Содержание социологической теории «общество риска» У. Бека

Федеральное государственное образовательное бюджетное учреждение

высшего профессионального образования

«ФИНАНСОВЫЙ УНИВЕРСИТЕТ ПРИ ПРАВИТЕЛЬСТВЕ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ»

(Финансовый университет)

КАФЕДРА «ТЕОРЕТИЧЕСКАЯ СОЦИОЛОГИЯ»

УЧЕБНАЯ ДИСЦИПЛИНА

«СОВРЕМЕННЫЕ СОЦИОЛОГИЧЕСКИЕ ТЕОРИИ-2»

РЕФЕРАТ

на тему:

«Содержание социологической теории

«общество риска» У. Бека»

Москва 2014

СОДЕРЖАНИЕ

ВВЕДЕНИЕ

В последней трети ХХ в. человечество вступило в новую фазу своего развития, которую современные исследователи называют «обществом риска». «Общество риска» − это постиндустриальная формация, от индустриального общества оно отличается главным образом тем, что если для индустриального общества характерно распределение благ, то для «общества риска» − распределение опасностей и обусловленных ими рисков. Опасности, проявляющиеся в данном обществе, принципиально отличаются от прежних тем, что они не имеют границ ни в пространстве, ни во времени. Для этих опасностей не существует государственных границ1.

Считаю, что социологическую теорию «общество риска» справедливо применять при исследовании процесса реиндустриализации в контексте ее влияния на российское общество, поскольку согласно теории У. Бека, многие из новых рисков берут свое начало в индустриальном обществе, а особую опасность представляют риски техногенных катастроф, которые могут возникнуть при реиндустриализации. Однако, полагая, что современный процесс реаиндустриализации не будет вызывать техногенные катастрофы, то можно говорить о незначительном влиянии.

Следует больше внимания обратить на то, что в ходе реиндустриализации возможна такая ситуация, при которой одни страны или группы будут накапливать богатство и пользоваться всеми благами цивилизации, а другие – только подвержены риску. Но это ситуация переходного периода. Постепенно негативная логика распространения риска «демократизирует» ситуацию, в глобальном масштабе.

1. В любом случае, процесс реиндустриализации по сути связан с «модернизацией», социальные риски которой затрагивает Бек. 
   БИОГРАФИЯ УЛЬРИХА БЕКА

Ульрих Бек родился 15 мая 1944 г., в городе Штольп (Германия). Является известным немецким социологом и политическим философом, профессором Мюнхенского университета и Лондонской школы экономики, автором концепций «рефлексивной модернизации» и «общества риска». Особую известность ему принесли работы по периодизации эпохи модернити и комплексному исследованию современной глобализации. Является основателем и главным редактором журнала «Soziale Welt».

Начиная с 1966 года изучал социологию, философию, психологию и политологию в Мюнхенском университете. В 1972 году получил учёную степень доктора философии и работал в Мюнхенском университете. В 1979 году стал доцентом. В 1979–1981 годах преподавал в Вестфальском университете имени Вильгельма. В 1981–1992 годах преподавал в Университете Отто Фридриха Бамберга. С 1992 года является профессором социологии и директором Института социологии при Мюнхенском университете. Также профессор социологии Лондонской школы экономики. В 1995–1997 годах Бек был членом Комиссии по вопросу о будущем свободных государств Бавария и Саксония. Начиная с 1999 года является руководителем программы «Возвращающаяся современность» Немецкого научно-исследовательского общества. Женат на социологе Элизабет Бек-Герншейм.

Научные интересы

Бек изучает модернизацию, экологические вопросы, индивидуализацию, глобализацию. Недавно он начал изучать изменения в условиях работы в мире глобальных капиталистических отношений, снижение влияния профессиональных союзов и изменчивость трудовых процессов – новая теория возникшая под влиянием космополитизма.

Беком введены в социологический научный оборот новые понятия: «общество риска», «вторая модернизация», «рефлексивная модернизация», «бразилинация»2.

2. СОЦИОЛОГИЧЕСКАЯ ТЕОРИЯ УЛЬРИХА БЕКА

В течение столетия социология проделала путь от изучения множества отдельных рисков и рискогенных ситуаций к пониманию того, что само общество является генератором рисков. К середине 1980-х годов изучение рисков становилось все более запутанным и хаотичным: риск-анализу явно недоставало центрального фокуса. «Через разнообразие методов и подходов к анализу рисков красной нитью проходила заинтересованность социологов рискогенностью различных составляющих социальной ткани – от межличностных процессов и сетей до социальных институтов и структур, от первичных групп и символических интеракций до социальных движений и крупномасштабных организаций и систем»3.

Безопасность для одних превращается в опасность, риск для других. Сегодня существуют тысячи орудий, веществ, групп, официально имеющих статус двойного назначения. То же можно сказать и о социальных институтах, организациях, сообществах. Все или почти все может быть использовано как во благо, так и во вред. Более того, благое дело совсем не обязательно отзывается тем же. Напротив, оно зачастую порождает желание превратить даруемое благо в риск, в моральные или физические потери для благодетеля. Не зря родилось утверждение «Ни одно доброе дело не остается без наказания». Дальнейшее сосредоточение исследований на отдельных аспектах социальной ткани затемняло общий интерес и могло привести к пренебрежению проблематикой, которая впоследствии стала одной из основных в современной социологии. Нужна была некоторая объемлющая концепция. В течение двух последних десятилетий прошлого века Н. Луман, Э. Гидденс и У. Бек создали такие генерализующие концепции.

Концепция «общество риска» У.Бека является наиболее завершенной. Согласно Беку, риск – это не исключительный случай, не «последствие» и не «побочный продукт» общественной жизни. Риски постоянно производятся обществом, причем это производство легитимное, осуществляемое во всех сферах жизнедеятельности общества – экономической, политической, социальной. Риски – неизбежные продукты той машины, которая называется принятием решений.

Риск, полагает Бек, может быть определен как «систематическое взаимодействие общества с угрозами и опасностями, индуцируемыми и производимыми модернизацией как таковой. Риски в отличие от опасностей прошлых эпох – следствия угрожающей мощи модернизации и порождаемых ею неуверенности и страха»4. «Общество риска» – это фактически новая парадигма общественного развития. Ее суть состоит в том, что господствовавшая в индустриальном обществе «позитивная» логика общественного производства, заключавшаяся в накоплении и распределении богатства, все более перекрывается (вытесняется) «негативной» логикой производства и распространения рисков. В конечном счете, расширяющееся производство рисков подрывает сам принцип рыночного хозяйства и частной собственности, поскольку систематически обесценивается и экспроприируется (превращается в отходы, загрязняется, омертвляется и т.д.) произведенное общественное богатство. Расширяющееся производство рисков угрожает также фундаментальным основам рационального поведения общества и индивида – науке и демократии.

В формировании идеологии и политики современного общества одну из ключевых ролей играет наука, производство знаний. Теория «общества риска» утверждает, что с расширением производства рисков, особенно мегарисков, роль науки в общественной жизни и политике существенно изменяется. Ведь большинство рисков, порождаемых успехами научно-технической модернизации, причем наиболее опасных (радиоактивное и химическое загрязнение, неконтролируемые последствия генной инженерии), не воспринимаются непосредственно органами чувств человека. Эти риски существуют лишь в форме знания о них. Отсюда специалисты, ответственные за определение степени рискогенности новых технологий и технических систем, а также средства массовой информации, распространяющие знания о них, «приобретают ключевые социальные и политические позиции»5.

Еще одна проблема – это политическая интерпретация технического и естественно-научного знания. Это знание не может быть использовано непосредственно в политическом процессе. Необходим перевод этого знания на язык политического диалога и решений. Этот перевод осуществляется политически ангажированным научным сообществом, которое «превращается в фактор, легитимизирующий глобальное промышленное загрязнение, равно как и всеобщий подрыв здоровья и гибель растительности, животных и людей»6. Формируется институт экспертов, который приобретает самодовлеющее политическое значение, поскольку именно он определяет, что и насколько опасно. Именно эксперты определяют уровень социально-приемлемого риска для общества. Эксперты имеют привилегированное положение, что влечет за собой негативные последствия. Эксперты превращаются в элиту, третирующую остальное население как алармистов, подрывающих общественный порядок. Разделение общества на экспертов и всех остальных вызывает у населения стойкую реакцию недоверия к науке и технологической сфере, поскольку эксперты систематически скрывают или искажают информацию о рисках, а также не могут ответить на вопросы, выдвигаемые населением и его инициативными группами. Борьба между политически ангажированными экспертами затрудняет оценку истинного состояния среды обитания и поиск адекватных решений. В результате наука как социальный институт разделяется на академическую или лабораторную (наука фактов) и науку опыта, которая, основываясь на публичных дискуссиях и жизненном опыте, «раскрывает истинные цели и средства, угрозы и последствия происходящего»7. Бек полагает, что наука опыта в обществе риска должна не только развиваться, но и быть принята обществом как легитимный институт знаний, уполномоченный принимать решения.

Бек приводит еще три положения своей теории:

1. Пересмотр основополагающей нормативной модели общества.

Если нормативным идеалом прошлых эпох было равенство, то нормативный идеал общества риска – безопасность. «Социальный проект общества приобретает отчетливо негативный и защитный характер – не достижение «хорошего», как ранее, а предотвращение «наихудшего». Иными словами, система ценностей «неравноправного общества» замещается системой ценностей «небезопасного общества», а ориентация на удовлетворения новых потребностей – ориентацией на их самоограничение»8.

2. В обществе риска возникают новые социальные силы, разрушающие старые социальные перегородки.

Бек полагает, что это будут общности «жертв рисков», а их солидарность на почве беспокойства и страха может порождать мощные политические силы.

3. Общество риска политически нестабильно.

Постоянное напряжение и боязнь опасностей раскачивают политический маятник от всеобщей опасности и цинизма до непредсказуемых политических действий. Недоверие к существующим политическим институтам и организациям растет. Нестабильность и недоверие периодически вызывают в обществе поиск точки опоры – «твердой руки». Таким образом, возврат к прошлому, в том числе авторитарному и даже тоталитарному, не исключен.

В развитой им концепции риск в социологическом смысле является систематическим взаимодействием общества «с угрозами и опасностями, инициируемыми и производимыми процессом модернизации как таковым. В отличие от опасностей прошлых эпох, риски – суть последствия, связанных с угрожающей мощью модернизации и порождаемыми ею глобальной нестабильностью и неопределенностью... В обществе риска неизведанные и неожиданные последствия приобретают характер господствующей силы»9.

Принципиально важно, что это – социологический подход, потому что до сих пор социология, анализируя опасности для человека и природы, порождаемые процессами модернизации, говорила на чужом языке. Сентенции социологов по поводу загрязнения среды, опасностей техногенных аварий и катастроф были, по сути, технократическими и натуралистическими. В социологии сформировался ряд направлений, которые стали изучать эти «побочные» эффекты развития урбан-индустриальной цивилизации. Методологически это означало, что социология продолжает разделять и противопоставлять человека и природу, общество и среду его обитания. «Загрязнение» и подобные понятия, заимствованные социологией из естественных и технических наук, наивно предполагают, что:

– общество имеет дело с социально и пространственно локализуемыми процессами;

– общество имеет дело с обратимыми процессами («загрязнили – ликвидировали опасность»);

– источник проблемы и ее решения лежат в сфере несоциальных наук и технологий.

Между тем производство рисков – это социальный процесс. «В развитом обществе, – говорит Бек, – социальное производство богатства систематически сопровождается социальным производством риска. Соответственно проблемы и конфликты, связанные с распределением дефицита в обществе, соседствуют с проблемами и конфликтами, которые возникают вследствие производства, необходимостью определения и распределения рисков, порождаемых научно-техническими системами»10.

Бек говорит, что риск «демократичен» в том смысле, что он всеобщ и неустраним. Рано или поздно он поражает тех, кто его производит или наживается на нем. Бек называет это эффектом бумеранга современной цивилизации. В конечном счете, разрастание общества риска есть нарастание процессов «экологического обесценивания и экспроприации». Иными словами, модернизация входит в противоречие с интересами частной собственности и производства прибыли.

Новые противоречия и конфликты, порождаемые расширением сферы риска (сначала между развивающимися и индустриально развитыми странами, а затем и между последними), накладываются на «старые», принадлежащие индустриальной эпохе. Сегодня возможна такая ситуация, когда одни страны или группы будут накапливать богатство и пользоваться всеми благами цивилизации, а другие – только подвержены риску. Но это ситуация переходного периода. Постепенно негативная логика распространения риска «демократизирует» ситуацию, в глобальном масштабе.

Современные опасности не только всеобщи и всепроникающи, но и не воспринимаются человеческими органами чувств. Это еще один вызов социологии и другим наукам о человеке, все теоретические конструкции которых построены на восприятии человеком окружающего мира своими органами чувств. Риски «объективно» существуют» лишь в форме знаний о них. Поэтому наука становится мощной политической силой. «Политический потенциал общества риска должен быть осмыслен социологической теорией в терминах производства и распространения знаний о рисках»11.

Вместе с тем монополия естественных наук на определение риска разрушается. Другие социальные субъекты и институты, например, средства массовой информации и общественные движения, поскольку они формируют общественное мнение и тем самым определяют степень социальной приемлемости риска, также приобретают ключевые социальные и политические позиции. Это означает, что высшего арбитра по вопросу о социальной приемлемости того или иного риска попросту нет и не может существовать.

Подводя итог, если индустриальное общество отмечено позитивной логикой распространения богатства, то общество риска – негативной логикой распространения опасностей. В целом, заключает Бек, это катастрофическое общество. Когда «исключительные условия» превращаются в норму повседневного бытия, риск всеобщ и выхода нет, люди перестают думать об опасностях. Этот «экологический фатализм позволяет маятнику индивидуальных и общественных настроений качаться в любом направлении. Общество риска переходит из состояния истерии к отрешенности, и наоборот»12.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

По мнению Бека на определенном этапе своего развития индустриальное общество начинает переходить на стадию т.н. «общества риска». В той же мере, в какой модернизация разрушила основы феодального общества в XIX столетии и произвела на свет индустриальное общество, сегодняшняя модернизация разрушает общество индустриальное, чтобы выявить контуры нового социального образования, приходящего ему на смену. Аналогию можно построить и с процессом реиндустриализации, который также породит возникновение ряда социальных рисков общества, о которых пишет Бек, но при этом стоит учитывать, что Теория Бека в какой-то мере не дает систематического определения риска. Например, когда Бек пытается анализировать сопряженные с риском характеристики социальных отношений, большинство используемых им примеров относится не столько к социальному и политическому риску, сколько к экологической опасности. Полемика об обществе риска сосредоточивалась в основном на распространяющемся загрязнении окружающей среды.

ЛИТЕРАТУРА

1. Матюх Е.Т. Теории «общества риска» в современной гуманитарной науке // Теория и практика общественного развития № 7 (2012) – Краснодар.: ХОРС, 2012
2. Сайт в интернете http://ru.wikipedia.org/wiki/Бек,_Ульрих
3. О.Н.Яницкий. Социология риска: ключевые идеи. Электронный ресурс. www.socio.ru/wr/1-03/Yanizky.htm 12.12.2006.
4. У.Бек. От индустриального общества к обществу риска // THESIS. 1994. № 5.
5. У.Бек. Общество риска: На пути к другому модерну. – М., 2000.

1 Матюх Е.Т. Теории «общества риска» в современной гуманитарной науке // Теория и практика общественного развития № 7 (2012) – Краснодар.: ХОРС, 2012

2 Сайт в интернете http://ru.wikipedia.org/wiki/Бек,_Ульрих

3 О.Н.Яницкий. Социология риска: ключевые идеи. Электронный ресурс. www.socio.ru/wr/1-03/Yanizky.htm 12.12.2006

4 У.Бек. От индустриального общества к обществу риска // THESIS. 1994. № 5. – С.45

5 У.Бек. От индустриального общества к обществу риска // THESIS. 1994. № 5. – С.23

6 У.Бек. От индустриального общества к обществу риска // THESIS. 1994. № 5. – С.59

7 У.Бек. От индустриального общества к обществу риска // THESIS. 1994. № 5. – С.15

8 У.Бек. От индустриального общества к обществу риска // THESIS. 1994. № 5. – С.49

9 Бек У. Общество риска: На пути к другому модерну. – М., 2000. – С.21-22.

10 У.Бек. Общество риска: На пути к другому модерну. – М., 2000. – С.19.

11 У.Бек. Общество риска: На пути к другому модерну. – М., 2000. – С.24.

12 У.Бек. Общество риска: На пути к другому модерну. – М., 2000. – С.36-37.