Реферат по украинской и зарубежной культуре

  XVIII век в истории мысли не случайно  называют эпохой Просвещения:  научное знание, ранее бывшее  достоянием узкого круга ученых, теперь начало распространяться  вширь, выходя за пределы университетов  и лабораторий в светские салоны  Парижа и Лондона, становясь  предметом обсуждения среди литераторов,  популярно излагающих последние  достижения науки и философии.  Уверенность в мощи человеческого  разума, в его безграничных возможностях, в прогрессе наук, создающем условия  для экономического и социального  благоденствия, - вот пафос эпохи  Просвещения.

  Эти умонастроения сформировались еще  в XVII веке, были продолжены и углублены  в XVIII столетии, которое осознавало себя как эпоху разума и света, возрождения свободы, рассвета наук и искусств, наступившую после  более чем тысячелетней ночи средневековья. Однако есть здесь и новые акцепты. Во-первых, в XVIII веке значительно сильнее  подчеркивается связь науки с  практикой, ее общественная полезность. Во-вторых, критика, которую в эпоху  Возрождения и в XVII веке философы и ученые направляли главным образом  против схоластики, теперь обращена против метафизики. Согласно убеждению просветителей, нужно уничтожить метафизику, пришедшую  в XVI-XVII веках на смену средневековой  схоластике. Вслед за Ньютоном в  науке, а за Локком – в философии  началась резкая критика метафизической системы, которую просветители обвиняли в приверженности к умозрительным  конструкциям, в недостаточном внимании к опыту и эксперименту. 

  На  знамени просветителей написаны два главных лозунга – наука  и прогресс. При этом просветители апеллируют не просто к разуму –  ведь к разуму обращались и метафизики XVII века, - а к разуму научному, который  опирается на опыт и свободен не только от религиозных предрассудков, но и от метафизических сверх опытных  «гипотез».

  Представители же метафизического материализма субстанциональное, законосообразное устройство мира связывают  с внутренне присущими материи  свойствами. «Вселенная, - писал Гольбах, - это колоссальное соединение всего  существующего, повсюду являет нам  материю и движение… и далее  «природа существует сама по себе, действует  в силу своей собственной энергии  и никогда не может быть уничтожена. Вечное пространственно-временное  существование материи и ее непрерывное  движение являются для французских  материалистов XVIII века несомненным  фактом.

  Наиболее  обобщено и систематично механистическое  мировоззрение материализма эпохи  Просвещения выражено в работе Гольбаха П. «Система природы». Гольбах прямо  заявляет, что мы можем объяснить  физические и духовные явления, привычки с помощью чистого механицизма. В мире ничего не совершается без  причины. Всякая причина производит некоторое следствие, не может быть следствия без причины. Следствие, раз возникнув, само становится причиной, порождая новые явления. Природа  это необъятная цепь причин и следствий, беспрерывно возникающих друг из друга. Общее движение в природе  порождает движение отдельных тел  и частей тел, а последнее, в свою очередь, поддерживает движение целого. Так складывается закономерность мира.

  Материалистическое  решение мировоззренческого вопроса  об отношении сознания и материи  обусловило сенсуалистическую трактовку  познавательного процесса. Источником всех знаний материалисты считали ощущения, порождаемые в человеке воздействием материальных предметов на его органы чувств.

  Сенсуализм  материалистов XVIII века не находится  в противоречии с общей рационалистической установкой философии эпохи Просвещения. Сущность реальности, с их точки  зрения, может быть познана только разумом. Чувственное непосредственное познание является лишь первым шагом  на этом пути. Уму свойственно наблюдать, обобщать свои наблюдения и извлекать  из них заключения – писал Гельвеций  в своем трактате «Об уме».

  Признание подобия мира и человеческой жизнедеятельности  предопределяет и гносеологический оптимизм материализма XVIII века. Его  представители убеждены в неограниченности познавательных возможностей человека. Не существует ничего, чего люди не могли  бы понять – заявляет Гельвеций. То, что наших дедов было удивительным, чудесным и сверхъестественным явлением, становится для нас простым и  естественным фактом, механизм и причины  которого мы знаем, - вторит ему Гольбах. Таким образом, материалисты XVIII века, несмотря на некоторые нюансы, в  целом разделяют основные установки  философии своей эпохи.

  Оптимизм  Просвещения был исторически  обусловлен тем, что он выражал умонастроение  поднимающейся и крепнущей буржуазии. Не случайно родиной Просвещения  стала Англия, раньше других вставшая на путь капиталистического развития.

  В Англии философия Просвещения нашла  свое выражение в творчестве Дж. Локка, Дж. Таланда, А. Коллинза, А. Э. Шефтсбери; завершают английское Просвещение  философы шотландской школы Т. Рид, затем А. Смит и Д. Юм. Во Франции  плеяда просветителей была представлена Ф. Вольтером, Ж. Ж. Руссо, Д. Дидро, Ж. Д'Аламбером, Э. Кондильяком, П. Гальбахом, Ж. Ламетри. В Германии носителями идей Просвещения  стали Г. Лесслинг, М. Гердер, молодой  Кант. Первой философской величиной  среди плеяды английских просветителей  был Дж. Локк (1632-1704), друг Ньютона, чья  философия, по убеждению современников, стояла на тех же принципах, что и  научная программа великого физика. Основное сочинение Локка «Опыт  о человеческом разуме» одержало позитивную программу, воспринятую  не только английскими, но и французскими просветителями.

  К неотчуждаемым правам человека, согласно Локку, принадлежат три основных права: на жизнь, свободу и собственность. Правовое равенство индивидов является необходимым следствием принятия трех неотчуждаемых прав. Как и большинство  просветителей, Локк исходит из изолированных  индивидов и их частных интересов; правопорядок должен обеспечить возможность  получения выгоды каждым, с тем, чтобы  при этом соблюдались также свобода  и частный интерес всех остальных.

  Из  Англии идеи Ньютона и Локка были перенесены во Францию, где встретили  восторженный прием. Благодаря прежде всего Вольтеру, а затем и другим французским просветителям философия  Локка и механика Ньютона получают широкое распространение на континенте.

  Человек в философии XVIII века предстает, с  одной стороны, как отдельный, изолированный  индивид, действующий в соответствии со своими частными интересами. С другой стороны, отменяя прежние, добуржуазные формы общности, философы XVIII века предлагают вместо них новую – юридическую  всеобщность, перед лицом которой  все индивиды равны. Во имя этой новой  всеобщности просветители требуют  освобождения от профессиональных, национальных и сословных границ. В этом отношении  характерно творчество немецких просветителей, в частности Лессинга.

  В творчестве Лессинга явственно слышатся протестантские мотивы: деятельность ремесленника, промышленника, купца, вообще всякий труд, приносящий доход трудящемуся  и пользу его согражданам, - занятие  почетное. Рассудительность, честность, трудолюбие и великодушие – вот  основные достоинства положительного героя просветительской драмы и  романа.

  Не  случайно этот носитель «чистого разума»  стал излюбленным персонажем немецкого  просвещения. Главная коллизия, которую  пытается разрешить философия XVIII века, состоит в несовместимости «частного  человека», то есть индивида, который  руководствуется только собственными интересами, себялюбием и своекорыстием, и «человека вообще» – носителя разума и справедливости. Начиная  с Гоббса и кончая Кантом, философы нелицеприятно заявляют, что собранные  вместе, частные, эгоистические индивиды могут только вести между собой  «войну всех против всех». Литература эпохи просвещения не жалеет красок для изображения такого законченного эгоиста.

  Что же касается разумного и правового  начало, то его носителем является не эмпирический индивид, жертва и орудие собственных эгоистических склонностей  и инстинктов, а именно «человек вообще», идеальный представитель  рода, впоследствии получивший у Канта  имя «трансцендентального субъекта».

  Имеем ли дело с необходимостью как неизбежной закономерностью природного процесса или с необходимостью как торжеством разума и справедливости, в обоих  случаях она выступает по ту сторону  случайности, как бы в ином измерении. Разведенность случайного и необходимого, индивидуального и общего – характерная  черта мышления XVIII века; разум здесь  выступает как абстрактно-общее  начало, как формальный закон. Так, французский  материализм приветствовал необходимость  природы как единственную силу, управляющую  миром людьми и составляющую общее  начало в хаосе и случайности  индивидуальных поступков и бесчисленных стремлений. Немецкие просветители склонны  были отождествлять эту необходимость  с панонистически трактуемым мировым  разумом, который в человеческом сознании предстает, прежде всего как  нравственный закон, а в общественной жизни – как право. Эти два  рода необходимости – слепая природная  и осмысленно-разумная – различаются  между собой. Не случайно французские  материалисты, в частности Гольбах, принимая спинозовскую идею всеобщей необходимости, в то же время критикуют  Спинозу за то, что у него эта  необходимость совпадает с высшей разумностью. Напротив немецкое просвещение  идет под знаком спинозизма и паносизма, и необходимость в понимании  Лессинга, Гердера, Шиллера, Гете есть целесообразно-разумное начало мира.

  Таким образом, Просвещение представляет собой далеко не однородное явление: оно имеет свои особенности в  Англии, Франции, Германии и России. Умонастроения просветителей меняются и во времени: они различны в первой половине XVIII века и в его конце, до Великой французской буржуазной революции и после нее.

  Характерна  эволюция просветительского миропонимания, выразившаяся в отношении к человеку. В полемике с христианским догматом об изначальной греховности человеческой природы, согласно которому именно человек  есть источник зла в мире, французские  материалисты утверждают, что человек  по своей природе добр. Поскольку  нет ничего дурного в стремлении человека к самосохранению, полагали они, то нельзя осуждать и все те чувственные склонности, которые  суть выражения этого стремления: любить удовольствия и избегать страдания  – такова  природная сущность человека, а все природное по определению – хорошо. Такова мировоззренческая подоплека сенсуализма просветителей.

  В XVIII веке, таким образом, вновь возрождается та тенденция в решении проблемы индивидуального и всеобщего, природного и социального, которая была характерна еще для античных софистов. Последние  различали то, что существует «по  природе», от того, что обязано своим  бытием человеческим «установлениям». Не случайно софистов называют античными  просветителями: так же, как и  французские материалисты, они исходили из того, что человек есть существо природное, а потому именно чувственные  склонности рассматриваются как  основное определение человеческого  существа. Отсюда сенсуализм в теории познания просветителей XVIII века. Особенностью французского материализма была ориентация на естествознание XVIII века, прежде всего  – на механику. Именно механистическая  картина мира легла в основу представлений  Гольбаха, Гельвеция, Ламетри о мире, человеке и познании. Так, согласно Гольбаху, реально не существует ничего, кроме материи и ее движения, которое  есть способ существования материи.

  По  мере того как идеи просветителей  начали мало-помалу осуществляться в  действительности – как в индивидуальном, так и в общественном плане, - все  чаще возникала потребность в  их корректировке. Сам Дидро в  «Племяннике Рамо» вскрыл диалектику просветительского сознания, поставив под вопрос излюбленный тезис XVIII века о доброте человеческой природы  самой по себе, в ее индивидуально-чувственном  проявлении. Самокритику просветительского  сознания мы находим также у Дж. Свифта, Руссо и, наконец, у Канта, который в такой же мере является носителем идей Просвещения, как  и их критиком.

  Одной из важнейших характеристик философии  эпохи Просвещения является рационализм. В отношении учения Декарта термин рационализм употребляется для  характеристики гносеологических и  логинометодо логических установок. Рационализм  трактуется как гносеологическое учение, утверждающее, что основным инструментом познания является разум, ощущения и  опыт имеют в познании вторичное  значение. В этом смысле рационализм  противостоит сенсуализму и эмпиризму. Сенсуализм отдает решающее значение человеческим чувствам, ощущениям и  восприятиям, а эмпиризм на первое место  в познании выдвигает опыт.

  Однако  в истории философии имеет  место и более широкий подход к понятию «рационализм», при  котором он рассматривается как  широкое идейно-теоретическое течение, выражающее взгляды, потребности, общественное настроение определенных социальных классов, слоев, групп на определенном этапе  общественного развития, и на основе этих умонастроений вырабатывающий определенные методологические установки  для ориентации человека в практической деятельности и познании. Рационализм, как правило, связывается с идейными устремлениями передовых, прогрессивных  сил общества, находящихся на восходящей стадии своего развития. Для него характерны возвеличивание человеческого индивида, как активного, свободного и равноправного  существа, исторический оптимизм, вера в безграничные возможности человека в познании и преобразовании природы.

  В этом смысле противоположным рационализму понятием является иррационализм. Иррационализм  выдвигается на авансцену истории  в период кризиса общественных структур. Представителям иррационализма в большей  мере присуща пессимистическая оценка познавательных и деятельно-преобразовательных возможностей человека, отрицание исторического  и социального прогресса, скептицизм и агностицизм. Об иррационализме речь пойдет при характеристике философии  конца XIX середины XX веков. Для философии  эпохи Просвещения, как уже отмечалось ранее, характерно умонастроение рационализма.

  Почему  же так произошло? Ответ на этот вопрос следует искать в социально-экономических, политических и идеологических процессах, происшедших в эпоху Просвещения. Прежде всего, следует отметить, что  эпоха Просвещения – это период разложения феодальных отношений и  интенсивного развития капитализма, глубоких перемен в экономической, социально-политической и духовной жизни народов стран  Западной Европы. Потребности капиталистического способа производства стимулировали  развитие науки, техники, культуры, просвещения  и образования. Изменения в общественных отношениях и общественном сознании служили предпосылкой для раскрепощения  умов, освобождения человеческой мысли  от феодально-религиозной идеологии, становления нового мировоззрения. Яркую характеристику рационализма эпохи Просвещения дал Ф. Энгельс: «Великие люди, которые по Франции  просвещали головы для приближающейся революции, выступали крайне революционно. Никаких внешних авторитетов, какого бы то ни было рода, они не признавали. Религия, понимание природы, государственный  строй – все было подвергнуто  самой беспощадной критике, все  должно было предстать перед судом  разума и либо оправдать свое существование, либо отказаться от него. Мыслящий рассудок стал единственным мерилом всего  существующего».

  Тенденции развития искусства.

  Искусство революционной поры, яркая страница художественной культуры, логически  вписалось в художественный контекст Просвещения, с которым генетически  связано основными своими идеями. В его эстетических потребностях и критериях полно и разносторонне  отображены антифеодальный пафос Просвещения, его философские, социальные и моральные  засады, своеобразное понимание «природного  человека», природы, ума. На вере в общечеловеческое единство, общность кардинальных заданий, возможность быть «гражданином мира»  основывалось искусство.

  Вместе  с тем просветительское движение неоднородное, в середине него кипели страсти, продолжалась борьба между  разными течениями. Богоборство  Вольтера, которое осуждал Галлер, было вполне осмыслено сравнительно с радикализмом Руссо, который в  свою очередь отступал перед смелой позицией Мелье, Морелли, Мабли, Дюлорана. Своеобразный отклик эти процессы получили в просветительской эстетике: в спорах апологетов классицизма с его  принципиальными противниками, Руссо  – с энциклопедистами, Гердера  – с Кантом. К тому же  взгляды на искусство изменялись даже в пределах одной творческой биографии, как это случилось с Гетте и Шиллером, которые перешли с позиции «Бури и давления » на платформу веймарского классицизма.

  Чувствительной  к изменениям оказалась музыка, освоив драматизм тематики, бурные страсти, драматические развития мысли, резкие контрасты. В результате рождаются  большие циклические формы, оперы, оратории. Параллельно происходят процессы замены придворной «серьезной оперы» бытовой комической, которая выражает демократические идеалы широких  масс;  в вокальное и инструментальное творчество проникает народная песня, массовые жанры активно влияют на симфонические и оперные творения.

  Творческая  индивидуальность большинства  мастеров того времени складывалось в недрах барокко. Барочными были образы коллизии опер Генделя, его инструментальная музыка, но мощность фантазии, сила чувств, зримость образов в сочетании с эпической величиной и героическим оптимизмом зрелого этапа его творчества преодолели границы концепции барокко. Работая в Англии, немецкий органист и композитор оказался в той революционной атмосфере, героическое напряжение которой вдохновляло на поиск соответственных сюжетов. Их источником для Генделя стала Библия, сюжеты которой определили около тридцати его монументальных ораторий.

  Барокко, драматический, контрастный, психологически-острый стиль, углубляет, развивает и перерабатывает Бах, изменяя тематику, трактовку  форм, средства музыкального выражения. Он практически создает собственный  стиль, не похожий на пышную, тяжелую  манеру старых мастеров, возносится к  вершинам искусства полифонии, наполняя свои множественные произведения гуманистическими идеями, живыми образами, жанровыми  эпизодами. Апогеем творчества Баха становятся Евангельские легенды («Страсти по Иоанну»,  «Страсти по Матфею»), их образы избавляются от мистического ореола, приближаются к людям жизненностью своих страданий. В этих величественных трагедиях (написанных для трех хоров и двух органов) возродилась к новой жизни прекрасное наследие народа. В этой музыке слышалось все: и хождение Христа, который шел на смерть,  и боль рыдающего Петра, и ненависть, страх и раскаяние толпы. Но все превышала, окрыляя человеческие души, красота духовного подвига.

  Прежде  чем музыка пришла к обобщающему  стилю венских классиков, в XVIII веке произошло несколько так или  иначе связанных с Просвещенством «молодых» стилей, что формировали  вкусы общества. Их общая цель –  стильное облегчение, отказ от религиозной  тематики, сложных концепций, декоративной пышности – выражались по разному: стремление к утонченному и грациозному  поверхностному рокко (в границах классической французской оперы), к наивно-реалистичному  «молодому» стилю итальянцев (Порголези  и Вивальди) или искреннего раскрытия  чувств в сентиментализме (мангеймская  школа, Пиччини и др.). Так стилем передового искусства, который создавался в революционное время, стал стиль  венских  классиков. Их творческие индивидуальности оказались такими выдающимися, что говорить про каждого – это говорить про явление мирового значения. На первый взгляд, между операми Глюка, «парижскими» симфониями Гайдна и Пятой симфонией Бетховена пролегает целая эпоха, но это только этапы в развитии единого большого стиля школы, которая питала музыку от конца 60-х годов XVIII столетия до начала 1810-х годов.

  Без сомнения, Глюк, ранний представитель  этой школы, связанной с театром  предреволюционной Франции, представляет передовой, просветительский классицизм XVIII столетия с его общественным пафосом, героикой, идейно насыщенными  образами. Автор оперной реформы, подготовленной идеями эстетики просветительства, Глюк провозгласил «простоту, правду и  природность» едиными критериями красоты  для всех творцов искусства. Его  искусство близко стоит к трактовке  в живописи античных сюжетов и  характеров накануне французской революции. Совсем другой Гайдн, который принес в музыку мировосприятие австрийского крестьянина. Его творчество обозначено ярким колоритом, точной жанровостью, поэтизацией природы, сочным восприятием  быта, добротой и лукавством, а симфонии и оратории философски обобщают основные представления автора о смысле жизни.

  В русле классицизма, что поднялся в революционную эпоху и имел огромные возможности идейных и  художественных обобщений, развивалось  творчество Моцарта, которая глубже отображала жизненные противоречия. Их основное содержание – человеческая драма, столкновение сильных характеров, раскрытие психологии борьбы ради утверждения  гуманистического идеала. Моцарт всегда воспевает красоту жизни и  наличие в трагическом видит  поэзию, ища равновесие между верованиями  пристрастий и гармонией мира.

  Вся художественная жизнь Европы периода  Просвещения развивалась под  сильным влиянием его идей, которые  зародились в Англии, окончательно выкристаллизовались, сформировалась как идейное движение во Франции. С упадком абсолютной монархии в  искусстве начинается поиск той  эстетической сущности, которая б  адекватно отражала процессы, которые  происходили в обществе. Лидером  в этом становится Франция, которая  на протяжении десятилетий сохраняет  высокое звание культурного центра Западной Европы и законодателя художественных нововведений. По этому анализ искусства  эпохи Просвещения есть прежде всего  рассмотрением французского художественного  наследия – яркой, сложной и самобытной. В ней получили развитие все те процессы, которые характеризовали  вступление европейских стран в  новую эпоху.

  Основой на  котором позже всходят побеги Просвещения, было искусство рококо (франц. rococo, от rocaille – декор, мотив в виде черепашки), подчеркнут светский характер которого стал победоносным аргументом в борьбе с религиозным искусством. Более камерное и интимное, искреннее связанное с бытом человека, оно изменило барокко, совпало с чувством шаткости существования, тревоги за будущее, предсказанием тяжелых, грозных времен, желанием успеть взять все от жизни, которые охватили общество в первые десятилетия XVIII столетия.

  Последующая природа этого своеобразного  стиля проявилась в живописи Жана-Антуана  Ватто, Франсуа Буше, Жанна-Оноре  Фрагонара.

  В поисках идеала человека, который  отвечал бы новым реалиям эпохи, происходит активное обращение к  таким понятиям, как духовная природа, совершенство, красота. В одну концепцию  их объединил немецкий историк искусства  Винкельман, яркий представитель  эстетики Просвещения.

  Изменение акцентов происходит в трагедии. Содержание, только формально сориентированный на авторитет Буало и художественные образцы Корнеля и Расина, под  влиянием творчества Вольтера начинает разворачиватся не в идеализированном, а в реальном обществе, где составные  – реальные личности. Истинно новаторской  на кануне революции становится драма, которая делает своим героем простого человека, избавляя ее такой привычной  для всех немоты.

  В центре всех философских школ, систем, течений того времени находится, как правило, активно действующий  субъект, способный познавать и  изменять мир в соответствии со своим  разумом. Разум, как сущностная характеристика субъекта, выступает в рационализме как предпосылка и как наиболее яркое проявление всех других характеристик: свободы, самодеятельности, активности и т.д. Человек, как разумное существо, с точки зрения рационализма, призван  стать властелином мира, перестроить  общественные отношения на разумных основаниях.

  Однако, общая позиция представителей различных  философских школ, течений и направлений  эпохи Просвещения не исключала  различного решения ими как мировоззренческих  вопросов, так и конкретных проблем  теории познания. Поэтому при анализе  методологии рационализма наряду с  вычленением общих положений  необходимо акцентировать внимание и на различии учений.

  Весь  рационализм при построении философской  теории исходит из установки о  подобии и конечном совпадении результатов  человеческой деятельности. Мир предстает  в рационалистических системах законообразным, самоупорядоченным, самовоспроизводящимся.

  Но  в конкретной интерпретации устройства этого мира представители различных  мировоззренческих ориентаций обнаруживают различные подходы. Идеалистический  рационализм мистифицирует рациональный аспект взаимоотношения человека с  миром и стремится доказать, что  разумное, рациональное существует вне  и независимо от человеческой деятельности и ее объективации.

  Важную  роль в философии нового времени  играла идеология Просвещения, представленная в XVIII веке в Англии, прежде всего  Локком, во Франции – плеядой  материалистов: Вольтером, Дидро, Гольбахом  и другими, а в Германии – Гердером, Лессингом. Критика религии, теологии и традиционной метафизики составляла основной пафос просветителей, идейно подготовивших Французскую буржуазную революцию.

  Именно  проблемный анализ позволит подойти  к истории философии не как  к антикварному наследию, и не как  к музейному экспонату, а как  к живому и по сей день актуальному  богатству человеческой мысли, имеющему не переходящую ценность.

  Афоризмы  некоторых мыслителей.

  Жан Д`АЛАМБЕР (французский математик, философ)

  Истинное  равенство граждан состоит в  том, чтобы все они одинаково  были подчинены законам

  Истинно честный человек должен предпочитать себе семью, семье - отечество, отечеству  – человечество

  Одна  лишь посредственность не имеет врагов

  Роскошь есть преступление против человечества, пока хоть один человек общества нуждается

  Часто неясность происходит столько же от многословия, сколько и от излишней краткости

  Адам  СМИТ (шотландский  философ)

  Бестселлер - позолоченная гробница посредственного  дарования

  Всякий  расточитель - враг общества, всякий бережливый человек – благодетель

  Заблуждения, заключающие в себе некоторую  долю правды, самые опасны

  Чтобы научить людей любить справедливость, надо показать им результаты респраведливости

  Готхольд  ЛЕССИНГ (немецкий драматург)

  Весьма  полезно слово "почти", когда  желают что-нибудь сказать и вместе с этим ничего не сказать

  В некоторых случаях женщина намного  проницательнее сотни мужчин

  Высшая  похвала художнику - это когда  перед его произведением забываешь  о похвалах

  Горячая лошадь вместе со всадником может  сломать себе шею как раз на той тропинке, по которой осторожный осел идет не спотыкаясь

  Если  б люди всегда думали об исходе своих  предприятий, они бы ничего не предпринимали

  Любить  надо бескорыстно

  Люди  не всегда бывают тем, чем кажутся

  Мир житейский - это часы, гири которых - деньги, а маятник – женщина

  Не  может быть великим то. что не правдиво

  Ничто ненастоящее не может быть великим

  …Без  жестов самое кривое лицо маловыразительно

  Одна  женщина никогда не признает прелесть другой

  Ожидание  радости тоже есть радость

  Плохо, если царь орел средь падали, но ежель  он сам падаль среди орлов - пиши пропало!

  Природа намеревалась сделать женщину вершиной творения. но ошиблась глиной и выбрала  слишком мягкую