Культура первобытного общества. 9

• 1. Культура первобытного общества
• 1.1 Характерные черты первобытной культуры
• 1.2 Эволюция искусства в каменном веке
• 1.3 Культура и искусство в века бронзы и железа
• Список использованных источников

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

1. КУЛЬТУРА ПЕРВОБЫТНОГО ОБЩЕСТВА

 

1.1 Характерные черты первобытной культуры

Ранние стадии развития человеческого  общества историки делят на век каменный (2,5 млн. - 4 тыс. лет до н.э.), бронзовый (III-II тысячелетия до н.э.) и железный (I тысячелетие до н.э.).

Каменный век подразделяется на палеолит (2,5 млн. - 10 тыс. лет до н.э.), мезолит (10-6 тыс. лет до н.э.), неолит (6-4 тыс. лет до н.э.) и энеолит (III - нач. II тысячелетия до н.э.). В палеолите  выделяют два основных периода - нижний палеолит (2,5 млн. - 40 тыс. лет до н.э.), завершающийся, по данным специалистов, мустьерской эпохой (примерно 90- 40 тыс. лет до н.э.), и верхний палеолит (40-10 тыс. лет до н.э.). За ранним этапом верхнего палеолита следуют периоды: ориньяка (30-19 тыс. лет до н.э.), солютре(19-15 тыс. лет до н.э.), мадлен (15-10 тыс. лет  до н.э.).

 

Уже в эпоху нижнего  палеолита возникала орудийная  и сигнальная деятельность высших млекопитающих (гоминид). В период 300-40 тыс. лет до н.э. произошел переход от рефлекторно-орудийной  деятельности («инстинктивного труда» по терминологии К. Маркса) гоминид к сознательному труду человека. Человек продолжал пользоваться огнем, строил первые жилища. Складывались коллективная (общинная) собственность на добываемые продукты потребления и средства труда и своеобразное «иго коллективности», связанное с полным подчинением индивида роду и жесткой регламентацией всех сторон его жизни. Как отмечал историк Б.Ф. Поршнев («О начале человеческой истории»), исходные формы членораздельной речи и вторая сигнальная система формировались в процессе регулирования социальных отношений на принципах первобытного коммунизма. Первыми компонентами первобытного языка, выделившимися из языкового комплекса, были глаголы, побуждавшие выполнять требования морали выживания в критических условиях («не потребляй сам - отдай матери, детенышу»).

 

В период верхнего палеолита  появилась членораздельная речь как специфически человеческая форма  общения. Членораздельная речь взвивалась и дифференцировалась в единстве с формами мышления и искусства. Выделились ряды слов, знаковых обозначений  художественных символов для вычленения и типологизации явлений природы, ключевых моментов общественной жизнедеятельности. Возник человек современного типа - homo sapiens («человек разумный»). Шло интенсивное становление изобразительного искусства - скульптуры, рельефа, графики, живописи.

 

В эпоху мезолита человек  приручил собаку, изобрел лук и  стрелы, лодку, освоил изготовление корзин, рыболовных сетей.

В эпоху неолита первобытное  общество перешло от хозяйства присваивающего типа (собирательство, охота) к хозяйству  производящего типа (скотоводство, земледелие). Одновременно развивались  прядение, ткачество, гончарное производство, появилась домашняя и ритуальная керамика, зародилась торговля.

 

Обозревая первобытную культуру в целом, можно выделить следующие  ее особенности. Первобытная культура - это культура доклассовая, догосударственная, дописъменная. Она долго носила синкретический (нерасчлененный) характер, что являлось следствием примитивности системы  потребностей первобытного человека и  его деятельности. Сами потребности  были не дифференцированы. Трудовые операции, художественная деятельность, магические обряды в первобытном обществе переплетались  между собой.

 

Первобытная культура ориентировалась, прежде всего, на материально-вещественные, утилитарные ценности и конкретно-чувственные  формы их репрезентации. В то же время  в ней на первый план выдвигались  магически значимые, фетишизированные и маркированные тотемными символами  компоненты, поскольку считалось, что  именно от них в первую очередь  зависит выживание рода и племени. Развитие материальной культуры шло  по линии доминирования охотничье-кочевого образа жизни (палеолит, мезолит) с переходом  к земледельческо-оседлому (неолит). В первобытной картине мира преобладали  моменты движения (кинетизм) и мифологического, знаково-символического и спиритуалистического опосредования важных видов коллективной жизнедеятельности (магизм).О многих особенностях первобытной культуры мы можем судить по стилю жизни, формам знаково-символической деятельности так называемых архаических племен, рассеянных в заповедных уголках  земли. У них в сфере духовной деятельности (до конца не разъединенной  с материальным бытием) до сих пор  культивируются древние верования, магия, формы дологического мышления и мифы. К числу наиболее распространенных ранних форм верований первобытных  и архаических племен относятся  фетишизм, тотемизм, анимизм. Среди  древнейших священных поклонений следует  выделить погребальный, аграрные, промысловые, эротические, астрально-солярные культы. Наряду с ними появлялись персонализированные  культы вождей, племенных богов, тотемных животных и т.п. Центр знакового  мира всегда занимал культ предков, которые представлялись самыми главными участниками великой борьбы за выживание  и воспринимались как «первичные божества».

 

Культовые системы сложились  на почве магии в эпоху неолита. М. Холлингсворт пишет: «Возникли многочисленные общины с их весьма сложными религиозными обрядами. Раскопки на юге Турции, в Чатал-Гуюке, неоспоримо доказывают, что уже около 6000 г. до н.э. свершались обряды, связанные с культом священного быка (тура), и его рогами украшались места капищ. В разных частях Европы люди поклонялись различным божествам, в честь которых устраивались и разнообразные обряды. Значение тепла и солнечного света для занятий земледелием определило возникновение большого числа общин-солнцепоклонников».

 

Определим фундаментальные  формообразования пралогического мышления и ритуализированного поведения, характеризующие  первобытную культуру.

 

Фетишизм (от порт, feitico - талисман) - вера в сверхъестественные, чудотворные свойства выделенных естественных объектов или искусственно созданных предметов (реже - растений, животных и даже человека), превращение тех и других в протосимволы, тайным и чудесным образом благотворно влияющие на ключевые моменты жизнедеятельности рода и племени.

 

 

Примером такого эзотерического протосимвола может служить чуринга  австралийских аборигенов. Чуринга - священный предмет у австралийских  племен, наделенный, по их представлениям, сверхъестественными свойствами и  якобы обеспечивающий благополучие группы или отдельного человека. В  книге «Ранние формы искусства» читаем: «Чуринги глубоко почитались австралийцами, с ними ассоциировались души предков и живых членов племени, чуринги были как бы двойниками, вторым телом, на них изображались посредством спиралей, концентрических окружностей и других абстрактных символов деяния мифических героев и тотемических предков, они хранились в тайниках и показывались лишь юношам, достигшим зрелости и прошедшим обряды посвящения, а их утрата рассматривалась как величайшее несчастье для племени. Чуринга - это, по существу, сакральное изображение конкретного человека, изображение не его внешности, а его тотемической сущности. Иного австралийское общество, с его магическим мышлением, еще не знало. Если потереть чурингу жиром или охрой, она превратится в тотемическое животное - другую ипостась человека».

 

В древний и средневековый  периоды в Беларуси культовыми считались  священные камни, символизировавшие  власть вождей и князей в границах определенных территориальных общностей.

 

 

 

Тотемизм (от «от-отем», слова из языка индейцев-оджибве, означающего «его род») основан на вере человека в существование тотемов, т.е. каких-либо животных, реже - растений, в исключительных случаях - неорганических предметов, явлений природы, считающихся его кровными родственниками (а позднее - предками). У белорусов одним из основных тотемов являлся медведь. Тотем свят, его запрещено убивать и поедать (исключение - влекущие за собой «воскресение» случаи ритуального убийства и поедания), разрушать и вообще наносить ему какой-либо ущерб. Святость тотема символически подкрепляется в магических обрядах жертвоприношения, якобы мистически воздействующих на него и возбуждающих в нем направленные благие действия.

 

Таинственные перевоплощения тотемов и их сверхъестественные воздействия на живущих, целеполагаемые странствия в земном и сакральном мирах, как правило, сопровождаются разнообразными мифологическими историями.

 

Проиллюстрируем это на материале  мистического опыта австралийских  племен, включенного в книгу «Ранние формы искусства». «Тотемические мифы аранда и лоритья строятся почти все по одной схеме: тотемные предки в одиночку или группой возвращаются на свою родину - на север (реже - на запад). Подробно перечисляются пройденные места, поиски пищи, организация стойбищ, встречи в пути. Недалеко от родины, на севере, часто происходит встреча с местными «вечными людьми» того же тотема. Достигнув цели, странствующие герои уходят в нору, пещеру, источник, под землю, превратившись в скалы, деревья, чуринги. Причиной этого часто выставляется усталость. В местах стоянок, и в особенности в месте смерти (точнее, ухода в землю), образуются тотемические центры.

 

Иногда идет речь о вождях, ведущих за собой группу юношей, только что прошедших обряд инициации - посвящения в полноправные члены  племени. Группа по пути производит культовые  церемонии с целью размножения  своего тотема. Бывает и так, что  странствие имеет характер бегства  и преследования. Например, большой  серый кенгуру бежит от человека того же тотема; человек с помощью  ножей убивает животное, но оно  воскресает, затем оба превращаются в чуринг...». За «войной тотемов» кроются, по всей видимости, кровавые столкновения племен за места промысла.

 

 

 

 

Анимизм (от лат. anima - душа) - это вера в существование у человека его «двойника» - души или нескольких душ; кроме того, анимизм предполагает веру в одушевленность различных природных и даже космических объектов. Согласно Древнему славянскому поверью, солнце - это живое, разумно Действующее существо.

 

Магия (от греч. mageia - колдовство) возникла в зрелом первобытном обществе. Будучи основана на пралогических формах мышления, магия представляет собой не только определенную совокупность фантастических идей и верований, но также выдуманную систему сверхъестественных, чудотворных практических приемов, обеспечивающих иллюзорно-мистическое воздействие на мир с целью полного подчинения человеку жизненно важных природных, социокосмических процессов и универсального управления ими.

 

О некоторых колдовских приемах  первобытных людей рассказывают их произведения искусства: изображение  пронзенной копьями фигуры медведя, рисунок быка с вонзившимся в  сердце гарпуном и т.п. Здесь перед  нами так называемая гомеопатическая, или имитативная, магия, основанная на законе подобия. «Убивая» изображение зверя, первобытный охотник искренне надеялся на то, что это обязательно поможет ему в охоте на реального прототипа. Вторая разновидность первобытной магии - это магия контагиозная, основанная на прямом взаимодействии мага с интересующими его атрибутами.

 

Таково, согласно Дж. Фрэзеру («Золотая ветвь»), основное деление симпатической магии. Цели магических действий разнообразны: позитивные (с благожелательными намерениями, например, оказать помощь ближним), предохранительные и негативные (деструктивные, разрушительные, с целью поразить врагов оккультными силами).

Вызывает улыбку пример магического  действия, приведенный Дж.

 

 Фрэзером: «Сербские и болгарские женщины, которых раздражают тяготы супружеской жизни, прикладывают медную монету к глазам покойника, омывают ее вином или водой и дают мужьям выпить эту жидкость. После этого те делаются якобы столь же слепыми к прегрешениям своих жен, как покойник, к глазам которого монету прикладывали».

 

Рудименты и реликты магии, магическоподобные квазитеории  и квазипрактики (оккультизм, парапсихология, спиритуализм, гесмеризм, телепатия, телекинез, личный магнетизм и пр.) существуют в цивилизационных сообществах  и поныне. Поэтому до сих пор  сохраняет значение деление Дж. Фрэзером магии на теоретическую (магия как  псевдонаука) и практическую (магия  как псевдоискусство). Последняя, в  свою очередь, делится на «белую» (позитивную) магию и «черную» (негативную), включающую разные наборы табу и методы колдовства. Неомагия как паранаука в чем-то стимулировала развитие собственно науки (астрология-астрономия, алхимия-химия, оккультная математика-рациональная математика), но в отличие от последней не обнаружила способностей проверять свои допущения в чистых экспериментах.

 

Следует сказать об отношениях магии и собственно религии, порой  некорректно отождествляемых. Магия - прарелигия.

 

По представлению Дж. Фрэзера, первобытная магия в отличие  от зрелой религии основана на принуждении  сверхъестественных сил к потребному действию, а не на преклонении перед  ними. Он пишет: «Магия часто имеет дело с духами, то есть с личными агентами, что роднит ее с религией. Но магия обращается с ними точно так же, как она обращается с неодушевленными силами, то есть, вместо того чтобы, подобно религии, умилостивлять и умиротворять их, она их принуждает и заставляет».

 

Надо сказать, что ранние формы религии в древних обществах  Востока еще находились под сильным  влиянием предшествовавшего магического  мировоззрения. Читаем у Дж. Фрэзера: «Магия исходит из предположения, что все личные существа, будь они людьми или богами, в конечном итоге подчинены безличным силам, которые контролируют все, но из которых тем не менее может извлечь выгоду тот, кто знает, как ими манипулировать с помощью обрядов и колдовских чар. Например, в Древнем Египте колдуны считали, что они могут принуждать даже высших богов выполнять их приказания, и в случае неповиновения грозили им гибелью. Иногда колдун, не доходя до таких крайностей, заявлял в подобных случаях, что разбросает на все четыре стороны кости Осириса или, если тот будет упрямиться, разгласит посвященный ему священный миф. В Индии до настоящего времени великая троица индуизма - Брахма, Вишну и Шива - «подчиняется» брахманам, которые с помощью своих чар оказывают на самые могучие божества такое воздействие, что те вынуждены на небе и на земле смиренно выполнять приказания, которые их хозяевам-колдунам заблагорассудится отдать. В Индии имеет хождение поговорка: «Весь мир подчинен богам; боги подчинены чарам (мантрам); а чары - брахманам; поэтому брахманы - наши боги». Представители более древней ведической религии верили, что «боги рождаются из воздуха, выдыхаемого певцом» (Л. Мечников).

 

Действительно, с психологической  точки зрения, боги есть не что иное, как архетипы - всеобщие представления, первообразы (К.-Г. Юнг). Боги - олицетворения  универсальных переживаний Абсолютного, и их единственная доступная обозрению  обитель - душа человека.

Онтологизация богов, фантастические их проекции в трансцендентный мир совершаются религиями не только с целью удобства сакрального общения с ними верующих, но главным образом для возвышения их над людьми и придания статуса всемогущих существ. Однако некоторые национальные религии на стадии развития ранних цивилизаций проявляли явную непоследовательность в этом вопросе. Древние греки поселили богов на Олимпе и обращались с ними по-свойски. Они считали, что боги и богини могущественны, но не всесильны и, как и люди, находятся во власти безличной Судьбы - Ананке (или Логоса, Мирового закона). Прометей из одноименной трилогии Эсхила обращается при столкновении с Зевсом, как маг. Герой знает тайну гибели верховного бога и терпит великие страдания, не желая ее выдать:

• Я не отдам своей ужасной казни
• За счастье быть у Зевса на посылках.
• Уж лучше быть рабом моей скалы,
• Чем Зевсовым слугой любезноверным...
• Согласно художественно модифицированному мифу, Зевс примиряется с Прометеем и через него - с европейским человечеством, которое двигается в неизведанном направлении не по воле демиурга, а по собственному разумению (и, добавим, неразумению).

 

Магия породила мифологию, «незаконнорожденной» дочерью которой стала религия. В отличие от религии мифология сводит сверхъестественное к естественному, космическое к бытовому, непознаваемое к познаваемому. Любая религия, желая приблизиться к уровню человеческого понимания, пользуется услугами преображенной мифологии. Так, Старый и Новый Заветы насыщены космическими и прочими мифами и чудесами. Это характерно и для белорусской редакции христианства, в которой с помощью народного религиозного опыта и фольклора широко открываются двери для языческой мифологии.

 

В традиционной фольклорно-мифологической форме сознания современного человека сохраняются в модифицированном виде остатки постпервобытного паралогического  воззрения на мир, в котором помимо зримых, наблюдаемых явлений предполагаются еще какие-то таинственные превращения  чудесных форм и могучих энергий, подобных тем, которые когда-то грезились  итальянским гуманистам и художникам Возрождения. Э. Гарэн отмечает, что  Джордано Бруно называл мага мудрецом, умеющим действовать. И все же магия и мифология большей  частью за многие века переместились  в сферу художественной картины  мира (сравним оду И.В. Гете «Прометей» и творение Г.Р. Державина «Бог»). Первобытный человек, представитель архаической культуры, не рассуждая, верил в беспредельную действительность магии и мифологическую связь «всего со всем», взаимоперетекаемость всех зримых и незримых явлений. У современного человека аналогичное миропредставление по большей части укладывается в рамках художественно творимой эстетической гармонии, поэтической идеализации и соответствует принципу «оживляющей апперцепции» (В. Вундт).

 

Миф - это высшая форма архаического пралогического мышления, причудливо сочетающая фантастическое и реальное в первозданной картине мира. Миф - первичная форма протопонимания мира, включающая в себя зачаточные попытки объяснения происходящих в нем процессов. Функции мифа в первобытном обществе многоплановы: фантастическое объяснение первоначального устройства универсума; сакральное обоснование универсального порядка в обществе, его устоев, моральных норм; придание престижа незыблемым традициям; культовое подкрепление руководства практической деятельностью; самая ранняя форма накопления знаний. В мифах смешивались объективные и иллюзорные представления о «ближнем» и «дальнем» мирах. Это был способ чувственно-наглядного выражения магических верований с помощью повествования о ключевых моментах исторической жизни, о славном прошлом. Миф - иллюзионная история сообщества. Миф как антропофатическое мировоззрение, основанное на принципе одухотворения сущего, формировался в неразрывной связи с магией, оказывая вместе с ней влияние на генезис искусства.

 

Согласно мнению специалистов, магия и миф вырастают из синкретизма  первобытного мыследействия, отдельные  проявления которого можно наблюдать  в детском игровом творчестве. Обратимся снова к уже цитированной книге «Ранние формы искусства»: «Возникновение и расцвет мифа характерны именно для эпохи первобытного синкретизма. Магия - это практика синкретического сознания, тогда как миф - его теория. Лишь по мере общественного развития из этого сложного целого, отражающего синкретическое мировоззрение первобытного общества, постепенно разовьются, дифференцируясь, и собственно религия, и этика, и искусство, и наука, и обычное право...

 

Эволюция культуры... в  известной мере сводится к дифференциации, к расчленению первоначально  интегрированных форм и развитию дифференцирующихся функций. В основе их находятся, по выражению К.А. Тимирязева, «синтетические типы».

 

Синкретическое мышление, утрачиваемое человечеством в целом, сохраняется в детской психологии. Здесь, в мире детских представлений  и игр, еще можно обнаружить следы  давно минувших эпох. Не случайно и  художественное творчество ребенка... имеет особенности, сближающие его  с первобытным искусством». Ребенок верит в то, что в мире царит простота!

Первобытный «театр» был не только тренировкой удачной охоты, но и включал в себя специализированные магические обряды, также приноравливаемые к охотничьему успеху. На стенах пещер мы видим преимущественно изображения не случайных зверей, а тотемов или, по крайней мере, тех животных, которые вошли в мифологическую картину мира в качестве базисных символов. Женская статуэтка из стоянки Виллендорф (Австрия) - синтетический мифологический символ высшего разряда, ибо, как отмечает А.Д. Столяр, этот абстрактно-конкретный женский образ олицетворял родовую сущность женщины как первоисточника человеческих жизней и таинственную магическую связь с промысловым зверем - основным источником существования. Не случайно символо-образы зверя и женщины тесно скоррелированы в первобытном искусстве и ранней мифологической картине мира.

 

В первобытном обществе наиболее высоко ценились магически-обрядовые  действия, знаковые животные, предметы с символическими, тотемными изображениями, маги, вожди, родоначальницы семейных кланов, - все то, что входило в  первые мифологические повествования  и закладывало основу культуры. Это  и становилось основными предметами изображения в протосимволическом первобытном искусстве.

• первобытность фетишизм тотемизм религия

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

1.2 Эволюция искусства в каменном веке

Палеолит. Обычно авторы популярных пособий связывают отсчет развития первобытного искусства с началом верхнего палеолита (40-30 тыс. лет до н.э.), чему есть свои объяснения. Именно с этой стадии жизни первобытного общества, судя по раскопкам, начался процесс формирования дифференцированного искусства, прежде всего изобразительного. Последовательно возникли скульптура, рельеф, графика, рисунок, живопись (вначале безкомпозиционная, а затем сюжетная); появились знако-образные, или символические, структуры; в особую область выделился орнамент. Исследователи пишут о первобытном театре, синтезировавшем разновидности «охотничьей драмы», ритуального танца, инструментального и голосового сопровождения. Он выполнял поначалу функции тренировочной имитации охоты, магического вовлечения промысловых зверей в орбиту добывающей деятельности, а также применялся для выполнения обрядов посвящения представителей подросшего поколения в категорию охотников и полноправных членов родовой общины.

 

Виды искусства эволюционировали под воздействием медленно изменявшихся форм и операций практической деятельности и были тематически лимитированы доминантами коллективного сознания, регламентировались стереотипными  предписаниями родового опыта. От искусства  в первобытную эпоху требовалось  одно: создание серийных образцов коллективного  чувствования, мышления, действия, сводимых к принципу «поступай как все». Этим, быть может, грешит и современная «массовидная» культура: завлекательные шоу, профанные формы рекламы (которую канадский философ Х.-М. Мак-Люэн рискнул назвать «пещерным искусством XX в.»), шаблоны аудиовизуальной индустрии.

 

Однако дифференцированное первобытное искусство не возникло «из ничего». Оно имело предпосылки в так называемом предискусстве (специалисты окрестили его натуральной изобразительной практикой) и заключалось в составлении из отдельных костей зверя (медведя) праэстетически значимых конфигураций. Их сотнями складывали в особые каменные ящики - палеолитические «сейфы» - и помещали в пещеры.

 

Самое крупное «художественно-анималическое захоронение» такого типа было найдено в пещере Драхенлох (Швейцария). Вновь процитируем книгу «Ранние формы искусства»: «В таких особых пещерах, существовавших по всей зоне расселения неандертальцев в Европе - от Франции до Черноморского побережья Кавказа, - обнаружены кости от сотен убитых дегдерных медведей (в отдельных местонахождениях остатки соответствует 1000-1200 особям). Это главным образом черепа медведя и его конечности, специально доставляемые неандертальцами в определенные убежища... Первичный генезис «естественного» обозначения зверя его же характерными частями сейчас следует относить к ашелю - не только позднему... но и к раннему... Таким образом, зарождение «натурального» анимализма датируется древностью примерно в 200 тыс. лет. Апогей же его приходится на эпоху неандертальца...

 

Ухудшающиеся природные  условия мустьерского периода - времени  развития вюрмского оледенения - делали широкое освоение пещер под жилье  одним из важнейших условий жизненности  коллектива. Но значительная часть  пещер имела своего исконного  хозяина - чаще всего пещерного медведя. На этой почве развернулся многотысячелетний  поединок неандертальца с пещерным хищником... Коллективно-эмоциональный  характер каждого предприятия - постоянного  источника избыточных общих переживаний, связанных с темой зверя, - привел к возникновению ряда побочных, сопутствующих  явлений, относящихся уже к области  складывающейся идеологии... Они позволили  качественно обогащающемуся первобытному сознанию решить следующую вставшую перед ним задачу, а именно впервые  записать наипростейшим способом («экспонированием» и сохранением символических частей зверя) складывающиеся темы-доминанты, общественно закрепить и увековечить их. Подобные обрядовые материальные жертвы, приносимые неандертальцами своим социально-производственным чувствам и просыпающейся фантазии, исторически с лихвой себя окупили. Не только потому, что весь этот комплекс действий открыл для работы мысли совершенно новую сферу отвлечения и обогащения, но и в связи с рядом практических результатов (дополнительное сплочение коллектива, совершенствование координации, обогащение и отработка звуковой сигнализации, расширение возможностей общения и т.п.)».

 

Неандертальская пракультура, репрезентированная в данном случае «натуральным» анимализмом, охотничьей пантомимой и доречевым эмоционально-звуковым сопровождением, выделяла палеантропное сообщество из животного царства и поднимала его над последним. Гоминиды впервые ясно ощутили свое превосходство над самым сильным зверем, почувствовали себя «господами природы» (может быть, здесь находится исток первобытной магии) и посредством трудоемкой изобразительной деятельности, требующей «инженерного» искусства и широкой кооперации труда, создали каменные мемориалы поверженных хищников.

 

Очевидно, одним из побочных эффектов данной формы пракультуры (ритмичная пантомима сражения и  победы, звуковое сообщение о содеянном, его знаково-символическая репрезентация  пространственно-изобразительными формами) стало зарождение членораздельной  речи. Ряды пространственных, двигательных, звуковых ритмических членений игрового сюжета структурировали сообщение  о самом главном - о победе над  зверем.

 

Но для того чтобы получить и оформить речевым способом абстрактно-чувственное  понятие именно о данном виде зверя, его необходимо было представить  в качестве внешнего знака, обозримой  пространственной формы, более конкретной, конфигурированной. Так, уже в начале верхнего палеолита, в период ориньяка, возникла первобытная скульптура. Первые скульптуры лепились неоантропами в  натуральную величину из глины; каждая представляла собой своего рода макет  определенного зверя.

 

Примером может служить «медведь» из французской пещеры Монтеспан: на вылепленное из глины туловище насажен череп натурального зверя. На глиняном теле - следы от удара копий, а вокруг на песке - следы босых ног относительно небольших размеров. Очевидно, отмечает А.Д. Столяр, «медведь» использовался в обряде инициации подростков, упражнявшихся в магическом «умерщвлении» изображения. «Надо также отметить, что наблюдающаяся здесь связь изображения, по существу выполнявшего роль символической мишени в обряде, с разыгрывавшимся театрализованным действом, также уходящим глубокими корнями к стихийной пантомиме неандертальцев, убедительно свидетельствует о первоначально законном и обязательно слитном существовании зачатков изобразительного и выразительного творчества.

 

Натуральный макет оказался итогом начального изобразительного опыта  множества сменявшихся поколений, опыта, в котором за особыми действиями неотлучно, как тень, следовала специфически упражнявшаяся и логически развивавшаяся  мысль. Эта мысль по мере своего обогащения и «кристаллизации» в свою очередь эффективно стимулировала последовательно усложнявшиеся акции». По наблюдению А.Д. Столяра, в «глиняный период» появились лепные фигурки меньшей величины: до одного метра (лепная фигурка медведя из стоянки Долни-Вестонице) и более полутора метров (лепная фигурка хищника кошачьей породы из пещеры Монтеспан). Это свидетельствует о способности кроманьонцев создавать более отвлеченные, «иллюстративные» образы зверей разных видов. Затем для воспроизведения понятия-образа оказалось достаточно внешней пространственной формы, что отразилось в преобладании барельефов и барельефных композиций (налепленные на стены фигуры бизонов в пещере Тюк д'Одубер). Настала пора раннеориньякской графики (контурный рисунок лошади на глине в пещере Монтеспан); гравировка на камне развивала образно-абстрактные аспекты первобытного мышления. В итоге был открыт путь живописи - царице изобразительного искусства, незаменимой в плане развития возможностей свободной компоновки объемных изображений, а затем и создания жанровых композиций.