Карибский кризис. 11

Содержание

Введение

Карибский кризис является одним из событий истории международных отношений, которые историки и политологи оценили, как один из самых острых и самых опасных послевоенных международных кризисов. На Западе, особенно в США, его называют «кубинский», «ракетный» по причине того, что советские ракеты ближнего действия, завезенные на Кубу, стали причиной нового накала отношений между СССР и США и «холодная война» чуть было не стала «горячей», особенно в свете того, что правительство США сочло размещение у них под боком советских ракет весьма однозначно – как угрозу. Этот кратковременный международный кризис таил в себе колоссальную опасность для дела всеобщего мира, благодаря чему споры о нем не утиханию и на современном этапе, а сами события Карибского кризиса дополняются все новыми сведениями, подробностями и трактовками, благодаря чему интерес к данной проблеме не иссякает, а ее изучение остается одной из приоритетных.

Карийский кризис является одним из событий, которые изучены не до конца вследствие того, что еще целый ряд документальных источников данной эпохи является секретным и не подлежит разглашению. Весьма сложной являлась и сама международная обстановка данного периода, обусловленная конфронтацией двух мировых держав и их борьбой за сферы влияния в мире.

О событиях, предшествовавших Карибскому кризису и о самом кризисе, уже немало сказано и написано. Американские дипломаты, политики, ученые и журналисты по-своему и весьма односторонне интерпретируют дипломатическую борьбу тех дней. Можно упомянуть работу «Тринадцать дней» сенатора Р. Кеннеди, мемуары помощников Дж. Кеннеди А. Шлезингера и Т. Соренсена в которых дается тенденциозная трактовка истории Карибского кризиса. В периодической печати США все еще дебатируется вопрос о том, что «приобрела и потеряла» Америка в результате этого кризиса. К Карибскому кризису часто обращаются американские ученые-международники при анализе теории международных отношений, международных конфликтов и кризисов.

Трактовки кризиса при этом весьма различны и не отличаются схожестью и однородностью. Будучи достаточно подробно и разносторонне изучен Карибским кризис остается одним из самых актуальных для осмысления в современной истории международных отношений.

Объектом изучения в данной работе является Карибский кризис, как одно из наиболее важных событий периода «Холодной войны».

Предметом изучения в данной работе являются события Карибского кризиса в их поступательном развитии.

Целью в данной работе было поставлено рассмотреть причины, ход и итоги событий Карибского кризиса 1962 года.

Задачи:

1. рассмотреть основные события международных отношений периода Карибского кризиса;

2. изучить события кануна Карибского  кризиса, выявить его причины;

3. рассмотреть основные этапы  Карибского кризиса;

4. проанализировать итоги кризиса  и его значение для мировой  истории.

В процессе изучения поставленных вопросов мной были использованы метод анализа, синтеза, систематизации и обобщения.

1. Международная обстановка  накануне Карибского кризиса  и его предпосылки

1.1. Международная обстановка  в 50-е начале 60х годов XX века

После окончания Второй мировой войны на политической карте мира появились новые игроки, заявившие о своих претензиях на самостоятельное участие в международных процессах. В Азии и Африке набирала силу новая «волна национального самоопределения», которая наложила особый отпечаток на международные отношения. В 50 - 60 годах Советский Союз и Соединенные Штаты, перешедшие к открытой конфронтации в Европе получили новую площадку для реализации своих интересов. На территории бывших колоний развернулась борьба между двумя центрами силы, которые стремились привлечь в свой лагерь новых сторонников.

Формирование новой политической карты мира происходило на фоне краха имперских амбиций Западноевропейских стран и распада колониальной системы. Наиболее драматично этот процесс переживала Британская империя.

Основной целью внешней политики Англии после Второй мировой войны до 1949 г. было восстановление статуса страны как мировой державы, способной осуществлять независимый от США и СССР внешнеполитический курс. Министерство иностранных дел Великобритании пыталось доказать, что ослабление позиций страны на мировой арене - это временное явление. Использование ресурсов колоний и доминиона, по мнению Лондона, позволяло вернуть Великобритании авторитет в мире. Чтобы не остаться в одиночестве, английские эксперты предлагали активизировать контакты с Францией и другими странами Европы. Расширение англо-советского взаимодействия во внешней политике не входило в краткосрочные планы Лондона. Министр иностранных дел Бевин стремился сделать все, чтобы сотрудничество между СССР и Великобританией в первые послевоенные годы, насколько оно все же осуществлялось, не затрагивало вопросов английского присутствия на Ближнем Востоке и в Африке.

А.М. Филиппов отмечает: «Первое столкновение английских и советских интересов произошло на Балканах и Ближнем Востоке, где Лондону не удалось сохранить, своих довоенных позиций. Очень скоро британские лидеры осознали, что империя слаба и необходимо продумать «пути отступления». В 1946 г. Англия признала, что Ближний Восток не является для нее в прежней мере жизненно важным регионом, но » то же время подчеркнула свое намерение сохранить здесь поенное присутствие с целью предотвратить появление СССР и Северной Африке»1.

Еще более сложная ситуация для Лондона сложилась на отдаленных территориях Британской империи. 15 августа 1947 г. получает независимость Индия. Соглашаясь на это, Англия пошла на раздел территории своей бывшей колонии на два государства — Индию и Пакистан. Границы были проведены таким образом, что на протяжении всех последующих лет возникали конфликты и противоречия, доходившие до военных действий.

В феврале 1948 г. английское правительство предоставило право доминиона острову Цейлон. 4 июля 1946 г Филипинская Республика была провозглашена суверенным государством, хотя США сохранили здесь свои военные базы. В августе 1957 года независимость получила Малайя. В 1951 г. Непал стал суверенным государством и конституционной монархией

После Второй мировой войны в Азии появился новый самостоятельный игрок - Китай, где в результате победы в гражданской войне против Гоминьдана в 1949 г. к власти пришла Коммунистическая партия.

После берлинского кризиса и создания НАТО в 1949 г. на Западе уже оформилась линии конфронтации с СССР. Однако отношения между Москвой и Вашингтоном на Тихом океане, по определению А. Д. Богатурова, оставались «островком» относительной устойчивости. После победы коммунистов в материковом Китае в США начали наращивать обеспокоенность по поводу возможного усиления позиции СССР в Азии. Советский Союз объявил о своих планах началом строительства подводного флота на основе трофейных немецких по кораблей. С учетом имеющихся баз в Китае советский флот на Дальнем Востоке стал рассматриваться американцами в качестве реальной угрозы свободе судоходства в стратегически важном регионе.

В 1950 г. подписывается новый союзный договор между Пекином и Москвой, который лишал американцев надежды ни плодотворное американо-китайское партнерство. С этих пор Вашингтон приступил к поиску «замены» Китаю. В США пытались сформировать в Азии «блок» антикоммунистических государств, которые стали бы проводником американских  интересов в регионе. Подобно тому, как берлинский кризис принял к оформлению биполярного противостояния в Европе, Корейская война 1950—1953 гг. дала толчок для появления «двух лагерей» в Азии. Сбрасывавшие колониальный гнет народы должны были сделать выбор в пользу того или иного центра силы.

К. Эндрю отметил: «Очень драматично складывалась судьба Вьетнама. 2 сентября 1945 г. в день капитуляции Японии Вьетнам получил независимость. Однако территории Вьетнама, Камбоджи и Лаоса стали ареной ожесточенной борьбы: на этом пространстве столкнулись интересы Франции, Китая, Соединенных Штатов Америки и Советского Союза. В 1954 г. в Париже была подписана декларация, которая предусматривала проведение свободных выборов во Вьетнаме, Лаосе и Камбодже. Во Вьетнаме установилась временная демаркационная линия чуть южнее 17-й параллели»2.

США, стремясь прийти в регионе на смену Франции, которая после «грязной войны» вынужденно ушла из Индокитая, не поставили свою подпись под декларацией: поиск «замены» Китая продолжался. В условиях абсолютизации коммунистической угрозы в США Д. Эйзенхауэр объявил Лаос ключом ко всей зоне Юго-Восточной Азии и, используя СЕАТО в качестве инструмента давления, начал проводить политику укрепления позиции США в регионе. Однако основным источником разрушительных импульсов в регионе был Южный Вьетнам, именно там сконцентрировались интересы Соединенных Штатов. В первой половине 60-х годов в Южном Вьетнаме совершено несколько переворотов. Обострились отношения между буддистами и католиками. Оппозиция, недовольная неспособностью правительства навести порядок, продолжала оказывать мощное давление на официальный Сайгон. Вашингтон пошел на эскалацию конфликта, начав 4 августа 1964 г. интервенцию во Вьетнам.

Надо отметить, что в планы Москвы не входило обострение отношений с Вашингтоном из-за Северного Вьетнама. Лишь впоследствии Москва стала отходить от линии на минимальное участие в конфликте, и с отставкой Н. С. Хрущева Советский Союз занял более активную позицию в вопросе оказания поддержки Демократической Республике Вьетнам.

Однако вмешательство Северного Вьетнама в события на юге был готов поддержать Китай. Его отношения с СССР ухудшились после смерти Сталина, и Пекин стал играть самостоятельную роль в регионе, часто противопоставляя свою политику интересам Москвы. Тем не менее Вашингтон не мог перебороть свою «ненависть» к коммунистическому правительству и продолжал поддерживать гоминдановское правительство Тайваня.

Л. Джонсон, новый президент США, боялся быть обвиненным в «потере Вьетнама», как в «потере Китая» обвинили Г. Трумэна. Л. Джонсон рассматривал интервенцию во Вьетнам как «ограниченный конфликт», который не приведет к глобальному вооруженному противостоянию между США и СССР, однако фактически Вьетнам стал ареной ведения боевых действий между двумя центрами силы.3

Столь же драматично развивалась ситуация на Среднем Востоке, где столкнулись интересы тех же стран что и в Юго-Восточной Азии. Сирия и Ливан, Ирак, Йемен и Иордания добились независимости достаточно быстро. Но клубок противоречий завязался вокруг проблемы создании Палестинского государства и обеспечения безопасности Израиля. С момента образования еврейского государства Израиль Ближний Восток стал центром конфликтов, которые инициирует и та, и другая стороны. Несмотря на решение Генеральной Ассамблеи ООН, до сих пор не удалось создать независимое государство Палестины. Серьезным камнем преткновения стал Иерусалим, который подлежал интернационализации, но и в настоящее время находится под полным контролем Израиля решением ООН объявлен столицей еврейского государства.

Великие державы постоянно вмешивались в борьбу, разгоравшуюся на Ближнем Востоке. Англия, США, Франция и Советский Союз в той или иной мере провоцировали или участвовали в многочисленных кровавых конфликтах в регионе.

В конце 50-х — начале 60-х годов весь Африканский континент был охвачен борьбой за независимость. В марте  1957 г., бывшая английская колония Золотой Берег стала и независимой страной Тропической Африки. С целью удержать Золотой Берег в своем подчинении англичане долго лавировали, но в конце концов им пришлось согласиться с новым политическим устройством страны. Борьбу за независимость начали колонии, входившие во Французскую Западную Африку и Французскую Экваториальную Африку. Крушение колониальной системы в Экваториальной Африке привело к появлению новых независимых государств. В Гвинее французское правительство попыталось демократическими инструментами удержать колонии, вынеся на референдум новую Конституцию. Однако селение подавляющим большинством отвергло ее, что заставило Париж признать независимость Гвинеи. Вслед за ней независимость получили Того и Камерун. Как карточный домик стало разваливаться французское сообщество, членами которого были колониальные территории в Африке. На стороне национально-освободительных движений выступила ООН, которая поддерживала независимость новых африканских государств. Когда в 1960 г. независимость получила большая группа африканских стран (Мадагаскар, Федерация Мали, Чад, Центрально - Африканская Республика, Конго (Браззавиль), Габон, Дагомейская Республика, Республика Нигер, Республика Верхняя Вольта и Республика Берег Слоновой Кости), он вошел в историй как год Африки4.

В 60-е гг. от колониальной зависимости освободились также страны Восточной и Центральной Африки. Однако после получения самостоятельности во многих странах Африки сохранялась неспокойная ситуация.

Борьба за освобождение от колониальной зависимости развернулась в послевоенный период и в Латинской Америке. В 50-е гг. кубинские революционеры по главе с Фиделем Кастро сбросили режим Батисты, которого поддерживали США, и объявили о социалистическом выборе развития страны. Соединенные Штаты неоднократно предпринимали попытки уничтожить правительство Кастро. Карибский кризис октября 1962 г., когда мир стоял в шаге от глобальной войны, заставил академическую и политическую элиты как в США, так и в СССР более трезво взглянуть на проблему ядерной войны5.

Таким образом, формированию биполярного мира в значительной мере способствовали геополитические процессы послевоенного времени, связанные с началом распада колониальной системы. Получившие независимость колонии становятся сферой интересов ведущих стран – СССР и США, активно проводивших не только мирную политику переговоров, но и военных действий на спорных территориях.

1.2. Предпосылки и причины  кризиса

Предпосылки возникновения Карибского кризиса связаны с международной обстановкой, в которых находились как СССР, так и США. Международную обстановку лета и осенью 1962 г.возможно охарактеризовать, как крайне неустойчивую. США начинают активное проникновение в страны Азии, с пытаясь организовать интервенцию в Южный Вьетнам. Одновременно с этим Пентагон проводит испытания ядерного оружия над тихим океаном. Все это происходило на фоне общей нестабильности и желание переделать мир по своему усмотрению. Из-за отказа боннского правительства Аденауэра признать послевоенные реальности в Европе обстановка здесь была также весьма напряженной. Наряду с этим проходили переговоры по разоружению, имел место обмен мнениями по европейским проблемам между СССР и США. Наметилось даже некоторое сближение их позиций по проблеме ликвидации наследия второй мировой войны. Но отдельные позитивные тенденции все же не давали тогда основания надеяться, что в американской внешней политике восторжествует реализм в подходе к важнейшим международным проблемам.

А. Фурсенко отмечает: «Особенно опасными выглядели действия США в районе Карибского моря. Американский внешнеполитический курс в отношении Кубы был, как и ранее, направлен на тайную подготовку новой агрессии против этой страны. Уроки поражения в заливе Кочинос в апреле 1961 г. американские реакционеры постарались забыть. Конгресс США даже принял решение, по которому американское правительство брало на себя обязательство «любыми средствами, какие бы ни потребовались, вплоть до применения оружия», бороться против Кубы»6.

Одновременно с этим юг США становится центром разведывательного управления, который подкармливал и финансировал кубинских контрреволюционеров. Реакционные американские круги инспирировали антикубинскую кампанию в стране, с помощью прессы раздували миф о «советской угрозе» в Европе и за ее пределами, сознательно нагнетая тем самым международную напряженность.

В то же время в Вашингтоне пытались поставить под сомнение законность оборонительных мероприятий, осуществлявшихся правительством народной Кубы. 4 сентября 1962 г. президент в специальном заявлении выдвинул жесткие условия в отношении того, что, по мнению правительства США, могло и чего не могло предпринимать правительство Кубы для укрепления своей обороноспособности. В этом заявлении, нарушавшем нормы международного права, содержались угрозы в адрес Кубы в случае невыполнения ею американских требований. Таким образом, внешняя политика США преследовала цель форсировать «борьбу с коммунизмом» в Западном полушарии вообще и с народной Кубой в частности. В стране наращивались приготовления к агрессии против Кубы, усиливалась разнузданная антикубинская пропаганда. Было мобилизовано 150 тыс. резервистов. Продолжались попытки организовать экономическую блокаду острова7.

Советский Союз 11 сентября 1962 г. призвал правительство США «проявить благоразумие, не терять самообладания и трезво оценить, к чему могут привести его действия, если оно развяжет войну». В советском заявлении намечался реальный путь к нормализации обстановки в районе Карибского моря. «Вместо того, чтобы накаливать атмосферу такими действиями, как мобилизация резервистов, равносильная угрозе начать войну,- говорилось в заявлении ТАСС - было бы куда более разумно, если бы правительство США, проявив мудрость, сделало бы добрый жест - установило бы дипломатические и торговые отношения с Кубой, о желательности чего недавно заявлялось со стороны кубинского правительства»8. Президент Кеннеди 13 сентября 1962 г. в своем заявлении оставил без ответа предложения Советского Союза о путях нормализации американо-кубинских отношений. Перечислив акции, предпринятые против Кубы Организацией американских государств (ОАГ) под большим давлением дипломатии США, президент заявил: «Если Соединенные Штаты когда-либо сочтут необходимым предпринять военные действия против коммунизма на Кубе, то все поставленное коммунистами оружие и технические советники не смогут изменить последствия или существенно оттянуть время для достижения такого результата». Заявление от 13 сентября содержало также ряд «успокоительных», но двусмысленных фраз. Так, одна из них гласила: «Мы никогда не начнем агрессии в этом полушарии, но и не позволим ее появления»9.

Устремления правящих кругов США приобретали откровенно воинственный характер. В ОАГ и других региональных латиноамериканских организациях инспирировалась развернутая антикубинская деятельность. В этой связи можно отметить соглашение, принятое на состоявшемся 2 и 3 октября в Вашингтоне на совещании министров иностранных дел и специальных представителей латиноамериканских государств. В нем утверждалось, что Куба якобы превращается «в вооруженную базу для коммунистического проникновения в Америку...». Участники встречи вопреки фактам заявляли об угрозе со стороны Кубы «единству американских государств и их демократическим институтам» по необходимости «принять против нее специальные меры индивидуального и коллективного порядка»10. Так под маской борьбы против «коммунистической интервенции» в Латинской Америке готовилось вмешательство в дела Кубы. 3 октября 1962 г. конгресс США принял резолюцию, призывавшую правительство США предпринять меры против Кубы, которая «ставит под угрозу безопасность США».

О.О. Хохлышева указывала, что в условиях обострения обстановки в районе Карибского моря, вызванного планами и акциями США в отношении Кубы, Советское и кубинское правительства еще летом 1962 г. достигли договоренности об укреплении обороноспособности Кубы. На остров были доставлены в оборонительных целях ракеты среднего радиуса действия. По легенде это была акция, направленная на то, чтобы оказать противодействие новым попыткам агрессии против кубинского народа. 8 октября 1962 г. президент Кубы, выступая на Генеральной Ассамблее ООН, заявил: если США дадут эффективные гарантии, что они не совершат военного нападения на Кубу и не будут помогать другим странам пытаться вторгнуться на остров, Кубе незачем будет осуществлять меры по укреплению своей обороноспособности. Правящие круги США, однако, никак не реагировали на это заявление и продолжали усиливать свои военные базы в районе Карибского моря. ЦРУ плело вокруг Кубы сеть заговоров и диверсий11.

Причиной подобного поворота событий со стороны СССР стала политика США, которая целенаправленно выстраивала оборонительные позиции как можно ближе к границам социалистических стран. Значительные части США оказались не только в непосредственной близости от границы СССР, но и имели значительное число бомбардировщиков дальнего действия, а позднее к ним присоединили крылатые ракеты дальнего действия с ядерным боезарядом, что являлось уже прямой угрозой безопасности СССР. Советское правительство неоднократно обращалось к США с предложениями ликвидировать иностранные военные базы, размещенные на чужих территориях. Но эти предложения отклонялись.

В связи с этим утверждать, что кризис был вызван исключительно действиями СССР нельзя. Корни кризиса кроются не только в политике «кризисной дипломатии» 1962 г., но и в самом существе послевоенной внешнеполитической стратегии военно-промышленного комплекса в США и СССР, в политике «с позиции силы» на международной арене, в упорных попытках подорвать безопасность друг друга.

В американской литературе имеются заявления, проливающие свет на действительные причины кризиса и действий США против революционной Кубы. Так, профессор Ф. Грип признает, что «политические корни ракетного кризиса объясняются решением правительства Кастро направить Кубу по пути глубокой социально-экономической революции...»12.

В связи с политикой США в отношении чрезмерного позиционирования своих интересов СССР находит возможным под видом оказания помощи Кубе и кубинской революции разместить на ее территории свои ракеты с ядерными боеголовками по примеру действий США в отношении СССР. В результате подобных действий обстановка в районе Карибского моря стала накаляться. Над Кубой, грубо попирая нормы международного права, то и дело появлялись американские самолеты-разведчики «У-2». Полеты этих самолетов лишний раз доказывали, что ЦРУ и Пентагон накапливают информацию для возможно наступательной акции против Кубы. Президент Кеннеди не только знал об этих полетах, но и непосредственно их санкционировал.

14 октября 1962 г. очередной «У-2» нарушил воздушное пространство Кубы. 11 мая была произведена аэрофотосъемка кубинской территории. После того как самолет вернулся на базу, начались обработка и изучение разведывательных данных, которые свидетельствовали, о дальнейшем укреплении обороноспособности Кубы, ее военного потенциала, в том числе ракетного, причем ракетами советского производства. Об этих данных доложили руководителям ЦРУ и Пентагона, а затем известил специального помощника президента М. Банди. Характерно, что последний не стал сразу докладывать по этому поводу Кеннеди. Рано утром 16 октября между Банди и представителями американской разведки имела место обстоятельная беседа. Книга Ф. Грина «Внешняя политика 60-х годов. Проблемы и инструменты» содержит описание процесса. Только после тщательного инструктажа сотрудников ЦРУ Банди явился к президенту и торопливо изложил версию ЦРУ. Кеннеди не нашел в этом сообщении ничего необычного. В ответ на вопрос президента: «Что это все означает по существу?» — Банди стал доказывать, что обнаруженные ракеты могут быть использованы в «наступательных целях» против США13.

Таким образом, действия, как СССР, так и США привели к возникновению кризиса. Позиционирование себя и своих интересов в качестве великих держав, каждая из которых претендовала на первенство, противостояние идеологий и позиционирование соперника, как опасного политического игрока, способного на агрессию приводило к необходимости и укрепления обороноспособности стран. И если попытка обезопасить себя со стороны США была воспринята СССР более лояльно, то США к подобным же действиям проявили крайнюю нетерпимость, что в итоге вызвало кризис, получивший название Карибского.

2. Развитие и роль Карибского кризиса

2.1. Развитие кризисной  ситуации

События Карибского кризиса развивались достаточно стремительно.

Уже 18 октября 1962 г. состоялась беседа А. А. Громыко с государственным секретарем США Д. Раском. В ходе ее американский дипломат, утверждая, что США не намерены осуществить вооруженное вторжение на Кубу, заявил, что остров превратился в военный плацдарм для «наступления против США и Латинской Америки»14. Внутренний режим на Кубе был охарактеризован Раском как не соответствующий интересам безопасности Западного полушария. Раск далее пространно говорил об «общности интересов» стран Западного полушария. Не затрагивая непосредственно «доктрины Монро», он, по существу, пытался ее защищать, подчеркивая «солидарность» всех стран Западного полушария и «общность» интересов их безопасности. Особое неудовольствие Раска вызвало то, что на Кубе появилось советское оружие. Впрочем, он, как и президент Кеннеди, не спрашивал советского представителя о наличии ракет на Кубе. На все высказанные Раском «опасения» ему был дан полный ответ. А. А. Громыко заявил, что Куба вынуждена была сделать необходимые выводы из факта вторжения на остров контрреволюционеров, подготовленных американцами и вооруженных на их средства. Раску было также сказано, что если у Вашингтона есть какие-либо претензии к Кубе, например материальные, то США вправе вступить с кубинцами в контакт для их урегулирования. Раск не ответил на это замечание15.

Затем между советским и американским представителями произошел весьма знаменательный разговор по поводу американских военных баз за пределами США, находящихся в непосредственной близости от границ СССР. Раску было сказано, что он, очевидно, не будет отрицать наличие американских военных баз и многочисленных военных советников в Турции и Японии, не говоря уже об Англии, Италии и некоторых других странах Западной Европы, а также Азии и Африки. Значит, США могут иметь военные базы в указанных странах, заключают с этими государствами военные договоры, а СССР не имеет права оказывать помощь Кубе в развитии ее экономики и в укреплении ее обороноспособности? Раек заявил, что Советский Союз «преувеличивает» роль американских военных баз за границей. В ходе дальнейшей беседы американский представитель, по существу, уклонился от обсуждения вопроса о том, в каких странах имеются американские ракеты и ядерное оружие. По его словам, кроме территории самих США, они имелись только в трех странах16.

На замечание А. А. Громыко о том, что Англия находится в числе таких стран, Раск ответил утвердительно, так как этот факт был широко известен и этого не скрывал сам Лондон. Советским представителем было обращено внимание американского дипломата на то, что с рядом стран США имеют военные договоры и что эти страны связаны обязательствами допускать различные виды оружия США на свою территорию в любое время. Раек на это замечание тоже ничего не ответил. Очевидно, он, когда дело коснулось военной стратегии и тактики США, предпочитал хранить в глубокой тайне вопросы, связанные с американскими базами вокруг СССР. Следовательно, у него не было оснований ожидать, что другая сторона вдруг начнет обсуждать с представителями США проводимые его мероприятия по укреплению обороны дружественной страны17.

Тот факт, что к осени 1962 г. целый ряд важнейших международных проблем того времени не был еще решен дипломатическим путем, ставил на повестку дня вопрос об использовании всех возможных средств мирного урегулирования международных споров, включая встречи на высшем уровне между главой Советского правительства и президентом США. Советское правительство через министра иностранных дел Советского Союза 18 октября 1962 г. передало Дж. Кеннеди предложение о такой встрече для урегулирования спорных международных проблем и рассмотрения вопросов, вызывающих расхождения между СССР и США. Президент положительно реагировал на это предложение Советского Союза. Он лишь заметил, что хотел бы на такой встрече обсудить проблемы без формальной повестки дня без выделения конкретных вопросов, подлежащих обсуждению. Однако, встреча была отложена18.

Разработка линии правительства США в планируемой кризисной ситуации продолжалась в Вашингтоне и после того, как президент Кеннеди 19 октября, покинув американскую столицу, направился на полтора дня в западные штаты для участия в избирательной кампании. Скорее всего это был отвлекающий маневр. Тем временем представители ЦРУ и Пентагона вновь стали настаивать на бомбардировке Кубы. Они утверждали, что все другие меры были бы «явно недостаточными». «Теперь или никогда!» - требовали сторонники «горячей войны». Однако все большее число советников президента начинали приходить к выводу о катастрофических последствиях такого шага для США. Об этом прямо заявили на одном из секретных совещаний Р. Кеннеди и Т. Соренса. Государственный секретарь США Д. Раск предпочитал в основном отмалчиваться. Роберт Кеннеди впоследствии даже утверждал: Раск с тревогой заявил, что американские военные, какие бы доводы они ни выдвигали, «в конечном итоге отстаивают внезапное нападение очень большой страны на очень маленькую страну»19