Культура и быт

Содержание 
 

Введение………………………………………………………………………….3

1. «Домострой»  – произведение средневековой  литературы………………..5

2. Особенности  повествования………………………………………………..9

3. «Домострой»  о воспитании…………………………………………………12

Заключение……………………………………………………………………..19

Список использованной литературы………………………………………….20 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

Введение 

    Зримым воплощением богатого на события XVI века стал памятник средневековой русской литературы «Домострой», который значителен и для нашей богатой событиями эпохи прежде всего как сконцентрированное выражение духовного мироощущения своего времени.

    Считается, что первая редакция «Домостроя»  составлена в Новгороде Великом  в конце XV — начале XVI века. Установлено, что как памятник литературы «Домострой» складывался постепенно, однако предположительно, в настоящем своем виде, был составлен известным деятелем XVI века, близким сотрудником молодого Ивана IV, протопопом Благовещенского собора в Кремле Сильвестром.

          Судьба этого литературного памятника, а главное, отношение к нему, очень прихотливы. Сначала он претендовал на то, чтобы сделаться орудием государственной политики. Затем надолго стал книгой, почитаемой исключительно ревнителями «древлего благочестия», преимущественно старообрядцами.

        «Домострой», со своим нарочито прикладным характером поучений, наказов, советов избавлен от оборотов церемониального, субтильного толка, характер изложения нарочито прост, даже в исправлении религиозных обрядов и молитв автор находит естественный и практический смысл, где жизнь рассматривается, как поток, исход которой в Царство Божие определенно смыкается с настоящим бытом, человеческими взаимоотношениями в семье и обществе.

    С Домостроем в истории русской  культуры связаны многие легенды  и мифы – верный признак значительности и значимости этого памятника национального самосознания, как бы вдруг возникшего на излете средневековья. Подобные легенды отражают историю самого текста, а мифы – его восприятие, но – восприятие нашего времени.

    Сегодня «Домострой» вызывает к себе самый пристальный интерес, что выразилось в неоднократных переизданиях. Реабилитаторы «Домостроя» видят в нем благие основы степенной, религиозной, нравственной жизни русского народа. 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

1. «Домострой» – произведение средневековой литературы

    Текст Домостроя составлялся постепенно, из разных источников, во многих местах. Сначала переводили с греческого языка и переписывали нравоучительные высказывания и «Слова» святых отцов, особенно Иоанна Златоусова. В основе текста Домостроя лежит несколько традиционных для средневековой литературы жанров. Это объясняет и сложность состава, и частую противоречивость нравственных рекомендаций книги. [7, 99]

    Основные  вопросы, изложенные в «Домострое»:

• отношение к Богу, главным святыням и нравственным законам; к социальной организации общества, к государевой службе, патриотизм, понимание единства человека и государства;
• отношение к устроению своих личных дел, здоровью физическому и душевному; отношение к еде, алкоголю, к приготовлению яств и напитков, годовой круг принятия пищи;
• отношения внутрисемейные, между старшими и младшими, между мужем и женой, детьми и родителями, главой семьи и домочадцами, в том числе и слугами;
• отношение к организации огорода и сада; к содержанию рабочих лошадей и других домашних животных; к приобретению и хранению продуктов, к организации продуктовых запасов по сезонам и на несколько лет;
• отношение к хозяйству, к работникам и мастерам узкой специализации, поощрения и наказания; отношение к инструменту, оборудованию и расходному материалу, к транспортным средствам, к каждому из необходимых в хозяйстве ремесел, организация обучения
• отношение к обмену, торговле, налогам (подати), как давать взаймы и возвращать долг, отношение к товарам заморским и местным; к организации дел, ведению регулярных записей, подсчету прибыли и убытков;
• свадебный чин (обряд) как концентрированное выражение общественного статуса и жизненного успеха хозяина и его семьи, порядок посещения храмов, отношение к растлевающим человека утехам.

    Начинается  текст отнюдь не с хозяйственных рекомендаций, а с общей картины общественных отношений. Прежде всего, нужно беспрекословно подчиняться властям, ибо «кто противится властителем - тот Божию повелению противится».

    Домострой – это обращение человека к  миру и людям, но не непосредственно, а через отношение к Богу. Средневековое общество не знало иных отношений идеальной жизни. Культура Домостроя – еще культура культа, это, несомненно. Она духовна по преимуществу. Таков сложившийся в течение столетий родовой миф, который расшифровывается каждодневно, в практических действиях человека.

    Первая  часть книги оправдывает необходимость  всех остальных. Она освящается их авторитетом Бога и веры. Символические отношения между Отцом и Сыном и их совместное отношение к Духу Святому таинственной формулой раскрывают все содержание памятника, христианская вера в Единого бога снимает как языческое многобожие, которое в остатках существовала до XV века. Укрепление христианства и становление монархии шли параллельно, зависело одно от другого, вырабатывало необходимые термины и символику.

    Адресат «Домостроя» - зажиточный горожанин, рачительный хозяин, сам непосредственно участвующий в хозяйственной деятельности, в которой ему помогает жена. Хозяин руководит всем, имея в своем распоряжении штат слуг (упоминаются, например, ключник, повар, мастера с учениками и слуги, торгующие в хозяйских лавках). «Государыня» ведает целым штатом слуг и мастериц. Дети домохозяина должны с раннего возраста обучаться «рукоделию» и, следовательно, быть готовыми к продолжению деятельности родителей.

    Быт, каким он предстает со страниц «Домостроя», достаточно строг и суров, но эта строгость - не самоцель, а способ достижения вполне определенной цели: «Казни сына своего от юности его да покоит тя на старость твою и даст красоту души твоей; и не ослабляй, бия младенца: аще бо жезлом биеши его, не умрет, но здравие будет, ты бо бия его по телу, а душу его избавляеши от смерти».

    «Домострой» - самый «обытовленный» памятник древнерусской литературы, редко склонявшейся к бытовой конкретности. Особенно насыщена ею третья часть произведения, посвященная правильному ведению домашнего хозяйства: «Изба и стены, и лавки, и скамьи, и пол, и окна, и двери, и в сенех, и на крылцы вымыть и вытерть, и выместь, и выскресть, всегда было бы чисто... да пред нижним крыльцом сена положить грязные ноги отирать, ино лестница не угрязнится, и у сеней перед дверьми рогошка или войлок ветшаной положить или потирало... а грязъное прополоскать и высушить, и опять туто же под ноги пригодится». «Домострой» предостерегает против опасных сношений с внешним миром, проповедует строжайшее сохранение всех домашних тайн. Умеренность и осторожность предписывается во всем, в частности, в телесных наказаниях: провинившуюся перед мужем жену рекомендуется «плеткою вежливенько побить, за руки держа, а гнев бы не был, а люди бы то не ведали и не слыхали». [4, 112]

      Неопределенность и некая многозначность содержания «Домостроя» объясняется происхождением памятника, типичного для средневековой литературы памятника нравоучительной литературы. Нравоучительной – а это прежде всего значит, что повествовательный элемент в нем подчинен назидательным целям поучения и прорывается в текст только вместе с народной речью, да и то лишь в виде исключения. Это значит также, что каждое положение аргументируется ссылками на освященные традицией образцовые тексты, главным образом – тексты Священного Писания, но не только его.

    Для своего времени «Домострой» был  важным, регламентирующим жизнь текстом, своеобразным кодексом социально-экономических норм. Каждое его положение аргументируется ссылками на освящённые традицией тексты. В доказательство истинности того или иного утверждения приводится много изречений народной мудрости, которые потом станут пословицами. Даже если это лишь – описание идеала, он был детально описан.

      Три его основные части излагают  правила общежития в отношении:

    – «духовного строения» (религиозные  наставления);

    – «мирского строения» (о семейных отношениях и воспитании детей, об уважении к власти, к государству);

    – «домовного строения» (хозяйственные рекомендации, нормы поведения с подчинёнными).

    Современные исследователи признают не только исторические достоинства и литературную ценность, но и актуальность сборника: «Содержание этого памятника оказывается актуальным, даже когда основные его идеи и принципы давно забыты».

    Постоянно обращается «Домострой» к категориям «трудолюбие», «уважение» и «любовь». Ипостасями любви, действующими в сферах нравственного и эстетического, выступают добро и красота. Любовь к другому человеку и миру проявляется как добро. «Согнездная» (семейная) любовь, о которой идёт речь в «Домострое» – то, что делает обустроенным Дом.

    Книга состоит из 67 небольших глав, каждая из которых сопоставима по объёму с молитвой. Изданы как первые версии на старославянском языке, так и переложения на современный русский язык. [6, 91] 
 
 
 
 
 
 
 

2. Особенности повествования 

    Подробности жизни освящены нравственными установками  божественных истин. Вещный мир оживает, когда все «благословенно», и благословенная денежка по божьей милости становится символом праведной жизни. Человек должен жить по христианским обычаям, экономика одухотворена этикой – именно животъ, именно жизнь во всей полноте ее проявлений предстает на страницах книги.

    В обычном смысле «Домострой» –  это сценарный план проведения жизненно важных и общественных действий. В определенных местах говорится о людях «имярек» - это значит, что нужно было заполнить пропуски своим именем, пространство текста можно было восполнять и дополнять всем, что считалось тогда понятным и известным.

      «Домострой» не доказывает фактами и рассуждениями, он пламенно убеждает – проповедью. Его адресатом является то господин, то слуга, то «свят человек», то простец. Автор напоминает ему круг его обязанностей в иерархии бытия. Хозяин обязан был обеспечить свой дом экономически и нравственно.

      «Домострой» отличается от других средневековых памятников как раз тем, что в доказательство истинности того или иного положения приводятся также изречения народной мудрости, еще не отлившиеся в тысячеустом употреблении в законченность современной пословицы. Это значит, наконец, что прагматический характер изложения нацелен в «Домострое» прежде всего на подачу информации, обычно посредством тех же истин Писания, под оценивающим углом которых рассматривались все вообще проявление жизни, масштабом которого они измерялись и в котором видели образцы. Непосредственность чувства, искренность и упорное стремление к утверждению нравственного идеала одухотворяет «Домострой».

    Литературная  традиция, породившая «Домострой», идет от древних переводов на славянский язык христианских текстов нравственного характера, особенно почитавшихся в Новгороде. Именно здесь долго сохранялись и условия, способствовавшие тем отношениям церкви с властью, а их обеих – с подданным, которые отражены в «Домострое»: «справедливая», праведная вера, скрепляющая прерогативы власти своим авторитетом, «очищающая» ее. Духовность как естественная потребность личности, живущей в жестоком мире средневековья. [5, 138]

    Это обстоятельство не нужно оставлять без внимания: Домострой в момент своего сложения является порождением самой демократической и социально свободной по тем временам территории Руси. Перед нами не просто «экономия», она проникнута нравственными характеристиками в отношениях между людьми, которое составляет население Дома. Христианская мораль в отточенных определениях отцов церкви накладывается на бытовые подробности жизни – и тем самым как бы ограничивает возможности человека, подчиняя их общепринятым нормам этой жизни.

    Этика Домостроя построена не на запретах Нагорной проповеди, она обращается к чувству стыда, которое при умелом воспитании может породить в человеке множество добродетелей в нравственных, социальных и идеальных (религиозных) их ипостасях.

    Стыд  развивается в совесть, в чувство собственного достоинства (честь), в аскетизм. Жалость порождает альтруизм, справедливость и милосердие – с теми же степенями повышения качества, что зависит уже от возраста, положения в обществе и личных способностях человека. Кругами от этих добродетелей идут производные: великодушие, бескорыстие, терпеливость, щедрость, терпимость, правда.

    «Благословляю я, грешный, и поучаю, и наставляю, и уразумеваю единственного сына своего и его жену, и детей их, и домочадцев – следовать христианским законам, жить с чистой совестью и по правде, в вере соблюдая волю божью и заповеди его, а себя, утверждая в страхе божьем и в праведном житии, жену наставляя и домочадцев своих не понужденьем, не битьем, не тяжкой работой, а словно детей, что всегда в покое, одеты и сыты, и в теплом дому, и всегда в порядке». Такие поучения давал отец сыну, который вступал в законный брак в середине XVI века.

    Семья сына должна строго следовать законам  данного писания и благополучие в семье зависело от того, как все домочадцы соблюдают правило морали: «Если ж писание моего не примете, наставлению не последуете, не станете жить по нему и поступать не будете так, как здесь сказано, дадите ответ за себя сами в день Страшного суда, а я вас на благополучную жизнь, и размышлял, и молил, и поучал, и писал вам. Если же примите простое мое поучение и ничтожное наставление со всей чистой душой и прочтете, прося, насколько возможно, у Бога помощи и разума, и коли Бог вразумит, претворите их все в дело, — будет на вас милость божья и до окончания века. И дом ваш, и чада ваши, имение ваше и богатство, какие вам Бог послал благословением и за ваши труды, — да будут благословенны и преисполнены всяческих благ во веки веков».

    Было  отличие «Домостроя» от других собирательных памятников XV – XVI веков: «Домострой» собирает все советы свои вокруг Дома. Религиозное, приравненное в нем государственному, как бы спускается с небесных высот, достигая первейшей своей ячейки – семья, и тем самым подчеркивает значение семьи как основы и общества и государства. В книге описывается состояние, при котором остается еще важней государства, обычай ценней закона, человека же чтят по делам его, а не по чину.

    Больше  всего отражается в этом уважение к человеку, к труду и к нравственности, которые все – одинаково «от бога». И быт – отражение бытия, не больше, он и ценится только за это – как воплощение высокой ценности Духа. В таких понятиях и воспитывался средневековый европеец – не только русский, но и русский также: на конкретных предметах быта. В истории России домашний быт народа составляет основной узел, по крайней мере в его уставах, порядках, в его нравственных началах кроются основы всего общественного строя земли. [5, 82]

3. «Домострой» о воспитании

    На первое место Сильвестр ставил задачу нравственного и религиозного воспитания, которую должны иметь в виду родители, заботясь о развитии своих детей. На второе место выносил задачу обучения детей тому, что необходимо в «домашнем обиходе», и лишь на треть место-обучение грамоте, книжным наукам.

         «Как дети должны чтить отцов своих духовных и повиноваться им. Необходимо изыскать отца духовного доброго, боголюбивого, благоразумного, рассудительного, строгого, трезвого, несребролюбивого. Такого отца духовного надлежит почитать и повиноваться ему во всем, исповедовать грехи свои без утайки, откровенно, наставления его исполнять. Должно его приглашать к себе часто, совещаться с ним во всяком деле, повеления его с любовью принимать, бить челом перед ним низко. К нему приходите, дары ему давайте от своих трудов по силе, спрашивайте его ежедневно. Если духовный будет за кого-либо ходатайствовать, то ходатайство выслушать, виновного пожаловать, смотря по вине, рассмотрев дело с духовным отцом».

    В «Домострое» можно увидеть рекомендацию: «сечь чадо, пока оно лежит поперек лавки, потому что когда оно будет лежать вдоль лавки, уже будет поздно».

    Родительская  власть представляется формой права  собственности. Дети подчиняются господству отца и образуют совокупность подвластных лиц (чад). Власть домовладыки сливается с властью отца и мужа, потому что первоначально и жена выступает только в качестве подвластного лица.

       «Как детей учить и страхом спасать. Наказывай сына твоего в юности, и он успокоит тебя в старости и принесет тебе честь. Не будь скуп на удары дитяти, ибо от палочных ударов он не умрет, а поздоровеет; нанося удары телу, спасаешь душу от смерти. Не улыбайся ему, не играй с ним; ибо в малом деле посмеявшись, в большом пострадаешь. Не дай ему власти в юности и сокруши ему ребра, пока он растет, чтобы, возмужав, не перестал повиноваться тебе, ибо в таком случае будет больно и досадно твоей душе, убыточно твоему дому, будет погибель имению твоему, укоризна от соседей, пред властью поплатишься и претерпишь разные неприятности».

          Постепенно, однако, с развитием государственности, родительская власть ограничивается. В московскую эпоху встречается в Домострое идеал отношения родителей к детям: «сына ли имаши, не дошед внити в юности, но сокруши ему ребра: аще бо жезлом биеши его, не умрет, но здоров будет». 

    Рассматривая жизнь и домостроительство XVI века именно в аспекте «преемства» поколений средневековый автор внятно обозначает содержание дидактических и воспитательных целей своего времени: «учить не красть, не блудить, не лгать, не клеветать, не завидовать, не обижать, не наушничать, на чужое не посягать, не осуждать, не бражничать, не высмеивать, не помнить зла, ни на кого не гневаться, к старшим быть послушным и покорным, к средним - дружелюбным, к младшим и убогим - приветливым и милостивым» (гл. 25).

      «Если случится приветить приезжих людей, торговых ли, или иноземцев, иных гостей, званных ли, Богом ли данных... - следует быть приветливыми и должную честь воздавать по чину и по достоинству каждого человека» (гл. 15) . Это в отношениях с другими людьми. А вот что автор говорит об отношении к плодам природы и труда человеческого: «...подобает дар божий - любую еду и питье - похвалить и с благодарностью есть» (гл. 15) . Не забыта и практическая сторона воспитания и обучения: «по детям смотря и по возрасту их, учить рукоделию: отец - сыновей, мать - дочерей, кто к чему способен... Любить и хранить их, но и страхом спасать, наказывая и поучая, а не то, разобравшись, и поколотить. Наказывай детей в юности - упокоят тебя в старости» (гл. 19). То есть путь к получению результативности обучения и воспитания также изложен предельно четко: «Воспитай детей в запретах, - и найдешь в них покой и благословение» (гл. 21). [6, 83]

    Нравственный уклад жизни, являясь составляющей ежедневных забот, экономических и социальных, является столь же необходимым, как и заботы о «хлебе насущном», где достойные взаимоотношения между супругами в семье, уверенное будущее детей, благополучное положение стариков, уважительное отношение к власти, почитание духовных лиц, радение о соплеменниках и единоверцах есть непременное условие «спасения», говоря современным языком, успеха в жизни: «благоразумный отец, который торговлей кормится - в городе или за морем, - или в деревне пашет, такой от всякой прибыли откладывает на дочь...» (гл. 20), «любите отца своего и мать свою... и старость их чтите и немощь и страдания всякое от всей души на себя возложите» (гл. 22), «...следует молиться о своих прегрешениях и отпущении грехов, о здравии царя и царицы, и чад их, и братьев его, и бояр его, и о христолюбивом воинстве, о помощи против врагов, об освобождении плененных, и о священниках, иноках и монахах, и об отцах духовных, и о болящих, о заключенных в темницу, и за всех христиан» (гл. 12).

    Цитата  из этого памятника красноречиво говорит о том идеале любви, который сложился в средневековом русском обществе и, соответственно, в древнерусской литературе: «Доброю женою блажен и муж, и число его жизни удвоится — добрая жена радует мужа своего и наполнит миром лета его; хорошая жена — благая награда тем, кто боится Бога, ибо жена делает мужа своего добродетельней: во-первых, исполнив божию заповедь, благословлена Богом, а во-вторых, хвалят ее и люди». Причем при всей практической власти жена — в послушании, смирении, молчаливости, чистоте. Вот как все прекрасно и не просто в доме, где все, начиная с домашних богослужений и вплоть до рецептов чудодейственной редьки, совершается не торопясь, с молитвой и знанием дела.

      Домострой учил, как  «в правде жить и в кривде не жить», и содержал  советы  относительно домашнего «устроения». Ряд глав «Домостроя» («Како детей  своих  воспитати  во  всяком наказании и страхе божий», «Како  дети  учити  и  страхом  спасати»  и  др.) целиком посвящен вопросам воспитания детей.

      «Домострой» требует выполнения религиозных  обрядов,  беспрекословного  повиновения  старшим,   говорит   о суровой дисциплине, советует  применять  телесные  наказания.  Но  наряду  с требованиями  строгости  и  суровости  по  отношению  к  детям   «Домострой» призывает родителей любить  детей,  заботиться  об  их  нормальном  росте  и развитии, требует воспитания в детях  мужества,  настойчивости,  трудолюбия, бережливости, хозяйственности, «вежества» (т. е. вежливого обращения.

       «Домострой» является не только сочинением нравоучительного и семейно-бытового типа, но и своеобразным кодексом социально-экономических норм гражданской жизни русского общества. Таким образом, в этом произведении говориться о том, что:

• детей своих надо воспитывать в «страхе Божьим»;
• поощряются телесные наказания;
• детей необходимо ругать, чтобы из них выросли порядочные люди, таким образом дети спасаются страхом.

    1. Наказание от отца к сыну. Благословляю аз грешный, имя рек, и получаю, и наказую, и вразумляю сына своего, имя рек, и его жену, и их чад домочадцев: быти во всяком христианском законе, и во всякой чистой совести и правде; с верою творяще волю Божию и храняще заповеди его; себе утверждающе во всяком страсе Божим и в законном жительстве; и жену поучающе, такоже и домочадцев своих наказующе: не нужею, ни ранами, ни работою тяжкою; имеюще яко дети, во всяком покое: сыты и одены, и в теплом храме, и во всяком устрое. И вдаю вам християнскому жительству писание се на память и вразумление: вам и чадам вашим.

    Аше сего моего писания не внемлете и  наказания не послушаете, и потому не учнете жита, и не тако творити, яко же есть писано, сами себе ответ. Дадите в день страшного суда; и аз вашим винам и греху не причастен, кроме моея души; аз о сем всяком благочинии благословлял, и плакал, и молил, и поучал, и писание предлагал вам; и еще восприимете сие мое худое учение и грубое наказание, и сие со всею чистотою душевною; и прочитая, прося у Бога помощи и разума, поелику возможно, как Бог вразумит вас; и начнете делом творити вся си: будет на вас милость Божия, и пречистыя богородицы, и великих чудотворцев, и наше благословение, отныне и до века, и дом ваш, и чада ваша, и стяжание ваше, и обилие ваше, что вам Бог подаровал от нашего благословения и от своих трудов, да будет благословенно, исполнено всяких благ, во веки, аминь.

    15. Како детей своих воспитати во всяком наказании и страхе Божии. А пошлет Бог, у кого дети, сынове или дщери, ино имети попечение отцу и матери о чадех своих: снабдити их и воспитати в добре наказании; и учити страху Божию и вежеству и всякому благочинию; и, по времени и детем смотря и по возрасту, учити рукоделию; матери дщери, а отцу сынове, кто чего достоин, каков кому просуг [дарование] Бог даст; любити их, и беречи, и страхом спасати. Уча и наказуя, и рассуждая, раны возлагати: наказуй дети во юности, покоит тя на старость твою; и хранити, и блюсти о чистоте телесной, и от всякого греха, отцем чад своих, яко же зеницу ока и яко своя душа. Аще что дети согрешают отцовым и матерним небрежением, им о тех гресех ответ дати в день страшного суда. А дети, аще небрегомы будут, в ненаказании отцов и матерей, аще что согрешат или что зло сотворят, и отцем и матерем, с детьми, от Бога грех, а от людей укор и посмех, а дому тщета, а себе скорбь и убыток, а от судей продажа и соромота.

      Аще у богобоязливых родителей, и у разумных и благорассудных, чада воспитани в страхе Божии, и в добре наказании, и в благорассудном учении, всякому разуму и вежеству, и промыслу, и рукоделию, и те чада с родители своими бывают от Бога помиловани, а от священаго чина благосповены, а от добрых людей хвалими; а егда будут в совершене возрасте, добрые люди, с радостию и с благодарением, женят сыновей своих по своей версте, по суду Божию; а дщери за их дети замуж выдают. И аще от таковых, которое чадо Бог возьмет, в покаянии и с причастием; то от родителю бесскверная жертва к Богу приносится, и в вечные кровы вселяются; а имеют дерзновение у Бога милости просити, и оставление грехов и о родителях своих.

    17. Како дети учити и страхом спасати. Казни сына своего от юности его, и покоит тя на старость твою, и даст красоту душе твоей. И не ослабляй, бия младенца: аще бо жезлом биеши его, не умрет, но здравее будет, ты бо, бия его по телу, а душу его избавляеши от смерти. Дщерь ли имаши: положи на них грозу свою, соблюдеши я от телесных; да не посрамиши лица своего, да в послушании ходит; да не свою волю приимши, и в неразумии сотворится знаем твоим в посмех, и посрамят тя пред множеством народа; аще бо отдаси дщерь свою без порока, то яко велико дело совершиши, и посреди собора похвалишися; при концы не постонеши на ню.

    Любя  же сына своего, учащай ему раны, да последи о нем возвесели-шися. Казни сына своего измлада, и порадуешися  о нем в мужестве: и посреди злых похвалишися, и зависть приимут враги твои. Воспитай детище с прещением [в строгости] и обрящеши о нем покой и благословение.