Советско-финская война 1939-1940 года

                                      Советско-финская война 1939-1940г.

57 лет назад между Советским  Союзом и Финляндией была развязана  война. Начавшаяся 30 ноября 1939 года, она продолжалась 105 дней и завершилась  подписанием 12 марта 1940 года мирного  договора.

ОБСТАНОВКА НАКАНУНЕ ВОЙНЫ

К началу второй мировой войны сформировался  антикоминтерновский пакт, в который  вошли наиболее агрессивные государства (Германия, Италия и Япония) , что не могло быть оставлено без внимания Советского Союза.

В связи с развертыванием второй мировой войны осенью 1939 года резко  обострилась международная обстановка. В этих условиях советское правительство  вполне закономерно проявляло беспокойство о безопасности северо-западных границ. Здесь, всего на расстоянии 32 км от важнейшего политического и экономического центра страны - Ленинграда, проходила  государственная граница, что давало возможность финским войскам  осуществлять наблюдение и обстреливать город из дальнобойных орудий. В  пределах дальности их стрельбы находилась также и база Балтийского флота - Кронштадт, так как всего 22 км отделяло ее от финляндского форта Ино. Не меньшая угроза создавалась и базе Северного морского флота, а также Кировской железной дороге. Немаловажным был и тот факт, что укрепленный полуостров Ханко и Аландские острова, разбросанные в финском заливе, находились в руках финнов и тем самым запирали Балтийский флот в восточной части финского залива, ограничивая его возможности по успешному выполнению задач по обороне северо-западных границ СССР.

Нельзя было оставить без внимания совершенствование оперативного оборудования финского театра военных действий, прежде всего территории прилегающей  к границам СССР. Большая помощь в 20-х - 30-х годах Финляндии была оказана западными специалистами, особенно Великобритании, Германии, США, в возведении сильно укрепленной для того времени оборонительной полосы - линии Маннергеймая51я0, Построенная на глубину до 100 км, оборонительная полоса в целом не уступала известным линиям Зигфрида и Мажино, а в сочетании с естественными препятствиями (озера, болота, леса, валуны) представляла собой исключительно трудное препятствие. Основу линии Маннергейма составляли возведенные в огневой и тактической взаимосвязи железобетонные и бронированные огневые сооружения долговременного типа.

Советское правительство вынуждено  было также учитывать внимание, которое  уделялось руководством фашистской Германии финскому театру военных действий, о чем, например, свидетельствует  визит в Финляндию начальника Генерального штаба Сухопутных войск  Германии Гальдера летом 1939 года. Гальдера интересовала обстановка на мурманском и ленинградском стратегических направлениях. По высказываниям У. К. Кекконена финское общество находилось под влиянием гитлеровской пропаганды, и многие в Финляндии относились к Гитлеру с благосклонностью.

Военные закупки Финляндии за границей возрастали с каждым годом.

Так, только с Великобританией в 1936 году они были осуществлены на сумму 22 миллиона марок, в 1937 году - на 50 миллионов, а в 1938 году на 102 миллиона марок. В  районах Южной и Восточной  Финляндии Маннергейм - барон, генерал-лейтенант  царской армии, в последующем - финский  маршал, возглавлял строительство оборонительной системы на Карельском перешейке.

Осуществлялось строительство  железных и шоссейных дорог, имеющих  стратегическое значение, подходивших  вплотную к советским границам. Построенные  аэродромы и взлетно-посадочные площадки имели возможность по приему самолетов, превышающих их количество в Финляндии в десять раз.

Но даже это не дает объективных  оснований считать обоснованными  распространявшиеся в СССР слухи  о том, что Финляндия стремится  оккупировать часть территории Советского Союза, в силу того, что для подготовки и проведения наступательных операций не было необходимости возводить  мощный оборонительный рубеж. Скорее всего, к началу советско-финляндской войны  линия Маннергейма создавалась  для предотвращения возможного вторжения  на свою территорию со стороны своего грозного соседа.

Разгоревшийся пожар войны в  Европе охватывал все больше и  больше стран. 1 сентября 1939 года вторжение  в Польшу явилось началом второй мировой войны. Попытка СССР создать  в Европе систему Коллективной безопасности не увенчалась успехом, так как правительства  Англии, Франции и других стран  не изъявили желания заключать такой  договор.

И. В. Сталин знал, что страна не готова к войне и решился пойти  на сделку с агрессором, т.е. с Германией. 23 августа в Москве состоялось заключение договора о ненападении. Одновременно был подписан дополнительный секретный  протокол. В последнем предусматривалось  разделение сфер влияния и невмешательство  в вопросы связанные с данными  сферами влияния, т.е. полная свобода  действий обоих государств. Первым пунктом данного договора предусматривалась  полная свобода действий относительно прибалтийских стран (к которым  относились Финляндия, Эстония, Латвия, Литва) . Северная граница Литвы одновременно являлась границей сфер влияния Германии и СССР. В соответствии с данным договором Германия могла спокойно действовать не боясь нападения с востока. Советский Союз получил полную свободу действий в границах бывшей Российской империи для присоединения принадлежавших ей ранее земель.

Одновременно предполагалось отодвинуть свою границу на запад и северо-запад  и, таким образом, повысить безопасность своего государства.

Успешно проведенный поход в  Западную Украину и Западную Белоруссию с 17 по 25 сентября 1939 года с минимальными потерями (безвозвратные потери составили 996 человек(среднесуточные потери - 110 человек или 0.0235 проц.) санитарные - 2383 человек от общего числа участников похода - 466516 чел.) , дал И. В. Сталину основание полагать, что присоединение северо-западных земель Финляндии будет таким же легким. Тем более, по заверениям К. Е. Ворошилова, для разгрома армии Финляндии было необходимо всего несколько дней. Основываясь на данных выводах И. В. Сталин все больше склонялся к решению вопроса по Финляндии вооруженным путем, что повлияло на ход переговоров осенью 1939 года.

Стремление советского правительства  заключалось в присоединении  Финляндии и образовании на ее территории социалистического государства  или даже союзной республики, с  одновременным обеспечением безопасности Ленинграда и укреплением северо-западной границы страны. Все это предполагалось осуществить в начале 1939 года путем  проведения мирных переговоров. Но, в  связи с разгорающимся пожаром  войны в Европе, советское правительство  обратилось к правительству Финляндии  с предложением, чтобы последнее  приняло на себя обязательства по оказании Советскому Союзу помощи против агрессии, включая военную. Это содействие со стороны Финляндии могло выразиться в предоставлении СССР в аренду ряда мелких островов при входе в Финский  залив сроком на 30 лет. Взамен гарантировалась  неприкосновенность границы Финляндии. Одновременно предполагалось заключить  торговый договор на взаимовыгодных условиях. В свою очередь Советский  Союз предполагал получить безопасность Ленинграда, как с суши, так и  с моря.

После неудачно завершившихся переговоров, Сталин принял решение о проработке второго варианта укрепления северо-западных границ. В конце марта -начале апреля 1939 года он поручил командующему Ленинградским военным округом разработать план проведения "контрудара, после отражения возможного вторжения Финляндии на территории СССР".

Осенью, на военном совете, был рассмотрен план, разработанный под руководством начальника Генерального Штаба Б. М. Шапошникова, в котором был учтен, как характер укреплений, возведенных  противником, так и преобладание на данном театре военных действий лесисто-болотистой местности. Были проведены необходимые подсчеты сил и средств на случай отражения возможного вторжения противника и проведения контрудара с прорывом сильно укрепленной полосы обороны. Шапошников предполагал, что планируемый контрудар по Финляндии может затянуться на несколько месяцев напряженной кровопролитной войны, даже если она будет проводиться без вмешательства в конфликт крупнейших капиталистических государств. Однако настроенный К. Е. Ворошиловым на легкую победу, Сталин отверг план Шапошникова, подсчитав его излишне осторожным.

Не получил также полного  одобрения у высшего государственного руководства план, разработанный  под руководством командующего войсками Ленинградского военного округа командарма второго ранга К. А. Мерецкова. В  плане командующего округом предусматривались  значительные сроки подготовки и  проведения контрнаступательной операции, а также темпы наступления ниже, чем хотелось бы И. В. Сталину. Поэтому данный план также не был утвержден. Обосновывая свои расчеты, К. А. Мерецков утверждал, что он исходил из возможностей Ленинградского военного округа. Но ему заметили, что необходимо исходить из возможностей Вооруженных Сил Советского Союза. На попытку Мерецкова убедить, что возможность вступления в войну других стран изменит соотношение сил, Сталин заметил, что не он один думает над этой проблемой. Это все свидетельствует о том, что разработка плана предстоящей операции была лишена всякой инициативы, все коррективы и изменения к плану поступали только сверху.

Одним из требований, предъявлявшихся к плану, было сокращение сроков проведения операции до одной недели. Расчет на достижение быстрой победы "малой кровью", без наличия достаточного количества резервов, заранее обрекало такой план на провал.

Уверенность Сталина в завершении такой войны в несколько дней была настолько велика, что он не счел нужным уведомить об этом находившегося  в отпуске начальника Генерального Штаба Б. М. Шапошникова.

В ответ на начавшуюся в сентябре 1939 года под видом учебных сборов мобилизацию в Ленинградском  военном округе, маршал Маннергейм 11 октября обратился с письмом к министру обороны Ю. Ниукканену в котором в частности говорилось: " Учитывая современную обстановку и особо обращая внимание на преимущество которое имеют отмобилизованные войска русских, движущиеся в направлении границы с Финляндией... безотлагательно приступить к мобилизации". Аналогично, как и в Советском Союзе, резервисты в целях маскировки, призывались под видом учебных сборов. Параллельно осуществлялась добровольная эвакуация населения из Хельсинки в сельскую местность, а также из приграничных районов в глубь страны. Эти дорогостоящие мероприятия проводились также с целью оказать давление на Советский Союз.

12 октября 1939 года возобновились  переговоры по территориальному  вопросу с Финляндией, но вероятность  того, что они дадут положительный  результат была очень мала. На  данной встрече присутствовал  - 8 государственный советник, министр  Ю. К. Паасикиви. Позднее к делегации присоединился министр финансов В. Таннер. Повторное стремление заключить пакт о взаимопомощи было отклонено правительством Финляндии.

Тогда 14 октября 1939 года СССР предложил  Финляндии рассмотреть следующие  вопросы: 1. Сдать в аренду, сроком на 30 лет порт Ханко и территорию вокруг порта, радиусом в пять-шесть  миль, с размещением гарнизона  численностью пять тысяч человек.

2. Предоставить якорную стоянку  Северному Флоту в заливе Лаппвик(Лаппохия) .

3. Предоставить Советскому Союзу  пять мелких островов в Финском  заливе, а также часть Карельского  перешейка от села Липпола до южной оконечности города Койвисто, западную часть полуострова "Рыбачий" и "Средний" - всего 2761 кв. км.

4. В целях возмещения ущерба  за уступаемую территорию передать  Финляндии территорию СССР в  районе Ребола и Порос-озеро общей площадью в 5529 кв. км.

5. Предполагались взаимные обязательства  - не вступать в группировки  и коалиции государств, прямо  или косвенно враждебных той  или другой договаривающейся  стороне.

6. Разоружить укрепленные районы  на Карельском перешейке, вдоль  финляндско-советской границы, оставив  обычную пограничную охрану.

В начале встречи Паасикиви сказал, что безопасность Ленинграда гарантируется наличием военно-морских баз Советского Союза на южной части Финского залива. Сталин заметил: "... У Англии и Германии достаточно сильные военно-морские флоты, которые они в любой момент могут ввести в Финский залив. И я сомневаюсь, что вы сможете в этом случае остаться вне военного конфликта. " - 9 Необходимость создания военно-морской базы на полуострове Ханко И. В. Сталин мотивировал возможностью перекрытия входа в Финский залив огнем береговой артиллерии в случае опасности. Обосновывая необходимость переноса границы на Карельском перешейке, он заявил: " Поскольку мы не можем передвинуть Ленинград, мы передвинем границу, чтобы его обезопасить. " Для подтверждения справедливости своего решения Сталин приводил высказывания И. Рибентропа о том, что нападение на Польшу обусловливалось необходимостью обезопасить Берлин.

Переговоры, зашедшие в тупик, были перенесены на 20 октября. Возобновление  переговоров не дало положительных  результатов, так как Финляндия  согласилась предоставить только ряд  мелких островов и отодвинуть границу  всего на 10 км. По остальным пунктам  советская сторона получила отказ.

И. В. Сталин был удивлен таким  поворотом событий, считая, что Финляндия  должна была пойти на те, по его мнению, минимальные условия, которые были предложены в меморандуме от 14 октября. Отличие от первоначального варианта заключалось в уменьшении предполагаемого  гарнизона на полуострове Ханко  до 4 тысяч человек (первоначально - 5 тысяч человек) и ограничение  его пребывания в районе Ханко  до окончания англо-франко-германской войны (первоначально 30 лет) .

Делегация Финляндии попросила  отсрочки, поскольку переговоры достигли критической точки. Перед главой делегации возникла проблема выбора между войной, которая могла превратить Финляндию в социалистическое государство, и миром при условии, что страна станет частью сферы влияния СССР. Глава финской делегации был  склонен ко второй точке зрения, но предполагал, что Сталин согласится разместить военно-морскую базу на других островах, не представляющих большой ценности для Финляндии.

-На состоявшейся 31 октября 1939 года  сессии Верховного Совета СССР  Молотов изложил требования, предъявлявшиеся Финляндии в ходе переговоров. Им было заявлено, что поскольку Финляндия находится под влиянием ряда западных государств, что вызывает обеспокоенность по поводу безопасности северо-западных границ СССР, особенно Ленинграда, советско-финляндские отношения необходимо рассматривать как отношения особого рода. Эта речь Молотова предполагала привлечь общественность Финляндии, учитывая минимальный характер требований СССР, и обязать ее подписать соответствующее соглашение.

Но реакция у финнов была обратной. Они выступили в защиту правительства, а Эркко заявил: " Всему есть свои границы. Финляндия не может пойти на предложения Советского Союза и будет защищать любыми средствами свою территорию, свою неприкосновенность и независимость. " Переговоры 3 ноября прошли безрезультатно, а на следующий день Сталин, пригласив к себе финскую делегацию, показал на карте три острова восточнее полуострова Ханко и спросил: "Вам нужны эти острова? ".

Ни Паасикиви, ни Таннер не имели никакого понятия об этих островах и попросили время для консультации с правительством.

8 ноября финны настойчиво рекомендовали  СССР отказаться от военной  базы на острове Ханко, предлагая  взамен уступки на Карельском  перешейке и на севере. Но Сталин  неожиданно предложил продать  территорию в районе порта  Ханко, мотивировав тем, что  военные базы, созданные там, не  будут являться территорией Финляндии.  Как и следовало ожидать, со  стороны Финляндии последовал  отказ.

Со второй половины ноября в советской  прессе началась активная пропагандистская кампания, направленная против Финляндии. Корреспондент ТАСС сообщал из Хельсинки, что в стране назревает революционная  ситуация, одной из причин чего является начавшаяся массовая мобилизация, в  армии наблюдается значительный рост дезертирства. Всячески проводилась  мысль о том, что Красную Армию  трудящиеся Финляндии готовы встретить  с цветами и флагами для  оказания помощи в свержении буржуазного  строя.

Официальным поводом для разжигания вооруженного конфликта послужил провокационный обстрел советских войск финскими частями, сосредоточенными на Карельском перешейки в непосредственной близости от границы с СССР. В ноте, врученной 26 ноября 1939 года Народным комиссаром иностранных дел В. Молотовым послу Финляндии в СССР Ирне Коскиену по поводу происшедшего, в частности говорилось, что в 15 часов 45 минут по нашим войскам, дислоцированным в районе села Майнила, с финской территории произведено семь орудийных выстрелов. В результате чего убито четверо военнослужащих (трое рядовых и один младший командир) , ранено девять человек(из них шесть рядовых, один младший командир и двое из командного состава) .

Однако, приводимые в современных источниках данные позволяют усомниться в том, что огонь по советским войскам действительно велся с финской территории. Так, как свидетельствует запись в журнале боевых действий 68-го стрелкового полка 70-й стрелковой дивизии, дислоцированной в районе Майнила: " 26 ноября полк подвергся обстрелу белофиннов. Взорвалось семь снарядов. Погибло 3 человека и 6 ранено".

Просматривается расхождение в  данных журнала военных действий и заявлении Молотова. Настораживает  и тот факт, что все записи в  журнале сделаны одной рукой, хотя начальник штаба и его  помощник, которые обязаны вести  записи, за непродолжительный период менялись три раза.

Основанием для сомнения является и то, что в оперативных сводках  и донесениях штаба 70-й стрелковой дивизии и ее частей есть сведения о случайных выстрелах и обвалах землянок в октябре-ноябре 1939 года. Но - 12 в тоже время о выстрелах с финской стороны, а также о наличии в приграничных районах артиллерии на другой стороне записей не обнаружено.

Анализ ведомостей боевого и  численного состава 68-го стрелкового  полка за период с 25 по 28 ноября свидетельствует, что численность состава оставалась неизменной. Не маловажен и тот  факт, что приказ на наступление  был подготовлен 23 ноября 1939 г., а  день перехода в наступление предполагалось "указать особо".

В тоже время результаты наблюдения финских пограничных постов свидетельствуют, что с 14.30 до 15.00 26 ноября было зафиксировано  пять пушечных выстрелов, а с 15.00 до 15.05 - два минометных выстрела. Финские  пограничники явно видели, куда были направлены выстрелы и откуда произведены. Дальнобойная артиллерия, способная вести обстрел  деревни Майнила, с финской стороны в данном районе отсутствовала.

Кроме того, из ставших теперь известных  записей, сделанных в дневнике А. А. Жданова и являющихся своего рода сценарием происходивших событий, явствует следующее: к границе должен был подтянут батальон НКВД; происходит инцидент с выстрелами; затем организуется митинг всеобщего возмущения; распространение 30000 пропагандистских листовок; речь Молотова с перечислением агрессивных действий Финляндии.

Перед началом войны, между шестью-семью  часами утра по радио должно было быть зачитано Обращение ЦК финской Компартии  к трудящимся Финляндии. То есть все  происходило по ранее разработанному плану. Речь, сравнимую с объявлением  войны В. М. Молотов произнес в 23 часа 29 ноября по московскому времени. К  Народному Комиссару Иностранных  дел СССР был вызван посланник  Финляндии в СССР Ирне-Коскинен, где ему была вручена нота о разрыве дипломатических отношений. 30 ноября 1939 года войска Ленинградского военного округа по приказу Главного командования Красной Армии пересекли границу Финляндии. Не забыли и об обращении к трудящимся Финляндии.

В общей сложности в финских  вооруженных силах насчитывалось  до 600 тысяч человек, около 900 орудий, 60 танков, 29 боевых кораблей и 270 боевых самолетов.

Группировка советских войск включала до 750 тысяч человек, более 1500 орудий и минометов, более 1500 танков и около 1600 самолетов.

В соответствии с планами советского командования на мурманском и ухтинском направлениях должна была действовать 14-я (комдив В. А. Фролов) и 9-я (комкор Духанов) армии, которые развертывались в полосе свыше 1000 км. Против них действовала Лапландская группа под командованием генерала Валаниуса, северная оперативная группа генерала Туомпо и шведская добровольческая бригада генерала Линдера.

8-я армия (комдив И. Н. Хабаров) действовала севернее Ладожского озера в полосе 270 км; против нее развертывался 4-й армейский корпус генерала В. Хеглунда и группа генерала П. Талвела.

7-я армия (командарм 2-го ранга  В. Ф. Яковлев, с 7 декабря  1939 года К. А. Мерецков) действовала  на Карельском перешейке в  полосе 120 км, против нее была развернута 5-я армия генерала Х. Эстермана и в глубине резервная группа главного командования в составе до пехотной дивизии.

ХОД ВОЕННЫХ ДЕЙСТВИЙ

В 8 часов 30 минут (после 30 минутной артиллерийской подготовки) советские войска перешли  в наступление. На Карельском перешейке, преодолевая оборудованную перед  главной полосой линию Маннергейма, оперативную зону заграждений, советские  войска встретились с определенными  трудностями. Несмотря на то, что на данном направлении Красная - 14 Армия  имела превосходство в силах  и средствах примерно в три  раза, отсутствие разведывательных данных о наличии сооружений и инженерных заграждений не позволяло выдержать  спланированные темпы наступления.

Так, в первый день темп наступления  планировался 10-15 км в сутки, во второй свыше 40 км в сутки, но реально темпы  наступления не превышали 4-8 км в  сутки. В целом 7-я армия завершила  выход к главной полосе обороны  лишь к 12 декабря, т.е. на 10 дней позже  указанного срока.

На другом направлении обстановка складывалась не лучше. Так, темп выдвижения к государственной границе 9-й  армии, без воздействия противника, составил 12-16 км в сутки, хотя планировалось  иметь более 20 км в сутки. Офицер оперативного отдела штаба округа майор  Чернов задал вопрос "как можно  планировать такие темпы наступления  по территории противника? ". Но на докладную  записку от начальника оперативного отдела штаба Ленинградского военного округа полковника Тихонова получил ответ, что снижать темпы наступления никто не позволит.

На низких темпах наступления во много сказывалась неподготовленность войск к действиям в условиях холодной зимы. Так, разведчик 17-го отдельного лыжного батальона вспоминает какая была экипировка: "Тут начали проклинать тех военспецов которые экипировали бойцов легкого лыжного батальона, и особенно нас - разведчиков. Какие мы разведчики, - думали мы, идя на лыжах, - мы навьюченные, неповоротливые ишаки, или верблюды, или носильщики наподобие клондайковских носильщиков-индейцев. Эта экипировка нам мешала: никакой маневренности, подвижности, да в лютый мороз, в глубоких снегах!... " Войска 9-й армии не встречая серьезного сопротивления к 18 декабря продвинулись вглубь Финляндии на 35-140 км. Темп наступления составил от 2 до 9 км в сутки (вместо предполагаемого 22 км в сутки) .

Войска 8-й армии, развивая наступление, за 15 дней продвинулись - 15 на 65 км, средний  темп составил 4,5 км в сутки (планировалась  глубина продвижения 150 км, продолжительность  операции до 16 суток, средний темп около 10 км в сутки) .

Войска, действовавшие на Мурманском направлении, 1 декабря овладели портом Петсамо, одновременно очистив от финских гарнизонов полуостров Рыбачий и Средний и, по существу, только эта армия выполнила поставленную задачу.

Часть сил 8-й армии попало в окружение, такая же участь постигла и войска 9-й армии, в результате чего был  отстранен от должности командующий 9-й армии комкор Духанов и начальник штаба комдив Соколов, а командир 662-го стрелкового полка полковник Шаров и комисар Подхомутов были расстреляны "за преднамеренное приведения полка в небоеготовное состояние".

О том как осуществлялась поддержка  войск с воздуха свидетельствуют  следующие воспоминания: "самолеты бомбили, верно, стараясь угодить в  финнов, окруживших 54-ю дивизию, но иногда бомбы попадали и по своим, а продукты и боеприпасы, которые сбрасывали, часто попадали к финнам, нежели к бойцам окруженной дивизии.. ". Это  все не смотря на то, что постоянно в приказах определялись и доводились сигналы обозначения мест для сброса продуктов и боеприпасов, а также сигналы опознавания своих войск".

Попавшая в окружение 18-я стрелковая дивизия и 34-я танковая бригада 56-го стрелкового корпуса 8-й армии  в начале января 1940 г.

вышли из окружения 29 февраля. 340-я  танковая бригада была уничтожена полностью, лишь нескольким бойцам и командирам удалось спастись и вынести знамя  бригады. Из состава 18-й стрелковой дивизии вышло 1200 человек (то есть более 90 проц. личного состава дивизии  погибло) .

Знамя 18-й Ярославской стрелковой дивизии стало трофеем финских  воо - 16 руженных сил - после окончания войны дивизия была расформирована.

Судьба командования 18-й стрелковой дивизией и 34-й танковой бригадой была очень трагичной: командир 34-й танковой бригады С. И. Кондратьев, комиссар бригады  И. А. Гапанюк, начальник штаба полковник Н. И. Смирнов и комиссар 18-й стрелковой дивизии М. И. Израецкий, боясь плена или ареста покончили жизнь коллективным самоубийством.

4 марта 1940 года раненого командира  18-й стрелковой дивизии Г. Ф.  Кондрашева взяли под стражу прямо в госпитале. 8 марта 1940 года покончил с собой командир 56-го корпуса комдив И. Н. Черепанов.

Такая же участь постигла и командира 44-й стрелковой дивизии комбрига Виноградова и начальника штаба  полковника Волкова. При выходе из окружения  потери этой дивизии составили 30 проц. в личном составе, 50 проц. стрелкового  вооружения, 80 проц. тяжелого вооружения и все танки.

В дальнейшем, войска 7-й армии после  неудачной попытки сходу прорвать главную полосу линии Маннергейма  приступили к планомерной подготовке ее прорыва.

К 28 декабря на базе группы комкора Тренделя из соединений 7-й армии была создана 13-я армия. Группировка сил и средств продолжала наращиваться. В первых числах января 1940 года 7-я и 13-я армии имели полуторное превосходство над противником в личном составе, почти тройное в артиллерии, семикратное в авиации и почти абсолютное в танках.

7 января 1940 года решением Главного  военного совета создается Северо-Западный  фронт, командующим войсками назначается  командарм 1-го ранга Тимошенко.  В его оперативное подчинение  передается Краснознаменный Балтийский  флот.

После продолжительной подготовки 11 февраля войска Северо-Запад - 17 ного фронта (артиллерийская подготовка осуществлялась в течении 2 часов 20 минут) в 12 часов перешли в атаку. На направлении главного удара огневая поддержка осуществлялась на глубину 1.5-2 км методом огневого вала. Небольших успехов добились 123-я стрелковая дивизия 7-й армии генерал-майора Алябушева. Темп наступления в первый день составлял 0.2-1.5 км. Наращивание усилий через образовавшуюся брешь позволило командующему 7-й армией к 16 февраля увеличить участок прорыва до 11-12 км по фронту и до 11 км в глубину, закрыть эту брешь противнику было нечем.