Проблема происхождения сознания

Проблема  происхождения сознания – это, по сути, проблема происхождения человека, ибо носителем сознания в единственно  известной нам на сегодняшний  день форме является человек. Идея о  множественности миров, форм жизни  и разума неоднократно высказывалась  учеными и философами в ходе истории, и современная наука прислушивается к данной точке зрения. Например, гипотеза о сосуществовании на Земле  наряду с белково-нуклеиновой другой - полевой - формы жизни, как считают  ее сторонники, может оказаться плодотворной для объяснения НЛО, телепатии, необычных  экстрасенсорных способностей отдельных  людей, а также странностей мировосприятия маленьких детей. Размышления о  разных формах разумности имеют право  на существование, но они пока носят  гипотетический характер и присущи  не только и даже не столько ученым, сколько писателям-фантастам.

В космическую  эпоху было бы странным не встретиться  с идеей космического происхождения  жизни, человека, его разума. Альтернативой  земного варианта происхождения  жизни выступает мысль о занесении  органического начала на Землю из космоса, например, на «хвосте» кометы (в русле концепции панспермии, где жизнь рассматривается неотъемлемым, атрибутивным свойством космоса). Найдя  на Земле благоприятные условия, жизнь эволюционировала вплоть до ее высших форм. В другом варианте антропогенез (происхождение человека) рассматривается через апелляцию к некоему внеземному «оператору». Ситуация с происхождением человека искусственно создается как бы в космической «лабораторной колбе» (на Земле), а развивающиеся гоминиды (потом и люди) выступают в пассивной роли подопытных кроликов суперсовершенных и весьма любознательных представителей неких сверхцивилизаций.

Современная наука не имеет достаточного материала  для подтверждения гипотез инопланетного, внеземного происхождения человека. Но сам факт «вписанности» антропогенеза  не только в историю развития жизни  на нашей планете, но и в происходящие во Вселенной процессы, наука считает  бесспорным. Она установила факт вмешательства  в эволюцию живых существ (особенно высших) космического фактора в форме  периодической смены магнитных  полюсов Земли (геомагнитных инверсий). В результате инверсий усиливалась  ионизирующая радиация и увеличивалась  частота мутаций (изменений наследственного  фонда живого). Под влиянием радиации (природа которой может быть не только космической, но и вулканической, сейсмической, магматической и т.д.) и вызванных ею мутаций происходила  перестройка психофизиологической организации ископаемого предка человека. Это послужило предпосылкой изменения стереотипов жизнедеятельности  наших обезьяноподобных предков  и зарождения труда – магистральной  линии антропосоциогенеза.

В 1859 г. в Лондоне вышла книга  английского естествоиспытателя Ч.Дарвина «Происхождение видов путем естественного отбора», а в 1871 г. – «Происхождение человека и половой отбор». В них была изложена теория эволюции органического мира, высказана идея о генетической связи человека как биологического вида Homo sapiens с высшими млекопитающими. Эволюционные идеи высказывались многими естествоиспытателями и до Дарвина (Ж.Б.Ламарком, А.Р.Уоллесом, П.Матью и др.). Но именно Дарвин, опираясь на многочисленные факты, разработал теорию происхождения видов, сущность которой составляет идея естественного отбора и выживания наиболее приспособленного. Происхождение человека вписывалось в процесс видообразования, его законы. Направленность эволюции создается, по Дарвину, только естественным отбором. Наследственная изменчивость дает лишь материал для естественного отбора, она не имеет приспособительного характера и определенной направленности.

Во времена Дарвина еще не существовало генетики, поэтому понятия  изменчивости, наследственности были либо абстрактно-туманными, либо трактовались в смысле, близком ламаркизму. Ламарк исходил из опровергнутой впоследствии генетикой концепции, согласно которой  благоприобретенные признаки наследуются. Есть и другие положения дарвиновской теории, которые попали в поле зрение его критиков (абсолютизация постепенности  и недооценка скачкообразности в  эволюции, рассмотрение эволюции только как адаптивного процесса и т.д.). Но главные принципы дарвинизма значимы  и сегодня. В 20-х годах XX века зародилась синтетическая теория эволюции (СТЭ), представляющая собой обновленный  дарвинизм, базирующийся на синтезе  идей Дарвина с достижениями генетики, молекулярной биологии. Познакомиться  с современной эволюционной теорией  можно и нужно, обратившись к  дополнительной литературе.

Эволюционная теория Дарвина стала  предметом особого внимания Ф.Энгельса, который назвал ее в числе естественнонаучных предпосылок формирования марксистской философии. Его очерк «Роль труда  в процессе превращения обезьяны в человека» (1876) открывается ссылками на работы Дарвина и постановкой  вопроса о роли социальных факторов в эволюции человека. Дарвин, указав на природное происхождение человека, столкнулся с неразрешимыми трудностями  при объяснении ряда заинтересовавших его фактов социальной жизни людей, они не поддавались объяснению с  позиций естественного отбора. Только выделив труд в качестве основного  условия всей человеческой жизни, Энгельс  существенно уточнил многие моменты  антропогенеза, преодолел определенную ограниченность дарвинизма в том  конкретно-историческом виде, в каком  он был сформулирован самим автором. Он обосновал тесную взаимосвязь  происхождения человека и становления  общества. Энгельс, таким образом, внес большой вклад в теорию антропосоциогенеза, причем в условиях, когда многие конкретные науки (археология, палеонтология и др.), исследующие проблему происхождения человека, еще только зарождались.

Труд не отменил действия биологических  механизмов изменчивости и наследственности. Однако он преобразовал характер и  направление действия естественного  отбора благодаря «введению» способности  формирующихся людей создавать  и использовать искусственные орудия труда, сотрудничать с себе подобными, совместным трудом преобразовывать  окружающую среду, а не просто адаптироваться к ней. В силу этого естественный отбор в человеческом обществе постепенно терял свое значение.

Труд и его влияние  на становление сознания. К.Маркс и Ф.Энгельс рассматривали труд как универсальную целенаправленную предметную деятельность человека по преобразованию внешней природы с помощью орудий. Они подчеркивали, что труд есть процесс изменения не только природы, но и самого человека.

Говоря о роли труда в происхождении  человека, необходимо иметь в виду, что труд в ходе истории претерпел  изменения и некоторые его  черты формировались по мере того, как формировалось само человеческое сознание. В своей развитой форме  он представляет сознательную, целенаправленную деятельность людей, в своих же истоках  выступал фактором формирования сознания. И в качестве такового он уже обладал  рядом черт, которые отличают его  от жизнедеятельности животных.

Труд, во-первых, носит характер активно-преобразовательной, а не пассивно-приспособительной деятельности. Во-вторых, первичным результатом такой деятельности является изготовление орудий труда, которые затем оказываются средством осуществления трудовой деятельности. Изготовленные орудия труда могут предназначаться для изготовления других орудий труда, поэтому труд предполагает целостную систему орудий производственной деятельности. Более того, процесс изготовления и использования орудия труда служит закреплению адекватных этой деятельности отношений между индивидами. Поэтому орудием труда не может считаться просто извлеченный из внешней среды предмет. В-третьих, труд – это общественный, коллективный процесс, а не деятельность одиночек.

Воплощая в себе указанные черты, труд оказал решающее влияние на становление  сознания. Конкретизируем это влияние, выделив три основных направления.

1.Собственно антропологическое  направление, которое позволяет проследить влияние труда на анатомо-физиологическое, морфологическое строение человека. В основе этого аспекта проблемы лежит принцип гоминидной триады, впервые сформулированный Энгельсом.

Уже Ч.Дарвину и его единомышленникам открылась генетическая связь телесной организации человека с морфологическим  строением его ближайших животных предков – антропоидов, человекообразных обезьян. Изменение типа жизнедеятельности  антропоидов обусловило соответствующую  перестройку их анатомо-морфологической  структуры. Совместная деятельность с  использованием сначала естественных, а затем и искусственных орудий привела к выделению из отряда приматов семейства гоминидов с отличающими их тремя основными признаками: прямохождением, специфическим строением руки и сложной организацией мозга. Современные авторы «триаду» Энгельса дополняют и другими признаками, отличающими человека от приматов: особенностями строения скелета, грудной клетки, челюсти и т.д. В литературе признаки не просто констатируются, но анализируется их последовательность в ходе формирования человека: сначала дифференциация верхних и нижних конечностей, т.е. двуногое вертикальное хождение и свободная рука, позднее – развитие мозга (увеличение его объема и формирование высших центров).

Прямохождение явилось результатом  изменения образа жизни человекообразных обезьян – перехода от древесного к наземному на территориях открытого  типа и вблизи источников воды. Выработке  двуногости (бипедии), как свидетельствуют  данные антропологической науки, способствовал  фактор добывания и усвоения пищи, а также уменьшение площади и  густоты лесов в экологической  нише. Процесс формирования и закрепления  прямой походки был постепенным  и чрезвычайно длительным. Видимо, антропоиды, подобно ребенку, только что научившемуся ходить, на первых порах время от времени вставали на четвереньки, что помогало им быстрее  перемещаться, а главное, было для  них более привычным и надежным способом передвижения. Не исключено, что в закреплении прямохождения  значительную роль сыграли психические  механизмы демонстрации и подражания друг другу, столь развитые у высших обезьян.

Прямохождение вело к освобождению руки, которая выступала естественным биологическим орудием в преобразовании природы. При осуществлении трудовых действий стала развиваться кисть  руки, большой палец все больше противопоставлялся ладони, и это  позволяло осуществлять все более  сложные действия с предметами. Гегель подчеркивал значение руки как специфически человеческого органа. «Рука и  в особенности кисть руки человека, - писал он , - есть … нечто только ему свойственное; ни одно животное не имеет такого подвижного орудия деятельности, направленного вовне. Рука человека, это орудие орудий, способно служить выражением бесконечного множества  проявлений воли». Мысль о решающей роли эволюции руки в отделении человека от животного мира и в преобразовании им окружающей среды получила развитие в марксистской литературе. Благодаря  труду, органом и продуктом которого она являлась, «человеческая рука достигла той высокой ступени  совершенства, - писал Энгельс, - на которой  она смогла, как бы силой волшебства, вызвать к жизни картины Рафаэля, статуи Торвальдсена, музыку Паганини».

Именно рука как «воспринимающий» (непосредственно соприкасающийся  с вещами) орган давала поучительные уроки другим органам чувств, например, глазу. Но особое влияние рука как  орган труда оказала на формирование мозга. Активно действующая рука учила голову думать, прежде чем сама стала орудием выполнения воли головы. Логика практических действий превращалась в логику мышления: человек учился думать. Осязание, ощупывание и другие операции с предметами, а также координация деятельности правой и левой рук запечатлевались центральной нервной системой, способствуя ее дальнейшему эволюционному развитию.

Развитие мозга представляет собой  третий элемент гоминидной триады, формирование которого в качестве человеческого  также связано с совершенствованием трудовой деятельности, становлением общества. Человеческий мозг, при всем своем сходстве с обезьяньим, писал  Энгельс, далеко превосходит его  по величине и совершенству. Не столько  количественные размеры мозга (его  объем, вес), сколько качественные показатели его строения и функционирования являются критерием определения  «грани» между обезьяной и  человеком. Хотя, конечно, увеличение объема мозга и особенно его разрастание  в высоту явились объективной  основой его эволюции. Исследования показали, что на заключительных этапах антропосоциогенеза все более определяющую роль играла не столько масса мозгового  вещества (которая, например, у классического  неандертальца не уступала, а порой  и превышала соответствующий  показатель у современного человека), сколько его структура, уровень  морфологической организации. Развитие коры головного мозга, его лобных долей, ответственных за поведенческие  характеристики происходит под влиянием складывающейся социальности, зарождающегося мышления, речи. Следует заметить, что  и у современного человека в эмбриональный  период формируются лишь древние  отделы мозга, а процесс роста  и дифференциации новой коры, характер организации которой генетически  детерминирован, происходит уже после  рождения ребенка под влиянием факторов, главным образом социальных.

2. Гносеологическое направление анализа позволяет выявить влияние труда на становление сознания как специфической формы отражения действительности.

Хотя на первый план у зарождавшегося сознания выходила не познавательная (отражательная) сторона, а коммуникативная, обеспечивающая «вписывание» поведения  человека в коллективную трудовую деятельность, исключать из характеристики первичного сознания отражательную сторону  нельзя. На первых порах отражение  носило, по преимуществу, чувственно-предметный, конкретно-ситуативный характер, познавательный процесс еще утопал в эмоциях, и лишь в последующем приобретал черты, свойственные абстрактно-логическому  мышлению. Этот процесс в качестве своей биологической основы предполагал  развитие человеческого мозга –  дифференциацию полушарий на правое и левое, их функциональную асимметрию: специализацию правого полушария  на конкретно-образном, эмоциональном  отражении, а левого – на вербально-понятийном, словесно-знаковом. Но изменение характера отражения было бы неправильно связывать только с эволюцией мозга, свою роль в этом процессе сыграл труд.

Труд начинается с изготовления орудий труда, которые разрывают  непосредственную связь человека с  природой. Отношение человека к природе  опосредуется процессом создания и  использования орудий труда, и это  не может не сказаться на характере  отражения мира.

Изготовление орудий труда невозможно без построения плана деятельности, целеполагания. Процессы создания, применения орудий труда и потребления результатов  деятельности разделены во времени, и это требует удержания в  голове образца будущего изделия, предвидении  желаемого эффекта. Созданное для  удовлетворения определенной потребности, допустим, пищевой, орудие труда лишь опосредованно, в конечном итоге  выполняет эту задачу (непосредственно  само оно, естественно, не употребляется  в пищу). Словом, в процессе труда  отражение становится планомерным, целенаправленным, опережающим, и эти  его черты совершенствуются по мере развития самого труда.

Однажды изготовленное орудие труда  применяется много раз в различных  ситуациях, этим субъект труда –  древний человек отличается от животного, эпизодически использующего изъятые  из внешней среды предметы, и не способного к закреплению совершенного действия. Благодаря многократному  использованию орудия труда происходит формирование способности к аналогиям, обобщению, формированию общих понятий. Можно сказать, что носителем  первого обобщенного образа, первой абстракции и было орудие труда. Материальное и идеальное выступали в процессе эволюции как диалектически неразрывные  компоненты рождающегося сознания.

В процессе труда, вырывая предмет  из естественных условий и ставя  его в иные связи, человек выявляет существенные свойства, скрытые от непосредственного чувственного наблюдения. В ходе изготовления орудия труда (изменение  камня под воздействием другого  камня и других подобных процессов) улавливались причинно-следственные связи, рождались отвлеченные представления  о твердости, остроугольности и  т.п., которые при пассивном отношении  к миру невозможно выявить. Таким  образом, происходило постепенное  становление мышления как способа  отражения внутренних, существенных, необходимых связей. Рационально-логический компонент первобытного сознания сконцентрирован  в самых ранних мифах, истоки которых  теряются на границе животного и  социального миров.

В трудовой деятельности подвергаются испытанию не только предметы, но и  образы этих предметов: обнаруживается их неточность, недостаточная информативность. Отражение развивается в сторону  все большей адекватности, сознание обретает когнитивную (познавательную) функцию, которая дополняет функцию  регулятивную. В сравнении полученного  результата с предполагаемым вырабатывалась способность к оценке, оценочному отражению.

В орудиях и результате труда, в  создаваемом им мире человек созерцает  себя. Узнавая в процессе совместной трудовой деятельности других людей, он тем самым осознает и себя. Таким  образом, и самосознание как важнейший  элемент сознания является не внезапно и случайно вспыхнувшим в голове первобытного человека, а сформировавшимся в ходе усложнения и разделения труда, в процессе становления социума. Самосознание – наиболее поздний  продукт антропосоциогенеза, появляющийся на завершающем его этапе.

Таким образом, процесс формирования собственно человеческого сознания был связан с расширением гносеологического  горизонта, с возрастанием элементов  абстрактного мышления. Но было бы неверным сводить все богатство формирующегося сознания к появлению неведомого животным абстрактно-логического мышления. Последнее сосуществовало с вереницей  предметно-чувственных образов окружающего  мира. Разум осветил чувства, эмоции наших предков, постепенно очеловечивая их. Чувственная ткань сознания обогащалась, расцвечивалась неведомыми прежде красками, образами, символикой. Свидетельством этого было зарождение первобытного искусства. Древнейшие мифологические предания, первобытное искусство  приоткрывают не только предметно-рациональный, но и духовно-эмоциональный мир  древнего человека.

Первобытное сознание еще не обладало самостоятельностью по отношению к  бытию. «Производство идей, представлений, сознания, - писали основоположники  марксизма, - первоначально непосредственно  вплетено в материальную деятельность и в материальное общение людей, в язык реальной жизни. Образование  представлений, мышление, духовное общение  людей являются здесь еще непосредственным порождением материального отношения  людей». Эту исходную, неизбежно  ограниченную, синкретичную, слабо  дифференцированную форму сознания, выполняющую познавательную и регулятивную функции, называют мифологическим сознанием.

3. Социологическое направление, в рамках которого труд рассматривается как фактор становления общества, выработки специфически человеческих механизмов коммуникации – языка и речи.

Первобытный труд представляет собой  не только систему взаимодействия людей  с природой посредством орудий труда, но и обусловленную этим взаимодействием  социальную (общественную, конкретно  – первобытнообщинную) форму отношений  между людьми. Изготовление орудий охоты и добывание пищи, освоение огня и сооружение жилища требовало  разделение функций, совместных согласованных, коллективных действий, т.е. кооперации. Первобытная кооперация обусловила элементарную организованность, дисциплину и координацию трудовой деятельности всех членов сообщества, выступала «ядром» складывающейся социальности. Кооперация вела к утверждению духа солидарности и взаимной поддержки, взаимопомощи и сотрудничества как форм социальных отношений, способствующих выживанию. С усложнением трудовой деятельности, возникновением на этой основе общественного производства, других видов деятельности, формированием многообразных общественных отношений (производственных, политических, духовных), а также «прояснением» на этой основе формирующегося сознания, происходил процесс развития социальности, становления общества.

Коллективный характер труда требовал развития средств коммуникации, посредством  которых можно было бы передавать информацию (предупреждать о врагах, сигнализировать о добыче и т.д.), обмениваться опытом. Становление человека, его сознания, человеческого общества было связано с образованием внебиологических форм коммуникации, возникновением языка  и речи.

У животных нет сознания, нет у  них и языка, равного человеческому. Мимико-жестикуляторные, звуковые средства взаимного общения - так называемый «язык» животных - привязаны к конкретной ситуации и не предназначены к  оперированию отвлеченными понятиями, абстрактным смыслом в отрыве от наличной ситуации. Они служат средствами сигнализации о биологически значимых факторах, выражением субъективного  состояния (вызываемого голодом, страхом  и т.д.), простым указанием, призывом к совместным действиям. Аналогом этому  в человеческом языке являются междометия, восклицания, окрики, жесты и т.п. Животные не владеют словесной речью  и то немногое, что они имеют  сообщить друг другу, может быть сообщено без речи. Тип коммуникации, основанный на использовании высшими животными  звуковых сигналов, послужил базой  для возникновения человеческого  языка и речи.