Россия в начале ХIX века: выбор пути общественного развития

СОДЕРЖАНИЕ

ВВЕДЕНИЕ……………………………………………………………………3

1  Административные преобразования 1801-1807 гг. Социальная

   политика самодержавия. Александр I и его окружение……………………...6

2 Правительственная идеология (М.М.Сперанский,

   Н.М.Карамзин, С.С.Уваров, Н.М.Катков)

2.1  Проекты государственных преобразований М.М. Сперанского………...16

2.2 Охранительная идеология. Политико-правовые идеи Н.М. Карамзина…27

2.3 Великая триада Уварова……………………………………………………32

2.4 Политико-правовые идеи М.Н. Каткова…………………………………..36

ЗАКЛЮЧЕНИЕ……………………………………………………………...39

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННЫХ ИСТОЧНИКОВ……………………....42

ВВЕДЕНИЕ

Первая четверть XIX в. - наиболее сложный, насыщенный противоречиями и своеобразным драматизмом период в истории императорской России. Общую характеристику этого периода можно было бы озаглавить: «Россия на распутье» - между самодержавно-крепостническим строем русской государственности и русских общественных отношений и поисками новых форм социально-политической организации страны. В центре интереса к этой эпохе стоит у историков личность императора Александра I, независимо от того, преувеличивают ли они роль личности властителя в судьбах страны или ставят ее в надлежащие рамки как создание условий данного времени, как индивидуальную призму, сквозь которую можно просмотреть скрещение, в определенном, конечно, преломлении, тех или иных основных жизненных тенденций данной эпохи.

Преобразованиям Александра I и в настоящее время уделяется огромное значение. Многочисленными авторами пишутся статьи о его деятельности, изучается то колоссальное влияние проведенных преобразований на социально-экономическое развитие страны в целом. То, что люди спустя столько лет не только помнят, но и анализируют, пытаются сопоставить сдвиги прошлых лет с ситуацией на сегодняшний день, заслуживает уважение и подтверждает то, что Александр I по праву занимает столь высокое место в истории России.

Проблемам преобразований во внутренней политике России начала ХIХ в. посвящено немало трудов. Первый опыт освещения этих проблем относится ко 2 - й половине ХIХ века, когда военный историк генерал М.И. Богданович выпустил в свет 6 - ти томную историю Александра I. М.И. Богданович принадлежит к числу тех дворянских историков, для которых личность царя была главным двигателем исторического процесса, а история России - историей того или иного самодержца. В представлении М.И. Богдановича Александр I хотел водворить в стране «государство справедливости и общего спокойствия».

Будучи свидетелем «злоупотреблений администрации» своей бабки, а потом и отца, царь проникся идеалами законности; ненавидя деспотизм, он стремился «навсегда охранить от престола права всех и каждого».             

Объективная ценность книги М.И. Богдановича состоит в богатом фактографическом материале, который она содержит.

В 1897 году историк охранительного направления генерал Н. К. Шильдер выпустил в свет четырёхтомную биографию Александра I. Историк разделял мнение М. И. Богдановича о стремлении Александра к законности как главном мотиве его преобразовательной деятельности. Идеал Шильдера - это гуманный и либеральный царь. И. М. Богданович и Н. К. Шильдер не писали об Александре I как о выразителе естественной потребности конституционного преобразования России. Составив подробнейший очерк первых правительственных мероприятий начала ХIХ века, Н. К. Шильдер заключил, что Александр «представлял собой явление, необычное в русской истории».

Из трудов советского времени наиболее интересными по истории реформирования в 1 - й половине ХIХ века для нас явились монографии А. В. Предтеченского «Очерки общественно - политической истории России в первой четверти ХIХ века» и М. М. Сафонова «Проблемы реформ в правительственной политике России на рубеже ХVIII и ХIХ вв.».

А. В. Предтеченский дал политике Александра I классовую оценку и рассматривал её как попытку в условиях разложения феодально-политической системы защитить интересы господствующего класса крепостников - помещиков от буржуазной революции.

В монографии М.М. Сафонова показано, как в результате острой внутриполитической борьбы широко задуманная программа социально - политических реформ свелась к преобразованиям государственного устройства, которые способствовали дальнейшему царствованию самодержавия. Такой подход к оценке реформ Александра I представляется нам наиболее приемлемым.

В наше время реформы Александра I исследуются в работах А. Н. Архангельского «Александр I”, А. Валлотона «Александр I” и др.

Таким образом, в данной контрольной работе будут освещены попытки реформ в первой половине XIX века, которые послужили  в некотором смысле базой для эпохи Великих реформ Александра II.

Помимо описания основных вех правления Александра I  в работе будут рассмотрены правительственные идеологии XIXв.

1 Административные преобразования 1801-1807 гг. Социальная политика самодержавия. Александр I и его окружение

Вступление на престол Александра I было встречено столичным обществом как праздник. И хотя все понимали подоплеку "скоропостижной смерти" Павла I, новое царствование было встречено надеждами на возвращение екатерининского политического курса, достоинства которого оттенило павловское царствование. Действительно, Екатерина II сделала все, чтобы ее "политическое послание" в виде ее любимого внука и наследника престола стало политической действительностью. Ею было вдохновлено то оживление начала нового века, которое А.С. Пушкин назовет "дней Александровых прекрасное начало". Обратим внимание и на то, что В.О. Ключевский особо подчеркивал значение мировоззренческих начал в российском государственном правлении[1].

Александр вступил на престол в 23-летнем возрасте, но уже со сложившимися взглядами и намерениями. В изданном 12 марта 1801 г. Манифесте он объявил, что будет управлять "Богом врученным" ему народом "по законам и по сердцу в Бозе почивающей августейшей бабки нашей императрицы Екатерины Великия", тем самым подчеркнув свою приверженность политическому курсу Екатерины II, особенно много сделавшей для расширения дворянских привилегий. Он начал с того, что восстановил отмененные Павлом I Жалованные грамоты 1785 г. дворянству и городам; дворянские выборные корпоративные органы - уездные и губернские собрания дворян, освободил дворян и духовенство от телесных наказаний, введенных Павлом. 2 апреля была упразднена наводившая ужас Тайная экспедиция и освобождены содержавшиеся в Петропавловской крепости ее узники. Были возвращены из ссылки до 12 тыс. опальных или репрессированных Павлом чиновников и военных, объявлена амнистия всем бежавшим за границу от павловских репрессий. Были отменены и другие раздражавшие дворянство павловские указы, вроде запрета носить круглые французские шляпы, выписывать иностранные газеты и журналы, выезжать за границу. В городах исчезли виселицы, к коим прибивали доски с именами опальных. Владельцам частных типографий было разрешено свободно печатать книги и периодические издания.

Пока это еще не были реформы, а лишь отмена наиболее тиранических распоряжений Павла I, вызывавших всеобщее недовольство, но эти действия нового царя оказали огромное влияние на умы современников и породили надежды на дальнейшие перемены. От Александра ждали "нового правления", где "на место произвола и насилия явились бы наконец законы и справедливость". В серьезность реформаторских намерений Александра верили не только в России, но и за ее пределами.

Несмотря на то, что Александр I подчеркивал преемственность между своим царствованием и царствованием Екатерины II, однако его правление не было ни возвратом к "золотому веку" Екатерины II, ни полным отказом от политики, проводимой Павлом, направленной на усиление самодержавной власти царя. Демонстративно подчеркивая свое отрицание характера и методов павловского правления, он все же воспринял немало черт его царствования, причем в главной его направленности - к дальнейшей бюрократизации и централизации управления как меры укрепления самодержавной власти монарха. В нем глубоко укоренились и такие "гатчинские привычки", как приверженность к воинской муштре, любовь к парадам.

Однако Александр I не мог не считаться с новым "духом времени", в первую очередь с влиянием французской революции на умы. В новых условиях он стремился, не меняя основного направления политики Екатерины II и Павла I на укрепление абсолютизма, найти такие способы разрешения назревших политических проблем, которые соответствовали бы духу времени. Уже в самом начале своего царствования Александр I торжественно провозгласил, что отныне в основе его политики будет не личная воля монарха, а строгое соблюдение законов. При каждом удобном случае Александр I любил говорить о приоритете законности, о своем стремлении "привнести ясность и порядок" в систему управления и поставить отношения между властью и подданными на "законную основу". Населению были обещаны правовые гарантии от произвола. Все эти заявления Александра имели большой общественный резонанс, ибо они отвечали главной идее представителей всех направлений общественной мысли того времени.

В первые годы царствования перед Александром I стояли, таким образом, задачи не только устранения последствий тирании Павла I, но и усовершенствования государственного строя в новой исторической обстановке, когда вообще всем европейским монархам приходилось считаться с ростом прогрессивных сил, проводить гибкую политику либеральных обещаний, отдельных уступок и даже преобразований.

Для проведения этого курса Александру I нужны были энергичные и деятельные советники. Естественно, он не хотел искать их среди убийц своего отца, которые многое знали и на многое претендовали. Поэтому после событий 12 марта 1801 г. участники заговора один за другим были удалены от двора. Не желал новый царь слушать и нравоучения престарелых екатерининских вельмож, также на многое претендовавших. Он приблизил к себе друзей юности - представителей молодого поколения родовитой дворянской знати: П. А. Строганова ("первого якобинца" и поклонника Бонапарта), его двоюродного брата Н. Н. Новосильцева (старшего из всех, отличавшегося энциклопедической образованностью), молодого графа В. П. Кочубея (который хотя и "не блистал талантами", но был полезен "чиновничьей изощренностью") и А. А. Чарторыйского (бескорыстного, честного, мечтавшего о восстановлении независимости Польши, приходившегося двоюродным братом последнему польскому королю А. Понятовскому). Эти люди и составили летом 1801 г. так называемый Негласный комитет (его называли также "Интимным комитетом"). Он не имел официального статуса государственного учреждения, но в первые годы царствования Александр I оказывал большое влияние на его политику и определил в основных чертах программу преобразований.

Этот "дружеский" кружок сложился еще в царствование Павла I, когда его члены собирались тайно, опасаясь павловских репрессий, говорили о необходимости устранения деспотизма в России, отмене "рабства" крестьян, о предпочтительности республики. Так начало формироваться ядро будущих реформаторов начала XIX столетия[2].

Но с воцарением Александра I тон разговоров переменился. Члены Негласного комитета, хотя и понимали необходимость преобразований, строили планы реформы государственного аппарата, говорили о необходимости издания Жалованной грамоты народу, однако исходили из незыблемости основ абсолютизма. Хотя Комитет был "негласным", но о нем знали и говорили многие. Впрочем, и сам Александр I не делал из него тайны. Сановная екатерининская оппозиция окрестила Комитет "якобинской шайкой". С июня 1801 г. по май 1802 г. было проведено 35 заседаний Комитета. Признавалось необходимым "прежде всего узнать действительное положение дел, затем реформировать различные части администрации и, наконец, обеспечить государственные учреждения конституцией, основанной на истинном духе народа". Но изучение состояния дел в государстве свелось к собиранию сведений о функционировании высшего государственного аппарата и выявлению его недостатков. Учреждение конституции путем издания "Жалованной грамоты российскому народу" никоим образом не должно было ограничить самодержавной власти царя. Обсуждались также вопросы о повышении обороноспособности страны, об основных направлениях ее внешней политики, о правах Сената, а также и крестьянский вопрос в плане постепенной ликвидации крепостного права. В 1803 г. Негласный комитет, проведя всего 4 заседания, был закрыт. Александр I уже прочнее чувствовал себя на троне; программу намеченных Комитетом мер в дальнейшем проводил уже сам, не нуждаясь в советниках.

Задуманную в первые годы царствования Александра I программу либеральных преобразований не удалось выполнить полностью, да и эти преобразования, особенно в социальной сфере, носили непоследовательный и противоречивый характер. Так, намерение обнародовать в день коронации царя осенью 1801 г. "Жалованную грамоту российскому народу" было отложено, в крестьянском вопросе все дело свелось к ряду частных мер. Во время коронации Александр торжественно заявил, что отныне прекращается раздача казенных крестьян в частные руки. Изданный 20 февраля 1803 г. указ о вольных хлебопашцах предусматривал освобождение крепостных крестьян с землей за выкуп, целыми селениями или отдельными семействами, по обоюдной договоренности их с помещиком. Ничтожные практические результаты указа видны из того, что до конца царствования Александра I отпущено на основании указа 47 тыс. д. м. п. (0,5% ко всему крепостному населению). За все же время действия указа (до 1858 г.) выкупилось всего 152 тыс. д. м. п. (или 1,5%).

Был принят ряд мер по ограничению произвола помещиков. Так, указы 1808 - 1809 гг. запрещали продавать крестьян на ярмарках, давать объявления в газетах о продаже дворовых, отменялось право помещиков ссылать по своей прихоти крепостных в Сибирь, подтверждалось правило: если крестьянин единожды получил свободу, то он не мог быть вновь "укреплен" за помещиком, а крестьянам, незаконно записанным во владение помещика, предоставлялось право возбуждать иск о предоставлении свободы.

Уступкой новым экономическим процессам явилось издание в 1801 г. указа о покупке земли недворянами - купцами, мещанами, государственными крестьянами. Помещичьи и удельные крестьяне такое право получили в 1848 г. Тем самым нарушалась, хотя и незначительно, монополия дворян на земельную собственность. Практика показала, что до отмены крепостного права дворяне продали лицам других сословий менее 3% своей земли.

В 1803 г. было издано новое положение об устройстве учебных заведений. В основу системы образования были положены принципы бессословности учебных заведений, бесплатности обучения на низших его ступенях, преемственности учебных программ. Все учебные заведения подразделялись на 4 ступени: одноклассные приходские училища, уездные училища с трехклассным обучением, гимназии и университеты. Всей системой образования ведало Главное управление училищ (позднее Министерство народного просвещения). Было образовано 6 учебных округов, возглавляемых попечителями. Однако попечителям принадлежал лишь общий надзор за учебными заведениями во вверенных им округах. Всеми делами в учебном округе ведал университет через посредство своего ученого совета. Университетский устав 1804 г. предоставлял университетам значительную автономию: выборность ректора и профессуры, собственный суд, право университетов назначать учителей в гимназии и училища своего учебного округа.

В 1804 г. был издан "Устав о цензуре", в котором говорилось, что цензура вводится "не для стеснения свободы мыслить и писать, а единственно для принятия пристойных мер против злоупотребления оною". Цензорам рекомендовалось руководствоваться "благоразумным снисхождением для сочинителя и не быть придирчивым", толковать места, имеющие двоякий смысл, "выгоднейшим для сочинителя образом, нежели его преследовать". Сами цензурные комитеты учреждались при университетах и состояли из профессоров по представительству попечителей учебных округов. Авторы и издатели получали право обжаловать их действия в Главном управлении училищ.

В первое десятилетие царствования Александра I был проведен ряд административных преобразований. В 1801 г. учрежден Непременный (постоянный) совет - совещательный орган при императоре. Высших сановников в Совет назначал сам император. Сенат, значение которого сильно упало при Павле I, был восстановлен в ранге высшего судебно-административного органа и "хранителя законов". Он стал верховным органом в империи, сосредоточившим в себе высшую административную, судебную и контролирующую власть. Ему предоставлялось право "делать представления" (т. е. возражения) по поводу издаваемых указов, если они противоречили другим законам. Однако первая же попытка Сената возразить против указа 1803 г. об обязательной 12-летней службе дворян, не достигших офицерского чина, что противоречило "Жалованной грамоте дворянству" 1785 г., вызвала резкое недовольство Александра I, и Сенат получил "разъяснение", что он может делать "представления" только по поводу ранее изданных законов, а не будущих.

В 1802 - 1811 гг. была проведена министерская реформа. Манифестом 8 сентября 1802 г. учреждалось восемь министерств: военно-сухопутных сил, морских сил, финансов, коммерции, народного просвещения, внутренних дел, юстиции и иностранных дел (до 1832 г. оно именовалось еще коллегией). Коллегии были заменены новой формой исполнительной власти, где дела по каждому ведомству решались единолично министром, ответственным только перед императором. Учреждение министерств знаменовало собой дальнейшую бюрократизацию управления и усовершенствование центрального аппарата. Каждый министр имел заместителя (товарища министра) и канцелярию. Министерства подразделялись на департаменты во главе с директорами, департаменты - на отделения во главе с начальниками отделений, а отделения - на столы во главе со столоначальниками. Для совместного обсуждения дел учреждался Комитет министров. Первыми министрами и товарищами министров были назначены как представители старой екатерининской знати (Г. Р. Державин, Н. С. Мордвинов, П. В. Завадовский), так и "молодые друзья" Александра I (Новосильцев, Воронцов, Кочубей, Строганов, Чарторыйский), чем преследовалась цель противопоставить новую знать старой.

Первоначально структура и функции министерств еще не были четко определены. Их подробно разработал М. М. Сперанский в подготовленном им "Общем учреждении министерств", утвержденном императором 25 июня 1811 г. и явившемся завершением министерской реформы. Число министерств увеличивалось до 12. Появились Министерство полиции и приравненные к министерствам главные управления - духовных дел и разных исповеданий, ревизий государственных счетов, путей сообщения во главе с главноуправляющими этих трех ведомств. Упразднялось Министерство коммерции, его функции передавались Департаменту мануфактур и торговли Министерства финансов. Все министры входили в состав Сената. Закон 1811 г. четко разграничивал круг вопросов, которыми ведало каждое министерство, устанавливал единые принципы организации структуры министерств и общий порядок прохождения в них дел, отношения министерств с другими ведомствами, органами государственного управления.

Александр I надеялся с введением министерской системы центрального управления навести порядок и укрепить государство. Но решительной победы со злоупотреблениями достигнуто не было. В новых министерствах поселились старые пороки. Разрастаясь, они поднимались до верхних этажей государственной власти. Александру были известны сенаторы, бравшие взятки. Желание изобличить их боролось в нём с опасением уронить престиж Сената. Становилось, очевидно, что одними перестановками в бюрократической машине нельзя решить задачу создания такой системы государственной власти, которая активно содействовала бы развитию производительных сил страны, а не пожирала её ресурсы. Требовался принципиально новый подход к решению задачи.

Разочарование в ближайшем окружении заставило его искать опору в людях, лично ему преданных и не связанных с сановной аристократией. Он приближает к себе сначала А. А. Аракчеева, а позднее М. Б. Барклая де Толли, ставшего в 1810 военным министром, и М. М. Сперанского (1772 - 1839), которому Александр поручил разработку нового проекта государственной реформы.

Итак, первые манифесты Александра I свидетельствовали о новой политике. Они провозглашали стремление править по законам Екатерины II, снять ограничения на торговлю с Англией, объявление амнистии и восстановление в должностях лиц, репрессированных при Павле I.

Серьезной реформой была реорганизация высших и центральных органов государственной власти. В стране учреждались министерства: военно-сухопутных сил, финансов, коммерции и народного просвещения, Государственное казначейство и Комитет министров, которые получили единую структуру и строились на принципе единоначалия.

Либеральный дух реформ в большей степени был отражен в деятельности министерства народного просвещения. Была принята новая система образования: приходские школы, уездные училища, гимназии, университеты — с установлением преемственности этих ступеней. Открывались новые гимназии и уездные училища.

2 Правительственная идеология (М.М.Сперанский, Н.М.Карамзин, С.С.Уваров, Н.М.Катков)

2.1 Проекты государственных преобразований М.М. Сперанского

По заданию Александра I Сперанский подготовил ряд проектов усовершенствования государственного строя империи, по существу, проектов российской конституции. Часть проектов написана в 1802–1804 гг.; в 1809 г. подготовлены обширные “Введение к уложению государственных законов”, “Проект уложения государственных законов Российской империи” и связанные с ними записки и проекты.

Проекты Сперанского опираются на глубокое теоретическое обоснование.

В его записках и проектах (1802–1803 гг.) подчеркивается, что любое государство основано на общей воле народа и передаче им правительству известного количества сил. Из физических сил народа составляется войско, из народных богатств – деньги, из уважения – почести. Если правительство распорядится этими силами неправильно, то чрезмерное войско создаст лишь минутный признак вооружения, но обессилит и расслабит государство, выпуск денег в большем количестве, чем позволяет народный труд, создаст мнимую монету (т.е. породит, инфляцию), обильное расточение почестей – неуважаемые чины и ложные отличия. “Таким образом, могут быть в государстве войска без силы, деньги без богатства и почести без уважения”.

Целью любого государства, отмечал Сперанский, является обеспечение безопасности личности, собственности и чести каждого. Поначалу существовали лишь деспотические правительства, воле и усмотрению которых народ предоставил правила достижения этой цели. Затем предпринимались попытки народа принять коренные законы, ставящие пределы самодержавной воле. Собрание этих коренных законов называется “конституция”. Однако конституция останется пустой теорией, если у законодательной власти не будет сил заставить исполнительную власть подчиняться конституции. Суть дела в том, полагал Сперанский, что любое правительство стремится к самовластию и для достижения этой цели ослабляет народ, делит его на борющиеся между собой классы по принципу “разделяй и властвуй”. В этих условиях тщетно писать конституции, не обеспечив их выполнение действительной государственной силой.

Сперанский различает “внешний образ правления” (постановления, грамоты, учреждения, уставы об устройстве государства) и “внутренний образ правления”, который определяется им как “расположение государственных сил”.

Главное, по его мнению, в том, ограничено ли самовластие правительства или, наоборот, правительство является деспотическим. “Сила правительства ограничивается равновесием сил народных. В сем состоит внутренний образ правления”

Действительная конституция страны существует не на бумаге (“внешний образ правления”), а в реальном (“вещественном”) распределении сил государства на все состояния народа, подчеркивал он.

Исходя из изложенного, Сперанский дает очень резкую характеристику современному ему общественному и государственному строю России. Этот строй основан на зависимости крестьян от помещиков, а дворян – от государя. “Я нахожу в России два состояния: рабы государевы и рабы помещичьи. Первые называются свободными только в отношении ко вторым, действительно же свободных людей в России нет, кроме нищих и философов”.

Разделение на дворян и рабов (их интересы противоположны) оставляет на стороне правительства всю неограниченность действия; поэтому, писал Сперанский, сколько бы грамот и положений ни было принято, сколько сенатов или парламентов ни было бы учреждено – “государство сие есть деспотическое”. Со времен Петра было произведено так много различных преобразований, что “внешний образ правления” вообще не имеет определенного вида и ощутимо противоречит внутреннему: “Ни в каком государстве политические слова не противоречат столько вещам, как в России”.

Из радикальных теоретических посылок Сперанский делал относительно умеренные практические выводы. Он пишет о трудности основания “монархического правления” в стране, где половина населения находится в рабстве, а это рабство связано и с политическим устройством, и с воинской системой страны.

В России много земель и малочислен народ – быстрое освобождение крестьян может побудить их “обратиться к некоторому роду кочевой жизни”, что пагубно и для них, и для государственной экономики. Поэтому отмену крепостничества Сперанский предлагал провести в две эпохи. В первую эпоху намечалось определить законом крестьянские повинности, урегулировать отношения крестьян и помещиков так, что крестьяне “из личной крепости помещиков перейдут в крепость земле”. “Во второй эпохе, которая, конечно, не может быть близка и должна быть приготовлена многими частными распоряжениями, возвратится крестьянам и древнее их право свободного перехода от одного помещика к другому...”

Ссылаясь на то, что никакое европейское государство, в связи с другими стоящее, не может долгое время быть деспотическим, Сперанский ставил задачу установления российского престола “на твердых столпах закона и всеобщего порядка”.

В проектах 1802–1803 гг. Сперанский предлагал для охраны законов создать в России “высший малочисленный класс истинного монархического дворянства”, который был бы независим от монарха. Поначалу в этот класс следовало зачислить служилых дворян первых двух, трех или четырех классов Табели о рангах (т.е. статский и военный генералитет), затем этот класс будет пополняться на началах права первородства (наследование всего имения старшим сыном). Этот класс станет блюстителем основных законов страны, посредником между престолом и народом.

Гарантией незыблемости законов в монархическом государстве Сперанский называл также свободу печати, гласность государственных дел и силу общественного мнения.

Впоследствии Сперанский отказался от плана создания в России малочисленного класса родовитой знати, соответствующего не столько идеям Монтескье о роли дворянства в монархии, сколько честолюбивым помыслам екатерининских вельмож в кругах, близких к императору. Очень резко и неоднократно Сперанский порицал вредное и опасное для государства феодальное право первородства (майорат).

Гораздо радикальнее записки и проекты Сперанского 1809 г. В них много ссылок на примеры истории, на политическую практику Англии, Франции и других европейских стран, а также “Соединенных Американских областей” (т.е. США).

“Все политические превращения, в Европе бывшие, – писал Сперанский, – представляют нам непрерывную, так сказать, борьбу системы республик с системою феодальною. По мере того как государства просвещались, первая приходила в силу, а вторая – в изнеможение”.

Республикой Сперанский называл государство, где государственная власть ограничена законом, в составлении которого принимают участие граждане. Таковы греческие и Римская республики.

Феодальная система, отмечал он, “основана была на власти самодержавной, ограничиваемой не законом, но вещественным, или, так сказать, материальным ее разделением”. Эта система образовалась на Севере и оттуда распространилась по всей Европе.

Третья система правления, которую Сперанский называл деспотической, не допускающей ни меры, ни границ власти, утверждалась на Востоке.

С течением времени первая феодальная система в Европе (период феодальной раздробленности), разъяснял он, переросла во вторую феодальную систему, “которую можно назвать феодальным самодержавием”, где государственная власть не ограничена и еще не существует ни политической, ни гражданской свободы. Вторая феодальная система (феодальное самодержавие) сложилась в результате создания регулярных войск и упорядочения государственных сборов; на Западе этому способствовали крестовые походы, в России – “походы татарские”.