Меоты - древние предки адыгов

Содержание 

      Введение

1. Меоты – кто они?
2. Культура меотов.
3. Система религиозных культов и верований меотов.
4. Письменность меотов.
5. Поселения меотов.
6. Синдо-меотская эпоха.
7. Меотские племена.
8. Меоты и кочевники.

     Заключение.

     Список литературы. 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

Введение

      Чтобы раскрыть в полном объеме сущность человеческой культуры, недостаточно изучения сегодняшнего состояния культуры народов. Необходимо  совершить экскурс  в историю становления народа. При этом необходимо исследовать, какое влияние оказывали на становление их культуры другие цивилизации.

      Более двух с половиной тысяч лет  назад степи берегов Черного  и Азовского морей населяли многочисленные и воинствующие народы. Кто они, как  выглядели, откуда пришли?

      На  все эти и другие вопросы сейчас может дать ответ археология. Древние жители этой земли бесследно растворились среди новых кочевников, нашествия которых, как волны, перекатывались через Северное Причерноморье.

      Среднее и нижнее течение реки Кубани, Восточное  Приазовье, Таманский полуостров и Закубанье занимали оседлые земледельческие племена, объединяемые общим названием — меоты.

     Меотами поэтому греки называли племена, жившие по берегам Азовского моря, а позже и все остальные  племена, близкородственные азовским по языку, религии и культуре и проживавшие на обширных кубанских просторах.  
 
 
 
 
 
 
 
 

1. Меоты – кто они?

      В первом тысячелетии до нашей эры  побережье Меотиды (Азовского моря), почти вся территория Северного  Кавказа, с прилегающими к ней  с севера равнинами населены родственными между собой народами. Эти народы - синды, зихи, псессы, дандарии, досхи, тореаты, абидиакены, арреахи, ахеи, мосхи, ситтакены, тарпеты, фатеи в летописях Древней Греции и Древнего Рима собирательно именуются maiotis (здесь и далее меоты). 
 Меоты - отличные мастера, среди них кузнецы, камнетесы, гончары, сапожники, портные, ювелиры. Представители каждого ремесла составляли родовое сословие. При этом было недопустимо, чтобы кто-то занимался не своим делом. 

Меоты - это коренное население Северо-Западного Кавказа, относившееся к кавказской языковой семье и являвшееся одним из отдаленных предков адыгов. Подтверждение этому мы находим как в археологических памятниках, так и в лингвистических данных - названиях племен, собственных именах, географических  названиях. 
 Еще большее значение имеют археологические материалы. Раскопки меотских городищ на территории Адыгеи (Тахтамукайское, Нововочепшийевское, хутора Красного) показали непрерывность развития меотской культуры вплоть до раннего средневековья включительно (VII-VII вв. до н.э.). 
 Правда, имеется иная точка зрения на происхождение меотов. Лингвист О. Н. Трубачев считает, что синды и меоты это праиндийцы с самостоятельным диалектом, являющиеся остатками индоарийцев на Северном Кавказе после ухода их основной массы на юго-восток.

     Меоты жили в горах и на равнинах Предкавказья. Меоты-горцы вели оседлый образ жизни и занимались главным образом земледелием. На равнинах меоты обычно вели полукочевой образ жизни и занимались преимущественно отгонным скотоводством. Важной отраслью хозяйства было рыболовство. Для рыбной ловли использовалась сеть, невод, крючковая снасть. 

     Меотидой  древние греки именовали Азовское море, и в переводе это означает «зловонная лужа». Нелестно; но, для  сравнения, название реки Абин в переводе с древнеадыгейского – «гиблое место»… (гипотеза, ныне опровергаемая. – А. Ж.). Последняя экспедиция школьного археологического кружка к городищу увенчалась успехом: найдено более 200 единиц подъёмного материала (попросту говоря – бусинок, черепков, костей рыбы и скота и тому подобное). И хотя общая масса находок довольно скромна (так, амфора сохранилась очень плохо и реставрации сама по себе не подлежит, разве что может быть восстановлена по образцам из других мест), по ним можно кое-что рассказать о жизни поселенцев.  
 Особо богатых среди них не было: отсутствует роскошно орнаментированная посуда, в то время считавшаяся показателем достатка и авторитета. Практически вся посуда (за исключением амфоры, о ней речь впереди) местного изготовления и очень проста. Очевидна удалённость поселения от культурных и экономических центров, в том числе Тамани, ибо, помимо прочего, отсутствует что-либо, указывающее на их посещение (то есть конская упряжь или фрагменты колёсного транспорта). Поселенцы жили тем, что разводили скот, охотились и ловили рыбу, о последнем говорит обнаруженное высохшее русло реки. Хотя рыбу могли покупать и у заезжих торговцев. Также найдено глиняное пряслице – грузик, придающий веретену силу инерционного вращения; значит, и прядильное ремесло было им знакомо.  
 Фрагменты жилищ свидетельствуют о том, что жили местные меоты в турлучных избах, строившихся на камышовых «сваях». Значит, случались тут и затопления.  
 Несмотря на скудость быта, торговые связи с «цивилизованным миром» существовали. Обнаружены две стеклянные бусины разной формы и цвета; одна из них определённо греческая (с Тамани), другая привезена купцами из Египта. Но главное богатство племени (или, по крайней мере, главное богатство археологической группы) – упомянутая выше амфора. Она-то и позволила примерно определить  год основания городища.  
 Произведена она в мастерской известного мастера Лина, клеймо которого хорошо сохранилось на черепке: имя (Λινου) и изображение виноградной лозы, – такой вот античный товарный знак. В других ближайших местностях Абинского и других районов найдено несколько амфор под тем же «брендом». Установить дату событий помогли эпонимы, написанные на другом боку каждой амфоры. Эпонимы – это имена людей (или богов), в честь которых названы, например, годы (как в наших случаях); здесь это правящие магистраты Астимед и Никасагор I. Правда, на амфоре из этого карьера эпоним прочитать не удалось – она очень плохо сохранилась. Но имя промышленника Лина оказалось достаточным. Установлено, что он работал в 200 – 170 г. до н. э. 

2. Культура  меотов

      Культура  меотов складывается на заре железного  века и продолжает развиваться на протяжении более чем десяти веков  под воздействием культур соседних народов и государств. Раскопки и  изучение найденных предметов быта, культуры на Новоджерелиевском городище (раданте, так называют это место местные жители) рассказывают нам о быте меотов. Меоты на протяжении всей истории находились а тесных взаимосвязях с кочевыми ираноязычными племенами, сначала с киммерийцами, затем со скифами и сарматама. Это подтверждается найденными предметами при раскопках могильников. Умерших хоронили скорченно на боку или вытянуто на спина. При погребении воинов клали наконечники копий, стрел, кинжалы, мечи, детали конской сбруи — удила, псалии. Все эти предметы экспонируются в музее истории и археологии станицы Новоджерелиевской.

      Формирование  меотской культуры происходило вероятней  всего на территории Северного Прикубанья в период VIII - VII веков до кашей  эры. В область Восточного Приазовья меотские племена пришли лишь во II веке до вашей Эры. Вдоль обоих берегов реки Кирпили (Малый Ромбит) меоты основали ряд поселений, которые тянулись от современной станицы Роговской до города Приморско-Ахтарска.

древнейшие  синдские племена занимались не только скотоводством и охотой, но даже античные авторы отмечают, что у тех синдов, которые проживали возле морей и рек, было развито рыболовство. Исследования ученых показывают, что у этих древних племен существовал некоторый культ рыбы.  Синды с III тысячелетия до н. э. начали заниматься гончарным производством, о чем свидетельствуют многочисленные материалы археологических раскопок в различных регионах Северного Кавказа – местах обитания синдо-меотских племен. Кроме этого, в Синдике существовало с древнейших времен и другое мастерство – выделка кости, камнерезное дело.

      Самых значительных успехов достигли предки адыгов и сам адыгский этнос в  земледелии, скотоводстве, садоводстве. Многие злаковые культуры: рожь, ячмень, пшеница и др.– были основными сельскохозяйственными культурами, которые выращивались ими испокон веков. Адыги вывели много сортов яблонь и груш. Наука садоводства сохранила около десяти названий черкесских (адыгских) сортов яблонь и столько же груши ¹⁷.

      Синды очень рано перешли к железу, к его получению и использованию. Железо совершило настоящую революцию  в жизни каждого народа, в том числе и предков адыгов – синдо-меотских племен. Железо на Северном Кавказе прочно входит в жизнь с  VIII в. до н. э. Среди народов Северного Кавказа, которые начали получать и использовать железо, одними из первых были синды. Об этом говорит тот факт, что античные авторы узнали синдов прежде всего как народ железного века. Недаром древние греки считали Кавказ родиной металлургии, а древних металлургов Кавказа – первыми в мире. Высокое мастерство в обработке цветных металлов могли развить только на основе богатого опыта своих предшественников, на ранее созданной материальной и технической базе.

      Помимо  вышеприведенных памятников древних  синдов, много интересного мы находим в их культуре. Это и оригинальные музыкальные инструменты из кости; примитивные, но характерные статуэтки, различная посуда, предметы утвари, оружие и многое др. Древние синды поклонялись Солнцу. При погребении вождей в курганах они строили большие круги из камня. Кроме этого у них в древности был обычай посыпания покойника красной краской – охрой. Это свидетельство поклонения Солнцу. Одним из значительных периодов развития древней Синдики, в том числе и ее культуры, является V в. до н. э., широкое развитие получают в Синдике земледелие и животноводство. Культура достигает высокого уровня развития. Расширяются торгово-экономические связи со многими народами, в том числе с греками.

 Имели  широкие связи со многими народами, в том числе с народами Грузии, Малой Азии и т. д., и на высоком уровне находилась торговля. Именно в эпоху железа она достигает наивысшего уровня своего развития.

3. Система религиозных культов и верований меотов 
    Для верований  меотов характерно обожествление сил природы, природных явлений, представляющихся меотам в виде бога солнца света, огня, бога дождя, грозы, бога леса, бога моря и других богов. Этим богам меоты приносили жертвы, сопровождаемые сложным ритуалом. 
    Были распространены разные магические обряды, осуществляемые старейшинами рода. Обряды состояли в произнесении особых заклинаний, приготовлении магических снадобий. Старший рода, наиболее искушенный в магических познаниях, погружался в транс, во время которого он "видел" события прошлого, настоящего, будущего, "разговаривал" с умершими родственниками, богами, испрашивал помощи или совета как поступить в том или ином случае 
    Состав меотского пантеона отличается большой сложностью и с трудом поддается всеобъемлющей классификации. Меотские боги могли олицетворять собою как природные и стихийные явления – боги неба, земли, солнца, огня, ветра, так и абстрактные понятия: гостеприимство, честность, верность традициям предков, верность клятве и т.д. Существовали так же боги покровители представителей каждого ремесла. 
    Очень важны для меотов были культы почитания умерших родственников и погребальные обряды. Тело помещали в яму в скорченном положении. В могилу опускали предметы, которые могли бы понадобиться умершему в стране мертвых. Туда же опускали погребальные дары от родных и односельчан умершего - посуду, оружие, одежду, украшения. Над захоронением производили земляную насыпь курган.  
    В течение определенного времени от нескольких недель до нескольких месяцев, в зависимости от того, к какому сословию принадлежал усопший, возле могилы проводились погребальные ритуалы. Меоты устраивали круговое шествие вокруг могилы, с ритуальными песнопениями, плачем, шумом, отгоняя злых духов. Для того чтобы напугать и отогнать злых духов, вокруг могилы устанавливали всевозможные "страшные" изображения хищников, фантасмагорических чудищ. 
    Главным богом меотов был бог солнца, огня, света, тепла. Эти явления меоты отождествляли между собой, и считали источником жизни на Земле, обожествляли их. Тело умершего они, как и народы майкопской, дольменной, северокавказской культур, посыпали красной краской - охрой, которая символизировала  огонь. 
   С эпохи раннего железа, благодаря древнегреческим и восточным письменным источникам, нам становятся известными названия племен и народностей, населявших степи Северного Причерноморья и Северо-Западный Кавказ. В степной полосе античные авторы называют киммерийцев, затем скифов и их восточных соседей - савроматов. Коренным населением Восточного Приазовья, Прикубанья и Закубанья (Адыгеи) были племена меотов, на Черноморском побережье Кавказа родственные им племена керкетов, торетов, ахеев, зихов. Термин "меоты" собирательный, объединяющий целый ряд более мелких племен. 
   П. У. Аутлев, исходя из материалов нартского эпоса, считает, что слово "меоты" в его полной форме "Мэутхъох" означало "море, которое мутнее". Предложенная интерпретация названия Азовского моря, как пишет П. У. Аутлев, проливает некоторый свет на вопрос о происхождении этнического наименования "меоты" и топонимического Мэутхъох. 
    Впервые меоты и синды упоминаются у древнегреческих авторов VI-V вв. до н. э. Более полные и обстоятельные сведения по истории, географии и этнографии Северо-Западного Кавказа имеются в труде греческого географа Страбона (жил на рубеже нашей эры). У Страбона имеется перечисление многочисленных меотских племен, причем к числу меотов он относит и синдов, а также племена Кавказского побережья. Описывая восточное побережье Меотиды, Страбон отмечает множество пунктов ловли рыбы, идущей на соление, а также Малый Ромбит и мыс с рыбными ловлями, где работают сами меоты. Малый Ромбит возможно отождествлять с рекой Кирпили, впадавшей в древности в Азовское море. 
    Кроме античных авторов названия местных племен сохранили для нас посвятительные надписи IV в. до н. э. с территории Боспорского государства. В них имеется перечисление меотских племен, находившихся в подчинении или зависимости от боспорских правителей. Это - синды, дандарии, тореты, псессы, фатеи, досхи. Локализация многочисленных меотских племен на современной карте не представляется возможным за НИ исключением синдов, которые жили в низовьях р. Кубани (на ее левобережье), на Таманском полуострове и Черноморском побережье до Анапы. Исследование археологических памятников показало, что меотские племена заселяли бассейн реки Кубани и ее нижнее и среднее течение, как правобережье, так и левобережье (Закубанье) до северных отрогов Кавказских гор. На севере, в степной полосе, они граничили с кочевыми племенами савроматов (сарматов).

           Меоты на протяжении своей истории неоднократно вступали в тесные взаимоотношения с кочевыми ираноязычными племенами. Сначала с киммерийцами, затем со скифами и, наконец, с сарматами. Киммерийцы были степняками-кочевниками, населявшими степные пространства Северного Причерноморья. Общепризнанным является пребывание киммерийцев и в степях правобережья Кубани. Отсюда киммерийцы двинулись через Закавказье в Переднюю и Малую Азию. Скифы вытеснили киммерийцев из степей Северного Причерноморья и вслед за ними проникли в Переднюю Азию. Походы скифов относятся к началу VII в. до н.э. Пробыв в Передней Азии около 90 лет, они вернулись на свою первоначальную родину. Скифы при своем возвращении могли задержаться на какой-то срок в Прикубанье. Это сказалось в предметах вооружения, в элементах звериного стиля. 

4. Письменность  синдо-меотских племен

      Исследования  специалистов показали, что у древних  синдов именно в период военной демократии появилась своя, пусть во многом примитивная, письменность. Так, в местах проживания синдо-меотских племен найдено  более 300 плиток из глины. Они были размером 14–16 см в длину и 10–12 см в ширину, толщиной около 2 см, были сделаны из серой глины, хорошо высушены, но не обожжены. Знаки на плитках загадочны и очень разнообразны.

      Специалист  по Древней Синдике Ю. С. Крушкол  отмечает, что трудно отказаться от предположения, что знаки на плитках являются зародышем письменности. Определенное сходство этих плиток с глиняными, тоже не обожженными, плитками ассирийско-вавилонской письменности подтверждает, что они являются памятниками письменности.¹⁹.Значительное число этих плиток найдено под г. Краснодаром – одном из районов проживания древних синдов.

      Помимо  Краснодарских плиток, учеными на Северном Кавказе обнаружен другой замечательный памятник древней  письменности – Майкопская надпись. Она относится ко II тысячелетию до н. э. и является самой древней на территории бывшего Советского Союза. Эта надпись была исследована крупным специалистом по восточным надписям профессором Г. Ф. Турчаниновым. Он доказал, что она является памятником псевдоиероглифического библского письма.

      Сходство  Краснодарских плиток с Майкопской надписью красноречиво свидетельствует о зарождении письменности у синдо-меотских племен – предков абхазо-адыгов еще во II тысячелетии до н. э. При этом следует отметить, что ученые обнаруживают некоторое сходство Майкопской надписи и Краснодарских плиток с хеттским иероглифическим письмом. 

      Одним из значительных литературных памятников по истории синдо-меотских племен является рассказ греческого писателя Полиена, который жил во II в. н. э., в эпоху  царствования Марка Аврелия. В своем  рассказе Полиен описал судьбу жены синдского царя Гекатея, меотянки по происхождению, Тиргатао. В период синдского рабовладельческого государства высокого уровня развития достигает строительное дело. Строились добротные дома, башни, широкие городские стены шириной более двух метров и многое другое. Но, к сожалению, эти города уже разрушены. Древняя Синдика в своем развитии испытала влияние не только Малой Азии, но и Греции. Влияние последних на уклад жизни, культуру синдо-меотских племен усилилось особенно после греческой колонизации синдского побережья.

      Самые ранние указания на греческие поселения  на Северном Кавказе относятся ко второй четверти VI в. до н. э., когда существовал  регулярный путь от Синопы и Трапезунда к Боспору Киммерийскому. В настоящее  время установлено, что почти все греческие колонии в Крыму возникали не на пустом месте, а там, где были поселения местных племен, т. е. синдов и меотов ²². Греческих городов в районе Причерноморья насчитывалось к V в. до н. э. более тридцати, собственно из которых было образовано Боспорское царство. Хотя Синдика формально включается в состав Боспорского царства и испытывает сильное влияние греческой цивилизации, автохтонная культура древних синдов, как материальная, так и духовная, развивалась и продолжала занимать видное место в жизни населения этой страны. Археологические материалы, найденные на территории синдо-меотских племен, красноречиво доказывают. что технология производства различных орудий труда, оружия, предметов из кости и др. сырья, многие памятники духовной культуры носят местный характер.

Однако  в большом количестве обнаружены и предметы, украшения не местного производства, что свидетельствует  о развитии торговли у синдов и  меотов с народами Египта, Сирии, Закавказья, Малой Азии, Греции, Рима и т д.

      Однако с наступлением кризиса в Боспорском царстве в первых веках нашей эры, куда входила и Синдика, наступает время упадка культуры синдов и меотов. Этому способствовали не только внутренние причины, но и в не меньшей мере и внешние. Со второго века нашей эры наблюдается сильный натиск сарматов в районы проживания меотов. А с конца II – начала III в. н. э. готские племена появляются севернее Дуная и границ Римской империи. Вскоре подвергся нападению готов и Танаис, один из северных городов Причерноморья, который был разгромлен в 40-х годах III в. н. э. После его падения Боспор подчиняется готам. После этого они разгромили Малую Азию – родину хаттов, после чего значительно сокращаются связи их потомков с синдами и меотами – родственными им племенами. С III в. готы нападают и на синдо-меотские племена, разрушается один из главных их центров – Горгиппия, затем и другие города. Но около 370 г. на Европу, и в первую очередь на Северное Причерноморье, вторглись гунны – азиатские племена. Они двигались из глубин Азии двумя волнами, вторая из которых прошла по территории синдов и меотов. Кочевники разрушали все на своем пути, местные племена были рассеяны, пришла в упадок и культура предков адыгов.

      В результате нашествия этих и других кочевых племен на Северный Кавказ не только приходит в упадок экономика и культура коренных народов, но разрушается естественный процесс их консолидации, они рассеиваются еще больше по всему региону. Надо полагать, что именно в III–IV вв. н . э. наблюдается еще большее размежевание тех племен и народов, которые имели единые корни своего происхождения, истории и культуры. Фактически они становятся обособленными друг от друга. 
 
 
 
 
 

5.   Поселения меотов

      Между поселениями существовала связь  с помощью костров и огромных зеркал. Таким образом они предупреждали жителей поселений о нашествии кочевых племен. Меотские городища располагались, как правило, на высоких террасах рек, часто занимая естественные отроги и мысы. Это характерно для Роговского и Новоджерелиевского городищ. Для городищ характерна холмообразная часть в центре поселения, окруженная рвом,

      С увеличением населения поселки  расширялись, строились внешние  укрепления — глинобитные высокие  стены со смотровыми башнями. Рвы, как  правило заполнялись водой. Сообщение  осуществлялось - через устроенные мосты через рвы. При раскопках Новоджерелиевского городища археологами обнаружены крепостные стены и третий ров, что говорит об активном разрастании поселка.

      Как в центре городища, так и за его  последующими рвами проявился культурный слой, состоящий из остатков жилищ, золы, бытового мусора. При раскопках открывались остатки камышово – глиняных стен, зерновых ям, керамической посуды.

      Раскопки  показали, что жилища меотов имели  округлую вытянутую форму и располагались  вдоль защитных стен. Стены жилищ выполнялись из глины, каркасом для которых использовался камыш, который обмазывался толстым слоем глины.  Крыши выполнялись из камыша и соломы, в центре жилища находился очаг. За внешними укреплениями городища располагалось кладбище рядовых общинников. Курганы, а их на территории нашего района очень много, как правило, имели округлую форму и принадлежали представителям родовой аристократии.  Такие захоронения сопровождались богатым инвентарем, жертвоприношением животных, а иногда и людей. 
 
 

6. Синдо-меотская эпоха

  Одно из заметных и героических мест в истории цивилизации предков абхазо-адыгов занимает синдо-меотская эпоха. Дело в том, что основной массив синдо-меотских племен в эпоху раннего железа занимали обширные территории Северо-Западного Кавказа, район бассейна реки Кубань. Древние античные авторы знали их под общим собирательным названием меоты. К числу меотов принадлежат синды, тореты, ахеи, зиги и др. По древним надписям, обнаруженным на территории бывшего Боспорского царства, к этим племенам относились также фатеи, псессы, дандарии, досхи, керкеты и др. Они все под общим названием меоты являются одними из предков адыгов.

      Древнее название Азовского моря – Меотида, Меотийское озеро, имеет прямое отношение  к меотам. По-адыгски это слово  звучит как «мэутхъох»; оно образовано из слов «утхъуа» – помутневшее, и «хы» – море, а дословно означает: «море, которое мутное».

      На  территории бывшего Советского Союза  не было более древнего, после Урарту, государства, чем Синдика. Оно было создано на нынешнем Северном Кавказе предками адыгов. Эта страна охватывала с севера на юг Таманский полуостров и часть Черноморского побережья до Геленджика, а с запада на восток – пространство от Черного моря до левобережья Кубани.

      Материалы археологических раскопок, проведенных  в различные периоды на территории Северного Кавказа, указывают на близость синдов и меотов и на то, что их и родственных им племен территория еще с III тысячелетия до н. э. распространялась до нынешних границ Кабардино-Балкарии с Чечней. Кроме этого, доказано: физический тип синдо-меотских племен не относится к типу скифосавроматского, а примыкает к исконному ти.   В междуречье Кубани и Лабы создается целая сеть военных укреплений, очевидно предназначенная для обороны от степных кочевников. Здесь же протянулись и курганы "Золотого кладбища", названного так по обилию найденных в них золотых украшений.

7. Меотские племена

      Впервые меоты и синды —одно из меотских племен — упоминаются древнегреческими авторами в VI —V веках до нашей эры (Гипатей Милетской, Геродот и другие). Более подробно о них сообщает в своем труде древнегреческий географ и историк Страбон живший на рубеже новой эры. Описывая Восточное побережье меотиды (Азовское море), Страбон отмечает множество пунктов ловли рыбы.

      По  словам Страбона, на всем этом побережье живут меоты, занимающиеся земледелием, но воинственностью не уступают другим племенам. Меоты разделяются на довольно многие племена, из которых ближайшие к Танаису (Дон) отличаются большей дикостью, а прилегающие к Боспору - более мягкими нравами. Названия меотских племен сохранились на каменных плитах с Боспорского царства IV—III вв. до н. э. Это синды, тереты, дандарии, досхи, псессы, фатеи, тирамбы, аспургане, агры, ареххи, цынги. Все эти и другие племена были в зависимости от правителей Боспора.

      В основном меотские племена — это  коренное население Северо-Западного  Кавказа, принадлежавшее к кавказской языковой семье. По данным ученых и  их исследований, меотов относят к  одним из отдаленных предков адыгов, что подтверждают имена сохранившихся на Боспорских каменных стенах (например, Баго, Дзадзу, Бленс и другие), которые бытуют у современных адыгов.

     Плаванием меоты объединен ряд племен (таких  как дандарии, досхи, синды, тарпеты  и др.), живших главным образом  на восточном побережье Азовского моря, которое древние греки наливали Меотидой. Близки к меотам были и синды, занимавшие Таманский полуостров. Меоты принадлежали к кавказской группе племен, и большинство исследователей считают их предками современных адыгов. 
 

8. Меоты и кочевники

      Основную массу меотского населения составляли земледельцы, жившие оседло в небольших поселках. Они сеяли пшеницу, просо, ячмень. Зерно хранили в специальных ямах. Муку изготовляли с помощью ручных приспособлений, основу которых составляли каменные жернова. Часть меотских племен вела кочевой образ жизни, занимаясь скотоводством. Так, в кургане возле аула Уляп рядом с останками вождя было обнаружено 500 погребальных лошадей. Жившие у Азовского моря и по берегам рек меоты занимались рыболовством. Ловили такую ценную рыбу, как осетр, судак, севрюга, сазан, сом. Для этого использовали сети, бронзовые и медные крючки. Подсобным занятием была охота на косуль, оленей, кабанов, зайцев.

    У оседлых племен было развито ремесленное  производство, особенно керамическое. На месте меотских поселений обнаружено много гончарных печей. Поражает обилие предметов, которые древние мастера изготовляли из глины. Это всевозможные кувшины, миски, бокалы, вазы, кружки, культовые статуэтки и др. Славились и меотские кузнецы. Из бронзы они делали воинские доспехи, зеркала, украшения, из железа - орудия труда и оружие. Были ещё плотники и столяры, кожевники и портные, косторезы и ювелиры. Женщины изготовляли полотно, о чем свидетельствуют найденные ткацкие станки.

    Большое значение для меотов имела торговля с соседними  племенами.  С образованием Боспорского государства в Северном Причерноморье в V в. до н. э. налаживаются активные торговые связи с его городами-колониями. Мало того, в районе нынешней станицы Елизаветинской возникает крупная боспорская фактория, которая более двух столетий была основным торговым пунктом, откуда боспорские товары шли к меотам. Боспорские купцы привозили разноцветные ткани, золотые и серебряные украшения, шлемы и панцири. Взамен они брали вяленую рыбу и хлеб, меха и кожи, рабов из военнопленных и красивых рабынь.

    Большинство меотов были свободными общинниками, подчинявшимися родо-племенной организации, но жившими  семьями. Развитие земледелия и скотоводства, торговли и ремесел приводило  к имущественному расслоению меотов. Выделялась зажиточная военная верхушка, которая объединялась вокруг наиболее авторитетного ее представителя - вождя. Вождь имел военную дружину, но при необходимости все мужчины-общинники становились воинами. Военнопленных не только продавали, но и использовали в качестве рабов в меотских семьях. Это была мягкая форма домашнего рабства. Раб нередко был на положении младшего члена семьи. Общественный строй у меотов представлял собой военную демократию, т. е. систему общественных отношений, переходную от родового строя к классово-государственному.

    Своего  государства меоты создать не успели. На рубеже П-Ш вв. н. э. под  натиском кочевников они вынуждены  были переселиться в Закубанье, где  смешались с другими племенами. Это, видимо, и создало предпосылки  для формирования новой этнической общности - адыгов.

    В период перехода от бронзовых орудий к железным в степях Причерноморья  появляются ираноязычные кочевники - киммерийцы. Однако здесь они пробыли недолго  и в IX-VIII вв. до н. э. были вытеснены  более многочисленными и сильными племенами скифов. Первые сведения о скифах известны от "отца истории" Геродота - древнегреческого ученого и путешественника V в. до н. э. Он привел две версии их появления в Северном Причерноморье. Первая состоит в том, что скифы жили здесь с незапамятных времен, т. е. были местными племенами. Вторая - что они вишли из Азии. Сегодня вторая версия считается предпочтительнее.

    Скифы представляли собой многочисленную группу племен, обитавших на громадной  территории от Кубани и Дона до Дуная. Они оставили существенный след на кубанской земле и оказали большое влияние на культуру местных племен. Основным плацдармом для их набегов на страны Закавказья и Азии в VII-VI вв. до н. э. было Закубанье.  Прекрасные конники и воины, на левобережье Кубани они имели богатые пастбища для выращивания и подготовки лошадей к далеким и трудным походам. Одни племена занимались земледелием и вели оседлый образ жизни, другие -скотоводством и поэтому кочевали вместе со своими стадами. Эти скифы-кочевники назывались царскими скифами, т. к. во главе их стояли наследственные вожди, которых греки именовали царями. На Кубани сохранилось немало скифских курганов, причем некоторые - в виде своеобразных курганных кладбищ (могильников). Так, возле станицы Келермесской (в 25 км от Майкопа) находятся 44 скифских кургана.

    Скифская  культура оказывала сильное влияние  на меотов. В меотских грунтовых  могильниках находят мечи, стрелы и другие предметы скифского типа. Для скифов было характерно изображение  зверей на сосудах, украшениях, оружии, и этот "звериный стиль" распространялся и в меотской среде. Не случайно древнегреческий географ Страбон, живший на рубеже нашей эры, даже относил скифов к меотам.

          В IV в. до н. э. в степях Прикубанья появляются новые ираноязычные кочевники - сарматы. Прикубанские сарматы больше известны  под именем сираков. Сиракский союз племен был настолько силен, что претенденты на боспорский престол нередко обращались к нему за помощью. Сираки уничтожили меотскую знать, первой выступившую со своими дружинами против кочевников, а на рядовых меотов наложили дань. В середине III в. до н. э. в борьбе С греческими городами Таманского полуострова складывается сирако-меотский военно-политический союз.  Он пополняется и усиливается за счет непрерывного потока кочевников-сарматов, прибывающих, в частности, с берегов Волги. Могущественный противник великого Рима боспорский царь Мит-ВИдат VI Евпатор предпочитал быть в дружбе с кубанскими племенами, используя сарматов и меотов в военных действиях против прославленных римских легионов.