Любовная лирика Фета

ГОУ СПО

Педагогический  колледж им. Н.К. Калугина г.Оренбурга

 

 

 

                                  РЕФЕРАТ

         Любовная лирика

           А.А. Фета

 

                                     

 

                                   

                                                        Выполнила:

                                                        студентка 13 группы Матюшина С.С

  Проверила: 

                                                        преподаватель Тюльманкова Н.А

  

                   

 

 

                 2011

                                            

             

 

 

               Содержание:

 

           Введение………………………………………………………3

1.Творческий путь А.Фета…………………………………....5

2.Особенности лирики А.Фета……………………………..10

3. История трагической любви в жизни поэта……………...19

4. Тема любви в лирике А.Фета……………………………...25

5. «Поэзия Фета - сама природа, зеркально                                                                           глядящая через человеческую душу...»…………………………….31

6.Заключение…………………………………………………..37

7.Список литературы………………………………………….39

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

                                                    Введение

 Афанасий Афанасьевич Фет (Шеншин) (1820-1892) – замечательный русский поэт, открывший совершенно новую страницу в истории русской поэзии. А.А Фет - утончённый лирик, наделенный исключительным чувством красоты и гениальным дарованием. Основное настроение поэзии Фета- настроение душевного подъема. Упоение природой, любовью, искусством, воспоминаниями, мечтами - главное эмоциональное содержание его стихотворений. Не сразу оценили его многие современники: насмешки, резкое неприятие, многочисленные пародии, отнюдь не безобидные, - вот шлейф литературного успеха Фета на протяжении всей жизни. Революционные демократы его не любили; им равно не нравились и его публицистические выступления, и его стихи. В поэзии его не было, правда, никакой политики, но именно это и раздражало сторонников полезного, гражданского искусства. Фет надолго стал символом свободного художника, равнодушного к больным современным проблемам. Высочайшим образом оценил поэта двадцатый век. Уже в самом начале века Фета называли "певцом молчания", «певцом неслышимого", новый читатель с упоением внимал фетовским строкам, что движутся "воздушной стопою", «едва произнесенные". "Вся мировая радость и сладость любви растворилась в утонченнейшую стихию и наполняет ароматными парами его страницы; вот почему от его стихотворений замирает сердце, “кружится голова”,- писал известный литературный критик К. Айхенвальд. Сегодня многие литературные критики сходятся во мнении, что А.Фет относился к поэтам-философам, в своём творчестве глубоко и самобытно осмысливающим жизнь. Поэзия Фета - одна из вершин русской лирики. Сейчас в этом вряд ли возможны сомнения. Но современники Фета оценивали его поэзию далеко не так высоко, как мы. Только один из них сказал о творческой силе Фета проникновенные слова, которые, наверное, многим тогда показались странными. Эти слова принадлежат величайшему поэту эпохи - Некрасову. Вот что он писал:

«Смело можем сказать, что человек, понимающий поэзию и охотно открывающий душу свою ее ощущениям, ни в одном русском авторе после Пушкина не почерпнет столько поэтического наслаждения, сколько доставит ему Фет. Из этого не следует, чтобы мы равняли Фета с Пушкиным; но мы положительно утверждаем, что Фет в доступной ему области поэзии такой, же господин, как Пушкин в своей, более обширной и многосторонней области».

Это было сказано в 1856 г. Позднее Некрасов так о поэзии Фета не написал бы и, можно думать, так ее уже не оценивал. Оценка поэзии Фета в литературном кругу, как мы увидим, резко менялась, но вне литературного круга Фет не был популярен на протяжении всего своего более чем полувекового творческого пути. В 1857 г., в пору апогея литературных успехов Фета, такой пропагандист его поэзии, как В. П. Боткин, писал: «Все журналы наши встретили книжку Фета сочувствием и похвалами, но, тем не менее, прислушиваясь к отзывам о ней публики не литературной, нельзя не заметить, что она как-то недоверчиво смотрит на эти похвалы: ей непонятно достоинство поэзии Фета. Словом, успех его, можно сказать, только литературный».

Но и в литературном кругу положение Фета резко изменилось в 60-е годы, в результате чего он оказался совсем оторванным от литературной жизни. Литературная карьера Фету совершенно не удалась, но это было лишь звено в цепи неудач и невзгод, преследовавших его с первых лет жизни. Уже самое рождение Фета произошло при обстоятельствах, грозивших ему большими бедами, которые затем и начали обрушиваться на него.

А вот любовная лирика Фета - самая откровенная страница его поэзии. Сердце поэта открыто, он не щадит его, и этот драматизм его стихов буквально потрясает, не смотря на то, что, как правило, кончаются они светло, мажорно. Стихи А. А. Фета любимы у нас в стране. Время безоговорочно подтвердило ценность его поэзии, показало, что она нужна нам, людям XX века, потому что задевает самые сокровенные струны души, открывает красоту окружающего мира.

 

 

                                                        1.

 

"Благословение" на  серьезную литературную работу Фету дал Гоголь, сказавший: "Это несомненное дарование".

«Вместо того чтобы ревностно ходить на лекции, я почти ежедневно писал  новые стихи», - вспоминал впоследствии Фет об этом времени.

Первый сборник стихотворений  Фета «Лирический пантеон» вышел в 1840 г. и получил одобрение Белинского, что вдохновило его на дальнейшее творчество. Девятнадцатилетнему поэту удалось выпустить книжку стихов, дав ей претенциозное заглавие «Лирический пантеон», автор укрылся за инициалами А. Ф.

Это типичный юношеский сборник - сборник перепевов. Во всяком случае, сборник Фета выделялся среди подобных ему юношеских сборников. Он был высоко оценен в «Отечественных записках», руководимых Белинским. Рецензент, естественно, нашел в книге «много недозрелого, неопытного: многое, что задумано верно, не нашло себе верного отзвука; иное неполно, другому недостает ровного колорита, а кое-что даже и вовсе бесцветно». В то же время отмечается «благородная простота», «особенная ловкость, оборотливость и даже грация в стихе», «изобразительность». Общий вывод: «...г. А. Ф. целою головою выше наших дюжинных стиходелателей». Еще до выхода «Лирического пантеона» Фет настойчиво старался завязать связи с журналами, но терпел неудачи, и лишь с конца 1841 г. его стихи стали постоянно печататься в журнале «Москвитянин», который с этого года начали издавать университетские профессора Фета Погодин и Шевырев. С середины 1842 г. Фет становится плодовитым сотрудником «Отечественных записок». За 1842 и 1843 гг. он напечатал в «Москвитянине» и в «Отечественных записках» 85 стихотворений. Фет быстро созрел: некоторые стихотворения, напечатанные в 1842 г., типичны для фетовской манеры и известны до сих пор в числе лучших произведений Фета. Талант молодого поэта ценил Белинский. «Из живущих в Москве поэтов всех даровитее г-н Фет», - пишет он в 1843 г. «Русская литература в 1844 году» он отмечает как выдающиеся стихотворение Фета «Колыбельная песня». Нельзя не обратить внимание на одновременное сотрудничество Фета в «Москвитянине» и в «Отечественных записках». «Москвитянин» был органом официальной идеологии, издавался в духе верности началам «самодержавия и православия». Идейным руководителем «Отечественных записок» был Белинский, и Фет печатался здесь в тот период, когда Белинский повел в журнале - в пределах цензурных возможностей - проповедь материализма и социализма.

Одновременное участие в реакционном  «Москвитянине» и в самом прогрессивном  журнале того времени — «Отечественных записках» говорит о политической индифферентности Фета. Все же симпатии его склонялись на сторону Белинского. Об этом свидетельствует стихотворный памфлет, написанный Фетом вместе с другим студентом. В 1842 г. реакционный поэт Михаил Дмитриев напечатал в «Москвитянине» своего рода стихотворный донос на Белинского под заглавием «К безыменному критику». Фет и его товарищи, втайне от руководителей «Москвитянина», написали ответ в виде пародии на стихотворение Дмитриева. Этот ответ дошел до Белинского. Стихотворение отражало тогдашние настроения Фета. Начало поэтической деятельности Фета пришлось на самый трагический период истории русской поэзии. И сразу сошли со сцены все видные поэты. Среди других поэтов своего поколения Фет, бесспорно, самый даровитый и значительный. 40-е годы, в особенности вторая их половина, и начало 50-х - это время резкого падения интереса и уважения к поэзии со стороны читателей, критиков, издателей и журнальных редакторов. В истории русской литературы не было периода, когда поэзия испытывала бы такое пренебрежение, как в эти годы. В печати эти сборники обсуждаются очень скупо, в критических обзорах поэзии почти не уделяется места. Стихов в журналах печатается все меньше, а с 1846—1847 по 1853 г. ведущие журналы вообще перестают печатать стихи, и книжки «Современника», «Отечественных записок», «Библиотеки для чтения» годами выходят без единого стихотворения. Поэты, возбудившие надежды в начале 40-х годов и оправдавшие их впоследствии, в это время почти совсем не печатаются. Стихотворения, датированные 40-ми годами, появляются в журналах или сразу в авторских сборниках уже в 50-е годы. Упадок интереса к поэзии как нельзя ярче сказался на судьбе стихов Фета. После многочисленных публикаций 1842 и 18.43 гг. наступает быстрый спад. В 1844 г. напечатано десять оригинальных стихотворений Фета и тринадцать од Горация в его переводе, в 1845 г. - пять стихотворений, в 1846 г. — шесть, в 1847 г. в журналах напечатаны три стихотворения, но случайные публикации в двух газетах дают еще одиннадцать стихотворений. В 1848 и 1849 гг. не печатается ни одного стихотворения Фета. В 1850 г. в периодических изданиях появляется пять его стихотворений, в 1851 г. - одно, в 1852 г. - два. Притом журнальные публикации 1846-1850 гг. - почти исключительно в журнале «Репертуар и пантеон». «Отечественные записки» за эти годы поместили два стихотворения Фета, «Москвитянин» - одно. Приходилось осознать, что самое дорогое на свете - поэзия - может только оставаться домашним занятием, но не опорой в жизни. Итак, надо было решать вопрос о дальнейшем жизненном пути. Решение на этот раз было принято другое: поступить на военную службу, но продолжал писать стихи. Через какую ломку, через какие мученья и униженья предстояло пройти - это не могло не быть ясным Фету. Не печатаемый в эти годы в журналах, Фет еще в 1847 г. составил сборник своих стихотворений. Выпустить книгу стихов в те годы, возможно, было только за свой счет: книгоиздатели такой товар не брали. Сборник Фета прошел цензуру в 1847 г., а издать его из-за безденежья и удаленности удалось лишь в 1850 г. «Я удивляюсь одному, - пишет Фет С. П. Шевыреву, - как при всех затруднениях, которые представляет мне литературный мир, я до сих пор не отказался от низкопоклонничества перед музами и Аполлоном». Теперь стихи писались все реже. Молодость проходила, талант как будто стал глохнуть. В атмосфере духовного одиночества тем дороже было для Фета знакомство с несколькими семействами помещиков, в которых его ценили как поэта. Дружбу с помещиком и третьестепенным поэтом А. Ф. Бржеским и его женой Фет сохранил на всю жизнь. В родственном Бржеским семействе Фет познакомился с дочерью отставного генерала, многодетного мелкого помещика Марией Козьминичной Лазич. Это была серьезная, сдержанная, прекрасно образованная девушка, отличная музыкантша, ценительница поэзии. Она увлеклась стихами Фета и безоглядно влюбилась в их автора. Любовь встретила взаимность, но не принесла счастья. Роман кончился разлукой, за которой вскоре последовала смерть Лазич, сгоревшей от неосторожно брошенной ею спички. Возможно, что это было замаскированное самоубийство. Воспоминание об этом трагическом романе во всю жизнь не утратило для Фета своей остроты, и ряд замечательных стихотворений связан с этим воспоминанием. После почти десятилетнего упадка интереса к поэзии наступил резкий перелом. Стихи снова заняли почетное место в журналах. С начала 1845 г. стихи хлынули на их страницы новым потоком. Номера журналов открываются и закрываются стихами. «Стихов, каких бы то ни было, но только стихов» — восклицают издатели журналов. В 1850 в журнале "Современник", хозяином которого стал Некрасов, публикуются стихотворения Фета, которые вызывают восхищение критиков всех направлений. Он был принят в среду известнейших писателей (Некрасов и Тургенев, Боткин и Дружинин и др.). Имя Фета, до той поры редко упоминавшееся в печати, начинает появляться в статьях, обзорах, хронике «Современника». С 1854 г. в журнале постоянно и обильно печатаются стихи Фета. Фет быстро сошелся с основным кругом сотрудников «Современника». Это - Некрасов, Панаев, Тургенев, Гончаров, Боткин, Анненков, Дружинин, позднее Лев Толстой становятся близкими знакомыми Фета. Особенно сблизился он в это время с Тургеневым, который стал для него главным литературным советчиком, критиком и руководителем. Тургенев в эту пору высоко ценил поэзию Фета. В 1855 г. Тургенев при участии Некрасова, Дружинина, Л. Толстого и других сотрудников «Современника» подготовил новое собрание стихотворений Фета, которое вышло в свет в следующем году. Из стихов предыдущего собрания многие не вошли в новое, многие подверглись коренной переработке. По количеству и радикальности изменений издание 1856 г. — редкое явление в истории литературы: из 182 стихотворений, входивших в издание 1850 г., в новое собрание было перенесено лишь 95, из них в прежнем виде 27, а в измененном — 68. Писатель пытается опереться на литературный труд, сделать его основным занятием. Он начинает профессионально заниматься стихотворными переводами с немецкого, французского, английского, польского, латинского языков, пишет и печатает статьи, очерки, рассказы, пишет поэмы. Хотя сам впоследствии признается, что «эпической жилки» в нем никогда не было. Во второй половине 50-х годов, по позднейшему выражению Фета, «литература настойчиво окружала» его «похвалами». Однако и в это время успех Фета был, собственно, успехом в литературном кругу. К концу 50-х годов признание Фета и в литературном кругу перестает быть единодушным. В. П. Боткин в статье о Фете. «Вечными» темами поэзии признавались, прежде всего темы природы и любви. Если в 50-е годы Фет печатался преимущественно в «Современнике», - в 60-е годы дальнейшее сотрудничество в этом журнале делается для него невозможным. Но к 60-м годам круг сотрудников «Современника» резко изменяется. В 60-е годы в «Современнике» уже больше не печатаются ни Толстой, ни Тургенев, ни Гончаров, ни Анненков, ни Боткин, ни Майков, ни Фет. В 1857 г. неудачность поэмы Фета «Две липки». В 1859 г. во втором номере журнала «Русское слово» Фет поместил статью «О стихотворениях Ф. Тютчева». Статья, заключающая резко отрицательную оценку переводческой работы Фета, написана в глумливом, оскорбительном тоне и явилась, очевидно, маневром новой редакции «Современника», рассчитанным на удаление Фета из журнала. В 1860 г. и «Русское слово» стало органом радикалов. «Русский вестник» неохотно печатает стихи Фета, так как консерваторов смущает их «непонятность», нетрадиционность. Фет пришел к заключению, что литературная карьера его кончена, и надо дать своей жизни новое направление. В 1862 г. Фет выступил в печати как помещик-публицист. В своих «Записках о вольнонаемном труде» и очерках «Из деревни», печатавшихся в «Русском вестнике», поэт пеняет на власти за то, что они якобы плохо защищают помещичью собственность и помещичьи интересы от крестьян и наемных рабочих. Эти очерки возбудили негодование всей передовой печати. Отпор, который был дан Фету, не ограничился его публицистикой. Когда в 1863 г. вышло двухтомное собрание стихотворений Фета, оно было встречено градом насмешек, пародий и оскорблений. После выхода нашумевших статей Фета такой тон в радикальной журналистике стал обычным. Больше всего занимаются Фетом поэты демократического сатирического журнала «Искра». Подведя в 1863 г. итог 25-летней поэтической работе двухтомным собранием стихотворений, писатель затем, можно сказать, ушел из литературы. Новых сборников в 60-е и 70-е годы он не издает. О нем скоро перестают писать, а если вспомнят к слову, то говорят как о поэте давно забытом. Трудный жизненный путь выработал в нем мрачный взгляд на жизнь и общество. Его сердце ожесточили удары судьбы, а его стремление компенсировать свои социальные нападки делало его тяжелым в общении человеком. Фет почти перестал писать. Вышедшее в 1863 г. собрание стихотворений, итоговое для первых двух десятилетий его литературной деятельности, не разошлось до самой его смерти. Свой последний сборник семидесятилетний поэт выпустил в шестистах экземплярах - тираж для маститого поэта крайне мизерный и по тому времени. Литературные связи распадаются. Творческая продуктивность Фета резко возрастает. Если в 60—70-е годы Фет писал в среднем 6 - 7 стихотворений в год (включая экспромты, шутки, письма в стихах), в 80-е годы число стихотворений поднимается до 21, а два предсмертных года - 1890 и 1891 - дают 25-36 стихотворений. Фет снова начинает печататься в журналах («Русский вестник», «Русское обозрение», «Нива») и, словно стремясь вознаградить себя за долгое молчание, через каждые два-три года выпускает новый сборник стихов - все под названием «Вечерние огни». Сборники рецензируются, и поэзия Фета снова начинает обсуждаться - поклонниками в восторженном тоне, противниками в умеренном. В конце 1870-х Фет с новой силой начал писать стихи. Сборнику стихотворений шестидесятитрехлетний поэт дал название «Вечерние огни» (Более трехсот стихотворений входят в пять выпусков, четыре из которых вышли в свет в 1883, 1885, 1888, 1891. Пятый выпуск поэт подготовил, но не успел издать.). В 1883 г. он выпустил своего рода «труд жизни». В последние семь лет жизни Фет выпустил в свет «Сатиры» Ювенала, «Стихотворения» Катулла, «Элегии» Тибулла, «Превращения» Овидия, «Элегии» Проперция, «Энеиду» Вергилия, «Сатиры» Персия, «Горшок» Плавта, «Эпиграммы» Марциала, «Скорби» Овидия. В 1890 г. появились два толстых тома мемуаров Фета «Мои воспоминания», а в 1893 г. - посмертно - третий том: «Ранние годы моей жизни». Свои книги Фет издавал сам; при его продуктивности он оказывался занятым почти непрерывной издательской деятельностью, тем более что некоторые переводы переиздавались. В глубокой старости Фет дважды заполнил «Альбом признаний» — книжечку с отпечатанными вопросами, на которые обычно дамы просили отвечать знакомых мужчин. На вопрос: «Самая тяжелая минута в вашей жизни?» — Фет оба раза ответил: «Когда узнал, что все мое достояние расхищено». А.Фет умер в 1892 г. от разрыва сердца. Вопрос о ценности писателя прошлого решает время. При жизни мало читаемый и чтимый, Фет для нас - один из значительнейших русских лириков. Фет сравнивал себя с угасшими звездами (стихотворение «Угасшим звездам»), но угасло много других звезд, а звезда поэзии Фета разгорается все ярче...

 

                                                      2.

 

Афанасий Афанасьевич Фет - не только великий, но и один из самых трудных для изучения русских поэтов. Его жизнь, полная драматизма и противоречий, отражена в его поэзии, ведь биография художника - это, прежде всего его стихи. Поэзия Фета - одна из вершин русской лирики. Стихотворения поэта о любви - это лирическая исповедь пылкого, взволнованного сердца. Душа лирического героя раскрывается перед нами, подобно прекрасному цветку, наполняя все вокруг теплотой, красотой, музыкой. Любовь возвышает и облагораживает человека, открывает в нем самое лучшее, самое чистое. И потому именно в любви человек - наиболее правдив и наиболее откровенен. Любовь героя позволяет нам лучше узнать и понять его, а стихотворения поэта о любви позволяют заглянуть в самую глубину его души:

Про певца по зарям  говорят,

Будто розу влюбленною трелью

Восхвалить неумолчно  он рад 

Над душистой ее колыбелью.

«Смело можем сказать, что человек, понимающий поэзию и охотно открывающий  душу свою ее ощущениям, ни в одном русском авторе после Пушкина не почерпнет столько поэтического наслаждения, сколько доставит ему г. Фет. Из этого не следует, чтобы мы равняли г. Фета с Пушкиным; но мы положительно утверждаем, что г. Фет в доступной ему области поэзии такой, же господин, как Пушкин в своей, более обширной и многосторонней области».

Рассыпался смехом ребенка,

Явно в душу мою  влюблены,

Пролетают прозрачно  и звонко

Надо мною блаженные  сны...

Сам Афанасий Афанасьевич называл  свои стихи “в растрепанном роде”. Да, они необычные, не совсем правильные грамматически, но мы к ним привыкли, они нам даже нравятся, более того, они стали классикой:

Я пришел к тебе с приветом,

Рассказать, что солнце встало,

Что оно горячим светом

По листам затрепетало;

Рассказать, что лес проснулся...

И весенней полон жаждой...

Рассказать, что отовсюду

На меня весельем веет...

Начало, да и все стихотворение  в целом настолько нетрадиционно, что, когда появилось в печати, критики назвали его поэтической  дерзостью. Но именно в этой оригинальности Фет видел свою близость природе. Эти неряшливые, “растрепанные” выражения создают не только неожиданные, но и яркие, волнующие образы. Поэт как бы импровизирует на глазах читателя, и это оказывает сильное художественное воздействие. Импровизационный характер лирики Фета был замечен уже его современниками. О нем писали, что “строгая художественная обработка не в свойстве таланта г. Фета. Как в лирическую минуту пьеса изливается из души его, такой она и остается; правда, что от этого происходит и изумительная свежесть и электризующее впечатление их”. Действительно, не иначе как импровизацией можно объяснить конец стихотворения:

...не знаю сам, что  буду 

Петь, — но только песня  зреет.

Это для Фета программные слова  выражение его общих взглядов на поэзию. С точки зрения развития русской поэзии фетовская поэтическая манера была важным открытием новых путей в искусстве слова.

Когда мои мечты за гранью прошлых дней

Найдут тебя опять  за дымкою туманной,

Я плачу сладостно, как  первый иудей 

На рубеже земли обетованной.

Не жаль мне детских  игр, не жаль мне тихих снов,

Тобой так сладостно  и больно возмущенных 

В те дни, как постигал я первую любовь

По бунту чувств неугомонных...

Поэт всегда придавал большое значение концовке, он считал, что в ней  должна сосредоточиваться вся сила стихотворения. Концовка должна быть такой, чтобы к ней нельзя было прибавить ни одного слова. Именно таково заключение “Я пришел к тебе с приветом” и многих других шедевров Афанасия Афанасьевича:

И как у розы молодой,

Рожденной раннею зарей,

Когда еще парящих  крыл

Полудня ветер не раскрыл,

И влажный вздох туман  ночной

Меж небом делит и  землей,

Росинка катится с  листа, -

Пусть будет песнь  твоя чиста.

Молодому Фету особенно удавались  стихи на античные темы. Стихотворение  “Диана” одно из лучших этого жанра. По своему характеру оно не похоже на предыдущие. Поэт больше всего боялся повторения самого себя.

Качнулся на воде богини ясный лик;

Я ждал, — она пойдет с колчаном и стрелами,

Молочной белизной, мелькая меж древами,

Взирать на сонный Рим, на вечный славы град...

В этом стихотворении автор выступает  как поэт-скульптор, живописец. Приблизительных  и “небрежных” слов в античном цикле нет. Они традиционны, поэтому  критикой были приняты восторженно. Некрасов писал:

 “Всякая похвала немеет перед высокой поэзией”. Фет говорит в “Диане” о великом творении скульптора, которое дало на века жизнь неживому. То же делает Фет. Он утверждает в вечности красоту реального и красоту искусства, поет гимн жизни прекрасного. Ощущение трепетности бытия -одно из главных качеств в произведениях Фета.

Шепот, робкое дыханье,

Трели соловья,

Серебро и колыханье 

Сонного ручья,

Свет ночной, ночные тени,

Тени без конца,

Ряд волшебных изменений 

Милого лица...

Это самое необычное произведение поэта. Оно поражает читателей благоуханной свежестью. Стихотворение построено из одних назывных предложений. Причем вещественным его никак не назовешь. Фет - великий мастер, который смог передать тончайшие оттенки настроения души, любовь и томление, сохранив стройность стиля высокой поэзии:

 

В дымных тучках пурпур розы,

Отблеск янтаря,

И лобзания, и слезы,

И заря, заря!..

 Стихотворение «Сияла ночь…»  – одно из лучших лирических  произведений Фета. Более того, это  один из лучших образцов русской  любовной лирики. Стихотворение посвящено молодой, обаятельной девушке, которая вошла в историю не только благодаря стихотворению Фета, он была одним из реальных прототипов толстовской Наташи Ростовой. Стихотворение Фета не о чувстве Фета к милой Танечке Берс, а о высокой человеческой любви. Как и вся истинная поэзия, поэзия Фета обобщает и возвышает, уводит во всеобщее – в большой человеческий мир. Стихотворение «Сияла ночь…» в восприятии читателя оказывается одновременно и воспоминанием. Каждое слово стихотворения говорит читателю о знакомом и близком – и говорит прекрасными, будто неведомыми словами. В лирических стихотворениях Фета незнакомое, единственное и неповторимое событие ощущается как знакомое, как близкое тебе, быть может, даже бывшее и с тобой. Это ощущение и составляет один из секретов того особенного, радостного и высокого воздействия, которое производит стихотворение на читателя. В стихотворении две основные темы – любовь и искусство. На эти темы написаны многие стихи Фета, можно сказать даже, что большинство его стихов. В лирической пьесе «Сияла ночь…» темы эти слиты воедино. Любовь для Фета – самое прекрасное в человеческой жизни. И искусство – самое прекрасное. Стихотворение – о вдвойне прекрасном, о самой полной красоте. Стихотворение написано шестистопным ямбом – одним из излюбленных размеров поэта. Это помогает здесь создать не только общий музыкальный тон, но и очень гибкую, с живыми переходами и движением, свободную речь, свободное повествование. Отчасти это получается благодаря паузам, которые возникают не в одном постоянном месте, а в разных местах – то здесь, то там, как в живой, ярко эмоциональной речи. В результате поэтический рассказ о сильном и живом чувстве сам исполнен жизни. Произведение это и очень живописное, и очень музыкальное. Одно у Фета тесно связано с другим. Музыкальность образа помогает ему быть живописным. Удивительно по яркой выразительности и зримости, наглядности уже само начало стихотворения. Та картина, которой открывается лирическая пьеса, ощутима чувствами и незабываема. Живо видишь затемненную гостиницу и за ее окнами сад – полный ночной свежести, лунного света и сияния. И слышишь музыку, тем более удивительную и поражающую наше воображение, что о музыке в первой строфе прямо ничего не говорится. Зато говорится о рояле: «Рояль был весь раскрыт, и струны в нем дрожали…» За этим образом мы видим не только сам рояль, но и слышим звуки, которые исходят из него. Замечательный фетовский образ воздействует на нас не только прямо, но и косвенно. Поэт рисует предмет и, подталкивая наше воображение, заставляет нас увидеть и услышать то, что с ним связано. Мы сами это услышали, поэт не говорил нам об этом – и мы благодарны ему, что он совершил такое чудо: заставил нас услышать, помог нам без прямых словесных обозначений. Фетовский образ воздействует на читателя с помощью особого звучания слов. Его стихам особую силу придает сочетание слов, комбинации гласных и согласных, аллитерация, внутреннее созвучие. Звуковые повторы присутствуют в стихотворении:

Сияла ночь. Луной был  полон сад. Лежали

Лучи у наших ног…

Стихотворение «Сияла ночь…», как  и многие стихотворения Фета, отличается стройностью тона и стройностью  композиции. Одно вытекает из другого, последующее продолжает и развивает  предыдущее. Лирическое повествование  идет с нарастанием: нарастает чувство. Такого рода стиховые композиции производят особенно сильное впечатление. Стихи точно разгоняются, внутренне накаляются – и соответственно накаляется, становится сильнее ответное читательское чувство. Стихи заражают читателя с каждым новым словом и новой строфой все больше и больше. Слова в фетовском стихотворении – движущиеся; движение слов и звуков происходит строго в одном направлении – к лирическому итогу:

Что нет обид судьбы и  сердца жгучей муки,

А жизни нет конца, и цели нет иной,

Как только веровать в рыдающие звуки,

Тебя любить, обнять и  плакать над тобой…

Последние четыре строки стихотворения – это и музыкальное, эмоциональное, и смысловое завершение стихотворения. Это последняя и высшая точка лирического сюжета. И это – слава и прекрасному в жизни, и прекрасному в искусстве.

Действительно, если приглядеться, то лирика Фета наполнена драматизмом, философской глубиной, которые всегда и отличали «больших» поэтов от авторов-однодневок. Одним из главных фетовских тем  является трагедия неразделённой любви. Стихотворения такой тематики раскрывают факты биографии Фета, точнее, то, что он пережил смерть любимой женщины. Стихотворения, относящиеся к этой теме, справедливо получили наименование «монологи к умершей».

Ты отстрадала, я ещё  страдаю

Сомнением мне суждено  дышать,

И трепещу, и сердцем  избегаю

Искать того, чего нельзя понять..

С этим трагическим мотивом  переплетаются и другие стихотворения  поэта, названия которых красноречиво говорят о тематике: «Смерть»», «Жизнь пронеслась без явного следа», «Проста во мгле воспоминаний...» Как видно, идиллия не просто «разбавлена» грустью поэта, она отсутствует вообще. Иллюзия благополучия создается стремлением поэта преодолеть страдания, растворить их в радости каждодневного бытия, добытой из боли, в гармонии окружающего мира. Поэт ликует вместе со всей природой после бури:

                       Былинки не найдёшь и не найдёшь куста,

                       Чтобы не плакал он и не  сиял от счастья...                      

В любви поэт находит  ту же полноту чувства жизни, что и в природе и в искусстве. Но любовное чувство изображается в стихах Фета так же фрагментарно, отрывочно, неопределённо, как и другие состояния души лирического героя. Миг, мгновение - вот художественное время любовной лирики Фета, причём часто эти мгновения принадлежат воспоминаниям, это - воскрешённое поэтом прошлое («Когда мои мечты за гранью прошлых дней...», 1844).

Не жизни жаль с томительным дыханьем, -

Что жизнь и смерть?

А жаль того огня,

Что просиял над целым мирозданьем,

И в ночь идёт, и плачет, уходя.

Взгляд Фета на природу  схож со взглядом Тютчева: главное в ней - движение, направление потока жизненной энергии, которая заряжает людей и их стихи. Фет писал Льву Николаевичу Толстому: «в художественном произведении напряжённость - великое дело». Неудивительно, что лирический сюжет Фета разворачивается во время наибольшего напряжения духовных сил человека. Стихотворение «На заре ты её не буди» демонстрирует именно такой момент» отражающий состояние героини:

                                   И чем ярче сияла луна,

                                   И чем звонче свистал соловей, 

                                   Всё бледней становилась она, 

                                   Сердце билось больней и больней.

  В созвучии с этим стихом - облик другой героини: «Ты пела до зари, в слезах изнемогая». Но самым ярким шедевром Фета, отобразившим внутреннее духовное событие в жизни человека-стихотворение «Шёпот, робкое дыханье...» В этом стихе - лирический сюжет, то есть на событийном уровне ничего не происходит, зато дана подробная развёртка чувств и переживаний героя, смена состояний влюблённой души, окрашивающее ночное свидание — а именно оно описано в стихотворении — в причудливые цвета. На фоне ночных теней блещет серебро тихого ручья, и чудесная ночная картина дополняется и изменением облика возлюбленной. Последняя строфа метафорически сложна, так как именно на неё приходится эмоциональная кульминация стихотворения:

                                   В дымных тучках пурпур розы,

                                   Отблеск янтаря,

                                   И лобзания, и слёзы, 

                                   И заря, заря!…

За этими неожиданными образами скрываются черты любимой, её уста, блеск её улыбки. Этим и другими свежий стихотворениями Фет пытается доказать, что поэзия является дерзостью, которая претендует на изменение привычного хода существования. В этом отношении показателен стих  «Одним толчком согнать ладью живую...». Его тема-природа вдохновения поэта. Творчество рассматривается как высокий взлёт, рывок, попытка достичь недостижимое. Фет прямо называет свои поэтические ориентиры:

                   

                    Тоскливый сон прервать единым звуком,

                    Упиться вдруг неведомым, родным,

                    Дать жизни вздох, дать сладость  тайным мукам...

Другая сверхзадача поэзии - закрепление  мира в вечности, отражение случайного, неуловимого («Чужое вмиг почувствовать  своим»). Но чтобы образы достигали  сознания читателя, нужна особая, не похожая, ни на что музыкальность. Фет применяет множество приёмов звукописи (аллитерация, ассонанс), и Чайковский даже сказал: «Фет в лучшие свои минуты переходит из пределов, указанных поэзией, и смело делает шаг в нашу область».

Любовь сродни к красоте, а у Фета эти два понятия сливаются воедино. Если человеческая душа способна любить, она прекрасна. Потому любовь, как и красота, не требует лишних слов. О ней не нужно кричать во всеуслышание. Достаточно нескольких еле уловимых штрихов - и все вокруг наполняется таинственным и волшебным светом. И сердца переполняются чувством красоты и любви:

…Заговорило, зацвело

Все, что вчера томилось немо,

И вздохи кеба принесло

Из растворенных врат Эдема.

А. Фет писал о любви так, как не писал никто - ни до него, ни после. У него предметы - не предметны, чувства - не названы. Они существуют не сами по себе, а как знаки неких тончайших душевных состояний. Поэт не говорит о любви прямо, а лишь несколькими штрихами, оттенками, намеками вызывает в душе читателей те ассоциации, которые связаны с этим великим чувством. Основная тема в произведениях Фета всегда развивается как бы «за словами», между строк. Это тончайшее чувство, невыразимое словами, невероятно сильное и интимное:

Какое счастие: и ночь, и мы одни!

Река - как зеркало и вся блестит  звездами;

А там-то… голову закинь-ка да взгляни:

Какая глубина и чистота над  нами!

О, называй меня безумным. Назови

Чем хочешь: в этот миг я разумом  слабею

Ив сердце чувствую такой прилив любви,

Что не могу молчать, не стану, не умею!

Да, А. Фет не мог молчать о том, что происходило в его живом, пылком сердце. Название одного из сборников его стихотворений - «Вечерние огни» - выражает то главное, что всегда больше всего волновало поэта. Это главное - тайна человеческого духа итого огня, который «сильней и ярче всей Вселенной». Именно любовь дает, по мнению автора, основную силу этому огню, снова и снова разжигая и постоянно поддерживая его жар:

Не жизни жаль с  томительным дыханьем.

Что жизнь и смерть? А жаль того огня,

Что просиял над целым мирозданьем,

И в ночь идет, и плачет, уходя. 

Как это часто бывает у Фета, здесь любовные переживания перекликаются с философскими размышлениями о смысле жизни, о сущности человеческой души, а также с утверждением единства ума, сердца и духа. В своих стихотворениях поэт воспроизводит самые разнообразные переживания и нюансы любовного чувства. Это и любовное томление, и радость встречи с любимой, и восторженное любование женщиной, и упоение красотой возлюбленной. Но это также и ревность, и горечь разлуки, и скорбь при воспоминании об утраченной любви, и раскаяние за ошибки, и страдание от безответности любовных переживаний, и предчувствие расставания:

Чем тоске, и не знаю, помочь;

Грудь прохлады, свежительной ищет,

Окна настежь, уснуть мне невмочь,

А в саду над ручьем во всю ночь

Соловей разливается-свищет.

На заре только клонит ко сну.

Но лишь яркий багрянец замечу

Разгорюсь - и опять  не усну.

Знать, в последний  встречаю весну

И тебя на земле уж не встречу.

Особое место в интимной лирике поэта занимает цикл стихотворений, посвященных Марии Лазич и наполненных горестным переживанием разлуки с ней и последующей утраты. Гибель любимой женщины многое перевернула в сознании поэта. Именно теперь к нему пришло более глубокое осознание любви - неповторимого и естественного чувства. Всю дальнейшую жизнь он продолжал вспоминать, говорить и петь об этой любви, выражать свои чувства в высоких, прекрасных, удивительных стихах:

Не избегай; я не молю

Ни слез, ни сердца тайной боли,

И повторять тебе: «люблю».

Хочу нестись к тебе, лететь,

Как волны по равнине  водной,

Поцеловать гранит холодный.

Поцеловать - и умереть!  

Эти стихотворения о любви так же разнообразны по форме и содержанию, как и выражаемые поэтом чувства. Здесь мы встречаем и любовную медитацию, и исповедь любящего сердца, и лирические послания, и возвышенные песни о любви, и романтические, грустные элегии. «У любви есть слова, те слова не умрут», - писал А. А. Фет. Эти слова живут в глубине любящего сердца. И услышать их может только сердце другого человека. Потому что, высказанные на бумаге, они словно теряют свою силу. Поэтому любовь в его произведениях еле уловима, она высока и прекрасна, чувственна и бессмертна. Она, как и сама человеческая душа, наполнена яркими красками, тончайшими оттенками. Она переменчивая и непредсказуемая, но всегда живая, сильная, заполняющая все жизненное пространство вокруг лирического героя и незаметно вовлекающая всех нас в это волшебное пространство. И какие бы изменения ни происходили в душевном состоянии героя и самого поэта, любовь - единственное чувство, которое никогда не исчезало и не проходило даже с гибелью любимой женщины. Не случайно уже на склоне лет, в одном из лучших своих стихотворений, Фет напишет:

Та трава, что вдали  на могиле твоей,

Здесь на сердце, чем старее оно, тем свежей…

Так что же нам явила лирика Фета? Он шел из тьмы смерти любимого человека к свету радости бытия, освещая  себе путь огнем и светом в своих  стихотворениях. За это его называют самым солнечным поэтом  русской  литературы (каждому известны строчки: «Я пришёл к тебе с приветом, рассказать, что солнце встало»). Фет не боится жизни после потрясений, он верит и хранит в себе веру в победу искусств над временем, в бессмертии прекрасного мгновения.

Стихотворения А. Фета - это чистая поэзия, в том смысле, что там нет ни капельки прозы. Обыкновенно он не воспевал жарких чувств, отчаяния, восторга, высоких мыслей, нет, он писал о самом простом - о картинах природы, о дожде, о снеге, о море, о горах, о лесе, о звездах, о самых простых движениях души, даже о минутных впечатлениях. Его поэзия радостна и светла, ей присуще чувство света и покоя. Даже о своей загубленной любви он пишет светло и спокойно, хотя его чувство глубоко и свежо, как в первые минуты. До конца жизни Фету не изменила радость, которой проникнуты почти все его стихи.Красота, естественность, искренность его поэзии доходят до полного совершенства, стих его изумительно выразителен, образен, музыкален. Недаром к его поэзии обращались и Чайковский, и Римский-Корсаков, и Балакирев, и Рахманинов, и другие композиторы.