Категории морали . Долг и совесть

Тема :  Категории морали . Долг и совесть.

                                                        Оглавление.

Введение

1. Долг, как этическая категория.

2. Совесть, как этическая категория.

3. Проблема  соотношения  долга и совести.

Заключение

Литература

Введение

Этика возникла и развивается  под влиянием необходимости научного осмысления морали в целях практического  овладения законами морального регулирования. Представители этической науки  с самых ранних этапов её развития стремились дать определенное толкование действующим в обществе моральным  нормам.

Поэтому этические категории, правомерно рассматривать как отражение  в этике различных сторон морального сознания и нравственных отношений, теснейшим образом взаимообусловленных. Для самого же морального сознания представления и понятия о  добре и зле, долге, совести и  т.д. являются специфическими формами  его выражения. Нормативность, например, характеризует и правовое сознание. Оценочность, присуща и правовому, и эстетическому, и, в известной мере, научному сознанию. Органическое же сочетание нормативности, императивности, оценочности, мотивационности – особенность только морального сознания. Данная  особенность не раскрывает всей специфики морали, которая связанна еще и со способами реализации перечисленных выше свойств: моральные нормы, оценки и мотивы обретают регулятивную силу, постольку, поскольку они подкрепляются общественным мнением и личными убеждениями индивидов, что в свою очередь, является гарантом стабильности общества с одной стороны, с другой – обеспечивает возможность существования  в обществе индивида. 

Для обыденного сознания представления  о  таких категориях, как добро  и зло, справедливость , совесть, долг  и т.д. неотделимы от их конкретного предметно-чувственного содержания.  В самом широком смысле слова,  добро, например, отграничивает моральное от аморального , и, в этом смысле, противостоит своей противоположности — злу.

Что  же касается таких  традиционных категорий, как долг, ответственность, совесть, достоинство, то их реальный смысл  раскрывается через актуализацию того или иного аспекта добра или, другими словами, определенного  соотношения общества и личности. Поэтому, категория долга, фиксирует  внимание на том, как должно поступать  индивиду, а как не должно, поскольку  указывает на отношение субъекта к обязанностям, обусловливаемым  местом человека в системе общественных отношений, теми социальными ролями, которые характеризуют его трудовую, общественно-политическую и личную жизнь.

     Проблема  определения  категориального аппарата  заключается  в том, что основные этические  категории современной отечественной  ( постсоветской) науки  обусловлены сильным и длительным  доминированием марксизма и как следствие,  этика строит свою систему категорий в соответствии с диалектическим, историко-материалистическим пониманием морали, как способа регулирования и манипулирования сознанием людей, механизм которого имеет чрезвычайно сложный и многосторонний характер, но тем не менее представляет собой нечто органически цельное. Однако конкретно такая система не разработана. Можно предположить, что наиболее полной и содержательной будет система категорий, отражающая структуру самой морали.

Например, понятие моральной  нормы отображает один из видов моральных  представлений общества, особый способ нравственной деятельности и одну из форм моральных отношений между  людьми. Само моральное сознание в  своих основных понятиях отражает некоторые  узловые моменты моральной деятельности и отношений. Поэтому иногда одно и то же понятие мы можем встретить  и в моральном сознании людей, и среди категорий этики (например: понятия добра, долга, совести, достоинства, чести и др.)

 Тем не менее,  понятия   этическая теория и обыденное  моральное сознание,  не одно  и то же.  Например, понятие  долга в первом случае является  научной категорией, характеризующей  определённый вид отношения человека  к обществу, а во втором –  представление о том, что конкретно  должен делать человек как  носитель морали.

 Моральное понятие   нормативно, оно всегда что-либо  предписывает и оценивает. В  этике  это представление о  должном и ценном,  получает  научное обоснование (Нормативная  этика)  а так же , становится объектом теоретического анализа, в котором выясняется, какое именно моральное отношение выражено.

Принцип научности  требует  проводить разграничение между  категориями этики как формальным аппаратом теории и моральными представлениями, стихийно формирующимися в сознании общества, хотя грани здесь не абсолютны.

Категории этики и формы  морального сознания перекрещиваются  между собой: первые заключают в  себе нормативное содержание, вторые апеллируют к рациональной аргументации. Категорий этики постоянно развиваются  и обогащаются новыми понятиями  соответственно теоретическому развитию самой этической науки.

Так как в области этических  исследований сложилась традиция относить к числу категорий такие понятия, как добро и зло, долг, совесть, честь и достоинство, счастье,  то  эти категории представляют стабильную основу, на которой может  развиваться специфический аппарат  этики как науки, совершенствоваться и усложняться система этических  понятий.

Исследования категориального  аппарата этики, является плодом длительного  исторического развития науки о  морали. Тем не менее, большинству  работ по этике свойственна подмена  методологического анализа категорий  их нормативным описанием. Это характерно как для трудов представляющих как  историю этики, так и для её современного состояния, и может  быть объяснено прикладным характером этики, её практическим предназначением. Задача, по этому , заключается не в отрицании нормативного содержания этических категорий, а в органическом соединении их содержательного и теоретического анализа, что возможно достичь только на базе конкретно-исторического изучения морали как специфического объекта научного исследования.

1. Долг, как этическая категория.

    Категория долга  является одной из ключевых  в этике. Она тесно связана  с понятиями свободы и ответственности.  Долг – это необходимость выполнять  свои нравственные обязанности,  подчиняться более значимой воле, чем собственная.

Можно выделить два вида долга, которые в реальной жизни тесно  переплетаются: эмпирический и моральный. Эмпирический долг представлен множеством разновидностей: долг родительский и  детский, братский и дружеский, долг перед родиной, профессиональный долг. Моральный долг – это долг бескорыстного  неизбирательного благоволения ко всем разумным, а в идеале – ко всем живым существам.

 Долг — специфически  моральная категория, поскольку  она отражает не только суть  обязанностей, которые необходимо  исполнять, но и требует личной  заинтересованности в их исполнении. Вместе с тем долг может  быть охарактеризован и как  сущее, когда имеется в виду, например, реально исполненный долг. В этом случае он одновременно есть и моральная оценка деятельности.   Понятие долга, прежде всего, раскрывает отношения личности и общества. Личность выступает как активный носитель определенных моральных обязанностей перед обществом, которые она осознает и реализует в своей деятельности. Категория долга очень тесно связана с такими понятиями как ответственность, самосознание.

     Истолкование  природы и происхождения долга  составляло одну из самых трудных  проблем в истории этики. Основание  и источник долга усматривали  то в божественных заповедях,  то в априорном моральном законе (например у Канта), то в самой человеческой природе, в "естественном" стремлении человека к наслаждению. По разному пытались сказать, кто, в конечном счете, правомочен определить содержание долга: общество - социально -апробативные теории, Бог - религиозные теории, совесть - Фихте, моральное чувство - теории нравственного чувства. Следовательно, основанием долга объявлялся авторитет того или иного рода, но тем самым лишался смысла вопрос о содержании морального долга. Долг предполагает в людях ответственность, способность переступить через личное "хочу" ради высокого ответственного "должен".

Категория долга является фундаментальной во многих философско-этических  системах.  В  античную философию  её ввёл Сократ, причем не теоретически, а своим послушанием тому приговору, который ему вынес суд Афин. Хотя Сократ был не согласен с приговором суда, но он не мог его нарушить, будучи законопослушным гражданином; тем  самым, он продемонстрировал своей  смертью пример выполнения гражданского долга. Понятие долга в теоретическом  плане появляется только у римских  стоиков (4, с.45).

Идея долга как основополагающего  понятия нравственности имеет свои особенности на Востоке. Восточное  осмысление долга связано с его  максимальной конкретизацией. Например, в индуизме долг каждого человека состоит из трех обозримых и достижимых вещей: в соблюдении своей «дхармы» (наследственных обязанностей), в выполнении «артхи» (обязанности домохозяина и гражданина), а также в исполнении «камы» (обязанностей любви). Все эти обязанности достаточно конкретны и прозрачны, для их выполнения не надо прилагать каких-либо интеллектуальных усилий.

Западное понимание долга, наоборот, максимально абстрактно носит  философский характер. Это связано  с тем, что к моменту появления  этой идеи на Западе уже сложилась  интеллектуальная философская традиция. Западная этика провозглашает лишь саму идею долга, которую сам человек  должен наполнить конкретным содержанием. Только сам индивид, исходя из конкретной жизненной ситуации, может и должен решить, в чем конкретно заключается  его долг. Эта идея нашла своё отражение в  нравственном императиве Канта. Он конкретизирует понятие долга, выделяя следующие его виды:

1.Долг человека по отношению  к высшим существам (если они  есть).

2.Долг человека перед  человеком.

3.Долг человека перед  низшими существами (например, животными).

Более подробно он останавливается  на втором виде (нравственном), разделяя его на две части - долг человека перед собой и долг перед другими  людьми. Долг человека перед самим  собой распадается на две части - забота о сохранении своего физического  тела (забота о собственном здоровье) и забота о себе как духовном существе (обязанность совершенствоваться в  культурном и нравственном смысле). Долг человека перед другими заключается  в обязанности уважения, благожелательности и любви. Способствовать счастью  ближнего - нравственный долг человека, гораздо более благородный и  достойный, чем цель стремиться к  собственному счастью.

Долг - это принятая личностью  необходимость подчинять себя общественной воле. Нравственный долг - это превращение  требований общественной морали в личный императив конкретного лица и  добровольное его выполнение. Принято  считать, что источником долга (согласно современным представлениям) является общественный интерес. В долге он обретает повелительный характер, формируя нравственную обязанность индивида по отношению к другим людям и  самому себе. Таким образом, долг не тождествен обязанности: простое исполнение обязанностей еще не есть долг в  этическом смысле слова. Понятие  долга обогащает сухое понятие  обязанностей глубокой личной заинтересованностью  в их исполнении, добровольным принятием  и осознанием их необходимости. Таким  образом, долг - это нравственная обязанность  человека, выполняемая под влиянием не только внешних требований, но и  внутренних нравственных побуждений. Общество ожидает от человека не просто точного и беспрекословного выполнения своих обязанностей, но и личностного  отношения к ним. Переживания  требований долга в связи со своими интересами и приводит к появлению  у человека осознания своего долга  и чувства долга.

2. Совесть, как этическая  категория.

         Совесть  правомерно назвать другой стороной  долга. Ярко выраженное в долге  внешнее императивное начало, в  совести представлено как внутреннее  самосознание, самооценка личного  отношения к окружающему, к  действующим в обществе нравственным  нормам.

Совесть как самооценка (чувственная, рациональная) возможна только на основе знания норм общественной морали, ставших  глубокими личными убеждениями, установкой к действиям.

Совесть – категория этики, характеризующая способность личности осуществлять моральный самоконтроль, самостоятельно формулировать для  себя нравственные обязанности, требовать  от себя их выполнения и производить самооценку совершаемых поступков; одно из выражений нравственного самосознания личности. (3, с.286)

       Специфика  совести состоит в том, что  это есть знание или весть  об эмоциональной ценности представлений,  имеющихся у нас по поводу  мотивов наших действий. В русском  языке оно происходит от старославянского  «себя ведать» «себя знать». Мы  обязаны знать, к чему готовим  себя в предвидении критических  ситуаций, что было в нас в  момент совершения поступка и  что после – в раздумьях  и переживаниях. Ведь в разговоре  с собственной совестью человек  как бы стоит лицом к лицу  с самим собой и поэтому  имеет возможность (или вынужден) быть предельно откровенным. Можно  обмануть других, можно умолчать  о чём-то нежелательном. Но  обмануть собственную совесть  невозможно: это свидетель, который  всегда с тобой, от которого  спрятаться невозможно.

Совесть может проявляться  не только в форме разумного осознания  нравственного значения совершаемых  действий, но и в форме эмоциональных  переживаний, например в чувстве  угрызения совести. Таким образом, совесть – это субъективное осознание  личностью своего долга и ответственности  перед обществом. Но форма этого  сознания такова, что они выступают  как долг и ответственность человека перед самим собой. Руководствуясь личной совестью, человек судит свои поступки как бы от своего собственного имени.

Главная функция совести  — самоконтроль. Совесть напоминает человеку о его моральных обязанностях, об ответственности, которую он несет  перед другими и перед самим  собой. Совестливый человек —  это человек с острым чувством морального долга, предъявляющий к  себе высокие нрав­ственные требования. Совестливый никогда не относится к себе снисходительно, спрашивает с самого себя по всей строгости, не ища оправданий.  Голос совести — мощнейшее орудие нравственности, он звучит в человеке тогда, когда никакого внешнего контроля нет, и субъект, предоставленный самому себе, казалось бы, мог действовать безо всяких ограничений. Однако ограничителем безбрежной свободы выступает именно совесть, которая есть предостережение и укор со стороны собственного «я». Совесть тревожит личность, не дает ей морально уснуть, заставляет ее корректировать свои поступки согласно ценностям и установлениям, существующим в обществе (1, с.92).

Совесть — феномен эмоциональный, она проявляет себя через глубокие негативные переживания, самоупреки, укоры, через тревожность и озабоченность человека моральностью и гуманностью своего поведения.

Совесть — чувство ответственности  за конкретно понятый долг, это  внутренний самоотчет за выполнение совершенно определенных моральных  обязанностей, кото­рые далеко не всегда совпадают с обязанностями абст­рактного морального субъекта и могут далеко от них укло­няться. Человек может считать своим долгом совершение кровной мести и мучиться упреками совести за то, что не мог ее совершить. В подобных случаях всегда встают вопросы: является ли истинным то добро, перед которым мы держим отчет? Тем ли идеалам мы служим? Возникает проблема иерархии ценностей, рефлексии по поводу самих установок нашей совести. И здесь совесть неизбежно вновь возвращается к разуму, без которого человек не может совершить верный выбор в сложной ситуации (1, с.93).

Субъективная форма проявления совести послужила источником множества  идеалистических мистификаций данного  понятия в истории этической  мысли. До сих пор вопрос об истинных истоках совести остаётся открытым, ведь он затрагивает психологические  аспекты человеческого существования, находящиеся за границами возможного эмпирического познания. Именно потому в разные периоды развития этической  мысли на вопрос о толковании совести  отвечали по-разному.

Совесть истолковывали как  голос «внутреннего Я», проявление природного человеку чувства, как единственное основание морального долга (Фихте, Кант, теории нравственного чувства). Совесть – это внутренний монолог, хотя чаще происходит диалог, даже многоголосая дискуссия. Латинская поговорка  звучит: «Совесть – тысяча свидетелей». Вечный судья в человеке видит, слышит и чувствует то, что скрывается от общественного мнения, - противоречия между убеждениями, помыслами, мотивами и непосредственной деятельностью.

Совесть можно рассматривать  также как психологическую способность  человека к раскаянию. Это своеобразный моральный катарсис человека, очиститель души, своеобразный моральный стресс, создаваемый конфликтом между сознанием  и подсознанием, высокими и низкими  стремлениями, намерениями и результатами деятельности. Согласно З.Фрейду, совесть  воплощается в понятии Super-Ego, «идеальное Я». Это «идеальное Я» создаёт в человеке духовное напряжение, потому что ему трудно согласоваться с «реальным Я» и подсознательными стремлениями, которые совесть призвана контролировать и умерять. Но подавленные инстинкты так или иначе проявляются в поведении. Совесть потому-то и возникает, что для человека характерна амбивалентность чувств – несогласованность, противоречивость нескольких одновременно испытываемых эмоций, например любовь и ненависть, жалость и агрессия.

Можно также сказать, что  совесть как внутренний контролёр  тесно связана с общественным сознанием как внешним моральным  контролёром.  Именно через манипуляцию  общественным  сознанием  открывается  доступ к манипуляции совестью личности, особенно когда личность недостаточно самостоятельна. Именно здесь лежит  ключ к пониманию важности и значения современных СМИ, формирующих  представления  людей  не  только на уровне обыденного сознания, но и на более глубоком, этическом уровне, что является обычной, оправданной практикой всех правительств( 5, с.44). Моральность манипулирования общественным сознанием автор оставляет за рамками настоящей работы.

   Специфическое понимание  совести дано в  психоанализе. В частности,  Э. Фромм считает, что совесть бывает двух видов — авторитарная и гуманистическая. Различие в понимании этих двух видов совести Э. Фромм обозначил следующим образом: «Есть не только отцовская, также и материнская совесть. Есть голос, который повелевает нам исполнить нам наш долг; и есть голос, который велит нам любить и прощать других людей и самих себя» ( 5, с.43  ).  Авторитарная совесть выражает нашу подчиненность внешнему авторитету.  В гуманистической же этике развитое чувство совести выражается в способности к верной оценке фактов и собственной роли в том или ином действии, в способности соотнести это действие с общечеловеческим и индивидуальным пониманием добра и зла и в переживании по этому поводу.

Совесть как зов,  была понята в XX в. экзистенциалистами, в  частности,  Мартином Хайдеггером. Совесть для него сродни истине. Она заставляет человека вспомнить о своей конечности, смертности и вынырнуть из обезличенного обыденного мира, обернувшись к вопросу о Бытии и к теме собственной неповторимой индивидуальности. «Зов совести приходит в молчании» (1, с.94).

3. Проблема соотношения  долга и совести.

Особый интерес представляет вопрос о соотношении долга и  совести. Взаимосвязь между этими  двумя этическими категориями носит  весьма сложный характер.

С одной стороны, они образуют единый морально-психологический механизм регуляции поведения личности, в  котором совесть выступает в  качестве основания для выполнения долга.

С другой стороны, между совестью и долгом могут возникать конфликты, порождающиеся, как правило, несовпадением  целей и интересов личность и  общества. Вопрос о правоте совести  или долга зависти от обстоятельств, от правильного или неправильного  понимания долга.

В совести решения, действия и оценки соотносятся не с мнением  или ожиданием окружающих, а с  долгом. Совесть требует  быть честным, когда никто не может проконтролировать  тебя, когда тайное не станет явным, когда о возможной твоей нечестности  не узнает никто.

Субъективно совесть может  восприниматься как хотя внутренний, но чужой голос (в особенности, когда  он редко о себе заявляет или к  нему редко прислушиваются), как  голос, как будто независимый  от «я» человека, голос «другого я». Отсюда делаются два противоположных  вывода относительно природы совести. Один состоит в том, что совесть  — это голос Бога. Другой состоит  в том, что совесть — это  обобщенный и интериоризированный (перенесенный во внутренний план) голос значимых других. Так что совесть истолковывается как специфическая форма стыда, а ее содержание признается индивидуальным, культурно и исторически изменчивым. В крайней форме этот вывод обнаруживается в положении о том, что совесть обусловлена политическими взглядами или социальным положением индивида.

Данные  точки зрения не исключают друг друга: первая акцентирует  внимание на механизме функционирования «зрелой» совести, вторая — на том, как она созревает, формируется; первая рассматривает совесть по преимуществу со стороны ее формы, вторая — со стороны ее конкретного содержания. Совесть в самом деле формируется в процессе социализации и воспитания, через постоянные указания ребенку на то, «что такое хорошо и что такое плохо» и т.д. На ранних стадиях становления личности совесть проявляется как «голос» значимого окружения (референтной группы) — родителей, воспитателей, сверстников, как повеление некоторого авторитета, и соответственно обнаруживается в страхе перед возможным неодобрением, осуждением, наказанием, а так же в стыде за свое действительное или мнимое несоответствие ожиданиям значимых других. Но так обстоит дело с точки зрения развития этой нравственной способности. Однако сформированная совесть говорит на языке вневременном и внепространственном. Совесть — это голос «другого я» человека, той части его души, которая не обременена заботами и утешениями каждого дня; совесть говорит как бы от имени вечности, обращаясь к достоинству личности. Совесть — это ответственность человека перед самим собой, но собой как носителем высших, универсальных ценностей (2, с.264).

Нередко случается так, что  совесть вступает в диалектическое противоречие с долгом. Например, в  условиях  природных  катаклизмов  или  социальных потрясений , таких, как война,  у индивида происходит определённая этическая трансформация , в силу чего индивид определяет приоритеты исходя из совершенно иных критериев.  Этим могут быть объяснены некоторые, казалось бы парадоксальные социальные феномены, такие как « вьетнамский» и « афганский» синдром, где противоречия долга и совести приобретают зачастую остроту, несовместимую с жизнью индивида.( 5, с.43) 

Заключение.

Долг и совесть являются  фундаментальными категориями  этики. Но в  ходе развития человеческого  общества  эти понятия  претерпевали значительные изменения, которые были обусловлены конкретно-историческими  условиями, в которых развивались  представления о том,  как должно поступать человеку, а как не должно.  В истории этики можно проследить трансформацию этих представлений  и сделать вывод, что понятия  ДОЛГ и СОВЕСТЬ не являлись  некой  константой. Более того, то, что некогда  считалось позитивной нормой, с течением времени поменяло своё значение. Более  того, в условиях множества культур, нельзя утверждать, что существуют  незыблемые этические нормы, общие  для всех. Особенно ярко это видно  в наше время, когда в условиях глобализации наблюдается активная взаимная интеграция  культур и  ценностей. Поэтому в настоящее  время наблюдается кризис аксиологии как учения о ценностях в целом  и этики в частности. Причём, это  является общемировой тенденцией.  Нежелание принимать иные ценности , толерантно относиться к носителям иных этических систем,  способно привести к самым трагическим последствиям как для отдельных культур, так и для человечества в целом.

Литература

1. Апресян Р.Г. Этика.  Общий курс: План и программа. - М.:ИФ РАН, 2001.

2. Балашов Л. Е. . Этика.  Учебное пособие -- М., 2003. -- 137 с.

        3.Золотухина-Аболина  Е. В. Курс лекций по этике: -- Ростов н/Д.: «Феникс», 1999. - 384 с.

4. Иванов В.Г.  История этики Древнего  мира. – СПб.: Издательство Лань, 1997. – 256 с.

5. Исследования молодых ученых Пинщины: материалы II  науч.-практ. Конф., посвящ. 60-летию Победы в Великой Отечеств. Войне. Пинск, 14 мая 2005г.- Пинск, КУП « Пинская региональная типография»,  - 145с.

6.   Скрипник А.П. Моральное зло в истории этики и культуры. – М.:Политиздат, 1992.-151с. – (Над чем работают и о чем спорят философы).

7. Этика: Уч. пос. / Сост. С.Г.Колбовская; /Под ред. Т.А.Степановой. - Ярославль: Ин-т разв. образов., 2001.

       8. Этика:  Энцикл. словарь / Под ред. Р.Г.Апресяна, А.А.Гусейнова. - М.: Гардарики, 2001.