Проблема изменения и развития языка

Введение

Огромную важность приобретает вопрос изменения и развития языка. Нельзя отрицать то, что темпы изменения и развития языков всегда были различны. Как нельзя отрицать и тот факт, что совершенствование и вымирание языков существует. Однако всякое ли изменение языка свидетельствует о его развитии? Язык не статичен и постоянно изменяется.

Исходя из актуальности темы была поставлена следующая цель: осуществить анализ лингвистических и экстралингвистических факторов, ставшими причиной изменения и развития языков.

На основе поставленной цели, задачами являются: указать, что влияет на динамику изменений; а так же что послужило импульсом к этому; изучить языковые концепции известных лингвистов; обозначить формы изменения языковых явлений.

При работе использовались методы логического, сравнительного и исторического анализа.

В ходе работы изучены труды отечественных и зарубежных филологов, в   частности, таких как А.А. Потебня, Ф. де Соссюр, Ш. Балли, Е. Косериу и ряда других.

1. Проблема изменения  и развития языка

    Язык, как и любое другое  явление действительности, не стоит  на месте, а изменяется, развивается. Изменение языка носит своеобразный характер, отличается очевидной противоречивостью. Одним из первых ученых, кто указал на противоречивый характер существования и изменения языка, был В. фон Гумбольдт: «...По своей действительной сущности,— замечал он,— язык есть нечто постоянное и вместе с тем в каждый данный момент преходящее» [Гумбольдт, 1984, с. 70]. Ближе к нашему времени, по-другому о противоречивости изменения и существования языка высказался Ш. Балли в известном своем парадоксе: «...Языки непрестанно изменяются, но функционировать они могут только не меняясь» [Балли, 1955, с. 29].

В XIX в. представители языкознания считали, что сравнительно-историческое изучение родственных языков, является основным методом изучения языка. Потому что этот метод помогает вскрыть причины того или другого языкового явления, а тем самым в известной степени объяснить и современное его состояние. Однако этот метод не может ответить на многие вопросы, связанные с эволюцией и развитием языка.

  Изучая язык с исторической точки зрения, представители сравнительно-исторического направления также указывали на противоречия, связанные с эволюцией и развитием языка: с исторической точки зрения он постоянно изменяется, но в процессе непосредственного функционирования он остается одним и тем же [Шлейхер, 1960, с. 94—95]. Тождество языка самому себе есть непременное условие нормального общения в коллективе.

Для того чтобы выяснить конкретные причины изменений тех или иных языковых явлений рассмотрим историю этих явлений. Обратимся к концепции синхронии и диахронии Ф. де Соссюра.

2. Концепция Ф. де Соссюра синхронии и диахронии

   Согласно Ф. де Соссюру, для наук, оперирующих понятием значимости, необходимо разграничение двух осей времени: оси одновременности, где исключено всякое вмешательство времени, и оси последовательности, на которой нельзя рассматривать больше одной вещи сразу. Для языкознания такое разграничение осей времени — синхронии и диахронии — абсолютно, «ибо язык есть система чистых значимостей, определяемая исключительно наличным состоянием входящих в нее элементов» [Соссюр, 1977, с. 113]. Значимость элемента определяется его положением среди других элементов данной системы.

В соответствии с выделением двух осей синхронии (одновременности) и диахронии (последовательности) Соссюр выделяет две лингвистики: синхроническую (статическую) и диахроническую (эволюционную). По Соссюру, синхроническая лингвистика должна заниматься логическими и психологическими отношениями, изучая их так, как они воспринимаются одним и тем же коллективным сознанием. Диахроническая лингвистика, напротив, должна изучать отношения, связывающие элементы, следующие друг за другом во времени и не воспринимаемые одним и тем же коллективным сознанием.

Рассматривая язык как систему, Соссюр, отдавал предпочтение синхронической лингвистике. По его мнению, только на оси одновременности возможны системные отношения. Для говорящих синхроническое состояние языка — подлинная и единственная реальность. Цель лингвиста — познать эту реальность. «Только отбросив прошлое, он может проникнуть в сознание говорящих» [Соссюр, 1977, с. 132].

Синхроническая и диахроническая лингвистика имеют и отличные друг от друга законы. Синхронический закон — общий, регулярный, но не императивный, т. е. «в языке нет никакой силы, гарантирующей сохранение регулярности, установившейся в каком-либо пункте» [Соссюр, 1977, с. 125]. Напротив, диахронический закон носит частный, но императивный Характер, он «навязан языку».

Синхроническая и диахроническая лингвистика различаются своими методами исследования языка. Первая «знает только одну перспективу, перспективу говорящих, и весь ее метод сводится к собиранию от них языковых фактов» [Соссюр, 1977, с. 123], в то время как диахроническая должна различать две перспективы: проспективную, следующую за течением времени, и ретроспективную, направленную вспять. Синхроническая лингвистика имеет своим объектом только совокупность фактов, относящихся к тому или другому языку, а диахроническая лингвистика рассматривает факты, не обязательно принадлежащие к одному языку.

Синхрония и диахрония — это вторая дихотомия в лингвистике, наряду с первой: «язык — речь». Используя этот двойной принцип классификации, Соссюр считает, что «все диахроническое в языке является таковым только через речь» [Соссюр, 1977, с. 130]. Речь, таким образом, является источником всех изменений. Любые инновации появляются первоначально в речи у отдельных лиц и превращаются в факт языка тогда, когда принимаются всем говорящим коллективом.

Изложенные взгляды Соссюра на синхронию и диахронию, на языковые изменения, хотя и получили в языкознании широкое распространение, одновременно вызвали замечания у многих лингвистов. И в работе самого Соссюра, и в публикациях его многочисленных последователей обнаруживается целый ряд неточностей, противоречий, умолчаний.

Таким образом, введя понятия второй дихотомии языка — синхронию и диахронию, Соссюр вместе с тем не смог удовлетворительно объяснить характер и форму изменения языка и его системы. Суждения Соссюра искусственны и не объясняют диалектический, противоречивый характер изменения и развития языка, обеспечивающий непрерывность процесса изменения и одновременно не нарушающий общение говорящих.

3. Теории стадиальности  развития языка и мышления

   Проблема стадиальности развития языка и мышления, как известно, была затронута В. Гумбольдтом и A. Шлейхером. В. фон Гумбольдт сравнивал три группы языков (аморфные, агглютинативные, флективные), и отмечал отсутствие «чистых» типов, существование переходных языков, а также недостаточную изученность их в типологическом отношении. Все это заставило В. Гумбольдта весьма осторожно говорить о стадиальности развития языка и мышления.

Однако, рассмотрим не менее важную концепцию Потебни о стадиальности языка и мышления. Согласно ему, речевая деятельность человека имеет принципиально творческий характер. Язык всегда находится между познанным и вновь познаваемым. И в этом непрерывном языковом процессе Потебня выделяет ступени, или стадии, опираясь прежде всего на генетический и функциональный анализ слова как узловой единицы языка. Потебня полагает, что слово, эволюционируя и видоизменяясь, всегда оставалось доминирующей единицей на всех этапах исторического развития языка.

 Основными формами языковой  мысли, способными выражать различное содержание, являются образ и понятие. Словесный образ представляет собой логически нерасчлененное мыслительное образование, с помощью которого на основе познанного представляется и отражается вновь познаваемое. Словесный образ представлен в виде внутренней формы слова, благодаря которой представляется обозначаемый предмет и создается тем самым функциональное значение слова. Действительное познание совершается в содержательном соотношении образа и создаваемого с его помощью значения.

Сравнение двух величин в мысли, переход от образа к значению есть всегда акт познания, и именно в нем проявляются познавательные возможности и способности нашего мышления, которые исторически изменчивы. Переход от образа к значению будет различным в зависимости от господствующего способа мышления. Потебня выделяет три способа и соответственно стадии развития языка и мышления, а именно: мифическое мышление, поэтическое и прозаическое или научное.

Исходным способом мышления Потебня называет мифическое. По сравнению с последующими способами, оно характеризуется меньшими запасами мысли и меньшей способностью к отвлечению. [Потебня, 1976, с. 589]. В мифическом мышлении образ и значение близки или тождественны. Для поэтического же мышления троп есть всегда скачок от образа к значению; и говорящий осознает разницу между значением и образом, который выступает лишь как «смысловой знак» функционального значения. А прозаическое мышление характеризуется отсутствием образа, анализом и критикой, призванными отразить сущность обозначаемого.

Способы мышления не отделены друг от друга, а вырастают один из другого, сосуществуя исторически длительное время. Только постепенно эволюционируя, один тип мышления начинает преобладать над другим, полностью, однако, его не исключая. [Потебня, 1976, с. 437].

    Иными словами, в концепции утверждается, что своеобразие ступеней развития мышления и языка выступает в разном соотношении субъективного и объективного в языке. Конкретно в языке, а также и в произведениях словесности это выражается в различном соотношении внутренней формы языковых единиц и их значений; во взаимоотношениях субъекта и предиката; в соотношении образов и выражаемых с их помощью идей.

4. Изменение и развитие языка

  4.1. Форма изменения языковых явлений

Форма изменения языковых явлений заключается в том, что говорящий непосредственно в момент речи и наблюдения за речью не замечает каких-либо изменений, эволюции языка. Однако, далеко не всегда непосредственная верификация явлений и процессов действительности может служить критерием истинности.

Каждая вещь, каждое действительное явление, в силу своей особенной природы, имеет свою форму изменения как постоянно совершающегося процесса. Имеет такую свойственную ему форму изменения и язык. Его форма изменения такова, что она не нарушает процесса общения, а потому для говорящего в момент общения язык представляется неизменным. Но в то же время очевидно, что именно в процессе общения и могут происходить изменения.

Синхронии, свойственна такая форма языковых изменений, которая не влияет на взаимопонимание говорящих, не нарушает процесса обмена мыслями. Е. Косериу утверждал, что изменения готовятся в языке «исподволь без нарушения действующих в языке функций языковых единиц... Задолго до выпадения какого-либо элемента из системы в норме языка уже существуют те элементы, которые возьмут на себя функцию выпавшего элемента» [Косериу, 1963, с. 228]. Развивая эти мысли на основе наблюдений, Е. Косериу замечает далее: «...В языке в течение длительного времени сосуществует старое и новое... В системе не появляется ничего такого, что до этого не существовало бы в норме, и, наоборот, ничто не исчезает из функциональной системы…»[Косериу, 1963, с. 229].

Следует разделять изменения и инновацию. Изменение — это продукт эволюции языка как системы систем; оно предполагает преемственность и расхождение. Изменения тех или других элементов языка, образующих в общей структуре языка отдельные подсистемы, имеют частные причины, что, разумеется, не исключает сложных их связей и опосредовании с целостной системой языка.

Инновации имеют индивидуальную природу, обладают частными, окказиональными функциями и значениями, хотя и создаются из элементов общего языка. Инновация может стать общеязыковым фактом в том случае, если отвечает потребностям говорящего коллектива, тенденциям развития языка. Инновация возникает не как объективная внутренняя потребность системы языка, поэтому она не предполагает преемственности и расхождения в эволюции языка с соответствующими единицами того же порядка.

4.2. Источник  изменения и развития языка

Источником изменения языка является внутреннее диалектическое противоречие между формой и содержанием языка. Импульсы изменения и развития языка, и прежде всего внутренней его структуры, содержатся в самих актах выражения мысли с помощью языка, поскольку такое выражение мысли есть одновременно акт ее создания. В самом факте функционирования языка заложены определяющие причины его изменения и развития, а тем самым развертывания исторически заложенных в нем, присущих ему качеств. Сохранение единства и тождества языка при всех социальных потрясениях, революциях, сменах общественных формаций и государственного строя и пр. свидетельствует о том, что язык — явление особое, самостоятельное, имеющее свои внутренние законы и стимулы развития.

Рассмотрим концепцию Потебни о форме и содержании языка. В качестве элементов формы Потебня выделяет внешнюю форму, т. е. звук, обработанный, сформированный мыслью, и «внутриязыковое содержание», выступающее формою, в какую облекается так называемое «внеязычное содержание». «Внутриязыковое содержание» закреплено в значениях слов, которыми говорящие владеют в отвлечении от конкретных их применений. Всякий раз говорящий стоит перед необходимостью преобразовывать «внеязычное содержание», т. е. нерасчлененную мысль, образованную под воздействием внешних и внутренних факторов, и выражать ее, в соответствии с конкретными задачами общения, в строгих языковых формах.

Форма — это все то, что говорящие знают, чем они владеют и что в их общении, как правило, не является собственно предметом сообщения, т. е. содержанием их речи. Именно владение формой языка позволяет говорящему выразить этим языком то или другое содержание.

4.3. Объективность изменения и развития языка

Язык как объективное явление изменяется и развивается по своей внутренней логике, которая остается неизвестной говорящим. И только ученые, исследующие эволюцию языковой системы, в той или другой мере открывают тенденции развития языка, его направление и логику. Своеобразие этого развития заключается в том, что объективный его ход слагается из субъективных намерений речевой деятельности участвующих в общении людей.

Имена существительные, прилагательные, наречия, фонемы и т.д. образовались в процессе эволюции языка объективно и стихийно, независимо от воли и намерений говорящих, отвечая потребностям человеческого общения, отражения и познания действительности, развития языка и мышления.

Е. Косериу считает, что проводником изменений является речь. Однако его суждение требует уточнения. Ведь есть источник его внутреннего самодвижения. Он, надо полагать, и определяет направление движения и развития языка. Изменение — постоянно присущее языку свойство. «Язык создается посредством изменения,— пишет Е. Косериу,— и «умирает» как таковой, когда он перестает изменяться» [Косериу, 1963, с.343]. Изменение языка — это не просто модификация раз навсегда созданной, реализованной системы, а непрерывное создание системы. Система находится в постоянном движении и созидании. Изменения не противостоят системе, они не могут быть восприняты вне непрерывности языка. Изменения не могут происходить между двумя различными статичными состояниями языка. [Косериу, 1963, с.303-304, 340].

4.4. Внутренние и внешние причины изменения и развития языка

О наличии языковых законов свидетельствует тот факт, что язык и в своем синхронном функционировании, и в исторической эволюции не представляет собой совокупности разрозненных, обособленных элементов. Изменяющиеся, эволюционирующие языковые явления находятся между собой в регулярных, причинно-следственных отношениях, отражающих их внутренние, необходимые связи. Однако сам термин «закон» можно понимать как обязательные жесткие правила, которыми говорящие руководствуются в своей речевой практике [Бодуэн де Куртенэ, 1973, с. 363]. То есть те законы, которые усваиваются человеком с детства, и нарушение их есть показатель недостаточного владения языком. Либо как регулярные причинно-следственные связи между теми или другими явлениями языка в его функционировании и эволюции.

Под внутренними понимают законы, которые представляют собой такие причинно-следственные процессы, действие которых ограничивается отдельными языками, а в их пределах — отдельными уровнями.

Общие законы охватывают все языки и могут иметь место на всех уровнях языка. Об общеязыковых закономерностях мы можем говорить на том основании, что языки имеют сходную уровневую структуру, в которой выделяются такие конститутивные единицы, как фонема, морфема, слово, словосочетание, предложение.

 Частные законы, как это уже ясно из самого названия, касаются закономерных причинно-следственных процессов, происходящих в отдельных языках.

Внешние законы проявляются в результате связи языка с историей общества, различными сторонами человеческой деятельности. Здесь имеются в виду те внешние по отношению к языковой структуре условия, которые вызывают закономерные изменения в самом языке.(например, образование территориальных и социальных диалектов.)

Разумеется, изменение и усложнение внешней структуры языка воздействуют и на его внутреннюю структуру. Однако историческая смена форм общественной жизни народа не нарушает тождества языка, его самостоятельности как особого по своей природе явления. Те или другие общественные события, смена социального строя — это процессы, ограниченные определенными временными рамками. Изменение и развитие языка, и прежде всего его внутренней структуры, измеряются совершенно другими по времени темпами, исчисляемыми, как правило, многими столетиями.

4.5. Изменения, развитие  и совершенствование языка

Говоря о языке как об исторически развивающемся явлении, языковеды выделяют три взаимосвязанных понятия:

Изменение — это конкретное нарушение тождества той или другой языковой единицы, выражающееся в образовании на ее основе изофункционального элемента либо приобретение в результате образования новой единицы новых функций. Развитие представляет собой действие закона, происходящего в строго определенных лингвистических условиях и имеющего обобщенный либо всеобщий характер. Оно знаменует собой переход одного качественного состояния языковых явлений в другое. Совершенствование — близкое по содержанию к развитию понятие, оно включает оценку произошедшего изменения языковых явлений, их развития. По итогам такого процесса, который отличается значительными периодами развития тех или иных фактов языка, можно судить о более точном, дифференцированном, объективном отражении действительности и сообщении мысли.

Двоякая природа языка находит отражение в наиболее общих элементах его строения. В языке выделяется внутренняя структура, относительно автономная и замкнутая, содержащая существенные, отличительные элементы данного языка, создающие его своеобразие, качественную определенность.

И внешняя структура, отражающая в известной степени структуру самого общества, обслуживаемого данным языком, поэтому тесно связанной с его развитием. В условии развивающейся нации возникла потребность создания национального литературного языка. Однако, эта потребность на может быть разрешена спонтанным, внутренним развитием языковой системы, поэтому требует субъективного вмешательства в языковой процесс.

5. Субъективное влияние на язык  и его развитие

    Речь идет о создании национальных литературных языков. Такое создание обязано творчеству выдающихся национальных писателей, как правило, поэтов. В определенный период развития общества, возникает общественная потребность в стилистическом, семантическом, жанровом, образномиупорядочении, организации литературного языка, его выразительных средств.

Литературная организация языка затрагивает его внешнюю структуру. Например, Пушкин не выдумывал фонем, грамматических форм, синтаксических конструкций, неологизмов. Напротив, он строго следовал законам тенденциям русского языка. Творчество национальных писателей — создателей национальных литературных языков в свое время оценивается как великое творческое открытие общенационального масштаба и служит образцом и примером для дальнейшего развития языковой реформы, а в конечном счете для совершенствования литературного языка.  

Так же поддержанию литературной нормы и ее развитию служат

нормативные словари, пособия, учебники по литературному языку, стилистике, произношению и др.

На состояние литературного языка и его эволюцию оказывает влияние обучение литературному языку в его устной и письменной форме в школе, в различных учебных заведениях; служба литературного языка в издательствах, на радио, телевидении, в прессе, в учреждениях. Несомненно, закрепление в общем употреблении выработанных норм и служба языка в указанных учреждениях и учебных заведениях воздействуют на эволюцию языка и, надо думать, на направление этой эволюции.

Заключение

Цель и задачи поставленные в работе выполнены. В частности мыизучили формы и источники изменения и развития языка. Сравнили языковые концепции А. Потебни и Ф. де Соссюра. Воспользовались выдержками из работ Е. Косериу и Ш. Балли. Мы увидели, как многие работы авторов подвергались критике. Одни теории не находили признания, другие содержали достаточно недоработок. Однако, это никак не преуменьшает их значимость в современном языкознании. А многие классификации и категории до сих пор являются базовыми понятиями в лингвистике. Рассмотрели субъективные и объективные факторы, влияющие на язык. Тем самым осознав, какова роль в формировании языка как  культурного сообщества в целом, так и отдельных ее представителей. Затронули внутренние и внешние причины и закономерности совершенствования языка. А так же проследили некоторые закономерности в мышлении и сознании индивида, отражаемые в речи.

Тем не менее, данный вопрос до сих пор остается открытым, ведь одни аспекты являются спорными, а другие и вовсе не изученными. Дополнительную трудностью создает то, что язык постоянно пополняется и модернизируется, так теории полувековой давности, постепенно, начинают устаревать. Что наглядно показывает уникальность такого феномена как язык.

Литература

1. Баллы Ш. Общая лингвистика и вопросы французского языка. М., 1955.
2. Белл Р.Т. Социолингвистика. Цели, методы и проблемы. М., 1980.
3. Березин М.Ф., Головин Б.К Общее языкознание. М., 1979.
4. Бодуэн де Куртенэ И.А. Некоторые общие замечания о языковедении и языке//Хрестоматия по истории русского языкознания. М., 1973.
5. Гумбольдт В. Избранные труды по языкознанию. М, 1984.
6. Дегтерева Т.А. К проблеме синонимики//Ученые зап. (1-й Московск. пед. ин-т иностранных языков). Т. 5. М., 1953.
7. Звегинцев В.А. Очерки по общему языкознанию. М, 1962.
8. Карцевский С. Об асимметричном дуализме лингвистического знака//История языкознания XIX и XX веков в очерках и извлечениях. Ч. II. М., 1965.
9. Косериу Е. Синхрония, диахрония и история//Новое в лингвистике. Вып. III.М., 1963.
10. Мартине А. Принцип экономии в фонетических изменениях. М., 1960.
11. Мюллер М. Лекции по науке о языке. СПб., 1865.
12. Потебня А.А. Эстетика и поэтика. М., 1976.
13. Потебня А.А. Из записок по теории словесности. Харьков, 1905.
14. Рождественский Ю.В. Лекции по общему языкознанию. М., 1990.
15. Сепир Э. Язык. М., 1934.
16. Соссюр Ф. Труды по языкознанию. М., 1977.
17. Соссюр Ф. Заметки по общей лингвистике. М., 1990.
18. Слюсарева Н.А. Теория Ф. де Соссюра в свете современной лингвистики. М., 1975.
19. Тезисы Пражского лингвистического кружка//История языкознания XIX—XX веков в очерках и извлечениях. Ч. II. М., 1960.
20. Ушаков'Д.Н. Краткое введение в науку о языке. М., 1929.
21. Чернышевский Н.Г. Очерк научных понятий по некоторым вопросам всеобщей истории. Поли. собр. соч. Т. X. М., 1951.
22. ШлейхерА. Компендий сравнительной грамматики индоевропейских языков//История языкознания XIX—XX веков в очерках и извлечениях. Ч. 1. М., 1960.
23. Шухардт Г. Избранные статьи по языкознанию. М., 1950.