Содержание

Оглавление

Введение 2

Глава 1. Положение женщины  в Древней Руси 4

Глава 2. Брак и сексуальные отношения 7

Глава 3. Женщина в семье 10

Заключение 14

Список литературы 18 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

Введение

     Кто сколько-нибудь знаком с русской  историей X — XV вв. по данным источников или по художественным произведениям, имеет собственное представление  о месте и роли в ней  женщин. Представления эти в той или иной степени полярны. Воображая начальный период русской государственности, одни мысленно рисуют «теремную затворницу», которая была на подчиненном положении  в семье и обладала весьма ограниченными социальными правами. Другие, напротив, видят социально активных личностей в образах отомстившей древлянам за смерть мужа княгини Ольги или новгородской посадницы Марфы Борецкой. Вопрос о том, какими были русские  женщины  в X—XV вв., весьма важен не только сам по себе, но и для общего представления об отечественной социальной, политической и культурной истории тех шести веков. Ведь, по словам французского социалиста-утописта Ш. Фурье¹, которые любил цитировать К. Маркс, «общественный прогресс может быть точно измерен по общественному положению  прекрасного пола».

     О  положении  древнерусской  женщины  в семье и обществе нельзя говорить без изучения и анализа многих источников, как опубликованных, так и рукописных.

     В русских сказках присутствуют не только образы воинственных амазонок, но и беспрецедентный, по европейским  стандартам, образ Василисы Премудрой. Европейских путешественников и дипломатов XVIII - начала ХIХ в. удивляла высокая степень самостоятельности русских женщин, то, что они имели право владеть собственностью, распоряжаться имениями и т.д.

     Но  в тоже время в Европе трудно найти страну, где даже в XVIII - ХIХ веках избиение жены мужем считалось бы нормальным явлением и сами женщины видели бы в этом доказательство супружеской любви. В России же это подтверждается не только свидетельствами иностранцев, но и исследованиями русских этнографов².

     Важным  источником для раскрытия темы, несущим  некоторую фактически достоверную  информацию и в то же время устанавливающим  определенные мерила³ поведения на основе художественно создаваемых идеальных образов, является житийная литература.

     Время открывает все новые «углы  зрения», дает возможность по-иному  взглянуть на минувшее. И чем выше и значительнее идеи современности, тем больше мы способны увидеть и  понять в прошлом. Оно позволяет  бесконечно углубляться в богатство  того наследия, которое оставило нам  средневековье, поднимать новые проблемы «живой истории», и в частности изучить  положение   женщин  в семье и обществе  Древней Руси. 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

Глава 1. Положение женщины  в Древней Руси

     Положение женщины в Древней Руси часто представляемо как полное подчинение мужчине. Женщины, видимо, были лишены какой - либо свободы и вынуждены жить в восточной изоляции. Верно, что московские царицы и княгини XVI- XVII вв. вели затворническую жизнь в их собственных апартаментах (теремах) в царском дворце, и что тот же обычай также практиковался в боярских и купеческих семьях, хотя и менее жестко.

     Деспотические порядки, получившие широкое распространение  в древнерусском обществе, не обошли стороной и семью. Глава семейства, муж, был холопом по отношению  к государю, но государем в собственном  доме. Все домочадцы, не говоря уже  о слугах и холопах в прямом смысле слова, находились в его полном подчинении. Прежде всего, это относилось к женской половине дома. Считается, что в Древней Руси до замужества девушка из родовитой семьи, как правило, не имела права выходить за пределы родительской усадьбы. Мужа ей подыскивали родители, и до свадьбы она его обычно не видела.

     После свадьбы ее новым "хозяином" становился супруг, а иногда и тесть. Выходить за пределы нового дома, не исключая посещения церкви, женщина могла лишь с разрешения мужа. Только под его контролем и с его разрешения она могла с кем-либо знакомиться, вести разговоры с посторонними, причем содержание этих разговоров также контролировалось. Даже у себя дома женщина, не имела права тайно от мужа, есть или пить, дарить, кому бы то ни было подарки либо получать их.

     В российских крестьянских семьях доля женского труда всегда была необычайно велика. Часто женщине приходилось  браться даже за соху. При этом особенно широко использовался труд невесток, чье положение в семье было особенно тяжелым.

     В обязанности супруга и отца входило "поучение" домашних, состоявшее в систематических побоях, которым  должны были подвергаться дети и жена. Считалось, что человек, не бьющий жену, "дом свой не строит" и "о своей душе не радеет", и будет "погублен" и "в сем веке и в будущем". Лишь в XVI в. общество попыталось как-то защитить женщину, ограничить произвол мужа. Так, "Домострой" советовал бить жену "не перед людьми, наедине поучить" и "никако же не гневатися" при этом. Рекомендовалось "по всяку вину⁴". Такие "ограничения" приходилось вводить хотя бы в рекомендательном порядке, поскольку в обыденной жизни, видимо, мужья не особенно стеснялись с женами.  Недаром тут же пояснялось, что у тех, кто "с сердца или с кручины так бьет, много притчи от того бывают: слепота и глухота, и руку и ногу вывихнут и перст, и главоболие, и зубная болезнь, а у беременных жен и детем повреждение бывает в утробе".

     Вот почему давался совет избивать жену не за каждую, а лишь за серьезную  провинность, и не чем и как  попало, а "соймя рубашка, плеткою  вежливенько⁵ побить, за руки держа".

     В то же время следует отметить, что  в домонгольской Руси женщина  обладала целым рядом прав. Она  могла стать наследницей имущества  отца (до выхода замуж). Рабыня, жившая с господином, как жена, становилась  свободной после смерти господина. Появление подобных правовых норм в  древнерусском законодательстве свидетельствовало  о широкой распространенности подобных случаев. Существование у влиятельных  лиц целых гаремов фиксируется  не только в дохристианской Руси. Так, по свидетельству одного англичанина, кто-то из приближенных царя Алексея Михайловича отравил свою жену, поскольку она высказывала недовольство по поводу того, что ее супруг содержит дома множество любовниц. Вместе с тем в некоторых случаях женщина, видимо, и сама могла стать настоящим деспотом в семье.

     Женщина, даже замужняя, имела право обладать собственностью на свое имя. Следуя византийскому  примеру, русское гражданское законодательство признавало как приданое, в смысле денег, которые женщина приносит своему мужу в браке. Кроме этого замужняя женщина могла иметь любую другую собственность, завещанную ей ее родителями или приобретенную ей. Обычным источником дохода женщины, включая замужнюю, были результаты ее рукоделия.

     Однако  настоящую свободу женщина обретала лишь после смерти мужа. Вдовы пользовались большим уважением в обществе. Кроме того, они становились полноправными  хозяйками в доме. Фактически, с  момента смерти супруга к ним  переходила роль главы семейства.

     Вообще  же, на жене лежала вся ответственность  за ведение домашнего хозяйства, за воспитание детей младшего возраста.

     С другой стороны, одним из главных  моментов византийского христианства было почитание Богоматери, Святой девственницы, которая защитила женское начало, дав жизнь Спасителю, а отсюда и имя «Мать Бога» или буквально – «Богоматерь». Как объяснялось Владимиру греческим миссионером, «после получения плоти от женщины, Бог дал верующему дорогу в рай».  Так Бог «отомстил дьяволу».

     Итак, доктрина Церкви унижала и возвеличивала  женщину и в этом смысле поддерживала как позитивное, так и негативное отношение к женщине в России. Аскетическое монашество видело в женщине  главный источник искушения мужчины.

     Духовная  жизнь бросает вызов взвешиванию  или измерению, а религиозные  влияния неосязаемы. Можно спорить, позитивные или негативные аспекты  христианской доктрины относительно женщины  оставили более глубокое впечатление  в русской душе. Однако кажется  правдоподобным, что русская женщина  выиграла больше, нежели потеряла в конечном итоге.  

Глава 2. Брак и сексуальные  отношения

     В средневековом обществе особую ценность имело "удручение плоти". Христианство напрямую связывает идею плоти с  идеей греха. Развитие "антителесной" концепции, встречающейся уже у  апостолов, идет по пути "дьяволизации" тела как вместилища пороков, источника  греха. Учение о первородном грехе, который вообще-то состоял в гордыне, со временем приобретало все более  отчетливую антисексуальную направленность.

     Параллельно с этим в официально-религиозных  установках шло всемерное возвеличивание девственности. Однако сохранение девушкой "чистоты" до брака, видимо, первоначально  ценилось лишь верхушкой общества. Среди "простецов", по многочисленным свидетельствам источников, на добрачные  половые связи на Руси смотрели снисходительно. В частности, вплоть до XVII в. общество вполне терпимо относилось к посещению  девицами весенне-летних "игрищ⁶", предоставлявших возможность до- и внебрачных сексуальных контактов.

     Тем не менее даже по церковным законам  это не могло служить препятствием для вступления в брак (исключение составляли только браки с представителями  княжеской семьи и священниками). В деревне же добрачные сексуальные  контакты как юношей, так и девушек  считались едва ли не нормой.

     Специалисты отмечают, что древнерусское общество признавало за девушкой право свободного выбора сексуального партнера. Об этом говорит не только длительное сохранение в христианской Руси обычая заключения брака "уводом⁷", путем похищения невесты по предварительному сговору с ней. Церковное право даже предусматривало ответственность родителей, запретивших девушке выходить замуж по ее выбору, если та "что створить над собою". Косвенно о праве свободного сексуального выбора девушек свидетельствуют довольно суровые наказания насильников. "Растливший девку осильем" должен был жениться на ней. В случае отказа виновник отлучался от церкви или наказывался четырехлетним постом. Пожалуй, еще любопытнее, что вдвое большее наказание ожидало в XV-XVI вв. тех, кто склонил девицу к интимной близости "хытростию", обещая вступить с ней в брак: обманщику грозила девятилетняя епитимья (религиозное наказание). Наконец, церковь предписывала продолжать считать изнасилованную девицей (правда, при условии, если она оказывала сопротивление насильнику и кричала, но не было никого, кто мог бы прийти на помощь). Рабыня, изнасилованная хозяином, получала полную свободу вместе со своими детьми.

     Основой новой, христианской, сексуальной морали явился отказ от наслаждений и  телесных радостей.

     В Древней Руси единственный смысл  и оправдание половой жизни виделся  в продолжении рода. Все формы  сексуальности, которые преследовали иные цели, не связанные с деторождением, считались не только безнравственными, но и противоестественными.

     Может создаться впечатление, что в  такой атмосфере секс и брак были обречены на вымирание. Однако пропасть между предписаниями церкви и  повседневной житейской практикой  была очень велика. Именно поэтому  древнерусские источники уделяют  вопросам секса особое внимание.

     Согласно "Вопрошанию", супругам вменялось  в обязанность избегать сексуальных  контактов во время постов. Тем  не менее это ограничение, видимо, достаточно часто нарушалось.

     Видимо, даже духовному лицу было понятно, что  безусловного выполнения подобных предписаний  добиться невозможно.

     Считалось, что блуд с "мужьскою женою" есть большее зло, чем с незамужней женщиной. Предусматривалась возможность  прощения за подобного рода прегрешения. При этом нормы поведения для  мужчин были мягче, чем для женщин. Провинившемуся чаще всего грозило  лишь соответствующее внушение, в то время как на женщину накладывались довольно суровые наказания. Сексуальные запреты, установленные для женщин, могли и вовсе не распространяться на представителей сильного пола.

     Супругам, кроме того, предписывалось избегать сожительства в воскресные дни, а  также по средам, пятницам и субботам, перед причащением и сразу  после него, так как "в сии  дни духовная жертва приносится Господу". Вспомним также, что родителям возбранялось зачатие ребенка в воскресенье, субботу и пятницу. За нарушение  данного запрета родителям полагалась епитимья "две лета".

     Достойным наказания могло стать даже "нечистое" сновидение. Однако в таком случае следовало тщательно разобраться, был ли увидевший зазорный сон  подвержен вожделению собственной  плоти (если ему приснилась знакомая женщина) или его искушал сатана. В первом случае ему нельзя было причащаться, во втором же причаститься он был просто обязан.

     Интересно, что женщина представлялась большим  злом, чем дьявол, поскольку естественное плотское влечение и связанные с  ним эротические сны объявлялись  нечистыми и недостойными сана священника (или человека вообще), тогда как  такие же сны, вызванные предполагаемым дьявольским воздействием, заслуживали  прощения.

     Стоит обратить внимание на то, что обязательный брак, установленный православной церковью для белого духовенства, в бытовом  отношении сближал священника с  его паствой. 
 
 
 
 
 

Глава 3. Женщина в семье

     Все стороны изучения социального статуса  женщины в средневековом обществе, так или иначе, связаны с семьей – важнейшей ячейкой древнерусского феодального общества XI–XV вв.

     Структура индивидуальной семьи в эпоху  средневековья и ее внутренняя организация  складывались под воздействием развивающегося христианства, и поэтому развитие семейно-брачных отношений и статус женщины в семье регулировались в значительной степени брачными нормами христианской морали. Основу церковной концепции семьи составлял  тезис о святости супружества.

     Целомудрие  рассматривалось как путь к спасению души. Таким образом, внедрение нравственных норм в семенную жизнь древнерусского человека исходило из провозглашаемых  церковью принципов. Исходя из тех же христианских представлений о нравственности, церковники осуждали второй и третий браки, заключенные даже в случае смерти одного из супругов.

     Власть  мужа над женой трактовалась церковниками как закон, соответствующий иерархичности  построения сословного государства: «женам глава муж, мужу – князь, а князю  – бог». В реальной действительности вопрос о «семейной власти» часто  решался иначе. Летописцы отметили случаи, когда в княжеской семье  жена «владяще мужем».

     Но  основное внимание церковников обращалось, конечно, к духовной стороне брачного союза. В любовь между супругами  церковники стремились внести рациональный смысл, связывая ее с любовью к  богу.

     Микроклимат в древнерусской семье, но мнению авторов многочисленных поучений, зависел  именно от женщины: «Подобает жене мужа своего мети аки главу на плечах, а муж жену свою – аки душу в теле».

     В не зависимости от того, был ли основан  брак на отношениях взаимной склонности, или же в основе его лежала экономическая  сделка родителей, прочность семенных уз охранялась церковным законом. Поэтому  основное внимание церковных сборников  не случайно было обращено на проблемы сексуальной этики. Интимнейшие  стороны внутрисемейных отношении  оказывались отраженными в покаянии и подконтрольными церкви.

     В случае совершения «греха», т. с. отступления  от норм, установленных церковью, назначалась  епитимья – средневековая универсальная  оценка поведения человека, позволявшая  церкви регламентировать даже физиологическую сторону внутрисемейных отношений («дни запретов»).

     Главной проблемой сексуальной этики  являлось осуждение сексуальных  связей вне рамок брака, равно  как и всех извращений естественной сексуальности. В особенности эти запреты касались женщин, поскольку лишение девственности церковь считала самым большим прегрешением.

     Церковь налагала многочисленные запреты в отношении поведения женщины в семье и вне дома: «ногу на ногу возложив, седети грех есть»; «пьяньство жен отлучает от мужь» и др.

     Общение женщины вне дома с мужчинами, не являвшимися ее родственниками или  членами ее семьи, также осуждалось церковниками. Карались и те, кто  попустительствовал супружеской неверности. Мера наказания определялась социальным статусом (чем он был выше, тем  строже был штраф).

     Рассмотренная система религиозных морально-нравственных норм заставляет прийти к выводу о  противоречивости многих церковных  постулатов. По мнению церковников, сексуальные  связи греховны и порочны, а путь к избежанию женщиной этого «порока» виделся лишь один – частое рождение «чад». И хотя православные проповедники заставляли умиляться агиографическим чудесам, непорочному зачатию и рождению, они тем не менее не забывали напомнить, что обычному деторождению предшествует грехопадение. Женщина в соответствии с этим постулатом объявлялась существом «нечистым», что не мешало церковникам придавать достаточно большое значение социальным функциям женщины-матери.

     В своей монографии доктор исторических наук Н. Л. Пушкарева приводит схему  описания «жен добрых и злых» в  связи с их поведением в семье  и обществе. 

     «Злая жена» в древнерусской семье  – это правомочный член ее, независимая  домохозяйка, обладающая определенными  правами и авторитетом; к «злым  женам» с особой нетерпимостью относились церковники. Понятие «добрая жена»  служило утверждению христианских представлений о месте и роли женщины в семье и обществе, являясь тем самым орудием  воспитания богобоязненности, законопослушания, консервации иерархической структуры  семьи и самого сословного государства.

     Положение женщины в русском феодальном обществе Х-ХV вв. не может быть обрисовано с достаточной полнотой без исследования внешнего облика представительниц различных классов и социальных групп. Поскольку именно одежда и ее детали служили главным индикатором принадлежности женщины к той или иной социальной категории. 
 
 

Заключение

     Статус  женщины (социальный, экономический, правовой), ее роль на том или ином этапе  общественного развития во многом предопределялась характером самого общества, уровнем  развития его материальной и духовной культуры. В связи с этим проблема определения положения женщины  в обществе требует своего истолкования с позиций многофакторного анализа. Изменения произошедшие в России в последние время и вызвавшие  модификацию ролевых функций  женщины, служат дополнительным фактором для переосмысления традиционных компонентов  изучения.

     В данной дипломной работе была предпринята  попытка анализа семейного, социально-правового, имущественного положения русских  женщин, их внешнего облика, уровня грамотности  и образованности в IX в. – 1861 г.

     Начиная рассмотрение положение женщины  с времен Древней Руси, необходимо отметить, что на данном этапе развития истории приходится больше говорить о месте и роли женщины в  семье, нежели в общественных отношениях. Самое главное и что представляло реальную выгоду для женщины тех  времен – это удачное заключение брака. С раннего возраста девочек  начинали готовить к семейной жизни, воспитывая из них хозяек большого семейства.

     Заключение  брака происходило по договоренности родителей брачующихся и где  больше учитывалась материальная выгода, а не чувства молодых. Такое отсутствие права свободного выбора женщиной жениха, можно рассматривать как серьезный  аргумент в пользу тезиса о приниженном  социально-правовом положении русских  женщин в IX – XVI вв.

     Развитие  бракоразводного процесса строилось  на основании действия прелюбодеяния. Оно оценивалось по-разному для  каждого из супругов. Муж признавался  прелюбодеем лишь в том случае, если имел на стороне не только наложницу, но и детей от нее. Замужняя женщина  считалась совершившей прелюбодеяние  уже тогда, когда вступала в связь  с посторонним мужчиной. Прелюбодеяние, совершенное в результате насилия, не считалось изменой.

     Что же касается имущественных отношений, то здесь можно выделить два основных периода эволюции прав женщин на собственность: владение и распоряжение движимым имуществом (X – XIII вв.) и распространение владельческих  и собственнических прав женщин на недвижимость (XIV – XV вв.).

     В результате реформ на рубеже XVII – XVIII вв. в повседневной жизни женщин произошли  значительные изменения. На протяжении длительного времени вплоть до конца XVII в. функцию контроля и регламентации  образа жизни женщин обеспечивали институт церкви и государство. В контексте  определения статуса представительниц различных сословий влияние религии  следует оценивать как противоречивое. С одной стороны, церковные постулаты  обеспечивали стабильность и гарантировали  неприкосновенность частной жизни  женщин; с другой – повышенные моральные  требования и усиленный контроль над семейной жизнью, внешним обликом  и досуговой сферой женской повседневности привели к существенному ограничению  вариантов жизненных стратегий  женщин той эпохи.

     В ходе реформ церковь была низведена  до уровня государственного института, в результате чего ослабло ее влияние  на женскую повседневность. На государственном  уровне были разработаны законодательные  меры, которые обеспечивали расширение возможностей поведенческих ситуаций женщин на различные жизненные обстоятельства.

     Увеличение  владельческих и наследственных имущественных прав обеспечивало определенную экономическую самостоятельность  и позволяло представительницам элиты реализовать идею повторного замужества в случае вдовства, или же предоставляло возможность достойного обеспечения незамужней женщине либо вдове. Утверждение равенства супругов в сфере брачно-семейного права, запрет насильственного пострижения в монастырь, а также расширение хозяйственно-бытовых полномочий женщины демократизировали супружеские отношения и стабилизировали статус представительниц высших сословий в семье, что нельзя сказать о крестьянских семьях того времени.

     Зачастую  реализация новейшего законодательства на практике не всегда была удачной, что  подрывало уверенность женщин в  правильности следования новым веяниям. Однако, например, среди знатных  женщин находились особы, отстаивающие собственные права или стремящиеся, вопреки общественному мнению, к  осуществлению собственной стратегии  поведения.