Ирина Эланс

Автор который поможет с любыми образовательными и учебными заданиями

Основание социологии Гумпловича

Министерство науки и образования Украины

«Киевский политехнический институт»

РЕФЕРАТ

на тему: «Основание социологии Л. Гумпловича»

Выполнила: студентка 2 курса

Группы СР-91, ФСП

Киев 2010

Соднржание:

Биография.
Индивидуализм Коллективизм
Социология индивида
Правно
Нравственность
Вывод

ГУМПЛОВИЧ ЛЮДВИГ (GUMPLOWICZ) (1838-1909) – польско-австрийский, социолог и правовед. Был представителем социал-дарвенистской школы, исследовал группы. Родился в Кракове. С 1882 г. - профессор государственного административного права в университете г. Грац (Австрия). Автор научных трудов по теории и истории социологии, правоведению, вопросам австрийского права и истории образования Австро-Венгрии. Представитель монизма социологии. Разделял позиции социал-дарвинизма, рассматривал социальные законы как форму проявления законов природы.

Важнейшие положения социологии Гумпловича: предмет социологии социальные группы и их взаимоотношения; основные понятия социологии "раса" и "этноцентризм"; исходный пункт социологии - теория полигенизма (множественности происхождения человеческого рода); универсальный фактор социального развития - постоянная межгрупповая борьба. В результате борьбы между первобытными ордами, считает Гумплович, возникло государство, и с этого момента борьба принимает две формы: межгосударственную и внутригосударственную (т.е. между группами, классами, сословиями, политическими партиями). Государство - организация господства большинства над меньшинством. Семья, собственность, право - продукты государства. Всякое право есть порядок неравенства.

В понимании исторического процесса первостепенную роль отводит политическому фактору, считает, что общество в своем развитии проходит cmадии становления, расцвета и гибели.

Взгляд Гумпловича на альтернативу человечества: организация господств основанного на неравенстве (в лице государства), или анархия, которая для культурного человечества невыносима. Умер в Граце.

Важнейшие труды Гумпловича: “Race и. Staat” (1875); “Das Recht des Nationalitat и. Sprachen in Osterreich-Ungarn” (1879); “Rechtsstaat u. Socialismus” (1881); “Der Rasenkampf” (1883) (рус. перевод.: “Борьба рас.” 1883); “Griindniss der Sozilogie” (1885) (рус. пер.: “Основания социологии.” 1899); “Die soziologische Staatsidee (1892)”.

Работа Людвига Гумпловча «Основание социологии» состоит из 9 глав, которые имеют свое название:

1. ИНДИВИДУАЛИЗМ И КОЛЛЕКТИВИЗМ

2. ИНДИВИД И ЕГО СОЦИАЛЬНАЯ ГРУППА

3. ВЛИЯНИЕ ЭКОНОМИЧЕСКОГО ПОЛОЖЕНИЯ НА ИНДИВИДА

4. НРАВСТВЕННОСТЬ

5. НРАВСТВЕННОСТЬ И ПОЗНАНИЕ ИСТИНЫ

6. ПРАВО

7. ПРАВО И ГОСУДАРСТВО

8. ПРАВО И НРАВСТВЕННОСТЬ

9. ИНДИВИДУАЛЬНЫЕ СТРЕМЛЕНИЯ И СОЦИАЛЬНАЯ НЕОБХОДИМОСТЬ

В своей работе Гмплович рассматривает социологию с разных сторон, право, нравственность, мышление.

Он описывает то, что понимание социальных явлений до сих пор колеблется между двумя крайностями: индивидуализмом и его противоположным полюсом - коллективизмом.

Как попытка объяснения "социального мира", так и характер требований, предъявленных организации последнего, признают своим исходным моментом или индивида или "человечество", и всякие различия, партийные несогласия в области социальных наук и борьбы всегда и везде находятся между этими двумя крайностями - индивидом и человечеством. Третьей точки зрения не было, теория, по крайней мере, не избрала и не заметила среднего пути.

Источником наших действий и стимулом их являются и эгоизм, и чувство симпатии или, вернее, не являются ни эгоизм, ни чувство симпатии, так как ни один из этих моментов не служит единственным источником, ни один из них не имеет того значения, какое приписывается им различными авторами.

Не личный эгоизм является стимулом социального развития, а эгоизм общественный, не преданность к коллективному целому, не любовь к "ближнему" в ее широком универсальном смысле христианской теории, не симпатия к "человечеству", а социальная симпатия, готовая на жертву и полная любви преданность к естественному социальному общению.

На такой точке зрения стоит доктринерский либерализм. Согласно этой доктрине, каждый отдельный человек как индивид, должен быть щедро одарен всевозможными правами, каждому индивиду должны принадлежать все, без исключения, права "наиболее привилегированных индивидов" - и тогда все пойдет хорошо на земле. Такой опыт многократно был сделан в Европе и всегда приводил к неудаче. Почему? Потому что все эти права индивиду ничуть не помогли, и всякий раз, когда он, опираясь на эти права, бросался вперед, он разбивал себе череп о твердые стены общественных учреждений. А этих стен индивидуализм не мог разрушить, как бы громко он ни провозглашал принципы индивидуальной свободы.

С другой точки зрения подходит к делу коллективизм в своих различных проявлениях (социализм, коммунизм и т.п.). Задача, по его мнению, разрешается созданием, по возможности, больших коллективных общностей. Общность должна работать для индивида, индивид становится под защиту общности, последняя должна освободить индивида от всех забот и тревог, сообща трудиться и не только контролировать и направлять индивида, но и кормить его.

Истина в том, что социальный мир с самого начала всегда и повсюду движется только группами, группами приступает к деятельности, группами борется и стремится вперед и что мудрое законодательство считается с действительностью и должно уважать эти фактические отношения, и, не закрывая перед ними глаз, подобно "конституционалистам", не должно и подобно коллективистам (социалистам и коммунистам) надеяться на возможность их изменения. В гармоническом взаимодействии социальных групп лежит единственно возможное решение социальных вопросов, насколько оно вообще возможно.

В главе «ИНДИВИД И ЕГО СОЦИАЛЬНАЯ ГРУППА» он рассказывает о мышлении, об организации жизни обыкновенного человека. Утверждает, что величайшая ошибка индивидуальной психологии заключается в предположении, будто мыслит человек. Вследствие этой ошибки в индивиде вечно ищут источник мышления, вечно ищут, почему он мыслит так, а не иначе, причем богословы и наивные философы стараются разъяснить и даже преподать советы, как человеку следует мыслить. Говорит о том, что в человеке мыслит не он сам, а его социальная группа и что источник его мыслей лежит в социальной среде.

Подобно тому, как в механике и оптике, по закону, угол падения равен углу отражения, точно так же и в духовной сфере каждому углу падения духовного луча в наш мозг соответствует известный угол отражения наших воззрений, наших мыслей, являющихся точно необходимым результатом духовных влияний, внедренных в нас с самого детства.

Бросим взгляд на жизнь обыкновенного "среднего человека" и посмотрим, как создается его духовная организация! Поведение его воспитателей и воспитательниц образуют в нем первые нравственные понятия и взгляды. А первые учителя, приставленные к нему! Форма его детского духа точь-в-точь соответствует многосторонней модели, в которую он был вылит, носит на себе ясный отпечаток той формы, в которую он был заключен.

Только знание массы, социальной среды улучшает индивида, индивидуальное же знание является для самого индивида слишком поздно для того, чтобы преобразить его, вступая в мир, индивид уже готов, как отчеканненая монета, и приобретенное им знание не может больше изменить его существа. В самом деле, что может изменить знание в зрелом юноше, который связан узами общих интересов со своей семьей, своим классом, своей социальной группой, к которому мир, т.е. другие социальные группы, относятся, как каждому из членов его сингенетического круга, и который уже поэтому свою часто недобровольную солидарность с этим кругом считает естественной и необходимой. Он может знать все, что ему угодно, но он является только тем, что уже раньше сделала из него его социальная среда, он ведет себя сообразно с тем, как действовали на него разнообразные социальные элементы, с которыми он сталкивался. Между колыбелью и могилой тянется нить, которая нигде не может быть ни разорвана, ни соткана вновь, тянется цепь, каждое кольцо которой приковано к предыдущему, человек по своему свободному выбору в силах лишь порвать ее насильно, но не сковать опять, он имеет возможность по своему собственному произволу умереть, но не может родиться вновь.

В главе о «ВЛИЯНИЕ ЭКОНОМИЧЕСКОГО ПОЛОЖЕНИЯ НА ИНДИВИДА» пишет о социальных классах.

Экономическое положение непосредственно побуждает индивида к деятельности, принуждает его к известному образу жизни и будит в нем связанные с этим последним идеи и воззрения. Нам известно, что несмотря на самую разнообразную группировку всевозможных обществ, во всех государственных организациях существует три больших общественных класса, отличающихся друг от друга своим экономическим положением, а именно: класс дворян, среднее сословие торговцев и ремесленников, крестьянское сословие. Каждый из этих социальных классов воспитывает своих членов совершенно особым образом, приучает их к кругу своих воззрений, нравов, правовых привычек и норм и заставляет их, путем определения их профессии, идти в собственных интересах по тому пути, по которому идет социальный класс как целое.

Таким образом, член сословия дворян привыкает господствовать и повелевать, заставлять других, как водится, заботиться о его жизненных удобствах, отсюда, само собой, возникает более высокое мнение о своей личности, отсюда - гордая осанка, третирование других людей и тысячи других характерных черт, свойственных аристократам всех времен и стран, независимо от народности, национальности, религии, расы и индивидуальных отличий.

В противоположность крестьянское сословие и сословие рабов всех стран и народов питает глубокую, затаенную ненависть, которую оно унаследовало от целых поколений, которая обуздается лишь сознанием духовной приниженности и которая разражается со всей дикостью варварских орд, раз представится тому случай.

Всякий член среднего сословия воспитывается в традициях "барыша": торговля, ремесло и получаемая от них прибыль с колыбели носятся перед ним как идеал, с видит перед собой массу примеров нажитого богатства. Добиться удачи – это идея которой не знает крестьянин, идея, редко привлекающая дворянина, — эта идея является главной целью всякого индивида, принадлежащего к среднему сословиию. Он уже рано убеждается, что искусная работа и изобретательность ведут к это цели: все его мышление работает в этом направлении.

Мы видели, что существуют одни общественные классы, которые теснее сомкнуты, которые, так сказать, компактнее и обладают большей силой сцепления, другие, которые менее сомкнуты, обладают меньшей силой сцепления.

Большее количество их как бы теснее прикрепляет индивида к группе, так как преимущественно социальным классам с высокой степенью сцепления свойственно воспитывать твердый характер.

Отсюда стихийная моральная сила людей за свой класс, за свое сословие, за свою народность, которой они принадлежат всеми обобществляющими моментами, а потому и всеми фибрами своего сердца, и, наоборот, легко понять колебания и бесхарактерность тех людей, у которых отсутствует один из моментов.

Но социальная жизнь не проходит в строго замкнутых социальных классах, из природы вещей, из сущности политического и социального развития следует вечное стремление индивидов туда и сюда, вечное возвышение и падение, вечные столкновения, при которых социальные классы перекрещиваются в разнообразных комбинациях и индивиды попадают в разнообразнейшие положения, как относительно своих, так и чужих социальных групп.

В разделе «Нравственность» Гумплович говорит о человеке.

Рассмотрим человека, который прочно прирос к своей группе: ни в каких житейских обстоятельствах, которые доступны группе по ее природе и положению, он не будет затрудняться в выборе образа действий, ибо он владеет привитым ему мерилом, которое никогда не бросит его на произвол судьбы, он владеет моралью, которая всюду служит ему путеводной звездой.

Между правом и моралью существует генетическое различие, поскольку первое есть продукт столкновения различных социальных элементов, а после, нее - продукт отношений между простым социальным элементом и индивидом. Право возникает всегда и всюду только в социальном соединении, хотя бы и самом простом; необходимым предположением права является организация господства; мораль возникает уже в примитивнейшем социальном элементе, в примитивнейшем племени, в орде.

Однако так как всякое более развитое и сложное социальное соединение независимо от содержащихся в нем общественных групп образует само по себе тоже социальную группу, так как совокупность его составных частей удерживается вместе с известными обобществляющими связями, и так как каждое соединение представляет социальное единство, то нет ничего удивительного в том, что простой факт существования этой социальной коллективности создает общую мораль, руководящую всеми его сочленами. Впрочем, эта мораль, соответствующая больше свободе взаимной связи, более ничтожному сцеплению этой совокупности, ни коем случае не будет обладать той проникающей силой и интенсивностью, которою обладает мораль социальных элементов, поэтому она вступает в частный конфликт с последним и часто побеждается им. Можно смело выставить положение, что большая часть преступлений и правонарушений, совершающихся в государстве, возникает из этих конфликтов общей морали с моралью социальных элементов.

Гумплович объясняет понимание права. Он говорит о том, что до сих пор изучение и понимание права колебалось между индивидуализмом и совершенно неопределенным коллективизмом. Обе эти крайности боролись одна с другой, от одной к другой бросалось развитие литературы, и так как истина не заключается ни в одной, ни в другой - то нечему и удивиться, что нас не удовлетворяют ни философия права, ни вообще господствующие научные системы права, что пресыщение и пустота являются продуктом длившейся целые столетия работы различных школ философии права.

Автор утверждает, что одни ищут источник права просто в человеке, в его природе, в его стремлении к общежитию, или в тому подобных приписанных ему свойствах, другие думают найти этот источник в коллективном целом, в народе, в обществе и его "общей воле", в народном духе.

Но истина лежит посредине. Право - не продукт индивида, не сознание природы и ее свойств, оно и не создание народа и даже выдуманной ad hoc общей воли и народного духа. Право - социальное явление, т.е. форма совместной жизни, созданная столкновением разнородных и неравносильных социальных групп. Эта разнородность и неравенства являются необходимыми предположениями всякого права.

В примитивной орде, которая представляет однородную, единую и недифференцированную группу, совсем нет права, да оно здесь и не нужно, так как на этой ступени развития, в таком состоянии люди удовлетворяются несколькими религиозными представлениями и обычаем. В примитивной орде царит полное равенство, а оно не является почвой, на которой могло бы вырасти право. Поэтому там нет ни семейного права (там господствует смешение полов), ни права собственности, следовательно, нет и наследственного права. А при отсутствии торговли и сношений, конечно, нет ничего подобного и нашему имущественному праву. Не обнародованные нормы регулирует жизнь. Что произошло, то священно; для того, чтобы регулировать жизнь примитивной орды, вполне достаточно форм жизни, созданных с течением времени потребностями - форм жизни, сумму которых мы называем обычаем, которые сводятся в большинстве случаев, к воле богов, так как возникновение их происходит незаметно.

Только при столкновении разнородных групп, после того, как установлено подчинение одних другим и приходится подумать о совместной жизни неравных этнических элементов, т.е. приходится подумать об организации господства, жизни неравных элементов друг подле друга, упрочняясь путем практики и привычки в нормы и принципы, создают право.

Так, вследствие похищения женщин чужого племени возникло впервые семейное право, как господство мужа над своей женой; так, вследствие подчинения чуждого элемента и превращения его в служебный возникло право господ на своих рабов, а вследствие различия между господином, которому принадлежат земные плоды, и рабом, который обрабатывает землю для господина, возникло право собственности. Земля вместе с приобретенным господством переходит в семье от отца к сыну, благодаря чему возникает наследственное право. Если в эту примитивную организацию вступает чужой торговый элемент, то обмен благ создает имущественное право, и прежде всего обязательственное, долговое право со всеми его усложнениями, вызванными развитием торговли и оборота.

Короче говоря, всякое право возникает из неравенства и имеет в виду поддержать и утвердить его через установления господства более сильных над более слабыми, в этом отношении всякое право есть верное зеркало государства, которому оно обязано своим возникновением и целью которого является тоже не что иное, как поддержание порядка совместной жизни неравных элементов посредством господства одних над другими.

Л. Гумплович определяет государство как "организацию господства меньшинства над большинством", организацию властвования в интересах

правящей группы утверждения, что всегда побеждает меньшинство, восполняющее свою недостаточную численность перевесом военной дисциплины и умственным превосходством Согласно Л. Гумпловичу, государство возникает в ходе исторического развития, в результате борьбы рас (иногда он говорит о борьбе племен

или орд). Оно возникает насильственным путем завоевания и порабощения одной расы другой.

Уже из предыдущего следует, что право может возникнуть и мыслимо только в государстве. Вне государства нет права, так как право есть специфически государственный институт, плоть от плоти и кровь от крови. Каждое право есть часть государства и, так сказать, содержит в себе известную меру государственного господства.

Призрачные свобода и равенство несовместимы с государством, они - прямое отрицание последнего. Для людей нет никакого другого выбора, кроме государства с его неизбежными несвободой и неравенством, или анархии.

Не меньшую ошибку делают те, кто думает вывести право из "справедливости", и ставят выведенное таким образом право над государством и предлагают государству реализовать его. В основе такой дедукции лежит оптический обман. В самом деле, что такое справедливость? Откуда мы можем получить о ней представление? Только факт права, как оно создалось в государстве, воспитывает в нас идею справедливости, идея справедливости образуется благодаря праву, и наша восприимчивость к ней, наше ощущение справедливости, наше чувство справедливости не имеют никакого другого источника.

К справедливому в государстве вполне относятся слова Тразимаха в диалоге того же имени: "Я именно утверждаю, что справедливое есть удобное для сильнейшего". Ведь, в самом деле, в государстве более слабый должен подчиниться и приспособляться к более сильному, и правовой порядок государства не может быть не чем иным, как таким, который больше всего удобен для самой крупной силы в государстве, впрочем, такой порядок в государстве для более слабого является сравнительно самым лучшим, и в этом смысле государственный правовой порядок представляет естественно мыслимую идею справедливости, единственный источник, из которого мы можем черпать представление о справедливости и справедливом. Но этот правовой порядок был всегда и всюду антиподом свободы и равенства, и должен быть таковым по природе вещей.

Далее следует раздел о «Нравственном праве» в котором он разделяет старую и новую мораль человека.

Мы видели, что право возникает при столкновении разнородных социальных элементов, когда коллективное целое уже не может быть сдержано простым обычаем, мораль одних не является в то же время моралью других. Такое противоречие нравственных воззрений, делающее невозможным существование социального единства, примиряется правом, сперва, в форме повеления господствующих.

Старая мораль социальных элементов необходимо должна подчиниться этой новой, ибо в то время, как первая обеспечивала состояние простой группы, новая обеспечивала состояние группы более сложной.

Иллюстрируем это примером. Для примитивной орды, для простого племени враг и чужой - идентичные понятия. Ее мораль повелевает ей щадить лишь своих и, напротив, без рассуждений истреблять чужих. Но с того момента, как чужие образуют составную часть нового общества, в положении ли рабов, союзников, или класса, принятых в каких-либо интересах старого общества - с этого момента старая мораль должна уступить место новой. Интерес нового общества, создающий новое право, медленно уничтожает старую мораль, отождествляющую "чужого и врага", и прокладывает дорогу новой, в силу которой раб, союзник или принятый в состав группы инородец имеют притязание на охрану и уважение, хотя старая мораль еще долго оставляет известные рудименты в воззрениях и чувствах - новый интерес нового целого создает все-таки новую мораль, которая оказывается победительницей старой.

Этот процесс, процесс образования новой морали под влиянием прогрессивного образования права происходит во всех областях правовой жизни.

Вытеснение старой морали новой под влиянием нового права, вызванного потребностями и интересами нового общества, яснее всего сказывается в развитии патриотического чувства. Первоначальное племенное сознание отдельных социальных элементов государства со временем превращается в народное и национальное сознание. В то время как по старой морали личность обязана была к преданности только в отношении к ее сингенетической группе, существование интересов нового общества создает новую мораль, которая требует от личности безусловной преданности целому, составленному из разнообразных в этническом и социальном отношении элементов.

ВЫВОД:

В конце концов, личность, как ни преходяща она сама по себе, находила только в глубине души ту твердую точку опоры, к которой она может прикрепиться в бурном волнении жизни и которая обеспечивает ей поддержку и помощь -и горе ей, если она ее не нашла! Только близорукость и непростительная слабость человека заставляют его верить, что он может найти эту точку опоры вне себя, -но там он ее ищет тщетно: "не придет царствие Божие извне, ибо царствие внутри вас есть". Будут ли то чисто личные чувства, как чистая любовь и дружба, сопровождающие человека в течение всей жизни, будет ли то искренняя вера, которой предается его благочестивая душа, будут ли то высокие идеи, воодушевляющие его в борьбе за народ и отечество, за истину и науку; чувства и всякая такая идея образуют тот "неподвижный полюс в смене явлений", который светит личности, утешает, счастливит и в то же время облагораживает ее, несмотря на то, что он живет только в ее душе и с ней исчезает. Сюда же относится и мораль. Философ и социолог могут, сколько им угодно сказать, рассуждать о том, как и каким образом эта мораль возникла, какие изменения она претерпела; справедлива она или нет и т.п.; индивиду же достаточно в его жизни и того, что у него есть мораль; одна ли она, какова она, - это зависит от степени развития той социальной группы, к которой он принадлежит; от семьи, в которой он развился и воспитался; от обстановки, в которой он вырос; от впечатлений, которые он воспринял в нежном возрасте; от превратностей судьбы, которые он испытывал; может быть, и от знаний, которые он приобрел; главным же образом, от правового порядка, поддерживаемого государством, от того правового порядка, которому он должен подчиниться.

Основание социологии Гумпловича 📙 Реферат → 🆔 178335