Молодежная субкультура. 13

«Молодежная субкультура»

1.Понятие о субкультурах. Молодёжь  и культура.

 Субкультура: понятие, разновидности.

Субкультура - это особая сфера культуры, целостное суверенное образование внутри господствующей культуры, отличается собственным целостным  строем, обычаями, нормами. Культура любой  эпохи обладает относительной цельностью, но сама по себе она неоднородна. Внутри конкретной культуры городская среда отличается от деревенской, официальная - от народной, аристократическая - от демократической, христианская - от языческой, взрослая - от детской. Обществу грозит опасность разбиться на группы и атомы. Любая культурная эпоха предстает нам в виде сложного спектра культурных тенденций, стилей, традиций и манифестаций человеческого духа.

Даже в античной культуре, которая казалась Гельдермину однородной, Ницше разглядел противостояние аполлонического и дионисийского первоначал, "два действительных средоточия единого бытия", порождающие восхождения и спады потока жизни.

В культурной эпохе сосуществуют разные тенденции и образования, эзотерическое и профанное, элитарное и массовое, официальное и народное и т.д. Так, в средневековом миросозерцании и жизненном строе новое духовное, т.е. христианское начало, сосуществовало со старым, языческим.

В эпоху возрождения необозримый  мир смеховых форм карнавального  творчества противостоял официальной  и серьезной культуре средневековья. Народная культура представала в  предельном многообразии субкультурных феноменов, обладающих единым стилем и составляющих нечто относительно целостное - народно-смеховую, карнавальную культуру.

Культура различных эпох демонстрирует сложный спектр субкультурных феноменов. Отдельные отсеки как бы отгорожены от магистрального пути духовного творчества. В самом деле, какое отношение имеет карнавальная атмосфера мистерий, "праздники дураков", уличные шествия к прославлению турнирных победителей, посвящению в рыцари и т.д.? в сложном игровом социокультурном аспекте эти компоненты, как показывает Бахтин, взаимодействуют. Но официальная, серьезная культура определяет собой как бы главенствующее содержание эпохи. Она отделена от площадной культуры смеха. И за пределами эпохи Возрождения эта оппозиция официальной и народной культуры не исчезает. Культурное творчество при всей своей динамике вовсе не приводит к тому, что народная культура вдруг оказывается более значимой или определяющей доминантой эпохи. В этом смысле можно провести различие между контркультурой и субкультурой. Через них можно разглядеть механизмы социокультурной динамики.

Некоторые образования культуры отражают социальные или демократические  особенности ее развития. Внутри различных  общественных групп рождаются специфические  культурные феномены, они закреплены в особых чертах поведения людей, сознания, языка. По отношению к субкультурному явлению возникла характеристика особой ментальности как специфической настроенности определенных групп. Субкультурные образования в известной мере автономны, закрыты и не претендуют на то, чтобы заместить собою культуру, вытеснить ее как данность. Можно об особом кодексе правил и моральных норм внутри этноса. Цыгане, например, не считают зазорным воровать у "чужих", но такой поступок, совершенный внутри табора, оценивается как преступление. Здесь не практикуется также строго правовая жизнь. Судьбу человека, который нарушил заветы, решают старейшины, руководствуясь традициями и собственным разумением. Непочтительное отношение к старому человеку не будет воспринято на Кавказе как добродетель.

Среди заключенных, говорящих  на особом жаргоне, также складывается своеобразные стандарты поведения, типичные только для данной среды.

Подобного рода феномены мы называем субкультурой, это обозначение  фиксирует герметичность данного  явления. Цыгане вовсе не претендуют на всеобщность их жизненных и  практических установок, напротив, они  заинтересованы в том, чтобы сохранить  лишь собственные законы в противовес господствующей культуре, которую они  воспринимают как "чужую". То же самое  можно сказать и о криминальном мире. Смеховая карнавальная культура остается субкультурным образованием и вовсе не стремиться превратиться в официальную. Субкультура призвана держать социокультурные признаки в определенной изоляции от "иного" культурного слоя.

В современном мире примером субкультры можно считать религиозные секты. Эти культовые объединения нередко называются авторитарными, во главе сект обычно стоят харизматические лидеры, которые мнят себя пророками или даже божествами. Во многих сектах царят единомыслие, строжайшая дисциплина, дух свободного общества здесь зачастую утрачен. Однако, несмотря на жесткие меры, которые применяются к адептам "новых религий", прокурорские заключения и угрозы, многолетняя работа с культовыми объединениями не дала ощутимых результатов. Напротив, она нередко вызывает эффект бумеранга: сторонники эксцентрических верований предстают жертвами, мучениками, страдальцами.

Субкультурные тенденции в обществе вызваны к жизни стремлением официальной культуры заполнить собой все поры социального организма. Партийная идеология автоматически рождала дессидентство. Тотальный рационализм не может не вызвать аналогичную ответную реакцию.

Проблема субкультуры  рассматривается в культурологии в рамках концепции социализации. Предполагается, что приобщение к культурным стандартам, вхождение в мир господствующей культуры, адаптация к ней - процесс сложный и противоречивый, насыщенный психологическими и иными трудностями. Это и порождает особые жизненные устремления молодежи, которая из духовного фонда присваивает себе то, что отвечает ее жизненному порыву, ценностным исканиям.

Так, по мнению многих культурологов, рождаются определенные культурные циклы, обусловленные сменой поколений. Юношество воплощает в себе новую  историческую реальность, творит собственную  субкультуру, которая хоть и не вызывает немедленных ощутимых изменений  в магистральном пути культуры, вместе с тем влияет на многообразные  срезы культуры, моду, стиль жизни, поведения и в целом на стиль  культурной эпохи.

Контркультура - понятие в  современной культурологии и социологии, используется для обозначения социокультурных установок, противостоящих фундаментальным принципам, господствующим в конкретной культуре, а также отождествляется с молодежными субкультурами 60х гг., отражающих критическое отношение к современной культуре и отвержение ее как "культуры отцов".

1. КУЛЬТУРА МОЛОДЕЖИ, ИЛИ  МОЛОДЕЖНАЯ КУЛЬТУРА

Слово «культура» происходит от латинского «культивировать» или  «возделывать», и именно в таком  понимании («искусство земледелия») оно  употреблялось до начала XVIII в. Позже  его стали относить и к людям, отличавшимися изящными манерами, начитанностью, музыкальностью и т.п. В обыденной лексике, на уровне массового сознания, «культура» и по сей день ассоциируется с хорошим воспитанием, посещением театров и музеев, художественной эрудицией.

Как социальная группа молодежь в контексте культурного уровня выступает следующим образом. Молодежь - это социальная возрастная группа молодых людей (иногда до 30 лет), с  одной стороны они несут в  себе результаты влияние различных  факторов, в целом представляют собой  сформированные личности, а с другой стороны - их ценности остаются гибкими, подверженными различным влиянием. Жизненный опыт этой группы не богат, представление о морально-этических ценностях часто окончательно не определены. Сегодня юноша рано перестает быть ребенком (по своему физиологическому развитию), но по социальному статусу еще долгое время не принадлежит миру взрослых. Юношеский возраст - время, когда экономическая активность и самостоятельность еще не достигнуты в полном объеме. Психологически молодежь относится к миру взрослых, а социологически - к миру отрочества. Если в смысле насыщения знаниями человек созревает гораздо раньше, то в смысле положения в обществе, возможности сказать свое слово - зрелость ею отодвигается. «Молодежь» как феномен и социологическая категория, рожденная индустриальным обществом, характеризуется психологической зрелостью при отсутствии весомого участия в институтах взрослых.

Современная российская культура, как на институциональном, так и  на субъектно-деятельностном уровне сегодня находится в кризисном состоянии, как и само общество. С одной стороны, значимость культурного развития населения для успешной реализации социальных проектов и выхода из кризиса не в полной мере осознается органами управления, с другой - коммерциализация культурного процесса, все более заметный отход от норм и ценностей «высокой» культуры к усредненным образцам агрессивной массовой культуры, наиболее явственно проявляющийся в электронных средствах массовой информации, также не может не отразится на системе установок, ориентаций и культурных идеалов молодого человека.

Юношеский возраст, а в  какой-то мере и весь период взросления отличают черты порывистости, неустойчивости желаний, нетерпимости, дерзости, усугубляемые переживаниями амбивалентности  социального статуса (уже не ребенок, еще не взрослый). именно эта специфика приводит юношей в однородные по возрасту и социальной принадлежности группы сверстников, которые удовлетворяют типичные юношеские потребности в стиле поведения, моде, досуге, межличностном общении. группы сверстников выполняют социально-психологическую терапевтическую функцию - преодоления социального отчуждения. естественно, в подобных группах складываются собственные культурные нормы и установки, обусловленные в первую очередь эмоционально-чувственным восприятием действительности и юношеским нонконформизмом.

Тем не менее, некоторые стабильные, неизменные черты молодежной культуры существуют, хотя каждое новое поколение  молодежи вступает в жизнь с несколько  иным отношением к культуре общества и собственным культурным поведением и самовыражением.

Молодому человеку в силу его возрастных и общепсихологических  особенностей свойственно, прежде своего, эмоционально-чувственное отношение  к культуре в целом и к художественной в частности. Молодой человек стремится к глубокому личностному восприятию художественной информации, когда он как бы идентифицирует себя с героями произведений, переносит на самого себя события, происходящие с ними, наяву переживает иллюзорную жизнь созданных воображением автора персонажей.

Итак, молодежную культуру как  культуру определенной возрастной группы характеризует эмоционально-нравственное самоутверждение молодежи наряду с  поисками развлекательного содержания, под воздействием групповых стереотипов  отношений, установок и интересов.

Достижения и потери мировой  культуры в период западноевропейской колонизации мира (16-19 вв.).

3. Достижения и потери  мировой культуры в период  западноевропейской колонизации  мира.

 Процесс взаимодействия  культур начался много тысячелетий  назад, но сейчас, в эпоху глобализации, он принял масштабный и всеохватный  характер. И если бы подобное  взаимодействие всегда протекало  бесконфликтно, то наша история  не знала бы войн, распрей, ужасов  колониализма и геноцида. Можно  выделить множество форм взаимоотношения  культур и практически все  они в той или иной степени  сопряжены с насилием.

 Война, геноцид относятся  к наиболее очевидным по разрушительным  последствиям фактам. Наименее очевидно  разрушительное воздействие таких  процессов как, например, модернизация  и вестернизация.

 Колонизация - это навязывание  иммигрантами своих культурных  ценностей, норм, языка местным  жителям. В случае колонизации  стиль потребления привносится  на новую почву и становится  доминирующим либо в стране  в целом, либо в отдельных  группах населения. Классическим  примером культурной колонизации  стало создание империй западноевропейских  стран в Азии и Африке, сопровождавшееся  насаждением там элементов европейской  культуры.

 Можно с уверенностью  констатировать, что колонизация  одной культуры другой представляет  собой акт насилия, ибо «активное  навязывание» чуждых ценностей  есть ничто иное, как насилие. Но важно знать, всегда ли колонизация имеет отрицательные последствия, или она иногда бывает благом.

 Пожалуй, наиболее удачным  в этом смысле примером является  Южно-Африканская Республика, в которой  наблюдаются достаточно развитые  институты демократии и рыночная  экономика. Но подобной ситуации  долгое время предшествовала  эпоха колонизации и апартеида.  Поэтому данный пример является  скорее исключением, чем правилом. В целом же модернизация по  западноевропейскому наиболее успешно прошла в Восточной Европе, где наблюдается большая родственность культур.

 С колониального освоения  африканского побережья были  начаты в свое время поиски  путей в Индию. Стоянки-форпосты, которые сооружались вдоль этого  долгого пути на африканской  земле, со временем становились  опорными пунктами самостоятельного  значения, т. е. исходными точками  для развития колониальной торговли, особенно работорговли в Тропической  Африке.

 Однако, в XIX в. картина стала быстро меняться. Торговый колониализм трансформировался в промышленный; на смену работорговцам пришли заинтересованные в сбыте фабричных товаров и эксплуатации богатых природных ресурсов Африки европейские капиталисты. XIX век в истории Африки - время острого соперничества держав, особенно Англии и Франции, в попытках обогнать друг друга и захватить как можно больше.

 Далеко не всегда  захваты такого рода были экономически  обоснованными с точки зрения  того самого капитализма, интересы  которого диктовали приобретение  новых колоний и рынков сбыта. 

 В конечном счете речь шла именно о том, чтобы, не вдаваясь в мелочные расчеты, приобрести как можно больше чужой земли. Считалось само собой разумеющимся, что рано или поздно эти приобретения окупятся с лихвой, что впоследствии и произошло, не говоря уже о том, что успех или хотя бы соучастие в этой гонке было делом престижа для европейских стран. Вообще же на долю других - Германии, Италии, Бельгии, Португалии, Испании - досталось не слишком много.

 Открытие алмазных  россыпей вызвало в стране  алмазную лихорадку, способствовало  притоку старателей со всего  мира и быстрому экономическому  развитию юга Африки.

 Вторым столь же  мощным толчком для развития  послужило открытие золота, где  быстро вырос центр золотоискателей  Йоханнесбург. Южная Африка быстро  становилась одним из промышленных  центров мира. Строились города, железные дороги, возникали многочисленные  предприятия, развивалась сфера  обслуживания. Резко возрастала  численность рабочих как из  числа приезжих европейцев, так  из среды законтрактованных африканцев, создавались мощные капиталистические компании. Плантационное хозяйство было связано с выращиванием сахарного тростника, кофе, развивались горнодобывающие промыслы (алмазы, марганцевая и железная руда).

 Колонизация Южной  Африки и создание Южно-Африканского  Союза как многорассового государства с политическо-правовым и социально-экономическим превосходством европейского населения - явление уникальное не только в Африке, но и вообще в мире.

 Есть и совершенно  неудачные примеры колонизации,  как, например, в большинстве стран  Африки, когда старые социокультурные институты были разрушены, а построение новых потерпело фиаско.

 Насильственные меры, как в странах Африки и, отчасти,  в нашей стране, обычно отражается  пагубными последствиями.

 Колониализм обычно  объясняют нехваткой жизненного  пространства или жизненных ресурсов. Обычно колонизация одной культурой  другой сопровождается эксплуатацией  ресурсов колонизированной культуры. Этот процесс очень хорошо  виден сегодня на примере транснациональных  корпораций, головные офисы которых  размещаются в развитых странах,  а производства — в тех странах,  где можно обеспечить дешевое  сырье и рабочую силу. Но взятые  ресурсы можно восполнить, а возможно  — и нет. В первом случае  имеет место взаимообмен, аккультурация,  а во втором — безудержная  эксплуатация колонизированной  культуры, которая может вызвать  ее разрушение.

 О колонизации можно  вести речь тогда, когда представители  чужой культуры, прибыв в страну, активно навязывают населению  свои собственные ценности, нормы  и модели поведения. В таком  случае под колонизацией следует  понимать самый широкий спектр  явлений, включая внедрение транснациональной  корпорацией в какую-либо иную  страну чуждые ей технологии.

 Думается, что исторические  примеры все скажут лучше теоретических  рассуждений. Если вспомнить ситуацию  в той же Африке, то после  ухода оттуда европейцев, начался  процесс деградации общества  и откат к первобытнообщинным  отношениям.

 Для всех стран Южной  и Юго-Восточной Азии было характерно  ожесточенное сопротивление традиционной  культуры колониализму, завершившейся  в итоге деколонизацией и достижением  политической независимости. Конечно,  это случайно. Географическая близость  и природно-климатическое сходство  стран, и наличие в них тех  продуктов и ресурсов, в которых  остро нуждались колонизаторы, во многом объясняют причины, по которым они оказались первым страстно желанным объектом вторжения колониального капитала.

 Цивилизационный фундамент стран, формировавшийся веками и тысячелетиями, господство сложившегося образа жизни, привычных стереотипов поведения, устойчивых систем нравственных ценностей, генеральных мировоззренческих принципов и установок.

 Цивилизационный фундамент любого общества опирается, как правило, на религию, являющуюся его главной и определяющей основой, которая стала испытывать нажим на нее со стороны внешних сил. Именно с такого рода ситуацией мы имеем дело в период колониализма. Фундамент стран был заложен в древности и связан с ведической культурой древней Индии. Речь идет об индуизме и буддизме.

 Традиционный фундамент  этих религий, обладая невиданным  запасом внутренней прочности  на индивидуальном и локальном (община, каста) уровня, вместе с тем не был связан с проблемой укрепления политической власти и государства как такового. Интегрирующая функция ограничивалась социально-религиозными и социально-культурными ее аспектами, тогда как в сфере социально-политической она не действовала. Отсюда невиданный в других обществах политический вакуум, с легкостью заполнявшийся то одними, то другими, чаще всего внешними политическими силами. Отсюда же и отсутствие традиции организованного социального протеста либо энергичного социально-политического сопротивления внешним силам.

 Но при всем том  традиции этих стран всегда  сохраняли и внушительно демонстрировали  свою внутреннюю силу, величественное  достоинство, издревле существующей  и практически неколебимой гигантской  системы, с чем не могли не  считаться внешние силы, вынужденные  приостанавливаться в своих стремлениях  к насильственной трансформации  общества.

 Наиболее продуктивным  представляется сценарий, по котором пошло большинство культур Азиатско-Тихоокеанского блока и Средней Азии. Эти культуры приняли достижения западной науки и техники, оставив при этом нетронутой систему социокультурной регуляции. Не только Япония, но еще и Сингапур, Тайвань, Саудовская Аравия и в меньшей степени Иран превратились в современные общества, не становясь западными. И надо сказать, в своих успехах во многом превзошли даже запад. Невиданные темпы экономического роста и роста политической и военной мощи Китая, на фоне стагнирующего Запада, выглядят впечатляюще.

 Наиболее «европеизированной»  в этом плане можно считать  Японскую культуру. Япония на  протяжении всего своего существования  подвергалась влиянию иных культур  Европы, впитывая лучшие их достижения  и сохраняя национальный дух.

 Менее открытой для  иноземных влияния оказалась китайская культура. Китайцам следовало бы составить хронологический перечень последовательно неудававшихся энергичных попыток Запада обратить их в христианство.

 Колонизация — всегда  насилие одной культуры над  другой, но колонизировать можно  двумя путями: путем конквистадоров, физически уничтожая колонизируемое  население, или загоняя его  в резервации; или путем, которыми  пошли русские колонизаторы в  Сибири — оставляя местное  население с его обычаями нетронутым.

 Процесс аккультурации  (взаимообмена), который затрагивался  выше, заслуживает особого внимания. Аккультурация — процесс прямого  и длительного контакта одной  группы индивидов с другой, который  изменяет культурные парадигмы  обеих групп. Контакт нарушает  единство каждой из контактирующих  групп и устанавливается равновесие  на новом уровне. И здесь, опять  же, имеет смысл подчеркнуть, насколько  адекватным является взаимообмен.  Думается, если мощная европейская  культура соприкоснется с аборигенской культурой какого-нибудь тропического племени, то не трудно догадаться, какая культура повлияет на другую в большей степени.

 Но, все-таки, основная  ценность и самобытность каждой  из культур должны сохраняться.  В этом ряду не последнюю  роль играют такие явления  как фундаментализм и традиционализм.

 В основании явления  фундаментализма лежит стремление  строить жизнь на основах фундаментальных  основ культуры. Так как фундаментальные  основы культуры закладывались  в прошлом, то фундаментализм  можно рассматривать как попытку  возвращения к своим корням  в буквальном смысле слова.  Традиционализм — более мягкое  в этом смысле явление.

 Фундаментализм может  выражаться в насильственном  закрытии и недопущении чужеродного  влияния в свою культуру.

 Такие системы могут  обновляться, не создавая при  этом впечатления, будто их  социальные институты коренным  образом меняются. Нововведение, скорее, призвано служить «незапамятной  древности».

 Историческая практика  свидетельствует, что ряд государств представляют собой достаточно развитые культуры, не утратившие свою специфику, а ряд государств, особенно исламских имеют более закрытый характер. Внутренняя трансформация значительно облегчается автономией при полной взаимосвязи социальных, культурных и политических институтов смена одной культурной идентичности на другую, идет коренная ломка всей культуры в целом. Автономия ряда институтов социокультурной регуляции, позволяет изменениям затрагивать только поверхностные слои культуры, оставляя нетронутой ее сакральные пласты. По этой причине более инструментальные японское и китайское общества раньше и легче пошли по пути модернизации, чем исламское.

 Объективные процессы  глобализации, происходящие сегодня,  остро ставят вопрос о том,  какая культура и на каком  основании будет задавать тон  в регуляции этих процессов.  Без насилия одних культур  над другими не обойтись, вопрос  в том, в чем будет заключаться  специфика этого насилия: в  прямом конфликте, или в имманентном  взаимодействии, диалоге культур.

 И опять встает набивший  оскомину вопрос: единство, или мозаика  культур? Насильственная унификация  культур, или насильственная изоляция? Оба пути ведут в никуда. Думается, что вписывание каждой культуры в общемировой процесс, исходя из возможностей каждой культуры, может быть достойным выходом из множества проблем.

Список используемой литературы:

 Арутюнов С. А. «Народы  и культуры. Развитие и взаимодействие»,  Москва, 1989.

 Драч Г. А. «Культурология», Ростов-на-Дону: «Феникс», 1991.

 Маркова А. Н. «Культурология. История мировой культуры», Москва: «ЮНИТИ», 1998.

 Орлова Э. А. «Введение  в социальную и культурную  антропологию», Москва, 1994.

 Петров М. К. «Язык,  знак, культура», Москва, 1991.

 Шпенглер О. «Закат  Европы», Т.1, Москва: «Мысль», 1993