Охота на ведьм: теоретическое и практическое обоснование

Содержание: 

1. Причины «охоты на ведьм»…………………………………………………….. с.3

2. Зарождение и развитие гонений на ведьм…………….... с.4

3.  Процессы над ведьмами…………………………………. с.6

4. Масштабы «охоты на ведьм»………………………….... с.10

5.  Список  использованной литературы…………………… с.11 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

Причины «охоты на ведьм» 

       XVI век в Европе – время начала  процесса модернизации, расширения  свободы человеческого сообщества. Однако большинство исследователей  не фиксируют в источниках  улучшение статуса женщины. Проблема приниженного положения женщины своими корнями уходит в библейские сюжеты.

       Женщина была создана второй, создана была из ребра мужчины. То, что женщина  была создана из ребра, указывает на её второстепенную роль.

       Инквизиторы первых еретиков называют Адамом и Евой. Бог изгнал из рая провинившихся перед ним Адама и Еву, предварительно учинив им тайный допрос и суд.

       Для многих религий и языков человек - это, прежде всего мужчина, женское  же начало относится к злому миру; изначально женщина-это зло. «Свет»- всегда мужской род, «тьма» - женский.

       Страх перед женской сексуальностью также  являлся одним из факторов, превративших “ведовство” в сатанинскую ересь и ужасное преступление. Лиц, претендовавших на обладание оккультными способностями, стали обвинять в том, что они наносят вред посредством договора с дьяволом. Ведьмы делали мужчин импотентами, а женщин бесплодными, уничтожали урожай и домашних животных, похищали или убивали младенцев, летали на шабаш, где участвовали в плясках и оргиях. Со своей извращенной анатомией и нравами, слабыми волей и умом, плотскими вожделениями и лживостью, как у их праматери Евы, женщины неизбежно должны были в гораздо большей степени поддаваться дьявольским искушениям. Будучи классическим символом беспорядка, женщина-ведьма оказывалась лучшей мишенью для всех, кто пытался укрепить четкие структуры власти в политической, религиозной и профессиональной сферах.

       Средневековые представления о миропорядке, систематизированные  великими схоластами, разрушались, а  новоевропейская «картина мира» только начинала складываться, новые модернизированные ценности еще не кристаллизировались и не были в состоянии компенсировать неизбежную культурную и психологическую дезориентацию. Эта ситуация усугублялась внешнеполитической опасностью (турецкой), повсеместными эпидемиями, падежом скота, природными катаклизмами. Естественно, что у многих возникла мысль о некоем оккультном заговоре против церкви, проводимом земными сообщниками сатаны, идея этого заговора перерастает позднее в массовую фобию католиков. Кроме того, происходит мощнейший взрыв интереса к магии, астрологии, алхимии, демонологии, оккультизму. Вера в ведьм и чёрные силы стала частью католического учения, до сих пор осуждавшего внимание к оккультным предметам.

       Именно  в это время и возникает та самая пресловутая «охота на ведьм», когда женщина признана и доказана порочной, когда она легко может быть соблазнена, когда она легко может служить соблазнителю – именно в это время по всей Европе вспыхивают тысячи костров с невинно сгорающими на них женщинами. Причины тому кроются как в Библейских сюжетах, так и в сложной кризисной ситуации, сложившейся в Европе в это время.  
 
 
 
 
 
 
 
 
 

Зарождение  и развитие гонений  на ведьм 
 

         «Охота на ведьм» возникла  и получила своё развитие в  недрах инквизиции. Инквизиция, в первичном своем значении это исследование, учёный совет, однако в определённую эпоху (c XIIIв.) инквизиция наделяется не только полномочиями наблюдателей и исследователей, но и судейскими правами-правами решать судьбу человека, что окончательно развязало руки ярым борцам с ересью и позволило им вершить судьбы людей. Инквизиция обладала всем, что нужно для организации борьбы, да притом она с этой задачей и появилась на свет. Главной ее целью была борьба с ересью, и она так устроилась, чтобы ни один еретик у нее не выскользнул из рук, не прокрался мимо, ересью считалось всякое деяние, противоречащее постановлениям церкви, или ею запрещаемое. Инквизиция быстро разработала способы разведки и распознавания ереси во всех ее мельчайших оттенках, чтобы безошибочно отличать «волка в овечьей коже» и уметь изобличить грешника, как бы он ни прикидывался невинным и за какие бы ширмы ни прятался. Конечно, тут были со стороны инквизиции и беспрестанные увлечения через край, на практике выражавшиеся в том, что в число еретиков попадали люди, ровно ни в чем неповинные. Имущество богатого еретика обязательно конфисковалось и шло в известной доле в карман усердствующего инквизитора. Значит, инквизитору было из-за чего стараться. 

         Террор инквизиции отрицательно  повлиял на отношение Церкви к колдовству, ибо на вопрос о том, не занимались ли еретики среди прочих деяний также и колдовством, обвиняемые под пытками все чаще вынуждены были признаваться, что действительно были связаны с дьявольскими демонами, отреклись от христианского учения и с помощью дьявола причинили немало вреда. Инквизиторы собирали эти признания и использовали их как доказательство того, что дьявол не только подстрекал свои жертвы к отходу от христианской веры, но и вознаграждал их за это сверхъестественными способностями. Так в глазах инквизиторов ересь и колдовство соединялись в единое целое. Как только инквизиция взялась за магию вплотную и приняла твердое решение ее истребить начисто, так тотчас же к ней, как к запрещенному плоду, публика начала льнуть с ожесточением, достойным лучшей участи.

       Первыми, кто сгорал на кострах с обвинениями  в использовании магии, оказались  представители светской и духовной знати, и даже папы. Преследование  колдунов со стороны инквизиции началось в первой половине XIV веке. Ареной для проведения подобных процессов стали Южная Франция, Северная Италия и Юго-Западная Швейцария. Немудрено, что в последующие столетия и разразилась в Европе настоящая эпидемия колдовства. Ярким пятном в истории «охоты на ведьм» явилась так называемая «ведовская булла» папы Иннокентия VIII — «Summis desiderantes», изданная в 1484 году. С этого момента инквизиция сосредоточила главное свое внимание не на чистоте христианской веры и правильности отдельных догматов, а на беспощадном искоренении ведьм и колдовства. По обыкновению инквизиторы ссылались на то, что ведьмы и колдуны виновнее еретиков, т.к. они не только отступили от бога и вступили в связь с дьяволом, они ещё виновны во множестве злодейств, причиняемых людям. Всё это базировались на авторитете Ветхого завета: «Ворожеи не оставляй в живых», — гласит книга Исхода(22:18). 

         Колдунами и ведьмами являлись  простейшие, совершенно невежественные  и часто, даже в большинстве,  совсем неграмотные мужики и  бабы, и преимущественно бабы; ведьм  было гораздо больше, чем колдунов, и костры инквизиции обагрены были главным образом женской кровью.

         Женщины с большей легкостью,  чем мужчины, встают на путь  суеверия, ведь они более доверчивы,  чем мужчины, о чем сатана  прекрасно знает, поэтому он  и обращается, прежде всего, к ним. Они более впечатлительны от природы, а значит, более податливы дьявольским иллюзиям. И, наконец, они очень болтливы и не могут не разговаривать, передавая друг другу искусство магии. Их слабость заставляет их использовать тайные средства, чтобы отомстить мужчинам посредством колдовских наговоров и проклятий.  

         «Нет чуда в том, - говорится  в «Молоте ведьм», - что еретичеством  ведовским паче осквернены жены, нежели мужи». «Правильнее называть  эту ересь не ересью колдунов, а ересью по преимуществу ведьм, чтобы название получилось от сильнейшего. Да будет прославлен всевышний, по сие время охранивший мужской род от такой скверны. Ведь в мужском роде он хотел для нас родиться и страдать. Поэтому он и отдал нам такое предпочтение» - писали Я. Шпренгер и Г. Инститорис в своём «Молоте ведьм». Таковы были убеждения охотников за ведьмами, согласно которым они и действовали, ведь еще Св. Иоанн Златоуст писал, что женщина есть «враг дружбы, неизбежное наказание, необходимое зло, естественное искушение, вожделенное несчастье, домашняя опасность, приятная поруха, изъян природы, подмалеванный красивой краской». Могущества ведьм было вполне достаточно, чтобы внушить к ним ужас и заставить трепетать весь народ. Однако между ведьмами существовала некая разница. Я. Шпренгер и Г. Инститорис насчитывают три группы ведьм: 

• те, которые  могли наносить зло, но не могли его  исправить;
• те, которые моги только устранить зло, но не могли его нанести;
• те, которые могли причинить и устранить зло – самые опасные ведьмы, т.к. чем больше они гневят бога, тем больше силы и могущества даёт им дьявол;

         Главным толчком для распространения  веры в ведьм и колдунов, её  успех и широчайшее распространение  зависело, в первую очередь, от  широкой её популярности в  среде духовенства. Инквизиция истребляла ведьм, тем самым открыто признавая их существование и пропагандируя тем самым страх в населении перед силами зла; инквизиция не отрицала того, что человек либо по своей доброй воле, либо совершенно сам того не подозревая, может войти в сношение с дьяволом и верно служить ему, взамен получая сверхъестественные силу и мощь. И такая перспектива служения дьяволу была выгодна большей части народа, особо для народа бедного и угнетённого, прослыть колдуном или ведьмой означало проявления страха и боязни в его сторону. Неверно, что договор с сатаной был легкомысленным, безрассудным поступком какого-нибудь влюбленного или скряги. Если обратиться к здравому смыслу, к человеческой природе, то, напротив, становится понятным, что на такой шаг был крайностью, был вызван беспредельным отчаяньем, страшным гнетом обиды и нужды. Ведьму старались задобрить, прийти к ней на помощь, тогда, когда люди понимали, что даже церковь бессильна в борьбе со злом и несправедливостью. Всякая сила вызывает перед собой преклонение, а средневековый католицизм сделал из образа сатаны такую силу, которой, в конце концов, стала страшиться даже сама создавшая его римская церковь.  

 Таким образом,  развитие охоты на ведьм связано,  в первую очередь, с деятельностью  церкви, которая, признавая колдовство, вступало с ним в борьбу, используя все возможные методы и ставя под обвинение совершенно неповинных людей, и чаще всего женщин, т.к. как уже было сказано выше, по церковным убеждениям женщина являла собой слабое и подверженное соблазну существо. Подтверждение своих предположений о существовании колдовства и о связях с дьяволом простых людей, инквизиторы получали от еретиков, которые под пытками признавались в желаемых инквизитором проступках и невиданных вещах. Именно на этом этапе, охота на ведьм начала приобретать размах эпидемии, под пытками еретики признавались в связях с дьяволом и создавали благодатную почву. 
 
 
 
 

Процессы  над ведьмами 

 «Охота на ведьм» состояла из нескольких этапов: 

1. Арест и  предъявление обвинений.

       Очень часто для начала расследований хватало одних только слухов, однако, встречались также случаи доноса на подозреваемого. Надо заметить, что донос осуществлялся по принципу «если я не донесу на кого-то, то донесут на меня». Доносительство всемерно поощрялось церковью, доносчики приравнивались к мученикам за веру, они получали отпущения грехов, денежные вознаграждения. В обоих случаях судьи, согласно действующим законам, были обязаны проверить, достаточно ли этих подозрений для предъявления обвинения, хотя зачастую никакой проверки и вовсе не осуществлялось, и судьи оправдывались тем, что сделка с дьяволом суть «преступление исключительное», и наносили такое оскорбление Господу и были так опасны для окружающих, а в таких делах достаточно одних только слухов. Еще одним путём для начала расследования дела являлась молва, дошедшая до слуха инквизитора, что в таком-то городе имеются ведьмы, занимающиеся тем то и тем то. Это – обвинение путем инквизиции. В этом случае инквизитор начинает действовать не по указанию какого либо обвинителя, а по своему собственному почину. Итак, едва только возникало подозрение или поступал донос, соответствующее судебное ведомство начинало предварительное дознание. Для доказательства вины необходимо одно из трех: 

1) Очевидность  проступка.

2) Закономерные  доказательства свидетелей.

3) Личное признание  вины. 

 Если судьи  укреплялись в своих подозрениях,  следовал арест. При аресте необходимо было соблюдать осторожность, дабы ведьма не сумела призвать на помощь дьявола и исчезнуть, например, после того как ведьма будет схвачена, её предписывалось непременно усадить в корзину и нести в тюрьму, считалось, что если ведьма ступит на землю, то она сможет овладеть своею силою и разметать стражей и немедленно скрыться. Также считалось, что как только лица, представляющие правосудие налагали на ведьму руку, она немедленно лишалась своей силы, предполагалось, что это было божественное произволение, колдуньи не могут вредить инквизиторам и другим должностным лицам потому, что последние отправляют обязанности по общественному правосудию. При взятии ведьмы под стражу не надобно давать ей времени оставаться одной в комнате. Этим она лишается возможности принять известные колдовские снадобья, дающие ей возможность молчать и не сознаваться, несмотря на пытки. Не мешает при этом произвести самый тщательный обыск в том доме, где живет обвиняемая. Если она – известная ведьма, то у нее, без сомнения, найдутся многие орудия колдовства, в случае захвата ее врасплох. Если у нее имеется служанка или есть подруги, то и их полезно подвергнуть лишению свободы даже в случае отсутствия доноса на них. Арест повергал обвиняемого в настоящий ужас, так как тюрьмы в те времена представляли собой ужасное зрелище, особенно тяжело приходилось женщинам: они были абсолютно беспомощны перед домогательствами своих надзирателей и нередко подвергались насилию. Большинство судей сознательно пользовались этим тюремным террором, чтобы еще до начала процесса сломить волю обвиняемых и лишить их сил.  
 
 
 
 
 

2. Допрос

       Его целью  являлась дача признаний подозреваемым. По закону никто не может быть присужден к смертной казни, если он сам не сознался в преступлении. Чтобы добиться признания, ведьма подвергается пыткам. Признание же, вынужденное пыткой, считалось уликою и твёрдо устанавливало обстоятельства, какие бы они ни были невероятными. На подобных процессах, в отличие от обычных уголовных разбирательств, женщины не могли переложить вину за приобщение их к ведовству на мужей или других мужчин, ибо в делах о колдовстве женщины несли полную юридическую ответственность за свои поступки.  

         Первые допросы проходили по  заданной схеме. Было принято  начинать допрос с церковного  обряда. В это время творилась  молитва во спасение души обвиняемой  или ей на шею вешали ладанку  с реликвиями. Также жертв поили на пустой желудок «святой» водой, чтобы «дьявол во время пытки не мог связать им язык»; прикрепляли к голому телу «ведьм» ленту «длиной в рост Спасителя», которая якобы отягощала виновных «хуже всяких цепей»; произносили различного рода заклинания, чтобы «открыть уста» строптивых и непокорных «чертовых женок». Затем следовали бесконечные расспросы обвиняемого по поводу его отношений с дьяволом и тех бед, которые делались с его попустительства. Судьи старались добиться полного признания и рассказа во всех подробностях, а также по возможности выдачи соучастников. Зачастую судья призывал друзей обвиняемой и сообщал им, что она избегнет наказания и смерти, если признается в правде. Если судья безуспешно ждал некоторое время признаний обвиняемой, которая была неоднократно увещеваема, то, имея уверенность в том, что обвиняемая продолжает запираться в правде, он приступает к первому этапу пыток - обвиняемому показывали многочисленные орудия пыток и разъясняли их применение, всё это делалось для устрашения виновного и для скорейшего получения признания. Нередко судьи прибегали к всевозможным хитростям, суля жертве сохранение жизни и искупление грехов в случае признания, однако, для обвиняемого это всегда заканчивалось плачевно. Судьи считали, что обещание данное послушнику дьявола не имеет никакой силы, невыполненное обещание во имя божие - не есть грех.  

       Также встречались случаи, когда инквизитор передавал ведение дела другому  судье, который и выносил смертный приговор. Если же и теперь подозреваемая продолжала упорствовать, то её подвергали испытанию и допросу с пристрастием. Пыткам на ведовских процессах отводилось главное место, ибо лишь благодаря им, охотникам за ведьмами, удавалось выжать из обвиняемых те безумные признания, которые впоследствии должны были служить подтверждением церковных бредней о дьяволе, сделке с демонами и сатанинских чарах. Ведьмы подвергались более легким, или более мучительным пыткам, смотря по тяжести преступления. Во время пыток им задавались вопросы касательно тех проступков, за которые их пытают. Вначале задавались вопросы, затрагивающие более мелкие проступки. Ведь ведьмы скорее сознавались в них, чем в тяжких преступлениях. Допрос во время пыток записывался нотариусом. Если умеренно пытаемый продолжал запираться, то перед ним раскладывались иные орудия пытки, и он предупреждался, что они будут применены нему, если он не скажет правды. Если он и после этого упорствовал, то в его присутствии читался приговор о продолжении допроса. Для этого инквизиторы видоизменяли положения о пытках: было принято, что пытка не могла повторяться, если обвиняемый не признал своей вины, однако, в реальности это было не так, объяснением этому служило то, что пытка не повторяется, а продолжается. Под этими страшными истязаниями признавалось всё, что только хотел инквизитор. Инквизиторы призывали не церемониться с ведьмами, ссылаясь на то, что «исключительность этих дел требует исключительных пыток». Но если даже под пытками не удавалось извлечь признание из обвиняемого, то это совсем не означало его невинности, наоборот, считалось, что дьявол пришёл на помощь своему слуге и сделал его бесчувственным к пыткам.

         Так, если судья хочет узнать, дано ли ведьме колдовское  упорство в сокрытии правды, пусть  исследует, может ли она плакать,  когда находится на допросе или на пытке. По мнению сведущих людей и на основании личного опыта, это отсутствие слез указывает самым определенным образом на колдовской дар. Ведьма, несмотря ни на какие увещевания, не может проливать слез. Другим испытанием был поиск «ведьминой отметины». Считалось, что дьявол метит своим знаком всякую спутавшуюся с ним ведьму. Этот-то знак и разыскивали судьи. Чтобы не просмотреть его, обвиняемой обривали голову и тело. Стоило только отыскать какие-либо подозрительные участки кожи, например пигментные пятна, как палач прокалывал их иглой. Если подозреваемая не чувствовала при этом боли или у нее не выступала кровь, считалось доказанным, что пятно это и впрямь «ведьмина отметина». Если на теле оказывались язвы или какие-нибудь следы, происхождение которых было неизвестно, то их приписывали дьяволу. Поэтому, прежде всего, обращались к испытанию иглой. Нередко такое, лишенное чувствительности место действительно находили на теле.

         Однако самым распространенным  оставалось испытание водой. Привязав правую руку ведьмы к левой ноге, а левую руку к правой ноге, колдунью бросали в ближайший водоем. Если она начинала тонуть, значит, невиновна, если же вода не принимала грешницу, то сомнений не оставалось: точно служила Сатане. Было распространено убеждение, что ведьма отличается от остальных людей меньшим весом: недаром же она летает по воздуху. Случалось также, что под пытками человек умирал, но это не вменялось в вину инквизиции, оправданием этому служило то, что дьявол решил избавить своего подчинённого от пыток.  

3. Приговор 

         После окончания пыток истерзанной  жертве выносился приговор. Относительно  окончательного приговора надо  сказать следующее: приговор не  может быть произнесен над  тем, кто не сознался в содеянном  преступлении.

         Сознание же может быть двояким: добровольным или под давлением доказательств. Приговор – троякий: временный, окончательный и предписанный. Промежуточным приговором называется такой, который относится не к главным пунктам обвинения, но к побочным, выявившимся в течение процесса, таким как отвод свидетеля, признание или отвержение отсрочки и так далее.

         Окончательным приговором называется  такой, который заключает главные  пункты обвинения, а предписанный  – такой, в котором старший  по должности дает предписание  младшему, как надлежит действовать против осужденного. Исполнение приговора в процессах по колдовской ереси может быть отсрочено в двух случаях: во-первых, если осужденная беременна, отсрочка длится до ее разрешения от бремени; во-вторых, если осужденная призналась в преступлении, а потом снова начала отрицать вину. Большинство приговоров носили «смертельный характер» и осуждённые отправлялись на костёр, однако, инквизиция не любила смертной казни, и «перепоручала» исполнение наказания светской власти, которая прекрасно понимала и знала, что необходимо делать с осуждёнными – немедленно отправляла его на костёр. Однако если светская власть не приводила приговор в исполнение, то инквизиция в таких случаях начинала оказывать всяческое давление, побуждая как можно быстрее привести приговор в действие.

       Однако  судьба ведьмы в руках светской власти напрямую зависела от настроений и  амбиций местных правителей. И  если некоторые из них не допускали  разгула процессов, то другие всячески их поощряли и даже сами выступали  в числе рьяных охотников за ведьмами, случалось также, что правитель сам лично испытывал некую «симпатию» ко всему колдовскому и держал при себе колдунов, тогда противостояние между церковью и властью только усиливалось. Сожжение ведьм было публичным зрелищем, главной целью которого было предостеречь и устрашить собравшихся зрителей. Так 109 статья «Каролины» гласила, что «учинивший ворожбой вред и убыток людям достоин смерти, совершаемой огнем». Осужденных сжигали, а, в случае особо тяжких преступлений, казнь растягивалась на несколько этапов. Ибо уничтожение «ведьмы» или «колдуна» являлось, по словам Якова VI, «спасительным жертвоприношением для потерпевшего». Пепел, оставшийся после сожжения, полагалось рассеивать под эшафотом, или в каком-либо другом месте, чтобы ничто больше не напоминало о «богомерзких деяниях» дьявольских приспешников. Однако случалось также, что вынесенный приговор не являлся смертельным, и подозреваемому удавалось выйти на свободу, этими людьми были:  

• Те, кого суд  освобождал еще до вынесения приговора ввиду болезни или телесной немощи. Они попадали в богадельни или приюты для неизлечимо больных, где за ними велось пристальное наблюдение.

• Это были мужчины и женщины, которых оправдывали за недостаточностью доказательств. Однако обретенная ими свобода была призрачной, ибо при малейшем подозрении их могли вновь схватить, подвергнуть пыткам, а может быть, и казнить. Несмотря на освобождение, они должны были соблюдать строгие требования. Семейные праздники и публичные зрелища были для них исключены. Многим приходилось жить в своеобразном затворничестве, ибо покидать свой дом и двор им воспрещалось.

• К третьей  группе освобожденных принадлежали те, кого изгоняли из родных мест. Для  них, в особенности для женщин, изгнание часто было равнозначно  отсроченному смертному приговору. Нищие и презираемые всеми, скитались они на чужбине, отовсюду их гнали и осыпали проклятиями. Они опускались и кончали свою жизнь где-нибудь в грязи и нищете. Тем не менее, изгнание из страны было достаточно мягким наказанием.

         Но вскоре в отношении ведьм инквизиция начала сама приводить приговоры в действие. Каждый новый процесс этого рода давал новую порцию драгоценный подробностей, и, в конце концов, образовался обширный и хорошо разработанный свод информации о ведьмах и их шабашах. Народ до того уверовал в колдовство, что начал приписывать ему все свои беды, поэтому судебные процессы против ведьм распространялись волнами, тесно связанными с кризисными явлениями — неурожаями, войнами, эпидемиями чумы и сифилиса, которые порождали отчаяние и панику и усиливали склонность людей искать тайную причину несчастий. 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

Масштабы  «охоты на ведьм» 

         «Охота на ведьм» снежным комом  прокатилась по всей Европе. Зародившись  в Южной Франции и Италии  в XV в., она охватила север Франции  и Швейцарию. Во второй половине XVI в. преследование ведьм пришло в западные и южные области Священной Римской Империи. Германия превратилась в эпицентр борьбы с колдовством. Грандиозная «охота на ведьм», начавшись в Западной Германии, постепенно захватила восточные земли, а затем и Польшу. Подобные преследования, пусть и меньшего масштаба, развернулись также в скандинавских странах, на юге и востоке Центральной Европы: на территории нынешних Чехии, Словакии, Австрии, Венгрии, Словении, Хорватии, Боснии и Сербии. Из областей современных Нидерландов, Бельгии и Люксембурга пламя перекинулось на Британские острова, где были запрещены пытки, но охота имела успех. В то время как одержимость ведовством охватила центр Европы, распространяясь оттуда на север, запад, восток и юго-восток, гонения в Испании, Италии и Португалии постепенно пошли на убыль, т.к. инквизиция в этих странах была поглощена преследованием мусульман, евреев и протестантов. С середины XVI в. одержимость ведовством, главным образом во Франции, Швейцарии и Германии, приняла жуткие формы. XVIII век, век Просвещения, положил конец охоте на ведьм. Разум одерживал верх в Англии, Пруссии и Австрии. Англия была первым европейским государством, официально отменившим в 1736 г. законы о ведьмах. В Пруссии король Фридрих II Великий запретил пытки уже в год своей коронации – 1740 год. В том же году австрийская императрица Мария Терезия, запретила судам своей страны выносить приговоры ведьмам без ее согласия, что положило конец ведовским процессам и здесь. Однако в других европейских странах конец «охоты на ведьм» наступил не так скоро. На немецкой земле последний смертный приговор по делу о ведовстве был вынесен верховным судом Кемптенского аббатства 30 марта 1775 г. 

         В настоящее время, ведутся  споры по поводу численного количества жертв «охоты на ведьм». Согласно некоторым данным, количество жертв «охоты на ведьм» составляет примерно 14 000 - 23 000 людей с 1300 по 1700 год. Количество изгнанных на чужбину оценивается в 100 тысяч человек. Примерно столько же было и тех, кто отделался более легким наказанием или предостережением. Статистические данные показывают, что объектом обвинений в ведовстве оказывались в большинстве своем женщины. Это подтверждают результаты региональных исследований, например во Франции, в современном департаменте Нор, в судебных архивах сохранились дела двухсот восьмидесяти восьми человек, обвиненных в колдовстве в период от середины XIV в. и до конца XVII в.: доля женщин там составляла 82%. Похожие показатели встречаются на юге Германии и в департаменте Юра, являвшихся колыбелью репрессий. Таким образом, в XVI и XVII вв. у женщины было в четыре раза больше шансов, чем у мужчины, быть обвиненной в ведовстве и в этом качестве осужденной на смертную казнь.

         Однако нельзя утверждать, что  представленные данные являются точными, ведь документация периода «охоты на ведьм» сохранилась в ограниченном количестве, что и не позволяет точно определить количество жертв гонений.

         «Охота на ведьм», процессы и  казни женщин, обвиненных в ведовстве,  продолжались со второй половины XV в. до второй половины XVIII в. Её завершение приписывают не только упадку авторитета церкви, но и повышению уровня знаний человека об окружающей его природе, о процессах, происходящих в ней, о людских болезнях, и способах борьбы с ними. Уже с середины XVII в. на культурном горизонте Запада вырисовываются новые ценности, и, прежде всего доверие к здравому смыслу и рациональное восприятие мира. Многие процессы, происходящие в природе, начали получать своё научное объяснение, на фоне которого, магическое их появление становилось смешным. Люди вынуждены были признать, что с развитием естественных наук многие "божественные истины" стали выглядеть чистейшими фантазиями, на фоне которых, «охота на ведьм» являла собой плод воображения инквизиции.

Список  использованной литературы: 

1. "Каролина" на русском языке //Правоведение. 1969. № 5. 

2. Кожурин А.Я «Охота на ведьм» и генезис новоевропейской науки// anthropology/ru/texts/kozhurin/witches.html 

3. Молот ведьм // Вокруг света. 2004. №10 

4. Раков В.М. "Европейское чудо": Рождение новой Европы в XVI - XVIII вв. Пермь, 1999. 

5. Сперанский Н. Ведьмы и ведовство. М, 1906. 

6. Шпренгер Я., Инститорис Г.Указ. соч.