Понятие покушения на преступление и ответственность за него в российском уголовном праве

Введение

Актуальность темы исследования обусловлена тем, что проблема неоконченной преступной деятельности относится к числу наиболее актуальных проблем уголовного права, криминологии, следственной и судебной практики, так как от ее решения зависит определение круга преступных деяний, их квалификация, назначение наказания в соответствии со степенью реализации преступного умысла, предупреждение и пресечение деяний, направленных на достижение преступного результата. О важности данной проблемы свидетельствует ежегодный рост покушений на убийство и изнасилование, а также увеличение латентности особо тяжких и тяжких видов неоконченных преступлений, в том числе покушений на убийство, изнасилование, причинение тяжкого вреда здоровью, краж и приготовительных к ним действий.

Предусмотренные в нормах Особенной  части УК РК составы преступлений формулируются как оконченные криминальные деяния. 
Однако в реальной жизни преступления не всегда доводятся до конца, по независящим от виновного обстоятельствам прерываясь на более ранних стадиях. Поэтому законодательство знает ответственность за неоконченное преступление. 

Объектом исследования является институт неоконченной, преступной деятельности и его соотношение с добровольным отказом от совершения преступления.

Предметом исследования выступают соответствующие конкретные нормы российского уголовного права регламентирующие ответственность за приготовление к преступлению и покушение на преступление.

          Цель исследования: изучение покушения на преступление.

Для достижения указанной цели в  курсовой работе решаются следующие исследовательские задачи:

1. Определить понятие покушения на преступление.
2. Рассмотреть виды покушения на преступление.
3. Отграничить стадию покушения на преступление от других стадий умышленного преступления. 
4. Определить особенности уголовной ответственности за покушение на преступление.

Структура исследования. Курсовая работа включает в себя введение, 4 главы с подразделами, в которых решаются поставленные исследовательские задачи, заключение, список источников и литературы.

Глава 1. Определение понятия  покушения на преступление.

Покушение на преступление - это исполнение состава преступления, прерванное до наступления общественно опасных  последствий по независящим от лица обстоятельствам. УК РФ 1996 г. сохранил в основном определение покушения  по УК РСФСР 1960 г.

Часть 3 ст. 30 УК РФ дает такую редакцию: "Покушением на преступление признаются умышленные действия (бездействие) лица, непосредственно направленные на совершение преступления, если при этом преступление не было доведено до конца по не зависящим  от этого лица обстоятельствам".

В юридической литературе покушением признается «выполнение состава  преступления»1, «выполнение объективной стороны посягательства»2, «осуществление действий (бездействия), входящих в объективную сторону преступления»3 либо «выполнение действий, непосредственно направленных на совершение преступления»4. Американский ученый Дж. Флетчер полагает, что покушение вытекает из понятия оконченного преступления и считает его производным от оконченного преступления5. Эту точку зрения поддерживает А. В. Наумов и называет покушение на соответствующее преступление « неоконченной разновидностью». По Дж. Флетчеру, покушение – это акт в продвижении преступного умысла, который не реализуется. Сердцевиной состава покушения он называет умысел6. Теоретик английского права Э. Дженкс считает покушение «умыслом, выразившимся в действии»7, то есть не отделяет приготовление от покушения, а лишь фиксирует внимание на том, что покушение выражается в действии.

При покушении лицо начинает выполнять  те действия, которые признаются уголовным  кодексом в качестве преступных и уголовно-наказуемых, или некоторые могут привести к наступлению преступного последствия, если это последствие указано в уголовно-правовое норме в качестве необходимого условия привлечения лица к уголовной ответственности. Но по независящим от лица обстоятельствам оно либо не успевает совершить все указанные в качестве преступных в уголовном законе действия (например, взламывает дверь квартиры, после чего его задерживают) либо совершает все необходимые действия, но они не приводят к наступлению преступного результата (выстрелив, вместо лишения жизни причинил легкие телесные повреждения или промахнулся при выстреле). При покушении происходит непосредственное посягательство на охраняемые законом блага, и в этом его отличие от приготовления, которое лишь создает условия, благоприятные предпосылки для совершения преступления в будущем. Как правило покушение выступает в виде активного действия, но возможно и покушение путем бездействия в тех случаях, когда обязательным признаком состава преступления является наступление вредного последствия, а сам акт бездействия имеет некоторую протяжность во времени до наступления преступного последствия (оставление лежачего больного без пищи и лекарств с целью лишения его жизни). Покушение возможно только на совершение умышленных преступлений в тех случаях, когда лицо четко представляет тот результат, который должен наступить в результате его действия (бездействия). Если лицо точно не представляется преступное последствие и допускает наступление любого возможного (например, причинение любого вреда здоровью, вплоть до лишения жизни), то оно отвечает не за покушение, а за причинение конкретно наступившего последствия). 

Начало исполнения состава преступления наличествует с момента совершения хотя бы одного действия (бездействия), входящего в объективную сторону  состава. Например, кража представляет собой тайное хищение чужого имущества (ч. 1 ст. 158 УК РФ). Квалифицированный  состав предусматривает проникновение  в жилище, помещение либо иное хранилище (п. "б" ч. 2 ст. 158 УК РФ). С момента  проникновения в жилище начинается исполнение состава кражи. Если она будет прервана, например, хозяином квартиры, виновный подлежит ответственности за покушение на квалифицированную кражу8.

Не зависящие от воли лица обстоятельства, прерывающие исполнение состава  до наступления общественно опасного последствия, чаще всего имеют внешний, объективный источник. Однако в отдельных  случаях такие обстоятельства могут  носить субъективный характер, т.е. проистекать  от самого виновного лица, но во время  совершения преступления против его  воли.

Глава 2. Виды покушения  на преступление.

Хотя УК РФ 1996 г. не предусматривает деление покушения на виды, в теории уголовного права на протяжении более столетия речь идет об оконченном и неоконченном покушении, а также покушении на негодный объект и с негодными средствами.

2.1. По степени оконченности.

 Среди криминалистов нет  единства взглядов на критерий  деления покушения на оконченное и неоконченное. Одни авторы ( Э.Ф. Побегайло, В.П. Кашепов ) за основу берут субъективный критерий (См.: Уголовное право Российской Федерации. – М., 1999. С.117-118; Уголовное право России. – М., 1998. С.218.), другие ( Р.Л. Габдрахманов, В. И. Ветров ) – объективный (См.: Уголовное право. Общая часть. – М., 1997. С. 34.), третьи (Б.В. Здравомыслов, Г. В. Назаренко) пишут о необходимости сочетания объективного и субъективного критериев (См.: Здравомыслов Б.В. Уголовное право Российской Федерации. Общая часть. – М., 1996. С.239.; Назаренко Г.В. Русское уголовное право. Общая часть: Курс лекций. – М., 2000.С.120.). Согласно первому подходу вид покушения определяется в зависимости от степени реализации преступного умысла. Сторонники объективного критерия полагают, что покушение будет оконченным или неоконченным в зависимости от фактической завершенности действий, указанных в диспозиции соответствующей статьи Особенной части УК РФ. Ученые, берущие за основу смешанный критерий, утверждают, что необходимо совпадение фактической завершенности действий и оценки степени реализации умысла. Деление покушения на оконченное и неоконченное ранее и в настоящее время критикует профессор Н.Ф. Кузнецова. Она считает выделение видов покушения необоснованным, поскольку любое покушение «прерывается дальше или ближе к последствиям преступления помимо воли субъекта» (Курс уголовного права. Часть Общая. В 2 т. Т.1. – М., 1999. С.372.).

На мой взгляд, деление покушения  на виды имеет практическое значение в связи с тем, что применение норм о добровольном отказе возможно только при неоконченном покушении  и приготовлении к преступлению. Вместе с тем следует отметить, сто более целесообразно различать  два вида покушения: 1) покушение, не достигшее преступного результата; 2) покушение с иным преступным результатом. Безрезультатному покушению соответствует неоконченное покушение, а покушению с иным результатом соответствует так называемое оконченное покушение. Дифференциация покушения на оконченное и неоконченное менее удачна, так как любое покушение – разновидность неоконченного преступления.

Неоконченным признается покушение, при котором субъект не успел  совершить все действия, входящие в объективную сторону состава. Оконченным - когда все действия (бездействие) совершены, но результат по не зависящим от лица обстоятельствам не наступил.

При оконченном покушении виновный совершает все действия, которые должны привести по его мнению к наступлению преступного результата, но последний не наступает в силу определенных причины не зависящих от виновного (лицо произвело выстрел в жизненно важные органы, но потерпевшего удалось спасти благодаря своевременному медицинскому вмешательству). Оконченное покушение имеет следующие характерные признаки: с объективной стороны - лицо выполнило все действия, необходимые для наступления последствий; с субъективной стороны - лицо осознает, что им выполнены все намеченные действия и предвидит, что последствия наступят без применения дальнейших усилий, и желает наступления таких последствий, однако преступный результат не наступает по причинам, не зависящим от его воли.

При неоконченном покушении лицо не успевает совершить все действия, которые указаны в законе в качестве уголовно-наказуемых, или которые должны привести к наступлению преступного результата (занесение над потерпевшим ножа, который удается потерпевшему выбить из рук преступника).

2.2. По степени годности.

В теории и на практике кроме оконченного (завершенного) и неоконченного (незавершенного) покушения выделяют два вида негодных покушений: покушение на негодный объект и покушение с негодными средствами. При покушении на негодный объект лицо, совершившее посягательство, ошибочно оценивает свойства «потерпевшего» либо предмета преступления, например, стреляет в труп, ошибочно принятый за спящего человека, либо похищает вместо наркотических средств иные лекарственные препараты. При покушении с негодными средствами субъект преступления ошибочно использует орудия и средства, неспособные вызвать желаемый результат, например с целью лишения жизни стреляет в потерпевшего из неисправного оружия.

При этом, по мнению Н.Ф. Кузнецовой, выражение "покушение на негодный объект" - ошибочно. «Объект правоохраны всегда пригоден для посягательства» (Курс уголовного права. Часть Общая. В 2 т. Т.1. – М., 1999. С.373.), потому и покушавшийся на него несет уголовную ответственность. Речь должна идти о покушении на негодный предмет, включающий как неодушевленные вещи, животных, птиц, так и человека (потерпевшего - по уголовно-процессуальному определению). Негодным для посягательства предмет может оказаться ввиду его отсутствия, а также вследствие утраты им прежних своих свойств, защищаемых законом.

Покушением на негодный предмет  является, например, попытка приобретения наркотического средства, вместо которого субъекту был продан безвредный порошок, выстрел в голову потерпевшему, убитому  полчаса назад, о чем стрелявший не знал.

Во всех случаях покушения на негодный предмет налицо фактическая  ошибка лица относительно свойств предмета посягательства. Такая ошибка охватывается не зависящими от лица обстоятельствами, которые прерывают покушение. Поэтому на общих основаниях виновный подлежит ответственности за покушение на соответствующее преступление.

По моему мнению, имеет смысл  выделять не только ошибку в предмете посягательства, но и в объекте, так как лицо, посягающее на чужую жизнь, стреляя в труп, совершает ошибку именно в объекте, полагая, что посягает на жизнь человека. В данном случае такой объект отсутствует, и посягательство на несуществующий объект представляет собой ошибку в объекте, а не в свойствах предмета. Ошибка в объекте и в предмете имеет принципиальную разницу. Лицо, похитившее вместо наркотических средств другие лекарственные препараты, совершает ошибку в предмете. Эта ошибка квалифицируется как покушение на хищение наркотиков, так как объектом этого покушения выступает общественная безопасность.

Также фактическую ошибку допускает  лицо, пытающееся достичь преступной цели с негодными средствами. Подобные средства могут оказаться таковыми лишь в данном конкретном случае, но могут быть и абсолютно непригодными при любых обстоятельствах. Иллюстрацией первой разновидности непригодности  средств может служить дача по ошибке вместо яда безвредного лекарственного препарата или попытка выстрелить в жертву из незаряженного оружия. Абсолютно непригодны средства, связанные  с суеверием или полным невежеством, например, заговоры, "напущение порчи, сглаза" и т.п. Первый вариант использования случайно непригодных средств влечет ответственность за покушение, ибо результат не наступил по не зависящим от покушавшегося обстоятельствам. Во втором случае, скорее всего, дело не будет возбуждено за малозначительностью деяния (ч. 2 ст. 14 УК РФ).

Глава 3. Отграничение покушение на преступление от других стадий умышленного  преступления.

Для уголовных законов, которые  криминализировали неоконченное преступление лишь начиная с покушения, вопрос о разграничении приготовления и покушения означает разграничение непреступного (приготовление) и преступного (покушение) деяния. В доктрине предложено большое количество теорий разграничения приготовления и покушения. Основные из них: а) исходящие из субъективного критерия (злого намерения, представления субъекта о виде совершаемого им неоконченного преступления); б) объективные, которые исходят из законодательного определения объективной стороны состава; в) смешанные, в которых соединяются субъективный и объективный подходы. В немецкой доктрине, в законе и на практике преобладают субъективные воззрения на покушение. В других странах размежевание приготовления и покушения весьма разноречиво. Иногда суды нарушают принцип ненаказуемости приготовления, толкуя его как "отдаленное покушение". Самым прочным и обоснованным, как отмечалось, является критерий начала исполнения состава, а точнее - его объективной стороны. Все действия, совершенные до исполнения состава, относятся к приготовлению.

От оконченного преступления покушение  отличается лишь одним признаком - отсутствием  общественно опасного последствия. Это последствие, с одной стороны, должно входить в содержание умысла и цели покушавшегося, с другой - соответствовать законодательному описанию последствий, не наступивших  исключительно по не зависящим от лица обстоятельствам. Как и при  приготовлении, в случае, когда покушавшийся успевает выполнить состав другого  преступления, он несет ответственность  и за него.

Особенности покушения носят двойственный характер, так как оно базируется на деянии-исполнении, однако по сути является неоконченным преступлением и поэтому специфическим признаком его выступает пресечение преступления. Именно данным признаком оно отличается от добровольного отказа и от оконченного преступления. Несколько иначе разграничивается покушение и приготовление, поскольку они оба являются видами пресеченного преступления, отсюда сам факт пресечения “развести” их не может; поэтому мы вынуждены обращаться ко вторичным признакам неоконченного преступления и отличать покушение от приготовления по характеру совершаемых преступных действий: при приготовлении пресечение происходит на стадии создания условий, при покушении - на стадии исполнения преступления.

В целом выглядят верными особенности  покушения, выделенные М.П.Рединым. По его мнению, объективными особенностями покушения следует признавать следующее.

“1. Действиям (бездействию), непосредственно  направленным на совершение преступления, во времени предшествуют действия (бездействие) по созданию условий для совершения преступления (проще сказать “действиям или бездействию по исполнению преступления”, к этому замечанию в последующем  возвращаться не будем, хотя автор указанную  форму повторяет постоянно; необходимо отметить, что создание условий не всегда предшествует исполнению преступления, иногда оно просто отсутствует, именно поэтому данный признак не носит  абсолютного для покушения характера.) (Редин М. П. Указ. соч. - С. 114-115.).

2.Действия (бездействие), непосредственно  направленные на совершение преступление, являются продолжением осуществления  преступного намерения и одновременно  началом совершения преступления (представляется, что автор напрасно  использует термин “намерение”  вместо общепризнанных “умысла”, “вины”, “мотивов”, “целей”; едва  ли в данном термине заложены  какие-либо преимущества; неприемлемо  и признание указанных действий  началом совершения преступления, потому что преступление начинается гораздо раньше, если хочет автор, с момента возникновения преступного намерения, на наш взгляд, с момента возникновения замысла.).

3.Действия (бездействие), непосредственно  направленные на совершение преступления, предпринимаются лицом для выполнения  оконченного преступления (цель  действий определена верно, но нельзя забывать, что она так и остается не реализованной вследствие пресечения преступления, отсюда она не является признаком покушения как пресеченной деятельности, при покушении никакой цели уже нет.).

4. Действия (бездействие), непосредственно направленные на совершение преступления, большей частью имеют место при наличии у лица непосредственного соприкосновения с объектом, в отличие от действий (бездействия) по созданию условий для совершения преступления, когда лицо нередко отдалено от объекта в пространстве (не совсем точное представление о соотношении действия-исполнения с объектом преступления: во-первых, однозначно непосредственно соприкасаются с объектом преступления одномоментные деяния, однако таковые носят исключительный характер; основную массу деяний-исполнения составляют многомоментное поведение, и чем сложнее по структуре деяние, тем отдаленнее от непосредственного соприкосновения с объектом начальный момент его осуществления; во-вторых, автор не учитывает того, что довольно часто в объективную сторону преступления законодатель вводит способ исполнения преступления, который “удлиняет” деяние-исполнение в сторону более ранней стадии, например, кража с проникновением в жилище, когда само проникновение считается уже деянием-исполнением, но оно столь же или почти столь же существенно отдалено от объекта, как и деяние--создание условий; поэтому с автором в абсолюте трудно согласиться; но здесь возникает еще одна проблема-- оценки отдаленности, т. е. какой степени отдаленность принадлежит приготовлению, а какой - покушению; однако главным недостатком остается все то же - непонимание автором того, что он дает характеристику пресеченной деятельности, при которой никакого соприкосновения с объектом в принципе быть не может.).

5.Действия (бездействие), непосредственно  направленные на совершение преступления, всегда отделены во времени  от действия (бездействия) по созданию  условий для совершения преступления (в целом верно, но что это  дает для разграничения со  смежными явлениями, ведь в  сложном деянии каждое телодвижение  отделено от другого, это естественное  состояние динамично развивающегося  явления; например, вскрыл замок  двери и переступил через порог; имеется разрыв во времени, однако автор признает взлом замка началом исполнения и соответственно при пресечении - покушением, а мы - на основе абстрагирования от проникновения в жилище или хранилище созданием условии и соответственно при пресечении -- приготовлением; в результате мы имеем разное отношение к видам неоконченного преступления в связи с одним и тем же разрывом во времени различных действий.).

6.Действия (бездействие), непосредственно  направленные на совершение преступления, прерываются всегда и только  по независящим от воли лица  обстоятельствам, которые могут  быть самыми различными, но не  должны быть связаны с добровольным  прекращением преступных действий (бездействия) (по сути автор прав, но прежде всего напрасно автор использует возвратный глагол “прерываются”, поскольку в таком варианте он и приходит к прекращению, а не пресечению преступной деятельности; пресечение всегда связано с влиянием внешних сил, а не самого лица; кроме того, не следовало походя проводить разграничение с добровольным отказом.) ( Редин М. П. Указ. соч. - С. 116-117.).

7.Действия (бездействие), непосредственно  направленные на совершение преступления, прерываются, причем окончательно, до их полного выполнения либо  наступления общественно опасного  последствия (по сути автор прав, эти действия (бездействие) всегда прерывают, и всегда окончательно, но при этом необходимо помнить, что указанные признаки характеризуют и приготовление, и добровольный отказ, т. е. неоконченное преступление вообще, потому они не могут выступать в качестве разграничивающих виды неоконченного преступления; по ним можно разграничивать вообще неоконченное преступление от оконченного; мало того, не совсем точна фраза “до наступления общественно опасных последствий”, поскольку здесь речь должна идти не о любых последствиях, так как наступление некоторых последствий не исключает покушения, а только о целеполагаемом результате или о последствиях как конечном результате поведения человека).

8.Волевые действия (бездействие)  лица, непосредственно направленные  на совершение преступления, с  одной стороны, входят в объективную  сторону оконченного преступления, с другой -- не тождественны ей и включаются в самостоятельный состав преступления -- покушение. Ведь для объективной стороны оконченного преступления характерно наличие действий (бездействия), вызвавших задуманный лицом результат, а для покушения на преступление - действий (бездействия), не вызвавших таковой (на первый взгляд верно; однако автор не учел того, что в определенной части, вплоть до составляющих оконченное покушение, действия могут входить и в оконченное преступление, и в те или иные виды неоконченного преступления - приготовление, покушение, добровольный отказ; например, действия-создание условий могут быть основанием и для оконченного преступления, поскольку без условий не может быть надлежащего причинения; и для добровольного отказа, и для приготовления; действия-исполнение могут быть основанием и для оконченного преступления, и для добровольного отказа, и для покушения; при этом речь идет об одних и тех же действиях-создании условий или действиях-исполнении; отсюда специфическими признаками, разграничивающими указанные явления, выступают либо прерывание или непрерывание преступления при разграничении неоконченного и оконченного преступления, либо пресечение или прекращение преступления при разграничении приготовления и покушения от добровольного отказа, либо характер действий при разграничении приготовления и покушения; таким образом, характер действий как разграничивающий признак необходим только в последнем варианте, но никак не при разграничении неоконченного и оконченного преступлений.).

9. Действия (бездействие) лица, непосредственно  направленные на совершение преступления, создают угрозу причинения вреда  объекту преступления, либо такой  вред частично причиняется (автор  не совсем точен, поскольку,  во-первых, должен был говорить  об угрозе в прошедшем времени,  поскольку он отражает особенности  пресеченной уже деятельности, потому  не создают, а создавали угрозу; во-вторых, угрозу причинения вреда создавали не только действия-исполнение, но и действия-создание условий, только поэтому они и становятся при пресечении криминально значимыми; в-третъих, подобная угроза в ретроспекции существовала и при оконченном преступлении, и при всех видах неоконченного преступления; именно поэтому особого значения данный признак как выделенная особенность покушения не имеет.).

10. Покушение на преступление охватывает не только действия (бездействие) лица, непосредственно направленные на совершение преступления, но и предшествующую им оконченную подготовку (т. е. посягательство на объект преступления) (о нашем критическом отношении к посягательству как категории создания условий выше уже было много написано и повторять все это смысла не имеет, все это носит надуманный и неприемлемый характер.)” ( Редин М. П. Указ. соч. - С. 118-119.).

Подводя итог выделению М. П. Рединым объективных особенностей покушения, необходимо остановиться на том, что от сторонника раздельного рассмотрения стадий и неоконченного преступления, можно было ожидать более серьезного подхода к анализу особенностей. Ведь очевидно, что при таком раздельном рассмотрении следовало обособить стадии, дифференцирование подойти к рассмотрению отдельных этапов, попытаться выделить момент возникновения замысла, выделить особенности каждой стадии (в том числе действий по созданию условий и действий по исполнению преступления), развести их, вычленив критерии начала исполнения и т. д.; кроме того, необходимо было вычленить особенности неоконченного преступления (в том числе прерывание преступления и его окончательность) и на их основе развести оконченное и неоконченное преступления, а также выделить особенности видов неоконченного преступления и на данной базе разграничить их друг с другом.

Наряду с объективными особенностями  М. П. Редин выделяет и субъективные особенности покушения, к которым  относит следующее:

“1. Наличие у лица прямого умысла на совершение преступления, задуманного им: лицо сознает, что его действия непосредственно направлены на совершение определенного общественно опасного деяния, что им выполняется объективная сторона конкретного преступления и желает выполнить указанные действия и довести преступление до конца. Если же лицо совершает преступление с материальным составом, то содержанием его умысла охватывается предвидение возможности или неизбежности наступления задуманных им общественно опасных последствий и желание их наступления.

2. Наличие у лица конечной  цели -- полное осуществление своего  преступного намерения (выполнение  умышленных действий (бездействия), непосредственно направленных на  совершение преступления и доведение  преступления до конца)” ( Редин М. П. Указ. соч. - С. 119.).

В результате мы видим, что автор  обособил субъективные особенности  приготовления и субъективные особенности  покушения. Очень похоже на то, что  он пытается обособить по данному  основанию оба анализируемых  института уголовного права, чего он просто не должен был делать. Ведь не секрет, что умысел возникает в  определенный момент преступной деятельности и направлен на достижение конечного  преступного результата, он является стержнем, просекающим всю объективную структуру деяния  - и создание условий, и исполнение вплоть до достижения задуманного преступного результата. Именно поэтому он будет одним и тем же и при приготовлении, и при покушении, и при добровольном отказе (естественно, до пресечения или отказа), и при оконченном преступлении (См.: Козлов А.П. Учение о стадиях преступления. - СПб.: Юридический центр Пресс, 2002. С. 144.). Уже по одному этому нет смысла в отдельном анализе умысла при приготовлении и покушении. Вполне понятно, почему автор проводит обособленный анализ. Автор может возразить, что при приготовлении субъективный момент сложнее, поскольку включает в себя еще и промежуточную цель, направленную на создание условий. Но, во-первых, такая промежуточная цель может возникать и при исполнении преступления в ситуациях, когда виновному становится ясно, что прежнего создания условий недостаточно и нужно задействовать новые условия, только тогда преступный результат может быть достигнут, т. е. в самом покушении может содержаться создание условий, но это не то создание условий, которое пытается ввести в покушение М. П. Редин; во-вторых, говоря об обычном создании условий, существующем до исполнения преступления, нужно сказать, что и его автор пытается ввести в структуру покушения, о чем выше уже было сказано, но тогда, обособляя субъективные моменты приготовления и покушения, автор противоречит своей идее о включении создания условий в структуру покушения.

На мой взгляд, основным специфическим признаком покушения выступает пресечение преступления на стадии исполнения, именно пресечение на определенной стадии.

Глава 4. Назначение наказания за покушение  на преступление.

Устанавливая уголовное наказание  за приготовление к преступлению и покушение, закон исходит из того, что эти деяния представляют собой значительную общественную опасность. Они направляются на реальное причинение вреда объектам уголовно-правовой охраны и не причиняют вред только потому, что прерываются на более ранней стадии, помимо воли виновного. Уголовная  ответственность за неоконченное преступление (приготовление и покушение) наступает  по соответствующей статье Особенной  части УК РФ, предусматривающей ответственность  за конкретное оконченное преступление, со ссылкой на ст. 30. При этом надо иметь ввиду, что каждая последующая  стадия совершения преступления «поглощает»  предыдущую. Предшествующие ей стадии лишены самостоятельного квалификационного значения.