Ирина Эланс

Автор который поможет с любыми образовательными и учебными заданиями

Совместная деятельность распределение функций

Реферат по предмету

Психология труда

На тему:

«Совместная деятельность и распределение функций»

Подготовила студентка

3-го курса,5-го семестра

Москва 2011

Оглавление:

Средства и условия деятельности, как компоненты трудового поста -3-
Информационная часть среды -5-
Вербальное опосредование -6-
Виды деятельности. Совместная деятельность. -9-
Организация деятельности -10-
Совместная деятельность взрослого и ребенка -13-

Список литературы:

«Введение в психологию труда» Климов Е.А.
«Психология труда» Карпов А.В.
«Психология профессионала» Климов Е.А.
«Общая психология» Карпов А.В.
«Психология деятельности и способности человека» Шадриков В.Д.

Средства и условия деятельности как компоненты трудового поста.

Существует закономерная зависимость между заинтересованностью работника, его активностью, с одной стороны, и уровнем нормативной регламентации его деятельности — с другой: чем меньше функций предоставляется работнику выполнять по его замыслу и разумению, тем менее привлекательным при прочих равных условиях становится для него труд. Если человек профессионально подготовлен, значит есть круг вопросов, задач, которые он вправе решать самостоятельно. Это трудно оспаривать. Но следует признать, что практически случается, что совершенно необходимая "зона самостоятельности" отнюдь не бывает очерчена с достаточной ясностью, даже если "теоретически" (т. е. в письменной должностной инструкции) она и описана. Ретивый или слишком тревожный, "беспокойный" руководитель, "сующий нос" в дела подчиненных и по делу, и по наивному властолюбию, по излишней "общительности" или из-за желания показать, что и он "не сидит без дела", может невольно повлиять отрицательно на их мотивацию к труду. Излишняя нормативная (казалось бы, из самых добрых намерений) регламентация труда — враг для повышения активности, инициативы трудящихся.

Рассмотрим структуру среды.

Социально-контактная часть среды. Человек погружен не только в "метеорологические", физические условия, но и в условия межлюдских отношений, которые субъективно могут переживаться остро, вплоть до исхода в нервные и соматические заболевания. В обиходе, как известно, укоренилось даже понятие социально-психологического микроклимата в производственном коллективе. Любая организованная группа, в том числе и производственный коллектив (производство, напоминаем, понимается здесь в самом широком смысле), имеет некоторое внутреннее "устройство", структуру — более или менее сплоченные группы, группировки, официальных и неофициальных ("формальных" и "неформальных", как чаще говорят) лидеров; в группе есть свои "звезды", "отстающие", могут быть "отверженные". Разные члены группы более или менее сходны или различаются по тому, что они считают важным и второстепенным, "само собой разумеющимся", желательным, допустимым или неприемлемым и т.п. Все это и подобное создает психологический "микроклимат", "дух", "настроение" группы, и члены группы либо им дорожат (иной раз больше, чем содержанием труда), либо предпочитают из-за него даже увольняться с работы, интересной для них по существу. Одна из задач психологии — оптимизация межлюдских отношений в трудовом коллективе, сообществе, в особенности, если речь идет о работе, предполагающей постоянное деловое межличностное взаимодействие (бригада, экипаж, экспедиция, группа операторов и т.д.) А, кстати, организатора производства,"работодателя" может не волновать такая тонкость, что перед ним "социальный психолог" или "педагогический" или какой-то еще: ты психолог — и действуй; и это правомерно, ибо отрасли психологии — это выдумка и традиция теории, а не запрос практики).

Построение и поддержание оптимальных деловых межлюдских отношений, окрашенных положительными эмоциональными переживаниями — важнейшее условие работоспособности человека, продуктивности его на трудовом посту, устойчивого положительного отношения к труду, производству.

Социально-контактные условия социальной среды не исчерпываются интегральной характеристикой указанного выше "микроклимата", но содержат и другие компоненты:

• личный пример окружающих членов своего профессионального сообщества и других профессиональных групп, их культура, опыт, образ жизни, деятельность, поведение, взаимоотношения (сотрудничества, взаимопомощи, взаимозависимости) ;

• учреждения, организации, группы и их представители, с которыми человеку реально приходится взаимодействовать;

• реальное место данного человека в структуре своего трудового сообщества, включенность его в другие группы (в частности, семью) и группировки, уровень защищенности его в сообществе от различного рода посягательств.

Информационная часть среды.

Информационная среда (как часть общей среды) сложна и распределяется между собственно социальным окружением и рабочим местом. Член трудового коллектива находится в потоке оперативных деловых сообщений, сведений, как прицельно адресованных ему, так и общезначимых, которые важно замечать. "Прицельные" сообщения, информационные воздействия — требования руководителей, Приказы, советы, а иной раз "давление" коллег, их более или менее настойчивые пожелания, просьбы, предложения. Ко всему этому человек не может оставаться безразличным, даже если внешне это и не у всякого заметно.

Сюда же можно отнести "неписаные законы" трудового сообщества, носителями которых являются его члены; эти законы так или иначе поддерживаются оперативными реакциями, поведением, наставлениями в связи с возникающими ситуациями.

Все указанное выше существует и имеет свои "оптимумы" и "пессимумы". "Честно крутящийся" руководитель может так информационно "задергать" исполнителя работы постоянными сообщениями, напоминаниями, поторапливаниями, что, несмотря на совершенное техническое оборудование, ожидаемый (проектный) результат труда может быть и не получен.

Окружающие люди, даже если они преднамеренно не влияют на человека, тем не менее фактически воздействуют на него, обнаруживая свою общую и профессиональную культуру, опыт, личностный облик, всю систему организации дел в профессиональной группе, о чем мы уже упоминали ранее.

Резюмируя сказанное, можно было бы дать следующий перечень информационных составляющих среды субъекта труда:

• правила внутреннего распорядка, устав учреждения, предприятия. Эти правила — реальность, хотя и не вещь. Они — модель, частное выражение гражданских законов и подзаконных актов. Знания об установлениях указанного рода регулируют поведение людей там, где физических "оград" нет и, казалось бы, можно делать "все, что угодно";

• "неписаные законы", традиции организации, своей группы, нормы отношения к людям, мнениям, информации; и, правила личной и общественной безопасности (например,в химической лаборатории, на строительной площадке, в пожароопасном помещении, на дороге и т.п.) — тоже реальная общественная мудрость, полезная информация; с ней надо считаться;

• средства наглядности, рекламы, "бросающиеся в глаза"; и идеи (включая и вздор), выраженные в той или иной форме;

• не только "безадресные", но и "прицельные" воздействия — требования, приказы, советы, пожелания, поручения, верные и ложные сообщения, скажем, клевета и пр.

Витальная часть среды субъекта труда. Целесообразно теоретически признать, что наше тело и его состояния ("сома", "соматические процессы", как выражаются медики) являются частью среды для того, что мы называем "психика", "Я". Во внутренних органах, в мышцах, сухожилиях, суставах имеются чувствительные нервные окончания (органы чувств), дающие сигналы о положении и состояниях тела (зрячий человек обычно может, не глядя, определить положение своих ног, пошевелить пальцами ступней, выполнить координированные движения руками, скажем, застегнуть пуговицу). Если нарушается двигательная чувствительность, то происходит и распад движений ("кинестетическая апраксия"), несмотря на структурную сохранность двигательного аппарата.

Сигналы от тела сливаются в нашем сознании в переживание, обозначаемое как "общее самочувствие". Они являются чувственной опорой сознания "Я". При заболеваниях возникают тревожащие ощущения, боли, включая и так называемые "фантомные", когда болит, "чешется" то, чего нет (скажем, "палец" на ампутированной ноге) или не там, где расположен нездоровый орган (человек, например, начитался о болезнях и ощущает боль там, где, как он полагает, "должно болеть" сообразно сложившемуся у него "мифу болезни"). Изменяется и самосознание ("Я не узнаю себя", "сам не свой", "раньше я был не таким" и пр.).

Не только состояние тела влияет на психику, но есть и обратные влияния психики (полезные или болезнетворные) на внутреннюю среду организма: общеизвестно, что остро или длительно переживаемый эмоциональный конфликт может вызывать у одних людей заболевания сердечно-сосудистой системы, у иных — пищеварительного аппарата или дыхательной системы. Наоборот, такое психическое явление, как стремление человека "встать выше" своего физического недостатка или хронической болезни и максимально использовать и развивать имеющиеся возможности, позволяет ему быть успешным в подходящей для него работе, обеспечивать себе существование в житейском смысле и развитие.

Вербальное опосредование.

Люди, включенные во всевозможные виды совместной деятельности, общаясь, создали свой общий мир, так что каждый из нас, выстраивая собственный мир, опирается не только на свой опыт взаимодействия с действительностью, но и на опыт, накопленный человечеством и зафиксированный во всевозможных знаковых формах. Важно, что этот опыт максимально освобожден от субъективности, что в нем сохраняется все общее и существенное для людей данной культуры. Этот общий опыт существует в культуре, и люди, решая всевозможные жизненные задачи, формируя новые знания и новые способы действия, используют этот опыт. Таким образом, взаимодействие с миром человека, выросшего в обществе, не непосредственно, а опосредованно общечеловеческими знаниями. Естественно, опосредована и отражательно-регулятивная сторона этого взаимодействия, т.е. человеческая психика.

Формы этого опосредования в настоящее время интенсивно исследуются в современной когнитивной психологии в ходе изучения репрезентации в когнитивных структурах человека окружающей действительности, т.е. того, как мир представлен в человеческой психике. Д. Брунер, один из основателей когнитивной психологии, выделяет следующие виды репрезентации: двигательную, образную и вербальную, но этот список может быть расширен. Например, представители Вюрцбургской школы считали, что истинное мышление бессловесно и безобразно, его содержание — это переживание так называемых логических интенций, т.е. непосредственно логических соотношений между элементами решаемой задачи. В исследованиях другого специалиста по психологии мышления — Л. Секея было показано, что в период «творческой паузы», предшествующей инсайту, важнейшую роль играют презентации, которые организуются и строятся в раннем детстве на основе впечатлений о внешнем мире и соматических ощущений. А поскольку человек — ярко выраженное общественное существо и первые впечатления о мире он получает, находясь в непосредственном контакте с матерью, и все потребности удовлетворяются в ходе общения с ней, то важнейшими глубинными репрезентативными механизмами являются так называемые взаимоотношенческие, человек отражает события, происходящие в мире, даже не включающие действующих субъектов, используя усвоенные схемы взаимоотношений между людьми.

Итак, в психике человека существует большое количество репрезентационных механизмов, в зависимости от личностных особенностей их соотношение различно. В соответствии с решаемой задачей одна и та же действительность может быть репрезентирована с помощью различных схем: действенных, образных, словесных, взаимоотношенческих и т.д. Более того, в ходе решения одной задачи, как это было показано в исследованиях Е.В. Коневой, содержание задачи может постоянно переопосредоваться, это позволяет выявить и включить в мыслительный процесс новые свойства элементов задачи. Ю.М. Лотман полагал, что творчество, создание чего-то нового, возможно только благодаря тому, что имеет место перевод знаний с одного языка репрезентации на другой.

В человеческом мировосприятии обязательно участвуют различные репрезентационные механизмы, которые каждый человек строит самостоятельно в ходе решения различных жизненных задач, но использует при этом обобщенные схемы, существующие в его культуре. Каждое общество располагает своеобразными языками, в «словари» которых входят совокупности обобщенных действий, образов, форм взаимоотношений между людьми, и усвоить эти языки — сложнейшая задача, решаемая каждым человеком в ходе его развития и социализации.

Основная форма общения между людьми — словесная; у современных людей наибольшую роль в этом играют схемы вербальной репрезентации. В некоторых теориях, отражающих общие закономерности развития психики, они рассматриваются в качестве единственных опосредующих механизмов. Так, согласно культурно-исторической теории развития высших психических функций Л.С. Выготского, человек рождается с набором «натуральных» психических функций, общих с животными. Это — непосредственное запечатление вместо специфических человеческих форм запоминания, мышление протекает как мысленное манипулирование элементами задачи, представленными в их чувственно воспринимаемых свойствах, как, например, у обезьян в исследованиях В. Кёлера и т.д. Общаясь со взрослыми, ребенок усваивает человеческую речь, а именно совокупность значений слов, существующую в культуре, и правила синтаксиса, по которым эти слова объединяются в высказывания. В значениях зафиксирован общечеловеческий опыт создания обозначаемых предметов, отражены их общие и существенные свойства, а в синтаксисе предложений закреплены выявленные человечеством логические связи между элементами различных ситуаций. Человек включает эти значения в свои психические процессы в качестве инструментов, превращающих его изначально натуральные психические функции в высшие, вербально опосредованные. По Выготскому, вербальное мышление как высшая психическая функция представляет собой оперирование усвоенными словесными значениями по законам логики, также интериоризованным из синтаксиса речевых предложений. Л.С. Выготский придавал огромную роль словесному значению в развитии человеческой психики. Он считал его своеобразной элементарной единицей речи и мышления, отражающей их основные функции. Своим важнейшим открытием Выготский полагал выявление двух форм развития значения; макрогенеза — в филогенезе и в онтогенезе, когда человек усваивает значения и его речь становится осмысленной, а мышление — речевым, и микрогенеза — изменения значения «на пути от мысли к слову», т.е. в процессах порождения и понимания речевых высказываний. Описание этих процессов, изложенное в книге Выготского «Мышление и речь» (1934), более чем на 20 лет опережает открытие американскими исследователями Н. Хомским и Дж. Миллером генеративного принципа порождения речи, т.е. того, что развернутое речевое высказывание не строится по «цепному» принципу за счет прибавления нового слова к уже произнесенным, а постепенно как целое разворачивается из некой первоначальной ядерной структуры.

В качестве основного механизма развития человеческой психики в теории Выготского рассматривается прямая интериоризация существующих в культуре словесных значений, а не самостоятельное построение субъектом собственных отражательных и регуляторных психических механизмов с использованием того, что существует в культуре. Это мешает последовагелям Выготского производить плодотворный анализ, например мыслительного процесса, суть которого — создание человеком чего-то нового, индивидуального, а не непосредственное вживление культурных образований по принципу «извне» — «внутрь». Оптимальную методологическую основу для подобных исследований дает теория С.Л. Рубинштейна.

Тем не менее словесное опосредование играет в человеческой психике очень большую роль. Переосмысление тех или иных событий в форме текстов дает возможность вместить в сравнительно небольшой объем весьма значительное содержание. Переосмысление ситуации, данной первоначально в чувственно-образном плане, в описывающее ее словесное высказывание позволяет поместить ее в сознание как элемент развитой иерархической структуры всевозможных текстов — описаний, сюжетов, точнее, даже просто отнести ее к тому или иному классу подобных описаний. Это, конечно, обедняет запоминаемую ситуацию, но позволяет сохранить ее в форме, фиксирующей наиболее важные ее аспекты. А вспоминая эту ситуацию, мы вновь наполняем ее чувственным содержанием, переопосредуем в образный план, но это содержание будет уже не конкретно пережитым, а также обобщенным, извлеченным из наших индивидуальных словарей образов, действий, отношений. С переходом к вербальным репрезентативным механизмам в ходе развития человека связан известный феномен «детской амнезии», заключающийся в том, что люди не помнят ничего, что было с ними примерно до трех лет. По всей видимости, запомненное в то время изложено на других репрезентационных языках, которые мы уже забыли, овладев речью и сделав основным нашим «хранилищем запомненного» иерархическую семантическую систему словесных значений. Или же мы не то чтобы это забыли, а просто эти знания актуализируются совсем в других формах, чем наши нынешние «воспоминания», они присутствуют в качестве «фундамента» наших более поздних знаний. Л.Н. Толстой писал, что 90% того, что мы знаем о мире, мы узнаем в эти самые ранние годы.

Виды деятельности. Совместная деятельность.

Традиционно принято считать, что основным и психологически главным разделением деятельности на ее типы является дифференциация деятельности на трудовую, учебную и игровую. Трудовая деятельность отличается от двух других типов тем, что предполагает получение какого-либо общественно значимого продукта, результата.

Столь же фундаментальным и общим является разделение индивидуальной и совместной деятельности. Совместная деятельность реализуется в отличие от индивидуальной так называемым коллективным субъектом, т.е. двумя или более людьми, имеющими общий мотив и общую цель. Другими важнейшими признаками совместной деятельности являются пространственное и временное присутствие участников деятельности, ролевая и инструментальная дифференциация участников на тех или иных ее задачах, наличие управляющего (организующего) компонента — либо лидера, либо руководителя. Совместная деятельность также внутренне неоднородна и подразделяется на подтипы: например, на непосредственно-совместную — «деятельность вместе» и опосредствованно-совместную — «деятельность рядом».

Наиболее традиционной является, видимо, классификация видов деятельности по их предметной сфере, т.е. по профессиональной принадлежности. В результате выделяются все те профессии, которые существуют сегодня, а также специализации внутри этих профессий.

Производной от предыдущей, но значительно более обобщенной является классификация профессий, разработанная Е.А. Климовым, в целях организации профориентационной работы. Согласно данной классификации, выделяется пять основных типов профессиональной деятельности:

«человек — техника»,

«человек — человек»,

«человек — природа»,

«человек — знак»,

«человек — художественный образ».

Предельно общим является дихотомическое разделение видов деятельности на внешнюю и внутреннюю. При этом под внешней деятельностью понимают все виды, типы и процессы деятельности которые сопровождаются эксплицированными, т.е. объективированными, проявлениями ее исполнительских компонентов — движениями, действиями, экспрессией, коммуникациями и пр. Внутренняя деятельность развертывается в интрапсихическом плане, а в качестве ее синонима часто используется термин «психическая деятельность», что, однако, не вполне корректно. Принято считать также, что между внешней и внутренней деятельностями существует генетическая связь, поскольку вторая формируется в процессе онтогенеза на основе первой посредством механизма интериоризации.

Все большее значение придается сегодня еще одной — общей дифференциации деятельности на два типа — субъект-объектный и субъект-субъектный. Важность такого разделения обусловлена тем, что оно осуществляется по основному признаку деятельности — ее предмету. В субъект-объектном типе деятельностей предметом выступает неодушевленный объект, а в субъект-субъектном типе им является «другой человек» (социальный объект, согласно определению Дж. Брунера), т.е. личность, субъект, точнее, ряд субъектов (например, деятельность руководителя, педагога и др.).

Деятельность принято разделять также на исполнительскую и управленческую (организационную). Первая характеризуется тем, что субъект труда непосредственно воздействует на его предмет, хотя и контактирует при этом с другими субъектами. Вторая же (управленческая) обычно не предусматривает такого прямого воздействия. Она, однако, обязательно предполагает организацию одним субъектом деятельности других людей, а также иерархичность их соподчинения. Управленческая деятельность обозначается понятием «метадеятельность» — это «деятельность с деятельностями».

Важным следствием принципа множественности описаний и классификаций видов деятельности является то, что любая отдельно взятая деятельность может и должна быть охарактеризована набором, точнее, симптомокомплексом ведущих параметров, каждый из которых конкретизирует по отношению к ней то или иное рассмотренное выше основание классификации. Например, деятельность руководителя — это одновременно и трудовая, и интеллектуальная, и «субъект-субъектная», и прежде всего индивидуальная деятельность.

Организация деятельности

Проблема раскрытия психологической структуры деятельности может решаться как с позиций определения ее инвариантной психологической структуры, так и с позиций организации ее основных компонентов — действий. В том случае если в качестве «единицы» деятельности (ее психологической «ячейки», согласно С.Л. Рубинштейну) берется действие, то ее психологическая структура принимает вполне определенную форму. Она наиболее подробно описана в теории деятельности А.Н. Леонтьева.

Согласно данной теории, деятельность построена на основе структурно-уровневого принципа. Это означает, во-первых, что общая структура деятельности образована качественно различными уровнями, формами психической регуляции активности человека. Во-вторых, что эти уровни иерархически соподчинены и образуют целостную систему. А.Н. Леонтьев различает три основных уровня организации деятельности — операций, действий и автономной деятельности. Второй из этих уровней (действий), занимая центральное место в общей структуре деятельности, наиболее важен для понимания психологических особенностей деятельности и ее строения.

Действие — это основная единица структуры деятельности, представляющая собой произвольную, преднамеренную активность, направленную на достижение осознаваемой цели. С психологической точки зрения действие обладает двумя основными атрибутивными характеристиками. Первая из них состоит в том, что любое действие имеет не только цель как таковую, но обязательно цель, не совпадающую с общими целями всей деятельности. Присутствует феномен расхождения целей действий и деятельности, лежащий в основе всей структуры деятельности. Конкретные формы и способы активности субъекта определяются не непосредственно целями всей деятельности, не потребностями и мотивами ее субъекта, а целями отдельных действий и условиями, в которых они реализуются. Вторая основная особенность действий состоит в их осознаваемом, произвольном характере. Само свойство осознаваемости собственной активности возникает именно в силу того, что имеет место расхождение целей действий и деятельности. Эта активность начинает строиться как сложно-опосредствованная и, следовательно, требующая осознаваемого контроля. В психологических исследованиях установлено, что благодаря свойству осознаваемости действие сохраняет и воспроизводит («мультиплицирует») все главные психологические особенности деятельности в целом. Оно, как и деятельность, характеризуется свойствами целенаправленности, произвольности, предметности, активности, осознаваемости, адаптивности, системности и др. Стоит, однако, сделать всего лишь один шаг «вглубь» и перейти к более дробной единице — неосознаваемым операциям, как оказывается, что эти единицы уже не будут адекватно воспроизводить указанные основные атрибуты деятельности.

Поясняя эту важную мысль, можно сослаться на предложенное Л.С. Выготским разделение способов анализа деятельности на компонентный и элементный. Компонент — это та мельчайшая часть целого, которая еще имеет свойства самого этого целого; элемент — это та часть, из которой состоят компоненты, а следовательно, и само целое, но у которого отсутствуют свойства этого целого. Иллюстрируя данное положение, Выготский приводит следующий пример. Для воды компонентом будет ее молекула, поскольку она является носителем качеств «жидкости», а элементами — атомы водорода и кислорода; они уже утрачивают специфику целого (жидкости) и являются газами. Поэтому психологический анализ деятельности должен быть именно компонентным (а не элементным) — лишь тогда он будет и достаточно детализированным, и одновременно содержательно наполненным, воспроизводящим в своих результатах все богатство свойств исходного анализируемого целого.

Сходная, но получившая еще более глубокую теоретическую проработку точка зрения сформулирована С.Л. Рубинштейном. Он считал именно действие «подлинной единицей « — «ячейкой», «клеточкой» человеческой деятельности, в которой наиболее явно и ярко проявляются все основные психологические особенности не только деятельности, но и личности в целом.

В отличие от действий психологические операции соотносятся не с теми или иными осознаваемыми целями (и подцелями), а с условиями их достижения. При этом следует различать внешние и внутренние условия. Внешние условия — это система объективных параметров среды, в которой реализуется та или иная цель. Внутренние условия — это совокупность тех ресурсов (знаний, умений, компетентности и т.д.), которыми располагает субъект. Если совокупность внешних и внутренних условий такова, что она необходима и достаточна для реализации того или иного действия, то оно имеет тенденцию автоматизироваться и переводиться на неосознаваемый (так называемый фоновый) уровень регуляции. Действие, представленное без свойства осознанности, переведенное на автоматизированный уровень регуляции — это и есть психологическая операция. И наоборот, если условия (как внешние, так и внутренние) усложняются, то уже сформированная операция не только может, но и должна дезавтоматизироваться, переводиться на осознаваемый уровень, т.е. трансформироваться в действие. В этой связи можно сказать, что действие (как компонент деятельности) «состоит из операций» (как ее элементов). Однако и сами операции при изменении условий могут становиться действиями.

Автономная деятельность, представляющая третий уровень, выделяется А.Н. Леонтьевым на основе того, что он соотносится не с целями и тем более не с условиями их достижения, а непосредственно с мотивами личности, с системой ее доминирующих потребностей. Более того, согласно данной теории, сама деятельность как таковая (отдельная, «автономная» деятельность) как раз и выделяется на основе критерия наличия у нее какого-либо самостоятельного, специфического мотива. Мотив и деятельность суть взаимополагающие понятия; «немотивированной» деятельности просто не может быть. Мотив деятельности непосредственно связан с ее предметом и даже определяется им, в силу чего возникает свойство предметности деятельности. Оно рассматривается как основное свойство деятельности; «беспредметной» деятельности, так же как и «немотивированной», быть не может. Как отмечает Леонтьев, «выражение «беспредметная деятельность» лишено всякого смысла. Деятельность может казаться беспредметной, но научное исследование деятельности требует обнаружения ее предмета. При этом предмет деятельности выступает двойственно: во-первых, в своем независимом существовании, как подчиняющий себе и преобразующий предметную деятельность субъекта; во-вторых, как образ предмета, как продукт психического отражения».

Совместная деятельность распределение функций 📙 Реферат → 🆔 253029