Теория текста. Ее предмет и объект

Предисловие

 

 

Курс дает представление  о тексте как объекте книговедческого  и лингвостилистического анализа. Текст определяется как динамическая единица высшего порядка, как  речевое произведение, обладающие признаками связности и цельности - в информационном, структурном и коммуникативном  плане. Многоаспектность самого феномена текста диктует и многоаспектность его характеристики. Поэтому в  пособии рассмотрены как вопросы  текстообразования, так и вопросы  текстовосприятия.

 

Учтены следующие  задачи изучения курса: выявление форм и закономерностей соотношения  внешних (коммуникативных) факторов, лежащих  в основе конструирования текста, и внутренних констант текста; установление взаимоотношений плана содержания и плана выражения в рамках текста; описание и обоснование типологии  текстов.

 

При характеристике текста реализован коммуникативно-прагматический принцип в определении текстовых  категорий.

 

В последние годы текст  стал объектом разноаспектного изучения. Лингвистический аспект, в частности, стимулируется развитием функциональной стилистики и потребностями массовой коммуникации.

 

В теории текста много  еще нерешенных проблем.

 

При недостаточной разработанности  научных основ анализа и построения текста естественной оказывается противоречивость и субъективизм оценок и рекомендаций в практических пособиях по работе с текстом. Для разработки типовой  методики анализа текста необходимо исследование большого массива разных типов и жанров текста, причем при  таком исследовании важно обратить внимание не столько на то, из чего состоит  текст, сколько на то, как он сделан, поскольку текст - это не сумма  компонентов, а цельное произведение.

 

В методике анализа соотношение  «автор - текст - читатель» должно занять далеко не последнее место. Двунаправленность  текста как результата деятельности (для автора) и как материала  для деятельности (для читателя) таит в себе многие секреты организации  текста и его функционирования.

 

В настоящем пособии  предпринята попытка дать по возможности  всестороннюю характеристику текста, исходя из имеющихся в специальной  литературе материалов; помочь студентам-книговедам разобраться в сложной текстовой  проблематике и на этой основе выработать навыки теоретически обоснованного  анализа текстов и их компонентов.

 

1.

Теория текста. Ее предмет  и объект

 

Функциональный аспект в изучении языка, ориентация на коммуникативный  процесс неизбежно привели к  выявлению коммуникативной единицы  высшего порядка, посредством которой  осуществляется речевое общение. Такой  единицей является текст, который мыслится прежде всего как единица динамическая, организованная в условиях реальной коммуникации и, следовательно, обладающая экстра- и интралингвистическими  параметрами.

 

Для речевой организации  текста определяющими оказываются  внешние, коммуникативные факторы. И потому порождение текста и его  функционирование прагматически ориентированы, т.е. текст создается при возникновении  определенной целеустановки и функционирует  в определенных коммуникативных  условиях.

 

Коммуникативные условия, или конкретные речевые ситуации, поддаются типологизации, таким  образом, и тексты, ориентированные  на определенные коммуникативные условия, также должны обладать типологическими  признаками. Установлением этих признаков  и занимается прежде всего теория текста - научная дисциплина, получившая выход в социолингвистику, психолингвистику, информатику, функциональную стилистику, теорию перевода и другие дисциплины, связанные с изучением речевой  деятельности как процесса и речевого произведения как результата этой деятельности.

 

Среди филологических дисциплин, в частности книговедческого  профиля, теория текста занимает одну из главных позиций. Это объясняется  тем, что текст как объект исследования предстает здесь как информативная  единица в «действии», т.е. обладающая прагматическими и функциональными  качествами.

 

Теория текста сложилась  как научная дисциплина во 2-ой половине XX в. на пересечении ряда наук - информатики, психологии, лингвистики, риторики, прагматики, семиотики, герменевтики, книговедения, социологии. Несмотря на обилие междисциплинарных  пересечений, в настоящее время  теория текста обладает собственным  онтологическим статусом. Теория текста охватывает любые знаковые последовательности, однако основным ее объектом является текст вербальный, поэтому при  характеристике и описании текста важны  данные, накопленные лингвистикой.

 

Одно то, что теория текста сложилась как дисциплина промежуточного типа, на базе ряда как  фундаментальных, так и прикладных наук, говорит о многомерности  самого объекта (текста) и многоаспектности его изучения. Предметом данной науки  являются признаки и характеристики (как структурные, так и функциональные) текста как коммуникативной единицы  высшего уровня, как цельного речевого произведения. Коммуникативность текста понимается как степень его обращенности к читателю. Интерес к тексту как  речевому произведению проявился у  лингвистов, начиная еще с 20-30 гг. XX в., усилился он в 50-е годы XX в., в  связи с обращением к изучению языка в функциональном аспекте, когда язык стал рассматриваться  не как статическая система знаков, а как система динамическая. Тогда  и появился термин-понятие «речевая деятельность» в практике общения.

 

В тексте заключена речемыслительная деятельность пишущего (говорящего) субъекта, рассчитанная на ответную деятельность читателя (слушателя), на его восприятие. Так рождается взаимосвязанная  триада: автор (производитель текста) - текст (материальное воплощение речемыслительной деятельности) - читатель (интерпретатор). Таким образом, текст оказывается  одновременно и результатом деятельности (автора) и материалом для деятельности (читателя-интерпретатора).

 

Любой текст рассчитан  на чье-либо восприятие: летописец пишет  для потомков, специалист-ученый - для  коллег, с целью передать свои наблюдения и выводы; даже такой вид текста, как дневник, тоже создается для  кого-то - пусть только «для себя». Но «для себя» - это тоже определенный адрес. Отсюда и двунаправленность  текста: на автора-создателя (может  быть, и коллективного) и на воспринимающего  читателя. Такая двунаправленность  рождает множество проблем при  попытке охарактеризовать текст  всесторонне.

 

В теории текста еще много  дискуссионных вопросов, нерешенных проблем, например, вопрос о минимальной  протяженности текста (можно ли считать  текстом, в частности, одну коммуникативную  реплику?). Не установилось и употребление самого термина, названия дисциплины. Изучение текста осуществляется под  разными названиями: кроме термина  «теория текста», бытуют термины  «лингвистика текста», «структура текста», «герменевтика», «грамматика текста».

 

Наличие разных терминов - это не только свидетельство неустоявшейся  терминологической практики, но и  отражение того, что сам феномен  текста предполагает многоаспектность его изучения. «Необходимость комплексного изучения текста не есть методическое требование, оно есть выражение существа самого объекта».

 

Текст можно рассматривать  с точки зрения заключенной в  нем информации (текст - это прежде всего информационное единство); с  точки зрения психологии его создания, как творческий акт автора, вызванный  определенной целью (текст - это продукт  речемыслительной деятельности субъекта); текст можно рассматривать с  позиций прагматических (текст - это  материал для восприятия, интерпретации); наконец, текст можно характеризовать  со стороны его структуры, речевой  организации, его стилистики (сейчас появляется все больше работ такого плана, например, стилистика текста, синтаксис  текста, грамматика текста; шире - лингвистика  текста).

 

Для издательских работников, в частности редакторов, важен  прежде всего в качестве целевого прагматический аспект текста, поэтому  при всесторонней характеристике текста особый акцент делается на вопросы  о том, как повысить информационную ценность текста, какие приемы для  этого можно рекомендовать, как  улучшить литературную форму текста.

 

Исследователей текста (например, П. Хартманна, С. Якобсона, Г. Ейгера, В. Звегинцева, М. Гвенцадзе, О. Каменскую и др.) интересует прежде всего типология текстов, и потому в качестве первоочередной ставится задача разработки самих принципов  классификации текстов.

 

Проблема выделения  текстовых типов оказывается  актуальной не только сама по себе, но и потому, что выдвигает тезис  о различении языковой и коммуникативной  компетенции. Языковая компетенция  предполагает способность построения и понимания грамматически правильных предложений. Тогда как компетенция  коммуникативная представляет собой  способность понимания и правильного  построения разных типов текста при  учете специфики конкретной речевой  ситуации.

 

Придавая большое  значение типологии текста (как теоретическое, так и практическое), ученые признают, что достаточно полная и единая классификация  текстов, которая отвечала бы всем требованиям, еще не создана. А раз так, то, видимо, целесообразнее всего начать с уточнения  самого понятия «типа текста»  и тех критериев, которые должны быть положены в основу типологизации. Интересно отметить, что выделить типы текстов интуитивным путем  гораздо легче, чем подвести под  их классификацию теоретическую  базу. Дело в том, что «образцы текстов» вполне социально осознанны: так, даже читатель-неспециалист различит текст  художественный и нехудожественный; текст официального письма и дружественного послания; текст сообщения по радио  и текст рекламы и т.д.

 

Усложняется задача разработки типологии текстов и тем, что  не существует общепринятой терминологии в теории текста. Без четкой дифференциации используются термины «тип текста», «класс текстов», «вид текста», «жанр  текста», «тип дискурса», «тип речи», «форма текста» и даже «сорт текста».

 

Разногласия наблюдаются  и в выборе критериев типологизации. Последнее объясняется природой самого текста, его многоаспектностью: один и тот же текст может быть отнесен к разным типологическим группам при учете разных его  аспектов, когда в основание классификации  кладутся разные признаки, объективно существующие в тексте. Выбор исходной точки отсчета, в данном случае классификационного критерия, может меняться, и потому могут смещаться и группы текстов  в разных классификациях. Идеальная  типология текстов должна отразить разные аспекты данного объекта - как коммуникативно-функциональный, так и структурно-семиотический. Для этого скорее всего подойдет смешанный критерий, когда учитывается  совокупность экстра - и интратекстуальных  дифференциальных признаков. Разные ученые выделяют разное количество таких признаков, и потому классификации получаются более обобщенными или более детализированными. В любом случае важно соблюдение самого избранного принципа, чтобы в одном ряду не оказались понятия родового и видового плана или не обнаружились другие некорректные сочетания.

 

В настоящее время  наиболее последовательной и гибкой представляется система текстов (их типология), основанием которой является теория функциональных стилей при учете  коммуникативно-прагматических условий  текстообразования.

 

Важным в данном случае оказывается тот факт, что функциональная стилистика учитывает соотнесение  экстралингвистических и интралингвистических факторов в различных социо-коммуникативных  разновидностях текста.

екст и его восприятие

 

 

Если учесть, что феномен  текста заключается в его многоаспектности, то можно предположить и различные  определения его. Так это и  есть на самом деле: в дефиниции  подчеркивается как основное то одно качество текста, то другое, то третье. Текст определяют как информационное пространство, как речевое произведение, как знаковую последовательность и  т.п.

 

Так, в семиотике под  текстом понимается осмысленная  последовательность любых знаков, любая  форма коммуникации, в том числе  обряд, танец, ритуал и т.п. В филологии, в частности в языкознании, под  текстом подразумевается последовательность вербальных (словесных) знаков. Поскольку  текст несет некий смысл, то он изначально коммуникативен, поэтому  текст представляется как единица  коммуникативная.

 

Само слово "текст" (лат. textus) означает "ткань, сплетение, соединение". Поэтому важно установить и то, что соединяется, и то, как  и зачем соединяется.

 

В любом случае текст  представляет собой объединенную по смыслу последовательность знаковых единиц, основными свойствами которой являются связность и цельность.

 

Такая последовательность знаков признается коммуникативной  единицей высшего уровня, поскольку  она обладает качеством смысловой  завершенности как цельное литературное произведение, т.е. законченное информационное и структурное целое. Причем целое - это нечто другое, нежели сумма  частей, целое всегда имеет функциональную структуру, а части целого выполняют  свои роли в этой структуре.

 

Текст может быть письменным и устным по форме своего воспроизведения. Та и другая форма требует своей  «текстуальности» - внешней связности, внутренней осмысленности, направленности на восприятие. Важным в теории текста оказывается и вопрос об идентичности текста, его канонической форме, которая  особо исследуется такой отраслью филологии, как текстология. Лингвистика  изучает интонационные, лексические  и синтаксические средства текста; графические средства подчеркивания, шрифтовые выделения, пунктуацию. Понятие  «текст» может быть применено  не только по отношению к цельному литературно оформленному произведению, но и к его части, достаточно самостоятельной  с точки зрения микротемы и  языкового оформления. Так, можно  говорить о тексте главы, раздела, параграфа; тексте введения, заключения и т.п.

 

Правильность восприятия текста обеспечивается не только языковыми  и графическими единицами и средствами, но и общим фондом знаний, по-другому  «коммуникативным фоном», на котором  осуществляется текстообразование  и его декодирование, поэтому  восприятие связано с пресуппозицией (пре - лат. prae - впереди, перед; suppositio - предположение, презумпция).

 

Пресуппозиция - это компонент  смысла текста, который не выражен  словесно, это предварительное знание, дающее возможность адекватно воспринять текст. Такое предварительное знание принято называть фоновыми знаниями. Например, только предварительное знание стихотворения Н. Некрасова «Есть женщины в русских селеньях…» помогает понять до конца ряд фраз и их смысл стихов Н. Коржавина:

 

Столетье промчалось. И снова,

 

Как в тот незапамятный год,

 

Коня на скаку остановит,

 

В горящую избу войдет.

 

Ей жить бы хотелось иначе,

 

Носить драгоценный  наряд,

 

Но кони все скачут и скачут,

 

А избы горят и горят.

 

Даже отдельное высказывание в тексте способно содержать в  себе предварительное знание, например, констатация в предложении «Пушкин  обладал выдающимся даром портретиста, способностью одним штрихом схватить характерные черты портретируемого» содержит предварительное знание о  портретных рисунках поэта.

 

Или, например, четверостишие  А. Межирова и вовсе покажется  ребусом, если не обладать определенными  знаниями из области русской литературы:

 

А в России метели и  сон

 

И задача на век, а не на день.

 

Был ли мальчик? - вопрос не решен,

 

Нос потерянный так и  не найден.

 

Во всех приведенных  случаях, как видим, для полного  понимания текста необходим «широкий культурный контекст», он и создает  общий фонд знаний для пишущего и  читающего. О внеязыковых компонентах  речевого акта, отраженного в тексте, в том числе о фоновых знаниях  пишут, в частности, М.Н. Кожина, В.Я. Шабес и др.

 

Текст как продукт  речемыслительной деятельности автора и материал речемыслительной деятельности интерпретатора (читателя) есть прежде всего особым образом представленное знание: вербализованное знание и  фоновое знание. В тексте линейно  упорядочена совокупность знаковых единиц разного объема и сложности, т.е. это материальное образование, состоящее из элементов членораздельной  речи. Однако это в целом материальное образование несет в себе нечто  нематериальное, содержание (знание, событие). Более того, знание не всегда реализуется  целиком вербальными средствами.

 

Автор обычно вербализует  «разность», полученную в результате «вычитания» из замысла предполагаемых знаний интерпретатора. Интерпретатор  же, в свою очередь, «суммирует» эту  разность с собственными знаниями.

 

Поскольку отправитель  и получатель сообщения располагают  и определенным объемом совместных знаний (фоновых), сообщение всегда оказывается формально фрагментарным, но фактически полным.

 

«Нормальное» изложение  в тексте обычно рассчитано на оптимальное  сочетание вербального и невербального  представления информации.

 

Отклонение то этой нормы  ведет либо к гипервербализации, либо к гиповербализации, т.е. меняется степень свернутости - развернутости  текста. Эта степень может планироваться  автором в зависимости от целевой  установки текста. Причем эта степень  свернутости - развернутости может  меняться по всей длине текста: одни фрагменты даются более развернуто, другие - менее.

 

Итак, для адекватного  восприятия текста необходимо наличие  фоновых знаний, которые рассматриваются  как информационный фонд, единый для  говорящего и слушающего, в нашем  случае порождающего текст (автора) и  интерпретирующего текст (читателя). Фоновые знания служат условием успешности речевого акта.

 

Еще А. М. Пешковский писал, что естественная речь «по природе  своей эллиптична», что мы всегда не договариваем своих мыслей, опуская  из речи все, что дано обстановкой, или  «предыдущим опытом разговаривающих». Этот предыдущий опыт (знание) и есть невербализованное в тексте знание.

 

Фоновые знания могут  быть определенным образом классифицированы. В частности, такую классификацию  находим у В.Я. Шабеса.

 

Типы фоновых знаний:

 

социальные, т.е. те, что  известны всем участникам речевого акта еще до начала сообщения;

 

индивидуальные, т.е. те, что известны только двум участникам диалога до начала их общения;

 

коллективные, т.е. известные  членам определенного коллектива, связанным  профессией, социальными отношениями  и др. (например, специальные медицинские  знания; политические и др.).

 

Надо сказать, что  фоновые знания могут перемещаться из одного типа в другой. Например, гибель конкретной женщины - это факт индивидуального  знания, а гибель принцессы Дианы  явилась национальным, даже мировым  событием и, таким образом, этот частный  факт вошел в знание социальное.

 

Фоновые знания можно  квалифицировать и с другой стороны, со стороны их содержания: житейские, донаучные, научные, литературно-художественные. Кроме того, фоновые знания могут  подразделяться на тривиальные и  нетривиальные. Как правило, тривиальные  знания в тексте не вербализуются, они  могут быть реализованы лишь в  особом, учебном тексте, например, при  обучении ребенка.

 

Индивидуальные фоновые  знания часто используются при создании подтекста.

 

Понятие подтекста прежде всего связано с художественной литературой, оно полностью сориентировано на предварительное знание. В ряде случаев автор, используя те или  другие высказывания, упоминая какие-либо факты, прямо рассчитывает на понимание  посвященных, т.е. на индивидуальное знание. Например, Ю.М. Лотман, комментируя роман  А.С. Пушкина «Евгений Онегин», обращает внимание на строку поэта «Зизи, кристалл души моей…», которая могла быть понятна лишь тем, кто знал, что «Зизи - детское и домашнее имя Евпраксии Николаевны Вульф». Ряд примеров подобного рода приводит и А. М. Камчатнов.

Функциональный и  прагматический аспекты в изучении текста

 

 

Признавая объективную  необходимость многоаспектного  изучения текста, можно все-таки выделить основные аспекты, связанные с характеристикой  текста как цельного литературного  произведения, как динамической коммуникативной  единицы высшего уровня. Понимание  текста как «текста в действии»  приводит к выдвижению на первый план его функционального аспекта, а  ориентация текста на коммуникативный  процесс, к тому же, акцентирует внимание на прагматике текста.

 

Функциональный анализ предполагает учет предварительной  обусловленности авторского выбора тех или иных средств выражения  смысловой структуры текста его  видовой и жанровой целеустановкой. При этом сам выбор вида и жанра  текста диктуется условиями реальной коммуникации (коммуниканты, предмет  коммуникации, средства коммуникации, и т.п.). Таким образом, функциональный анализ учитывает экстра- и интратекстовые признаки.

 

Функциональный анализ заключается еще и в том, что  отдельные компоненты текста рассматриваются  с точки зрения роли их в организации  целого текста. Следовательно, функциональный анализ помогает вскрыть собственно содержательные качества текста. Дело в том, что языковые знаки в  тексте конкретизируют свое значение, будучи соотнесенными с другими  языковыми знаками, они вступают с ними в особые, свойственные данному  тексту отношения; актуализируется, например, одно из возможных значений слова  или слово меняет вообще свое значение под влиянием контекста (появляются контекстуальные синонимы, не отмеченные в словарном порядке).

 

При функциональном анализе  учитывается и авторское отношение  к сообщаемому, авторское намерение (интенция) и пр.

 

Что же дает функциональный анализ?

 

Функциональный анализ позволяет выйти за пределы собственно языковых характеристик текста и  перейти к анализу понятийных категорий, например, типа пространство и время (ср.: художественное пространство, художественное время). Функциональный анализ позволяет выявить значимость этих категорий в тексте.

 

Функциональный анализ дает возможность реконструировать тексты, устанавливать их авторство. Например, реконструировать древние  тексты. (Правда, есть мнение, что адекватная реконструкция невозможна, так как  незнание культурно-исторических оценок эпохи затрудняет интерпретацию  текста.)

 

Функциональный анализ может связывать тексты разных эпох, тексты разноязычные.

 

Наконец, функциональный анализ способен вскрыть сущность наложения  текстов (текст в тексте), значимость этого явления, объяснить смысл  ассоциаций этих текстов, их комбинаций, создающих дополнительные смыслы (ср.: литературные реминисценции, аллюзии, прямое цитирование; разные виды интерпретации  текстов - например, библейский сюжет  о Христе у М. Булгакова и Ч. Айтматова). Функциональный анализ объясняет, как это осложняет и одновременно проясняет основной смысл произведения.

 

Прагматический анализ текста вытекает из функционального, логически  продолжает и развивает его. Греч. pragmatos (дело, действие) - область науки (семиотики, языкознания), в которой изучается функционирование языковых знаков в речи. В прагматику лингвистическую включаются вопросы, связанные с субъектом (автором текста), адресатом (читателем) и - главное - с их взаимодействием в акте коммуникации.

 

Субъект речи (автор текста) определяет:

 

цели и задачи сообщения (например, информирование, волеизъявление, инструктирование и т.д.);

 

тип речевого поведения;

 

отношение к сообщаемому, его оценку (или отсутствие таковой);

 

акценты при конструировании  текста сообщения.

 

Адресат речи (читатель текста):

 

интерпретирует текст, в том числе косвенные и  скрытые смыслы;

 

испытывает воздействие - интеллектуальное, эмоциональное, эстетическое.

 

Прагматический анализ вскрывает эти взаимодействия автора и читателя, устанавливает меру полезной информации в тексте, ориентируясь на типологию читательского адреса.

 

Прагматический анализ лежит в основе теории дискурса. Дискурсом (от франц. discours - речь) в настоящее время считается связный текст в совокупности с экстралингвистическими факторами - психологическими, социокультурными и др. Дискурс - это текст, взятый в событийном аспекте как социально направленное «действо». Метафорически дискурс - это речь, погруженная в жизнь. Поэтому термин «дискурс» в настоящее время представляется некорректным в применении к древним текстам, так как дискурс целиком обращен к прагматической ситуации. Тенденция к размежеванию терминов «текст» и «дискурс» наметилась в 70-80 гг. Под дискурсом стали понимать разные виды актуализации текстов в связи с экстралингвистическими показателями.

Текст как законченное  информационное и структурное целое. Единицы текста

 

 

Текст, если рассматривать  его в системе обобщенных функциональных категорий, квалифицируется как  высшая коммуникативная единица. Это  целостная единица, состоящая из коммуникативно-функциональных элементов, организованных в систему для  осуществления коммуникативного намерения  автора текста соответственно речевой  ситуации.

 

Текст реализует структурировано  представленную деятельность, а структура  деятельности предполагает субъект  и объект, сам процесс, цель, средства и результат. Эти компоненты структуры  деятельности отражаются в разных показателях  текста - содержательно-структурных, функциональных, коммуникативных.

 

Текст имеет свою микро- и макросемантику, микро- и макроструктуру. Семантика текста обусловлена коммуникативной  задачей передачи информации; структура  текста определяется особенностями  внутренней организации единиц текста и закономерностями взаимосвязи  этих единиц в рамках цельного сообщения (текста).

 

Единицами текста являются: высказывание (реализованное предложение), межфразовое единство (ряд высказываний, объединенных семантически и синтаксически  в единый фрагмент). Межфразовые  единства в свою очередь объединяются в более крупные фрагменты-блоки, обеспечивающие тексту целостность  благодаря реализации дистантных и  контактных смысловых и грамматических связей. На уровне композиционном выделяются единицы качественно иного плана - абзацы, параграфы, разделы, главы, подглавки и др.

 

Единицы семантико-грамматического (синтаксического) и композиционного  уровня находятся во взаимосвязи  и взаимообусловленности, в частном  случае они даже в «пространственном» отношении могут совпадать, накладываясь друг на друга, например, межфразовое  единство и абзац, хотя при этом они  сохраняют свои собственные отличительные  признаки.

 

С семантической, грамматической и композиционной структурой текста тесно связаны его стилевые и  стилистические характеристики. Каждый текст обнаруживает определенную более  или менее ярко выраженную функционально-стилевую ориентацию (научный текст, художественный и др.) и обладает стилистическими  качествами, диктуемыми данной ориентацией  и, к тому же, индивидуальностью автора.

 

Стилистические качества текста подчинены тематической и  общей стилевой доминанте, проявляющейся  на протяжении всего текстового пространства.

 

Построение текста определяется темой, выражаемой информацией, условиями  общения, задачей конкретного сообщения  и избранным стилем изложения.

 

Текст как речевое  произведение состоит из последовательно  объединенных вербальных средств (высказываний, межфразовых единств). Однако значения, заключенные в тексте, не всегда передаются только вербальными средствами. Для этого существуют и средства невербальные; в рамках высказывания и межфразового единства это может  быть порядок слов, соположение частей, знаки препинания; для акцентирования значений - средства выделения (курсив, разрядка и др.) Например, при сочетании  высказываний «Сын пошел в школу. Дочка - в детский сад» противительное значение не нашло для себя словесного выражения; кроме того, сказуемое  «пошла» заменено знаком тире. В  рамках более сложных компонентов  текста таких невербализованных  значений может оказаться значительно  больше. Например, использование знаков вопросительного и восклицательного, замещающих целые реплики диалога.

 

- Посмотрите, какой он  хорошенький! - Наташа подводит меня  поближе к клетке и просовывает  внутрь руку, которую малыш сразу  же хватает и как будто бы  пожимает. - Такие красивые детеныши  у орангутангов - большая редкость. А вы обратили внимание, как  он похож на свою мать?