Лучшие образцы древнерусского зодчества

Лучшие образцы древнерусского зодчества

Оглавление:

1. Вступление.
2. Русское средневековье и храмовая архитектура.
3. Храмовая архитектура Киева.
4. Храмы Новгорода и Пскова.
5. Храмы Владимиро-Суздальской земли.
6. Раннемосковское зодчество.
7. Шатровое зодчество.

Под древнерусской историей мы обычно понимаем период X-XVI вв. Это само по себе уже вызывает несколько вопросов.

Во-первых, этот период логичнее называть не древним, а средневековым, разумея под древней дохристианскую историю. Во-вторых, не все исследователи согласны с верхней границей этого периода, относя сюда же XVII век. Нам все же представляется, что XVII век знаменует собой настолько радикальное изменение культуры, образа жизни, мышления людей (все это отразилось в архитектуре, и в храмовой в том числе), что его нужно считать отдельной эпохой. По-хорошему следует рассматривать отдельно и XVI век, но там не происходит такого значительного перелома мировоззрения.

Далее, не все согласятся с тем, что в X-XVI веках мы имеем дело только с одним архитектурным стилем: кто-то назовет самостоятельными стилями годуновский классицизм, шатровую готику, даже житийный стиль, рублевский стиль и т.д.; другие считают все явления в искусстве указанного периода на Руси единым древнерусским стилем. Опять же, кто-то пытается с разным успехом применить к древнерусской архитектуре общеевропейские понятия (готика, ренессанс и др.), а кто-то утверждает ее полностью самобытный характер.

Одни исследователи, рассматривая древнерусскую архитектуру, делят ее по периодам: архитектура предмонгольского периода, архитектура времен феодальной раздробленности, архитектура XIV-XV веков и т.д. Так, А. И. Некрасов разделил весь период на три эпохи (сложения, развития и зрелости), а внутри каждой эпохи выделил три стиля (в последней — четыре). Он также разработал  номенклатуру стилей, не получившую признания.

Другие предпочитают говорить об архитектуре отдельных регионов: киевской, владимиро-суздальской, псково-новгородской, московской, имея в виду, что в пределах одного региона памятники, допустим, XII и XV веков отличаются очень мало. (Если сравнить, к примеру, псковские Спасо-Преображенский собор Мирожского монастыря (1156) ицерковь Николы на Усохе (1536), то они очень похожи — а изначально были еще более похожи, поскольку Спасо-Преображенский собор позднее перестраивался. Кто-то из исследователей заметил, что различить XII и XVI век невозможно на глаз, а только на ощупь — более ранние памятники имеют неровную, щероховатую поверхность стен, как будто от руки вылепленную.) Соответственно, сторонники этой точки зрения рассматривают как отдельные стили региональные: стиль псковской архитектуры, новгородской архитектуры, раннемосковской, киевской и т.д. — естественно, что они могли друг на друга влиять, смешиваться, и уж конечно, были явления, не укладывающиеся в стилевые рамки данного региона. А то, что храмы разных веков все же различаются между собой, и является одним из главных признаков стиля: что он развивается во времени, проходит ряд этапов: зарождение — развитие — зрелость — упадок — исчезновение стиля. Признавая, что не все так просто, примем в данном случае именно эту точку зрения. Однако мы скажем, к какому стилю относят архитектуру того или иного периода сторонники деления древнерусской архитектуры по периодам и стилям, и перечислим основные особенности этих стилей.

Таким образом, здесь мы (очень кратко) рассмотрим то, что правильнее было бы называть совокупностью региональных стилей русского Средневековья. Только не стоит, говоря о Средневековье, приписывать ему эпитет "мрачное". Это буржуазные просветители, стремясь построить общество, основанное на принципах свободы, равенства, братства, осудили предшествующую эпоху, которая в действительности была одной из самых интересных в истории.

Русское Средневековье и храмовая архитектура

Жизнь средневекового человека тесно связана с землей. В его культуре широко развит эстетический момент. Это тип человека самодостаточного, цельного. В героическом эпосе, в былинах, перед нами сильные натуры, у которых слово не расходится с делом, они непосредственны, искренни; а чем больше человек имеет власти, тем больше он несет ответственности. Культура Средних веков основывается не на личности. Люди живут нормами, предназначенными для целого коллектива. Свобода — категория отрицательная, она понимается как своеволие. Эти особенности мышления и отразились в архитектуре, прежде всего храмовой.

В русском Средневековье происходят процессы, во многом сходные с европейскими. В Европе Средневековье начинается с разрушения памятников Античности — на Руси предано анафеме языческое искусство. Латинский язык остается в католической церкви языком богослужения — православное богослужение ведется на церковнославянском (видоизмененном старославянском) языке (это важно, так как культурные ценности предшествующих эпох оказываются доступны в первую очередь людям, близким к церкви). Христианство постепенно становится господствующей идеологией, причем как в Европе, так и в России этот процесс идет с юга на север.

Не является чисто нашей национальной особенностью то, что русское искусство Средневековья формировалось в столкновении двух укладов — патриархального и феодального, и двух религий — язычества и христианства. То же самое происходит и в Европе: двоеверие, особенно на севере и западе, постепенный переход языческих божеств в разряд низших, демонических (а у нас чаще святым приписывали функции старых богов).

Русское Средневековье начинается с крещения Руси. Трудно переоценить значение этого события. Вместе с христианством Русь приняла от Византии определенные основы культуры. В частности, новым государственным и идеологическим задачам стала отвечать каменная архитектура, образцы которой были взяты из Византии. Там был создан тип крестово-купольного храма, основа которого — прямоугольное помещение с четырьмя или более столбами в середине, членящими внутреннее пространство на девять частей. Центр храма — подкупольное пространство, куда свет проникает через окна в барабане. К подкупольному пространству примыкают ячейки, перекрытые цилиндрическими сводами, образующие крестообразную основу плана. Угловые части перекрываются куполами или цилиндрическими сводами. Все центральное пространство в плане образует крест. Купол появляется в Византии в юстинианский период, еще до крестовокупольности (София Константинопольская). Там же складывается система купола на парусах. С восточной стороны к зданию примыкают три граненые или полукруглые апсиды. В средней помещается алтарь. В западной части находится помещение второго яруса — хоры. Поперечное пространство в западной части называется притвором, нартексом.

Однако, опираясь на традиции византийского искусства, русские мастера создали собственное национальное искусство, свои формы храмов, стенные росписи и иконопись, которую не спутаешь с византийской, несмотря на общность иконографии.

Нельзя сказать, что на протяжении всех Средних веков мышление русского человека не менялось совершенно, о чем мы расскажем подробнее, рассматривая архитектуру соответствующих периодов.

Храмовая архитектура Киева

Сразу после крещения Руси Владимир начинает строительство храмов, и это преобразовывало весь строй городского пространства. Город и храм составляли единство, сакральную территорию, отмежеванную мощными укреплениями от хаоса языческого мира.

Киевские храмы строились из плинфы (плоский кирпич), светло-желтой и очень тонкой.

Возведенная в 989-996 годах Десятинная церковь (храм Успения Богородицы, не сохранилась) — первый известный нам русский каменный храм — вместе с княжеским двором была архитектурным центром Киева. Она являлась своеобразным символом церковной политики Владимира, частью ансамбля дворцовых зданий, воздвигнутого на Старокиевском холме. Основу церкви составляло здание с тремя апсидами с восточной стороны. Внутри его свод поддерживали три пары каменных столбов. С трех сторон с церкви примыкали галереи, расширенные в западной части. Здание было сложено из блоков, состоящих из тонких квадратных кирпичей, скрепленных раствором извести. Для отделки дверей применялся лекальный кирпич с закругленными углами. Церковь была украшена покрытой росписью штукатуркой и изразцами различной формы, сложенными в орнаментальные композиции. К северу и югу от церкви были открыты развалины больших дворцов. Образцом Десятинной церкви послужила Фаросская церковь Святой Богородицы Большого дворца в Константинополе, построенная Василием I Македонянином — основателем династии, к которой принадлежала жена Владимира и ее братья. Таким образом, Успенская церковь символически соединяла Киев с династической и церковной традицией Византии.

Активное храмовое строительство ведется в это время и в Чернигове. Обосновавшийся там Мстислав задумал придать Чернигову великолепие столицы. Он начинает строительство пышного дворцового комплекса, центром которого задуман огромный по тем временам Спасо-Преображенский собор. Это пятиглавый трехнефный трехапсидный крестово-купольный храм, возведенный приглашенными из Византии архитекторами; интерьер задумывался богато украшенным фресками, мозаикой, привозными мраморными колоннами, резными шиферными плитами. Собор предназначался для митрополита Руси. Планы Мстислава грозили Киеву утратой его главенствующего положения.

В ответ на это Ярослав разворачивает в Киеве строительство, значительно превосходящее черниговские масштабы. Это касается и перепланировки города, и создания мощных укреплений (на гражданском строительстве мы здесь не останавливаемся), и не в последнюю очередь возведения храмов. По словам С. Цветкова, "если Мстислав в своем стермлении превзойти дворцовый комплекс Владимира состязался, в сущности, с прошлым, то Ярослав созидал будущее… Обновленному городу Ярослав дал новое сердце, как в топографическом, так и в духовном смысле".

Речь идет о Софии Киевской (начало XII в.; по другим данным, строительство окончено в 1037 г.), призванной затмить величие Спасского собора в Чернигове. Это был пятинефный, пятиапсидный 13-купольный храм. Центральный купол, опирающийся на барабан, прорезанный 12 окнами, и 4 меньшие по размеру главы вокруг него освещают центральное пространство и главный алтарь, а самые маленькие боковые 8 глав — боковые пространства и огромные хоры. Храм был обнесен двухэтажной галереей. До нас он дошел перестроенным до неузнаваемости в формах украинского барокко, но представление об его архитектуре можно получить по похожей на него Софии Новгородской, а также Софии Полоцкой (середина XI в.).

Примерно в то же время строятся еще две каменные церкви, меньших размеров — Святого Георгия и надвратная Благовещенская над Золотыми воротами.

В целом пространственная организация Киева времен Ярослава должна была воплотить идею о странствующем граде ("перенос Иерусалима"), популярную на православном Востоке, согласно которой после того, как Иерусалим утратил свою роль в спасении человечества, сакральная столица мира переместилась в Константинополь, ставший теперь олицетворением Небесного Иерусалима (Юстиниан I в VI веке привел городскую структуру в соответствие с этой идеей: собор Софии Премудрости Божией в центре столицы, Золотые ворота, через которые в город должен войти Христос, и т.д.). Ярослав наделяет Киев чертами "нового Царьграда": строит собственные Золотые ворота, храм Святой Софии и вручает город покровительству Богородицы. Но он старается не подражать внешне Константинополю, а перенимать глубинную духовную символику. Вместе с тем сакрализация Киева преследовала и вполне определенную политическую цель: воспрепятствовать духовному росту Чернигова, куда предполагалось перенести митрополичью кафедру. Неизвестно, чем кончилось бы соперничество двух князей, не умри Мстислав в 1034 или 1036 году.

Вообще, очень многие храмы Киевской Руси были сильно перестроены, как София Киевская, или вообще не дошли до нас. Последнее относится к Успенскому собору Киево-Печерского монастыря (1073-1077), собору Михайловского Златоверхого монастыря (1108-1113). Из значительных памятников остались Спасо-Преображенский собор в Чернигове (1036), собор Выдубицкого монастыря (1070-1088), церковь Спаса на Берестове (середина XII в.).

Архитектуру этого периода, и не только киевскую, относят иногда к стилю монументального историзма, подразделяющемуся на архитектуру соборных и башнеобразных жанров. Для соборных жанров характерны многонефность, круговые галереи, равномерный ритм фасадных членений и закомар. Образность архитектуры величава, символика многосложна, функция — государственна. Начало этому жанру положил Спасо-Ефросиньевский монастырь в Полоцке (ок. 1160); его яркие представители — София Киевская, как и София Новгородская, владимирский Успенский собор; конец — Георгиевский собор в Юрьеве-Польском.

Башнеобразный жанр представлен небольшими четырехстолпными сооружениями без круговых галерей, без фасадных башен, как правило одноглавыми, имеющими сложные пучковые членения. Большое значение приобретает фасадный декор. Функция этих храмов — придворно-княжеская, образность — неканоническая.

К середине XII века Русь пришла в состояние раздробленности. Рост городов, ставших крупными экономическими и административными центрами, превращение вотчинных владений в независимые от великого князя оказывали влияние на обособление архитектурных школ. Ослабление Киевского княжества сказывается на общем строе архитектуры. Так, исчезает кладка со скрытым рядом, ставшие гладкими стены украшают аркатурные пояски, ленты поребрика, уступчивые порталы, кресты и треугольники на плоских лопатках. Здания иногда штукатурятся. Наряду с шестистолпными появляются четырехстолпные храмы, не имеющие с западной стороны нартекса. Вместо лестничных башен устраиваются лестницы в толще западной или северной стены. Хоры остаются только в западном нефе. Мозаики исчезают, остается только фресковая живопись.

Осенью 1240 года Киев был разрушен монголами, после чего начинается упадок Киева. Центр политической и экономической жизни Руси переместился на север.

В русле киевских традиций развивалось в середине второй половины XII века зодчество Чернигова, Переяславля, Волыни, Смоленска и Рязани. Дольше всего киевские традиции сохранялись в Чернигове. В XII веке на смену "полосатой" кладке приходит новая, порядовая равнослойная, из кирпича прямоугольной формы. Фасады скромно украшают аркатурными поясами, многоуступчатыми порталами и нишами. В черниговской церкви Параскевы Пятницы при помощи системы подпружных арок и ложных декоративных закомар был решен удивительной простоты архитектурный образ стремительного движения ввысь при сохранении традиционной схемы четырехстолпного трехапсидного храма. Храм является модификацией уже найденного образа нарастающего движения. Этот же принцип применен в смоленском соборе Архангела Михаила (80-90-е годы XII века), с его кубической формы основным зданием, как бы вознесенным над тремя притворами. устремленность ввысь подчеркнута пучковыми пилястрами сложного профиля. В Смоленске работали строители из Византии, Балкан, романского Запада. Такое же разнообразие контактов характерно и для галицко-волынской школы.

Свирская (Архангельская) церковь расположена на западной окраине Смоленска. Она возведена князем Давидом Ростиславичем в конце XII века. В тем времена она считалась самым изысканным и богато украшенным храмом на севере Руси. Динамическая устремленность вверх отличает Свирскую церковь от более ранних памятников. Эта особенность проявляется благодаря вертикализму форм, высоко поднятому барабану. Некоторые исследователи даже отмечают в ней готические черты. Впоследствии храм не раз перестраивался и все-таки дошел до нас почти в первозданном облике. Сохранились и фрагменты фресковой росписи XII века. Церковь Михаила Архангела начинает новый этап в смоленской архитектуре, и в городе один за другим появляются храмы, заимствующие ее конструктивную схему.

Храмы Новгорода и Пскова

Ранненовгородское строительство связано опять же с именем Ярослава, который больше интересовался Киевом, но тем не менее и в Новгороде строит ряд значительных храмов, включая Софию Новгородскую.

Особенности новгородской архитектуры — это особенности структуры и декора древнерусского храма: кубовидность, пятиглавие и одноглавие, луковичная и шлемовидная главы, трехлопастное завершение фасадов, украшение барабанов рядами арочек, треугольничков.

Новгородские церкви раннего, домонгольского периода зодчества относятся к XI — XII векам. В XII веке в городе не было выстроено ни одного каменного здания. Очевидно, это связано с ведущейся в это время борьбой с немецкими захватчиками. Более поздний период зодчества начинается с XIV века.

В Старой Ладоге (Георгиевский собор) вырабатываются принципы, которые воспримет Новгород. Это компактные сооружения с тремя пряслами, восемью окнами в барабане, постоянным набором декоративных элементов, изломом на углу.

К XI веку относятся первые каменные постройки Новгорода. Среди них Софийский собор, сооруженный в 1045 — 1050 годах теми же мастерами, что строили Софию Киевскую. Но Новгородская София проще и лаконичнее по своим формам. Это 5-купольный 5-нефный храм с широкой галереей и лишь одной лестничной башней; кладка используется византийская. От Софии Киевской новгородский храм отличается строгостью не только в экстерьере, но и во внутреннем убранстве, в котором не было ни мозаик, ни мрамора, ни шифера. Иной и строительный материал: вместо плинфы используется местный известняк, кирпич применен лишь в сводах и арках.

При сооружении церквей в Новгороде, как и в других городах, использовался белый строительный камень и плинчатый кирпич. В центре города вырос каменный кремль, включавший Софийский собор и ряд других каменных зданий. Около кремля находился торг, Ярославово дворище, вечевая площадь и дома иноземных и богатых новгородских купцов. Город окружали с севера и юга монастыри-крепости — Антониев и Юрьев.

Северо-Запад России в силу своего географического положения на окраине русских земель испытывал разнообразные художественные влияния. Начиная с XII века лицо Новгорода стал определять торгово-ремесленная среда. Княжеские вкусы проявляются в первых постройках начала XII века, возведенных мастером Петром: Благовещенском,Николо-Дворищенском и Георгиевском соборе Юрьева монастыря. Эпическая мощь, величие и простота конструктивного решения, монументальность форм, высота и неприступность стен.

Но типичным храмом феодальной поры становится небольшая кубической формы одноглавая церковь с одной или тремя апсидами, из которых две боковые бывают понижены, — например, как церковь Спаса на Нередице 1198 года, постороенная князем Ярославом Владимировичем на городище.

Ранненовгородские храмы грандиозны, торжественны и довольно сложны по своей конструкции. К домонгольскому периоду относятся остатки раскопанного административного и политического центра Новгорода — Ярославова дворища, где до XII века жили новгородские князья, а после того как им было запрещено жить в пределах города, стало собираться вече. В его ансамбль входят Николо-Дворищенский собор (1113), церковь Св. Жен-мироносиц (1508), церковь Св. Прокопия (1529), церковь Параскевы Пятницы на Торгу (1207).

Во второй половине XIII — начале XV века строятся в основном небольшие, четырехстолпные одноглавые храмы близкие к кубической формы, рассчитанные на небольшой приход. Декор их определяют купеческие вкусы. Фасады покрываются маленькими фигурными нишами, углублениями в форме розеток, выложенными из кирпича крестиками.

Например, церковь Петра и Павла в Кожевниках (1406) — одноглавая церковь купеческого типа, сложенная из крупного известняка и с кирпичным декором. Фасады имеют трехлопастное завершение, украшены бегунцом, нишами-розетками, аркатурным фризом, апсида декорирована вертикальными тягами-валиками.

В XIV-XV веках в архитектуре выделяются две стилистические линии, названные Грабарем аристократической и мужицкой. Их объединяет идея храма-дома (а не храма-Вселенной, как в монументальном историзме). Для князей это храм-дворец (Успенский собор в Звенигороде), для выдающихся пастырей — храм-мавзолей (Саввино-Сторожевский монастырь, Троице-Сергиева лавра), для бояр и купцов — храм-дом, храм-молельня (псково-новгродские храмы этого периода). Заземление функций сопровождается заметным упрощением объемов, нивелируются даже культовые признаки. Происходит сближение храма с человеком. Характерны расчленение фасадов на два яруса резными поясами, ориентация порталов на масштаб человеческой фигуры, появляются некоторые признаки ордерности. Эти храмы можно считать родоначальниками русского Предвозрождения. Некрасов назвал этот стиль "пластическим", Лихачев — "эмоционально-экспрессивным", или стилем "абстрактного психологизма" (имея в виду прежде всего, конечно, литературу, но характеристика стиля именно в том, что он проявляет себя во всех видах искусства). Для этого периода вообще характерно внимание к внутреннему миру человека, сознание бессилия выразить свои возвышенные представления, ирония над усилиями человека достичь недосягаемого, интерес к личной человеческой судьбе, эмоциональный субъективизм. Особенно это проявилось во внутреннем пространстве храма, где с появлением иконостаса исчезла прежняя вселенская открытость, но наметилось движение в сторону человеческого восприятия небесной иерархии — хотя все это происходит еще робко.

Псков первоначально входил в состав новгородских земель, затем в середине XIV века стал самостоятельной республикой и крупнейшей крепостью на западе Руси. В силу его географического положения там развивается в основном крепостное зодчество, но и каменных храмов строится немало. Тип псковской церкви сложился в течение XIV-XVI веков на основе греческих образцов. В плане он квадратный или прямоугольный. С выступами у восточной стены. Апсид, чаще всего три, они разновысоки, иногда асимметричны. Для большей устойчивости псковские мастера иногда заваливали внутрь построек стены или места их сопряжений. Псковский храм, как и новгородский, имеет одну главу и относительно небольшой, приземистый, обширный в нижней части, имеет подцерковья, подклети. Его особенность — полуцилиндрическая форма сводов, перекрытых отдельными кровельками ("на 16 скатов", позже число скатов сократили до восьми и четырех); основной объем обстроен множеством приделов, галерей, массивных крылец на столбах. Характерный конструктивный элемент — круглые столпы. Поверхности стен псковских храмов будто бы вылеплены от руки, у них небольшое количество архитектурных деталей — валиков, арок на апсидах, прямоугольных бровок; трехрядные пояса из квадратов и треугольников украшают карнизы купольных барабанов, апсидные карнизы тоже украшаются утопленным поясом из простых геометрических фигур. На алтарных апсидах — вертикальные валиковые разводы, соединенные сверху дугами. Иногда барабаны были украшены цветными изразцовыми поясами. Стены и внутренние столпы псковских храмов толще, чем у новгородских.

Около 1156 года за городской чертой возведен Спасо-Преображенский собор Мирожского монастыря — с сильно подчеркнутой крестово-купольной схемой плана, с массивным, несоразмерно тяжелым куполом на столь же широком барабане. Резко пониженные боковые апсиды, подчеркивающие центральное простанство, свидетельствуют об определенном греческом влиянии. На его связь с новгородскими традициями указывает строительный материал — плинфа, слои которой чередуются с кладкой из местного известняка. Первоначально храм имел в верхней части крестовообразную форму и позакомарное покрытие основного объема, пониженные западные углы имели плоские двускатные крыши. Но вскоре углы были надстроены, фасады выровнены по высоте. Разновысокие арочные деления на северном и южном фасадах соответствуют внутренним формам собора. Вершиной храма служит алтарная апсида — объемная, мощная, достигающая высоты основной стены. Опорных столбов храм не имеет, крупный барабан держится на стенах, опираясь северной стороной непосредственно на стену, а южной — на систему арок. Над узкими окнами у карниза купола выложен выступающий арочный пояс, глава — луковичной формы, несколько сплюснута.

Культурное возрождение, начавшееся в XIV веке, охватило Псков, Тверь, Москву, Новгород и другие города. На огромном пространстве Руси появляются однородные элементы в архитектуре каменных зданий. Но наиболее благоприятная почва сложилась в Новгороде. В это время там строится много церквей, простых по конструкции — четыре столба поддерживают единственный купол: церковь Успения на Волотовом поле, церковь Федора Стратилата на Торговой стороне, церковь Спаса Преображения на Ильине улице. Все они просты по архитектуре, сложены целиком из камня или камня и кирпича.

Церковь Николы на Усохе (1536) — образец псковской архитектуры XVI века. Это одноглавый четырехстолпный храм, с притвором рядом с северным приделом, над которым возвышается опирающаяся на центральную часть главной стены мощная звонница. На широком барабане придела крупная глава с жестяным покрытием; другая — с деревянным покрытием глава венчает основной храм. Верхний пояс обоих барабанов украшен традиционным псковским орнаментом. С южной стены к боковой апсиде примыкает часовня "Неугасимая свеча", названная так по постоянно горевшей перед иконой Николая Чудотворца в глубокой нише в северной стене свече или лампаде.

Похожа на этот храм церковь Василия на Горке, сооруженная, по одним сведениям, до 1413 года, по мнению других исследователей, в середине XVI века: та же общая конструктивная схема, тот же псковский орнамент из геометрических фигур, украшающий барабан и апсиды. В XIX веке храм был подновлен: выровнено позакомарное покрытие, растесаны окна двух апсид главного алтаря и северного придела, ликвидирована привходовая пристройка с запада, подобная часовне при церкви Николы на Усохе.

В XV-XVI веках псково-новгородские мастера становятся известны далеко за пределами своей земли, их приглашают на строительство во многие русские города, в том числе в Москву.

Храмы Владимиро-Суздальской земли

Владимиро-суздальские храмы были белокаменными. Самые древние из них отличались скромным декором: арочный поясок на апсидах и горизонтальная полочка-отлив посередине стен. Окна были узкие, напоминающие щели бойниц. С XII же века храмы начинают украшать белокаменной резьбой: иногда это фольклорные сюжеты, иногда — скифский "звериный стиль", а в некоторых случаях видны романские влияния.

Возвышение Владимира было связано с правлением Андрея Боголюбского, сына Юрия Долгорукого, строившего храмы не только из благочестивых соображений, но и из политических — чтобы показать, что его земля находится под особым покровительством небесных сил, превратить ее в Святую землю. По сути, он создавал во Владимире новый Киев.

В 1158 — 1164 годах закладывается собор Успения Богоматери. Он должен был стать оплотом будущей Владимирской митрополии, независимой от киевских духовных властей. Это большой одноглавый шестистолпный храм с примыкающими к нему с трех сторон притворами. В качестве материала использовались белокаменные блоки и туф. Андрей пожаловал собору десятую часть княжеских доходов, чем уподобил его киевской Десятинной (тоже Успенской) церкви. В конце XII века внешнее решение собора переделывается: он обстроен дополнительными галереями, стены растесаны и соединены с боковыми частями. Превращается из одноглавого в пятиглавый, главы расположены далеко друг от друга.

В 1164 году были возведены Золотые ворота с надвратной башней, увенчанной церковью Положения Риз; назначение их было двояким: парадным и декоративным. Расположены они при въезде с юго-запада на главную часть Владимира, выводившую к дворцово-храмовому ансамблю. Такая организация городского пространства восходила к богословским представлениям об идеальном Небесном Граде и являлась отличительной чертой двух столиц, претендовавших на роль Нового Иерусалима: Константинополя и Киева. Таким образом, Андрей Боголюбский, ставя свой город в тот же ряд, на языке архитектуры заявлял, что Владимир должен занять место "матери городов русских", больше не способной, по мнению Андрея, выполнять миссию Божьего Града в Русской земле.