Проблема зла и теодицея

Оглавление

 

1. Понятие зла........................................................................................................3

2. Противостояние добра  и зла.............................................................................5

3. Позиции религиозной  философии по проблеме добра  и зла........................6

4. Дилемма, поставленная  злом............................................................................9

5. Проблема теодицеи: ее  суть и логическая формулировка..........................12

6. «Теодицея формирования  личности»............................................................16

7. Итоги систематического  решения комплексной проблемы  зла, страдания и теодицеи............................................................................................................18

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

1. Понятие зла

 

Каждый из нас несет  бремя страданий и сталкивается со злом. Бесполезно отрицать реальность зла, просто приписав его невежеству или иллюзиям. Гораздо чаще в жизни  радость и добро, чем страдание  и зло, являются иллюзией! Почти для  всех людей существование зла  не подлежит сомнению. С другой стороны, есть и такие верования, организации, оккультные и сатанинские секты, где служат, поклоняются и приносят жертвы (иногда даже человеческие!) силам  зла.

В ряде толковых и энциклопедических  словарей зло определяется как: 1) все дурное, плохое, вредное, греховное; 2) беда, напасть, несчастье, неприятность и т.д. В “Энциклопедическом словаре” Ф.А.Брокгауза и И.А.Ефрона (С.-П.,1894, т. XIIA) приведено определение В.С.Соловьева: «Зло — в широком смысле этот термин относится ко всему, что получает от нас отрицательную оценку, или порицается нами с какой-нибудь стороны; в этом смысле и ложь, и безобразие подходят под понятие зла. В более тесном смысле зло обозначает страдания живых существ и нарушения ими нравственного порядка». Беспокоит нас не столько зло, сколько его масштабы. В определенном смысле можно как-то оправдать всякое зло — но уж слишком его много! Как возмущают нашу душу страдания и смерть множества невиновных, уносимых за раз войнами, массовыми репрессиями тоталитарных режимов и стихийными бедствиями. Как объяснить все это!? Иногда зло кажется нам результатом просто неправильного выбора не нас самих, а других людей. И тогда мы хотим застраховать себя от ошибок и злодеяний других, наказать их за неправильные действия. Но мы члены одной человеческой семьи, мы носим бремена друг друга. Мы не понимаем нашей связи с остальным человечеством. Более того, с развитием цивилизации (успехов технологии, роста массовых организаций и тоталитарных политических идеологий) сейчас человеческие страдания только усугубляются все новыми возможностями приносить страдания друг другу, а также обезличиванием структуры современного общества. И реакция многих наших современников на земле — предаться циничной покорности судьбе или безнадежному отчаянию, психотерапии, наркотикам, алкоголю или простому отречению от жизни.

Уникальная значимость проблемы зла и страдания объясняется, во-первых, универсальностью зла и страдания (каждый без исключения человек на земле, и плохой и хороший, сталкивается со злом и страданием), во-вторых, их реальностью и глубоким проникновением в жизнь. Все мировоззрения и религии имеют свое объяснение наличия зла и страдания, и по любым стандартам существование зла и страдания — это проблема. Фактически эта проблема составляет две группы проблем, одна из которых теоретическая (теологическая), а другая — группа практических проблем при реальных столкновениях со злом в разных обличьях.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

2. Противостояние добра и зла

 

Противостояние добра  и зла всегда интересовало мыслителей разных времён. В истолковании метафизики зла сильны христианские, философско-антропологические  традиции. Существование зла, — отмечал  Н.А. Бердяев, — есть величайшая тайна  мировой жизни и величайшее затруднение  для официальной теологической  доктрины и для всякой монистической  философии. Весьма затруднительно рационалистическое решение проблемы зла, указывает  русский философ. Остается лишь верить, что зло не имеет изначально самостоятельного, собственно онтологического бытия  и, как таковое, не укоренено в  самой реальности, а выступает  фрагментом жизни, устремленной в целом  к добру.

В интерпретации добра  и зла в истории этики начиная  с древности сталкивались материалистические и идеалистические тенденции. Первая интерпретация связывала эти  понятия с человеческими потребностями  и интересами, с законами природы  или фактическими желаниями и  устремлениями людей, с наслаждением и страданием, счастьем и несчастьем человека, с реальным социальным значений действий индивидов для их совместной жизни. Вторая же выводила понятия добра  и зла из божественного веления  или разума (и отклонений от них), из некоторых потусторонних миру сущего идей, сущностей, законов; или  же сводила содержание данных понятий  к выражению субъективных пожеланий, склонностей, симпатий и антипатий  человека. Таким образом, в обеих  интерпретациях, добро и зло не рождаются безотносительно к  человеку. Едва возникает вопрос, в  чем истоки зла, мысль неотвратимо  обращается к философскому постижению человека: добр ли, зол ли он по самой  своей природе.

 

 

 

3. Позиции религиозной философии по проблеме добра и зла.

 

Проблема добра и зла  всегда стояла в центре внимания религиозной  философии. При всей ограниченности ее решения религиозной философией, в самой ее постановке, в постоянном внимании к нравственным ценностям  и переживаниям человека заключен один из источников сохраняющегося и сегодня  немалого влияния религиозных философских  доктрин. Вместе с тем в постановке именно этой проблемы особенно отчетливо  обнаруживаются противоречия, характерные  для религиозной мысли. С одной  стороны, из концепции добра и  зла религиозные философы извлекали  важнейшие для своих учений, для  религии в целом постулаты. А  с другой стороны, существование  зла издревле было камнем преткновения для религиозных учений. В наше время, когда бедствия и опасности  превзошли все, что было до сих  пор в истории, религиозные мыслители, и многие из них вполне искренне, стараются обновить концепцию добра  и зла и тем самым укрепить исходные принципы религиозной философии.

Как понимают религиозные  философы нашего века задачи философии  в постановке и решении этических  проблем, в частности такой важной и “вечной”, как добро и зло? Какие изменения вносятся ими  в традиционное религиозное понимание  добра и зла? Надо учитывать, что  в религиозной этике ХХ столетия имеется масса оттенков: католическая философия отличается от протестантской; существуют ортодоксальные решения  и, напротив, подходы, критические в  отношении христианской (католической, протестантской, православной) ортодоксии. Но при всех различиях подходов религиозных  философов нашего времени к проблеме добра и зла, к пониманию этических  проблем философии и ее нравственных задач, в этих подходах есть общие  черты. История религиозной мысли  накопила множество ответов на трудный  для нее вопрос: если мир сотворен и управляем мудрым и благим богом, то как это согласуется с бедствиями и злом? Или: как “оправдать”  бога, если существует зло? Со времен Лейбница часть теологии, посвященная таким вопросам и ответам на них, называлась “теодицеей” (от греч. theos - бог и dike - справедливость, право). Как обстоит дело с современными теодицеями? Как уже говорилось, повысившаяся в ХХ веке мера зла, человеческих страданий осложнила положение тех, кто в религиозной мысли наших дней взвалил на себя ношу новой теодицеи.

Традиционалисты-католики (вслед  за Фомой Аквинским) продолжают повторять  “классические” аргументы. Да, говорят  они, в мире много зла - потому что  много греха. На вопрос, почему же бог  допускает рост зла, дается ответ: зло  проистекает из того, как человек  и человечество пользуются дарованной им (во благо) свободой. “Человечество  в наши дни - писал неотомист К. Тремонтан, - как и всегда, творит свое несчастье... Последнее является делом человеческой свободы”. А  кто даже на этом основании откажется  от свободы и не возблагодарит  за нее бога? Итак, не бог, а человек  ответствен за зло, особенно за большое  зло. Но, признавая это, все же надлежит - чтобы не отпала необходимость  в боге - отнести его даже к  злу. Бог “нужен”, чтобы наказывать человека за зло и грехи, возникшие  в результате злоупотребления свободой. Если снова спросят: а почему бог  допускает человека и человечество так злоупотреблять свободой? - надлежит ответить: даже самые большие испытания - когда человек должен испить чашу самим себе причиненного страдания - посланы богом во имя человека, чтобы в конце концов повернуть  его к добру. 3начит ли это, что  с точки зрения религиозной философии  стерты границы добра и зла, что  с человека снимается ответственность  за зло и страдания? Нет, не значит. В последние десятилетия и  годы религиозная философия значительно  активизировала борьбу за добрые начала человеческой сущности, за мир и  выживание человечества. Особенно радикальных  позиций придерживаются теологи  и философы, которые остро ставят проблемы свободы и социальной справедливости - это относится, например, к очень  популярному сегодня движению латиноамериканских религиозных мыслителей, получившему  название “теология освобождения”. Религиозной философии наших  дней принадлежит ряд инициатив в отстаивании общечеловеческих ценностей, в борьбе против ядерной опасности. Сохранение дара жизни, цивилизации, планеты Земля - задача, которая не может быть решена без сотрудничества людей разных убеждений.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

4. Дилемма, поставленная злом.

 

 

      Теперь рассмотрим одну из важнейших практических проблем, которая заключается в следующей дилемме, которую ставит перед каждым сотворенным существом со свободной волей наличие зла: да или нет злу? Во вселенском масштабе эта проблема возникла и перед Богом, она была решена Им; и мы также рассмотрим, как она была решена.  
      Да злу - примиряет с ним; любить зло - привязаться к нему, - и тогда зло может победить весь мир. Даже если зло просто не трогать (а это по сути попускать злу, т. е. тоже да злу), кажется неизбежным, что зло явно преуспеет в разрушении добра: добро кажется драгоценным и хрупким как фарфор, а зло напоминает быка в фарфоровой лавке. Одно жестокое слово может разрушить дружбу, один нехороший проступок может разрушить супружество, одно нажатие пальца неуравновешенного человека на ядерной кнопке может разрушить наш мир. Одна муха может испортить бочку масла. Самое большое добро - это любовь - и ничто не кажется более слабым и уязвимым, ранимым, чем любовь; ничто так легко не предается как истина, ничто так легко не разочаровывается как надежда.  
      Нет злу - это отвержение зла, непримиримость со злом, ненависть ко злу. А ненавидеть зло тоже привязаться к нему, ибо человеку практически невозможно (1) избежать фарисейской самоправедности при осуждении всех видов зла, (2) ненавидеть грех без ненависти к грешникам и (3) вообще ненавидеть - значит стать жестким, темным и негативным: даже ненависть ко злу приводит к окаменению нас в ненавистников. И более того, если бы Бог поступал абсолютно справедливо со злом (без учета Своих других абсолютных совершенств (конечно, это чисто умозрительное рассуждение) ), т. е. уничтожал бы его, то наш падший мир был бы в конечном счете полностью уничтожен! Абстрактно эта практическая дилемма кажется неразрешимой.  
      Эта практическая проблема решается не в общем виде, а при ее конкретизировании, рассматривая, как ее решал Христос. Т. е. не будем искать общий ответ на общий вопрос, а двинемся от общей проблемы к конкретной проблемы в поисках конкретного ответа и затем к общему ответу.  
      Как ответил Христос на конкретно поставленную ему дилемму (ловушку): забросать блудницу камнями или нет? Если бы Христос сказал забросать, то Он был бы жесток и предал бы Свое собственное учение о прощении, а Римское государство имело бы основание для Его наказания, так как оно запретило евреям смертную казнь. Если бы Он сказал не забрасывать, то Он уступил бы греху, предал бы закон Моисея (и Бога), а еврейские первосвященники имели бы основание для Его наказания.  
      Аналогичная дилемма-ловушка: платить подать цезарю или нет? Если бы Христос сказал да, то Он бы материально поддержал порабощение евреев. Если бы сказал нет, то Он материально нарушил бы римский закон.  
      Простые ответы Христа заключаются в одном слове прощение. Прощение ни примиряет, ни осуждает. Оно принимает, что зло есть зло, но не говорит со слепым безразличием поп-психологии нет ничего, что надо прощать. Оно ликвидирует связь между грешником и грехом - и освобождает грешника. Покаяние делает то же самое со стороны грешника.  
      Проблема дилеммы справедливость или милосердие состоит в том, что ее решение кажется невозможным (ни для человека, ни для Бога), поскольку невозможно совершать оба действия одновременно: или должна быть справедливая казнь для греха (смерть) или нет. Кажется, что законы логики не дают Богу возможность быть справедливым и милосердным одновременно, как законы физики не дают возможность телу находиться в двух разных местах одновременно.  
      Бог решает эту дилемму на Голгофе. Полная справедливость восторжествовала: грех наказан самим адским наказанием - отлучением от Бога. А милосердие и прощение тоже полностью задействованы (для нашего спасения). Весь фокус в том, что мы можем только мысленно отделить грех от грешника, а Христос реально разделил их, поскольку заместительное искупление Христа полностью отделяет грех от грешника - и нам дано милосердие, а греху дана справедливость (наказание в Его божественной личности на кресте). Вот почему спасает библейская формула покаяться и поверить. Объективно спасение выполнено Христом на кресте, но субъективно мы должны принять Его и Его отделение греха от грешника. Наши покаяние и вера - вместе означают наше да этому; наши непокаяние и неверие - вместе означают наше нет.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

5. Проблема теодицеи: ее суть и логическая формулировка.

 

Теоретически проблема зла  особенно затрагивает тех, кто утверждает, что Бог существует, что Он сотворил мир, и что Он любящий и справедливый. Могут ли христиане придерживаться этого представления о Боге и  вместе с тем признавать реальность зла? Или же существование зла  говорит против существования Бога в том Его понимании, которое  позволяет принимать библейское учение о Боге?  
      С первого взгляда кажется, что если Бог создал все, тогда каким-то образом Он должен нести ответственность за зло. А если Бог отвечает за зло, то Он становится злым Богом, а это противоречит самому определению Бога. Если, с другой стороны, Он не несет ответственности за зло, страдание и грех, тогда кто же несет? Если же у Бога нет силы прекратить зло, страдание и грех, тогда Бог не всемогущ, и существует кто-то или что-то более значительное, чем Бог, и сотворившее зло. Ответить на эти вопросы не просто. В то же время ясно, что Библия не игнорирует проблемы зла и, более того, в учении Библии существование зла никоим образом не идет вразрез с представлением о существовании всеблагого и всемогущего Бога.

Богословско-философские  доктрины, имеющие целью согласовать  идею благого Божьего промысла о  мире с наличием в мире зла, получили общее название "теодицея". (Термин введен христианским ученым Г. В. Лейбницем в 1710 г.). Суть проблемы теодицеи (дословно Бог - справедливость, т. е. проблемы "оправдания Бога") состоит именно в следующем: как совместить наличие в мире зла с представлением о том, что мир сотворен и направляется всемогущим и всеблагим Богом?

Один из вариантов логической формулировки теодицеи можно сформулировать так: На первый взгляд, существует внутреннее логическое противоречие в совместном принятии следующих четырех посылок:

1. Бог существует.
2. Бог всеблагой.
3. Бог всемогущ.
4. Зло существует.

 

      Если принять любые три из них, то, по всей видимости, следует отбросить четвертую.  
      Если Бог существует, желает всеобщего добра и достаточно могуществен, чтобы достичь всего, чего желает, то зла не должно быть.  
      Если Бог существует и желает только добра, но зло существует, то Бог не достигает всего, чего желает. Значит, Он не всемогущ.  
      Если Бог существует и всемогущ и зло также существует, то Бог желает существования зла. Значит, Он не всеблагой.  
      Наконец, если "Бог" - это существо, которое и всемогуще и всеблагое, и тем не менее зло существует, то такой Бог не существует.  
      Пять возможных решений так логически сформулированной теодицеи:

1. Атеизм - отрицание посылки 1 (т. е. "Бог существует").
2. Пантеизм - отрицание посылки 2 (т. е. "Бог всеблагой").
3. Древний политеизм и современный деизм оба отрицают посылку 3 (т. е. "Бог всемогущ"). Древний политеизм ограничил могущество Бога расщеплением Бога во множество маленьких божков, одних добрых, других злых. Некоторые течения современного деизма делают по сути то же, но в другой форме, сводя Бога к существу, живущему во времени и подверженному несовершенству, развитию, и обладающему лишь ограниченной силой.
4. Идеализм - отрицание реального зла. Он проявляется в разных формах, и все они утверждают, что зло - это иллюзия непросветленного человеческого сознания.
5. Наконец, библейский теизм (ортодоксальное христианство, иудаизм, ислам) признает все четыре посылки и отрицает наличие логического противоречия между ними. Это может иметь место, если и только если в них есть неоднозначные или нечетко определенные термины.

В христианской философии, по-видимому, первый известный анализ общей проблемы теодицеи (даже без достаточно полного разбора природы и смысла понятий добра и зла) был проведен Н. Мальбраншем и Г. В. Лейбницем. По взгляду Мальбранша, Бог действовал в создании мира свободно, т. е. мог как творить, так и не творить его. Если воля Бога склонилась к акту творчества, то этому была какая-нибудь цель. Но мир, как он ни велик, перед Богом ничто, и следовательно, сам по себе не содержит достаточного мотива для определения Божественной воли. Мир может быть целью для Бога лишь в том, что Божественно в самом мире, т. е. в церкви, созидаемой её главою Иисусом Христом, через которого люди входят в общение с Богом и становятся сопричастными Его целям. Мир существует для людей, люди - через Иисуса Христа для Бога. Будучи, таким образом, лишь средством для целей Божественной благодати, естественный порядок мира должен быть как можно лучше приспособлен для этой цели, и в этом смысле существующий мир должен быть наилучшим из возможных миров. Лейбниц также признаёт, что Бог свободен творить мир или не творить его; но так как Бог делает всегда наилучшее, то воспользоваться такою свободою Он мог бы лишь в том случае, если бы небытие мира не было лучше его бытия. Итак, уже априори из понятия творческого акта Бога следует, что существующий мир есть наилучший возможный из миров. Тем не менее, в нём появилось зло. Мы не имеем права признавать цель мира исключительно в благе человеческом, но должны представлять её, как объемлющую всё мироустройство; сказать же, что мироустройство без страдания и греха во всяком случае лучше, чем с их присутствием в мире, нет основания, так как частное зло в этих отношениях может служить в общем плане мира средством более великого блага, чем то было бы при других условиях. Бог не хочет страдания и греха, но, создав наилучший мир, Он допускает в нём всю ту их меру, которая неизбежна для осуществления плана этого наисовершеннейшего мира. Лучше даже, чтобы был грешник и, добровольно желая остаться без Бога, сам обрекал себя за грехи на вечную кару, чем мир, в общем, был бы менее совершенен, чем должен быть. При этом следует иметь в виду, что все подобные обсуждения пути Божьего неизбежно антропоморфны и несовершенны, т. е. задача нашей собственной мыслью примирить факт существования зла с убеждением в разумно-нравственном достоинстве мира - в полной мере для нас непосильна. Признавая Бога сверхвременным, сверхпространственным, сверхсознательным, всеблагим и всемогущественным, мы вполне можем сохранять философскую веру в то, что такое примирение действительно есть.  

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

6. «Теодицея формирования личности».

 

 

      "Tеодицея формирования личности" (термин введен некоторыми богословами на Западе) состоит в том, что Бог может использовать зло и страдания для формирования личности. Переживая страдания и трудные ситуации, человек может возрастать (иногда даже наилучшим образом) в добродетели. А возрастание добродетели подготавливает его к вечному общению с Богом. По сути - это третья категория благ, получаемых человеком (после свободы воли и естественных законов).  
      Действительно, любовь Бога к нам иногда предполагает такие жизненные испытания, которые способствуют формированию нашего характера. Огонь страданий закаляет веру (1 Петра, 1:6-7; 5:7-10); боль может служить нравственным напоминанием или предупреждением (1 Кор., 11:27-32; 2Кор., 12:7-10); благодаря страданию мы учимся понимать и поддерживать тех, кому больно (2 Кор., 1:3-7). Самым утешительным фактом является то, что мучения верующего неизбежно прекратятся и в будущем боли у него не будет, и более того, всякое зло исчезнет: об этом прямо говорится в Писаниях.  
      Одно из возражений против такой "теодицеи формирования личности" основывается на факте, что зло и страдания не только не всегда приводят к положительным результатам, но и часто ожесточают и порабощают того, кого захватывают. Реакция человека бывает абсолютно не такой, какой должна быть, а иногда он внезапно умирает, так и не успев возрасти. Поскольку истинная свобода подразумевает возможность неправильного выбора, то и получается, что порой эти неправильные решения заканчиваются поражением, потерей, провалом и, что хуже всего, - вечным отчуждением от Бога. Ответ одного из богословских подходов на это возражение основывается на том, что при решении проблемы зла и страдания следует учитывать, что все три категории благ, получаемых человеком, перекрещиваются и должны рассматриваться совокупно. Возможно, что труднее всего верить в то, что Бог всеблагой именно потому, что так много свидетельствует об обратном, если рассматривать вещи, события и процессы в отдельности. Иногда приводят такой пример: рассматриваемый под увеличительным стеклом кусок материи, выглядит ясно посредине и расплывчато по краям, но мы знаем, что и края ясны, потому что ясна середина. Жизнь подобна такому куску материи. Есть много расплывчатых краев, много такого, что мы не понимаем, потому что не видим, но все это можно объяснить ясностью центра - Креста Иисуса Христа.  
      Еще одно возражение состоит в том, что число примеров бессмысленного, бесполезного зла и страдания намного превосходит все то добро, которое при этом может быть достигнуто. Рассмотрим конкретнее это возражение. Многие считают, что не должно быть ни одного случая бессмысленного страдания, также как и тех случаев, когда степень страдания превышает необходимую. По-видимому, эти мыслители считают, что Бог держит все под Своим контролем, и поэтому попускается только необходимое зло, которое переходит в добро, и зло никогда не бывает бессмысленным (это т. н. учение тщательного провидения). Но не все христиане так считают. Некоторые считают, что Бог позволяет сотворенным существам иметь свободу выбора до такой степени, что это приводит к страданиям, кажущимся нам бессмысленными. Тем не менее, даже те, кто допускает бессмысленное страдание, считают, что в целом вся система имеет смысл и цель, также как и свобода выбора, естественные законы и духовный рост. Но в любом случае ни один человек не в состоянии судить о размерах зла и не способен определить, переходит ли страдание допустимые границы или нет.  

 

 

 

7. Итоги систематического решения комплексной проблемы зла, страдания и теодицеи.

 

1) Природа духовного (морального) зла - грех, отделение себя от  Бога, отвержение благих намерений  Божьих. Зло не существует само  по себе, а возникает тогда,  когда существо противится Богу.  
      2) Происхождение духовного зла - свобода воли человека (добровольное отвержение человеком воли Бога).  
      3) Цель, для которой Бог допускает духовное зло, - сохранение свободы воли (т. е. сути) человека.  
      4) Природа физического зла - боль, страдание. Боль возникает тогда, когда мы становимся тем, чем мы быть не можем. Страдания - большей частью это справедливые последствия нарушения воли Божьей.  
      5) Происхождение физического зла - духовное зло (мы страдаем, потому что мы согрешили), а также действие естественных законов, которое до грехопадения человека не причиняло физического зла благодаря благодатной непрерывной деятельности Святого Духа.  
      6) Цель или польза боли и страдания - духовная дисциплина и рост (обучение) для нашего окончательного совершенства и вечной радости, а также и просто наказание и удержание от греха.  
      7) Природа метафизического (природного) зла - действие упорядочивающих и регулирующих естественных законов, данных творению.  
      8) Происхождение метафизического (природного) зла - ограниченность (конечность) сотворенной вселенной.  
      9) Цель (или польза), для которой Бог допускает природное зло - необходимое условие творения человека ( с его психосоматическим единством души и тела), а также - через переход в физическое зло то же, что и в п. 6.  
      10) Краткая схема истории зла: Зло появилось вначале в действиях (восстании) Люцифера-Сатаны и его бесов. Зло среди людей появилось позднее (и под влиянием Сатаны), когда вместо деятельности по образу и подобию Бога, первые люди отделили себя от Бога и захотели сами стать богами. Впоследствии это привело к их отделению от природы, друг от друга и разделению внутри каждого человека. Образ Бога был разбит на всех уровнях (нравственно, интеллектуально, психологически, социологически, ... ). Все это - естественные последствия того, что люди взяли на себя то, что они не в состоянии нести, начали делать то, для чего не были созданы. И большая часть страданий происходит от отделения от Бога, от природы, друг от друга и разделения внутри самих себя: это справедливые следствия нарушения воли Бога.  
      11) По своей благости Бог уничтожает последствия зла и восстанавливает разрушенное Добро.  
      12) Таким образом, зло является извращением добра и в конечном итоге будет уничтожено.  
      13) При изучении всей истории человечества и его страданий, содержащейся в библейской философии, может возникнуть вопрос: "Почему Бог допустил и продолжает допускать столь длительный период активности Сатаны и всех падших ангелов и людей, а не положил ему конец сразу после предательства, т. е. не проявил сразу Своего величия и могущества?" Священное писание не дает прямого ответа на этот вопрос, но мы знаем, что полные ответы на все наши вопросы мы получим в Новом мире. Кроме того, любой ограниченный период времени по сравнению с вечностью - это по сути то же, что и мгновение. А пока возможно предположить, что Бог решил предоставить Сатане достаточную полноту времени, чтобы тот смог полностью реализовать свои замыслы и тем самым продемонстрировать свидетельство, урок и предупреждение всем другим ангелам и людям о том, что подобного рода попытки несомненно закончатся полным крахом и вызовут одни лишь страдания, а дискредитировать величие и авторитет Бога никому никогда не удастся.  
      14) Невозможно осознать Бога вообще. Мы часто не знаем намерений Божьих. Но часто мы видим, как зло порождает добро (хотя мы вначале и не видим).  
      15) Если Бог благой, то Он ничего не делает, чтобы нарушить эту благость (это наша доктринальная вера). Отсюда вывод: мы не можем судить о благости Бога по той природе, которая вокруг нас.  
      16) Нет ни одной религии в мире (кроме христианской), которая бы имела такую веру в благого Бога через какие-либо откровения. Отсюда вывод: мы должны верить там, где мы не понимаем. Иов не получает интеллектуальный ответ, но он встречается с самим Богом, т. е. получает высшее счастье для человека на земле.  
      Означает ли это, что вера в Бога - слепая вера? Нет, ибо мы видим Божью любовь, благость и сострадание в Иисусе Христе! И видим мы потому, что Бог нам это открыл (мы никогда бы сами это не познали!).  
      Проблема зла не может быть разрешена, если мы не посмотрим на Иисуса Христа на кресте (который Сам испытал боль на кресте и отделение от Бога-Отца за наши грехи).  
      17) Таким образом, христиане верят, что зло существует, это не иллюзия, а реальность, но в отличие от атеистов (у которых нет решения проблемы зла, они не могут определить добро), они имеют решение проблемы зла, причем лучшее, чем все остальные мировоззрения, поскольку существование зла имеет в христианстве объяснение, не противоречащее сути всеблагого и всемогущего Бога.  
      И хотя мы, христиане, не всегда имеем ответ на личные проблемы зла, не всегда знаем, почему страдаем и почему зло иногда бывает ужасающих масштабов, не имеем однозначного ответа на вопросы о бессмысленном зле, о надличностном зле, практических методах борьбы со злом, о неизбежности компромиссов (при появлении дилемм выбора из двух зол), на проблему вечных мук неспасенных грешников, однако мы знаем, что истина состоит в том, что мы обитаем во вселенной, которую (вместе с нами) сотворил Бог и будущее которой Он предвидел, и в ней же Он вдохновил написание Библии, в нее послал своего Сына единородного, воскресил Его из мертвых и предлагает людям жизнь вечную в Своем вечном Царстве.  
      Следовательно, даже когда мы не понимаем, почему что-то происходит именно так, а не иначе, мы все равно можем быть уверенными, что для всего есть причина. А пока нам ясно, что зло нельзя рассматривать в отрыве от других явлений и свидетельств, - и этим свидетельствам проще объяснить существование зла, чем злу опровергнуть все свидетельства. И мы знаем, что наше отношение к страданию, а не само страдание, решает - будет ли данное переживание для нас благословением или мучением.  
      Христианское мировоззрение дает не только теоретический самосогласованный подход к проблеме зла и страдания, основанный на библейских принципах, но и практическую помощь в том, как конструктивно жить (и бороться) со злом и страданием и достигать победы во Христе и через Христа . И согласно христианству окончательный ответ на проблему зла и страдания не в какой-то найденной достаточно полной теории, а в действенном искуплении. Это не ответ на загадку, а победа в борьбе. Христиане не имеют никаких гарантий против страданий, но они могут одержать победу над страданием и в страдании. Победа при этом достигается не в уходе от жизни, а в преобразовании своей жизни принятием искупительной жертвы Иисуса Христа через покаяние и признание воскресшего Иисуса Христа своим Господом и Спасителем и далее постоянным личным общением с Ним через Святого Духа.

 

 

 

 

 

 

Список литературы:

1. Проблема зла и теодицеи (Материалы междунар. конф. Москва, 6–9 июня 2005 г.)
2. Тертуллиан - Избранные сочинения / Пер. с лат. А.Cтолярова
3. Майоров Г.Г. - Формирование средневековой философии. Латинская Патристика (1979)
4. Жильсон Э. - Философия в средние века