Социальная работа. 5

Социальная работа

   

   Современное  понимание основ социального  развития исходит из того, что  социальная политика государства 

должна быть направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное  развитие человека.

В связи с  этим важным является охрана труда  и здоровья людей, установление гарантированного минимального

размера оплаты труда, обеспечение государственной  поддержки семьи, материнства и  детства, инвалидов и 

пожилых граждан, развитие социальных служб, установление государственных пенсий, пособий  и иных гарантий

социальной защиты (среди которых особо выделяется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни,

инвалидности, потери кормильца и др.) (1, стр. 8) .

   Провозглашенная  политика перехода от жестко  планируемого способа хозяйствования  к рыночным 

отношениям от тоталитаризма к демократии сопровождается серьезными социальными издержками чреватыми не

только бедами для отдельных личностей, но и  потерями для духовного и физического  существования некоторых 

слоев населения. В их основе – свертывание отечественного производства, рост межэтнической розни, огромный

урон, который  ныне несут наука, образование, культура, здравоохранение и т.д.

   Подобные  негативные процессы обуславливают  падение уровня и качества  жизни населения ухудшение 

положения его  слабо защищенных слоев, наблюдается  разрыв социальных связей, деградация социальной

инфраструктуры  и появление реальной угрозы человеческому  потенциалу страны.

   Резко  обостряется социальная дифференциация. В этом плане ярко характеризует  социально-экономическую 

ситуацию в  России следующий показатель. По данным статистики уровень жизни 10% наиболее обеспеченных

людей в 15 раз  превысил уровень жизни 10% наименее обеспеченных. В действительности же этот коэффициент 

достигает 30, на Западе составляет 10-12. Уродливость  социальной пирамиды оттеняет и то, что на самой ее

вершине – небольшая  группа богатых (0,2%) которую обслуживает  довольно значительный слой (4%) . В середине

90-х годов  около 50 млн. людей находились  за чертой бедности. Тенденция  обнищания молодых и 

работоспособных усиливается. И это результат  глубокого экономического кризиса, который переживает Россия.

   Трудоспособное  население страны все чаще  сталкивается с таким социальным  бичом как безработица. В 

1995г. общее  число безработных составило  5,6 млн. человек, в том числе  около 2 млн. официально 

зарегистрированных.

   На начало 90-х годов в органах социального  обеспечения на учете было 4,3 млн.  человек получивших 

пенсию по инвалидности, на которую трудно выжить. В сельской местности доля стоящих на учете  инвалидов 

выше, чем в  городе. В 1993г. на учете в лечебно-профилактических учреждениях России состояло 5,1 млн.

психических больных, в том числе 2,6 млн. больных алкоголизмом и наркоманией.

   Демографические  показатели России одни из  самых низких. В РФ происходит  депопуляция (снижение 

численности населения) . К середине 90-х годов рождаемость  сократилась до 1,3 рождения на семью, в то время как 

для простого воспроизводства  семьи она должна быть не менее 2,1. До половины детей рождается больными, около 

20% новорожденных  появляются на свет вне брака,  многие дети растут в неполных  семьях, в детских домах, в 

семьях алкоголиков  и наркоманов.

   Катастрофически  растет заболеваемость, прежде всего  врожденная. В России все чаще  воскрешаются 

болезни, казалось бы, давно нейтрализованные – тиф, холера, дифтерия, чесотка. Во многих школах дети страдают

от педикулеза.

   В то  же время бедствует здравоохранение,  в первую очередь система профилактики  и санитарной службы.

   Социальные  невзгоды, стрессовые ситуации привели  к тому, что по статистике самоубийств  Россия вышла 

на первое место  в мире. Примерно 50 тыс. человек в  год кончают жизнь самоубийством (или 40 на 100 тыс.

населения, что  в 3 раза выше, чем в США и в 4 раза выше, чем в Англии) ! Особенно большой рост самоубийств 

наблюдается среди  мужчин. 71 человек на 100 тыс.

   В России  ежегодно кончают жизнь самоубийством  из-за жестокого обращения примерно 2 тыс. детей, 50

тыс. несовершеннолетних уходит из дома и 20 тыс. из детских садов  и интернатов.

   Над многими  людьми начинает довлеть страх  нищеты в старости. А большинство  ветеранов-пенсионеров 

уже сейчас входит в общество с рыночной экономикой абсолютно нищими, без всяких накоплений, которые были

сметены известными “экономическими” решениями, громадными темпами инфляции последних лет.

   Наличие  определенной массы крайне нуждающихся,  уязвимых и незащищенных жителей  России делает 

чрезвычайно актуальной проблему социальной помощи (5, стр. 5-8) Среди множества разнообразных  черт,

определяющих  соотношения и тенденции развития современного общества, есть две характерные  черты, значение

которых трудно переоценить.

   Первая  из них выражается в том,  что деятельность государства  приобретает в официальных документах  все 

большую и большую  социальную направленность, т.е. при  определении приоритетов развития все более и более 

учитываются потребности  человека как высшие ценности общества, в соответствии с которыми строится

государственная социальная политика. Неотъемлемой сферой деятельности любого цивилизованного  общества

становится создание и совершенствование разветвленной  и эффективной системы социальной защиты, основной

целью которой  является всестороннее оказание разовой  и/или постоянной помощи индивиду (группе) , попавшему 

в трудную жизненную  ситуацию, с целью обеспечения  наиболее полной ее самореализации.

   Переживаемый  российским обществом кризис  характеризуется обострением множества  социальных 

проблем, порожденных  не только реформированием экономики, но и крушением системы ценностей, падением

нравственности.

   Подобно  всем социальным институтам, институт  социальной защиты и социальной  работы в конечном 

счете выполняет  важнейшую для государства и  общества задачу – задачу стабилизации и сохранения социума,

поддержания и  гармонизации существующих общественных отношений и обеспечения условий  для его 

всестороннего развития – т.е. по сути дела является одним из существенных факторов обеспечения  стабильности и 

безопасности  государства.

   Социальная  работа как таковая, этична  в своих исходных моментах  и по своей сущности является 

проявлением высокого гуманизма и общественной нравственности; в ней не существует таких ограничений,

предписаний и  норм, которые бы игнорировали духовные ценности и моральные принципы, одобряемые

обществом (3, стр. 3-5) .

   Ныне  резко изменившаяся социальная  обстановка в стране, процессы  обострения социальных отношений 

требуют осмысления, анализа и обобщения. Необходимо выработать научно обоснованную концепцию  социальной

работы с населением, разработать социальные технологии, понятные и убедительные приемы организации  и 

проведения социальной работы.

   Как свидетельствует  мировой опыт, во многих странах  без учета деятельности социальных  работников не 

обходятся ни программы  социального развития, ни социальная политика государства. Специалисты  в этой области 

широко используются в качестве экспертов при подготовке законодательных актов, принятии решений  местными

органами власти и общественными организациями.

   Практика  показывает (и у нас особенно) , что часто люди сталкиваются  с проблемами, которые не могут 

решить ни они  сами, ни члены их семей, ни друзья, ни соседи, ни даже доброжелательные чиновники. Для этого 

требуются люди особой профессии – социальные работники (2, стр. 6) .

   Затянувшееся  кризисное состояние, неясность  перспектив развития, усталость  населения, состояние аномии,

то есть распад существовавшей системы морально-нравственных ценностей и отсутствие внятной  общепринятой

новой системы, – все это приводит к тому, что в психологической поддержке  нуждается все больше людей.

Усложнение структуры  гражданско-правовых отношений, появление  множества нормативных актов, ряд  которых 

противоречит  прежде существовавшим или друг другу, усиливают потребность в правовом консультировании.

Нужда в поддержке  в условиях безработицы или угрозы безработицы, в содействии самозанятости  и 

самообеспечению повышает роль социальных служб, оказывающих  помощь в этой области. Все это  позволяет 

сделать вывод, что в условиях России потребность  в социальной работе является особенно острой и всеобщей (1,

стр. 37) .

   Социальные  работники помогают всем нуждающимся  решать проблемы, возникающие в  их повседневной 

жизни и в  первую очередь тем, кто не защищен  в социальном плане: пожилым людям, инвалидам, детям,

лишенным нормального  семейного воспитания, лицам с  психическими расстройствами, алкоголикам, наркоманам,

больным СПИДом, семьям из групп “риска” , лицам  с девиантным поведением и др. (1, стр. 8) .

   Социальная  работа – универсальный социальный  институт: ее носители оказывают  помощь всем индивидам 

независимо от социального статуса, национальности, религии, расы, пола, возраста и иных обстоятельств.

Единственный  критерий в этом вопросе – потребность  в помощи и невозможность своими силами справиться с 

жизненным затруднением.

   Хотя  среди лиц, занимающихся социальной  работой, немало людей, которые  принадлежат к той или иной 

конфессии, однако сам институт социальной работы имеет  светский характер, являясь атрибутом  гражданского

общества (1, стр. 32) .

   История  социальной работы в России  насчитывает более тысячи лет.  Началом ее следует считать  договор 

911 г. князя  Олега с греками, который содержал  в себе моменты, называемые  ныне социальной работой. 

   И хотя  помощь ближнему всегда была  характерна для славянских народов,  именно этот договор был первым 

документальным  свидетельством заботы государства  о тех своих гражданах, которые  в этой заботе нуждаются.

   Подлинным  толчком для развития благотворительности  в России стало принятие христианства.

   С принятием  в 988 г. христианства в России  стала активней развиваться традиция  личной 

благотворительности русских князей, которая носила уже  религиозный характер. Великий князь  киевский Владимир

Красное Солнышко, Креститель, “Отец сострадания” , уставом 996 г. официально вменил в обязанность 

духовенству заниматься общественным призрением, определив  десятину на содержание монастырей, церквей,

богаделен и  больниц. Почти сразу после крещения Владимир занялся богоугодными делами: строил церкви, которые 

стали не только фундаментом веры, но и основой  научного знания, книжного дела; основывал  школы и училища,

ставшие первой ступенью народного просвещения  России.

   Владимир  строил не только училища. Гораздо  большее рвение он проявил  к устройству церкви, а также  к 

благотворительности, чем и заслужил безмерную любовь народа. Многие летописцы сообщают о щедрости князя 

как о чем-то небывалом. Владимир устраивал пиршества  на княжеском дворе не только для  бояр и знати (градских

старцев) , но и  для людей бедных, всячески стараясь удовлетворить их нужды.

   Его благотворительность  распространялась и на тех,  кто не мог прийти за помощью  на его двор. Князь велел 

своим людям  развозить по улицам хлеб, мясо, рыбу, овощи и раздавать по дворам нищим  и убогим. Нестор

объясняет такое  человеколюбие Владимира действием  христианского учения. Он говорит, что  слова из Евангелия 

“блажены милостиви, яко тем помиловани будут” и Соломоновы “дая нищему, богу в земле даете” так 

подействовали на князя, что внушили ему необыкновенную любовь к благотворению и милосердию.

   Итак, Владимир, первый русский князь-христианин, начавший с убийства своего  брата Ярополка, приняв 

христианство, стал ярким примером высочайшего покровительства  над бедными, нищими и убогими. В  его лице

объединилась  личная и государственная благотворительность. Жертвуя на богоугодные дела как  частное лицо, он

был тем не менее  первым человеком в государстве, да и тратил деньги, поступающие  в казну из налогов, которые 

платили русские  труженики. Так что здесь мы видим  государственную и частную благотворительность  тесно 

сплетенной, вернее сказать, еще не разделенной. Эта  традиция долго продолжалась в России – руководствуясь

христианскими заповедями, князья и цари оказывали  благотворительную помощь вроде  и личную, но на деньги из

казны, которые  они считали своими. Все же и  такая благотворительность характеризует  их только с положительной 

стороны, ведь они  могли потратить деньги и на свои личные нужды.

   Начинания  Владимира продолжил его сын  Ярослав, который основал училище  на 300 человек. Это училище 

было первым настоящим учебным заведением в  России. Однако более всего Ярослав  прославился составлением

первого письменного  русского свода законов – “Русской Правды” . “Русская Правда” состоит  из 37 глав и, кроме 

статей уголовного характера, имеет статьи социальной направленности, что было необычно для молодых 

государств Европы.

   Так, в  XXXI главе мы видим пример заботы  о подрастающем поколении. Касаясь  раздела наследства,

Ярослав говорит: “Двор отцовский всегда без раздела  принадлежит младшему сыну” , имея в виду, что младший 

сын всегда более  старших братьев не защищен в  социальном плане. И если раньше, до написания и вступления в 

силу “Русской Правды” , старшие братья могли решить спор силой, то теперь младшие сыновья  были защищены

законом. Это  было простое и мудрое решение. В  тоже время в Западной Европе столь  важный социальный вопрос

решен не был, в  результате чего во многих европейских  странах сформировался особый класс  рыцарей-

разбойников, состоящий  почти целиком из младших дворянских сыновей, которые в юном возрасте были изгнаны 

из дома своими старшими братьями, забравшими себе все  наследство.

   Вообще, законы Ярослава относительно  попечительства над детьми очень  гуманны для тех времен: в них 

заложены главнейшие по своей проблемности вопросы. Например, глава XXXII определяет отношения при  разделе 

наследства между  детьми одного отца, но разных жен. Был  также решен вопрос о наследстве детям в случаях, когда 

нерадивая мать “проедала” это наследство. Здесь  же едва ли не в первые проявляется  забота и о самой женщине:

“Но дети не могут  согнать вдовствующей матери со двора  или отнять, что отдано ей супругом” .

   Чтобы  избежать сиротства при живой  родительнице, Ярослав велел передавать  детей ближайшим 

родственникам, если мать выйдет замуж вторично. Конечно, это было не совсем справедливо по отношению к 

матери, но, думается, являлось своего рода страховкой от возможного дурного обращения отчима с детьми.

   “Русская  Правда” явилась первым славянским  законом, включающим в себя  подобие социальной программы. 

О важности для  Ярослава социальной темы свидетельствует  тот факт, что из 37 статей этого  закона 8 целиком 

посвящены проблемам  детской защищенности. Эта первая попытка составления русского свода  законов так или 

иначе определила все дальнейшее законотворчество на Руси. Последующие своды законов  во многом строились по

образцу и подобию  “Русской Правды” , так что в  русской юридической практике с  самого начала прочно утверждали

основы социальной политики.

   Внук  Ярослава Мудрого, правнук Владимира  Святого Владимир Мономах создал  первое в своем роде 

нравственное  поучение, обращенное к младшему поколению. Оно наполнено искренностью и  христианской

человечностью. “О дети мои! Хвалите бога! Любите также  человечество. Не пост, не уединение, не монашество

спасет вас, но благодеяния. Не забывайте бедных, кормите  их и мыслите, что всякое достояние  есть божие и 

поручено вам  только на время… Будьте отцами сирот; вдовицу оправдывайте сами; не давайте  сильным губить

слабых. Не убивайте ни правого, ни виноватого: жизнь и  душа христианина священны” .

   Итак, мы  видим, что первые века христианства  на Руси были отмечены душевной  простотой его ревнителей,

которые свято  верили и точно соблюдали евангельские заповеди. Для них христианская гуманность, вера в силу

добра, убежденность в важности человеколюбия не были отвлеченными нормами, а, наоборот, являлись

непреложными  истинами, не выполнять и не следовать  которым они считали для себя невозможным.

   На протяжении  веков средоточием социальной  помощи были церкви и монастыри.  Под их руководством 

русские люди учились  понимать и исполнять заповедь о  любви к ближнему. При общественной неурядице, при 

недостатке безопасности для слабого и защиты для обижаемого следование этой заповеди полагали прежде всего в 

подвиге сострадания  к страждущему, а ее первым требованием  признавали личную милостыню. Идея этой

милостыни была положена в основание практического  нравоучения; потребность в подвиге  сострадания 

воспитывалась всеми известными тогда средствами духовно-нравственной педагогики. Любить ближнего – это 

прежде всего  накормить голодного, напоить жаждущего, посетить заключенного в темнице. Человеколюбие  на деле

значило нищелюбие. Благотворительность была не столько  вспомогательным средством общественного 

благоустройства, сколько необходимым условием личного  нравственного здоровья: она больше была нужна самому

“нищелюбу” , чем  нищему. Целительная сила милостыни  заключалась в том, чтобы, смотря на слезы и страдания,

самому пострадать с ним, пережить то чувство, которое  называется человеколюбием.

   Нищенство  на Руси считалось не экономическим  бременем для народа, не язвой  общественного порядка, а 

одним из главных  средств нравственного воспитания народа, практическим институтом благонравия, состоящим 

при церкви.

   Стоит  ли удивляться тому, что при  подобном взгляде на нищенство  вокруг церквей и монастырей  сложились 

со временем целые слободки, где жили люди, основным источником существования которых  стала милостыня.

Люди порой  начинали нищенствовать не потому, что неожиданно впадали в нужду, а потому, что это было

выгоднее, чем  честным трудом зарабатывать свой хлеб. Нищих было несколько категорий: “блаженные” — 

раздавали все  свое имущество и добровольно  несли крест терпения и смирения “Христа ради” ; “юродивые” — 

прорицатели, ясновидцы, вразрез с нынешними представлениями  отнюдь не сумасшедшие. Чаще всего 

симулировали  безумие; “немощные” — слепые, старые, “настоящие” душевнобольные, все  те, кто не мог добывать

на пропитание иначе как “милостынькой” ; “гулящие”  — те, кто бродяжничал в собственное  удовольствие или 

скрывался от властей.

   Российское  законодательство делило нищих  на 4 категории (правда, это было  уже много позже — в XIX в.,

но мы сразу  скажем об этом, чтобы уже не возвращаться к этому вопросу) . Здесь были: 1) те, которые не могут 

своим трудом добыть пропитание; 2) те, кто по сиротству  и временным болезням впал в нужду, но может работать;

3) те, которые  могут трудиться, но нищенствуют  по лености и дурному поведению; 4) те, кто по случайным 

обстоятельствам впал в крайнюю нужду.

   Борьба  с профессиональным нищенством  могла пойти только во благо  общества. Пожалуй, первым 

российским самодержцем, решившим искоренить попрошайничество насильственными методами, был Петр I. В 

именном указе  Стрелецкому приказу от 30 ноября 1692 г., опубликованном еще от имени  Ивана и Петра 

Алексеевичей, он велел записать: “Известно ему, Великому государю, что на Москве гулящие  люди, подвязав руки и 

ноги, притворным лукавством просят на Христово имя  милостыни, а по осмотру они все  здоровы” . Таких людей 

царь велел  ловить и отправлять по месту жительства, беглых крестьян отправляли к их помещикам. Повторно

уличенных в  попрошайничестве били кнутом и ссылали  в Сибирь. По указу 1712г. всех “ленивых прошаков” без 

разбора били прилюдно на площадях, клеймили и ссылали  на каторжные работы. “Амнистии” не полагалось

никому —  ни старым, ни больным, ни сумасшедшим (правда, позже Петр ввел “освидетельствование дураков” ) . С 

1718 г. карали  и дающих милостыню — первый  штраф 5 рублей, второй — 10. Петр  не запрещал милостыню 

вообще. Хочешь — отдай деньги в богадельню, приют и т.д., благо их к тому времени было уже много. Такая 

политика не могла, естественно, понравиться людям, которые привыкли к исторически  сложившимся традициям 

Руси.

   Указ 1712 г. “О воспрещении нищенства”  не пересматривался преемниками  Петра I в течение тридцати  семи 

лет. Лишь дважды Сенат сделал исключение. В первый раз послужил тому страшный голод 1734 г. Второй раз — 

частный случай: ослепшему киевскому гражданину дозволили собирать милостыню для  уплаты долга в 200 рублей,