Россия на рубеже XIX – XX веков

Владивостокский гидрометеорологический техникум 
 

Заочное отделение

Экономика и бухгалтерский учет

Первый  курс 
 
 
 
 
 
 

Реферат по истории

 на  тему:

 Россия  на рубеже XIX – XX веков 
 
 
 
 
 

Студентки

Компанец  Екатерины Александровны 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

г. Владивосток

2004

  Оглавление 
 
 

Россия  на рубеже XIX – XX веков

Введение

  Духовное  состояние общества. Рубежи веков — грани условные. Но они позволяют людям острее почувствовать бег времени, движение жизни. В такие периоды у современников иногда усиливается чувство катастрофичности бытия. Старая дворянская Россия безнадежно ветшала. Древнее здание должно было рухнуть. Кому не повезет — тот погибнет под обломками, кому повезет — тот останется бездомным. Это многие предчувствовали. И это ощущение проникало во все стороны духовной жизни тогдашней России — от науки до религии.

  Люди  сохранившие простое и ясное, мировосприятие XIX века (прежде всего социалисты, а также крайние консерваторы) не понимали этого настроения катастрофичности, клеймили его как «декадентское» (упадочническое). Но, как ни странно, именно это настроение подтолкнуло новый взлет русской культуры в начале века. И еще один парадокс: в достижения культуры начала XX в. наименьший вклад внесли как раз те «оптимисты», которые бодро разоблачали «декадентов».

  Начало  XX в. — переломное время не только в политической и социально-экономической жизни России, но и в духовном состоянии общества. Индустриальная эпоха диктовала свои условия и нормы жизни, разрушающие традиционные ценности и представления людей. Агрессивный натиск производства приводил к нарушению гармонии между природой и человеком, к сглаживанию человеческой индивидуальности, к торжеству стандартизации всех сторон жизни. Это порождало растерянность, тревожное чувство надвигающейся катастрофы. Все выстраданные предшествующими поколениями представления о добре и зле, истине и лжи, прекрасном и безобразном казались теперь несостоятельными и требовали срочного и кардинального пересмотра.

  Процессы  переосмысления принципиальных проблем человечества затронули, в той или иной степени, и философию, и науку, и искусство. И хотя подобное положение было характерно не только для нашей страны, в России духовные искания проходили более болезненно, более пронзительно, нежели в странах западной цивилизации. Расцвет культуры в этот период был беспрецедентным. Он охватил все виды творческой деятельности, породил выдающиеся художественные произведения и научные открытия, новые направления творческого поиска, открыл плеяду блестящих имен, ставших гордостью не только русской, но и мировой культуры, науки и техники. Этот социокультурный феномен вошел в историю под названием Серебряного века русской культуры.

Серебряный век  русской культуры

Образование и наука

  Развитие  образования. Система начального образования в России складывалась из церковно-приходских, министерских и земских школ. Министерских школ по-прежнему было мало. Основное бремя расходов по развитию народного образования несли земства, городские думы, церковь и крестьянские общества. Государственные расходы на народное образование с 1900 по 1915 г. увеличились более чем в 5 раз. С начала века до первой мировой войны число учащихся в начальных школах выросло почти вдвое. Правительство имело намерение ввести всеобщее начальное образование. В 1908 г, такой закон был принят, но в связи с перевооружением и войной его осуществление затянулось. Охватить всех детей начальным образованием так и не удалось. Даже в Петербурге в 1911 г. чуть больше половины детей в возрасте 8—11 лет посещало школу. В Московской губернии, где земством в течение многих лет руководил Д. Н. Шипов, школу посещало 64% детей 8—11 лет. В Других губерниях положение было еще хуже.

  По  уровню грамотности Россия сильно отставала  от западных стран. В Англии и Италии всеобщее образование было введено в 70-х, во Франции - в начале 80-х гг.

  Продолжала  расширяться сеть средних учебных  заведений. В редком городе теперь не было гимназии, прогимназии или реального училища. Значительно расширилась сеть коммерческих училищ, в которых было введено совместное обучение юношей и девушек. В 1913 г. в 250 коммерческих училищах обучалось 55 тыс. человек, в том числе 10 тыс. девушек. Ходатайства об открытии средних учебных заведений подавали и некоторые крестьянские общества. Эти ходатайства не удовлетворялись, но все же в реальных училищах и гимназиях учились и крестьянские дети (как правило, из зажиточных семей). Среднее образование постепенно демократизировалось. Но проблема соотношения классического и реального направлений оставалась нерешенной.  

  Россия  остро нуждалась в специалистах высокой квалификации. Но развитие высшего образования сдерживалось тем, что Николай II с большим подозрением относился к университетам и вообще к высшей школе. Когда ему наскучило слушать сообщения о студенческих волнениях, он запретил открывать новые высшие учебные заведения в Петербурге и Москве. Это запрещение сохраняло силу в отношении государственных учебных заведений до конца его царствования.

  В 1906 г. правительство П. А. Столыпина  объявило о намерении открыть новый университет в Центральной России. Десять городов заявили ходатайства. Победу в конкурсе одержал Саратов, где и был открыт университет. В Перми было создано отделение Петроградского университета. В 1917 г., уже при Временном правительстве, был открыт Пермский университет.

  Столь же медленно расширялась сеть высших специальных учебных заведений: основаны были Донской политехнический институт в Новочеркасске и Воронежский сельскохозяйственный институт.

  Неспособность властей обеспечить потребности страны в высококлассных специалистах привела к тому, что дело высшего образования постепенно стало переходить в руки общественности и частных лиц. Большим событием в культурной жизни Москвы стало создание народного университета на средства, завещанные генералом А. Л. Шанявским. План создания вольного университета в Москве поддержал П. А. Столыпин. В 1908 г. в Московском городском народном университете им. А. Л. Шанявского начались занятия. Вскоре на Миусской площади для него было построено здание. В университет принимались все желающие, достигшие 16 лет, без предъявления какого-либо свидетельства о предыдущем образовании. Университет имел два отделения: на научно-популярном давалось общее среднее образование, на академическом — высшее. Университет располагал сильным преподавательским составом, в нем читали лекции крупнейшие ученые России. В нем преподавал выдающийся правовед С. А. Муромцев. В стенах этого университета стала группироваться наиболее демократическая часть студенчества, в основном выходцы из простого народа. Здесь учился Сергей Есенин. В 1912 г. в нем обучалось 3600 студентов.

  В последующие годы подобные университеты были открыты в Томске и Нижнем Новгороде. В неправительственных  учебных заведениях сосредоточилось почти все женское высшее образование, а в значительной части - и подготовка деятелей искусств (театральные и художественные училища, консерватории). К 1917 г. количество неправительственных учебных заведений почти сравнялось с государственными.

  Для обеспечения намеченной реформы начальной школы были открыты педагогические институты в Москве и Петербурге, а также более 30 высших женских курсов, положивших начало массовому доступу женщин к высшему образованию.

    К 1914 г. в России насчитывалось  около 100 высших учебных заведений, в которых обучалось примерно 130 тыс. человек. Но тем не менее уровень образования только 20% российского населения соответствовал общеевропейским нормам.

  Естественные  науки. В XIX в. наука считалась одной из основ общественного прогресса. Целое поколение молодых людей было воспитано на стойком оптимизме героев Жюля Верна, мужественных и находчивых, с помощью научных знаний умеющих выйти из самых трудных положений. Тем большее впечатление на современников произвели сообщения о «кризисе науки» на рубеже веков. Этот кризис затронул прежде всего физику и биологию.

  Ряд открытий и опытов в области физики оказалось невозможно объяснить  с точки зрения классической механики Ньютона. С другой стороны, становилась все более очевидна недостаточность эволюционной теории Дарвина, которая связывала биологическое развитие с приспособительными реакциями и не раскрывала внутренних процессов наследственности и изменчивости.

  Трудности, с которыми столкнулись физика и  биология, вышли далеко за пределы этих наук. Теории Ньютона и Дарвина имели огромное мировоззренческое значение. Самым тесным образом с ними были связаны философия, социология и теория искусства. Многим тогда показалось, что мир пошатнулся.

  В действительности пошатнулся не мир, а  механические представления о нем, свойственные XIX веку. Открывались Новые горизонты знаний. Усилиями многих выдающихся ученных разных стран «кризис науки» был преодолен. В 1916 г. А. Эйнштейн сформулировал основные положения теории относительности. Эта теория определила границы применимости классической механики, опровергнув представления о ее универсальности. Преодоление кризиса в биологии началось в 1900 г., когда вдруг вспомнили о работах Г. Менделя, написанных 30 лет тому назад и все это время «не востребованных» наукой. Открытия Менделя положили начало генетике и вывели биологию на новый уровень.

  Большой вклад в преодоление кризиса  мировой науки и в расширение ее горизонтов внесли русские ученые. Особенно значительны их успехи на «кризисных» участках — в физике и биологии. В арсенал мировой физической науки прочно вошли идеи и открытия П. Н. Лебедева и К. Э. Циолковского.

  Петр  Николаевич Лебедев (1866—1912), выходец  из купеческой семьи, стажировался в Берлине, в лаборатории Г. Гельмгольца. Вернувшись на родину, Лебедев преподавал в Московском университете, продолжая работу в области теории волн. Ему удалось определить общие закономерности для различных по своей природе волн (звуковых, гидравлических, электромагнитных). В дальнейшем Лебедев сосредоточился на проблемах физики света. Виртуозный экспериментатор, он подтвердил теорию Максвелла, сумев опытным путем обнаружить и измерить давление света на твердое тело. Его сообщение об этом на Международном конгрессе физиков в 1900 г. стало мировой сенсацией.

  В дальнейшем он успешно поставил еще более трудный опыт, измерив давление света на газы. Он создал первую в России физическую школу. Деятельность Лебедева в Московском университете продолжалась до 1911 г., когда в его стенах произошли драматические события. В ответ на студенческие волнения начались бесчинства полиции. В знак протеста против ее произвола университет покинули 130 лучших его профессоров, в том числе Лебедев. Он перешел в университет Шанявского и на частные средства создал там физическую лабораторию. Ему недолго удалось проработать в ней. Но его идеи и достижения «работают» и по сей день.

  Константин  Эдуардович Циолковский (1857—1935) с ранних лет должен был вести борьбу с  собственной судьбой. После перенесенной в детстве болезни он почти  оглох. Пришлось оставить школу. Но у  слабого здоровьем юноши были сильный дух и светлая голова. Он самостоятельно освоил курс средней школы, изучил физику и математику по курсу высшей школы и сдал экстерном экзамены на звание учителя.

  В 1880 г. он начал преподавать математику в Боровском уездном училище (Калужской губернии) и одновременно приступил к научным разработкам. В первой своей статье, опубликованной в 1892 г., Циолковский описывал проект дирижабля. К сожалению, средств достать не удалось, и дирижабль Циолковского остался в проекте. Так же, как и его самолет, в конструкцию которого были заложены все основные идеи, через 15—18 лет воплотившиеся в первых самолетах.

  Когда они поднялись в небо, Циолковского интересовали уже другие идеи. Переехав в Калугу, он вплотную занялся теорией движения реактивных аппаратов. Скромный гимназический учитель разрабатывал механику движения тел переменной массы, решал теоретические проблемы, связанные с созданием жидкостного ракетного двигателя, доказывал возможность достижения космических скоростей, высказывал мысль о создании околоземных космических станций. В 1903 г. была опубликована его статья «Исследование мировых пространств реактивными приборами». Это была первая веха, указавшая направление, в котором развивается современная космонавтика.

  До 1917 г. Циолковский опубликовал ряд статей по теории ракет и космических полетов. Однако его имя было известно лишь узкому кругу специалистов. Идеи Циолковского стали широко известны после того, как ими заинтересовался Я. И. Перельман, автор книги «Занимательная физика», вышедшей в 1913 г. и имевшей большой успех. В 1915 г. Перельман выпустил новую книгу, «Межпланетные путешествия», основанную на идеях Циолковского.

  Всероссийская известность, столь поздно пришедшая  к ученому, с годами перешагнула границы родины и переросла в мировую славу. В наши дни его имя знает каждый, кто интересуется космонавтикой. Именем Циолковского назван один из крупнейших кратеров на Луне. Этим засвидетельствовано признание его заслуг перед мировым сообществом.

  С именем Ивана Петровича Павлова (1849—1936) связаны крупнейшие достижения русских биологов. Выходец из семьи рязанского священника, он учился в духовной семинарии, затем поступил на юридический факультет Петербургского университета. Недолго там проучившись, он перешел на естественное отделение физико-математического факультета, где и нашел свое призвание. Три основные проблемы интересовали И. П. Павлова на протяжении его долголетней научной деятельности: физиология кровообращения, пищеварения и мозга. Опираясь на идеи И. М. Сеченова и последовательно решая эти проблемы, он перешел к изучению поведения целостного организма во взаимосвязи с окружающим миром. Именно Павлов ввел в науку термины «условный рефлекс», «безусловный рефлекс». Он же выделил в особую категорию рефлексы ориентации, цели и свободы, свойственные всему живому. Павлов создал учение о высшей нервной деятельности, об условных рефлексах. В 1904 г. ему была присуждена Нобелевская премия за исследования в области физиологии пищеварения. Работы Павлова значительно расширили человеческие познания в области физиологии, медицины, психологии, оказали влияние на развитие кибернетики.

  Климент Аркадьевич Тимирязев (1843—1920) принадлежал  к бунтарскому поколению «шестидесятников». В 1861 г. его исключили из Петербургского университета, и он заканчивал его вольнослушателем. И в дальнейшем, будучи уже маститым ученым, он всегда подчеркивал демократизм своих убеждений.

  Главные работы К. А. Тимирязева связаны с  проблемами фотосинтеза растений. Ученый установил, что усвоение растениями углерода из воздуха происходит за счет энергии солнечного света. При этом интенсивность фотосинтеза нарастает по мере увеличения освещенности, достигает стабильных величин и далее не меняется. Так было открыто явление светового насыщения фотосинтеза. Развивая далее свои идеи, Тимирязев показал значение фотосинтеза как первоисточника органического вещества и запасаемой энергии, без которых не может существовать ничто живое. Это было наглядным подтверждением единства и связи живой и неживой материи в процессе круговорота вещества и энергии в природе.

  Климент Аркадьевич умел писать ярко и доходчиво, так что даже неискушенный читатель мог заглянуть в сокровенные глубины науки. Популяризацию научных знаний он рассматривал как путь, на котором соединяются наука и демократия. Книга Тимирязева «Жизнь растения» выдержала десятки изданий на русском и других языках.

  Русская школа биологов имела высокий  международный авторитет. Неслучайно два ее представителя, И. П. Павлов и И. И. Мечников, в начале XX в. были удостоены Нобелевской премии. И. И. Мечников получил Нобелевскую премию в 1908 г. за труды по иммунологии и инфекционным заболеваниям.

  Ученик  Менделеева и Докучаева, Владимир Иванович Вернадский (1863—1945) работал на стыке  химии, биологии и геологии. Он был  одним из основоположников геохимии. Он же стоял у истоков биогеохимии. В рамках этой науки изучаются геохимические процессы, в которых участвуют организмы. Их совокупность ученый называл живым веществом, а все пространство вокруг земли, где взаимодействует живая и неживая природа, — биосферой. Вернадский отмечал, что человеческая цивилизация, по мере своего развития, все более активно воздействует на биогеохимические процессы. «С человеком, несомненно, появилась новая огромная геологическая сила на поверхности нашей планеты», — писал он. Область воздействия человека на природу Вернадский определял как «ноосферу» (сферу разума). Воздействие человека на природу не всегда разумно, и Вернадский, конечно, это понимал. Однако формирование и развитие «ноосферы» ученый связывал с ростом научных знаний, совершенствованием общественных отношений и все более сознательным, щадящим отношением к природе.

  В. И. Вернадский был активным общественным деятелем. В 1904 г. он участвовал в земском съезде, позднее избирался в Государственный совет от университетов и Академии наук, состоял членом ЦК кадетской партии. После 1917 г. он отошел от политики, целиком посвятив себя науке и воспитанию научной молодежи. Одним из первых его учеников был А. Е. Ферсман, чьи исследования по минералогии и геохимии прочно вошли в науку еще в начале XX вв.

  Ряд выдающихся открытий в теории и практике самолетостроения сделал Н. Е. Жуковский. Учеником и соратником Жуковского был  выдающийся механик и математик С. А. Чаплыгин.

  Гуманитарные  науки. Историческая наука в этот период переходила к изучению глубинных социально-экономических процессов, решала все более сложные задачи. Алексей Александрович Шахматов (1864—1920), проделав кропотливые разыскания и текстологические анализы, показал полную картину русского летописания с XI по XVI вв.

  В начале XX в. вышли из печати первые книги Евгения Викторовича Тарле (1875—1955). Разносторонний исследователь, большой знаток зарубежных и русских архивов, он писал работы по истории Англии, Франции, Венгрии, России. В начале творческого пути его больше привлекала социально-экономическая проблематика. Но уже тогда выявилось его уменье давать яркие, запоминающиеся портреты исторических деятелей.

  Русская историческая школа в начале XX века завоевала мировое признание. Широкую известность не только в России, но и в международных научных кругах приобрели исследования. О. Ключевский, С. Ф. Платонов, П. Н. Милюков детально, на основе огромного круга источников дали свое видение русской истории. Над проблемами всеобщей истории работал Н. И. Кареев, а также востоковеды В. В. Струве и С. Ф. Ольденбург.

  В начале XX веке в России появилось множество научно-технических обществ: географических, ботанических, астрономических и др. объединяющих ученых, практиков, любителей-энтузиастов. Эти общества не только были центрами научно-исследовательской работы, но и широко пропагандировали научно-технические знания среди населения. Они объединяли не только научную элиту, но и всех самоотверженных любителей, готовых бескорыстно служить науке. Наиболее известными были Императорские Русское техническое, Географическое, Историческое, Археологическое и другие общества.

  Русская наука начала XX в. была богата талантами. Она перестала быть уделом одиночек. При университетах и в системе Академии наук складывалась сеть научных центров. Вокруг крупных ученых, таких, как Лебедев, Вернадский, Павлов, группировались значительные научные силы, нацеленные на решение самых важных для науки проблем. В целом же русские ученые внесли существенный вклад в преодоление «кризиса науки» на рубеже веков.

В ледяном безмолвии  Арктики

  В поисках Земли  Санникова. В начале XX века в центре внимания русских географов и путешественников оказалась Арктика. В те времена это была самая малоисследованная часть северного полушария Земли. Изучение и освоение Арктики имело для России особое значение. «Если сравнить Россию со зданием, — говорил адмирал С. О. Макаров, — нельзя не признать, что фасад его выходит на Северный Ледовитый океан. Если бы Ледовитый океан был открыт для плавания, то это дало бы весьма важные выгоды».

  К началу XX века на картах были уже обозначены почти все острова, прилегающие к арктическому побережью России. Но дальше на север океан еще не был изучен. В 1811 г. охотник Яков Санников побывал на Новосибирских островах. К северу от них, в ясную погоду, он разглядел неведомую землю. До нее было около 45 верст. Широкая полынья не позволила преодолеть это расстояние. С тех пор призрак Земли Санникова тревожил не одно поколение полярных исследователей.

  В ее существовании был убежден  мужественный и отважный Эдуард Васильевич Толль (1858—1902). В 1886 г. с одного из Новосибирских островов он рассматривал ее очертания на далеком горизонте. Толль полагал, что Земля Санникова — это целый архипелаг.

  В 1900 г. Академия наук организовала Русскую полярную экспедицию на судне «Заря». Руководил ею Толль. Экспедиция должна была исследовать Новосибирские острова, найти Землю Санникова и пройти Северным морским путем в Тихий океан. Ледовая обстановка в Арктике в тот год оказалась тяжелой. «Заря» неоднократно попадала в ледяные ловушки. В сентябре ей пришлось стать на зимовку у входа в море Лаптевых. Толль совершил путешествие в глубь таймырской тундры для геологических исследований. Даже у бывалого полярника осталось мрачное впечатление от этой «безотрадной пустыни, наводящей ужас своей безжизненностью». Только в августе 1901 г. «Заря» освободилась из ледового плена, а в сентябре она подошла к Новосибирским островам. Тяжелые льды преградили путь к острову Беннетта — самому северному в архипелаге. У берегов острова Котельного «Заря» стала на новую зимовку.

  В мае 1902 г., когда судно еще сковывал лед, Толль с тремя спутниками отправился на остров Беннетта. Он предполагал обследовать этот остров, а затем начать поиски неведомой земли. «Заря», освободившись от льда, должна была подойти к острову Беннетта.

  «Заря»  смогла покинуть стоянку только в  августе. Путь к острову Беннетта был забит льдом. Все попытки  найти проход оказались тщетными. Угля оставалось мало, и «Заря», едва не попав в ледовую ловушку, повернула к бухте Тикси. Здесь путешественники пересели на другой пароход и по Лене добрались до Якутска. «Заря», оставленная экипажем, была выброшена на берег. Ее остов был виден еще в 30-е годы.

  Вопрос  о судьбе Толля и его спутников  бурно обсуждался на заседании Академии наук. На их поиски было отправлено две экспедиции. Одна из них, под руководством лейтенанта Александра Васильевича Колчака, в 1903 г. добралась до острова Беннетта. Едва ступив на него, члены экспедиции обнаружили стоянку Толля и его записку, обращенную к спасателям. «С приездом поздравляем», — писал Толль. Далее по всему маршруту Толля спасателей вели его записки. Последняя была найдена у южного побережья. Это был краткий доклад о животном мире и геологическом строении острова. Здесь же нашли подробную карту и коллекцию минералов. Толль сообщал, что он отправляется на юг, по покрытому льдом морю. Записка была датирована 26 октября 1902 г. Очевидно, во время перехода по морю в условиях полярной ночи Толль и его спутники погибли.

  Несмотря  на трагический финал, Русская полярная экспедиция 1900—1902 гг. собрала ценный научный материал. В течение ряда лет Академия наук публиковала ее отчеты, наблюдения и описания. «Земля Санникова» так и не была обнаружена. Позднее ученые пришли к выводу, что она состояла из ископаемого льда и была размыта океаном. Так и не дождавшись своего первооткрывателя, «Земля Санникова» скрылась под водой.

  «Ермак» борется со льдами. С 60-х годов XIX в. в портовых гаванях многих стран появились маленькие ледокольные пароходы. В зимнее время они выполняли роль своеобразных дворников, расчищавших ото льда акваторию гавани. Адмирал С. О. Макаров первым пришел к мысли об использовании ледоколов для арктических плаваний. Мощный ледокол, считал он, может пробиться далеко на север, вплоть до полюса.

  По  ходатайству Макарова правительство  отпустило средства, необходимые  для постройки первого такого ледокола. Он был построен в Англии и получил название «Ермак».

  Первые  испытания «Ермака» во льдах около  Шпицбергена показали, что планы похода к Северному полюсу «напролом» надо пока оставить. Ледокол получил пробоину и срочно отправился в ремонт. Макаров считал, что после доделки «Ермак» сможет действовать более успешно.

  Руководитель  Русского географического общества П. П. Семенов-Тянь-Шанский скептически относился к плану арктической экспедиции на «Ермаке». Возражало и морское ведомство. Однако министр финансов С. Ю. Витте поддержал Макарова. В 1901 г. адмирал отправился в экспедицию на «Ермаке», предполагая исследовать северо-западную часть Новой Земли, обогнуть мыс Желания и дойти до острова Диксона.

  В Баренцевом море сложилась неблагоприятная  обстановка. Западные ветры нагнали лед к Новой Земле. «Ермак» попал в ледяную ловушку, из которой смог выбраться только через месяц. Мыса Желания (северной оконечности Новой Земли) достичь не удалось. Изменив маршрут, ледокол дошел до Земли Франца-Иосифа, где участники экспедиции провели океанографические работы.  

  Плавание  «Ермака» усилило позиции скептиков. Макаров же стоял на своем, доказывая, что будущее за ледоколами. В спор включился Д. И. Менделеев. Он предлагал переоборудовать «Ермак» на нефтяное топливо и использовать его для прокладки Северного морского пути. Менделеев готов был сам возглавить такую экспедицию. «Завоевав себе научное имя, — писал он, — на старости лет я не страшусь его посрамить, пускаясь в страны Северного полюса».