Политические идеи Ж.-Ж. Руссо

Содержание: 

Введение

     1. Ж.-Ж. Руссо о свободе и неравенстве

     2. Теория общественного договора Ж.-Ж. Руссо

     3. Ж.-Ж Руссо о законодательной и исполнительной власти

Заключение

Список использованной литературы 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

Введение 

     Среди выдающихся мыслителей кануна французской  буржуазной революции 1789-1794 годов особое место занимает Жан-Жак Руссо. Просветитель и романтик, индивидуалист и коллективист, Руссо стал объектом многих исследований и различных интерпретаций. Французский  философ, моралист и политический мыслитель, фигура богато одаренная и полная противоречий, Ж.-Ж. Руссо выражал  стремление к обновлению общества, и, одновременно, консервативные настроения, желание и вместе с тем боязнь радикальной революции, ностальгию по примитивной жизни - и страх  перед варварством.

     Социально-экономические  и демократические идеи Руссо  получали восторженную оценку во многих странах, где развивалась борьба против средневековья, феодального  порабощения, абсолютных монархий.

       Руссо попытался в своих работах изложить историю происхождения и развития неравенства, возникновения политических обществ и злоупотреблений, которым открывают они место, насколько все это может быть выведено из природы человека, при свете одного только разума и независимо от священных догм, дающих верховной власти санкцию божественного права.

     В данной работе рассмотрены социальные и политико-правовые взгляды Ж..-Ж. Руссо, изложенные им в самых значительных его сочинениях – «Рассуждения о науках и искусствах», «Рассуждение о происхождении и основаниях неравенства между людьми» (1754), «Об общественном договоре, или Принципы политического права» (1762), «О политической экономии» (1755), «Суждение о вечном мире» (1782).  

     1. Ж.-Ж. Руссо о свободе и неравенстве

     В своих работах Ж.-Ж. Руссо выдвигает  понятие естественного человека - целостного, доброго, биологически здорового, морально честного и справедливого. Естественное состояние, а не историческая реальность, стало рабочей гипотезой, которую Руссо добывает из глубины  своих мыслей, желая понять, какая  часть этого человеческого богатства  была подавлена или угасла в процессе исторического развития общества.

     В естественном состоянии, по Руссо, нет  частной собственности, все свободны и равны. Неравенство здесь вначале  лишь физическое, обусловленное природными различиями людей: «… неравенство едва заметно в естественном состоянии  и его влияние там почти  ничтожно, … возникает оно и  растет в связи с последовательным развитием человеческого ума».

     С появлением частной собственности  и социального неравенства, противоречивших  естественному равенству, начинается борьба между богатыми и бедными. «Я замечаю двоякое неравенство  в человеческом роде: одно, которое  я назову естественным или физическим, так как оно установлено природой, состоит в различии возраста, здоровья, телесных сил и умственных или душевных качеств. Другое же может быть нравственным или политическим, так как оно зависит от своего рода договора и установлено или, по крайней мере, стало правомочным с согласия людей. Оно состоит в различных привилегиях, которыми одни пользуются в ущерб других, вот, например, что одни более богаты, уважаемы и могущественны, чем другие, или даже заставляют их повиноваться себе…».

     Говоря  о свободе и равенстве, Руссо  в первую очередь имеет в виду свободу от феодального порабощения  и уравнение граждан перед  законом. Неравенство, почти ничтожное  в естественном состоянии, усиливается  и растет в зависимости от развития наших способностей и успехов человеческого ума и становится, наконец, прочным и правомерным благодаря возникновению собственности и законов. «Если мы проследим за прогрессом неравенства в связи с этими различными переворотами, то увидим, что возникновение законов и права собственности было начальным пунктом этого прогресса, установление магистратуры - вторым, а третьим, и последним, - изменение правомерной власти, основанную на произволе; так что различие между богатым и бедным было узаконено первой эпохой, различие между сильным и слабым - второй, а третьей - различие между господином и рабом. Это - последняя ступень неравенства, тот передел, к которому приводят все остальные, если только новые перевороты не уничтожат совершенно управления или не приблизят его к правомерному устройству».

     Пришедшее на смену «естественному состоянию» гражданское общество явилось полным отрицанием предшествовавшего этапа  исторического развития. В новом  обществе исчезло первоначальное равенство  людей, появились бедные и богатые, подвластные и господа. В гражданском  обществе меньшинство получило возможность  жить за счет тяжкого и унизительного  труда покоренного народа. Неравенство  частной собственности, дополненной  политическим неравенством, привели, согласно Руссо, в конечном счете, к абсолютному  неравенству при деспотизме, когда  по отношению к деспоту все  равны в своем рабстве и  бесправии.

     Предметом ожесточенных нападок Руссо стала  господствующая феодальная форма собственности. Руссо удовлетворился лишь мелкобуржуазным  принципом эгалитаризма, т. е. требованием  наделить всех граждан более или  менее одинаковой долей частной  собственности. Это были утопические  мечты, но нельзя забывать, что в  свое время мечты эти носили прогрессивный  характер, выражали протест против феодализма и в какой-то степени  предвещали идею общественной собственности  на орудия и средства производства, уничтожение на этой основе всех форм порабощения человека человеком.  

2. Теория общественного договора Ж.-Ж. Руссо

     «Человек  рожден быть свободным, а между тем  везде он в оковах», - такими словами  открывает трактат Руссо «Об  общественном договоре». Освободить человека и вернуть ему свободу - вот  цель французского философа. Новая  модель общества основана на голосе сознания общественного человека. «Переход от естественного состояния к общественному  производит в человеке весьма значительное изменение, заменяя в его поведении  инстинкты справедливостью и  придавая его поступкам прежде отсутствовавшие  моральные связи. Только с этого  момента человек, который до того заботился лишь о себе, подчиняясь физическим побуждениям утоления голода, жажды и т.п., будет действовать  на основе других принципов и, прежде чем следовать наклонностям, прислушиваться к голосу долга и рассудка».

     Благодаря общественному договору все оказываются  «равными в результате соглашения и  по праву». Не отрицая самой частной  собственности, Руссо вместе с тем  выступает за относительное выравнивание имущественного положения граждан  и с этих позиций критикует  роскошь и излишки, поляризацию богатства и бедности.

     В основе общественного договора и  правомочий формируемого суверенитета лежит общая воля. Руссо при  этом подчеркивает отличие общей  воли от воли всех: первая имеет в  виду общие интересы, вторая - интересы частные и представляет собой  лишь сумму изъявленной воли частных  лиц.

     Руссо рассматривает радикальную социализацию человека. Его полную коллективизацию, направленную на предотвращение частных  интересов. При общей воле, направленной на благополучие, человек может думать о себе, только думая обо всех остальных, посредством всех остальных  добиваться благополучия для себя, но, не используя их как орудия, а  ставя их благо как цель для  себя; таким, же образом должны поступать  остальные члены общества.

     Теория  общественного договора в том  варианте, который развивал Руссо, не имела научно-материалистического  характера. Однако сама идея о естественном происхождении государства, о том, что оно является результатом  договоренности между людьми для  обеспечения своих прав и своего благополучия, опрокидывала все реакционно-мистические  вымыслы феодально-клерикальных идеологов, их попытки обожествления королевской  власти.

     Из  условий общественного договора Руссо выводил право народа на восстание и пытался обосновать и оправдать грядущую буржуазную революцию, так как предчувствовал и интуитивно понимал тот факт, что суровая историческая необходимость  принудит народные массы вести борьбу не только против феодальных порядков, но и против угнетения вообще.

     В трактате «Об общественном договоре»  французский просветитель обосновал  систему демократических прав, осуществление  которых должно было, по его мнению, знаменовать «идеальное общество», торжество общечеловеческой демократии.  

3. Жан-Жак Руссо о законодательной и исполнительной власти

     Основываемая  Руссо концепция общественного  договора выражает в целом идеальные  его представления о государстве  и праве. Основная мысль состоит  в том, что только установление государства, политических отношений и законов, соответствующих его концепции  общественного договора, может оправдать, с точки зрения разума, справедливости и права - переход от естественного  состояния в гражданское.

     В своей идеализированной конструкции  народного суверенитета Руссо отвергает  требования каких-либо гарантий защиты прав индивидов в их взаимоотношениях с государственной властью. Соответствующие  гарантии, согласно Руссо, нужны против подданных, чтобы обеспечить выполнение ими своих обязательств перед  сувереном.

     В целом общественное соглашение, по словам Руссо, дает политическому организму (государству) неограниченную власть над  всеми его членами. Эту власть, направляемую общей волей, он и именует  суверенитетом. По смыслу концепции  Руссо, суверенитет един, и речь вообще может и должна идти об одном – единственном суверенитете - суверенитете народа. При этом под «народом» как единственном суверенитете Руссо имеются в виду все участники общественного соглашения (т.е. взрослая мужская часть всего населения, всей нации), а не какой-то особый слой общества (низы общества), как это стали трактовать впоследствии радикальные сторонники его концепции народного суверенитета (якобинцы, марксисты).

     Обязательства, связывающие людей с общественным организмом (государством), непреложны лишь потому, что они взаимны, предусматривают  равенство их прав и обязанностей. Вместе с тем, суверен, согласно Руссо, не связан собственными законами. Если бы суверен предписал сам себе такой закон, от которого он не мог  бы себя освободить, это, по мысли Руссо, противоречило бы самой природе  политического организма. Суверен  «стоит выше и судьи, и Закона».

     Власть  суверена включает в себя его безусловное  право на жизнь и смерь подданных.

     С пониманием суверенитета как общей  воли народа связаны и утверждения  Руссо о том, что суверенитет  неотчуждаем и неделим. Как отчуждение суверенитета от народа в пользу тех  или иных лиц или органов, так  и его деление между различными частями народа, по логике Руссо, означали бы отрицание суверенитета как общей  воли всего народа. Законодательная  власть как собственно суверенная, государственная власть может и  должна, по Руссо, осуществляться только самим народом-сувереном непосредственно. Что же касается исполнительной власти, то она «напротив, не может принадлежать всей массе народа как законодательнице или суверену, так как эта власть выражается лишь в актах частного характера, которые вообще не относятся  к области закона ни, следовательно, к компетенции суверена, все акты которого только и могут быть, что  законами».

     Исполнительная  власть создается не на основе общественного  договора, а по решению суверена в качестве организма для сношений между подданными и сувереном.

     Исполнительная  власть уполномочена сувереном приводить  в исполнение законы и поддерживать политическую и гражданскую свободу. Устройство исполнительной власти в  целом должно быть таково, чтобы  «оно всегда было готово жертвовать правительством для народа, а не народом для  правительства».

     В зависимости о того, кому вручена  исполнительная власть (всем, некоторым, одному), Руссо различает такие  формы правления, как демократия, аристократия, монархия. Эти различия в учении Руссо играют подчиненную  роль, поскольку предполагается, что  во всех формах правления суверенитет  и законодательная власть принадлежит  всему народу. В общем виде Руссо  отмечает, что «демократическое правление  наиболее пригодно для малых государств, аристократическое - для средних, а  монархическое - для больших». При  этом всякое правление посредством  законов Руссо считает республиканским  правлением.

     Для поддержания положений общественного  договора и контроля над деятельностью  исполнительной власти, по мысли Руссо, периодически должны созываться народные собрания, на которых следует ставить  на голосование в отдельности  два вопроса: «Первое: угодно ли суверену сохранить настоящую форму Правления. Второе: угодно ли народу оставить управление в руках тех, на кого оно в настоящее  время возложено».

     Народ, по Руссо, имеет право не только изменить форму правления, но и вообще расторгнуть  само общественное соглашение и вновь  возвратить себе естественную свободу.

     Руссо различает четыре рода законов: политические, гражданские, уголовные и законы четвертого рода, «наиболее важные из всех», - «нравы, обычаи и особенно мнение общественное». При этом он подчеркивает, что к его теме общественного  договора относятся только политические законы.

     Руссо говорит о необходимости учета  в законах своеобразия географических факторов страны, занятий и нравов народа и т.д. Законы - необходимые  условия гражданской ассоциации и общежития. Но создание системы  законов - дело великое и трудное, требующее больших знаний и проницательности для достижения союза разума и  воли в общественном организме. Это  «порождает нужду в Законодателе», под которым имеются в виду учредители государств, реформаторы  в области политики, права и  морали. Великого законодателя Руссо  сравнивает с механиком изобретателем  машины и создателем образца, а великого правителя - с рабочим, который лишь собирает и пускает в ход машину. Но такой великий законодатель, поясняет Руссо, это учредитель государства, а не магистратура или суверен. Деятельность такого необыкновенного законодателя просвещает народ и подготавливает необходимую почву для его  собственного выступления в качестве законодателя.

     Законодательную власть Руссо характеризует как  «сердце Государства», в случаях  крайней опасности, когда речь идет о спасении государственного строя  и отечества, «можно приостановить  священную силу законов» и особым актом возложить заботу об общественной безопасности на «достойнейшего», т.е. учредить диктатуру и избрать  диктатора. При этом Руссо подчеркивал  краткосрочный характер такой диктатуры, которая ни в коем случае не должна быть продлена. 

     Заключение

     Диалектическая  мысль Ж.-Ж. Руссо проявилась главным  образом в его социально-политических размышлениях, в сфере социальной философии.

     В силу многих причин Руссо не поднялся до материалистической философии, не освободился  от деистических взглядов. Но его суждения по многим социально-политическим проблемам  носили вполне радикальный, революционный  характер, глубоко и полно отражали интересы и чаяния социальных низов.

     Согласно  Руссо, человек в естественном состоянии  находился в гармонии с природой, но рост населения и географические причины приводят к развитию способностей людей, которое, в свою очередь, стимулирует  новые потребности, и возникновению  в человеческом сообществе сотрудничества и соперничества. Естественное неравенство  порождает неравенство в собственности, являющееся источником постоянной нестабильности в обществе. Отсюда возникает необходимость  в гражданском мире, который гарантируется  общественным договором.

     Стержнем  политической теории Руссо является учение о народном суверенитете как  осуществлении общей воли. Мыслитель  подчеркивает отличие общей воли от воли всех: первая имеет в виду общие интересы, вторая -  интересы частные и представляет собой  лишь сумму изъявленной воли частных  лиц. Общая воля, в свою очередь, выступает  источником законов, мерилом справедливости и главным принципом управления. В отличие от большинства мыслителей Руссо считал суверенитет народа неотъемлемым и неделимым.

     Народ не может никому отдать свое право  на самоуправление и решение своей судьбы. Правительство – лишь временный агент суверенного народа, Руссо против передачи парламенту или кому бы то ни было законодательной власти. Причем исполнительную и судебную власть, передав правительству, все же полностью подчиняет народу – суверену. Суверенность должна отдаваться общей воле народа и не нуждается в представительных учреждениях. Руссо выдвинул требование единства прав и обязанностей гражданина, полагая, что гражданином может считаться только тот, кто преодолел «своемыслие». Трактуя свободу как подчинение закону, он высказывал идею о возможности принуждения к свободе.

     Политический  идеал Руссо - небольшие по размеру государства – республики, где возможно прямое, непосредственное волеизъявление народа и контроль за деятельностью его представителей.

     Ж.-Ж. Руссо попытался объяснить важнейшие  исторические события, не апеллируя  к сверхъестественным силам. Он рассматривал историю человечества как результат  деятельности людей, их интеллекта и  чувств. Стремление объяснить историю, не выходя за ее пределы, не увенчалось и не могло в ту историческую эпоху  увенчаться переходом на позиции  материалистического понимания  общественной жизни. Но это обстоятельство не помешало французскому просветителю-демократу  высказать ряд глубоких диалектических идей об истории человеческого общества. 
 
 
 
 
 
 

     Список  использованных источников

1. Бернардинер Б.М. Социально-политическая философия Жан-Жака Руссо. Воронеж, 1940. -247с.
2. Дворцов А.Т. Жан-Жак Руссо. М., 1980. - 365с.
3. Лавриненко В.Н., Гречин А.С., Дорошенко В.Ю. Политология: Учеб. для вузов. - М.: ЮНИТИ, 2000. - 367с.
4. Лапандин Д. Политические и правовые воззрения Жан-Жака Руссо // Уч. зап. Московского юридического ин-та. Вып. II. М., 1970.
5. Реале Дж., Антисери Д. Западная философия от истоков до наших дней. /Перевод Мальцевой С./ Том 3. Новое время. - ТОО ТК «Петрополис». 1996.-736c.
6. Руссо Ж.-Ж. 1. Рассуждение о происхождении и основаниях неравенства между людьми. 2. Об общественном договоре, или Принципы политического права // Руссо Ж.-Ж. Трактаты. М., 1969; // Руссо Ж.-Ж. Об общественном договоре: Трактаты. М., 1998.