Следственные действия

С гносеологической точки  зрения, следственный осмотр - момент процесса познания следователем объективной истины по делу. Как всякий познавательный процесс, он осуществляется путем применения комплекса познавательных методов, приемов, процедур. Доминирующим является такой общенаучный метод познания, как наблюдение - простое и квалифицированное, но во всех случаях непосредственное. Наблюдение сочетается с другими методами: измерением, сравнением, описанием; а при необходимости - и с экспериментом. Но результаты их использования реализуются в процессе осмотра по-разному.

Результаты наблюдения и  измерения прямо облекаются в  процессуальную норму протокола  осмотра; описание служит методом фиксации этих результатов. Применение метода сравнения  требует наблюдения двух объектов - материальных, если они оба находятся на месте происшествия, либо материального и идеального образа в памяти осматривающего. В первом случае сравнение служит целям сокращения описания второго объекта в протоколе, во втором - целям узнавания объекта с последующим его описанием на базе такого узнавания.

Результаты простейших экспериментов, как правило, процессуальной формы  не обретают.

Весь процесс осмотра осуществляется на основе исходных и формирующихся в его ходе представлений о механизме события и его участниках, т.е. на основе следственных версий, вначале типичных, а затем конкретных, общих и частных. Мыслительная деятельность следователя при осмотре протекает на фоне тех психических процессов, которые определяют его состояние и способность выполнения профессиональных задач.  Какова роль следственного осмотра в системе способов получения доказательственной информации? Очевидно, она в немалой степени зависит от вида следственного осмотра и в определенном смысле - от момента его проведения.

Осмотр места происшествия в современной практике чаще всего  проводится до возбуждения уголовного дела и, следовательно, представляет собой  исходное следственное действие. В таком качестве он выступает как способ получения именно поисковой и в целом первоначальной информации, источниками которой служат как обстановка места происшествия, так и конкретные ее элементы - носители такой информации. Результаты исследования и оценки этих данных являются основанием для применения иных способов получения информации, т.е. проведения последующих следственных действий: допросов, назначения экспертиз и т.п. Хотя здесь, как и при проведении любого следственного действия, реализуются обе функции следственного действия - познавательная и удостоверительная, на первый план, как представляется, выступает познавательная функция. Именно от полноты ее реализации зависит ориентирующая следователя роль осмотра места происшествия. Зато при производстве осмотра места происшествия в ходе самого расследования, например, по показаниям обвиняемого, эти функции меняются местами: на первый план выступает удостоверительная функция, поскольку осмотр становится способом проверки доказательств, а не только их получения. В таком качестве чаще всего выступают и иные виды осмотра.

Связь осмотра с иными  способами работы с доказательствами можно назвать информационной, причем возможны оба его варианта - прямой и обратный. Прямой, например, будет связь осмотра с допросом лица, признаки пребывания которого обнаружены на месте происшествия при осмотре или принадлежность которому предмета будет установлена при его осмотре.

Наглядным примером обратной связи служит связь осмотра с  экспертизой. Возможности того или  иного вида экспертизы определяют содержание осмотра ее потенциальных объектов и даже круг этих объектов, что выглядит особенно убедительно применительно  к микрообъектам.

В ряде случаев следственный осмотр является незаменимым следственным действием: осмотр места происшествия, трупа, живых лиц (освидетельствование). Их повторное производство чаще всего  оказывается менее эффективным, а иногда и невозможным. В то же время специфические особенности этого способа работы с доказательствами обусловливают невозможность его замены в полной мере другими следственными действиями, тактические приемы проведения которых рассчитаны на иные способы получения и фиксации доказательственной информации. Так, допрос, содержание которого составляет оперирование вербальной информацией, не может заменить собой непосредственного восприятия следователем материальных следов преступления. Функциональные возможности следственного осмотра как способа работы с доказательствами определяются субъективными возможностями осматривающего и разрешающими способностями технических средств осмотра. Помимо необходимых профессионально-психологических качеств, которыми должен обладать осматривающий, важно наличие у него соответствующих знаний и опыта их применения. Нужно четко знать, что, с какой целью и как осматривать. Эти знания основываются на представлении о значении и перспективах того, что может быть обнаружено при осмотре, для решения генеральной задачи расследования - установления истины.

К числу тактических условий  осмотра, т.е. условий, обеспечивающих его эффективность, решение стоящих  перед ним задач, относятся следующие.

1. Своевременность осмотра.  Она заключается в проведении  осмотра сразу же, как только  в нем возникнет необходимость,  и имеет целью обеспечение  максимальной сохранности к моменту  осмотра его объектов, а следовательно, достижение максимальной эффективности этого следственного действия. Применительно к осмотрам места происшествия, трупа, живых лиц это условие может приобрести характер обязательного требования.

2. Полнота и объективность  осмотра. Объективность - прежде всего исследование и фиксация при осмотре всего обнаруженного в том виде, какой был в действительности.

Элементы субъективного  неизбежны при осмотре, поскольку  восприятие следователем объективной  действительности - в данном случае объектов осмотра - носит субъективный характер. Но субъективные представления о действительности носят характер объективных истин, если содержание представлений правильно ее отражает. Следовательно, речь идет не о том, чтобы вообще исключить субъективность восприятия, ибо это невозможно, а об устранении того, что не является отражением действительности.

Однако следственный осмотр не производится "вообще", вне  того или иного представления  следователя о расследуемом событии: о механизме преступления, причинах образования следов и иных объектах осмотра и пр. Поэтому объективность  осмотра заключается еще и  в том, чтобы следователь при  осмотре не отдавал предпочтения ни одной из проверяемых версий, а исследовал объекты осмотра  с точки зрения всех возможных  предположений, без предвзятости и  предубеждения.

К объективности примыкает  и такое важное тактическое условие, как полнота осмотра, т.е. обеспечение  выявления, фиксации и исследования всех тех фактических данных, которые  имеют или могут иметь доказательственное значение по делу. Она обусловливается  как субъективными качествами осматривающего, о которых уже было сказано, так  и его технической вооруженностью. Кроме того, полнота осмотра означает такое его проведение, которое  исключает необходимость повторного осуществления из-за пробелов и недостаточности  первоначального осмотра.

3. Активность и целеустремленность  следователя при осмотре. Активность  состоит, во-первых, в том, что  следователь производит осмотр  в силу своего служебного положения,  инициативно, независимо от побуждений  заинтересованных лиц, и, во-вторых, в том, что, принимая все  меры к обнаружению следов  преступления, он творчески выполняет  свой долг, проявляя настойчивость  и упорство в достижении результата. Активность предполагает целеустремленность  действий следователя, постановку  им конкретных задач, которые  он рассчитывает разрешить путем  следственного осмотра.

4. Методичность и последовательность  осмотра заключаются в правильной  организации и планомерном его  проведении. Эти тактические условия  предполагают учет специфики  объектов осмотра и выбор наиболее  эффективных для данных объектов  в данной обстановке методов  и приемов его проведения, строго  определенный, последовательный порядок  действий.

Нетрудно заметить, что  перечисленные тактические условия  осмотра тесно связаны друг с  другом и взаимообусловлены. Их совокупность и есть та тактическая основа, на которой строится проведение осмотра  и которой подчинены тактические  приемы его осуществления.

Концепция допроса. Концепция  допроса как криминалистическое построение включает в себя научные  положения, объединенные в три блока:

1) психологический;

2) правовой и нравственный;

3) тактический и организационный.

Блок психологических  положений - это либо положения общей психологии, относящиеся к таким психическим процессам, как восприятие, память, воспроизведение и т.п., либо данные некоторых разделов юридической психологии, отражающие, главным образом, дефекты этих процессов, специфику процессов общения между участниками допроса, возникающих при этом ситуаций и т.п. Все эти вопросы детально рассмотрены в обширной специальной литературе. Поэтому достаточно сделать вывод о том, что тактика допроса в целом и все ее элементы должны иметь прочную психологическую основу как необходимый компонент их научного фундамента; общая тенденция психологизации криминалистической тактики находит здесь полное свое выражение, в сущности, становится императивным требованием.

Блок правовых и нравственных положений включает в себя, наряду с аксиоматическими положениями  процессуального и нравственного  порядка, и такие, содержание которых  проблематично, а понятие весьма аморфно, типа "дух закона", и  которые в то же время подчас играют решающую роль для тактики допроса. Поскольку положения этого блока тесно смыкаются с положениями блока тактических положений, представляется целесообразным рассматривать их комплексно.

Как любое следственное действие, допрос выполняет и познавательную, и удостоверительную функцию. Процессуальная форма реализации данных функций  не позволяет, на наш взгляд, считать  сам допрос методом практической деятельности, как иногда утверждается в литературе. Осуществление деятельности в форме допроса предполагает применение различных методов, в  том числе психологических и  чисто познавательных.

С психологической точки  зрения, допрос - это общение между его участниками, но протекающее в строгих процессуальных формах, с предусмотренными законом обязательными элементами. Основная особенность общения при допросе - оказание допрашивающим психологического воздействия на допрашиваемого. А.В. Дулов назвал такие методы воздействия: метод передачи информации, убеждения, примера, регулируемых общений, постановки и варьирования мысленных задач*(562). Тактические приемы допроса базируются в известной степени на использовании этих психологических методов.

Из числа общенаучных  познавательных методов непосредственное применение при допросе находит  наблюдение, иные реализуются через методы психологического воздействия. Так же реализуются и логические методы познания, если они относятся к воздействию на допрашиваемого с целью получения необходимой информации. Даже такой беглый взгляд на методы познания, используемые при допросе, свидетельствует, что центральным пунктом концепции допроса является проблема психологического воздействия на допрашиваемого, а ее ядром - проблема допустимости тех или иных ее методов и приемов. Именно при ее решении на ней фокусируются положения правового и нравственного, с одной стороны, и тактического - с другой, блоков концепции допроса.

Казалось бы, вопрос решается просто: достаточно обратиться к закону, указывающему на запрещенные способы  получения показаний. Однако на деле это проблемы не разрешает, если не считать только одного случая - уже упомянутого запрещения задавать наводящие вопросы.

Статья 20 УПК РСФСР запрещала домогаться показаний обвиняемого и других участвующих в деле лиц путем насилия, угроз и иных незаконных мер. Данное положение и теперь на первый взгляд никаких сомнений не вызывает, хотя ч. 4 ст. 164 УПК РФ излагает его более обтекаемо: При производстве следственных действий недопустимо применение насилия, угроз и иных незаконных мер...

Трудно переоценить роль допроса в системе способов получения  доказательственной информации. Естественно, результативность конкретного допроса  зависит от процессуального положения  допрашиваемого, характера и объема обладаемой им информации, его желания и возможностей передать эту информацию следователю. Но в любом случае именно в силу субъективной природы показаний они являются незаменимым источником доказательств. Бытующее обратное представление едва ли правильно, так как основывается лишь на возможном совпадении в показаниях различных лиц некоторой фактологической стороны в ее самом общем виде, что в большинстве случаев далеко не исчерпывает всей содержащейся в этом источнике доказательственной информации. В некоторых же случаях показания могут носить действительно уникальный характер, быть неповторимыми и получить соответствующую информацию иным способом, в том числе путем допроса других лиц, невозможно.

Поскольку показания являются элементом системы доказательств, их роль в системе - многосторонняя. Они служат самостоятельным средством доказывания и в то же время средством проверки иных доказательств, основанием для выдвижения версий и для принятия решений о проведении последующих следственных действий как с целью проверки выявленных при допросе фактических данных, так и для получения новых доказательств по ориентирам, названным допрашиваемым.

Допрос - одно из труднейших и ответственнейших следственных действий. Для концептуальных положений тактики допроса определяющими служат:

а) процессуальная процедура  допроса;

б) учет ситуации, в которой  производится допрос;

в) характеристика личности допрашиваемого, включая представление  о занимаемой им позиции и возможной  линии поведения на допросе.

Процессуальная процедура  устанавливает стадии допроса и  их содержание, ситуация и личность допрашиваемого - тактику подготовки и проведения допроса. Если ситуация носит бесконфликтный характер, то тактические приемы допроса преследуют цели обеспечения полноты показаний, оказания содействия допрашиваемому в припоминании забытого, обнаружения допускаемых им ошибок при воспроизведении запечатленного в памяти или предупреждения таких ошибок.

В полной мере искусство  допроса проявляется в конфликтных  ситуациях при активном противодействии  допрашиваемого установлению истины. Именно в таких случаях используется весь арсенал тактических приемов  для преодоления умолчания, изобличения  во лжи, побуждения к изменению занятой  негативной позиции, отказу от противодействия. Подробно эти приемы рассматриваются  ниже.

Концепции поисковых действий. Термин "поисковые действия", как  и термин "проверочные действия", который будет использован далее, носит весьма условный характер. Любое  следственное действие может служить  целям поиска или проверки. Мы используем эти термины в утилитарных  целях для объединения следственных действий по наиболее значимой их функциональной роли. Именно под таким углом зрения к числу поисковых действий следует  отнести, прежде всего, обыск и предъявление для опознания, а к числу проверочных - следственный эксперимент, проверку и уточнение показаний на месте и, в известном смысле, получение образцов для сравнительного исследования, без которых во многих случаях невозможно экспертное исследование проверяемого объекта.

Главная цель обыска как  поискового действия заключается в  обнаружении источников доказательственной и ориентирующей информации. Это  преимущественно материальные образования, впоследствии играющие роль вещественных доказательств, или иные документы. Как розыскное действие обыск  служит целям обнаружения скрывающегося  преступника, денег и ценностей, нажитых преступным путем, имущества, подлежащего конфискации или  реализации для возмещения причиненного преступлением материального ущерба.

Логическим основанием для  производства обыска служит следственная (иногда ее разновидность - розыскная) версия, т.е. вероятное суждение о местонахождении искомых объектов. Между тем, закон требует наличия достаточных оснований для производства обыска, в связи с чем возникает вопрос: можно ли считать достаточным основанием предположение?

И.Е. Быховский и И.Ф. Крылов ответили на этот вопрос, в принципе, утвердительно: "Достаточными основаниями для производства обыска являются установленные в ходе расследования данные, позволяющие выдвинуть предположение, что в каком-либо помещении или у какого-либо лица находятся орудия преступления, предметы и ценности, добытые преступным путем, а также другие предметы или документы, которые могут иметь значение для дела"*(563).

Новый УПК РФ внес в этот вопрос некоторую ясность, установив, что основанием производства обыска является наличие достаточных данных полагать, что в каком-либо месте или у какого-либо лица могут находиться орудия преступления, предметы, документы и ценности, которые могут иметь значение для уголовного дела (ч. 1 ст. 182). Таким образом, достаточными данными для следователя выступает некоторая информация, на основании которой он заключает о возможности нахождения интересующих его предметов или документов в некотором месте. С другой стороны, обыск в жилище требует судебной санкции, т.е. обусловливается данными, достаточными для суда, что вносит некоторый диссонанс и разнобой.

Как оценивать правомерность  обыска при его отрицательном  результате? Очевидно, что к решению  этого вопроса следует подходить  с позиций противостоящих сторон: обыскивающего и обыскиваемого.

С точки зрения обыскивающего, обоснованность решения о производстве обыска достаточной достоверной  информацией не опровергает представления  о правомерности его проведения. Оценка обыскиваемым правомерности обыска, не давшего положительного результата для следствия, может быть двоякой. Если обыскиваемый внутренне сознает правомерность обыска, он может оставить его проведение без внешней негативной реакции со своей стороны либо по тактическим соображениям отреагировать, например, жалобой надзирающему прокурору. В тех же случаях, когда обыскиваемый действительно убежден в неправомерности обыска, он чаще всего выражает это в неофициальной форме, но иногда добивается официальным путем восстановления своего нарушенного права.

Вопрос о достаточных  основаниях для производства обыска имеет еще один весьма важный тактический  аспект.

При осуществлении некоторых  тактических комбинаций в соответствии с тактическим замыслом может  потребоваться производство обыска заведомо безрезультатного, с тем  чтобы создать у причастных к  преступлению лиц убеждение в  безопасности того или иного места  после производства там обыска. В итоге скрываемые объекты могут быть перепрятаны именно в это место, где затем проводится повторный - уже результативный - обыск. Правомерны ли подобные действия?

 Обыск - не изолированное следственное действие, но определенный элемент в системе следственных действий по уголовному делу. Он может нести не только функциональную нагрузку, непосредственно предусмотренную законом, но и преследовать и более отдаленные цели, которые будут достигнуты в конечном счете его производством. Разумеется, и здесь налицо действия в условиях тактического риска, но риск представляется оправданным и с правовой, и с моральной точки зрения, поскольку действия следователя, во-первых, носят избирательный характер, а во-вторых, рассчитаны на конечный положительный результат*(565).

В процессе обыска выполняются  и некоторые познавательные операции, типичной из которых является идентификация  искомого объекта по мысленному образу или описанию, а также установление его групповой принадлежности. Первая имеет место при обнаружении  конкретного известного объекта, вторая обычна при изъятии нажитого преступным путем или выявлении объектов, изъятых из гражданского оборота.

Психологическая характеристика обыска определяется конфликтностью ситуации, в которой он осуществляется, а  отсюда - стрессовыми состояниями участников обыска. Важнейшим тактическим условием успешности обыска является внезапность его производства, т.е. неожиданность его по времени для обыскиваемого. Создание ситуации "наименьшего ожидания" может быть одной из целей соответствующей тактической комбинации*(566).

Поскольку обыск представляет собой обследование каких-то объектов и этим сродни следственному осмотру, для него значимы те же тактические  условия: плановость, методичность и  последовательность действий. Но в  отличие, например, от подготовки к  осмотру места происшествия, носящей  преимущественно общий, не конкретизированный применительно к месту характер, подготовка и планирование обыска всегда конкретны: имеется в виду конкретный обыск конкретного человека, конкретного  помещения или участка местности. Это выдвигает задачу предварительного сбора информации об объекте обыска, делает возможным заблаговременное распределение функций между  участниками обыска, планирование необходимых  блокирующих или нейтрализующих мероприятий при ожидаемом противодействии  обыскиваемого*(567).

Еще одним важным тактическим  условием успешности обыска служит непрерывность  наблюдения за поведением обыскиваемого  и иных лиц, находящихся в месте  производства обыска. Это условие  базируется на учете знания внешних  реакций обыскиваемого на поведение  и действия обыскивающего, имеющих  для последнего ориентирующее значение.

Тактические приемы обыска, их психологическое обоснование, а  также психологическая характеристика обыскиваемого и обыскивающего  достаточно подробно рассматриваются  в специальной литературе.

Поисковый характер в целом  носит и предъявление для опознания  различных объектов: людей, трупов, предметов и др. Он обусловлен гносеологической сущностью этого следственного действия, заключающейся в процессе идентификации. Отождествление объекта в результате опознания означает его включение в систему источников доказательственной информации, соотнесение с ними, определение его роли в доказывании.

Признавая в принципе возможность  предъявления для опознания различных  моделей (слепков, посмертных масок  и т.п.), необходимо иметь в виду, что иногда нельзя подобрать аналогичные объекты. Это относится и к предъявлению для опознания предметов искусства, причем уникальные произведения вообще не подлежат предъявлению для опознания в обычном процессуальном значении процедуры опознания. Основные тактические условия предъявления для опознания:

- предварительное выяснение  наличия у опознающего представлений  о признаках того объекта, который  ему предстоит опознать и проверка  достоверности этих представлений  (возможность их формирования, качество, содержание и т.п.);

- подбор или реконструкция  условий предъявления для опознания,  аналогичных условиям предшествующего  восприятия объекта;

- подбор группы предъявляемых  объектов и соблюдение требований  к их размещению.

Цель таких условий - обеспечение достоверности результатов опознания. Проверка результатов предъявления для опознания может осуществляться разными способами: путем последующего допроса опознающего, в процессе которого выясняются дополнительные данные, подтверждающие достоверность опознания; при допросе иных лиц; проведением специального следственного эксперимента по установлению возможности опознания или для проверки правильности реконструкции условий предъявления для опознания. Своеобразная проверка может иметь место при так называемом встречном опознании, когда опознаваемый по своей инициативе опознает во время предъявления опознающего. Кстати, такая ситуация может возникнуть и тогда, когда опознающий умышленно не опознает никого из предъявленных ему лиц.

Концепции проверочных действий. Теоретическую основу следственного  эксперимента составляет применение двух общенаучных методов познания: экспериментального и метода моделирования, а логическую - аналогия.

Эксперимент является более  эффективным методом познания, чем, например, наблюдение, без которого также нельзя обойтись при производстве данного следственного действия. Возникнув на базе наблюдения, эксперимент  включил в себя вмешательство  в наблюдаемое событие, активное его преобразование и изменение  его течения и условий, в которых  оно происходит.

Кроме этого, в отличие  от наблюдения, эксперимент дает возможность:

а) неоднократного повторения наблюдаемого явления в любых  условиях;

б) изучения явлений, протекающих  в естественных условиях очень быстро или слишком медленно, что препятствует их наблюдению;

в) исследования таких явлений, которые в изолированном виде не могут наблюдаться в природе;

г) выделения в процессе изучения отдельных сторон явления, отдельных признаков объекта.

Следственный эксперимент, как одна из процессуальных форм применения в уголовном судопроизводстве экспериментального метода познания, представляет собой  научно обоснованный опыт, предпринимаемый  с целью собирания, исследования и использования доказательств. Это означает, во-первых, что хотя следственный эксперимент не может  быть отождествлен с научным экспериментом, однако он основывается на научных  данных, положениях криминалистики и  тех наук, которые используются ею в преобразованном виде.

Научная обоснованность следственного  эксперимента означает, во-вторых, что  необходимость его проведения вытекает из самого существа предварительного расследования как процесса познания истины, из роли практики, эксперимента в этом процессе.

Наконец, в-третьих, научная  обоснованность данного следственного  действия заключается в том, что  условия и приемы его проведения выработаны в результате научного обобщения  следственной практики, с учетом принципов  применения таких методов познания, как экспериментальный, моделирование  и аналогия.

В большинстве случаев  проведение следственного эксперимента требует специального выбора или  создания условий, максимально сходных  с теми, в которых проистекало  исследуемое событие. Это достигается  использованием метода моделирования. Цель моделирования - создать условия, аналогичные тем, в которых протекало исследуемое явление. Аналогия выступает здесь и как цель моделирования, и как критерий его результатов. В сущности, и вывод следователя по результатам эксперимента - вывод по аналогии.

Процессуальные цели, которые  могут быть достигнуты производством  следственного эксперимента, - это проверка доказательств, получение новых доказательств, проверка правильности направления расследования, т.е. следственной версии. Обычно в литературе ограничиваются указанием первых двух, хотя третья имеет не менее важное, а иногда и более важное значение для всего хода расследования и не совпадает с ними. Существует несколько видов следственного эксперимента:

- по установлению возможности  восприятия (наблюдать, слышать,  обонять и т.п.) какого-либо факта, явления;

- по установлению возможности  совершения действия (вообще, в данной  ситуации, за определенное время  и т.п.);

- по установлению возможности  существования явления;

- по установлению отдельных  элементов механизма события,  в том числе процесса образования  его следов.

В аспекте концепции следственного  эксперимента необходимо остановиться на природе осуществляемых для его  проведения реконструкционных действий.

Тактическими условиями  проведения следственного эксперимента являются:

- ограниченное число его  участников;

- проведение эксперимента  в условиях, максимально сходных  с теми, в которых имели место  событие или факт, интересующие следствие;

- многократность проведения  однородных опытов;

- возможность проведения  опытов в несколько этапов.

Соблюдение этих условий  обеспечивается применением соответствующих  тактических приемов. Так, например, достижение необходимого сходства экспериментального и исследуемого событий достигается  путем проведения опытов в сходное  время суток, на том же месте, в  реконструированной или подобранной  обстановке, с использованием подлинных  или аналогичных предметов, в  одинаковом темпе и в аналогичных  звуковых условиях при обязательном учете изменившихся или не поддающихся  реконструкции условий.

закон знает только две  категории обязательных участников этого следственного действия: следователя  и понятых, а привлечение иных участников - право следователя. Названное условие носит именно тактический характер, поскольку чрезмерное число участников существенно затрудняет производство опытов и может подорвать доверие к их результатам. Участвовать в эксперименте должно минимальное число людей, необходимых для обеспечения достоверности получаемых сведений.