Концепция "сверхчеловека": переоценка ценностей

СОДЕРЖАНИЕ

ВВЕДЕНИЕ…………………………………………………………………………………………..3

 

ГЛАВА I. ИСТОРИЯ ЖИЗНИ Ф. НИЦШЕ………………………………………………………..5

 

ГЛАВА II. КРИТИКА МОРАЛИ…………………………………………………………………..10

 

ГЛАВА III. КОНЦЕПЦИЯ «СВЕРХЧЕЛОВЕКА»: ПЕРЕОЦЕНКА ЦЕННОСТЕЙ……………16

 

ЗАКЛЮЧЕНИЕ………………………………………………………………………………………21

 

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ……………………………………………………………………………23

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

                                                    

 

 

 

 

ВВЕДЕНИЕ

 

     Фридрих Ницше - один из самых яростных критиков религии и морали христианства, поэтому на протяжении долгого времени его учения всячески отвергались, так как в своих учениях Ницше предпринял героическую попытку создания оригинальной системы нравственных ценностей. Со временем его философия становится особенно интересной, так она воплощает старой традиции немецкой духовности, прежде всего ее философии и литературы, находившей свое выражение в самой строгой нравственности. Философия Ницше оказала огромное влияние на мировую культуру в целом, поэтому исследовательской литературы, посвященный изучению философии Ницше огромное количество. В частности, анализу сочинений философа посвятили свои работы: К.А. Свасьян (“Фридрих Ницше: мученик познания”), М. Хайдеггер (“Европейский нигилизм”), Карл Ясперс (“Ницше и христианство”), Ф.Г. Юнгер (“Ницше”), Артур Данто (“Ницше как философ”), И. И. Евлампиев, Ю.Б. Мелих и многие другие. Философскую систему ницшеанства изучали с разных аспектов или в разных аспектах, или с разных позиций, точек зрения. Авторы, занимавшиеся изучением истории мировой философии, отдельных философских систем, достаточно подробно рассмотрели основные философские мысли, изложенные в трактатах Ницше. Важным для исследователей также является изучение жизни и творческого пути Фридриха Ницше, исторических событий, в которых развивалась его философия.

     Обращение к философской системе Фридриха Ницше актуально и по сей день. Большое количество изданий, выпущенных на разных языках, посвящено изучению философии Ницше, и его центральному трактату «Так говорил Заратустра», который также вполне можно считать художественным произведением, скорее философской поэмой. Различные переводы трактата на другие языки, может видоизменить какие-то мысли, которые Ницше запечатлел на немецком языке и во многом поэтому Философия Ницше, а в частности трактат «Так говорил Заратустра» достаточно противоречив, так как его перевод с немецкого языка очень сложен и неоднозначен. Поэтому данный трактат вызвал огромный отклик и рассматривался с различных аспектов, с точки зрения философской, религиозной систем, также как основа учений такого идеологического направления как фашизм. Идеи о «сверхчеловеке» и преимуществах арийской расы перед всеми другими было почерпано из произведений Ницше и в частности из трактата «Так говорил Заратустра»), как попытка составления творческого портрета Ф. Ницше и т. д. Такое неоднозначное отношение к философским работам Ницше, рассмотрение его трактатов с разных точек зрения дает возможность экстраполировать их на нашу проблему исследования, для более глубокого ее изучения.

     В данной работе предпринята попытка достаточно подробно описать жизненный путь философа, дать анализ его основным произведениям и рассмотреть философскую концепцию его  творчества.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

ГЛАВА I.  ИСТОРИЯ ЖИЗНИ Ф. НИЦШЕ

 

Жизнь Ницше - воплощение самой его  философии во всей ее суровой величественности и трагичности. Не зная первую, трудно понять вторую. И не поняв вторую, невозможно постичь то исключительно  сильное воздействие, которое оказало учение Ницше на уходящий ХХ век.

Фридрих Ницше родился 15 октября 1844 года в Реккене,  Саксония.  Отец и дед его были пасторами. Он был серьезным уравновешенным мальчиком. Несмотря на молодые годы, совесть его была чрезвычайно  требовательной и боязливой. Страдая от малейшего выговора, он не раз хотел заняться самоисправлением. Мальчик знал, что среди товарищей пользуется престижем. "Когда умеешь владеть собой, - поучал он важно сестру,- то начинаешь владеть всем миром".

Он был горд и твердо веровал в благородство своего рода. Им владел тиранический инстинкт творчества. В 12 дней написал историю своего детства. Ницше хотел поступить в Пфорта. Ему дали стипендию, и он покинул свою семью в 1858 г. Он редко принимал участие в играх, так как не любил сходиться с незнакомыми ему людьми. С раннего детства у него было инстинктивное влечение к письменной речи, к видимой мысли.

Рано проявивший  необычайную  одаренность в поэзии и музыке,  филолог по образованию, в двадцать пять лет он получил место профессора филологии в университете  Базеля. Его считали надеждой немецкой филологии. Его книги великолепны с точки зрения языка,  увлекательны для чтения и полны потрясающих по новизне идей.  И тем не менее практически все они были встречены в штыки как как критикой, так и читающей публикой, прижизненная слава Ницше носила скандальный характер. Очевидно, дело было именно в его идеях.

Любимыми авторами Ницше  были Шиллер, Байрон, Гельдерлин. Душа его всегда обладала способностью быстро привязываться к месту и жилищу, в равной степени она дорожит воспоминанием о счастливых минутах и о меланхолических настроениях.

Шопенгауэр  безраздельно покорил Ницше своим превосходством, тонким вкусом и широким размахом. Он вверяет себя мудрости Шопенгауэра  и таким образом видит свое самое глубокое желание осуществившемся: у него есть учитель! Ницше справедливо считал себя последователем Шопенгауэра,  но  он выше Шопенгауэра во многих отношениях, особенно потому, что его учение последовательно и непротиворечиво.  Шопенгауэровская  восточная  этика самоотречения не гармонировала с его метафизикой всемогущества воли. У Ницше же воля первична не только в плане метафизическом,  но и в  этическом.

Время,  в которое  жил Фридрих Ницше, было очень  сложным:  Германия переживала болезненный  процесс объединения, проводимый жесткой рукой Бисмарка, ломались столетиями накопленные стереотипы, нормы, правила, которые были так привычны, приятны и ценны немецкой душе и которые так хотелось  сохранить.  Немецкая интеллигенция,  прекрасно образованная,  воспитанная цветом европейской культуры - сонмом великих поэтов, философов и музыкантов,  больше  всего  желала плодотворного развития идей и традиций самой передовой в то время в Европе немецкой культуры и лишь очень немногие  видели  необходимость радикальных перемен. Одним из них  был Фридрих Ницше.

Ницше,  хотя он и был  профессором, - философ скорей литературного  склада, чем академического. Он не изобрел  никаких новых специальных теорий  в  онтологии  и  эпистемологии;  наибольшее значение имеет прежде всего его этика,  а так же его острая историческая  критика. 

В 1869 г. после поездки по Германии Ницше начинает жить между Базилем  и Трибшеном, где живет Вагнер. Великий Рихард Вагнер был его  другом, хотя между ними было тридцать лет разницы. Вагнеру посвящена первая книга Ницше - "Рождение трагедии  из духа музыки",  сразу же вызвавшая скандал.

Поступательное движение в искусстве,  по Ницше, "связано  с двойственностью аполлонического  и дионисического начал". Мистерии дионисического культа символизируют  жизнь человека в таинственном и великолепном мире,  его  инстинктивное  единение  с  природой.  "Дионисическое искусство хочет убедить нас в вечной радостности существования,  но только  искать эту радостность мы должны не в явлениях,  а за явлениями". Аполлоническое же,  напротив, это "полное чувство меры, самоограничение, свобода  от  диких порывов". С исчезновением  дионисического духа связывается "бросающееся в глаза ...  вырождение греческого человека" и современное плачевное состояние человеческого духа. Однако "несомненные предзнаменования дают нам ручательство в том, что в современном нам мире происходит  обратный  процесс постепенного пробуждения дионисического духа!" "Новым Эсхиллом" объявляет Ницше Рихарда Вагнера,  в музыке которого  он  видит  свидетельство возрождения трагического мифа в немецком духе, а с ним и новой жизни немецкого гения.⁰

Ницше страстно любил Вагнера,  но поссорился с ним после написания  оперы "Парсифаль",  которая  показалась Ницше  слишком  христианской  и слишком полной самоотречения.  После ссоры он жестоко ругал Вагнера, и даже дошел до того,  что обвинил Вагнера в том,  что он еврей.  Однако, общее мировоззрение Ницше оказалось очень схожим с мировоззрением Вагнера, которое отразилось в его музыкальном цикле "Кольцо  Нибелунгов".

       Осознанно  Ницше не было романтиком; действительно,  он часто резко критикует романтиков.  Осознанно его мировоззрение  было эллинским,  но без орфической  компоненты.  Его восхищают досократики,  за исключением Пифагора. Он питает  склонность к Гераклиту. Великодушный человек Аристотеля очень похож на "благородного человека"  Ницше,  но  в  основном Ницше утверждает,  что греческие философы, начиная с Сократа были ниже своих предшественников. Ницше не может простить Сократу его плебейского происхождения и обвиняет его в разложении знатной афинской молодежи с помощью демократических моральных принципов.

       Несмотря на  то, что Ницше критикует романтиков, его мировоззрение многим обязано  им:  это аристократический анархизм  байроновского типа, и никто не удивится,  узнав,  что Ницше восхищался Байроном. Ницше пытался соединить два рода ценностей,  которые нелегко гармонируют между собой: с одной стороны, ему нравятся безжалостность, война, аристократическая  гордость;  с другой стороны он любит философию,  литературу, искусство,  особенно музыку. Исторически эти ценности сосуществовали в эпоху Возрождения;  папа

 Галеви Д. Жизнь Фридриха Ницше/ Д. Галеви. – Ростов-на- Дону: «Феникс», 1998 – с. 76

Юлий II, завоевавший Болонью  и использовавший талант Микеланджело,  может служить примером человека,  которого Ницше желал бы видеть во главе правительства.        

Естественно сравнивать Ницше с Макиавелли, несмотря на важные различия между этими двумя  людьми. Различия  эти состоят  в том,  что Макиавелли был человеком действия,  его мнения формировались в тесном контакте с делами общества и шли в  ногу с веком;  он не был ни педантичным,  ни систематичным, и его философия политики не образует непротиворечивого целого.  Ницше,  напротив,  был профессором, в сущности книжником, философом, находящимся в сознательной оппозиции к политическим и этическим течениям своего времени.  Однако сходство их глубже. Философия политики Ницше аналогична философии политики,  изложенной в книге "Князь" (но не в "Размышлениях"),  хотя она разработана и применена более широко. У обоих - и у Ницше, и у Макиавелли - этика нацелена на власть и носит умышленно антихристианский характер,  причем,  антихристианский  характер у Ницше выступает более выпукло.  Наполеон был для Ницше тем же,  чем Чезаре Борджа для Макиавелли: великим человеком, побежденным мелкими противниками.     

Ницше очень любит  говорить парадоксами, желая шокировать рядового читателя. Он делает это, употребляя слова "добро" и "зло" в обычных  им значениях, а потом заявляет, что предпочитает зло добру. В своей книге "По ту сторону добра и зла" он на самом деле стремится изменить  понятия читателей о добре и зле, но при этом стремится, за исключением отдельных моментов,  представить дело так, будто он восхваляет зло и порицает добро.

С 1876 г. и всю жизнь  Ницше страдал тяжелейшими головными  болями, они истощали его. 200 дней в  году проходили в жутких мучениях. Но это не было невропатологией, как  принято считать. Его "Утренняя заря" (1881), написанная в состоянии невообразимых физических страданий, свидетельствует о зрелом уме. Произведения Ницше большей частью написаны в форме коротких фрагментов, афоризмов. Эта форма была единственно возможной в подобном состоянии.

 В ноябре 1888 г., уже  одержимый безумием, Ницше пытался написать историю своей жизни. Все ученики покинули его: немецкие филологи объявили его "человеком, умершим для науки".

 У Ницше нет Бога, нет отца, нет веры, нет друзей; он намеренно лишил себя всякой  поддержки, но все таки не  согнулся под тяжестью жизни. Страдания воспитывают его волю и оплодотворяют его мысли.

Этика Ницше тесно  связана с его психологией, со всей его жизнью. На первый взгляд мы видим прославление зла, силы, жестокости. Погибший интеллект спасти было нельзя.

Фридрих Ницше умер в  Веймаре, 25 августа 1900 г.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

                                         ГЛАВА II. КРИТИКА МОРАЛИ

 

     Мораль - центральная точка философии Ницше, ее стержень. Все его идеи относительно государства ли, христианства или назначения философии неизбежно сводились к проблеме морали, на основе норм и ценностей которой, собственно, и строится все человеческое существование. Элементы морали органически вплетаются в нашу жизнь в процессе воспитания и составляют даже не столько основу, сколько уже каркас нашего мировоззрения и мировосприятия, взаимодействия с окружающей физической и социальной сферой. Таким образом, общественная мораль, в какой форме она ни воплощается в нашем сознании, накладывает неизгладимый отпечаток на всю жизнь человеческого существа, зачастую определяя его жизненные пути. С одной стороны, эта функция морали обладает высокой ценностью, направляя человеческие возможности, с другой - она эти возможности ограничивает, заставляя мыслить и действовать посредством своих понятий и ни коим образом вне их. Отсюда вывод: у общественной морали есть свои недостатки, и недостатки эти при этом весьма существенны. Будет логично рассудить, что несовершенная мораль, как и любая другая несовершенная вещь, в соответствии с законами должна быть пересмотрена, переоценена и по возможности заменена или хотя бы реорганизована в подобную, но более совершенную форму.

    В 1879 году  он создал новые книги: “Пестрые  мысли и изречения”, “Странник  и его тень”. В следующем, 1880 году, появилась “Утренняя заря”,  а в 1881 вышел “Рассвет”. 

    “Этой книгой я открываю кампанию против морали”, - писал Ницше в “Ecce Homo” о “Рассвете”.  Первая трудность “проблемы морали”, с которой столкнулся Ницше, состояла в том, что до тех пор ее вообще не считали проблемой. В предисловии ко второму изданию “Рассвета”, он объясняет неудачи всех предшествующих философов именно этой причиной:

            “Почему начиная с Платона и далее каждый архитектор философии в Европе строил напрасно?...Правильный ответ, вероятно, в том, что все философы строили под дезориентирующим влиянием морали...что они явно стремились к определенности,”истине” на самом же деле – к величественным моральным построениям”.

Ницше считал, что вести  себя морально означает подчиняться  определенной традиции, кодексу, иначе говоря мораль – это обычай.

“Быть моральным, нравственным, этичным – значит повиноваться издревле установленному закону или обычаю. При этом безразлично, подчиняются ли ему насильно или  охотно: достаточно того, что подчиняются”.

   Вопросы, поднятые им в своих сочинениях, едва ли были новаторскими, однако такого подхода к ним до тех пор еще никто не осуществлял. При каких условиях человек изобрел понятия добра и зла,  «хорошего и плохого»? Какую ценность имеют они? Препятствовали они или содействовали до сих пор человеческому процветанию? Являются ли они признаком бедственного состояния, истощения, вырождения жизни? Или напротив - процветания? Вопросы эти выявили в Фридрихе Ницше целый спектр талантов. мы видим здесь Ницше как историка, психоза и, конечно же, филолога, кем он и являлся в соответствии с выбранной профессией. Вообще, если отвлечься от темы, жизненный путь этого человека еще раз показал, что талант редко приходит один. Ницше был прекрасным стихотворцем, музыкантом (вплоть до композиторских способностей), не говоря уже об основных, уже упомянутых направлениях: философии и филологии.

    От чего отталкивался Ницше в своей работе над проблемой морали? Современная мораль, по его мнению, - мораль сострадания. Именно в этом состоит одна из наиболее важных неувязок. Над проблемой сострадания работали философы совершенно разных времен и мнений: Платон, Спиноза, Ларошфуко, Кант. Однако все эти поистине разношерстные люди пришли к единому выводу о логической необоснованности сострадания. Сам этот факт уже заставляет задуматься:  по тому ли пути мы идем. “А если бы истиной было обратное? ... если бы в “добром” лежал симптом упадка?” - вопрошает Ницше в своей “Генеалогии морали”. И со свойственной ему значимости и бескомпромиссностью он бросается в самую гущу фактов. Именно исторические факты по его мнению, а не обоснованная логика, могут выявить действительно имевший место ход развития изучаемого объекта, а значит, и его реальную структуру.

  До этого большинство теорий происхождения морали имели следующий вид: неэгоистические поступки поощрялись теми, кому они приносили пользу, затем схема “неэгоистический поступок - поощрение” упрочнилась и постепенно потеряла свою первоначальную основу и даже память о ней. В результате - заблуждение. Логично и просто. А главное - правдоподобно. Но Ницше, влекомый уже чуть ли не потребностью в опровержение устоявшихся мнений, предлагает свою, неожиданную, внешне уродливую, возмутительную теорию, с явными претензиями на статус единственно возможной истины.

        Опираясь на свои философские исследования, Ницше делает предположение, что изначально существовали две системы морали, созданные антагоническими группами: господами, аристократами, высшим слоем общества и, наоборот, плебеями, рабами, названными самим философом “людьми ressentiment.”  Господа вряд ли нуждались в постоянных неэгоистических поступках других господ в свою пользу - настолько прочным было их социальное и материальное положение. Таким образом, теория полезности отвергается. Элита оценивала свои поступки как первосортные, достойные только высокородных, в противоположность всему плебейскому, низменному. Отсюда те странные совпадения в корнях слов, обозначающих современное понятие “хорошего” и “плохого”  и понятия “знатного” и “плебейского” тех времен. И действительно, во многих языках подобные совпадения имеют место. В частности, в немецком языке привлекает внимание поразительное сходство слов schlecht (плохой) и shlicht (простой). При рассмотрении слов schlichtwed (запросто), schlechteredings (просто-напросто) наличие единого смыслового гнезда становится очевидным. Имеющее же место расхождение смысла произошло, по мнению Ницше, ко времени тридцатилетней войны. Интересно изменение смысла греческого слова xsJlos, первоначально означавшего “истинный”, затем, перестав вдруг быть чертой человека простого, стало привилегией исключительно аристократии и претерпело метаморфоз смысла вплоть до обозначения собственно знатного, благородного. В галльском языке слов fin менялось противоположно: от “знатный” первоначально до “добрый”, “благородный” впоследствии. Та же история имеет место с немецким Gut, произошедшим, вероятно, от der gotthchen (человек божественного происхождения). Конечно, некоторые аналогии Ницше проводит необоснованно, выдавая желаемое за действительное, но в большинстве случаев сходство заставляет задумываться (и ведь заставило же, породив целый ряд исследований в XX веке). Интересно так же, как раздваивается смысловое значение некоторых слов, как-то: “чистый”, “нечистый”. Сейчас их зачастую применяют как символы, в переносном значении, однако изначально оба употреблялись скорее в прямом смысле, выражая уже самую банальную разницу между господином и рабом

    Вообще, понятие “хорошо” у господ прежде всего предполагает здоровье, мощную телесность; даже сверх необходимого, включая, кстати, и все, что с этим может быть связано: войну,  авантюру, охоту, турниры и вообще все, что предполагает здоровую жизненную активность. Но и это не все. Аристократ, будучи авантюристом по натуре, измышляет себе врага, который даже чисто теоретически не может подпадать под понятие “плохая” - пошлого, грязного плебея, коим и считает господин все остальное население, не входящее в элиту. Естественно, хотя бы из уважения к себе, враг задумывается как достойный, как равный, борьба с которым, даже вымышленная, будет составлять удовольствие, некий азарт. Иначе говоря, “злой” аристократа в принципе, вполне мог бы принадлежать к его же кругу (и принадлежал - недаром же большинство исторических антагонистов представляло один и тот же класс). И вот, придумав для себя “злого” врага, аристократ стремится к наибольшему отдалению своего образа от его, “злого”, измышляя при этом себя как “доброго”.

Стоит упомянуть, что  все эти операции проводятся бессознательно и не направленно - спонтанно. В противном случае такая интрига вызвала бы как минимум смех.

     Ответом на систему ценностей аристократии стала мораль ressentinent. Народ, изначально обделенный возможностью жить за счет своей силы был вынужден создать мораль, каким-то образом перенесенную бы его из разряда “плохой”, “недостаточный” на более высокую ступень. Для этого следовало доказать несостоятельность теории существования “сильных”, что и было сделано посредством введения ... другой силы - Бога, проповедующего идею о том, что единственно добр и достоин лучшей жизни только тот, кто беден, слаб и бессилен. Остальные же причислялись к “злым”. Бесславное существование первых на земле компенсировалось обещанием рая, вечной жизни и блаженства. В принципе, такая мораль-утешение была бы вполне понятной в данной ситуации неравных возможностей, если бы не одно “но”. Наравне с раем в христианской религии существовал ад, предназначенный для - правильно - сильного, властного, который на протяжении всей  своей жизни представлял существенную опасность для бедняка. Посмотрите, что говорит об этом Фома Аквинский, всякий учитель и святой. “Beat in regho coelesti Videbunt poensg damnatorum, ut beatitudo illis magis complaceat”, т.е. “блаженные в царствии небесном узрят наказания осужденных, дабы блаженство их более услаждало их”. Что это? Неужели место и злорадство? Жизнь с мечтой о мести и ради мести - какая мерзость! Неужели это и есть то, о чем мы говорили как о святом? Конечно, кто-то может не поверить, кто-то власть в гнев на этого “Антихриста”, но факт пресловутого высказывания признанного идеолога христианства нельзя спрятать: он есть. Как говорится, где тонко, там и рвется. Тут уж поневоле возненавидишь тех, кто позволяет себе такие мысли.

     Итак, в истории морали, согласно Ницше, борются друг с другом две основные этические позиции. С точки зрения высшего типа людей, они могут сосуществовать. Это возможно, если "толпа", не способная ни к чему возвышенному, будет практиковать "рабскую морить" исключительно в своей среде. Но она, подчеркивает Ницше, никогда не ограничится этим и не откажется от универсалистских претензий. Более того, по крайней мере в истории Запада у "рабской морали" были и остаются все шансы па успех. Об этом, например, свидетельствует распространение христианства. Ницше не отрицает полностью какую бы то ни было ценность христианской морали, признавая, что она сделала человеческий внутренний мир более утонченным. Однако он видит в ней выражение мстительности, характерной для стадного инстинкта, или "рабской морали". То же воплощение мстительности видит Ницше в демократическом и социалистическом движениях, считая их производной формой от христианской идеологии.

    Ницше полагает, что идеал всеобщей, единой и абсолютной морали должен быть отброшен, так как он ведет жизнь к упадку, а человечество - к вырождению. Его место должна занять градация рангов, степеней различных типов морали. Пусть "стадо" остается приверженным своей системе ценностей, считает Ницше, при условии, что оно лишено права навязывать ее людям "высшего типа".

    Когда Ницше говорит о необходимости стать "по ту сторону добра и зла", это надо понимать как призыв к преодолению так называемой рабской морали, которая, с его точки зрения, ставит всех на одну доску, любит и охраняет посредственность, препятствует возвышению человеческого типа. Он не имеет в виду, как это иногда утверждают, полное безразличие к природе ценностей и упразднение всяких нравственных критериев. Подобное было бы самоубийственным для обычного человека. Только те, кто принадлежит к высшему типу, могут без ущерба для себя стать "по ту сторону" навязываемых обществом пониманий добра и зла, ибо эти индивиды сами являются носителями нравственного закона и не нуждаются ни в чьем попечительстве. Их свободное самоопределение, считает Ницше, - это единственный путь к более высокому уровню человеческого существования, к сверхчеловеку (Ubermensch).

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

ГЛАВА III. КОНЦЕПЦИЯ «СВЕРХЧЕЛОВЕКА»: ПЕРЕОЦЕНКА ЦЕННОСТЕЙ

 

        Человек имеет цель внутри  себя; его цель — это жизнь. Вот эта идея абсолютной ценности человеческой жизни по существу явилась тем лозунгом, который объединяет все творчество Ницше. С этим лозунгом связан и ницшеанский идеал человека — Сверхчеловек. Этот идеал, по замыслу Ницше может быть реализован лишь при условии, если человечество возвратится к истокам своей истории, когда жизнью будут править люди высшей расы — «хозяева», люди, представляющие собой совершенство, прежде всего в биологическом отношении. Они не будут отягощены ни бытовыми, ни социальными, ни религиозными ограничениями и предрассудками и потому будут абсолютно свободны.

     Идея «сверхчеловека» – попытка создать культурно-нравственный идеал совершенного человека, достигаемый в перспективе реального будущего. Ницше находит воплощение своего идеала в таких исторических личностях, как Александр Великий, Цезарь, Август, Наполеон. Но это исключения из правил, случайность. По мнению Ницше, сверхчеловек - новый, более высокий биологический вид, превосходящий Homo sapiens. Он должен быть создан путем усовершенствования, строгого, отбора и сознательного воспитания новой породы людей. Ницше не биолог и не политик. Поэтому его сверхчеловек - это скорее художественный образ, поэтическая метафора, отразившая тенденции развития эпохи. Сверхчеловек должен соединить в себе доселе несоединимые качества: сильную волю, страсть, гордость, жизнерадостность, чувственность, себялюбие, инстинкт войны и завоевание и, в то же время, творчество, созидание нового, умение раздавать и дарить жертвовать собой. Это как бы соединение в одном лице мудрого философа и завоевателя-аристократа, Сократа и Александра Великого.

    Идеал сверхчеловека противопоставляется современному человеку, массовому индивиду, которого Ницше характеризовал крайне отрицательно. «Самый ничтожный человек - последний, т.е. современный человек, потому что он не может презирать самого себя. Он самодоволен и жалок, заботится о своем здоровье, не переутомляется, уважает равенство, когда нет ни бедных, ни богатых, ибо то и другое слишком хлопотно. Все считают себя умными, считают, что знают все. У них есть свое удовольствие для дня и свое удовольствие для ночи, но здоровье - выше всего. «Счастье найдено нами», - говорят последние люди. Они не могут понять слова о сверхчеловеке, обращенные к ним».

    Ницше своей идеей сверхчеловека стремится придать новый импульс развитию человека и общества. Он говорит: да, существующий человек слаб и ничтожен, и хуже всего то, что он при этом и самодоволен, старается не знать о своей ничтожности. Hо наиболее честные и свободные возненавидят свою слабость и объявят ей жестокую войну. Это и будет движением к сверхчеловеку человеку будущего.

    О новой морали, о человеке и сверхчеловеке Ницше пишет в своем произведении «Так говорил Заратустра». Сам автор считал ее "самой глубокой из всех книг,  которыми обладает человечество". Образ Заратустры человека,  идущего по пути становления сверхчеловека. Устами Заратустры  три  превращения  духа в человеке выделяет Ницше: "как дух становится верблюдом,  львом верблюд  и,  наконец, ребенком становится лев".  Прежде всего на пути достижения свободы духа необходимо познать тяжесть,  трудное,  чтобы преодолеть  свою слабость. "Не значит ли это:  унизиться,  чтобы заставить страдать свое высокомерие?..  Все самое трудное берет  на  себя  выносливый дух, подобно навьюченному верблюду...спешит и он в свою пустыню".