Психологический портрет Адольфа Гитлера

                           Психологический портрет Адольфа Гитлера

Введение

В истории XX века одной из значимых фигур является Адольф Гитлер. Изучение особенностей личности Адольфа  Гитлера необходимо, чтобы понимать основу его поступков, действий и  решений. В становлении и развитии личности играет роль множество факторов.

Анализируя его жизнь, учитывая влияние этих факторов, становятся понятными многие из его действий. Его нетерпимость евреев и коммунистов  имеет свои корни, которые можно  найти при тщательном анализе  личности.

Для того чтобы прийти к  глубокому пониманию феномена Гитлера, недостаточно изучения многочисленных опубликованных, более или менее  объективных биографий, даже если в  них скрупулезно, с учетом общеевропейского политического фона описано его  политическое становление вплоть до неограниченного повелителя над  жизнью и смертью миллионов людей.

Поэтому на основе тщательного  биографического анамнеза стоит  внимательно изучить с чисто  медицинской точки зрения структуру  аномальной личности Гитлера, его особые психические признаки и действия, вряд ли вписывающиеся в перечень человеческих норм. При этом можно  опереться па целый ряд опубликованных трудов выдающихся психологов, невропатологов, психиатров и историков психиатрии.

Целью контрольной работы является составление психологического портрета Адольфа Гитлера.

Изучение личностных особенностей вождей, специфики их жизненного пути и характера часто становится необходимыми для понимания хода истории, которую творили эти  личности.

Существует три основных точки зрения относительно жизни  и деятельности Гитлера. Для германских националистов всех мастей он являлся  величайшим национальным героем, боровшимся против несправедливого устройства мира и сумевшим снова поднять  Германию на вершину мирового господства. Для небольшой группы историков - ревизионистов Гитлер был уникальным политическим гением, который оказался способным эффективно использовать чужие ошибки и дипломатические  промахи в духе Фридриха Великого. Для самой большой группы исследователей, однако, Гитлер представляется лишенным морали дьявольским гением, который  привел западную цивилизацию к краю пропасти, почти уничтожив ее перед  этим. Только на нем, утверждают они, лежит вся ответственность за ужасы и варварство Третьего рейха.

Характеристика психологического портрета Адольфа Гитлера.

Характер Гитлера просто не подходил ни под одну из четырех  категорий: сангвиник, меланхолик, холерик  и флегматик. У него были характеристики какой - то средней личности, которая  поглощала и давала выражение  с помощью индукции и осмоса страхам, амбициям и эмоциям целой германской нации. Ни одна сторона его темперамента не была так твердо развита, что ее можно было использовать, как некий  канал для внешнего влияния на его разум.

Он мог часами лежать, растянувшись, как крокодил, дремлящий  в нильском иле, или как паук, неподвижно застывший в центре своей паутины. Он может грызть ногти, бездумно уставиться в пространство, иногда насвистывать. Как только в компании появляется какая-нибудь интересная личность –  и не было никого такого, кто бы его  какое- то время не интересовал, - было почти видно, как он приводил в  движение свою внутреннюю машину, тут  же излучались запрашиваемые импульсы, как у гидролокатора, и через  короткое время он уже обладал  четкой картиной длины волны и  тайных побуждений и эмоций своего партнера.

Маятник беседы начинал колебаться все быстрее, и человек подпадал под гипноз, веря, что в Гитлере  находятся бездонные глубины  симпатии и понимания.   Гитлер обладал самой потрясающей силой  убеждения любого мужчины либо женщины, он будил в них убеждение, что  он обращается к их лучшим инстинктам. И было почти невозможно избежать того, чтобы не оказаться как бы окутанным им, спеленатым.

Он считал, что если говорить достаточно долго и решительно, повторять  свои аргументы десяток раз в  десятке различных форм, то не будет  никакого препятствия, человеческого  или технического, которое невозможно преодолеть. У него был некий, этакий, хамелеоновский дар отражения желаний  масс, и эта информация передавалась ему на волне, которая не относилась к речи, а была неким иным набором  колебаний, на которые он себя настраивал.

Жизнь полна подавляющих  разочарований, с которыми люди не могут  справиться. Бездействие, полусонное состояние  – это готовность рисковать какой-то последней жертвой, какого то приключения  для того, что бы дать своей жизни  какое то новое очертание.

Крест, который ему было суждено нести в жизни, в том, что он не является нормальным человеком. Его фундаментальная стеснительность  при столкновении с отдельными людьми, особенно женщинами, которым, как он знал, ему было не чего предложить, компенсировалось этим титаническим порывом завоевать  одобрение масс, которые были заменителем  партнера – женщины, которую он так  и не нашел. Его реакция на аудиторию  была сродни сексуальному возбуждению.

В психике фашистского "вождя" центральное, господствующее положение  занимает непреодолимое, всепоглощающее чувственное побуждение – стремление к наибольшему объему власти над  людьми, желание захватить все  во что бы то ни стало, под любым  предлогом и любой ценой. Это  бесспорно патологический эмоциональный  сдвиг, означающий расстройство эмоциональной  сферы. Это расстройство связано, прежде всего, с раздутостью, неуемностью  желания власти. Жажда абсолютной власти, которую невозможно утолишь  немедленно и, видимо, никогда нельзя утолить полностью, расшатывает  психику фашистского "вождя" и  приводит, в конечном счете, не только к эмоциональным, но и другими  расстройствам.

Стремление к власти как  самоцели должно квалифицироваться, как  патология, конкретнее - как расстройство, прежде всего эмоциональной, психической  сферы, выражающееся в чрезмерном возбуждении  одной определенной эмоции

В психике фашистских "вождей" наблюдаются отклонения и в понятийном уровне, проявляющиеся в симптомах  психических состояний, обозначаемых психиатрией[->0], как паранойя.

Паранойя характеризуется  стойким систематизированным бредом, который может отличаться сложностью, последовательностью, наукообразностью содержания, то есть определенным внешним  правдоподобием. Но каково бы ни было содержание высказываний больного, во всех случаях  в основе их лежит какая-то изуродованная  эмоция, которую в общем смысле можно охарактеризовать как гипертрофированную жажду самоутверждения в том  или ином качестве. В рассматриваемом  случае это означает стремление к  власти над определенной группой  людей, над партией, над государством или даже над всем миром.

Большинство паранойяльных  состояний связаны с преувеличенной в ту или иную сторону самооценкой  больным каких-то своих качеств  и, соответственно этому, каких-то внешних, но отношению к нему обстоятельств. Как завышенность, так и заниженность самооценки - это, скорее всего, следствие  каких-то глубоких эмоциональных сдвигов, напор влечений на сознание, которое  не выдерживает натиска и, поддаваясь давлению эмоций, начинает конструировать угодные им, но неадекватные реальной действительности выводы.

Таким образом, явно прослеживается связь паранойяльного бреда с  эмоциональной сферой, связь, выражающаяся, например, в непреодолимом стремлении больного навязать окружающим свои убеждения, в болезненности эмоциональной  реакции на несогласие с ним, на контрдоводы. Все доводы и факты, противоречащие бреду, игнорируются, или отметаются больным, все несогласные с ним  люди воспринимаются им как враждебно  настроенные, или как враги.

Отметим еще раз, что имеют  место случаи, когда параноики  проповедуют довольно систематизированные  взгляды, обладают некоторыми, порой, незаурядными способностями к социальной адаптации, в определенной социально-политической ситуации способны действовать активно, целеустремленно, особенно если речь идет о борьбе за власть.

Если попытаться, с учетом всего вышеизложенного, проанализировать психику Гитлера, то, правильнее всего  было бы заключить, что этот человек  был психически больным в самом  прямом и недвусмысленном значении этих слов, причем патологические отклонения в их психике представляли собой  своеобразный конгломерат, квинтэссенцию, настоящий "букет" из целого ряда психических расстройств.

Если воспользоваться  принятой в психиатрии терминологией  и классификацией психических заболеваний, то Гитлер, должен быть квалифицирован, скорее всего, как паранойяльно-истеричный психопат с шизоидно-психопатическим  раздвоением личности и садистскими  наклонностями.

Психологический портрет  был составлен психиатром Генри  Мюрреем из Гарвардского университета по заказу Бюро Стратегических Служб, предшественника ЦРУ, чтобы помочь союзникам понять характер Гитлера. Корнельский университет опубликовал  этот анализ, содержащий 250 страниц  и являющийся одним из первых исследований личности немецкого диктатора. У  него отсутствует чувство юмора, говорит Мюррей, описывающий личность Гитлера как личность преступника, упорствующего перед лицом поражения. Гитлер очень упрям и самоуверен, утверждал в 1943 году психиатр, однако ему не хватает многих качеств, чтобы  быть уравновешенным. Документ имеет  следующие название: "Анализ личности Адольфа Гитлера с прогнозами относительно его будущего поведения  и рекомендациями по тому, как с  ним обходиться сейчас и после  капитуляции Германии". По мнению Мюррея, в облике Гитлера довольно явно выражен женский компонент, он физически слаб, никогда не занимался  физическим трудом или спортом. С  сексуальной точки зрения он описывает его как пассивного мазохиста, полагая, что в нем есть и подавленная гомосексуальность. Мюррей считает, что преступления Гитлера отчасти объясняются тем, что он презирает, свои слабости и мстит за издевательства, которые терпел в детстве. Обстоятельства вынудили Мюррея проводить психоаналитические исследования диктатора заочно, он использовал вторичную информацию – например, родословную, сведения о школьных годах Гитлера и о его службе в армии, его публичные выступления по случаю тех или иных событий, зафиксированные в прессе и в фильмах, сочинения диктатора и произведения его биографов. Современные эксперты объясняют, что это исследование содержит ряд неверных толкований и неточностей, объясняющихся уровнем развития психиатрической науки тех лет, которая не располагала полученными позднее данными о генетических факторах. Диагноз Мюррея - Гитлер страдает неврозом, паранойей, истерией и шизофренией.

Важнейшим свойством характера  Гитлера была некрофилия, которую  Эрих Фромм определил как «страстную тягу ко всему мертвому, прогнившему, разложившемуся и больному; страсть  превращать все живое в неживое; страсть к разрушению ради разрушения». Объектом этой страсти становились  люди и города, и своего апогея она  достигла в приказе о «выжженной земле», отданном Гитлером в сентябре 1944 года, согласно которому вся территория Германии, в случае оккупации врагом, должна была быть предана тотальному уничтожению.

Генри Пиккер писал, что деструктивность  Гитлера в полной мере проявилась в бесчеловечном плане, предусмотренном  им для побежденной Польши: поляков  следовало в культурном плане  «кастрировать», уготовив им судьбу дешевых  рабов. Первыми людьми, ставшими жертвами его страсти к уничтожению, были неизлечимо больные. Следующим ранним деструктивным действием Гитлера  было вероломное убийство Эрнста Рема и более сотни главарей СА. Однако главным объектом его буйной разрушительности были евреи и славянские народы, при этом в юдофобии Гитлера важную роль играла позаимствованная у Ланца  фон Либенфельса и прочих «евгеников»  мысль о том, что евреи отравляют  арийскую кровь.

В фантазии некрофильной личности страх отравления, загрязнения или  заражения возбудителями опасных  заболеваний занимает важное место. У Гитлера этот страх проявлялся в навязчивой потребности в мытье  и в убеждении, что «сифилис является важнейшей жизненной проблемой  нации». Кульминационным пунктом  слепой страсти Гитлера к разрушению стал конец его собственной жизни, ставший также концом жизни и  его жены - если бы это зависело от него, то Гитлер прихватил бы с собой  и всех немцев вместе с их жизненным  пространством.

Тот факт, что выраженная деструктивность Гитлера в течение  длительного времени не воспринималась всерьез ни его соотечественниками, ни зарубежными государственными деятелями, объясняется, во-первых, вытеснением  его деструктивности различного рода рациональными соображениями, и, во-вторых, тем, что, будучи высококлассным лжецом и прекрасным актером, он блестяще разыгрывал нужные ему роли. Лживость и вероломство, как в личном плане, так и в политике, принадлежат  к наиболее отвратительным чертам характера  Гитлера. Если речь шла о личной выгоде, он не щадил даже самых близких  друзей и самых преданных соратников, как показывает пример «ночи длинных  ножей». И в отношениях с католической церковью действия Гитлера были лживыми  и лицемерными. Заключив в 1933 году конкордат  с Римом, он уже в то время начал  планировать «окончательное решение  вопроса» в будущем: «Придет время, и я с ними рассчитаюсь без  всякой волокиты... Каждое лишнее столетие сосуществования с этим позорным для культуры явлением будет просто не понято будущими поколениями. Как  в свое время избавились от охоты  на ведьм, так следует избавиться и от этого ее пережитка». Также  и вся внешняя политика Гитлера  была сплошным обманом и надувательством, ярким примером которого является Мюнхенская конференция в сентябре 1938 года.

Наряду с некрофилией  и деструктивностью важнейшей особенностью личности Гитлера является его садомазохистский авторитарный характер, очень точно  описанный Эрихом Фроммом еще  в 1941 году. Эта особенность оказалась  определяющей не только для отношений  Гитлера с женщинами, но проявила себя в ряде других примеров. Гельмут  Краусник рассказывал о высказывании Гитлера, сделанном им после одного из партийных собраний, и в полной мере характеризующем его садистскую ненависть к евреям: «Их следует  изгнать из всех профессий и загнать  в гетто - пусть подыхают там, как  того заслуживают, а немецкий народ  будет разглядывать их, как диких  зверей». И вот потрясающий пример садистской мстительности, о котором  мы уже упоминали выше при описании реакции Гитлера на заговор 20 июля 1944 года. Гитлер, вообще-то не выносивший вида трупов, приказал заснять на кинопленку сцены пыток и казни генералов, участвовавших в заговоре, и приказывал многократно прокручивать себе этот фильм, наслаждаясь видом трупов, висевших на мясных крючьях со спущенными штанами. Фотографию этой сцены он даже держал на своем письменном столе.

Садистскую сущность этого  человека ни в малейшей мере не могут  смягчить или приукрасить лицемерные проявления чувств, например, заявления  о том, что он не в состоянии  перенести вида раненых и убитых немецких солдат, или, что он по этой же причине не мог присутствовать при казни того же Рема и других своих приспешников из числа главарей СА, которых сам же коварно приказал убить. Причиной подобных реакций является не проявление чувства истинного участия, а исключительно срабатывание фобического защитного механизма, с помощью которого Гитлер пытался вытеснить осознание собственной небывалой деструктивности и собственного садизма. Оценивая подобный камуфляж, нельзя ни в косм случае забывать о том, что «глубоко деструктивный человек часто прикрывается фасадом дружелюбия, вежливости, любви к семье, детям и животным и постоянно заявляет о своих добрых намерениях и идеалах».

Еще одной характерной  чертой личности Гитлера был выраженный нарциссизм со всеми типичными его  признаками, описанными Фроммом: «Его интересует только он сам, его собственные  вожделения, мысли и желания. Он бесконечно говорит о своих идеях, своем  прошлом, своих планах. Мир его  интересует только как предмет собственных  вожделений и планов. Люди интересуют его лишь настолько, насколько они  могут служить его целям или  быть использованы в этих целях. Он знает все и всегда лучше, чем  другие. Уверенность в правильности собственных идей и планов является типичным признаком интенсивного нарциссизма».

Патологическая самовлюбленность Гитлера проявилась уже в период его заключения в Ландсбергской  крепости. Тюремный воспитатель вспоминал  о его «тщеславии примадонны». Демонстративно самозабвенная любовь Гитлера к  музыке была обусловлена не столько  культом Рихарда Вагнера, преданностью которому он всегда похвалялся, сколько  нарцистическим культом собственной  персоны, который он мог поддерживать, появляясь в образе блестящего триумфатора  перед гостями фестиваля и  внимая их преданности и раболепию. Вот как описывал «Путци» Ханфштенгль  поведение Гитлера при прослушивании  записи собственной речи: «Гитлер  упал в моррисовское кресло, и, будто  находясь под полным наркозом, стал упиваться звуком собственного голоса, подобно греческому юноше, трагически влюбленному в самого себя и погибшему  в волнах, не в силах оторваться от своего изображения в воде». Такой  образ действий Гитлера в полной мере соответствует мысли Ницше  о том, что всякий недостаток чувства  реальности не позволял ему осознать, что война и пропаганда подчиняются  совершенно различным законам и  принципам. Это особенно проявилось к концу войны, когда его рассуждения  полностью перенеслись в нереальный мир, и далее у Йозефа Геббельса, безгранично восхищавшегося им и  рабски преданного ему, сложилось впечатление, что «Гитлер живет в облаках».

Основополагающей чертом характера Гитлера было также  явно выраженное недоверие, о котором  уже в начале тридцатых годов  верховный комиссар города Данцига от Лиги наций швейцарец Карл Бургхардт, которого мы уже цитировали выше, писал: «Он не доверяет никому и ничему, подозревает каждого в контакте с врагом или даже в готовности перебежать на сторону врага». Столь крайняя недоверчивость усилила неконтактность Гитлера, проявившуюся уже в юности и присущую до конца жизни.

К числу глубоко укоренившихся  особенностей характера Гитлера  принадлежит высокая возбудимость и склонность к мощным, порой взрывным аффективным проявлениям - классические симптомы чрезвычайно низкого порога фрустрации. Часто упоминаемые приступы ярости послужили основой к созданию, прежде всего, за границей, карикатурного  образа Гитлера, согласно которому он постоянно пребывал в бешенстве, непрерывно орал и был не в состоянии  совладать с приступами ярости.

Этот образ, однако, не соответствует  действительности. Хотя приступы ярости, особенно к концу войны, усилились, все же они были скорее исключением, чем правилом. Свидетели единодушии в том, что, как правило, он был  вежлив, предупредителен и любезен, а приступы ярости часто использовал  лишь для того, чтобы запугать собеседника  и подавить в нем волю к сопротивлению. Альберт Шпеер подтвердил это, сказав: «Некоторые реакции, производившие  впечатление истерических припадков, можно считать проявлениями актерства»

Если Гитлеру становилось  ясно, что собеседника не удается  таким образом склонить к капитуляции, то он мог немедленно восстановить контроль над своей яростью. Аллан  Буллок вполне правдоподобно иллюстрирует это утверждение следующей сценой, имевшей место между Гитлером и Гудерианом: «Человек, стоявший передо мной с поднятыми кулаками, трясет всем телом, щеки его покраснели от гнева. Казалось, он полностью утратил  контроль над собой. Он зашелся в  крике, глаза его вылезли из орбит, вены на висках вздулись. Однако генерал-полковник  все же продолжал настаивать на своем  мнении, и тут Гитлер внезапно любезно  улыбнулся и попросил Гудериана: «Продолжайте ваш доклад, пожалуйста. Сегодня генеральный штаб выиграл  сражение».

Первичные качества личности Гитлера, отмеченные выше, характеризуют  его как человека, которому свойственны  некрофилия, деструктивность, интравертированность, крайний нарциссизм, садомазохизм, отсутствие чувства реальности и  недисциплинированность. Однако для  объективного и свободного от эмоций представления о Гитлере необходимо также остановиться на его талантах и способностях, позволивших ему  добиться очевидных успехов и, будучи одиночкой, не от мира сего, без какого-либо профессионального образования, всего  лишь за двадцать лет стать одним  из самых могущественных людей Европы. Самым значительным талантом Гитлера было искусство влиять на других людей и убеждать их. Если мы попытаемся выяснить причины, лежащие в основе его таланта влиять на людей, выделявшего его из числа прочих удачливых демагогов того времени, то мы, прежде всего, столкнемся с необычайной одаренностью Гитлера как политического оратора, которая сочеталась в нем с явным актерским талантом. Огромные ораторские способности были важнейшим его инструментом на пути к власти, а его политический дар состоял в том, что он умел, пользуясь весьма ограниченным набором тем, соединить эти темы со специфическими условиями своей власти, протест против любого принуждения, ненависть к противнику, циничная удаль, дикая энергия, готовая все смести на своем пути - лицо, отмеченное печатью бури и натиска, лицо одержимого.

У этого человека было бесконечное  число странностей, привычек, особенностей, своеобразных черт характера, хитростей, которые делали его не только оригинальной, но и, наверное, крайне эксцентричной  личностью. В возбужденном состоянии  он имел особенность сосать свой мизинец. Во время официальных актов он часто опускал руки ниже пояса  и имел восторгавшую дам привычку прикрывать перекрещенными ладонями некое  место. Распространено ошибочное мнение, что у Гитлера не было чувства  юмора: он действительно редко шутил  сам, предпочитая выслушивать других, но уж если шутил, то всегда по поводу евреев и иностранцев; говорят, не всегда удачно. Тех, кто с ним встречался, удивляла еще одна поразительная личная особенность  этого человека - его инфантилизм: у Гитлера были вкусы, образ жизни, мнения подростка или даже ребенка; в какой-то мере он уже «стал как  дети» (или остался, «как дети»). Он, например, восторгался цирком и всегда, затаив дыхание, следил за номерами, в  которых выступали женщины и  дикие звери; с детской радостью любил пикники и походы в экспедиции. Известно также, что из всех искусств для него важнейшим было кино. Гитлера  крайне занимала эмоциональная сторона  человеческой жизни, как в норме, так и в патологии. В сексе  его интересовали извращенцы, к которым  он, без сомнения, проявлял особый интерес: он трепетал от инцестуозных сюжетов, стремился идентифицировать своих  интимных партнерш с Кларой, своей  матерью; приходил в восторг, лаская маленьких девочек, избегая в  то же время физического прикосновения  женщин своего возраста, хотя, с другой, тоже не очень естественной, стороны, охотно разрешал пожилым матронам гладить  себя по волосам и щекам; практиковал  в интимных ситуациях копрофилию, мазохизм и элементы садизма. Уже  рейхсканцлером он приглашал к себе молодых женщин и побуждал их... нет, не к тому, о чем подумали читатели - фюрер требовал от женщин своего народа детализированных описаний их сексуальных  опытов: собственно генитальные отношения  его, вероятно, не привлекали. Еще в детстве он был необычайно вспыльчивым и на всю жизнь сохранил способность быстро краснеть.

Фюрер испытывал страх  перед племенными быками или жеребцами, но ему очень нравилось рассматривать  их изображения и статуи, восхищаясь выраженными признаками мужественности, которых ему самому, вероятно, так  не хватало. Жеребцы с яркими первичными половыми признаками явно обладали особой привлекательностью для фюрера: они  доминировали на 14 превосходных гобеленах, украшавших холл рейхсканцлера.

Еще одной большой странностью  Адольфа Гитлера было его отношение  к времени: «Время всегда работает против нас!» говорил он и старался не откладывать на сегодня того, что  можно было сделать еще вчера. В его доме были, как говорят, только антикварные часы, которые всегда стояли, потому что он не разрешал их заводить. Фюреру все время казалось, что он не успеет выполнить свою миссию, что время безвозвратно уносит с собой шансы Германии на гегемонию  в мире. Гитлер избегал времени; как  король из сказки, он, наверное, подсознательно думал, что времени не будет, оно  остановится, если его не знать. У  него были только большие, крестьянского  вида золотые часы без цепочки, которые  он носил в кармане своего пиджака  и регулярно «забывал» завести, так что когда ему требовалось  знать время, он спрашивал его  у своего адъютанта или даже гостей.

Гитлера всю жизнь преследовала мысль о самоубийстве: он грозил покончить с собой в 1924, 1933 и 1939 годах и, наконец, исполнил свою угрозу. Среди различных методов лишения  человека жизни ему особенно нравилось  обезглавливание, хотя, наверное, по техническим  причинам, - его предпочтительным способом казни стало повешение; но Гитлер интересовался и ядами, а также  любил личное оружие, которое считал незаменимым гарантом чести и  достоинства каждого арийца, как  мужчины, так и женщины. По уверению его слуги, Адольф с 1919 года не расставался  с пистолетом: в специальном кожаном  кармане, который был вшит в его  брюки, фюрер имел при себе верный «вальтер» калибра 6,35 мм. Другой «вальтер», чуть больше калибром (7,65), всегда находился  в его ночном столике. Много раз  он чудом избегал смерти, и это  еще больше укрепило его в убеждении, что он избран «провидением» на роль спасителя немецкого народа. Одержимый  этим чувством, он однажды обратился  к товарищам с пророчеством, смысл  которого они в большинстве своем  едва ли тогда поняли: «Вы еще  обо мне услышите! Подождите, пусть  придет мое время!»

Умственные способности  Гитлера давно интересуют психиатров, психоаналитиков, психологов, историков. Обычно большинство из них сходится во мнении, что Гитлер страдал недостатком умственной стабильности, а некоторые даже утверждают, что он был подвержен определенным проявлениям безумия. Его характер формировался в ранние годы под воздействием разочарований, враждебности и ненависти, источником которых были безвестность и неудачи, преследовавшие его в юности. Британский историк Тревор-Ропер описывает умственные способности Гитлера в весьма убийственных выражениях: "Ужасный феномен, производящий сильное впечатление своей поистине гранитной грубостью и бесконечно разнообразной убогостью; он напоминает первобытного каменного истукана - олицетворение чудовищной силы и свирепого гения в окружении гнойной мусорной кучи - старых жестянок и дохлых паразитов, огрызков, яичной скорлупы и навоза - интеллектуальных объедков столетий".

Будучи человеком, с нарушенной психикой, он обнаружил в измученном душевном состоянии германского  народа, пережившего шок от поражения  в 1-й мировой войне, отражение  собственной нездоровой психики, крайнего расстройства и враждебности. Всю  жизнь он, будучи австрийцем, упрямо олицетворял себя с немецким народом  и, будоража его своими гипнотическими ораторскими способностями и  злобной пропагандой, находил в  этом отдушину для собственной ненависти  и честолюбия. Его интуитивное  понимание немецкого духа было необычайным.

Заключение

Адольф Гитлер, пожалуй, самый  известный человек 20 века, и один из самых известных во всей истории.

Психологические аспекты  развития и становления личности Адольфа Гитлера сформировались под влиянием на них различных  факторов, формирующих патологии  и отклонения в его психике. Близкородственный  брак дал уникальную комбинацию фантастической жестокости, аморальности и своеобразного  ума. Характеры родителей также  принадлежат к числу важнейших  факторов, накладывающих отпечаток  на всю последующую жизнь ребенка. Связь с матерью, в основе которой  лежала безграничная вседозволенность, немало способствовала развитию крайнего нарциссизма Гитлера и характерной  для него пассивности.

Известно, что такого рода связь с матерью затрудняет дальнейшую дифференциацию и интеграцию личности. Все это впоследствии нашло свое проявление в некоторых базовых  чертах характера Гитлера. Специфическое  воспитание отца и постоянные побои привели к развитию таких особенностей характера как жестокость, агрессивность и беспощадность.

В психоаналитическом исследовании проводится параллель между преследованием евреев в третьем рейхе и ситуацией, сопровождавшей детство Адольфа  Гитлера. Решающим здесь является то, что непрерывные побои были ему  гарантированы. Что бы он ни сделал, повлиять на ежедневные побои это  не могло. На его долю оставалось самоотречение  и идентификация с агрессором. Бессознательный акт повторения впечатлений детства, посредством  которого он транспонировал свою юношескую  травму на весь немецкий народ.

Пример Адольфа Гитлера  является наглядной демонстрацией  того, сколь ужасное влияние на развитие одаренного ребенка может  оказать подобная обстановка в семье, которая являет собой выставочный  образен тоталитарного режима во главе с единоличным жестоким диктатором в лице отца.

Его характер в ранние годы формировался под воздействием разочарований, враждебности и ненависти, источником которых были безвестность и неудачи, преследовавшие его в юности.

Гитлер добился поразительного успеха - чего не удавалось никому ни до него, ни после - внедрить чудовищную тиранию в народ, внесший в  прошлом столь огромный вклад  в европейскую культуру. Стечение обстоятельств вознесло его из уличного оратора на вершину власти в Германии. Чтобы свергнуть его - потребовалось  объединение всех сил мира.

Список использованной литературы

1. Бахман К. Кем был Гитлер в действительности. М. Прогресс. 1981г.

2. Выдающиеся политики 20 века. Минск Современный литератор. 1999г.

3. Кершоу Я. Гитлер. Ростов-на-Дону Феникс. 1997г.

4. Клиническая психология / Под ред. Б.Д. Карвасарского. – СПб: Питер, 2006г.