Пограничные нервно-психические расстройства подростков

Содержание

Введение.

Глава I. Эмоциональная сфера и семейные взаимоотношения подростка

Глава II.  Пограничные нервно-психические расстройства в подростковом возрасте и их связь с семейным воспитанием

Заключение

Литература

Введение

Подростковый  возраст – это переходный период между детством с его полной зависимостью от взрослых и взрослой независимой  жизнью.

Для подростков характерен особый комплекс поведенческих реакций, так называемый, пубертатный кризис: реакции эмансипации  и группирования со сверстниками, хобби-реакции, сексуальные реакции. Проявления этих реакций нередко  ведет к конфликтам подростка  с родителями и учителями, рассматривается  как отклоняющееся поведение  и сопровождается сильными эмоциональными реакциями.

Подростковый  возраст сам по себе характеризуется  как период повышенной эмоциональной  возбудимости, что проявляется в  изменчивости настроения, появления взрывных эмоций, тревожности, агрессивности и других бурных эмоциональных проявлений. Показано, что эмоциональное неблагополучие подростка прямо взаимосвязано с системой его отношений: трудностями общения со сверстниками и окружающими взрослыми, школьной успешностью, самоотношением.

Поведенческие и эмоциональные отклонения у  подростков могут приводить к  возникновению симптомов пограничных  нервно-психических расстройств, для  которых характерны подвижные переходы подвижные переходы между нормой и патологией, подвижные границы  между отдельными формами внутри группы пограничных состояний, подвижные  взаимосвязи биологических и  социальных факторов в их патогенезе.

Важным  фактором, который может положительно и отрицательно повлиять на эмоциональное состояние подростка и его адаптацию к социуму, выступает семья. Одной из задач семьи с подростком является установление баланса между свободой и ответственностью. Это подразумевает необходимость предоставления подростку большей свободы и одновременно делегирование ему большей ответственности за свое поведение при обязательном сохранении контроля со стороны родителей и отсутствия вседозволенности.

Конфликт  между родителями и подростком, игнорирование  его возрастных особенностей и потребностей может усугубить эмоциональные  и поведенческие проблемы и усилить  риск нервно-психической патологии.

Цель  настоящего реферата – проанализировать особенности эмоциональной сферы  подростка в контексте его  семейных взаимоотношений (в связи  с задачами психопрофилактики пограничных нервно-психических расстройств).

Глава I.  Эмоциональная сфера и семейные взаимоотношения подростка.

Самопознание подростка активно осуществляется по самым различным областям собственного «Я»: физической, личностной, познавательной, эмоциональной и т. п. В этот период продолжается развитие Я-концепции, в процессе которого характерными тенденциями являются:

•    обособление  самооценки от оценок окружающих;

•    самооценка выступает  как регулятор поведения;

•    неустойчивость самооценки.

Подросток испытывает потребность  в самопознании «Я», прибегая для  этого не только к самонаблюдению, но активно экспериментируя над  собой, проверяя свои возможности.

По мере самопознания и  одновременно с ним происходит становление самоотношения — эмоционально-оценочного отношения к своей личности (самопринятия, самоуверенности, самообвинения, самоинтереса и др.) [12; 176].

Эмоции подростков в значительной мере связаны с общением. Поэтому  личностно-значимые отношения к  другим людям определяют как содержание, так и характер эмоциональных  реакций.

Для эмоциональной сферы  подростков характерны:

1) очень большая эмоциональная  возбудимость, поэтому подростки  отличаются вспыльчивостью, бурным  проявлением своих чувств, страстностью: они горячо берутся за интересное  дело, страстно отстаивают свои  взгляды, готовы «взорваться»  на малейшую несправедливость  к себе и своим товарищам;

2) большая устойчивость эмоциональных переживаний по сравнению с младшими школьниками; в частности, подростки долго не забывают обиды;

3)  повышенная готовность  к ожиданию страха, проявляющая  в тревожности (В. Н. Кисловская, 1972 установила, что самая высокая тревожность наблюдается в подростковом возрасте); повышение тревожности в старшем подростковом возрасте связано с появлением интимно-личностных отношений с человеком, вызывающим различные эмоции, в том числе в связи со страхом показаться смешным;

4) противоречивость чувств: часто подростки с жаром защищают  своего товарища, хотя понимают, что тот достоин осуждения;  обладая высокоразвитым чувством  собственного достоинства, они  могут заплакать от обиды, хотя  и понимают, что плакать стыдно;

5) возникновение переживания  не только по поводу оценки  подростков другими, но и по  поводу самооценки, которая появляется  у них в результате роста  их самосознания;

6) сильно развитое чувство  принадлежности к группе, поэтому  они острее и болезненнее переживают  неодобрение товарищей, чем неодобрение  взрослых или учителя; часто  появляется страх быть отверженным  группой;

7) предъявление высоких  требований к дружбе, в основе  которой лежит не совместная  игра, как у младших школьников, а общность интересов, нравственных  чувств; дружба у подростков более избирательна и интимна, более длительна; под влиянием дружбы изменяются и подростки, правда, не всегда в положительную сторону; распространена групповая дружба;

8) проявление гражданского чувства патриотизма [4; 403].

Опыт человека всегда эмоционально окрашен. Память хранит эти эмоциональные  переживания. Положительные или  отрицательные эмоции могут закрепляться. Когда же человек встречает нечто  похожее на бывшее ранее, возникает соответствующее переживание. Например, подросток когда–то пережил ссору с хулиганами, которые спровоцировали ее словами: «Ну, ты, лох, ниче не понял? Иди отсюда!». Впоследствии, совершив какую–то оплошность, подросток делится неприятностью с отцом. Тот в ответ: «Тебя, как лоха, провели, обманули.» Подросток замыкается в себе и мучается из–за своей несостоятельности.

Под принятием понимается положительное отношение к подростку вне зависимости от конкретных успехов ребенка. Эмоционально принимающие своих детей родители всегда сочувствующие. Они создают у подростка уверенность в своей нужности. Эмоциональное отвержение – отрицательное отношение к подростку, отсутствие ласки и уважения, враждебность к нему. Это отношение формирует у подростка агрессивность, недоверие к миру, неуверенность в себе. Директивность родителей состоит в том, что они управляют подростком, внушают ему чувство вины. Директивные родители показывают свою жертвенность, что впоследствии вызывает у подростка протест, негативизм, отрицание родительских ценностей, стремление к независимости и самостоятельности, которые слабо связываются с ответственностью за свою жизнь. Автономность родителей возникает при отсутствии внимания к потребностям подростка, погруженность в собственные дела и переживания. В таких семьях подростки излишне самостоятельны. В основе этой самостоятельности – безразличие родителей. Автономность родителей становится причиной дезадаптации подростка и ранней алкоголизации. Непоследовательность тактики родителей проявляется в резкой смене стиля отношений – от принятия подростка к резкому эмоциональному отвержению. При этой тактике подросток чувствует себя незащищенным и нестабильным. Автономность родителей в сочетании с непоследовательностью свидетельствует об их безразличии. Они общаются с детьми «между делом». У них своя личная жизнь, подростки в нее не посвящаются. Другие члены семьи также заняты своим делом. Подростки остаются неприкаянными.

Эмоциональное опосредование определяет психологический климат в семье, который создается интересными родителями, домашними традициями, праздниками, подарками, розыгрышами, домашними играми и т. п [3; 100].

Один из компонентов взрослости подростка – его новые отношения  с родителями и взрослыми.

Отношения подростка с  родителями перестраиваются, причем не всегда «по вектору» взаимопонимания, сострадания и постоянной заботы. Сначала покажем, как психологически перестраиваются семейные отношения  и от чего зависит эта перестройка.

Несмотря на ощущение себя взрослым, подросток осознает, что  во взрослый мир ему трудно войти  из–за отсутствия разных навыков и умений, которые есть у взрослого, мировоззрения, неприятия многих устремлений взрослых людей. Внутренняя работа подростка напоминает среднего дошкольника – «почемучку», которому многое непонятно. Но если на вопросы «почемучки» отвечает взрослый, то подросток сам мучительно хочет докопаться до истины. Причем вопросы, которые он себе ставит, порой носят экзистенциальный характер: «Почему моя мать живет с отцом–пьяницей?», «Почему люди говорят одно, а делают другое?», «Разве можно одновременно говорить о красоте, о возвышенном, а в магазине покупать картошку?», «Почему мне все запрещают?» и т. д.

Иногда семейная картина  и того хуже: сплошная брань, при  которой то одна сторона, то другая просит помощи в разрешении конфликта  у своих детей–подростков. Между  детьми и родителями возникает эмоциональная  дистанция. Родителей «переоценивают», а подростки хотят автономии  и обособления. Но автономия не означает полного разрыва с родителями, хотя и это бывает. Стремление к  независимости сопровождается появлением собственных взглядов на многое: учение, труд, времяпрепровождение, деньги, взаимоотношение  полов, смысл жизни. Но, тем не менее, семейные ценности и нормы жизнедеятельности, если конечно, они принимаются, чтутся подростком. Однако самостоятельное определение своих желаний, поступков, занятий принимает форму демонстраций: «Почему вы диктуете мне, что мне делать? Я сам решу. Всегда лезете в мою личную жизнь».

Отношения подростков с родителями интенсивно перестраиваются. Все большее  место занимает критика образа жизни  родителей, их установок и образа действий. Но, несмотря ни на что, относительно крепкими остаются эмоциональные связи  подростка с родителями. Стремление освободиться от эмоциональной привязанности  у мальчиков больше, чем у девочек. Тем не менее, общение родителей  и подростка весьма конфликтно, сложно, противоречиво и значимо. Обвиняя  другую сторону в неправоте, и  родители и подростки увеличивают протестные реакции – кто когда уступит, кто настоит на своем, кто выиграет, кто проиграет [3; 31-47].

Конфликты между родителями и подростками приводят к появлению  очень устойчивой личностной тревожности, которую трудно корректировать, о  чем свидетельствуют исследования А. М. Прихожан [11].

Подросток одновременно и  настаивает на признании принципиального  равенства прав со взрослыми, и по прежнему нуждается в его помощи, защите и поддержке, в его оценке. Взрослый важен и значим для подростка, подросток способен на эмпатию по отношению ко взрослому, но протестует против сохранения в практике воспитания «детских» форм контроля, требований послушания, выраженной опеки. Хотя проблема во взаимоотношениях с родителями, конфликты с учителями – типичное явление для подростничества, однако сила, частота, резкость проявлений во многом зависят от позиции взрослых, от стиля семейного воспитания, от умения реализовать уважительную, но не попустительскую тактику по отношению к поведению подростка. Необходимым и обязательным условием благополучных отношений подростка и взрослого является создание общности в их жизни содержательных контактов, расширение сферы сотрудничества, взаимопомощи и доверия, лучше всего по инициативе взрослого [15; 252].

Основное подростковое противоречие подросткового периода – настойчивое  стремление ребенка к признанию  своей личности взрослыми при  отсутствии реальной возможности утвердить  себя среди них.

Д. Б. Эльконин считал, что ведущей деятельностью детей этого возраста становиться общение со сверстниками.

В общении со сверстниками происходит проигрывание самых разных сторон человеческих отношений, построения человеческих взаимоотношений, построение взаимоотношений основанных «кодексе товарищества», реализуется стремление к глубокому взаимопониманию. Интимно-личное общение со сверстниками – это  деятельность, в которой происходит практическое освоение моральных норм и ценностей. В ней формируется  самосознание как основное новообразование психики [15; 246].

Общение со сверстниками оказывается  настолько притягательным, что дети забывают об уроках и домашних обязанностях. Связи с родителями, столь эмоциональные  в детские годы, становятся не столь  непосредственными.

В отношениях со сверстниками подросток стремиться реализовать  собственную личность, определить свои возможности в общении. Чтобы  осуществлять эти стремления, ему  нужна личная свобода и личная ответственность. И он отстаивает эту  личную свободу как право на взрослость. При этом по отношению к родителям  подросток, как правило, занимает негативную позицию.

Самое трудное в отрочестве - чувство одиночества, ненужности своим сверстникам. Подросток начинает комплексовать, испытывает чувство растерянности и тревоги. Совсем другое, когда отношения со сверстниками строятся благополучно: подросток удовлетворен этим и может чувствовать себя счастливым [9; 427-438].

Глава II.  Пограничные нервно-психические расстройства в подростковом возрасте и их связь с семейным воспитанием.

По своим клиническим  проявлениям пограничные нервно-психические  расстройства весьма многообразны, особенно в подростковом возрасте, и характеризуются  маскированностью, фрагментарностью клинической картины, психопатологической незавершенностью симптоматики.

Развитию пограничных  нервно-психических расстройств  у детей и подростков способствует целый ряд факторов: органическое поражение головного мозга (патология  беременности и родов, травмы и инфекции, перенесённые в первые годы жизни), соматические заболевания, повышенная ранимость нервно-психической сферы в переходные возрастные периоды, индивидуальные особенности личности, конституциональная предрасположенность. Важная роль отводится психотравмирующим факторам, под воздействием которых происходит нарушение адаптации подростка в социуме.

Критическими  возрастами, предрасполагающими к развитию невротических реакций и неврозов, является период 7-11 лет, когда начинает активно формироваться аффективная сфера личности, и период 11-14 лет, когда активно развивается идеаторная (имеющая отношение к идеям, когнитивная) сфера личности.

Для этапа формирования аффективной сферы личности характерны непосредственность и неустойчивость эмоциональных реакций, их быстрая смена, преимущественный интерес к текущим событиям и недостаточная оценка будущего. Если в этом возрасте (7-11 лет) ребенок переживает психическую травму (потеря родителей, конфликт между папой и мамой, развод родителей, длительная отлучка одного из родителей, соматическое заболевание, связанное с длительным пребыванием в больнице), то высока вероятность задержки аффективного развития. В дальнейшем эта задержка приведет к развитию в структуре личности эмоциональной неустойчивости, непосредственности реагирования на внешние события и, соответственно, к трудностям адаптации, к снижению способности адекватной оценки ситуации и построения планов на будущее.

На возможности поиска, восприятия, анализа, синтеза, хранения и применения информации влияют как  биологические, так и социально-психологические  факторы. Характер информации также  имеет значение: в лишенной новизны, монотонной и однообразной, максимально  предсказуемой среде функциональная активность психических процессов  снижается. Для поддержания оптимального уровня необходимы новизна и непредсказуемость  значения поступающей информации.

Важную роль в информационном обмене между организмом и средой играют эмоции (почему нарушения эмоциональной  сферы при пограничных состояниях возникают в первую очередь). Эмоции сигнализируют о результатах  действия: совпадают ли смоделированные  параметры с полученными. Невозможность получения положительной эмоции в процессе обратной афферентации приводит к бесконечному поиску путей удовлетворения блокированной потребности. Эмоциональное состояние не только влияет на поведение, но и зависит от него, поскольку эмоции у человека носят выраженный идеаторный характер. Рассогласование между стремлениями, представлениями и возможностями и приводит к эмоциональным расстройствам [10; 79].

Наиболее характерная  черта ребенка – его эмоциональность. Он очень живо откликается на негативные и положительные изменения в  его окружении. Эти переживания  в большинстве случаев носят  позитивный характер. Они имеют очень  большое значение в приспособлении ребенка к изменяющейся жизни. Однако, при определенных условиях чувства  могут играть и отрицательную  роль, приводя к невротическим или соматическим расстройством. Это происходит в тех случаях, когда сила эмоции достигает такой степени, что становится причиной стресса [6; 29].

Эмоциональный контакт родителей  и детей - одно из условий нормального  психического развития, формирования характера и личности. Проблемы эмоционального контакта с родителями у детей, которые  впоследствии заболевают неврозами, обусловлены прежде всего гиперсоциальной направленностью личности матерей в виде гипертрофированного чувства долга, обязанности, повышенной принципиальности, трудности компромиссов. С одной стороны, эти матери много опекают и тревожатся, а с другой - поступают излишне правильно, но, что называется, без души. Часто не идут вовремя навстречу, стремятся излишне пунктуально выдерживать режим дня, без конца читают мораль и считают детскую возню, смех и веселье пустым времяпрепровождением [1; 19].

При виде воспитания эмоционального отвержения, ребенок и подросток постоянно ощущают, что им тяготятся, что он — обуза в жизни родителей, что без него им было бы лучше, свободнее и привольнее. Еще более ситуация усугубляется, когда есть рядом кто-то другой — брат или сестра, особенно сводные, отчим или мачеха, кто гораздо дороже и любимее (воспитание по типу «Золушки»).

Скрыто эмоциональное  отвержение имеет место тогда, когда  мать или отец сами себе не признаются в том, что тяготятся сыном  или дочерью, гонят от себя подобную мысль, даже возмущаются, если им указывают  на это. Силами разума и воли родители подавляют в себе эмоциональное  отвержение к детям как недостойное  и обычно даже обнаруживают гиперкомпенсацию в виде подчеркнутой заботы, утрированного внимания. Однако ребенок, и особенно подросток, чувствует искусственную вымученность таких забот и внимания и ощущает недостаток искреннего эмоционального тепла.

Условия жестоких взаимоотношений  нередко сочетаются с крайней  степенью эмоционального отвержения. Жестокое отношение может проявляться  открыто — суровыми расправами за мелкие проступки, а еще более  тем, что на ребенке «срывают зло» на других. Но жестокие отношения не избирательно касаются только самого ребенка или подростка — они  господствуют во всей атмосфере непосредственного  окружения, хотя в семье могут  быть и скрыты от посторонних взоров.

Это — душевное безразличие  друг к другу, забота только о самом  себе, полное пренебрежение к интересам  и тревогам других членов семьи, незримая стена между ними, семья, где каждый может рассчитывать только на самого себя, не ожидая ни помощи, ни поддержки, ни участия — все это может  быть без громких скандалов, без  драк и избиений, но не может не отразиться на том, кто в этой семье растет.

Н. И. Озерецкий (1932), обследуя подростков-беспризорников 20-х годов — одного из тяжелых последствий гражданской войны и разрухи, отметил, что их образ жизни способствовал «искусственной эпилептоидизации» характера.

Система жестоких взаимоотношений  может культивироваться также между  воспитанниками в некоторых закрытых учреждениях для подростков, особенно трудных и делинквентных, несмотря на материальную обеспеченность и, казалось бы, строго регламентированный режим. Тирания вожаков, издевательство сильных над слабыми и робкими, понуждение к неблаговидным поступкам, расправы за неподчинение, раболепие одних и мучение других — все это легко процветает, если воспитательная работа отличается формализмом.

Повышенная моральная  ответственность по отношению к  подросткам со стороны родителей  питают большие надежды в отношении  будущего своего ребенка, его успехов, его способностей и талантов. Они  часто лелеют мысль о том, что их потомок воплотит в жизнь собственные несбывшиеся мечты. Подросток чувствует, что от него ждут очень многого.

В другом случае условия  повышенной моральной ответственности  создаются, когда на малолетнего  подростка возлагаются недетские  заботы об уходе за младшими или  больными и беспомощными членами  семьи. [8; 103-104-105].

На этапе развития идеаторной сферы личности сознание ребенка обогащается различными понятиями, развивается способность к умозаключениям, к построению долгосрочных планов действий. Подросток начинает самостоятельно мыслить, подвергать обсуждению те или иные факты, вскрывать закономерности социальной жизни. При возникновении психотравмирующих ситуаций в этом возрасте (11-14 лет) может снижаться интерес к окружающему, наблюдаться подавление эмоциональной связи с происходящими событиями из-за неприятных переживаний по поводу возникающих мыслей, идеи становятся оторванными от реальности. Внешне подросток с психотравмой кажется окружающим рано повзрослевшим, сдержанным, он стремится много читать, рассуждать о сложных проблемах. Однако на самом деле такое развитие создает предрасположенность к формированию в будущем невроза навязчивых состояний.

Большую роль в возникновении  отклонений в развитии личности, могущих  привести к развитию неврозов, играет система отношений в семье ребенка и характер воспитания, принятый в этой семье [10; 79].

Так или иначе, неврозы  вызывают резкое эмоциональное перенапряжение с иррадиацией в соматические процессы и непреодолимую личностную потребность в ликвидации создавшего положения. Постоянно или часто  повторяющиеся эмоциональное и  умственное напряжение, психический  стресс и депрессии провацируют различные отклонения в психической деятельности и физиологических функциях в организме. [2; 16].

Заключение

Для подростков характерны разнообразные  эмоциональные и поведенческие  отклонения личностных свойств: тревожность, агрессивность, возбудимость, низкий самоконтроль, повышенная напряженность, нестабильность самоотношения и другие. На формирование характера и личности подростка большое влияние оказывает семейное воспитание. Чрезмерная или, напротив, недостаточная забота родителей о подростке, неадекватное удовлетворение его потребностей, нарушение в предъявлении требований, установление запретов, предъявлении санкций может приводить к аномалии развития эмоционально-личностной сферы и провоцировать симптомы нервно-психических расстройств.

Взаимосвязь эмоционального состояния  подростка и стиля воспитательной практики родителей диктует необходимость  более подробного изучения этого  вопроса и разработки на этой основе соответствующей психокоррекционной программы, направленной на горманизацию внутреннего мира подростка и семейных взаимоотношений.

Литература

1. А.И.Захаров. НЕВРОЗЫ У ДЕТЕЙ И ПОДРОСТКОВ. АНАМНЕЗ, ЭТИОЛОГИЯ И ПАТОГЕНЕЗ.
2. Батаршев А. В./ Психодиагностика пограничных расстройств личности и поведения. – М.: Изд-во Института Психотерапии, 2004. – 320 с.
3. Казанская В. «Подросток. Трудности взросления./2-е издание, дополненное.»: Питер; Спб.; 2008.
4. Ильин Е. П. Эмоции и чувства. - СПб: Питер, 2001. - 752 с: ил. - (Серия «Мастера психологии»).
5. Исаев Д. Н. Психопатология детского возраста: учебник для вузов. – 3-е изд. – СПб.: Спец. Лит, 2007. – 463 с.
6. Исаев Д. Н. Эмоциональный стресс, психосоматические и соматические расстройства у детей. – СПб.: Речь, 2005. – 400 с.
7. Коркина М.В. Психиатрия: Учебник для студ. мед. вузов / М.В. Коркина, Н.Д. Лакосина, А.Е. Личко, И.И. Сергеев. — 3-е изд. — М.: МЕДпресс-информ, 2006. — 576 с.)
8. Личко А.Е. Психопатии и акцентуации характера у подростков. - СпБ: Речь, 2009.
9. Мухина В. С. Возрастная психология: феноменология развития, детство, отрочество: Учебник для студ. вузов. - 4-е изд., стереотип. - М.: Издательский центр «Академия», 1999. - 456 с.
10. Репина Н. В., Воронцов Д. В., Юматова И. И. Основы клинической психологии.
11. Психокоррекционная работа с тревожными детьми // Активные методы в работе школьного психолога. Сборник научных трудов под ред. И. В. Дубровиной. Киров: Эниом, 1991.
12. Регуш Л. А. Проблемы психического развития и их предупреждение (от рождения до пожилого возраста). — СПб.: Речь, 2006 — 320 с.
13. Свядощ А. М. Неврозы (руководство для врачей) СПб.: Питер Паблишинг, 1997 – 448 с. – (Серия «Практическая медицина»).
14. Ушаков Г. К. Пограничные нервно-психические расстройства. 2-е изд., перераб. и доп. М.: Медицина, 1987. – 304 стр. ил.
15. Шаповаленко И. В. Возрастная психология (Психология развития и возрастная психология). – М.: Гардарики, 2005. – 349 с.
16. Александровский Ю. А. Пограничные психические расстройства. Учебное пособие. (3-е издание, 2000 г.)