Старофранцузский период развития французского языка

МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РФ

РОССИЙСКИЙ  ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ им. И.КАНТА

ФАКУЛЬТЕТ ЛИНГВИСТИКИ И МЕЖКУЛЬТУРНОЙ  КОММУНИКАЦИИ

КАФЕДРА ТЕОРИИ ЯЗЫКА И МЕЖКУЛЬТУРНОЙ  КОММУНИКАЦИИ 
 
 
 
 
 
 

К.В. Алексеева 

СТАРОФРАНЦУЗСКИЙ  ПЕРИОД РАЗВИТИЯ ФРАНЦУЗСКОГО ЯЗЫКА 

Реферат 
 
 

Научный руководитель: 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

Калининград

2010

Содержание

Введение………………………………………………………………………..3

Глава 1. Старофранцузский язык……………………………………………..4

1. Фонология……………………………………………………………….5
2. Морфология……………………………………………………………..9
3. Письмо и орфография……………………………………………….…17

Заключение………………………………………………………………….…23

Список использованной литературы………………………………………...25 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

Введение

Старофранцузский  язык является предком современного французского языка. Однако, появление одного языка, общего для всей территории Франции, является довольно поздним явлением в её истории, и язык этот обязан своим существованием целому ряду старинных языков группы «ойль», из которых и образовался современный язык.

Например, считается, что накануне Французской революции три четверти населения страны говорило на различных диалектах или же на других языках.

Считается, что одним из самых ранних документов, написанных на французском языке, является «Страсбургские клятвы»(договор, подписанный королями Карлом Лысым и Людовиком Немецким в 842 году). Возможно, что текст представляет собой старейший язык «ойль» или галло-романский, являясь переходной стадией между вульгарной латынью и ранним романским языком:

Королевский дом Капетингов, основанный Гуго Капетом в 987, ознаменовал распространение северофранцузской культуры, которая медленно, но настойчиво завоевывала господство на южных территориях Аквитании и Тулузы. Однако «язык ойль» Капетингов, предшественник современного французского языка, так и не стал общим языком всей французской нации вплоть до Французской революции. 

Язык  культуры и литературы имеет очень  много письменных свидетельств и  благодаря этому возможно достаточно четко проследить его историю (как  лексическую, морфологическую, фонетическую, так и синтаксическую). 
 
 
 
 

Глава 1. Старофранцузский язык

Население средневековой Франции говорило на множестве самых разнообразных языков. По большей своей части люди не знали церковной латыни, если не имели образования, — а образование во времена Средневековья вообще было чрезвычайной редкостью. Они не знали и «français du roy» (французского языка короля), — за исключением жителей области Иль-де-Франс, откуда и распространится та разновидность (диалект) французского языка, которая впоследствии ляжет в основу речи людей рабочего сословия. 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

1. Фонология

Классическая  латынь использовала десять гласных звуков (фонем), делящихся на пять кратких гласных (ă, ĕ, ĭ, ŏ и ŭ), и пять их долгих эквивалентов (ā, ē, ī, ō и ū). Таким образом, в латыни длина звука фонологична, то есть имеет смыслообразующую (или релевантную) функцию: два слова могут иметь в качестве единственного различия лишь долготу входящих в них гласных (vĕnit «он приходит» отличается от vēnit «он пришёл» ; pŏpulu(m) «народ» отличается от pōpulu(m) «тополь»).

Одним из самых главных изменений, случившемся во время эволюции от латыни к французскому языку, является постепенное исчезновение различения долготы гласных и появление различения гласных по подъему. Музыкальное ударение понемногу уступило место тоническому, что в результате привело к легкому изменению открытости гласных: произнесению кратких гласных немного более открыто, чем долгих. Следствием этого стало модификация подъема гласных и противопоставление подъемов двух гласных становится критерием дифференциации слов (различают закрытое ẹ в слове pied от открытого ę в слове lait, ọ в слове maux от ǫ в слове mort). Это вокалическая смена звуков произошла в течение II, III и IV веков в начальной фазе эволюции французского языка ещё очень близкому к вульгарной латыни. Большая часть таких изменений являются общими для большинства романских языков.

Вокалические  изменения представлены в нижеследующей  подборке:

• ē становится ẹ (nez, dé) во II веке;
• ĕ становится ę (les, lait), если гласная является ударной, в противном случае (безударная гласная), она становится звукомẹ (II век);
• ĭ становится ẹ во II веке;
• ī остается i без различения долготы звука;
• ă и ā теряют свою оппозицию по долготе, так что с точки зрения фонологии старофранцузский язык имеет лишь один звукa;
• ō становится ọ (eau) во II веке;
• ŏ становится ǫ (corps) если гласная является ударной, в противном случае она становится звуком ọ (II век) ;
• ū теряет свою характеристику долготы, оставшись звуком u (fou, sourd);
• ŭ становится ọ в IV веке.

Три латинских дифтонга, представленные в вульгарной латыни звуками oe, ae и au, эволюционируют соответственно в звуки ẹ(I век), ę (II век) и ǫ (конец V века).

Французский язык  двигался к окситонии. Как  и в латинском языке вл французском  все слова имеют тоническое ударение. Обычно оно падает на предпоследний слог слова (о слове с таким ударением говорят, что оно парокситоническое), за исключением слов, состоящих из одного слога (моносиллабического), в случае чего ударение, само собой разумеется, приходится на последний слог, а также за исключением полисиллабического слова (состоящего из более чем одного слога), предпоследний слог которого является кратким (то есть гласный которого является кратким и не замкнутым согласным звуком, который бы следовал за ним внутри слога), в случае чего ударение падает на третий с конца слог (пропарокситония).

Начиная с I века в народной латыни намечается постепенное выпадение безударных предпоследних гласных: cálĭdus превращается в cáldus, ámbŭlat превращается в ámblat, génĭta превращается в génte. Эта знаменательная эволюция будет полностью закончена к V веку. В эту эпоху большинство пропарокситонов превратились в парокситоны: с исчезновением предпоследнего гласного, шедшего за ударным гласным, этот последний был «подвинут в сторону».

Внутренние  незамкнутые предударные гласные (то есть безударные гласные в позиции  перед ударными гласными, но находящиеся  не в начальном слоге слова), за исключением гласной a, исчезли к началу IV века: bonĭtátem превратилось вbonté, computáre превратилось в compter. Если же гласный звук замкнут согласным, то такой гласный эволюционировал в звук /e̥/ (по другому шва (schwa) [ə], то есть нелабиализированное «беглое e», отличающееся от современного звука в словах le или petit), как в случае глагола appellár, эволюционировавшего в старофранцузское apeler.

В том  случае, если внутренним предударным  гласным являлся звук a, то он либо оставался звуком a, в том случае, если он был замкнут (ĭntaminatáre дает entamer), либо к VII веку превратился в звук /e̥/, если находился в свободной позиции (firmaménte дает fermement).

Все конечные гласные полностью исчезли (между VI и VII веками), за исключением звука a, превратившимся в глухой звук [ë] прежде чем стать непроизносимым звуком в современном языке.

• [a] > [ë] : CANTA > chantë > il chante

ROSA > rozë > roz (rose)

• [e] : CANTARE > cantar > chanter
• [i] : MURI > mur
• [o] : CANTO > chant
• [u] : BONU > buen > bon-n > bon

Основные  трансформации согласных таковы: исчезновение конечного -m в латинском винительном падеже, исчезновение звука [h] и повторное его введение под влиянием германских языков, сохранение согласных в сильном положении и ослабление слабых согласных посредством палатализации. Подчеркнем также, что романский язык приобрел сжатые зубныезвуки [θ] и [δ], наподобие звуков в английских словах «thing» и «this», возможно, под влиянием франкского языка.

Заметим, что все переписчики самых  старых текстов, написанных на французском  языке, например «Страсбургских клятв»(842) и Житии святого Алексея (ок. 1045), пытались на письме передать звуки [θ] и [δ]; в тесте клятвы мы находим графему dh(напр., aiudha, cadhuna), обозначающуюю звук [δ], тогда как в Житии святого Алексея сочетание букв th иногда передает звук [θ] (espethe, contrethe).

В романских  текстах для обозначения придыхания в некоторых словах франкского происхождения, таких как honte, haine, hache, haïr, hêtre, héron, с V века начинает использоваться буква h. Таким образом, буква h продолжает писаться в текстах классической латыни, но она не произносится в разговорном языке; это было вызвано не более чем доставшимся языку по наследству влиянием заимствованных из греческого слов. Именно с этого момента начинают различать слова, в которых начальное h обозначает «придыхание», то есть такие, которые не позволяют ни стягивание слов, ни выпадение гласного, и те слова, начальной буквой которых является гласная, но на письме начинающиеся с h «без придыхания». Степень придыхания, которая чувствительно ощущалась в романскую эпоху, игнорируется, хотя считается, что такое произношение (с придыханием), если и имело значение в начале своего употребления, то со временем в старофранцузском языке оно совершенно исчезло. 
 
 
 
 
 
 

2. Морфология

В плане морфологии старофранцуский язык остается ещё флективным языком (хотя современный французский язык гораздо ближе к аналитическому строю), но по сравнению с латынью количество флексий уже сокращено в значительной степени.

Система существительных уже включает два рода (мужской и женский) и два числа (единственное и множественное), что присутствует и в современном французском языке, но сохраняет также и два падежа:

• прямой падеж, унаследованный от именительного падежа латыни, выполняющий синтаксические функции подлежащего, обращения и атрибута подлежащего.
• косвенный падеж, унаследованный от винительного падежа латыни, выполняющий все остальные функции.

Несколько примеров (существительные I и II типов встречались гораздо чаще всех остальных):

Формально различая подлежащее и дополнение, двухпадежное склонение позволяло использовать, не рискуя получить двойной смысл, порядок слов невозможный в более позднем употреблении: фразы la beste fiert li cuens, si fiert li cuens la beste и li cuens fiert la beste совершенно однозначно обозначают «граф ранит зверя», имея совершенно явное подлежащее li cuens.

Прямой  падеж выполняет здесь функцию  подлежащего, но также он может быть обращением или признаком подлежащего.

Хотя  это двухпадежное склонение и  употреблялось в литературном языке, в текстах время от времени  фиксируются «ошибки». Возможно, разрушение системы вызваны фонетической формой окончаний, которые способствовали смешению падежей (конечное -s, обозначающее прямой падеж единственного числа, а также косвенный падеж множественного числа), своим неполным характером (со времен старофранцузского языка существительные женского рода, оканчивающиеся на -е, происходящие от 1-го латинского склонения, простым способом противопоставляют единственное и множественное число), а также постепенным выпадением конечных согласных звуков во французском языке (конечное -s более не произносится). Тем не менее, это разрушение не было единообразным: в своем движении с Запада на Восток эта система была упразднена сначала в диалектах Запада, затем — Центра с парижским регионом, просуществовав на Востоке вплоть до XV века.

Существительные современного французского языка, унаследованные от старофранцузского языка, в большинстве случаев происходят от косвенного падежа, наиболее часто употребляемого в речи. Однако в некоторых случаях слова представляет собой сохранившийся прямой падеж (главным образом, речь идет о словах, обозначающих людей, из-за их частого употребления в прямом падеже в качестве обращения): таковы слова fils, sœur, prêtre, ancêtre, а также многочисленные местоимения. В нескольких случаях сохранились обе формы одного и того же слова, дающие дублеты, иногда различные по своему значению: gars / garçon, copain / compagnon, sire / seigneur, pâtre / pasteur, nonne / nonnain, pute / putain.

Говоря  обобщенно, маркировка рода в латинском  языке происходила по изменению окончаний существительных и прилагательных. В процессе эволюции от латыни к старофранцузскому языку маркеры рода потеряли свои первоначальные характеристики. Для упрощения описания можно выделить несколько больших групп слов:

1) Слова  женского рода на -as дали слова  женского рода во французском  языке: rosam > rose / rosas > roses.

2) Слова  среднего рода множественного  числа, оканчивающиеся на -a, также дали слова женского рода: folia > feuille; arma > arme.

3) Слова  мужского рода на -is превратились  в слова мужского рода французского  языка: canis > chien; panis> pain; rex/regis > roi.

4) Существительные  мужского рода на -er также стали словами мужского рода: pater > père; frater > frère; liber > livre.

В романский период латынь потеряла средний род, который был поглощен мужским родом; например, granum > granus > grain(муж.). Слова среднего рода granum и lactis перешли в слова мужского рода французского языка; мужского рода — floris — перешло в женский род во французском; и наоборот, слова gutta и tabula так и остались словами женского рода; но словоburra (bure) сохранило женский род латинского оригинала, чтобы оказаться словом мужского рода «bureau», этимоном которого оно является.

Однако, множество слов старофранцузского языка изменило свой род в течение Средних веков. Так, женского рода были такие существительные как amour, art, évêché, honneur, poison, serpent; сегодня они являются существительными мужского рода. И наоборот, слова, являющиеся сегодня существительными женского рода, ранее имели мужской род: affaire, dent, image, isle (île), ombre, и т. д.

Процесс вторичной морфологизации рода в  старофранцузском язык был завершён не полностью. Многие жеские эквиваленты  слов появились гораздо позже, уже  в современном языке. Ниже приведен краткий список слов, данных в женском и мужском роде:

Отметим также противопоставление damoiselle (жен.)/damoisel (муж.) или damoiselle/damoiseau, обозначающие молодых дворян (мужчин или женщин), ещё не состоявших в браке; с течением времени в употреблении осталось только одно словоdemoiselle, в то время как мужские формы слова damoisel/damoiseau вышли из употребления.

В «Руководстве по постановке слов в женский род» (1999) авторы приводят список женских профессий, извлеченной из«Книги податей Парижа» за 1296—1297 годы:

aiguilliere, archiere, blaetiere, blastiere, bouchere, boursiere, boutonniere, brouderesse, cervoisiere, chambriere, chandeliere, chanevaciere, chapeliere, coffriere, cordiere, cordoaniere, courtepointiere, couturiere, crespiniere, cuilliere, cuisiniere, escueliere, estuveresse, estuviere, feronne, foaciere, fourniere, from(m)agiere, fusicienne, gasteliere, heaulmiere, la(i)niere, lavandiere, liniere, mairesse, marchande, mareschale, merciere, oublaiere, ouvriere, pevriere, portiere, potiere, poulailliere, prevoste, tainturiere, tapiciere, taverniere, etc.

Необходимо  также упомянуть о системе  исчисления, претерпевшая глубокие изменения  в старофранцузском языке. Унаследованные от латинского языка числительные соответствуют числам от одного до шестнадцати. Число семнадцать (dix-sept), например, является первым числом, построенным по принципу народной (логической) системы исчисления, образующей все последующие числа: 10 + 7, 10 + 8, 10 + 9 и т. д. Что же касается наименований целого числа десятков, латынь имела десятичную систему; так, числа dix (< decem), vingt (< viginti), trente (< tringinta), quarante (< quadraginta),cinquante (< quinquageni) и soixante (< sexaginta) имеют латинское происхождение. Такая же система используется в Бельгии и Швейцарии для обозначения и следующих целых десятков: septante (< septuaginta > septante), octante (< octoginta) илиhuitante (< octoginta > oitante) и nonante (< nonaginta), что дает septante-trois, octante-neuf (или huitante-neuf), nonante-cinq, и т. д.

Но с XII века старофранцузский язык заимствовал  нормандское исчисление (германского  происхождения), строящееся на основе двадцатиричной системы, имеющей в  качестве основы число двадцать (писавшееся как vint или vin). Эта система употреблялась у народов, имеющих германское происхождение. В этой системе мы находим формы «двадцать и десять» (писавшееся как vins et dis) для обозначения 30, deux vins для 40, trois vins для 60, quatre vins для 80, cinq vins для 100, six vins для 120, dis vins для 200, quinze vins для 300, и. т. д. Ещё в XVII веке писатели использовали двадцатиричную систему. Так, Расин писал к Буало: «Il y avait hier six vingt mille hommes ensemble sur quatre lignes».

Таким образом, система исчисления современного французского языка является гибридной: она одновременно имеет французское  и германское происхождение. Числительные же наподобие soixante-dix являются составными словами (soixante+ dix), образованными по народной романской системе; для того, чтобы сказать это же число по германской (нормандской) системе, необходимо произнести trois-vingt-dix. Числительное же quatre-vingt-dix также является нормандским по происхождению, к которому добавлен народный компонент [+ 10].

В XVII французская Академия приняла для всей Франции двадцатиричную систему для чисел 70,80 и 90, в то время как фактически десятичная система (использующая числа septante, octante, nonante) была в употреблении в большом числе регионов; данная система будет использоваться в некоторых областях Франции вплоть до Первой мировой войны.

В Средние  века большое число глаголов имело отличные от современных инфинитивы. Так, вместо инфинитива на -er(ведущего свое происхождение от латинских глаголов на -are, например в случае cantare > chanter), использовали инфинитив на -ir: abhorrir, aveuglir, colorir, fanir, sangloutir, toussir, и т. д. Имеются также и неупотребляемые сегодня инфинитивы: глаголыtistre (tisser — плести), benistre (bénir — благословлять) и benire (bénir). Более того, имеется множество глаголов, широко употреблявшихся в Средневековье, но исчезнувших сегодня: ardoir (< ardere: гореть), bruire (< *brugere: издавать шум),chaloir (< calere: испытывать жару), doloir (< dolere: страдать), enfergier (< en fierges: заковывать в кандалы), escheler (<eschiele: подниматьсч по лестнице), ferir (< ferire: сражаться), nuisir (< nocere: наносить вред), oisever (< *oiseus : бездельничать), plaisir (< placere: нравиться), toster <*tostare: жарить), vesprer (< vesperare: стоять (о ночи)).

В старофранцузском языке исчезли некоторые латинские глагольные времена: плюсквамперфект изъявительного наклонения(j’avais eu chanté), будущее предшествующее время (фр.) (j’aurais eu chanté), императив в будущем времени (?), инфинитив впрошедшем времени (avoir eu chanter), инфинитив в будущем времени (devoir chanter). Но зато старофранцузский язык создал две новые временные формы: будущее время на -rai и условное наклонение на -rais. Для будущего времени и условного наклонения в латыни были сложные формы, составленные по типу cantare habes (буквально: «ты имеешь, [что] петь», ты будешь петь), cantare habebas (буквально: «у тебя было, [что] петь», ты бы спел). Следует отметить, старофранцузский язык ввел частицу «que» для обозначения сослагательного наклонения; надо сказать, что большая часть глаголов имели похожие формы в настоящем времени и сослагательном наклонении (ср. j’aime / il faut que j’aime).