Принцип законности. 4

2.1. Принцип законности

Принцип законности является общеправовым, универсальным  принципом. Начиная с Великой  французской революции его провозглашают в своем законодательстве большинство государств. В соответствии с п. "б" ч. 1 ст. 72 Конституции к совместному ведению Российской Федерации и ее субъектов отнесено "обеспечение законности, правопорядка и общественной безопасности". В уголовном праве принцип законности означает, что, с одной стороны, к уголовной ответственности можно привлекать только в тех случаях, когда совершается запрещенное законом общественно опасное деяние, а с другой - правоприменитель может к этой личности применить только ту норму предписания, которую лицо нарушило и которая предусмотрена законом[16].

Принцип законности основополагающий для всей деятельности государства и его органов. Он вытекает из положений Всеобщей декларации прав человека (1948 г.): никто не может  быть признан виновным в совершении преступления и подвергнут уголовному наказанию иначе как по приговору  суда и в соответствии с Законом. Это конституционный принцип, он отражен в ст. 54 Конституции РФ, в которой указывается, что "никто  не может нести ответственность  за деяние, которое в момент его  совершения не признавалось правонарушением". Часть 3 ст. 15 Конституции РФ устанавливает  важное положение: "Закон подлежит официальному опубликованию. Неопубликованные законы не применяются". Следовательно, уголовная ответственность может  наступить только на основе опубликованного  уголовного закона, только за деяние, которое  в момент его совершения предусматривалось  уголовным законом. Принцип законности находит свое развитие и в ст. 9 УК, согласно которой преступность и наказуемость деяния определяются уголовным законом, действующим  во время совершения этого деяния[17].

Принцип законности - конституционный принцип уголовного права. Статья 15 Конституции гласит: "Органы государственной власти, органы местного самоуправления, должностные  лица, граждане и их объединения  обязаны соблюдать Конституцию  Российской Федерации и законы". Применительно к уголовному праву  этот принцип трансформируется в  первую очередь в принцип "нет  преступления без указания о том  в законе" (уголовном). Он означает, что к уголовной ответственности  может быть привлечено лишь лицо, совершившее  запрещенное уголовным законом  общественно опасное деяние. Наказание  за совершенное преступление также  назначается в пределах, установленных  уголовным законом.

Согласно данному  принципу, аналогия преступлений и  наказаний в российском уголовном  праве не допускается (под аналогией  в данном случае понимается восполнение  пробела в праве, когда закон  применяется к случаям, прямо  им не предусмотренным, но аналогичным  тем, которые непосредственно регулируются этим законом). Восполнение любых  пробелов в уголовном праве относится  к исключительной компетенции законодателя. Суд, прокурор, следователь, органы дознания не вправе признавать преступлением  деяние, находящееся за рамками УК, в том числе путем применения наиболее близкой к совершенному деянию статьи УК[18].

Содержание принципа законности вытекает не только из редакции ст. 3, но и из других законов, и прежде всего Конституции.

Из первой группы требований, определяющих содержание принципа законности, можно выделить следующие положения: 

а) в случае расхождения  норм УК с нормами международного права приоритет отдается нормам международного права. Это вытекает из соотношения ст. 3 с ч. 3 и 4 ст. 11 и с ч. 3 ст. 13 УК. Это прямо подчеркивается в ч. 2 ст. 1 УК и ч. 4 ст. 15 Конституции;

б) подконституционность уголовного закона. Она состоит в том, что:

- издание уголовных  законов должно осуществляться  на основе и в соответствии  с Конституцией. Часть 1 ст. 15 Конституции  предусматривает, что "Конституция  Российской Федерации имеет высшую  юридическую силу, прямое действие  и применяется на всей территории  Российской Федерации. Законы  и иные правовые акты, применяемые  в Российской Федерации, не  должны противоречить Конституции  Российской Федерации";

- в случае расхождения  норм УК с нормами Конституции  приоритет отдается последним;

в) законность состоит  в точном и неуклонном соблюдении уголовных законов гражданами и  правоприменительными органами;

г) законность состоит  в том, что не только граждане и  субъекты правоприменения должны соблюдать уголовный закон, но и законодатель. Принимаемые законы не должны противоречить принципу законности;

д) законность проявляется  в том, что самим законом определены пределы судейского усмотрения при  применении ими норм уголовного права. Иначе говоря, в законодательные  рамки ставится соотношение целесообразности и законности. Принцип законности предопределяет границы законной целесообразности. Это проявляется в том, что  закон устанавливает, например, альтернативные или относительно определенные санкции  за преступления, предусмотренные УК.

В этой связи особую актуальность приобретают не только приговоры по конкретным делам, но и  разъяснения Пленума Верховного Суда РФ, постановления которого, как  отмечается в литературе, порой необоснованно  изменяют суть уголовного закона, а  значит, нарушают и сам принцип  законности, выходя за пределы законной целесообразности;

е) преступность и  наказуемость деяния определяются законом, действовавшим во время совершения этого деяния (ч. 1 ст. 9); закон, устанавливающий  преступность деяния, усиливающий наказание  или иным образом ухудшающий положение  лица, обратной силы не имеет (ч. 1 ст. 10).

3. Ко второй группе  правил, определяющих содержание  принципа законности, относятся[19]:

а) принцип nullum crimen, nullum poena sine lege ("нет преступления, нет наказания без прямого указания на то в законе");

б) законность означает, что не только преступления и наказания, но и иные уголовно-правовые последствия  совершенного лицом деяния определяются уголовным законом. Например, основания  и условия применения условного  осуждения, принудительных мер воспитательного  воздействия к несовершеннолетним, освобождения от уголовной ответственности  и наказания, погашение и снятие судимости и т.д.;

в) законность состоит  в том, что преступлением может  быть признано только деяние - общественно  опасное действие или бездействие, причинившее или создавшее реальную угрозу причинения вреда существенным, охраняемым уголовным законом интересам  личности, общества или государства. Из этого следует, что мысли и  убеждения, независимо от их несоответствия законам, Конституции, не должны рассматриваться как преступления и поэтому не влекут за собой наказания;

г) законность состоит  в том, что запрещается применять  уголовный закон по аналогии.

В уголовном праве  не допускается не только аналогия закона, но и аналогия права, которая  имеет место в иных отраслях права, в частности в гражданском  праве. Аналогия в уголовном праве  была отменена в декабре 1958 г., когда  в ст. 7 Основ уголовного законодательства в понятие преступления ввели  признак уголовной противоправности. До этого аналогия применялась. Более  того, ее применение было предусмотрено  в уголовном законе. Так, УК 1926 г. предусматривал специальную статью (ст. 16), разрешавшую применение закона по аналогии"[20].

Более точное содержание данного принципа заключается в  неотвратимости именно уголовной ответственности, т. е. привлечения к ней каждого  виновного лица за каждое совершенное  им преступление. Наказание может  не последовать на законных основаниях освобождения от него. Обязательно  должно привлекаться к уголовной  ответственности каждое совершившее  преступление лицо. Уже затем оно  может быть от этой ответственности  освобождено.

По подсчетам криминологов, латентная, т. е. не включенная в официальную  статистику преступность, достигает  в РФ 9—12 млн. преступлений в год. Таков статистически наглядный  показатель состояния неотвратимости уголовной ответственности.

Приведем пример из практики работы Ленинского районного  суда г. Ставрополя[21].

11 июня 2003 года. Ленинский  районный суд гор. Ставрополя установил, что подсудимая Мальцева О.А., в неустановленном следствием месте и в не установленное следствием время, приобрела у неустановленного следствием лица 40 стеклянных бутылок тарной ёмкостью 0,5 литра, с этикетками «Водка Русская – Стопка». 6 февраля 2003 года, в 18 часов 45 минут, подсудимая Мальцева по месту своего жительства, в квартире № 3 дома №25 по ул. Старомарьевское шоссе г. Ставрополя, продала Щербюк Г.В. за 17 рублей, одну стеклянную бутылку тарной емкостью 0,5 литра, с этикеткой «Водка «Русская», без специальных марок акцизного сбора.

Согласно заключению судебно-химической экспертизы № 443 от 11 февраля 2003 года, жидкость в бутылке, изъятой у Мальцевой О.А., не соответствует  ГОСТУ «Водки и водки особые», не соответствующей по крепости и  укупорке, не отвечает требованиям  безопасности по содержанию сивушных масел.

Допрошенная в судебном заседании подсудимая Мальцева вину признала и показала, что примерно 4.02.2003 г. на рынке «Южный» она приобрела  у нерусского парня две коробки  водки, чтобы расплачиваться за привозимый корм для подсобного хозяйства. Пенсия у нее 828 руб., на ее иждивении находятся  двое внуков, т.к. ее дочь является матерью-одиночкой, алиментов не получает. Поэтому у нее в семье сложилось тяжелое материальное положение. 6.02.2003 г. вечером около 19 ч. пришел парень, по виду алкоголик, который просил продать ему бутылку водки. Этот парень сказал, что видел, как она принесла водку домой. Из жалости она продала ему одну бутылку «Водка Русская – стопка» за 17 руб. Примерно минуты через две постучали и вошли работники милиции и она отдала им водку.  

Суд, допросив подсудимую, исследовав материалы дела, считает  вину Мальцевой, доказанной.

Кроме того, вина подсудимой подтверждается: рапортом участкового  уполномоченного милиции Ленинского РОВД о выявлении факта продажи  Мальцевой одной бутылки, протоколом освидетельствования участника  контрольной закупки, покупателя Щербюка Г.В., актом контрольной закупки, протоколом осмотра места происшествия и изъятия у покупателя Щербюка Г.В. одной бутылки водки без марок акцизного сбора и изъятия у Мальцевой 40 бутылок; заключением химической экспертизы, в соответствии с которой, представленная на исследование жидкость в бутылке, изъятой у Мальцевой О.А., не соответствует ГОСТУ «Водки и водки особые» по крепости и укупорке, не отвечает требованиям безопасности по содержанию сивушных масел, по органолептическим показателям, крепости и представляет собой спиртосодержащие жидкости крепостью 32,7 об.% (л.д.14); протоколом осмотра вещественного доказательства и постановлением о приобщении к делу в качестве вещественного доказательства одной бутылки водки «Русской».

Суд считает, что  действия подсудимой правильно квалифицированы  по ст. 238 ч. 1 УК РФ, поскольку Мальцева О.А. незаконно сбывала продукцию, не отвечающую требованиям безопасности жизни и здоровья потребителей.

При определении  размера и вида наказания, суд  учитывает степень общественной опасности, среднюю тяжесть совершенного преступления; смягчающие вину обстоятельства: что Мальцева характеризуется положительно, совершила преступление впервые, является нетрудоспособной, вину признала в содеянном раскаялась, ее семейное положение, отсутствие по делу отягчающих обстоятельств, считает возможным с учетом личности подсудимой назначить ей наказание, не связанное с изоляцией от общества, в виде условного осуждения к лишению свободы.

Таким образом, на основе вышеизложенного можно сделать  вывод, что к основным признакам  указанного принципа относятся: единство законности на всей территории РФ; обязанность  соблюдения и исполнения всеми уголовного закона; контроль компетентных органов  за должным соблюдением и исполнением  указанной обязанности. Профессор  Б.Т. Безлепкин, комментируя принцип законности относительно уголовно-процессуального права, замечает, что с позиции теории правоотношений законность не принцип, а признак понятия уголовного судопроизводства, так как незаконного судопроизводства вообще не бывает[22]. Исходя из части 1 статьи 1 УК РФ, определяющей, какие именно законы составляют уголовное законодательство РФ, логично предположить, что законность также является признаком, а не принципом понятия уголовного права.

2.2 Принцип равенства  граждан перед законом

Устанавливаемый ст.4 УК принцип равенства граждан  перед законом конкретизирует в  уголовном праве применительно  к уголовной ответственности  общеправовое положение Конституции  РФ о равенстве перед законом  и судом. Это положение следующим  образом сформулировано в УК: "Лица, совершившие преступления, равны  перед законом и подлежат уголовной  ответственности независимо от пола, расы, национальности, языка, происхождения, имущественного и должностного положения, места жительства, отношения к  религии, убеждений, принадлежности к  общественным объединениям, а также  других обстоятельств"[23].

Этот принцип тоже является конституционным, так как  основан на ст. 19 Конституции РФ, которая полностью соответствует  ст. 7 и 8 Всеобщей декларации прав человека (1948 г.), ст. 2 Международного пакта о  гражданских и политических правах (1966 г.), ст. 4 Европейской конвенции  о защите прав человека и основных свобод (1950 г.).

Формула УК не содержит упоминания о равенстве перед  судом. Уголовно-правовой принцип фиксирует  внимание на равной обязанности граждан  нести ответственность за нарушение  уголовно-правовых запретов. Устанавливаемое  этим принципом юридическое равенство  граждан перед уголовным законом  проявляется в закреплении одинаковых оснований и пределов уголовной  ответственности, одинаковых условий  применения наказания и освобождения от уголовной ответственности и  наказания, одинаковых оснований и  порядка устранения иных последствий  осуждения лица, например, при погашении  судимости. Рассматриваемый принцип  не исключает применения различных  мер уголовной ответственности  за однотипные общественно опасные  деяния для рядовых граждан и  должностных лиц либо лиц, наделенных специальными полномочиями (например, совершение контрабанды с использованием своего служебного положения - п. «б»  ч. З ст. 188 УК).

Признание состава  преступления единственным основанием уголовной ответственности служит гарантией осуществления принципа равенства граждан перед законом  в деятельности правоохранительных органов. Равная для всех обязанность  нести ответственность за совершенное  преступление означает, что каждый гражданин, нарушивший уголовный закон, должен быть привлечен к ответственности  и не вправе быть от нее освобожден помимо суда, если в его действиях  содержится состав преступления. Это  положение именуется в теории уголовного права принципом неотвратимости ответственности и является основополагающим для утверждения начала справедливости в уголовном праве.

Принцип равенства  перед уголовным законом означает, что при наличии в действиях  лица состава преступления социальные данные о его личности не могут  служить препятствием для привлечения  этого лица к ответственности. Однако из этого не следует, что все осужденные должны приговариваться к одинаковым мерам наказания. Равенство оснований  уголовной ответственности должно сочетаться с принципом соответствия суровости наказания тяжести преступления. Особое значение применение рассматриваемого принципа имеет при определении уголовной ответственности должностных лиц государственного аппарата. Принцип равенства перед уголовным законом не противоречит установлению ответственности за преступления, совершаемые специальными субъектами. Эти лица, как правило, и совершать должностные преступления могут лишь благодаря занимаемому положению. При этом некоторые особенности имеет порядок привлечения к уголовной ответственности ряда категорий должностных лиц, которым закон предоставил особый статус в целях обеспечения выполнения своих функций в условиях независимости и самостоятельности (к ним относятся депутаты Государственной Думы, судьи и некоторые иные должностные лица). Эти лица не освобождаются от уголовной ответственности в случае совершения преступлений, но закон устанавливает особый порядок привлечения их к ответственности, обеспечивающий их неприкосновенность в целях создания возможности беспрепятственного исполнения возложенных на них функций.

Принцип равенства  перед законом выражается как  в том, что невиновный не должен быть привлечен к ответственности, так  и в том, что виновный должен подлежать  уголовной ответственности. Эти  положения закреплены, в частности, в ст. 299 («Привлечение заведомо невиновного  к уголовной ответственности») и 300 («Незаконное освобождение от уголовной  ответственности») УК.

В прошлом имели  место случаи, когда высокопоставленные лица из партийной и номенклатурной элиты не привлекались к ответственности  за злоупотребление служебным положением, превышение власти, получение взяток и хищения. Не возбуждались или незаконно прекращались уголовные дела и в отношении знаменитых спортсменов[24].

Подобная практика недопустима и противоречит Конституции  РФ и Уголовному кодексу РФ.

Уголовно-правовой принцип  равенства не означает равную (одинаковую) ответственность и наказание  граждан, т.е. равные пределы и содержание уголовной ответственности и  наказания. Более того, различие в  этом может быть существенным, имея в виду, например, пол или возраст  лица, его служебное положение. Так, к женщинам в отличие от мужчин не может быть применена смертная казнь (то же наказание не может применяться  к мужчинам, достигшим к моменту  вынесения судом приговора 65-летнего  возраста, а также к лицам, совершившим  преступления в возрасте до 18 лет (ст. 59 УК)). Совершение преступления лицом  с использованием своего служебного положения может повлечь повышенное наказание (например, в соответствии с ч. 3 ст. 160 УК наказание усиливается, если присвоение или растрата чужого имущества, вверенного виновному, совершается  лицом с использованием своего служебного положения).

2.3 Принцип вины

Вина (наряду с мотивом  и целью) образует субъективную сторону  преступления. Это внутреннее психическое  отношение лица к совершенному им общественно опасному деянию (действию или бездействию) и его последствиям в форме умысла и неосторожности. Вина - обязательный признак субъективной стороны преступления. Без вины нет и не может быть состава преступления. Это основной признак субъективной стороны, отграничивающий преступное деяние от непреступного[25].

Российское уголовное  право стоит на позиции субъективного  вменения. Последнее означает, что  уголовно наказуемым закон признает только такое общественно опасное  деяние, которое совершено виновно. Объективное вменение, т.е. уголовная  ответственность за невиновное причинение вреда, не допускается. Ни одно деяние, совершенное невиновно, какие бы тяжкие последствия оно ни причинило, не может рассматриваться как  преступление. Вменение в вину деяния, общественную опасность которого лицо не предвидело и не могло предвидеть, было бы лишено справедливости и какого-либо предупредительного значения и поэтому  отвергается правосудием. Президиум  Верховного Суда РФ отменил обвинительный  приговор по делу Т. и прекратил производство по этому делу ввиду отсутствия доказательств  вины лица в совершении преступления.[26]

Так, социальная обусловленность  поведения людей в случаях  совершения ими общественно опасных  деяний неизбежно предполагает их свободный  выбор антисоциальной формы этих деяний. Такой свободы нет как  у невменяемых, лиц, не достигших  возраста наступления уголовной  ответственности, так и у невиновных лиц. Лицо, которое не способно адекватно воспринимать окружающую действительность или которое «по обстоятельствам дела не могло осознавать общественной опасности своих действий (бездействия) либо не предвидело возможности наступления общественно опасных последствий и по обстоятельствам дела не должно было или не могло их предвидеть» (ч. 1 ст. 28 УК), не может принять самостоятельного решения, свободно выбрать общественно опасную форму поведения.

Сущность принципа вины заключается в том, что никто  не может нести уголовную ответственность, если не установлена его вина в  отношении общественно опасного деяния и наступивших общественно  опасных последствий. Вина - это психическое  отношение лица к совершаемому им общественно опасному деянию и к его общественно опасным последствиям в форме умысла или неосторожности (ст. 24-26 УК)[27].

При этом отсутствие свободы выбора такой формы поведения  означает не только то, что лицо освобождается  от уголовной ответственности из-за недопустимости объективного вменения, но и то, что его поведение не общественно опасно, а лишь объективно вредно. Общественная опасность как  социальное свойство поведения человека не существует вне сознательного  выбора его антисоциальной формы.

Выбор же данной формы  одновременно означает ту или иную степень отрицательного отношения  лица к ценностям общества. Поэтому  именно выбор лицом конкретной формы  общественно опасного поведения  и обусловливает содержание вины, является ее предтечей. Как раз на адекватной оценке социальной значимости конкретных форм общественно опасного поведения, органически включающих в себя и антисоциальный выбор  лица, и основывалась реализация принципа вины на ранних стадиях развития российского  уголовного законодательства.

«Принцип вины, - отмечают С.Г. Келина и В.Н.Кудрявцев, - предполагает неразрывную взаимосвязь субъективных и объективных признаков преступления. С одной стороны, лицо может нести уголовную ответственность лишь за те свои желания и намерения, которые реально воплотились в общественно опасных действиях (бездействии). С другой стороны, никакие вредные для общества действия (бездействие) и их последствия не могут служить основанием уголовной ответственности, если они не определялись психическим отношением лица (в форме умысла или неосторожности»[28].

Принцип ответственности  только при наличии вины отражает особенности предмета регулирования  уголовного права, определяя виновность деяния как необходимый признак  юридического факта, порождающего уголовное  правоотношение. Значение принципа вины состоит в том, что он является одним из важнейших средств обеспечения  законности в уголовном праве. Принцип  вины устанавливает, что лицо подлежит уголовной ответственности лишь тогда, когда установлено определенное психическое отношение лица к  совершенному им общественно опасному деянию. Запрет объективного вменения означает невозможность привлечения  к уголовной ответственности  лица без обязательного установления именно его вины в совершении деяния, несмотря на факт реально существующего (объективного) наличия последнего.

Так, еще в советский  период в одном из решений Верховного Суда указывалось, что обвинение  лица в совершении преступления, основанное только на факте наступивших последствий, при отсутствии умышленной или неосторожной вины, представляет собой объективное  вменение, «чуждое уголовному праву»[29]. Общественно опасное действие как  преступное деяние всегда представляет собой осознанный и волевой поступок человека, внешней стороной которого выступает активное поведение или  воздержание от совершения конкретных действий (бездействие).

Общественно опасными последствия преступления будут  тогда, когда деяние причиняет реальный существенный вред охраняемым уголовным  законом объектам или ставит их под  угрозу причинения такого вреда. Преступные последствия являются объективным  выражением общественной опасности  преступления. Они присущи любому преступлению, связывая деяние с объектом посягательства.

Возложение уголовной  ответственности за деяние, общественную опасность последствий которого лицо не предвидело и не могло предвидеть, не должно иметь места, т.к. оно лишено предупредительного содержания и означало бы объективное вменение (ответственность  за невиновное причинение вреда, что  запрещено законом). Принцип виновной ответственности предполагает личную ответственность, когда к уголовной  ответственности привлекается только то лицо, которое само совершило  преступление и ответственность за которое не может перелагаться на других лиц (родителей, опекунов). Степень вины, устанавливаемая на основе всех обстоятельств конкретно совершенного (единичного) преступления, представляет собой сравнительную количественно-качественную характеристику общественной опасности вины, заключающуюся в мере отрицательного отношения к социальным ценностям общества и в мере осознания общественной опасности деяния, предвидения или желания общественно опасных последствий, или возможности их предвидения, выраженных в совершенном лицом преступлении[30]. Два аспекта вины: социальный и психологический, хотя и тесно связаны между собой, рассматриваются лишь в единстве, все-таки относительно самостоятельны. Коротко говоря, социальный аспект — ее общественный масштаб, а психологический — индивидуальный, обеспечивающий ее учет на правоприменительном уровне. Потому в определении принципа вины вполне достаточно обозначения его социального аспекта, ибо психологический — подробнейшим образом выражен в ст. 24-28 УК. УК РФ 1996 г. существенно прогрессировал в воплощении принципа вины. Сконструирована отдельная глава под названием "Вина". Количество норм о вине утроено сравнительно с УК РСФСР 1960 г. Во избежание ошибок в понимании вины (многозначность терминов "вина", "виноват", "виновность", "виновен" вызвала бурную дискуссию в 50-х гг.) новый УК четко зафиксировал в ст. 24, что вина — это умысел и неосторожность и ничего более. Впервые в действующее российское уголовное законодательство включена норма об ответственности при неосторожной вине лишь в случаях, специально оговоренных в диспозиции нормы Особенной части (ч. 2 ст. 24 УК РФ).

2.4 Принцип справедливости

Соблюдению принципа справедливости всегда придавалось  особое значение при реализации норм уголовного права. Общая подчиненность  задаче справедливой уголовной ответственности  и наказания объединяет принципы уголовного права в систему. Воплощаясь во всей системе принципов уголовного права, справедливость как отправная  идея уголовной ответственности  занимает в ней свое особенное  место. В.В. Похмелкин сравнивает иерархию принципов уголовного права с  пирамидой, на вершине которой стоит  принцип справедливости. По его словам, «являясь обобщающим началом нормативного регулирования, справедливость служит интегративной оценкой принципов, норм и актов применения уголовного права с точки зрения объективной  необходимости, общественной полезности, нравственной допустимости и юридической  правомерности»[31].

Справедливость, равенство  граждан перед законом, гуманизм находят свое выражение в праве  только в содержании и реализации его норм[32], поэтому их последовательное проведение в жизнь возможно только в условиях режима законности, точного  и неуклонного соблюдения принципа законности[33]. Между тем это только один составляющий взаимосвязь данных явлений момент. Другой в том, что без справедливости законность лишена содержания, сути, мертва.

Статья 6 УК гласит: «1. Наказание и иные меры уголовно-правового  характера, применяемые к лицу, совершившему преступление, должны быть справедливыми, т.е. соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного. 2. Никто не может нести уголовную ответственность дважды за одно и то же преступление».

Анализ ст. 6 показывает, что в ней отражен лишь один срез принципа справедливости в уголовном  праве: справедливым должно быть применяемое  наказание или иная мера уголовно-правового  характера. Здесь имеется в виду, что справедливыми должны быть:

а) вид наказания, назначаемый виновному;

б) размер наказания  в санкции статьи;

в) привлечение к  уголовной ответственности один раз за одно и то же преступление.[34]

Справедливость как  этическая категория означает истинность, правильность позиции, решения с  точки зрения интересов общества.

Справедливость как  юридическая категория, воплощенная  в принципе уголовного права, реализуется  как законодателем при установлении и дифференциации уголовной ответственности, так и судом при индивидуализации наказания. Дифференцируя уголовную  ответственность, закон определяет круг преступных деяний, виды наказаний, санкции за конкретные виды преступлений.