Практические проблемы реализации положений законодательства РФ о завещательных распоряжениях

Содержание

Введение

В современном гражданском законодательстве гражданам предоставляется право иметь в собственности любое имущество за исключением отдельных объектов, которые в соответствии с федеральными законами не могут им принадлежать. Наследование - один из оснований возникновения права собственности, гарантированное Конституцией РФ  (ч. 4 ст. 35). Гражданский кодекс Российской Федерации  (далее ГК РФ) в свою очередь, пунктом 2 статьёй 218 устанавливает, что в случае смерти гражданина право собственности на принадлежащее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

Порядок наследования в настоящее время регулируется разделом V «Наследственное право» третьей части ГК РФ . Вступившей в законную силу 1 марта 2002 года этот закон не только существенно дополнил и детально урегулировал правила о порядке наследования. Например: ГК РСФСР 1964 г.  содержал 35 статей о наследовании, а новый ГК РФ – 76 ГК РВ имеет и отличную от старого структуру. В новом законе поменялись местами не только  основания призвания к наследованию, в отличие от ранее действовавшего законодательства. После общих положений  на первом месте идет наследование по завещанию, на втором - наследование по закону. Данный порядок  подчеркивает важность завещательного распоряжения, поскольку основным и решающим фактором перехода его прав в дельнейшем является воля собственника имущества, передаваемого по наследству.

Порядок наследования по завещанию урегулирован более детально, чем по закону, что довольно важно. Например, наследованию по завещанию посвящено 22 статьи (ст. 1118 - 1140 ГК РФ), а наследованию по закону всего 10 статей (ст. 1141 - 1151 ГК РФ), такие изменения в структуре связаны с переходом к рыночным отношениям, укреплением частной собственности и более свободным по ее распоряжению самим владельцем. В этом состоит один из основных принципов наследственного права - свобода завещания, которая может быть ограничена только правилами, прямо предусмотренными законом.

Но, произведя анализ нового законодательства можно сделать вывод, что, несмотря на детальную проработку порядка наследования по завещанию, у него по-прежнему существуют недостатки. Новые идеи законодателю не во всей мере удалось воплотить в четких и понятных юридических конструкциях. Некоторые положения нового закона носят бланкетный характер и отсылают к еще не принятым федеральным законам, что порождает некоторые трудности применения этих норм на практике. А другие положения создают простор не только для злоупотреблений, но и для их криминального использования. Третьи содержат явные противоречия и нуждаются в изменениях или дополнениях.

Следует отметить, что на сегодняшний день проработка новых норм в судебной и нотариальной практике еще очень слаба, отсутствуют руководящие разъяснения высших судебных органов, поэтому говорить о завершении переработки законодательства о наследовании по завещанию было бы преждевременным, что и определяет актуальность написания работы по заявленной теме.

Объектом исследования являются общественно-правовые отношения, возникающие по поводу наследования по завещанию.

Предметом исследования является правовое регулирование наследования по завещанию в РФ.

Целью работы является проведение комплексного исследования института наследования по завещанию, с целью  выявления проблем правового регулирования и разработке путей их решения.

Данная цель достигаются решением следующих задач:

1. Выявить проблемы правового регулирования наследования жилых помещений по завещанию.

2. Проанализировать практические проблемы реализации положений законодательства РФ о завещательных распоряжениях.

3. Сформулировать возможные пути совершенствованию законодательства, регулирующего наследование по завещанию.

Нормативная база исследования состоит из норм российского гражданского законодательство, который регулирует институт наследования по завещанию. 
1. Практические проблемы реализации положений законодательства РФ

о завещательных распоряжениях

Если анализировать практику то анализ показывает, что возникают  некоторые вопросы при реализации норм ГК РФ о завещательном распоряжении. Федеральный закон от 12 января 1996 г. № 8-ФЗ «О погребении и похоронном деле»  статья 1 гарантирует погребение умершего с учетом волеизъявления, выраженного лицом при жизни, и пожелания родственников. Что касается физических лиц, то они вправе по своему усмотрению выбрать форму и место погребения, выразив это в своем волеизъявлении о достойном отношении к его телу после смерти либо в устной форме в присутствии свидетелей либо в письменной форме. Также физические лица вправе выразить свое волеизъявление о согласии или же несогласии быть подвергнутым патологоанатомическому вскрытию. Необходимо определить обычаи или традиции, установить, рядом с кем из ранее умерших он желает быть похоронен, желает ли, чтобы его тело было подвергнуто кремации, для того, чтобы удостовериться в согласии или несогласии на изъятие органов и тканей из его тела. Также лицо вправе назначить душеприказчика, т.е., по сути, доверить исполнить свое волеизъявление тому или иному лицу.

Закон устанавливает, что действия по достойному отношению к телу умершего должны осуществляться главным образом в полном соответствии с волеизъявлением умершего, если не возникли обстоятельства, при которых исполнение волеизъявления умершего невозможно, либо иное не установлено законодательством Российской Федерации пункт 2 статья 5.  В случае отсутствия волеизъявления умершего право на разрешение тех или иных действий с телом имеют супруг, близкие родственники, а именно - дети, родители, усыновленные, усыновители, родные братья и родные сестры, внуки, дедушка, бабушка, либо иные родственники, либо законный представитель умершего, а при отсутствии таковых иные лица, взявшие на себя обязанность осуществить погребение умершего.

Однако не всегда такое волеизъявление может быть известно иным лицам. Например, членам диаспоры или конфессии, к которой принадлежал умерший, которые хорошо знали покойного и могли бы потребовать исполнения его воли соответствующим образом. Часто происходят случаи, когда родственники пренебрегают волей покойного относительно погребения, особенно если исповедуют другую религию, но возможны и иные мотивы.

Предпринимаются попытки таких лиц свое волеизъявление о достойном отношении к его телу после смерти обличить в форму завещательного возложения. Но нотариусы отказывают в этом на следующем основании: ГК РФ определяется, что завещательное возложение означает - возложение на одного или нескольких наследников обязанности совершить какое-либо действие как имущественного, так и неимущественного характера, направленное на осуществление общеполезной цели, что прописано в пункте 1 статья 1139 ГК РФ. Нельзя спорить, что действия по достойному отношению к телу умершего не имеют признака общеполезной цели. Однако, данное требование является обязательным не в силу естественной природы завещательных распоряжений. Например, исключение, так как отсутствует общеполезная цель, сделано для особого вида завещательного возложения, когда наследникам или исполнителю завещания вменяются определённые обязанности содержать принадлежащих завещателю домашних животных и осуществлять за ними необходимый надзор и уход. Подобное завещательное возложение в неискушенных юридическими знаниями средствах массовой информации нередко называется завещанием в пользу животных, а сами животные объявляются наследниками, то есть субъектами наследственных- гражданско-правовых отношений. Ни в одной цивилизованной стране мира животные не могут быть субъектами правоотношений, они могут лишь объявляться священными: им поклоняются, наделяют различными антропологическими признаками, присваивают им имена, но не наделяют субъективными имущественными правами и обязанностями, а то что в прессе называют «оставить наследство» тому или иному животному, на самом деле является завещательным возложением, когда завещатель возлагает на одного или нескольких наследников обязанность содержать принадлежащих ему домашних животных, а также осуществлять необходимый уход и надзор за ними . Возникает вопрос, почему же законодатель позаботился о животных, не подумав о самом наследодателе, тем более, что в практике других государств такие завещательные распоряжения являются обыденным делом. Исполнителями волеизъявления умершего могут быть лица, указанные в его волеизъявлении, но лишь при их согласии взять на себя обязанность исполнить волеизъявление умершего. В случае отсутствия указания на исполнителей волеизъявления или же в случае их отказа от исполнения волеизъявления умершего оно осуществляется супругом, близкими родственниками, иными родственниками либо законным представителем умершего. Если же отказ кого-либо из указанных лиц мотивирован от исполнения волеизъявления умершего, то оно может быть исполнено иным лицом, взявшим на себя обязанность осуществить погребение умершего, либо осуществляется специализированной службой по вопросам похоронных дел.  Именно из-за подобного порядка, не возможно обеспечить надлежащее исполнение последней воли лица.

Наследодатель мог бы возложить на наследников или исполнителя завещания обязанность, по совершению действий по достойному отношению к его телу в соответствии с его волеизъявлением, в случае оставления завещательного распоряжения, а также выделить для этого средства из наследственной массы. Также преимуществом формы завещательного возложения является то, что возложение не имеет личного характера, и поэтому в результате завещательного возложения возникают обязательства, в котором на стороне, имеющей право требования, выступает неопределенное множество заинтересованных лиц, а не определенное лицо. Помимо их самих требовать исполнения может исполнитель завещания либо любой из наследников, в завещании такой перечень лиц, исключая заинтересованных, может быть значительно сильно расширен. Таким образом, практически любое лицо может требовать исполнения совершения действий по достойному отношению к телу завещателя в соответствии с его волеизъявлением. На основании вышеизложенного мы предлагаем дополнить пункт 1 статьи 1139 Гражданского кодекса Российской Федерации абзац 3 следующего содержания:

«Завещатель вправе также возложить на одного или нескольких наследников и (или) исполнителя завещания:

исполнение его волеизъявления о согласии или несогласии быть подвергнутым патологоанатомическому вскрытию, а также о согласии или несогласии на изъятие органов и (или) тканей из его тела;

осуществить его погребение в соответствии с установленными в завещании правилами либо обычаями или традициями религиозной конфессии, к которой принадлежал завещатель;

совершить иные определенные завещанием действия по достойному отношению к телу завещателя».

Ещё одна проблема в сфере завещательного возложения как специального вида завещательного распоряжения означает возложение на одного или нескольких наследников обязанности совершить какое-либо действие как имущественного, так и неимущественного характера, направленное на осуществление общеполезной цели - пункт 1 статья 1139 ГК РФ. К сожалению, признаки последней, ни теорией гражданского права, ни практикой до сих пор не разработаны, что вызывает множество проблем и противоречий в практике нотариусов при удостоверении завещаний, содержащих подобные распоряжения на случай смерти. Установив в качестве общего признака завещательных возложений общеполезную цель, вследствие чего возникают дополнительные проблемы, законодатель в последующем квалифицирует отдельные распоряжения в качестве завещательных возложений, данной цели не преследующих.

В ГК РФ нет норм, в которых было бы указано, что завещатель вправе определять на случай своей смерти опекуна или попечителя своим несовершеннолетним детям. Подобный порядок назначения опекунов и попечителей, безоговорочно, следует оценить положительно со всех сторон, поскольку он позволит родителям на случай своей смерти определить лиц, которым он доверит опеку, то есть дальнейшее попечительство над своими детьми. Однако завещательное назначение опекуна или попечителя порождает право лица быть назначенным опекуном или попечителем несовершеннолетнего ребенка или детей в силу завещания его родителя, а не обязанность стать опекуном или попечителем. Возникает вопрос, насколько действенно будет такое завещательное назначение. Другое дело, если бы назначение опекунов и попечителей осуществлялось в рамках завещательного возложения. По законопроекту право на наследственное имущество переходит к несовершеннолетним детям завещателя, над которыми установлена опека или попечительство, опекун или попечитель же получает это имущество в управление. В рамках завещательного возложения возможно было бы передавать определенную часть имущества в собственность опекуна либо попечителя, которая составляла бы вознаграждение, а иное имущество в доверительное управление.

Применение завещательного возложения в данном случае не противоречит и общей модели данного завещательного распоряжения, главным конститутивным признаком которой является присутствие общеполезной цели. Вспомним, что российский наследственный закон не определяет признаки общеполезной цели, но систематическое толкование норм Гражданского кодекса РФ позволяет утверждать, что на основе сходства, заключающегося в безвозмездности правопреемства, эти признаки могут быть почерпнуты из более развитого гражданско-правового института пожертвования. Пожертвование - это специальный вид договора дарения, так как  его основной признак -  совершение дарения в общеполезных целях. Квалификация общеполезности цели в специальной литературе трактуется неоднозначно.

 К примеру, А.Л. Маковский - «под  пожертвованием понимается дарение  не в «общественно полезных», а в общеполезных целях - пункт 1 статьи 582 ГК РФ. Ими могут являться  как достижение целей, полезных  для общества в целом, так и целей, которые представляет пользу для более узкого круга лиц - лиц определенной профессии, определенного возраста, жителей определенной местности, членов или участников определенной организации и тому подобное. Пожертвование имущества гражданину без указания цели его использования, которую можно считать общеполезной, переходит в  договор обычного дарения. Напротив, имущество, подаренное без такого условия юридическому лицу, должно использоваться одаряемым «в соответствии с назначением имущества», прописанного пунктом 3 статьи 582 ГК РФ. И в соответствии с целями деятельности этого юридического лица - статья 49 ГК РФ .

 А М.Г. Масевич например, указывает на то, что «от договора дарения пожертвование отличает назначение дара, который должен быть использован по специальному назначению. При отсутствии такого условия безвозмездная передача имущества считается обычным дарением» . Некоторые ученые полагают, что согласно пункту 3 статьи 582 ГК РФ «пожертвование имущества гражданину должно быть, а юридическим лицам может быть обусловлено жертвователем использованием этого имущества по определенному назначению. При отсутствии таких условий пожертвование имущества гражданину считается обычным дарением, а в остальных случаях пожертвованное имущество используется одаряемым в соответствии с назначением имущества. Из этого следует, что договор пожертвования юридическим лицам не теряет своих качеств от того, что он не содержит условия о назначении даренного имущества, и не превращается в этом случае в обычный договор дарения» . В качестве одаряемых по договору пожертвования обычно называют физических лиц, различные лечебные, воспитательные учреждения, организации социальной защиты и другие аналогичные учреждения, благотворительные, научные и учебные организации, фонды, музеи и другие учреждения культуры, общественные и религиозные организации, а также государство, государственные и муниципальные образования . Но это лишь субъективная точка зрения, поскольку Федеральный закон «О благотворительной деятельности и благотворительных организациях»  не устанавливает субъектный состав отношений пожертвования, а в статье 2 определяет лишь цели благотворительной деятельности. Таким образом, легально закрепляется не субъект - благополучатель, а цели, предоставления ему пожертвования.

Так, благотворительная деятельность может осуществляться в следующих целях:

• оказания первой помощи и помощи гуманитарной пострадавшим в результате стихийных бедствий, экологических, промышленных или иных катастроф, социальных, национальных, религиозных конфликтов, жертвам репрессий, беженцам и вынужденным переселенцам;
• содействия деятельности в сфере образования, науки, культуры, искусства, просвещения, духовному развитию личности;
• социальной поддержки и защиты граждан, включая улучшение материального положения малообеспеченных, социальную реабилитацию безработных, инвалидов и иных лиц, которые в силу своих физических или интеллектуальных особенностей, иных обстоятельств не способны самостоятельно реализовать свои права и законные интересы;
• содействия укреплению мира, дружбы и согласия между народами, предотвращению социальных, национальных, религиозных конфликтов;
• подготовки населения к преодолению последствий различных стихийных бедствий, экологических, промышленных или иных катастроф, к предотвращению несчастных случаев;
• содействия деятельности в сфере физической культуры и массового спорта;
• содействия укреплению престижа и роли семьи в обществе;
• содействия защите материнства, детства и отцовства;
• охраны окружающей природной среды и защиты животных; охраны и должного содержания зданий, объектов и территорий, имеющих историческое, культовое, культурное или природоохранное значение, и мест захоронения;
• содействия деятельности в сфере профилактики и охраны здоровья граждан, а также пропаганды здорового образа жизни, улучшения морально-психологического состояния граждан.

В нашем случае опекунство или попечительство отвечает целям социальной поддержки и защиты граждан, а именно - несовершеннолетних лиц, которые в силу своих физических или интеллектуальных особенностей, иных обстоятельств не способны самостоятельно реализовать свои права и законные интересы, и содействия защите детства.

Итак, предлагается дополнить частью 3 ГК РФ статьей 1140.1:

1. Завещатель вправе определить  на случай своей смерти опекуна  или попечителя своим несовершеннолетним детям. Указанные в завещании лица могут быть назначены с их согласия опекунами (попечителями) несовершеннолетних детей завещателя при условии соблюдения требований, установленных законодательством об опеке и попечительстве.

2. Завещатель вправе определить  имущество, за счет которого опекун (попечитель) вправе производить  расходы на содержание подопечного, а также имущество, за счет  которого может производиться  выплата вознаграждения опекуну (попечителю). Завещатель вправе  определить порядок управления  таким имуществом, однако право на такое имущество переходит к несовершеннолетним детям завещателя, над которыми установлена опека или попечительство.

3. Право лица быть назначенным  опекуном (попечителем) несовершеннолетнего ребенка (детей) в силу завещания его родителя не переходит к другим лицам.

2. Проблемы наследования жилых помещений

Некоторые трудности могут возникнуть с определением объема прав наследодателя, в том случае, если наследник является правопреемником вещных прав, которые умерший приобрел по наследству (ст. 1126 ГК РФ), в результате полного внесения пая (п. 4 ст. 218 ГК РФ) либо в силу приобретательной давности (ст. 234 ГК РФ) и которые не были зарегистрированы в соответствии с Законом о государственной регистрации. В данном случае принципиальным является вопрос о том, какое правовое значение имеет государственная регистрация прав на недвижимое имущество: является ли она правоустанавливающим или правоутверждающим фактом. Следует согласиться с учеными, предпочитающими второй подход, тем более что по тому же пути идет и судебная практика.

Примером может служить Определение Рязанского областного суда от 6 февраля 2002 г. N 33-150-02. В. и И. обратились в суд с иском к С. о признании права собственности на жилой дом. Однако С., сын их умершего брата, обратился к В. с иском об освобождении домовладения путем выселения, мотивируя требования тем, что 24 марта 2001 г. умер его отец Н., после смерти которого открылось наследство на целое домовладение. Немного позже, обращаясь кассационной жалобой он отметил, что проживающий в доме В. не имеет никаких правоустанавливающих документов на дом, поскольку никто из наследников право собственности на домовладение не оформлял. Однако суд, отказывая С. в удовлетворении его требований, учел то, что истцы фактически приняли наследство, разделив движимое имущество, оставшееся после смерти матери и предоставив возможность проживать в доме отцу С. Поэтому за ними было признано право на соответствующую долю в праве собственности на домовладение1.

Некоторые особенности имеет наследование жилого помещения, находящегося в общей совместной собственности. Главной проблемой является то, что при установлении общей совместной собственности понятие долей по определению отсутствует, но в случае смерти одного из сособственников встает практический вопрос: как делить принадлежавшее ему имущество, если оно организационно не обособлено от имущества пережившего сособственника. Конечно, изменения, внесенные в 2001 г. в Закон РФ от 4 июля 1991 г. «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации»2, исключили возможность приватизации жилых помещений в совместную собственность «не супругами» на будущее, но обратной силы они не имеют, следовательно, проблема наследования в этих условиях будет возникать еще неоднократно.

Между тем судебная практика по данному вопросу весьма противоречива. Так, в судах общей юрисдикции появилась категория дел, когда в порядке особого судопроизводства наследодатель посмертно наделяется новым субъективным правом, а именно правом долевой собственности3. В 2000 г. среди нотариусов был распространен Обзор судебной практики Кемеровского областного суда, где приводился пример разрешения спора о праве на наследство в отношении квартиры, приватизированной в общую совместную собственность. Суд вынес решение, обязывающее учреждение зарегистрировать по 1/3 доли за каждым из наследников, как это было предусмотрено заключенным ими нотариальным соглашением, аргументируя его тем, что: а) наследник считается принявшим наследство с момента обращения к нотариусу с соответствующим заявлением; б) заявитель, принявший наследство, стал правообладателем (п. 1 ст. 129 ГК РФ); в) правообладатель лично или через представителя правомочен обращаться за регистрацией, следовательно, обращение за регистрацией правомерно4.

Представляется, что ни тот, ни другой подход не является полноценным выходом из сложившейся ситуации, которая настоятельно требует своего законодательного разрешения. Некоторые ученые предлагают оставшимся собственникам составить, подписать и нотариально заверить соглашение об определении долей в квартире (в доме), указав в нем всех сособственников помещения, правоустанавливающие документы на него, стоимость квартиры, согласие каждого сособственника на распределение долей между ним и другими сособственниками в равных (или иных) долях, а также на основании ч. 2 ст. 254 ГК РФ установить долевое участие каждого сособственника. Совершение этих действий, по их мнению, дает основание нотариусу выдать после смерти сособственника наследнику его имущества, находящегося теперь уже в общей долевой собственности, свидетельство о праве на наследство5.

При этом, однако, остается неясным, кто может подписать такое соглашение от имени умершего сособственника. Представляется, что эту дилемму можно разрешить только с помощью использования двух юридических конструкций: фикции и презумпции. Первоначально допускаем заведомо ложное утверждение о том, что лицо, доля которого в имуществе устанавливается, находится в живых, после чего исходим из предположения, что оно соглашается с оговоренным другими сособственниками порядком распределения долей в общей собственности на жилое помещение.

Однако ответ на рассматриваемый вопрос дает законодатель, устанавливая правило, согласно которому при разделе общего имущества доли сособственников признаются равными, если иное не предусмотрено договором между ними (п. 1 ст. 39 СК РФ, п. 3 ст. 257 ГК РФ) или не установлено решением суда исходя из интересов несовершеннолетних детей и (или) исходя из заслуживающего внимания интереса одного из супругов, в частности в случаях, если другой супруг не получал доходов по неуважительным причинам или расходовал общее имущество супругов в ущерб интересам семьи (п. 2 ст. 39 СК РФ). Последнее обстоятельство, как представляется, следует учитывать и при наследовании имущества одного из супругов.

Практические трудности могут возникнуть и при наследовании жилого помещения, находящегося в общей долевой собственности. Суть проблемы наглядно демонстрирует разбирательство по делам о наследовании, где в одном случае предметом спора было установление права собственности на жилое помещение истцов, претендовавших соответственно на 1/8 и на 1/24 доли домовладения6, в другом - на 11/47 и 22/47 доли7. Очевидно, что практическая реализация этого права будет несколько затруднена при невозможности выдела этой доли в натуре в виде обособленного помещения. Из положений п. 3 ст. 252 ГК РФ следует, что в этих случаях сособственник имеет право на выплату ему стоимости его доли другими участниками долевой собственности. При недостижении соглашения об этом вопрос решается в судебном порядке. Однако закон не содержит механизма разрешения проблемы выдела доли, если сособственники не в состоянии выплатить ее стоимость.

Определенные особенности имеет наследование прав, связанных с участием в жилищно-строительном кооперативе. Если взнос был выплачен полностью, то наследование осуществляется в обычном порядке, поскольку объектом наследования становится квартира. В остальных случаях речь идет о наследовании пая, что дает право наследнику быть принятым в члены соответствующего кооператива, в чем ему не может быть отказано (п. 1 ст. 1177 ГК РФ).

Трудности возникают и в тех случаях, когда на участие в ЖСК претендуют несколько наследников. Некоторые ученые считают, что выбор должен остановиться на одном из них8, другие не без основания полагают, что решение этого вопроса должно быть поставлено в зависимость от характеристик конкретного жилого помещения, а именно - возможности его раздела таким образом, чтобы каждому из лиц, имеющих право на пай, могло быть выделено изолированное жилое помещение (ч. 1 ст. 127 ЖК РФ)9. Последняя точка зрения представляется более обоснованной, поскольку именно такой подход позволяет наиболее полно защитить права и законные интересы наследников.

Существует и другая проблема: противоречия между нормами ГК РФ и ЖК РФ. Так, правила о преимущественном праве на вступление в члены кооператива, предусмотренные ч. 4 ст. 131 ЖК РФ, расходятся с условиями призвания тех же категорий граждан к наследованию, предусмотренными ст. 1148 ГК РФ. В результате при совместном применении указанных норм, как отмечает О.Ю. Шилохвост, может оказаться, что право на пай будет принадлежать одним лицам, а правом на вступление в жилищный кооператив будут обладать другие. По крайней мере ЖК РФ не оперирует категорией иждивенчества, когда закрепляет преимущественное право члена семьи, проживавшего совместно с наследодателем и не являвшегося его наследником, на вступление в кооператив.

Следует признать, что это не единственная проблема действующего законодательства. Возражение, в частности, вызывает очередность призвания к наследованию отдельных категорий лиц, закрепленная в ГК РФ. Как справедливо отмечает И.А. Михайлова, «остается неясным, почему права и интересы лиц, заменивших ребенку родителей, или лиц, воспринимавшихся отчимом и мачехой в качестве собственных детей, законодатель посчитал менее значимыми, чем права двоюродных внуков и правнуков, двоюродных бабушек и дедушек»10, отнеся первых к наследникам седьмой очереди. На наш взгляд, это противоречит не только логике, но и основополагающим принципам гражданского права, поэтому следует согласиться с предложением закрепить право на наследство отчима и мачехи, пасынков и падчериц в качестве наследников по закону третьей очереди11. Особенно актуальным это представляется именно в отношении прав на жилое помещение, хотя в данном случае возможно и иное решение проблемы - в виде закрепления права пожизненного проживания в нем.

При этом неизбежно возникает вопрос о том, стоит ли предоставлять это право всем без исключения отчимам (мачехам) и пасынкам (падчерицам). На наш взгляд, его реализация должна быть поставлена в зависимость от участия в воспитании и содержании неродного ребенка. Установление обязательного срока совместного проживания для приобретения права наследования (как, например, годичного срока для иждивенцев) представляется в данном случае неуместным, поскольку он не влияет на отношения в семье.

Следует учитывать, что при наследовании закон защищает нетрудоспособных иждивенцев наследодателя, которые наследуют по закону наравне с наследниками той очереди, которая призывается к наследованию, если они не менее года до смерти наследодателя находились на его иждивении. При этом для лиц, не относящихся к наследникам по закону, устанавливается необходимость проживания совместно с наследодателем (п. 2 ст. 1148 ГК РФ).

Закрепляется и право отдельных категорий лиц (несовершеннолетних или нетрудоспособных детей наследодателя, его нетрудоспособных родителей и супруга, а также нетрудоспособных иждивенцев наследодателя) на обязательную долю в наследстве (ст. 1149 ГК РФ), которая должна составлять не менее половины той доли, которая причиталась бы им по закону. Однако если осуществление права на обязательную долю в наследстве повлечет за собой невозможность передать наследнику по завещанию имущество, которым наследник, имеющий право на обязательную долю, при жизни наследодателя не пользовался, а наследник по завещанию пользовался для проживания (жилой дом, квартира, иное жилое помещение), суд может с учетом имущественного положения наследников, имеющих право на обязательную долю, уменьшить размер обязательной доли или отказать в ее присуждении (п. 4 ст. 1149 ГК РФ). Данное положение было воспринято из Определения Конституционного Суда РФ, в котором отмечалось, что предоставление наследнику обязательной наследственной доли в полном объеме во всех без исключения случаях может приводить к нарушению принципа социальной справедливости и отказу гражданам в их праве на судебную защиту12.