Конституция Республики Казахстан. 2

СОДЕРЖАНИЕ 
 
 

1. Понятие Конституции 

2. Эволюция Казахстанской Конституции      

3. Первая Конституция РК        

Заключение          

Список  используемой литературы

       1. Понятие Конституции 

       Понятие “конституция” применяется в двух смыслах. В формальном смысле юридическая Конституция— это основной закон государства, закрепляющий общественно-экономический строй, форму правления и форму государственного устройства и правовое положение личности. Это документ, предписывающий то, что должно быть. Однако в ходе его практического применения обстановка меняется (появляются новые учреждения, принимаются новые конституционные законы и т.д.). На практике складывается такой порядок осуществления государственной власти, который может существенно отличаться от порядка, предписанного юридической Конституции. Этот реальный порядок осуществления государственной власти называется фактической Конституции или Конституции в материальном смысле слова. Фактическая и юридическая Конституции могут как совпадать, так и расходиться. В некоторых странах политическая элита стремится править помимо Конституции, объясняя это необходимостью и целесообразностью. Получается, что, с одной стороны, конституция нужна, так как без нее не может обойтись ни одно демократическое государство. С другой стороны, Конституция вступает в противоречие с реальностью. Историческая коллизия между законностью и целесообразностью каждый раз решается в зависимости от расстановки политических сил в обществе.

       В декабре 1991 г. распался Союз Советских Социалистических Республик, состоящий из 15 союзных республик. Все бывшие союзные республики провозгласили себя суверенными, независимыми государствами. Казахская Советская Социалистическая Республика тоже объявила себя самостоятельным государством.

       16 декабря 1991 года Верховный Совет  Республики Казахстан принял  конституционный закон «О государственной  независимости Республики Казахстан».

       28 января 1993 года Верховный Совет  Республики Казахстан принял  первую Конституцию суверенного независимого государства. 30 августа была принята новая Конституция Республики Казахстан. Конституция Республики Казахстан – основной, главный нормативный акт государства и общества, избравших путь демократического, цивилизованного развития. Конституция как, основной закон государства и общества, является источником всего законодательства. Конституция принята народом Казахстана и в ней выражается воля народа. Конституция 1993 года впервые отказалась от классовой характеристики народа.  

       2. Эволюция Казахстанской Конституции

       Как известно, история развития общества полна парадоксов, и один из них - страна может иметь Конституцию  и не иметь конституционализма. Ведь юридическая форма не всегда наполняется  соответствующим содержанием. Это  случается, когда Основной Закон не отражает и не закрепляет либерально-демократические ценности правовой организации власти, собственности и свободы в обществе, права человека и гражданина в государстве.

       История первой Конституции Республики Казахстан  начинается с распада Союза ССР и принятия Декларации о государственном суверенитете Казахской ССР в 1990г.

       Распад  Союза ССР еще можно было отсрочить, но уже нельзя было предотвратить. Однако тогда, в начале 90-х годов, мало кто  предполагал, что распад Союза ССР  начнет с катастрофической скоростью перерастать в его развал.

       И нужно отметить, что Казахстан, в  отличие от ряда других союзных республик  меньше всего стремился к «отделению»  и был готов войти в новое  содружество республик на основе Союзного договора.

       15 ноября 1990г. на пленарном заседании Верховного Совета республики обсуждался проект Союзного договора, поступивший из Центра, и выяснялось отношение к нему республиканского Парламента. Проект был воспринят положительно. Однако, несмотря на интенсивную работу по подготовке Союзного договора он так и не был заключен.

       И как оказалась, движение за суверенизацию  в бывших союзных республиках  было намного сильнее, чем новое  объединительное движение, ведущее  к Союзу суверенных государств. Именно в этих сложнейших политических условиях разрабатывалась и 25 октября 1990 г. была принята Декларация о государственном суверенитете Казахской ССР.

       Высшей, наиболее развитой формой социальной власти, единство всеобщей и мобилизирующей, способной на определенной территории сплотить людей в один народ, является власть государственная. Сущность ее – суверенитет.

       Суверенитет – сущность государственной власти, которая реализуется в деятельности государства по осуществлению социальных функции власти.

       Государственная власть не подчинена власти какого-либо другого государства, т.е. независимо вовне, и верховна внутри страны, потому как она централизована и едина.

       Можно сказать, что эволюция Казахстана к  конституционализму вбирает в себя практически весь двадцатый век. Ее, с известной долей условности, можно разделить на следующие основные периоды, это:

       досоветский – 1900-1917 гг. –от национально- демократических  идей к проекту Конституции Алаш;

       советский период – 20-е конец 80-х гг.;

       завершающий советский период – 2-я половина 80-х-1990-й гг.;

       постсоветский период утверждения суверенитета де-юре – 1991-1993гг.;

       начальный период суверенного развития Казахстана - с ноября1993гг.

       И, после неудавшегося в результате гражданской войны опыта национально  – территориальной автономии  Алаш, с республиканским парламентско – президентским строем в рамках демократической Федеративной России, надежды на которую давала февральская буржуазно – демократическая революция 1917 г., государственность Казахстана объективно развивалась на советской основе, по возможности сохраняя свою национальную природу.

       Следующая веха – Декрет ВЦИКа «Об образовании  Автономной Киргизкой Советской  социалистической Республики» от 26 августа 1920 г. Была определена территория казахстанской автономии в составе  Российской Федерации.

       С образованием Союза ССР и принятием Конституции РСФСР 1925 г., КазЦИК 18 февраля 1926 г. постановил принять окончательную редакцию проекта Конституции КАССР.

       Нельзя  не отметить, что ретроспекция этого  периода приводит к выводу, что  он оказался во всей советской истории Республики если не наиболее, то весьма благотворным для политического самоопределения казахской нации в пространстве этногенетической родины своих предков как необходимой основы ее консолидации в государственно-территориальную общность и для дальнейшего становления государственного суверенитета. Юридические признаки последнего уже складывались и проявлялись в виде собственной Конституции казахской автономии, в деятельности высших органов государственной власти и управления, в определенной возможности законодательствовать на территории Казахстана, наконец, республика осуществляла прямые внешние межгосударственные контакты внутри Союза ССР.

       Дальнейшую  конституционную эволюцию Казахстана можно назвать периодом казахской  советской республиканской государственности в составе Союза ССР, когда он заимел повышенный статус непосредственного субъекта советской Федерации и по Конституциям Казахской ССР 1937 и 1978 гг.развивался формально - юридически как суверенное государство.

       Особого внимания в эволюции Казахстана к конституционализму заслуживает период утверждения суверенитета республики де-юре(1989-1993гг.). Декларация «О государственном суверенитете Казахской ССР» принятая Верховным Советом Казахской ССР 25 октября 1990 г., впервые установила три принципиальные для состояния суверенных прав Казахской ССР государственно-правовые нормы:

       а) о верховенстве Конституции и  законов республики на территории Казахской  ССР, и о праве республики «приостанавливать  на своей территории действие законов  и других актов высших органов Союза, нарушающих суверенные права и Конституцию Республики»;

       б) об исключительной собственности Казахской  ССР, составляющей основу ее суверенитета, на землю и недра, воды, воздушное  пространство, растительный и животный мир, другие природные ресурсы, культурные и исторические ценности народа, на весь экономический и научно-технический потенциал, на «все национальное богатство, имеющееся на ее территории» и также закреплялось «право Казахской ССР на свою долю в общесоюзном имуществе соответственно вкладу Республики, в том числе в алмазном, валютном фондах и золотом запасе»;

       в) о праве Казахской ССР «выступать самостоятельным субъектом международных  отношений, определять внешнюю политику в своих интересах».

       С Декларации, вобравшей основные идеи казахстанского общества о демократических, правовых, социально-экономических и культурных преобразованиях в Казахстане, началась разработка проекта новой Конституции Республики.

       2 марта 1992 г. Республика Казахстан  была принята в Организацию  Объединенных Нации в качестве полноправного члена.

       28 января 1993г., после двухлетних поисков  компромиссов, Верховный Совет 12 созыва принял первую постсоветскую  Конституцию Казахстана, завершившую  становление суверенитета Республики  де-юре и продолжившую утверждение  подлинного конституционализма.

       Нельзя  не отметить, что Конституция 1993 г. открыла  простор для положительной динамики казахстанского общества, уходя вперед от однопартийного наднародного политического  правления, от монополистической экономической  системы и от идеологии исторического насилия. Кроме того, нужно отметить и то достоинство Основного Закона на первом этапе переходного периода Казахстана к социально ориентированной рыночной экономике, что он легитимировал Республику как новое независимое государство в мировом сообществе государств о солидарных наций. Конституция 1993 г. ясно дала понять, что Казахстан воспринимает себя как составную часть современной цивилизации, имеет намерения добрососедства и многополюсного и взаимовыгодного сотрудничества, что привержен общечеловеческим ценностям.

       Принятие  Конституции 1995 г., ее дух – неотъемлемые моменты преемственности превратили нашу Республику Казахстан в детище конституционной эволюции и одновременно открыли перспективы дальнейшего  развития и укрепления нового независимого государства как государства, возведенного в цивилизованную степень конституционного государства, воплощающего национальные и либерально – демократические ценности.

       Конституция 1995 г. можно сказать – историческое предопределение ею структуры и  механизма государства вследствие легитимирования верховной власти и установления ее пределов самим народом Казахстана.

       И как гласит преамбула Конституции  Республики Казахстан 1995 г.: «Мы, народ  Казахстана, объединенный общей исторической судьбой, созидая государственность на исконной казахской земле, сознавая себя миролюбивым гражданским обществом, приверженным идеалам свободы, равенства и согласия, желая знать достойное место в мировом сообществе, осознавая свою высокую ответственность перед нынешним и будущими поколениями, исходя из своего суверенного права, принимаем настоящую Конституцию ».

       Мы  верим в будущее нашей Республики, и считаем, что государственные  меры по демократизации политической жизни страны и по либерализации  экономики и отношений собственности должны придать новые импульсы социальному развитию Казахстана – единого во всем своем многообразии. 

       3. Первая Конституция РК: принятие, положения

       Первая  конституция Казахстана, как полностью  суверенного и независимого государства, была принята на девятой сессии Верховного Совета Республики Казахстан двенадцатого созыва. Произошло это 28 января 1993 года. То есть, новую конституцию принимал не народ республики на референдуме, как это будет сделано в России, а избранный еще в советское время представительный орган. В любом случае такой вариант принятия умалял демократичность и легитимность данного акта.

       Конституция Республики Казахстан 1993 года состояла из IV основных разделов и раздела  о переходных положениях, 21 главы, 131 статьи и приложения перечня конституционных законов. По формальным параметрам структура данной конституции гораздо более соответствовала практике современного конституционализма, чем прежний текст Основного Закона. Разделы последовательно освещали основы конституционного строя, права и свободы граждан, основы устройства общества, государственные институты, гарантии соблюдения конституции.

       Конституция обозначила явный крен в сторону  фиксации приоритетности казахской  нации. В преамбуле появилась  формула о незыблемости казахской  государственности. Сама Республика Казахстан определялась как форма государственности самоопределившейся казахской нации. Государственным языком отныне был назван только один – казахский язык. Русский язык был обозначен как язык межнационального общения.

       Казахстан объявлялся демократическим, светским и унитарным государством, в котором единственным источником власти выступал народ. Никакая идеология не могла быть установлена в качестве государственной. Декларировался принцип разделения властей на законодательную, исполнительную и судебную с использованием системы сдержек и противовесов. Важной новацией стала формула о прямом действии Конституции. Международно-правовые акты о правах и свободах человека, признанные Казахстаном, должны были иметь приоритет над внутренним законодательством.

       В главе 10 Конституции, посвященной общественным объединениям, появилась, наконец, отдельная  статья 56, где в предельно общих  фразах упоминалось о политических партиях. При этом порядок их образования  и прекращения деятельности, как  было записано, должен устанавливаться отдельным законом. Но этого как раз на практике сделано не будет.

       Раздел III, посвященный государственным  институтам, в целом отражал изменения  в подходах к конституционализму, свойственные большинству постсоветских  государств. Демократические элементы конституционализма декларировались даже чрезмерно нарочито.

       Государство объявлялось официальным представителем народа и выразителем его воли, действующим в рамках законно  установленных полномочий (ст. ст. 59, 60). В то же время такая декларативность конституционных норм, как покажут последующие события, не станет серьезным препятствием для тех сил, которые вознамерятся действовать вразрез с нормами Основного Закона.

       В современном Казахстане не очень  любят вспоминать эти моменты современной истории республики, а тем более подвергать их объективному научному анализу. Поэтому официальные казахстанские правоведы стараются, в частности, специально затемнить следующую проблему: какая форма правления была установлена в Казахстане в результате принятия Конституции 1993 года> . Утверждается, что она была неопределенной.

       Между тем, в Казахстане система президентской  республики была реально закреплена в нормах конституционного законодательства еще до принятия Конституции 1993 года. Последняя не изменила этот механизм таким образом, чтобы мы могли сделать вывод о переходе к парламентской или полупрезидентской республике. Конечно, выбранный вариант не был полностью схож с классическим вариантом президентской республики, например, тем, который установлен в Соединенных Штатах. Между тем большинство принципиальных признаков в Конституции Республики Казахстан 1993 года однозначно свидетельствует именно о конструкции президентской республики.

       Другое  дело, что авторитарные черты президентуры не были в Конституции 1993 года прописаны столь явно и очевидно, как это имеет место в действующей ныне Основном Законе Казахстана. Например, на первом месте в перечне органов государственной власти в Конституции 1993 года значился Верховный Совет. Примечательно, что статья 62 обозначала его как единственный законодательный и высший представительный орган. То есть с точки зрения данной конституционной нормы невозможна была ситуация, которая произойдет в декабре 1993 года, когда законодательные полномочия будут переданы другому органу. Верховный Совет избирался сроком на пять лет. Срок завершения полномочий парламента также был четко определен в части 2 статьи 63: таковым мог быть только момент начала работы вновь избранного парламента. Таким образом, и в этом отношении в декабре 1993 года конституционная норма будет грубо нарушена.

       Конституционные полномочия парламента, прописанные  в статьях 64-74, совершенно однозначно говорят о том, что Верховный  Совет не обладал прерогативами, характерными для парламентской  республики. Парламент не формировал правительство на основе победившего парламентского большинства и не мог самостоятельно распоряжаться судьбой кабинета. Парламент не избирал и главу государства, а полномочия последнего отнюдь не были номинальными, как в парламентских республиках. Полномочия парламента были вполне естественными для любого законодательного органа, но они, действительно, были значительно более весомыми, чем полномочия парламента по действующей в настоящее время Конституции Казахстана.

       Так, только парламент мог принимать Конституцию, вносить в нее изменения и дополнения, давать официальные толкования законов, осуществлять контроль за исполнением законодательства, принимать решения о проведении референдума, избирать Конституционный суд, в определенных случаях освобождать от своих обязанностей Председателя и судей Конституционного суда, Верховного суда, Высшего Арбитражного Суда, Генерального Прокурора, Председателя Национального Банка, принимать решения об изменении административно-территориального устройства государства. Как раз эти значимые полномочия парламента не сохраняться в полном объеме в результате будущих конституционных реформ, в большинстве случаев они отойдут президенту. Весьма важно, что парламент в соответствии с Конституцией 1993 года обладал определенными, хотя и далекими от мировых стандартов, контрольными полномочиями.

       Примечательно также, что в тексте Конституции 1993 года отсутствовал институт импичмента, хотя ранее он уже появился в конституционном  законодательстве Казахстана. То есть, уже в этом отношении первая Конституция суверенного государства была шагом назад в становлении конституционализма, причем шагом, совершенно очевидно выгодным как раз не парламенту, а президенту. Обратим также внимание на первую отмеченную нами в данном абзаце прерогативу парламента – принимать Конституцию и вносить в нее изменения и дополнения. Это следовало из текста пункта 1 статьи 64 и части 1-2 статьи 129 Конституции. В то же время статья 74 предусматривала возможность проведения референдума по наиболее важным вопросам государственной жизни, в том числе и законам. Данное уточнение имеет важное значение в связи с проведением в 1995 году референдума по новой Конституции, что, таким образом, расходилось с требованиями Конституции 1993 года.

       Помимо  очевидных критериев, указывавших на президентскую форму правления, о которых мы сказали выше, обычно правоведы обращают внимание на то, перед кем несет политическую ответственность правительство. Казахстанские правоведы пытаются интерпретировать то положение Конституции, где говорилось об ответственности правительства перед Верховным Советом по вопросу исполнения законов (часть 1 статьи 88), как свидетельство в пользу того, что рассматриваемая Конституция создавала механизм парламентской республики. Однако данный подход не выдерживает критики. Во-первых, в статье 88 нет и речи об ответственности правительства перед парламентом, на самом деле конституционная норма касается не коллективной ответственности Кабинета Министров, а всего лишь индивидуальной ответственности отдельных министров за нарушения ими законов. Во-вторых, содержание такой ответственности отнюдь не состояло в том, что Верховный Совет мог своим решением отправить конкретного «проштрафившегося» министра в отставку. Таких прав у парламента не было.

       Верховный Совет мог лишь поставить перед  главой государства вопрос о досрочном  освобождении его от должности. В-третьих, и это самое главное, критерием, отличающим президентскую и парламентскую  республики, выступает не правовая, а именно политическая ответственность правительства. Члены кабинета, в отличие от Президента и депутатов парламента, не обладают иммунитетом, поэтому за нарушения законодательства их может привлечь к ответственности отнюдь не только парламент. А вот политическая ответственность наступает за действия, расходящиеся с линией либо Президента (в президентских республиках), либо с политической позицией парламентского большинства (в парламентских республиках). Конечно, предоставленное Конституцией 1993 года право парламента через институт правовой ответственности воздействовать на работу кабинета, могла быть существенным рычагом (поэтому он и был устранен позднее), но отнюдь не определяющим моментом.

       Статья 85 Конституции вполне четко говорила, что политическую ответственность  правительство несет перед главой государства: «Кабинет Министров ответственен перед Президентом Республики Казахстан. Кабинет Министров слагает свои полномочия перед вновь избранным Президентом». Право назначения всех членов правительства принадлежало Президенту (пункт 3 статьи 78), Верховный Совет давал лишь согласие на такие назначения (пункт 10 статьи 66). Возможные коллизии с отказом дачи такого согласия Конституция никак не прописывала. Именно Президент осуществлял общее руководство деятельностью правительства, он определял его состав, образовывал и упразднял министерства и иные ведомства, имел право отменять действия актов правительства и отдельных входящих в него ведомств (пункт 3 статьи 78). Фундаментальная формулировка статьи 75 Конституции гласила, что Президент является не только главой государства, он возглавляет единую систему исполнительной власти. Таким образом, конституционный механизм недвусмысленно свидетельствовал о том, что в Казахстане закреплялась президентская форма правления.

       Президент же по данной Конституции имел право  издавать три вида актов: указы, постановления  и распоряжения, но только «на основе и во исполнение Конституции» (статья 79). Последняя норма также будет в будущем грубо нарушена и не один раз.

       По  замыслу авторов Конституции 1993 года этот документ был рассчитан  на длительную перспективу. В статье 127 гордо красовалась следующая формулировка: «Осуществление принципов и положений Конституции Республики Казахстан обеспечивается демократической организацией общества и государства, высшей юридической силой Конституции, верховенством закона». Последовавшие вскоре события заставят вспоминать об этой правовой формуле с горькой усмешкой.

       13 декабря вопреки нормам Конституции  парламент Казахстана будет распущен. А до этого произошло еще  одно весьма показательное событие  в аспекте рассматриваемой нами  тема конституционализма - принятие 10 декабря 1993 года закона «О временном делегировании Президенту Республики Казахстан и главам местных администраций дополнительных полномочий». Данный закон, состоящий всего лишь из 6 статей, не имел ничего общего с конституционализмом, так как узаконивал всевластие президента.

       Нормы закона полностью игнорировали принцип  разделения властей и систему  сдержек и противовесов. Президент  получал возможность своей властью  формировать все значимые государственные  структуры и расставлять на государственные должности нужных ему людей. Глава государства одновременно получал и практически всю полноту полномочий по принятию законов. Именно данный закон, который, исходя из текста его норм (ст. ст. 1-4), носил временный характер (этот акт действовал формально до начала работы нового Верховного Совета), сыграет роковую роль в становлении казахстанского конституционализма. По сути дела этот акт предопределит авторитарный путь развития конституционного строя Казахстана.

       Ситуация  декабря 1993 года повторится и в марте 1995 года и позднее, когда будет приниматься действующая Конституция Казахстана. В статье 3 данной Конституции, например, вначале будет записано, что единственным источником государственной власти является народ (пункт 1), что эту власть народ может осуществлять непосредственно через референдум и свободные выборы, а затем уже фиксировалось, что народ также делегирует осуществление своей власти государственным органам (пункт 2). Но уже в пункте 3 данной статьи мы обнаружим, какое же реальное содержание государственной власти, вложил в данное понятие казахстанский законодатель, и кто же на практике будет способен вершить эту самую власть. Конституционная норма дословно будет гласить: «Право выступать от имени народа и государства принадлежит Президенту, а также Парламенту Республики Казахстан в пределах его конституционных полномочий». То есть представительная функция, оказывается, существует в полном объеме только у главы государства и больше ни у кого. Ведь из указанной формулы вытекает, что в этом отношении у Президента нет никаких ограничений конституционных полномочий, а у Парламента они есть. Народ тем самым выступает здесь как некая гомогенная масса, служащая лишь фундаментом, на котором возвышается фигура Президента. Напомним в этой связи, что в Декларации о государственном суверенитете Казахской ССР от 25 октября 1990 года – документе, с которого в Казахстане ведут отсчет современного конституционного развития, право выступать от имени народа принадлежало как раз парламенту!

       Еще более убедительно в пользу такой трактовки говорит формула пункта 4 той же статьи. Здесь на первой место выдвинут, не встречающийся в практике современных государств в силу его явного расхождения с пониманием сути конституционализма, принцип единства государственной власти. Такой подход, как раз был свойственен феодальным и более ранним традициям монархического правления, а также периоду коммунистического строительства, поэтому в этом отношении уместно употреблять термин, которым также иногда оперируют правоведы – «выборная диктатура». Но казахстанский законодатель одновременно с декларацией данного принципа в этой же конституционной норме делает ссылку на принцип разделения властей и систему сдержек и противовесов, на которых, якобы, также строится система власти в Казахстане. Такая эклектика и декларативная непоследовательность будет встречаться и в других разделах Конституции Казахстана, и представлять собой разновидность мнимого конституционализма, известное в истории стран Восточной Европы рубежа XIX-XX веков.

       Близкие к власти казахстанские правоведы, вероятно понимая нелепость подобной конституционной эклектики, тем не менее, активно пытаются теоретически оправдать включение в Конституцию 1995 года нормы-принципа о единстве государственной власти.

       Например, видный казахстанский юрист - член Конституционного Совета, а ранее сенатор, А. Котов придумал даже специальный термин для этого – «единораздельность власти». Впрочем, истинные цели такой правовой защиты одиозных конституционных норм становятся очевидными, когда Котов пишет следующее: «Разделение властей, считаем, имеет смысл в той связи, в какой оно ведет к эффективному целому для общего блага. Целое - совокупность взаимодействующих противоположностей, сводимых к единству в Главе государства и Конституции, принятой народом Казахстана. Общее благо - мир и развитие страны. Поэтому «контрольный пакет» государственной власти должен всегда согласно Конституции находиться у Президента Республики, олицетворяющего единство самого государства». То есть речь реально идет об оправдании всевластия главы государства, и, что знаменательно, для этого используется весьма часто встречающаяся в политической мысли Востока, начиная с философов Древнего Китая, патетика об «общем благе».

       Поэтому в настоящее время нельзя говорить о том, что в Казахстане реализована модель разделения властей. Центральное место в системе государственных органов Казахстана по Конституции 1995 года стало принадлежать Президенту, избираемому посредством прямых выборов при тайном голосовании пятилетний срок ( с 1998 года – на семь лет). Глава государства получил право единолично, без участия парламента определять основные направления внутригосударственной и внешней политики, представлять Казахстан как внутри страны, так и на международной арене. Президент был выведен за рамки системы разделения властей и вознесен над ней: конституционная формулировка обязывала его обеспечивать согласованное функционирование всех ветвей государственной власти и ответственность всех органов власти перед народом (статья 40).