Нестор Махно и сельское повстанческое движение

                    МИНИСТНРСТВО  ОХРАНЫ  ЗДОРОВЬЯ УКРАИНЫ

          Донецкий национальный медицинский университет им. М. Горького 

Кафедра философии и социально-гуманитарных дисциплин 
 
 
 
 

РЕФЕРАТ

«Нестор Махно и крестьянское повстанческое движение» 
 
 
 
 
 

                                                                   Выполнила студентка  2 группы 1 курса

                                                                     3 медицинского  факультета (педиатрия)

               Полежай С.А.

                                                   Преподаватель: Фофанова Л.В. 
 
 
 

г.Донецк – 2011

ПЛАН 

I. Вступление

II Основная часть:

          1. анархия в России

          2. Махновщина: движения крестьян Украины

          3. Ранние годы

          4. Начало деятельности

          5. Махновское движение

          6. Зарождение коммуны

          7. Под знаменем анархии

III Вывод  

  Введение

    Его имя в нашей стране знают все. Но для миллионов людей батька Махно - скорее сказочный герой, чем  реальное историческое лицо. Он бандит и народный герой, благородный рыцарь и символ разбушевавшейся толпы, практик анархии и диктатор, алкоголик с безумным взглядом и практичный крестьянский вождь".

    Российские  междоусобицы начала 20 века в основном представлены в "красно - белом" варианте. Тогда же появились и зеленые, но не те, которые природу охраняли, а те, которые вместе с "красными" и "белыми" сотрясали топотом конницы, оседланной вооруженными до зубов анархистами во главе с общепризнанным лидером Нестором Махно. Отечественные историки изобразили Махно изувера, а зарубежные - как героя. Кому же верить? Судите сами. О Махно написано много, но особенный интерес представляют его воспоминания, которые достаточно точны в описании, событий, документов, людей.  

    Анархия в России

    Идея  анархии, безгосударственности, как показывает история, всегда была тем привлекательнее, чем серьезнее кризис власти и развал экономики. Не случайно, перестроечное межвременье вновь вызвало к жизни деятельность разнообразных анархистских групп и течений. В июне 1990 г. состоялся даже их общесоюзный съезд, на котором была создана АДА – Ассоциация Движений Анархистов. Следует, конечно, отметить, что анархизм как направление теоретической мысли и как политическая сила не имеет уже того авторитета и влияния в современном обществе, какие он имел в 1917-1920 гг., когда после февральской революции пышно расцвели многие партии и общественно-политическое течения. Необходимо отметить, что основной для всех экономико-теоретических разработок являлись идеи “Апостолов анархии”-М.А. Бакунина и П.А. Кропоткина, а точнее, созданное ими учение об анархистском идеале. В книге П.А. Берлина, изданной в 1917 г. и популярно излагающей идеи М.А. Бакунина, П.А. Кропоткина, А.Ч. Махаева, бакунинские взгляды на революционный процесс и бакунинские взгляды на революционные процесс и будущее устройство мира изображаются следующим образом: “От мощных революционных ударов мир должен распасться на отдельные общины, федерации, живущие своей жизнью на коммунистических началах”

    После победы Февральской революции анархисты  довольно много внимания стали уделять  пропаганде своих экономических  планов – идей “революционного  синдикализма” и социализации. В  Москве издательством “Союз труда” выпускалась анархистская “Библиотека  рабочего”. Первая публикация в этой серии была посвящена рабочим союзам. Автор брошюры Н.К. Лебедев писал полном соответствии с анархо-синдикалистским идеалом: “При будущем социалистическом строе, когда все земли, фабрики, заводы, рудники, пути сообщения и все орудия производства сделаются общественной собственностью, рабочие организации заменяет современный государственные учреждения”. Было бы неверно утверждать, что анархисты не связывали определенных надежд на осуществление своих планов с победой большевиков. На первых порах после Октябрьского переворота в Петрограде большинство анархистских групп придерживалось провозглашенной одним из лидеров анархо-коммунистов тактики, выраженной лозунгом “Идти врозь, бить вместе”, т.е. тактики, ориентированной на решение деструктивных задач. В советской исторической литературе упоминаются многочисленные факты практического участия анархистов различных направлений в социалистической революции. Однако, надежды анархистов на её развитие быстро исчезло. В апреле 1918 г. Александр Ге, один из руководителей Всероссийской федерации анархистов-коммунистов, председатель Всемирной лиги анархистов, член ВЦИК IV созыва, писал: ’...Власть советов’ на местах, т.е. исполнительские и организаторские функции местных самоуправлений была заменена властью народных комиссаров, а уничтожение частновладельческого производства – “контролем” над хозяйским производством. Советская власть, по его мнению, за полгода своего существования “превратилось в государственную власть, стоящую на точке зрения охранения частновладельческого производства, и начала всеми силами тормозить народную самодеятельность”

    Надо  признать, что анархо-синдикалистские  идеи о немедленном обобщении  средств производства, минуя стадию рабочего контроля, получили поддержку  среди части пролетариата. Наиболее полно и последовательно смысл анархистской социализации изложен в анонимной публикации журнала “Вольный труд” в ноябре 1918 г. Прежде всего, всего, в статье формулируется различие понятий “Социализация” и “Национализация”. Социализация здесь названа “системой обобществления средств производства и социально-экономическим идеалом” социализма, национализация-“системой огосударствления тех же средств производства” Затем анонимный автор переходит к изложению и критике экономического содержания национализации:

    …Вместо многих отдельных существующих хозяев-капиталов  будет существовать только один справедливый хозяин, собственник всех капиталов, средств производства (имеется в  виду государство диктатуры пролетариата). “Контроль над действиями хозяина-государства попадет в руки самого контролируемого” и потеряет всякий смысл – так оценивается идея рабочего контроля на национализированных предприятиях. Главный вывод этой статьи – собственность как социальное зло при национализации не исчезает, она лишь меняет свою оболочку. Этот тезис всесторонне развивается в книге одного из лидеров анархистов-коммунистов, А. Карелина “Государство и анархия”, изданной в 1918 г. Он писал: “Рабочие ныне” национализированных предприятий остались теми же наёмными рабочими, что и раньше. Они ведут дело производства, но над ними стоят такие же властные хозяева, как и в капиталистических предприятиях. Не все ли одно – акционерное общество или государство будет эксплуатировать рабочих. Разница только в том, что с государством как монополистом борьба труднее. А Карелин утверждал, что частичная национализация, осуществленная большевиками – не шаг к социализму, а шаг к государственному капитализму.

    Проходивший в декабре 1918 г. I Всероссийский съезд  анархистов-коммунистов признал, с определёнными оговорками, что “национализированы чуть ли не все промышленные крупные заведения”, и что это дало возможность пролетариату “принимать теперь участие в организации производства”, не являясь при этом “полным его организатором”.И хотя съезд повторил вновь, что “попытки организовать производство тех или иных продуктов на социалистических началах свелись, в сущности, к организации учреждений государственного капитализма с присущей ему властью, бюрократизмом”, надежды на приемлемый для анархистов исход дела присутствует и здесь: при условии государства большевистского типа, - считали они, - госкапитализм может быть реорганизован на началах вольного рабочего социализма. Съезд не достиг полного единства в этом вопросе, но подавляющее большинство его участников высказалось за поддержку Советов. Наиболее четко анархо-синдикалистский план управления производством изложил А.А. Солонович на страницах газеты “Анархия” Он представлял народное хозяйство подчиненным двум центрам: создаваемого сугубо на договорных началах Центральной конфедерации труда и Бирже труда, в задачу которой входило бы регулирование распределения.

    Взгляды большинства анархистов – коммунистов  на организацию управления производством  были ещё более утопичными.

    История российского анархизма вообще и история развития его экономических взглядов в частности, на наш взгляд, весьма интересна именно сегодня. Злободневно звучит, например, анархистская критика хозяйственной деятельности Советской власти, особенно в смысле формирования государственной монополии на средства производства. Привлекает и стремление анархистов к скорейшему достижению социального и экономического равенства. Красив и романтичен анархистский коммунистический идеал общества свободных тружеников.

    Махновщина: движения крестьян Украины

      Один из самых запретных и в то же время притягательных страниц нашей истории – это повстанческое движение на Южной Украине. Сейчас завеса умолчания постепенно снимается, и одновременно исчезает романтическая лакировка с образа рыцарей черного стяга. Настоящая статья также является попыткой дать объективную картину махновщины “как она есть”.

    Что же представляли собой районы Южной  Украины, на которых длительное время (с 1918 – по 1921 г.) существовало махновское движение. Наиболее устойчивым или наиболее активным районом махновского влияния следует считать прежде всего районы Левобережной Украины: Екатеринославскую и Харьковскую губернии. Центром махновщины был Гуляй-Польский, Гришинский, Мариупольский, Александровский и Бердянский уезды. Столица махновщины -Гуляй-Поле или Махноград, как часто её называли местные жители, к началу гражданской войны представляла собой большое селение, даже небольшой городок, насчитывавший около двух тысяч домов с населением 25 тыс. Человек. Имелось три гимназии, начальное училище, десяток церковно-приходских школ, две церкви, синагога, банк, почтовое отделение, большое число мельниц и маслобоен и даже синематограф. По своему национальному составу большинство населения Гуляй-Поля, а также окружавших его районов составляли украинцы. Русское население было немногочисленным, в основном учителя, служащие и члены их семей. Довольно много было евреев-купцов и ремесленников, которые вполне дружно уживались как с украинцами, так и с русскими. О том, что Гуляй-Поле, оживленный и бойкий населенный пункт, подходил на городок, говорит и то, что в нем на улицах имелись деревянные тротуары.

    Природа украинского повстанчество имеет  свои особые социально-экономические, исторические и политические корни. В социальном отношении основное население Украины – это пролетариат, буржуазия и многочисленное крестьянство, основу экономической мощи которого составляли кулаки и середняки при довольно слабых и распыленных бедняках и батраках. На Украине жила и некоторая часть казаков, никогда не бывших и крепостной зависимости и всегда стремившихся к экономической и политической самостоятельности при поддержке украинской интеллигенции. Отсутствие общинного землепользования способствовало развитию крепких индивидуальных зажиточных хозяйств. Деревенские кулаки, вместе с другими крестьянскими массами и рабочим классом активно боровшиеся в первый революционный период с помещиками и буржуазией, отошли от революционной борьбы сразу же после получения помещичьей земли. Любопытной особенностью аграрной революции на Украине являлось то обстоятельство, что она, по существу, усилила лишь середняка и кулака. Батраки и арендаторы , не имея необходимого инвентаря и скота, из-за боязни контрреволюции, неуверенности в силе Советской власти и её неустойчивости, не сумели закрепить землю за собой. В процессе революционного переустройства украинский кулак и середняк экономически значительно усилились, а пролетариат и беднейшее крестьянство, истратив свои силы в революционных битвах , значительно ослабли. Помимо этого на развитие повстанческого движения на Украине оказало влияние и угнетение Украины русским царизмом, эксплуатация зажиточным еврейским населением , в основном купечеством , украинцев-селян, что воспитывало у крестьянских масс национальную ненависть к “москалям” и “жидам”, постоянно поддерживавшуюся шовинистически настроенной украинской интеллигенцией. Это стало наиболее заметно в самый переломный момент революции, т.е. на рубеже 1917-1918 гг.

    Центр махновщины – Екатеринославскую  губернию вместе с соседними Таврической, Херсонской губерниями и Бессарабией называли житницей юга России, т.к до 1-ой мировой войны они вместе ежегодно давали на экспорт 300-400 миллионов пудов хлеба. Помимо этой особенности данного района, война не вызвала здесь значительного оттока здоровых мужчин, как в других российских губерниях. По данным всероссийской аграрной переписи 1917 г., лишь 34,2% здоровых мужчин было призвано в армию в Екатеринославской губернии , что вывело её по этому показателю на третье место а России после Якутской (1,5%) и Уральской (24,3%) губерний значительным влиянием на Украине пользовались различные народы – демократические и мелкобуржуазные партии, о чём свидетельствует результаты выборов в Учредительное собрание, когда последние получили решающее большинство голосов 67,9%, а большевики 17,9%. Частная смена власти на Украине на протяжении двух лет гражданской войны окончательно деморализовала бедняка, подорвала его доверие к прочности какой бы то ни было власти и одновременно усилила позиции кулачества, которое по-прежнему оставались сильным, независимым от чуть ли не еженедельно меняющейся политической обстановки. В дальнейшем это привело к тому , что в 1919 и даже частично в 1920 г. ¾ состава повстанцев и различных банд составляла беднота, находившаяся на содержании у кулаков, выделявших им хлебные довольствие. В круговерти смены властей и нестабильной политической обстановке в руки крестьян попало много оружия, которое долго после окончания гражданской войны пришлось изымать у населения Украины органам Советской власти. Укреплению и развитию повстанческого движения и бандитизма способствовали и некоторые другие обстоятельства. К ним можно отнести, например, слабость, некомпетентность и неопытность представителей Советской власти в вопросах земельной и продовольственной политики. Например, руководитель СНХ УССР Э.И. Квиринг и нарком земледелия В.Н. Мещеряков уклонялись от выполнения решений Советского правительства Украины о конфискации и уравнительном распределении помещичьих земель. Лишь 5 млн. десятин из 14,5 млн. Конфискованных у помещиков земель было передано середнякам и беднякам, а остальная часть перешла к колхозам и совхозам. При этом крестьяне не получили никакого инвентаря. Батраков и бедняков, которые могли бы пойти в совхозы, было мало, да и сами они по своей природе стремились стать самостоятельными хозяевами и поэтому резко отрицательно относились к мероприятиям, отнимавшим у них значительную часть земли. Установленный Наркомпродом Украины на всей её территории одинаковый показатель для определения кулацких хозяйств (более 8 десятин земли),направленный вроде бы против деревенских богатеев, задевал по существу середняков, т.к. на юге Украины на одно середняцкое хозяйство приходилось 7-10 десятин земли, в то время как на севере – лишь 4 десятины. В веденная с 1 апреля 1919 г. Продразверстка велась без учёта классовой структуры села, неимущие слои не были заинтересованы в оказании содействия продотряд. Осуществляемая зачастую бесконтрольно продразверстка приводила к злоупотреблениям, например, к превышению допустимой норм изъятия хлеба. Серьезной ошибкой было и принять III съездом КП(б) У резолюции о недопустимости каких бы то ни было политических соглашений и форм сотрудничества с демократическим и социалистическими партиями и группами, что обрекло большевиков Украины на одиночество в борьбе с контрреволюцией.

    Указания  выше совокупность факторов, хотя и  далеко не полная, определила появление  и широкий размах повстанчества  и бандитизма. В идеологии украинского  крестьянства можно выделить две  ярко выраженные черты: анархо-индивидуалистическое мировоззрение и самостийности, т.е. стремление к самостоятельности и самоопределению. В силу политических и географических особенностей тогдашней Украины, повстанчество и бандитизм можно условно разделить на 4 направления:

    Кулацко-самостоятельное (петлюровщина) – развивалось на Правобережье Украины.

    Кулацко-анархистское (махновщина) – это в основном Левобережье Украины 

    Составило часть недовольных или обиженных  той или иной властью людей, течений  группа атаманов или “батьков” без определённой политической программы, для которых главное и часто единственной целью была нажива.

    Общим требованием мятежников различной  политической окраски было изменение  аграрной и продовольственной политики Советской власти. Среди перечисленных выше течений украинского повстанческого движения махновщина занимает особое место и имеет только ей присущие ярко выраженные черты. Этот своеобразный тип анархизма, который, по мнению П.А. Аршинова - одновременно учителя Н.И. Махно и его историографы, основывался на следующем:

• Убежденность в исторической роли крестьянства
• Неприязнь к интеллигенции (исключение теоретики анархизма)
• Отрицание государственной власти в любой её форме
• Теория “третьей революции”
• Украинские традиции вольности
• Уверенность в необходимости активной революционной борьбы.

    Другими словами махновская “идейная” программа  была круто замешена не только на анархистских лозунгах, но и на чисто эсеровских концепциях, а также на народных традициях.

    Среди самих борцов за идею безвластия не было единого мнения относительно анархистского характера махновского движения. Да и можно ли считать его полностью анархистским. Между Н.И. Махно и идеологами анархии существовали серьезные расхождения, несмотря на то, что он, возможно, больше, чем другие, стремился к построению безвластного общества. У истоков махновщины не стояло, кроме самого Н.И. Махно и небольшой, организованной в 1917 г. Им же, группы гуляй-польских “братишек” из числа местных жителей (Каретников, Григорий Махно-брат “батько”, Лютый, Марченко и др.) никаких иных анархистских групп.  
 

    Ранние  годы

    Несколько лет назад по метрической книге  Крестовоздвиженской церкви села Гуляй  поле Александровского уезда Екатеринославской  губернии была установлена точная дата рождения Нестора Махно – 26 октября 1888 г. Когда у Ивана Родионовича и Евдокии Матвеевны Махно родился пятый сын, по селу пронесся слух, что во время обряда крещения у священника загорелась ряса; это означало, что родился “разбойник, какого мир не видывал”.

    Вот что писал о себе сам Нестор Махно: “Отец мой – бывший крепостной помещика Мабельского... Большую часть своей жизни он прослужил у того же помещика то конюхом, то воловиком... Он умер, когда мне было только 11 месяцев. Пятеро нас, братьев-сирот, мал мала меньше, остались на руках несчастной матери, ни имевшей ни кола ни двора. Смутно припоминаю свое раннее детство, лишенное обычных для ребенка игр и веселья, омраченное сильной нуждой и лишениями, в каких пребывала наша семья, пока не поднялись на ноги мальчуганы и не стали сами на себя зарабатывать.

    На  восьмом году мать отдала меня во 2-ю  гуляй польскую начальную школу. Школьные премудрости давались мне  нелегко. Учился я хорошо. Учитель  меня хвалил, а мать была довольна моими успехами”.

    Но  учебу скоро пришлось бросить: “Летом я нанимался к богатым хуторянам  пасти овец или телят. Во время  молотьбы гонял у помещиков в  арбах волов, получая по 25 копеек в день”.

    В 1903 г., “поднявшись немного и окрепнув”, Махно поступил чернорабочим на чугунолитейный завод М.Кернера. Там существовал любительский театральный кружок, а Нестор желал стать артистом, чтобы “смешить людей”. Смешить, однако, не пришлось: в 1906 г. волна первой российской революции докатилась до Украины и в считанные дни изменила жизнь провинциального Гуляйполя.

    Смутно  вспоминаю свое раннее детство, лишенное обычных для ребенка игр и  веселья, омраченное сильной нуждой и лишениями, в каких пребывала  наша семья, пока не поднялись на ноги мальчуганы и не стали сами на себя зарабатывать", - вспоминал Махно в мемуарах (написанных, кстати, на русском - украинскую мову батька знал неважно).

    Восьмилетнего Нестора отдали в школу. Мальчик  учился хорошо, но в какой-то момент пристрастился к конькам. Он исправно собирал книжки по утрам, но в школе так и не появлялся. Учителя не видели его неделями. Однажды на масленицу Нестор провалился под лед и чуть не утонул. Узнав о случившемся, мать долго "потчевала" сына куском скрученной веревки. После экзекуции Нестор несколько дней не мог сидеть, но стал зато прилежным учеником. "...Зимою я учился, а летом нанимался к богатым хуторянам пасти овец или телят. Во время молотьбы гонял у помещиков в арбах волов, получая по 25 копеек (в сегодняшних деньгах - 60-70 руб.) в день".

    В 16 лет Махно поступил чернорабочим на гуляй-польский чугунолитейный завод, где вступил в театральный  кружок (удивительная деталь, никак  не вписывающаяся в наши представления  о быте рабочих начала века).

       Начало деятельности  

      Осенью 1906 года Махно стал членом группы анархистов. Через некоторое время его арестовали за незаконное хранение пистолета (к тому был повод: Махно пытался застрелить соперника своего ревнивого приятеля), но по малолетству отпустили.

    За  год группа совершила четыре ограбления. 27 августа 1907 года Махно вступил в перестрелку со стражниками и ранил крестьянина. Спустя некоторое время его задержали и опознали, но анархисты то ли припугнули, то ли подкупили свидетелей, и те отказались от первоначальных показаний. Юный анархист вышел на свободу. Группа совершила несколько убийств. Нестор в этих убийствах не участвовал, но тогда особо разбираться не стали. Военно-полевой "столыпинский" суд, перед которым предстали подельщики, давал виселицу и не за такое. Махно спасла приписка на год и хлопоты матери: смертную казнь заменили каторгой.

    Шесть лет он сидел в Бутырской тюрьме (за плохое поведение - в кандалах). Здесь  он научился писать стихи, познакомился с анархистом-террористом Петром Аршиновым (Мариным) и получил основательную  теоретическую подготовку, причем не только по части анархизма: в заключении, по словам Махно, он прочитал "всех русских писателей, начиная с Сумарокова и кончая Львом Шестовым". 2 марта 1917 года Махно и Аршинова освободила революция.

    Нестор  вернулся домой и женился на крестьянке Насте Васецкой, с которой переписывался, сидя в тюрьме. У них родился сын, который вскоре умер. Брак распался. Махно уже было не до семейной жизни: он быстро выдвинулся в гуляйпольское руководство.

    Зарождение  коммуны 

    Осенью 1917 года Махно избрали на целых пять общественных должностей. Насколько совместима анархия с выборным руководством и где та грань, за которой кончается самоорганизация масс и начинается "чудище обло, озорно... стозевно" - государство? За ответом Махно поехал к екатеринославским анархистам и сразу понял, что попал не по адресу. "...Я спросил себя: для чего они отняли у буржуазии такое роскошное по обстановке и большое здание? Для чего оно им, когда здесь, среди этой кричащей толпы, нет никакого порядка даже в криках, которыми они разрешают ряд важнейших проблем революции, когда зал не подметен, во многих местах стулья опрокинуты, на большом столе, покрытом роскошным бархатом, валяются куски хлеба, головки селедок, обглоданные кости?"

    Помещичьи земли были конфискованы в пользу "трудового крестьянства". В окрестностях Гуляй поля начали зарождаться коммуны (сам Махно дважды в неделю работал в одной из них), на предприятиях все большую силу приобретали органы рабочего самоуправления. В декабре 1917-го Махно приехал в Екатеринослав в качестве делегата губернского съезда Советов: народные избранники "злобствовали друг на друга и дрались между собой, втягивая в драку тружеников".

    Тем временем Украину согласно условиям "похабного" Брестского мира оккупировали немецкие и австро-венгерские отряды. 1 марта 1918 года они вошли в Киев, в конце апреля заняли Гуляй поле.

    Махно и несколько его товарищей-анархистов уехали в Таганрог. Оттуда будущий  батька отправился в Поволжье, а  затем - в Москву.

    То, что анархист Махно увидел в "красных" губерниях, его насторожило. Объявленную большевиками диктатуру пролетариата он расценил как попытку расколоть трудящихся. Впечатления от "новой Москвы" летом 1918 года еще больше укрепили, его в этой мысли. Не помогли ни беседа со Свердловым и Лениным в июне 1918 года в Кремле, ни даже визит к престарелому князю Петру Кропоткину. "Нет партий, - сокрушался тремя годами позже батька, - ...а есть кучки шарлатанов, которые во имя личных выгод и острых ощущений... уничтожают трудовой народ".

    Под знаменем анархии

    По  фальшивым документам Махно вернулся в Гуляй поле - поднимать восстание  трудящихся под черным знаменем анархии. Его ждали плохие вести: австрийцы  расстреляли одного его брата, замучили другого, хату сожгли.

    В сентябре 1918 года Махно дал оккупантам первый бой. Он совершал налеты на богатые немецкие хутора и имения, убивал немцев и офицеров армии номинального правителя Украины гетмана Скоропадского. Любитель дерзких предприятий, однажды он, переодевшись в гетманский офицерский мундир, явился на именины к помещику и в разгар торжества, когда гости пили за поимку "бандита Махно", бросил на стол гранату. Оставшихся в живых "гости" прикончили штыками. Усадьбу спалили.

    Расстрелянные, повешенные, посаженные на кол, с отрубленными головами, изнасилованные тысячами ложились в землю Украины. И виновны в этом были все: и "цивилизованные" немцы, и "благородная" белая гвардия, и красные, и повстанцы, коих кроме Махно было тогда великое множество. Взяв Гуляйполе, белые изнасиловали восемь сотен евреек и многих из них убили самым жестоким образом - вспоров животы. Красные расстреляли монахов Спасо-Мгарского монастыря. Всех на станции Орехово Махно приказал живым сжечь попа - в паровозной топке.

    Махно не был антисемитом. Анархист вообще не может быть антисемитом, потому что анархизм по природе своей интернационален. При Махно отдельные повстанцы громили евреев, но массовых погромов - таких, как при белых и красных, - земли Махновии не знали. Как-то раз на станции Верхний Токмак батька увидел плакат: "Бей жидов, спасай революцию, да здравствует батька Махно". Махно приказал расстрелять автора.

    Анархисты пользовались всенародной поддержкой, потому что махновцы, в отличие  от белых и красных, местных жителей  не грабили (представления о махновщине как разгуле неконтролируемого бандитизма - поздние идеологические клише). Авторитет Махно признали атаманы, орудовавшие близ Гуляй поля, для карателей он был неуловим. Ядро отряда составляла небольшая мобильная группа, а на крупные операции батька созывал добровольцев, которые охотно к нему шли. Сделав дело, мужики расходились по хатам, а Махно с двумя-тремя десятками бойцов исчезал - до следующего раза.

    Осенью 1918 года правительство Скоропадского  рухнуло. На смену гетманщине пришла националистическая Директория во главе  с Петлюрой. Войска Директории вошли в Екатеринослав и разогнали местный Совет.

    Когда в конце декабря 1918 года повстанческий  отряд Махно и договорившиеся о союзе с ним большевики взяли  Екатеринослав, большевики первым делом  занялись дележом власти. Начались грабежи. "Я именем партизан всех полков, - обращался Махно к жителям города, - объявляю, что всякие грабежи, разбои и насилия ни в коем случае допущены не будут в данный момент моей ответственности перед революцией и будут мной пресекаться в корне".

    В эмиграции Нестор Иванович вспоминал: "На самом деле я за грабежи, как и за насилие вообще, расстреливал всех. Конечно, среди расстрелянных... оказались, к стыду большевиков, все почти лица из вновь и наспех большевиками сколоченного Кайдацкого большевистского отряда, которых сами же большевики арестовали и скрещивали их махновцами".

    Под новый, 1919 год петлюровские части  разбили большевиков и захватили  город, но район Гуляйполя, куда отошел Махно, занять не смогли. Общественный уклад Махновии строился в строгом соответствии с резолюцией одного из махновских съездов, призвавших "товарищей крестьян и рабочих", чтобы те "сами на местах без насильственных указов и приказов, вопреки носителям и притеснителям всего мира строили новое свободное общество без притеснителей панов, без подчиненных рабов, без богачей, без бедняков".