУ с целью убить Фиделя Кастро»,— говорится в докладе сенатской комиссии по расследованию деятельности разведывательных органов США. По целому ряду причин, не зависящих от ЦРУ, осуществить эти планы не удалось» ². Одновременно с политическим нажимом и угрозами США прибегли к организации экономической блокады Кубы. Они рассчитывали подорвать народное хозяйство страны, искусственно вызвать экономические трудности и таким образом вынудить кубинское правительство к капитуляции. Эту цель преследовали США, когда нарушили свои обязательства по импорту кубинского сахара — важнейшего источника национального дохода, без экспорта которого Куба как страна, зависящая от импорта продовольствия и других товаров, не в состоянии существовать. Зная это, США в 1960 г. аннулировали 95% квоты на закупки кубинского сахара и запретили продажу Кубе промышленного оборудования и других товаров. В результате этого Куба оказалась в крайне тяжелом положении.

Установление дипломатических отношений и торговых связей с Советским Союзом и другими социалистическими странами, их большая бескорыстная экономическая помощь позволили Кубе устоять перед нажимом империалистов и сорвать экономическую агрессию, предпринятую Соединенными Штатами с целью удушения Кубинской революции. Уже в феврале 1960 г. было заключено соглашение о товарообороте и платежах, создавшее предпосылки для установления тесного сотрудничества СССР с Кубой и обеспечившее ей советскую экономическую помощь. Оно предусматривало закупку кубинского сахара в обмен на поставки необходимых для Кубы товаров из Советского Союза, а также предоставление Кубе кредита для приобретения в СССР оборудования и других товаров на 100 млн. долларов. В июне 1960 г. было заключено соглашение, которое обеспечивало Кубу советской нефтью. Начиная с 1960 г. СССР стал поставлять ежегодно до 5 млн.т нефти и нефтепродуктов и закупать 2—3 млн.т кубинского сахара-сырца. Широкую поддержку Кубе оказывали и другие страны социалистического лагеря.

Освободительная борьба кубинского народа против американского империализма встретила полное понимание и активную поддержку со стороны Советского Союза. Не ограничиваясь предоставлением Кубе экономической помощи, Советское правительство предупредило агрессивные круги США, что СССР готов принять самые решительные меры для обеспечения ее независимости. Во время пребывания в СССР кубинского министра революционных вооруженных сил Рауля Кастро в июле 1960 г. Советское правительство заверило правительство Кубы в своей поддержке.

Правительство Кеннеди, пришедшее к власти на смену правительству Эйзенхауэра в январе 1961 г., продолжало проводить в отношении Кубы прежний агрессивный курс, который лежал в основе обанкротившейся политики его предшественника. 17 апреля 1961 г. Куба подверглась разбойничьему нападению вооруженных банд интервентов, происходившему под прикрытием военных кораблей и авиации Соединенных Штатов. Советское правительство на следующий же день, 18 апреля 1961 г., выступило с заявлением, в котором разоблачило содействие интервентам со стороны США, выразило твердую решимость оказать всю необходимую помощь кубинскому народу в его борьбе за свободу и независимость и потребовало прекращения агрессии против Кубы. «Куба не одинока»,—говорилось в этом заявлении "³. США оказались вынужденными отступить.

Однако, как показали последующие события, провал апрельского вторжения не остановил империалистические круги США в их попытках задушить революционную Кубу. Они стали энергично готовить новое нападение — на этот раз уже с использованием собственных наземных вооруженных сил. Несмотря на это в феврале 1960 г. в Гаване открылась торгово-промышленная выставка, которая буквально поразила большинство кубинцев, не имевших до той поры практически никакого представления о нашей стране. На открытие прибыл Анастас Иванович Микоян, с которым у Фиделя и других кубинских руководителей сложились самые теплые, дружеские отношения. Думаю, именно тогда они по-настоящему поверили, что СССР будет бескорыстно помогать Кубе., именно тогда и был решен вопрос о восстановлении в подходящий момент дипотношений между нашими странами. А через три месяца был подписан официальный документ об открытии посольств в Гаване и Москве. Подчеркну, что именно А. И. Микоян сыграл решающую роль в становлении советско-кубинской дружбы и до конца своих дней он делал все возможное для ее укрепления.

Еще раньше этого события, в мае 1959 г., Никита Сергеевич Хрущев выдвинул неожиданную идею - разместить на острове советские ядерные ракеты. Такой шаг он шутливо объяснял тем, что империалистам “надо запустить ежа в штаны”.Он выразил абсолютную уверенность в том, что в отместку за поражение на Плайя-Хирон американцы предпримут вторжение на Кубу уже не с помощью наемников, а собственными вооруженными силами: на этот счет у нас есть достоверные данные. Мы, продолжал он, должны найти столь эффективное средство устрашения, которое удержало бы американцев от этого рискованного шага, ибо наших выступлений в ООН в защиту Кубы явно недостаточно. Надо дать им понять, что, напав на Кубу, они будут иметь дело не только с одной непокорной страной, но и с ядерной мощью Советского Союза. Надо максимально повысить плату за военную авантюру против Кубы, в какой-то мере уравнять угрозу Кубе угрозой самим Соединенным Штатам. Логика подсказывает, говорил Хрущев, что таким средством может быть только размещение наших ракет с ядерными боеголовками на территории Кубы.

Военные с обеих сторон стремились к безусловному поражению первым же ударом всех стратегических ядерных средств противника. Для этого необходимо было создать количественное и качественное превосходство в стратегических средствах доставки ядерного оружия. А достичь внезапности при первом ядерном ударе пытались за счет размещения стратегических ракет средней дальности вблизи границ противника.

И в Москве, и в Вашингтоне понимали, что даже после внезапного массированного ядерного удара по объектам противника вполне вероятен ответный выпад, хотя и не массированный, но способный унести жизни многих людей. Но это был уже вопрос второстепенный. Главное заслоняло собой все — одержать победу в ядерной войне.

«Военные преимущества при нанесении удара первыми требуют от нас быть постоянно начеку с тем, чтобы обрушить на противника всю нашу мощь после того, как на нас совершено нападение, и, по возможности, до того, как удар со стороны Советского Союза стал свершившимся фактом... На начальных фазах ядерной войны преимущество факторов инициативы и внезапности будет чрезвычайно велико»⁴.(американская позиция)

«...первые же массированные ядерные удары способны в огромной мере предопределить весь последующий ход войны и привести к таким потерям в тылу и в войсках, которые могут поставить народ и страну в исключительно тяжелое положение, ...объектами сокрушительных ядерных ударов наряду с группировками вооруженных сил противника будут промышленные и жизненные центры, узлы коммуникаций — все то, что питает войну»⁵. (советская точка зрения)

К маю этого года США имели значительное превосходство над Советским Союзом в средствах доставки и семнадцатикратный перевес по ядерным боеприпасам. Превосходство в средствах средней дальности, способное превратить Западную Европу в радиоактивные развалины, и планы нанесения ядерных ударов по Аляске силами отдельного ракетного полка, который предполагалось развернуть в районе Анадыря, были слабым утешением для руководства Советского Союза.

США значительно опережали СССР и в развертывании морских ядерных сил. Атомные подводные лодки класса «Джордж Вашингтон» имели на борту по 16 ракет «Поларис-Аl» (дальность полета — 2800 км), пуск которых осуществлялся из подводного положения. В начале 60-х годов они базировались в Холи-Лох (западное побережье Шотландии) и осуществляли боевое патрулирование в Северной Атлантике. Кроме того, США по «настойчивым просьбам» своих союзников по НАТО к маю 1962 г. в дополнение к 60 ракетам «Тор», развернутым на западе Англии, завершили развертывание в Северной Италии и Турции 45 пусковых установок ракет средней дальности (РСД) «Юпитер». И хотя эти ракеты находились в оперативном подчинении ВВС Великобритании («Тор») и объединенного командования НАТО («Юпитер»), планирование их боевого применения осуществлялось в общем плане «ядерного наступления» США. Время подлета этих ракет до целей на территории СССР составляло всего 10 минут, что полностью лишало советское руководство возможности принять решение об ответных действиях.

Советский ВМФ только приступал к развертыванию группировки ракетных подводных, лодок. Атомные подводные лодки 658 проекта с тремя ракетами Р-13 (дальность полета — 600 км) проходили испытания. В боевом составе флота находились только дизель-электрические подводные лодки 611 проекта с двумя ракетами Р-11 ФМ (дальность — 150 км) и 629 проекта с тремя ракетами Р-13.Боевое патрулирование не предусматривалось. Для поражения объектов на территории США предполагалось привлекать подводные лодки 629 проекта. Учитывая горький опыт Перл-Харбора, США в 1961 году развернули в Туле (Гренландия) и Файлингдейаз-Мур (Великобритания) две станции системы предупреждения о ядерном ударе. Станции позволяли фиксировать факт полета МКР за 25—30 минут до падения их головных частей на территории США, что обеспечивало достаточное время для принятия решения на ответные действия и тем самым исключало возможность внезапной атаки противника.

Таким образом, к началу 60-х годов Соединенные Штаты обладали количественным и качественным превосходством в области стратегического ядерного вооружения и гипотетически могли одержать победу в ядерной войне с Советским Союзом. Значение этого превосходства проявилось уже на Венской встрече на высшем уровне в июне 1961 г. Все требования Хрущева по Западному Берлину и Кубе «разбивались» об улыбку Джона Кеннеди, более того, результаты космической разведки, проведенной в 1961 году, ясно показали, что вместо 200 ракет (старая оценка ЦРУ) Советский Союз имел только четыре МКР, развернутые в Плесецке, в то время как США имели 40 пусковых установок межконтинентальных баллистических ракет. ^* Это обстоятельство существенно изменило американские планы применения ядерного оружия. Оказалось, что практически двумя-тремя ракетами «Юпитер» с территории Турции, развертывание которых было завершено в мае 1962 г., можно уничтожить все межконтинентальные ракеты СССР. Советскому руководству стало ясно, что американцы уже не верят блефу о «ракетно-ядерной мощи» своего противника. Обстановка на «советско-американском фронте «холодной войны» грозила не только потерей Кубы и мирового престижа в целом, но и возможным поражением в ядерной войне.

Выход из этого тупика мог быть только один — создать весомую угрозу нанесения ядерных ударов по объектам, расположенным на территории Соединенных Штатов. 24 мая 1962 г. на расширенном заседании Совета Обороны СССР принимается решение о создании Группы советских войск на Кубе, в состав которой включалась ракетная дивизия, состоящая из пяти ракетных полков, вооруженных ракетами средней дальности (40 пусковых установок (ПУ), 36 ракет Р-12, 24 ракеты Р-14).

Параграф 2

Развитие Карибского конфликта

В июле 1962 г. в Москву прибыла военная делегация Кубы во главе с Раулем Кастро. Она вела переговоры с военными руководителями СССР о предоставлении Кубе военной помощи. Переговоры шли долго, а 3 и 8 июля в них принимал участие и Н.С.Хрущев. Можно с уверенностью предположить, что именно в эти дни было принято окончательное решение о размещении на Кубе ракет среднего радиуса с ядерными боеголовками и бомбардировщиков, способных нести атомные бомбы, и были согласованны детали их отправки. Когда на советские корабли грузилось это грозное оружие и корабли один за другим отплывали в далекий путь со своим смертоносным грузом, Хрущев предпринял самую продолжительную поездку по стране за все время пребывания у власти. Несомненно, что эта поездка имела характер отвлекающего маневра. Хрущев побывал в Петрозаводске, в Мурманске и Мурманской области, присутствовал на учениях военных кораблей Северного флота, причем в учениях принимали участие и первые советские атомные подводные лодки. Из Мурманска он вылетел в Архангельск и Архангельскую область. Он никогда раньше не был в этих областях. С севера Хрущев поехал на юг - сначала в Тульскую и Орловскую, а затем в Курскую области. Он осмотрел стройки на Курской магнитной аномалии и провел день в своей родной Калиновке, пригласив сюда с Украины Подгорного и Щербицкого, а из Москвы Полянского, чтобы показать им процветающее хозяйство колхоза. Конец июля он провел на Украине - в Кременчуге, Днепропетровске, Херсоне и сельских районах, большую часть августа отдыхал в Крыму и на мысе Пицунда возле г. Гагры. В гостях у Хрущева побывали и король Афганистана Муххамед Захир Шах, и глава ГДР Вальтер Ульбрихт, и исполняющий обязанности Генерального секретаря ООН У Тан, и американский фермер Р.Гарст. Но самая важная встреча состоялась у Хрущева с кубинскими лидерами Э.Че Гевара и Э.Арагонесом. Операция по переброске на Кубу ракетного и атомного оружия шла в августе 1962 г. полным ходом. После отдыха в Пицунде Хрущев вылетел в Среднюю Азию, где знакомился с предприятиями Туркмении, Таджикистана и целую неделю провел в Узбекистане. Только 10 октября, когда советские ракеты уже находились на Кубе и шла быстрая работа по устройству пусковых площадок и сборка доставленных по частям бомбардировщиков ИЛ-28, Хрущев вернулся в Кремль.

Операция по размещению советских баллистических ракет на Кубе называлась «Анадырь». Считается, что это название придумал И.В.Сталин, намеревавшийся базировать один миллион войск на Чукотке на случай, если США попытаются напасть на СССР. По плану операции от советского ВМФ предполагалось задействовать две эскадры: надводную и подводную. Однако, желая обеспечить максимальную скрытность операции, от использования эскадры надводных кораблей отказались, а эскадру подводных лодок задействовали частично — в составе четырех больших дизельных торпедных подводных лодок 641 проекта, достаточно современных по тому времени. Это были Б-4, Б-36, Б-59 и Б-130. Между тем уже в июле началась подготовка к отправке на Кубу как материальной части, так и воинского персонала. С нашей стороны к середине октября 1962г. на Кубу было поставлено почти все, что планировалось: войска, бронетехника, средства ПВО, самолеты МиГ-21 и Ил-28, 32 ракеты средней дальности, а также ядерные боеголовки к ним, правда, не в полном комплекте.

Различного рода слухи о ракетах на Кубе и ведущихся там строительных работах доходили до американцев. Но у них не имелось ясных доказательств. Только 10 октября они смогли возобновить фоторазведку, и полученные фотографии их крайне обеспокоили. Они увидели автомобильные дороги там, где десять дней назад темнели джунгли. Кеннеди приказал расширить фоторазведку, но на Кубу обрушился еще один тайфун, и новые снимки удалось сделать только 14 октября. Американские самолеты снимали не только с большой высоты, но и с малой - в 130 метрах. Тысячи снимков, которые были получены, ясно показали специалистам, что речь идет уже не о зенитных ракетах, а о ракетах “земля-земля”, способных нести ядерное оружие. В Белом доме шли почти непрерывные дискуссии, что делать по двум проблемам: как остановить поставки оружия на Кубу и как удалить или уничтожить завезенные туда баллистические ракеты. Бурное обсуждение разделило президентский штаб. Военные были за радикальное силовое решение обеих проблем. Еще раньше Кеннеди создал особый военно-политический штаб - Исполнительный комитет Национального совета безопасности, все члены которого уже не сомневались в грозящей Америке опасности и требовали ответных действий, правда они еще расходились во мнениях о характере и масштабах этих действий. Джон Кеннеди и его брат Роберт выступали за полную морскую блокаду Кубы. Военные лидеры настаивали, однако на массированной бомбардировке всех пусковых установок, на которых уже проводился монтаж ракет, доставленных ранее. Войска и авиация стягивались в районы, максимально приближенные к Кубе. Но президент США временно отклонил предложение о немедленной военной атаке, приказав, однако, начать блокаду.

Советский Союз продолжал утверждать, что на Кубе нет никаких ракет; полученные же военной разведкой и ЦРУ фотоснимки были убедительным свидетельством для американских военных, но не для мирового общественного мнения, которое не исключало возможности фальсификации. Первые данные об огромном увеличении количества советских судов, следовавших на Кубу, американцы получали от западногерманской разведки : в самом деле, число наших судов на Балтике и в Атлантике за два-три месяца, предшествовавших кризису, увеличилось почти в десять раз. Кроме того, кубинцы, бежавшие во время и после революции в США, начали получать от своих родственников письма, в которых сообщалось о завозе «странного советского вооружения». Хотя вся выгрузка ракет в портах и перевозка их к местам назначения осуществлялись по ночам и только советским персоналом, скрыть факт движения по дорогам надежно закамуфлированных 20-метровых ракет было трудно.

Судя по рассекреченным в США правительственным документам, фактически до начала октября американская администрация не придавала большого значения поступавшей на сей счет информации. И только 14 октября, после того как разведывательный самолет У-2, пролетавший над Кубой, сделал фотосъемку ряда стартовых площадок, специалисты пришли к выводу, что на острове устанавливаются действительно ракеты средней дальности. Правда, сами ракеты сфотографированы не были, но подъездные пути и сконцентрированное на стартовых площадках оборудование убедили американских экспертов в том, что речь идет о ракетно-ядерном оружии. Новые снимки, полученные 17 октября, позволили увидеть несколько новых пусковых площадок, на которых расположились 16 или 32 ракеты, дальность которых, по заключению экспертов, составляла более тысячи миль. Тогда же в Белом доме уже прошел ряд совещаний в узком кругу и тайное стало явным, Встреча Громыко с Дж.Ф.Кеннеди, состоявшаяся 18 октября, оказалась лишней. Президент с трудом сдержался, слушая заверения Громыко о том, что СССР и Куба не помышляют о нападении. Вечером на приеме у Раска Громыко стало ясно, что американцы знают о поставке ракет на Кубу, о чем он сразу же сообщил Н.С.Хрущеву. 16 октября об этом был проинформирован президент США, под председательством которого был сформирован специальный штаб при Совете национальной безопасности, начавший ежедневные заседания с целью разработки ответных мер. В штаб входили вице-президент Л.Джонсон, министр обороны Р.Макнамара, министр юстиции, брат президента Р.Кеннеди, госсекретарь Д.Раек, его заместитель Л.Болл, директор ЦРУ Д.Маккоун, председатель Объединенного комитета начальников штабов М.Тэйлор, специальный помощник президента по национальной безопасности М.Банди, министр финансов Д.Диллон, посол США в СССР Л.Томпсон, постоянный представитель США в ООН Э.Стивенсон, советники Т.Соренсен и Д.Аче-сон. До 22 октября заседания штаба велись в строгой тайне. Ни в Москве, ни в Гаване тогда еще не было известно о том, что ракеты обнаружены американцами.

К 22 октября 1962 г., когда президент США Джон Кеннеди выступил по американскому радио и телевидению с сообщением об обнаружении на Кубе советских ракет, все 42 ракеты и боеголовки к ним, а также воинский персонал уже были на месте. Некоторые ракеты были приведены в боевую готовность. Часть наших кораблей еще находилась в пути, но на них было вспомогательное снаряжение и продовольствие для воинского контингента, без чего при случае можно было и обойтись.

В своем обращении к американскому народу 22 октября президент Дж.Кеннеди потребовал от СССР вывода ракет и объявил военную блокаду Кубы (поскольку фактически это означало объявление войны. Чтобы не обострять конфликта, ряду наших кораблей, следовавших на Кубу, было дано указание изменить курс, но несколько судов, не обращая внимания на предупреждения со стороны американских военных кораблей, все же прорвались к острову. Американцами было остановлено и проверено только одно зафрахтованное Советским Союзом канадское судно, доставлявшее на Кубу сельскохозяйственные машины. Конечно, Хрущев немедленно узнал о выступлении Кеннеди. Советская разведка докладывала ему о всех военных приготовлениях США. Хотя в Кремле, как и в Белом Доме, шли непрерывные совещания политиков и военных, советские средства информации ничего, например, не сообщили 23 октября о выступлении Кеннеди и о блокаде Кубы. Все работы по установке ракет на Кубе проводились круглосуточно, но для окончания этих работ и приведения ракет в боевую готовность требовалось еще несколько дней. Хрущев хотел иметь на Кубе мощную ракетную базу, но он не хотел войны, опасность которой все возрастала. Для него важнее всего было в эти дни понять - являются ли действия США блефом, или же американцы действительно готовятся нанести мощный удар по Кубе и советским ракетным установкам.

С 23 октября между Москвой и Вашингтоном начался обмен официальными письмами. В первых посланиях Н.С.Хрущев с негодованием называл действия США “чистейшим бандитизмом” и “безумием выродившегося империализма”. А уже 24 октября Советское правительство заявило решительный протест против блокады Кубы и других военных мероприятий США. СССР просил немедленно созвать Совет Безопасности ООН. Министр обороны СССР приказал привести Вооруженные Силы страны в состояние повышенной боевой готовности, отменить отпуска и задержать демобилизацию старших возрастов. Советский Союз продолжал отрицать наличие на Кубе наступательного оружия, заявляя, что там находится только оружие, необходимое для самообороны, и что “с требованием об удалении этой техники не может согласиться ни одно государство, дорожащее своей независимостью”. На Кубе Фидель Кастро объявил о проведении всеобщей мобилизации. На срочно созванном заседании Совета Безопасности советский представитель В.Зорин решительно отрицал наличие на Кубе ракет с ядерным оружием. Как можно было прочесть в советских газетах, В.Зорин “разоблачил извлеченные из кучи всякого хлама сотрудниками государственного департамента США утверждения о так называемом установлении советских ракетных баз на Кубе”. В это время на пути к Кубе находилось более 20 советских кораблей, и первые из них приближались к линии блокады. Хрущев вел себя внешне спокойно, и вечером 23 октября посетил Большой театр, понимая, что за океаном внимательно следят за каждым его шагом.

Президент США направил Хрущеву письмо с призывом соблюдать правила блокады. Кеннеди писал, что США не намерены открывать огонь по советским кораблям. “Мое желание, чтобы оба мы держались осмотрительно и не допускали, чтобы события осложнили положение и еще более затруднили контроль над ним”. Это послание не было опубликовано в СССР, как и призыв У Тана приостановить перевозку оружия на Кубу. Аналогичный призыв исходил и от 89-летнего английского философа Бертрана Рассела. Кеннеди получил сообщение о появлении в Карибском море советских подводных лодок, что являлось серьезной угрозой для американских авианосцев.

Утром 24 октября два советских судна приблизились к линии блокады в 500 милях от Кубы. Их прикрывала подводная лодка. Навстречу шел авианосец “Эссекс” с вертолетами, оснащенными для борьбы с подводными лодками. Р.Макнамара отдал приказ - в случае необходимости атаковать советскую подводную лодку глубинными бомбами со слабыми зарядами, чтобы заставить ее всплыть на поверхность. Но Хрущев не хотел рисковать и приказал советским судам остановиться на линии блокады, предложив Кеннеди срочную встречу. Кеннеди ответил, что он готов встретиться с Хрущевым, но только после устранения с Кубы советских ракет. Воздушная разведка показывала, что эти ракеты будут готовы к действию через несколько дней. Над Кубой дважды в день пролетали эскадрильи из восьми низко летящих американских самолетов. Другие самолеты непрерывно следили за советскими подводными лодками. Советские корабли, приближаясь к линии блокады, останавливались в океане, однако, некоторые из них получили приказ лечь на обратный курс. Монтаж ракетных установок и бомбардировщиков продолжался. На Кубу вылетел А.И.Микоян, чтобы наблюдать за ситуацией с близкого расстояния и увязывать действия Советского правительства с действиями Кубы.