Томас Мор (англ. Sir Thomas More, более
известный как Saint Thomas More; 7 февраля 1478,
Лондон — 6 июля 1535, Лондон) — английский
мыслитель, писатель. Святой Католической
церкви.
Хорошо зная социальную
и моральную жизнь своей родины,
английский гуманист, Томас Мор,
проникся сочувствием к бедствиям
ее народных масс. Эти его настроения
и получили свое отражение в знаменитом
произведении с длинным заголовком
в духе того времени - "Весьма полезная,
как и занимательная, поистине
золотая книжка о наилучшем
устройстве государства и о новом острове
Утопия...". Проницательность автора
отнюдь не ограничивалась констатацией
ужасной картины социальных бедствий,
подчеркнув в самом конце своего произведения,
что при внимательном наблюдении жизни
не только Англии, но и "всех государств",
они не представляют собой "ничего,
кроме некоего заговора богатых,
под предлогом и под именем государства
думающих о своих выгодах"Уже эти глубокие
констатации подсказали Мору основное
направление проектов и мечтаний во второй
части "Утопии". Многочисленные исследователи
этого произведения констатировали не
только прямые, но и косвенные ссылки
на тексты и идеи Библии (прежде всего
евангельские), в особенности же античных
и раннехристианских авторов.
Присущее гуманистам круга
Эразма, к которым принадлежал
Т. Мор, стремление сочетать идейное
наследие языческой античной литературы
с учением Христа, греческих
философов и Новый Завет дало
основание ряду современных исследователей,
как в нашей стране, так и
за рубежом, именовать мыслителей этого
круга "христианскими гуманистами",
а данное течение - "христианским
гуманизмом".Самым существенным моментом
в так называемом "христианскомгуманизме"
был рационалистический критерий
в трактовке общественно-религиозных
вопросов, составляющий в то время
наиболее сильную и перспективную
сторону в развитии гуманизма как формы
буржуазного просвещения, расчищавшего
путь новому антифеодальному мировоззрению
будущего буржуазного общества.Именно
в русле этих гуманистических исканий,
творчески синтезировавших идейное наследие
античности и средневековья и смело рационалистически
сопоставлявших политические и этнические
теории с общественным развитием тогдашней
эпохи, возникает "Утопия"
Мора, отразившая и оригинально осмыслившая
всю глубину социально-политических конфликтов
эпохи разложения феодализма и первоначального
накопления капитала. Обращаясь к анализу
этического аспекта "Утопии",
нетрудно заметить, что главное
в утопийской этике - это проблема
счастья. Утопийцы полагали, что "для
людей все счастье или же его важнейшая
доля" заключается в удовольствии,
наслаждении. Однако, согласно этике
утопийцев, не во всяком наслаждении
состоит счастье человека, но "только
в честном и благородном", основанном
на добродетели и устремлении в конечном
итоге к "высшему благу", к которому
"влечет нашу природу добродетель".
Понятие "удовольствие" этика утопийцев
определяет как "всякое
движение и состояние тела и души, пребывая
в которых под водительством природы,
человек наслаждается.Больше всего утопийцы
ценят духовные удовольствия, которые
они считают "первыми и главенствующими. Другим критерием,
которым руководствовались в своей
этической философии граждане совершенного
государства, была религия, постулирующая
идею бессмертия души, ее божественного
предназначения к счастью. Гуманность
утопийской этики подкреплялась также
верою в загробное воздаяние за добрые
и дурные дела. Утопийцы были убеждены
в том, что к добродетельной жизни,
т. е. жизни "согласно с законами природы",
люди предназначены самим богом. Обосновывая
с помощью религии этику совершенного
государства, автор "Утопии" исходил
из ложной идеи о несовместимости
человеческой морали с атеизмом, и
в этом он оставался сыном своего времени.
Однако важно другое:сама религия утопийцев
проникнута духом рационализма и приобретает
несколько утилитарный характер, поскольку
она освещает лишь то, что отвечает
интересам всего общества. Из религии
берется ровно столько, сколько требуется
для обоснования гуманистических идеалов,
в частности наиболее разумных, с точки
зрения Мора, идеалов этики и политики.
Таким образом, автор "Утопии" настойчиво
пытается согласовать религию с общественной
пользой и доводами разума. В своем
неосознанном стремлении вырвать человеческий
разум из религиозных пут, предоставив
ему безграничные возможности к познанию,
он приходит к необходимости объявить
все разумное угодным богу. Следует
подчеркнуть историческую заслугу Мора,
который в начале 17в. смело провозгласил
идею полной религиозной свободы, положив
в основу религиозных порядков
совершенного государства закон,
согласно которому ни один человек не
может быть преследуем за свои религиозные
убеждения. Религии утопийцев отличались
друг от друга не только на своем острове,
но и в каждом городе. Правда, общим для
религий утопийцев было то, что они
обязательно предписывали всем гражданам
строгое соблюдение разумных и полезных
для всего общества норм морали,
а также установленных политических порядков,
т. е. вместо того, что, с точки зрения
Мора-гуманиста, представляло общечеловеческую
ценность: человеколюбие, сочетание
личныхинтересов с общественным благом,
а также недопущение религиозных междоусобиц.
Идея веротерпимости, выдвинутая Мором
накануне Реформации, задолго ,предвосхитила
принцип, который был сформулирован лишь
в конце 17в. "Нантским эдиктом"( закон,
даровавший французским протестантам-гугенотам
вероисповедные права. Издание эдикта
завершило тридцатилетний период Религиозных
войн во Франции )не говоря уже о том, что
в решении религиозного вопроса
автор "Утопии" был намного
последовательнее, чем составители
данного документа. В отличие от
современной Мору Европы в Утопии не было
религиозных распрей и ненависти:
там одинаково уживались и языческие верования
и христианство. Необходимо также
иметь в виду, что религиозная концепция
"Утопии" с ее верой в бессмертие
души и божественное воздаяние
после смерти, даже с точки
зрения Нового Завета, представляет
собой существенное условие, ведущее
к спасению.".Религиозно-этическая концепция
"Утопии", несомненно, возникает
под влиянием гуманистического
движения за реформу церкви, и в
этом ее прямая обусловленность потребностями
своего времени, которые позднее реализуются
в реформационном движении,
у нее те же социальные и идеологические
корни - кризис феодального общества
и его господствующей церковно-католической
идеологии. Весьма существенным
является вопрос о соотношении индивидуальной
и социальной этики. Именно здесь яснее
всего выявляется та специфика новой этики
бесклассового общества, которая выдвигает
автора "Утопии" в ряды передовых
мыслителей. В отличие от философов
античности и средневековья он исследует
и решает этические проблемы на стыке
философии, политики и социологииОригинальность
Мора как мыслителя эпохи Возрождения
- в том, что он ищет путь к совершенной
этике в радикальном переустройстве общества
на началах социальной справедливости,
равенства и братства. При этом Мор не
ограничивается порицанием человеческих
пороков и провозглашением принципов
этики, которыми должен руководствоваться
некий абстрактный индивидуум, но
выводит универсальный принцип совершенной
этики индивидуума из коллективной этики
бесклассового общества, где моральным
провозглашается то, что отвечает интересам
большинства Все, что противоречит
благу большинства, объявляется аморальным.
Автор "Утопии" не мыслит другого
пути к решению морально-этических
проблем, нежели через
уничтожение частной собственности
и переустройства всего общества на коммунистических
началах. Именно это подразумевается
Мором, когда он говорит об упразднении
власти золота и отмене денег. Уничтожив
собственность и деньги, утопийцы добились
коренного решения ряда этических проблем,
над которыми тщетно бились поколения
мыслителей античности и средневековья.
Исчезли многие социальные пороки
и конфликты: "обманы, кражи, грабежи,
раздоры, возмущения, тяжбы, распри, убийства,
предательства, отравления". Отравления
на пути к справедливому устройству общества
существует еще и такое препятствие,
как гордыня, которую христианская
мораль издавна провозгласила источником
всех пороков и грехов.Мор был весьма далек
от того, чтобы объяснить существование
пороков одной лишь гордыней. Отличие
идей Мора от традиционной христианской
социологии состоит в том, что корни
пороков автор "Утопии" ищет не
столько в гордыне, сколько в несправедливом
общественном устройстве - в господстве
частной собственности.Всей своей книгой
Мор утверждает ту истину, что переустройству
подлежит, прежде всего, порочная общественная
система, поскольку источником нравственной
испорченности людей (в том числе и самой
гордыне, осуждаемой христианской моралью)
является неравенство, вытекающее
из частной собственности, без упразднения
которой невозможна и справедливая социальная
этика, достойная человека. Лишь
государство, где уничтоженачастная
собственность, следует признать не
только наилучшим, но и "единственным,
какая по праву может притязать называться
государством"Между тем в классовом
обществе нормой индивидуального поведения
становится борьба за существование
- эгоистическое преследование личных
выгод и лицемерная мораль: "если
даже и говорят повсюду о благополучии
общества, то заботятся о своем собственном".
Преодолевая эту антитезу этики путем
упразднения частной собственности, автор
"Утопии" формулирует принципы новой
этики, опирающиеся на прочное основание
- общественную собственность на средства
производства, обязательный труд всех
граждан и распределение всех жизненных
благ по потребностям.Не случайно характерной
особенностью гуманистического мировоззрения
автора "Утопии" был рационализм
и вера в разум.Беспредельные возможности
разума и весь процесс познания получили
у гуманиста Мора божественную санкцию.
При этом основой процесса познания Мор
считал практику людей, их материальный
опыт. Науки, процветавшие в Утопии,
не только целиком основывались на практике,
но и служили практике. Так, в результате
тщательного изучения природы утопийцы
научились предугадывать "дожди,
ветры и прочие перемены погоды". Мор
подчеркивает, что знания утопийцев
о природе ничего общего не имеют с гаданиями
и суевериями, но получены благодаря долгому
опыту наблюдений. Утопийцы успешно
занимались астрономией.Они изобрели
ряд приборов, с помощью которых можно
вести точные наблюдения. Поэтому утопийцы
были сведущи в науке о "движении небесных
тел". Высмеивая в "Утопии" схоластику,
Мор всячески подчеркивал, что науке утопийцев,
опирающейся на опытное знание, органически
чужда схоластическая логика, оторванная
от жизни и оперирующая лишь в сфере абстракций.
Поэтому Мор отдавал столь явное предпочтение
в "Утопии" античным естествоиспытателям
- этим стихийным моралистам.
Характерно, что, по мнению автора
"Утопии", высшее образование
в совершенном обществе должно быть доступно
всем людям. Всякий в Утопии,
обнаруживший интерес и способности
к науке, получал от государства освобождение
от повседневного труда "для основательного
изучения наук". Подобный демократизм
в деле образования, конечно, был неслыханным
явлением в те времена. У Т. Мора
гуманистический идеал просвещения
обретал новые качества, предвосхитившие
некоторые черты педагогической системы
нашего демократического общества.
5.2. Общественный строй
«Утопии».
Европейскому обществу XVI
столетия, основанному на социальном
неравенстве, Т. Мор противопоставлял
свой идеал - глубоко продуманную
схему общественного строя, при
котором нет частной собственности.
Все материальные блага принадлежат
здесь большинству. Общими в Утопии
являются не только природные богатства
- земля и ее недра, но и вся
продукция общественного производства,
которая также поступает в
распоряжение всех граждан. Государство
в лице сената производит учет и
распределение продуктов потребления
в интересах всего общества.
В отличие от некоторых древних
утопий, например государства Платона,
главное внимание уделявших
общественному потреблению и
провозглашавших общность потребления,
Т. Мор основное значение придавал
поиску справедливой системы организации
производства. В Утопии изобилие
всех материальных
благ. Каковы его источники?
Прежде всего, в Утопии нет частной
собственности, а производительный
труд обязателен для всех. Здесь
нет праздных: кроме земледелия,
которым заняты все, каждый
изучает какое-либо ремесло как
специальное, а иногда даже и
несколько ремесел. Таким образом,
в Утопии совсем нет людей, которые
бы вели паразитический образ жизни.
Поскольку в Утопии
все население занято общественно
полезным трудом, там изобилие
продуктов, необходимых "для
жизни и ее удобств", и
действует и действует
справедливый принцип распределения
всех материальных благ - по потребностям.
Большое внимание
Мор уделял организации труда
в совершенном обществе, специально
рассматривая проблему продолжительности
рабочего дня. Последнее всегда
имело большое значение
для мелкого крестьянского хозяйства.
Особенную красоту приобретает
проблема рабочего времени в
период появления капиталистической
мануфактуры и фермерства. В
XVI в. это не менее важная
проблема и для цеховой промышленности.
Мастера стремились, как можно
больше увеличить рабочий день,
принуждая подмастерьев и учеников
отработать от зари до зари.
Предприниматели-мануфактуристы (например,
в суконной промышленности) доводили
продолжительность рабочего времени
до 12-15 часов в сутки.
Не случайно,
касаясь положения трудового
люда в Англии эпохи первоначального
накопления капитала, Т. Мор указывал
на необычайно жестокую эксплуатацию
народа. Мор устанавливает
шестичасовой рабочий день.
Должностные лица (сифогранты),
наблюдающие, чтобы "никто не сидел
в праздности", следят также и за тем,
чтобы никто "не работал с раннего утра
до поздней ночи" и не утомлялся "подобно
вьючному скоту". Все свободное
время дозволяется каждому проводить
по своему усмотрению, причем большинство
предпочитает свой досуг наукам.
Итак, проектируя
новую организацию труда, рассматриваемого
как обязанность каждого гражданина,
Мор утверждал, что такая система
трудовой повинности, как в
Утопии, отнюдь не превращает
труд в тяжкое бремя, каковым
он был для трудящихся всей
тогдашней Европы. Напротив, подчеркивал
Мор, "власти" в Утопии отнюдь
не хотят принуждать граждан
к излишним трудам. Поэтому, когда
нет надобности в шестичасовой
работе, а в Утопии это бывает
довольно часто, государство
само сокращает "количество
рабочих часов". Система организации
труда как всеобщей трудовой повинности
преследует "только одну цель:
насколько позволяют общественные
нужды, избавить всех граждан от телесного
рабства и даровать им как можно больше
времени для духовной свободы
и просвещения. Ибо в этом ... заключается
счастье жизни".
В концепции Т.
Мора технический прогресс не
является определяющим. Будучи
утопистом, Мор верил, что изобилие
материальных благ может
быть достигнуто уничтожением
социального паразитизма и системой
всеобщей трудовой повинности.
Однако низкий уровень техники,
на которой основывалась
вся хозяйственная жизнь Утопии
(где преобладал ручной труд),
не позволил бы полностью удовлетворить
потребностей даже такого "идеального
общества", о котором мечтал
Т. Мор.
Проблему тяжких
и неприятных работ Мор решает,
используя рабство или апеллируя
к религии. Например, при общественных
трапезах все наиболее грязные
и трудоемкие работы исполняются
рабами. Рабы заняты такими
видами труда, как убой и
свежевание скота, ремонт дорог,
очистка рвов, рубка деревьев, перевозка
дров и т. д. Но наряду
с ними "рабский труд" несут
и
некоторые свободные граждане
Утопии, делающие это в силу своих
религиозных убеждений. В своих
теориях Т. Мор исходил из уровня
развития производственных сил и
традиций своей эпохи.
Отчасти этим объясняется
нарочитая скромность и неприхотливость
утопийцев в удовлетворении своих
повседневных потребностей. В то же время,
подчеркивая простоту и скромность быта
утопийцев, Мор выражал сознательный протест
против социального неравенства в современном
ему обществе, где нищета большинства
уживалась с роскошью эксплуататоров.
Теория Мора близка идеям примитивного
уравнительного коммунизма средних
веков. За плечами Мора груз средневековых
традиций христианской проповеди о необходимости
самоограничения, уважения к бедности
и аскетизму. Однако главное объяснение
проблемы - в своеобразном гуманистическом
отношении к труду. Для гуманистов
XV-XVI вв. труд для обеспечения средств
существования - это "телесное рабство",
которому они противопоставляли духовную,
интеллектуальную деятельность,
достойную заполнять досуг человека (otium).
Ни у одного гуманиста, в том числе и Мора,
при всем его уважении к простым людям
труда, мы не встретим труда, мы
не встретим апологии труда как такового.
Достойным человека
гуманист считает лишь умственный
труд, которому только и должно
отдавать свой досуг. Именно
в этом гуманисты, в
частности Мор, видели смысл
самого понятия "досуг", которое
и в "Утопии", и в своей
переписке с друзьями он всячески
противопоставляет телесному рабству
- negotium. В этом историческом своеобразии
понимания физического труда гуманистами
как телесного бремени, преодолевая
которое человек только и обретает истинную
свободу для духовной деятельности, направленной
на совершенствование его умственной
и нравственной природы, мы находим объяснение
многих сторон утопического идеала Т.
Мора, в частности добровольного аскетизма,
способности довольствоваться самым необходимым,
дабы иметь максимум времени для занятия
"благородными науками". Только
так и понимает Мор настоящий досуг,
который так ценят его утопийцы, предпочитающие
иметь одно простое платье в течение двух
лет, но зато наслаждаться досугом,
заполненным науками и другими духовными
удовольствиями. Как реальный мыслитель,
Мор понимает, что в обществе, где
человек должен трудиться ради хлеба насущного,
досуг для духовной деятельности должен
быть оплачен чьим-то трудом, а это несправедливо.
Создавая проект коммунистического общества
в Утопии, Мор предпочитает всеобщую
трудовую повинность и скромную, но
обеспеченную всем необходимым жизнь
на началах равенства, нежели осуществление
элитарного досуга для избранных членов
общества.
Основной хозяйственной
единицей Утопии является семья.
При ближайшем же рассмотрении,
однако, оказывается, что семья
у утопийцев необычная и формируется
она не только по принципу родства.
Главный признак утопийской семьи заключается
в ее профессиональной принадлежности
к определенному виду ремесла.
"По большей части,
- пишет Мор, - каждого выучивают
ремеслу старших. Ибо к этому
чаще всего влекутся они от
природы. Если же кого-либо
привлекает к себе иное занятие,
то его принимает другое хозяйство,
ремеслу которого он хотел
бы обучиться".
Т. Мор неоднократно
подчеркивает, что отношения
в семье строго патриархальные,
"во главе хозяйства стоит
старейший. Жены услуживают мужьям,
дети - родителям и вообще младшие
- старшим". Кроме того, в Утопии
распространено почитание предков.
Т. Мор перечисляет ремесла,
которыми занимаются в отдельных
семействах: это обычно "прядение
шерсти или обработка льна,
ремесло каменщиков, жестянщиков
или плотников".
Ремеслом занимаются
все - и мужчины, и женщины.
Однако женщины имеют более
легкое занятия, они обычно
обрабатывают шерсть и лен.
Вовлечение женщин в общественное
производство наравне с мужчинами,
несомненно, факт весьма прогрессивный,
так как именно здесь закладываются
основы равноправия между
полами, которое, несмотря на патриархальный
характер семейного уклада, в
Утопии все же налицо.
Патриархальные отношения
в семье, а также ярко выраженный
ее профессиональный признак
позволяют историку разглядеть
реальный прототип семейной общины
утопийцев - идеализированную ремесленную
общину средних веков. Мы говорим "идеализированную",
имея в виду то обстоятельство,
что к началу XVI в., когда писал Мор,
цеховая организация подвергалась весьма
существенной эволюции. Кризис цехового
строя зарождения капиталистической мануфактуры
привел к резкому обострению внутрицеховых
отношений - между мастером, с одной
стороны, и подмастерьем и учеником
- с другой. В конце средних веков цеховая
организация приобретала все более замкнутый
характер, дабы цехи могли противостоять
конкуренции растущей капиталистической
мануфактуры. Положение учеников и подмастерьев
все более приближалось к положению наемных
рабочих.
Создавая свой
хозяйственный идеал семейной
ремесленной общины, Томас Мор,
естественно, вынужден был отталкиваться
от современной ему господствующей
формы организации городского
ремесла. Автор "Утопии" определенно
идеализировал ремесленную организацию
средних веков с ее системой
разделения труда и специализации,
а также чертами семейно-патриархальной
общины.
В этом Т. Мор
отразил настроения и чаяния
городских ремесленников, для
которых наступили тяжелые времена
в связи с разложением цеховой
системы ремесла и резким социальным
расслоением внутри цехов. Возникает
вопрос: почему Т. Мор отдавал
предпочтение наполовину изжитой
уже в то время цеховой организации
ремесла перед капиталистической
мануфактурой, которой, несомненно,
принадлежало будущее? Ответ,
на наш взгляд, следует искать
в специфике мировоззрения Т.
Мора как гуманиста и родоначальника
утопического направления.
Главной производственной
ячейкой в сельском хозяйстве
Утопии является большая община,
насчитывающая не менее 40 человек
- мужчин и женщин и еще двух
приписанных рабов. Во главе
такого сельского "семейства"
стоят "почтенные в летах"
распорядитель и распорядительница.
Таким образом,
искусственно созданный и поддерживаемый
в Утопии семейно-патриархальный
коллектив является, по мысли
Мора, наиболее приемлемой формой
организации труда, как в ремесле,
так и в земледелии.
В отличие от
традиционного порядка вещей,
когда город выступал в
качестве эксплуататора и конкурента
по отношению к деревенской
округе, Мор исходит из того,
что в Утопии жители города
считают себя по отношению
к деревенской округе "скорее
держателями, чем владельцами
этих земель".
Автор "Утопии"
попытался по-своему преодолеть
исторически сложившуюся противоположность
между городом и деревней.
Т. Мор видел, что земледельческий
труд в условиях Англии XVI в.
и тогдашней техники сельского
хозяйства был тяжелым бременем
для тех, кто занимался им
всю жизнь. Стремясь облегчить
труд земледельца в своем
идеальном обществе, Т. Мор
превращает земледелие в обязательную
повинность всех граждан.
Т. Мор почти
не придает значения техническому
прогрессу для преодоления
отсталости деревни и облегчения
труда земледельца. Проблема
развития производительных сил
общества на основе технического
прогресса явно недооценивалась
им. И хотя утопийцы с успехом
применяли искусственное разведение цыплят
в особых инкубаторах, тем не менее,
сельскохозяйственная техника в целом
у них была довольно примитивной. Но и
при низком ее уровне утопийцы сеют хлеб
и выращивают скот в гораздо большем
количестве, чем это требуется для
собственного употребления; оставшимся
они делятся с соседями. Т. Мор считал
подобный порядок вещей вполне возможным
и разумным в таком государстве, как
Утопия, где нет частной собственности
и где отношения между городом и сельской
округой основаны на взаимной трудовой
поддержке. Все, что нужно для сельской
местности, земледельцы Утопии "безо
всяких проволочек" получают из
города. Решение проблемы противоположности
между городом и деревней и создания
изобилия сельскохозяйственных продуктов
достигается не за счет усовершенствования
техники, но за счет более справедливой,
с точки зрения утописта, организации
труда.
Отсутствие частной
собственности позволяет Т. Мору
строить производственные
отношения в Утопии по новому
принципу: на основе сотрудничества
и взаимной помощи граждан,
свободных от эксплуатации, - в
этом его величайшая заслуга.
Томас Мор ставит
также и проблему преодоления
противоположности между физическим
и умственным трудом. Кроме
того, что большинство утопийцев
весь свой досуг уделяют наукам, желающие
целиком посвятить себя науке встречают
всемерную похвалу и поддержку всего
общества как лица, приносящие пользу
государству. Люди, проявившие способности
к науке, освобождаются
от повседневного труда "для основательного
прохождения наук". Если же гражданин
не оправдывает возложенных на него надежд,
он лишается этой привилегии. Каждый гражданин
Утопии имеет все условия для успешного
овладения науками и духовного роста.
Наиболее важное из этих условий - отсутствие
эксплуатации и обеспеченность большинства
всем необходимым.
Итак, по мысли Мора,
Утопия представляет собой бесклассовое
общество, состоящее из свободных
от эксплуатации большинства.
Однако, проектируя справедливое
общество, Мор оказался недостаточно
последовательным, допустив в
Утопии существование рабов.
Рабы на острове - бесправная
категория населения, обремененного
тяжелой трудовой повинностью.
Они "закованы" в
цепи и "постоянно" заняты
работой. Наличие рабов в Утопии
в значительной мере, по-видимому,
было обусловлено низким уровнем
современной Мору техники производства.
Рабы нужны утопийцам, чтобы избавить
граждан от наиболее тяжелого и грязного
труда. В этом, несомненно, проявилась
слабая сторона утопической концепции
Мора.
Существование рабов
в идеальном государстве явно
противоречит принципам равенства,
на основе которых Мор проектировал
совершенный общественный строй
Утопии. Впрочем, удельный вес
рабов в общественном производстве
Утопии незначителен, ибо основными
производителями все же являются
полноправные граждане. Рабство
в Утопии имеет специфический
характер; помимо того, что
оно выполняет экономическую
функцию, оно является мерой
наказания за преступления и
средством трудового перевоспитания.
Главным источником рабства в
Утопии было уголовное преступление,
совершаемое кем-либо из ее
граждан.
Что касается внешних
источников рабства, то это
либо захват в плен во время
войны, либо (и чаще всего) выкуп
иностранцев, приговоренных у
себя на родине к смертной
казни.
Рабство - принудительный
труд в качестве меры наказания,
заменяющий смертную казнь,
- Мор противопоставил жестокому
уголовному законодательству XVI в.
Мор выступал решительным противником
смертной казни за уголовные
преступления, ибо, по его мнению,
ничто в мире по ценности
не может сравниться с человеческой
жизнью. Таким образом, рассматривать
рабство в Утопии следует конкретно
исторически, как призыв к
смягчению распространенной в
средневековой Европе жестокой
системы уголовных наказаний
и в этом смысле как меру,
для того времени более гуманную.
Удел рабов в Утопии, очевидно,
был много легче, чем положение
большинства задавленных нуждой
и эксплуатацией крестьян
и ремесленников в тюдоровской
Англии. Поэтому Мор, по-видимому, имел
все основания утверждать, что некоторые
"трудолюбивые" бедняки из другого
народа предпочитали пойти в рабство к
утопийцам добровольно и что сами утопийцы,
принимая таких людей как рабов, относились
к ним с уважением и обращались с ними
мягко, отпуская их обратно на родину
по первому желанию, да
еще и награждая при этом.
6. Заключение.
Общественный идеал Т.
Мора, несомненно, обладает чертами
и качествами идей утопического социализма,
и абсолютное большинство наших исследователей
отвечает утвердительно на вопрос о том,
является ли Мор основоположником этого
направления политической мысли.
Некоторые авторы,
однако, склонны относить появление
утопически-социалистических идей
к более ранним периодам
истории, вплоть до глубокой
древности, полагая, что любые
проекты и даже просто смутные
мечты о ликвидации общественного
неравенства и угнетения, о
создании строя, где нет частной
собственности, где все являются
тружениками, следует считать
утопически-социалистическими. Н.Е.
Застенкер называет такие идеи, существовавшие
в странах Древнего Востока, античных
Греции и Риме и у других народов, «проблесками
социалистической мысли», обнаруживаемыми
им даже в древнегреческой легенде о «золотом
веке» (общинно родовых отношениях, не
знавших неравенства, эксплуатации
и собственности).
Напротив, А.И. Володин
и А.Э. Штекли выдвинули точку зрения,
что возникновение утопического социализма
нужно датировать более поздней, чем времена
Т.Мора, эпохой. Первый из них связал появление
нового направления общественно-политической
мысли с условиями буржуазных революций
17-18вв., отнеся к самым ранним представителям
утопического социализма Д. Уинстенли
и Г. Бабефа. Из них он исключил Томаса
Мора, Т. Кампанеллу и даже предреволюционных
французских мыслителей 18в. – Ж. Мелье
и Морелли, которых он характеризует как
авторов «литературных утопий», составляющих
только историю утопического социализма
и являющихся, по его мнению, отличным
от него «типом социального утопизма».
А.Э. Штекли отодвинул
создание утопического социализма
на еще более поздний период, считая, что
первыми его сторонниками можно назвать
лишь К.А. Сен-Симона, Ш. Фурье и Р. Оуэна,
то есть великих утопистов-социалистов
начала 19в. По отношению к Т. Мору и Т. Кампанелле
А.Э. Штекли предложил применять термин
«утопически-коммунистические гуманисты».
В обоих случаях
понятие о тех идейно-политических
течениях, к которым отнесен Т.
Мор, страдает неопределенностью.
Термины «литературная утопия»
и «социальный утопизм» не
раскрывают нам их содержания.
Что касается определения «утопически-коммунистический
гуманизм», то, будучи правильным
для показа разных политических
течений в среде широкого по
своему содержанию движению гуманизма
16 и более поздних веков, оно
никак не может использоваться
для противопоставления его утопическому
социализму, так как гуманизм
и социализм соотносимые, а
не противоположные понятия. Попытка
разграничить утопический социализм
и утопический коммунизм была
бы более правильна и, во
всяком случае, вполне логична,
но вопрос о таком разграничении
после специальной научной дискуссии
остался неразрешенным и, главным
образом, в силу существующей
традиции в ряде случаев рассматривать
эти понятия в качестве синонимов.
Научные споры о
времени возникновения утопического
социализма неразрывно связаны
с определением его главных
черт, внутренних этапов развития,
выявлением общего и особенного
в учениях каждого из представителей.
Основным в решении этих вопросов
должна быть характеристика самих
идей, их анализ и сопоставление.
Утопически-социалистическими
и утопически-коммунистическими
могут быть названы те политические
учения, которые не только отвергали
существующий эксплуататорский
строй, но и выдвигали идеал,
характеризовавшийся чертами, которые
свойственны социализму и коммунизму
как особым формациям.
Древние течения
политической мысли, которые содержали
идеализацию основных черт первобытнообщинного
строя, поэтому не могли быть
отнесены к каким-либо видам
утопического социализма, хотя их
роль в его появлении не
должна сбрасываться со счета.
В отличие от древних мыслителей
у Мора мы находим не только
идею общественной собственности
и всеобщей обязательности труда,
но и принцип коллективного
труда и коллективного производства,
требования общественного распределения
продуктов труда. Ему принадлежит
первая постановка вопроса о
ликвидации противоположностей
между городом и деревней, умственным
и физическим трудом. Он выдвинул
задачу дать иные, чем в современном
ему мире, функции государственной
власти, не отказываясь, подобно
защитникам первобытнообщинного
строя, от самого ее существования,
но предлагая новые формы и принципы ее
организации. Взгляды Мора на будущее
общество, несмотря на все их недостатки
и утопические черты, близки и понятны
строившим реальный до недавнего времени
социализм и коммунизм. Обрисованный в
«Утопии» идеал пронизан мыслью, что люди
созданы для нормального человеческого
труда и что все это достигается только
при условии ликвидации частной собственности.
Т. Мор не раскрыл
в «Утопии» планов перехода
к описанному им будущему строю.
Он отверг путь реформ сверху,
но не высказался и в пользу
революционных преобразований. Его
отношение к народным движениям
было сложным. Нельзя сказать,
как это чаще всего пишут
о Море, что он боялся революционных
выступлений народа. Наоборот, он
называл в «Утопии» мятежный
дух угнетенных благородным духом
и наделял утопийское государство
функцией помощи другим народам в свержении
у них тирании.
Однако Т. Мор
видел и то, что массы во
время происходивших в ту эпоху
восстаний и широких народных
движений мало осознают свои
интересы, легко становятся игрушкой
ловких политиков, далеки от
тех стремлений, которые могут
привести к правильному преобразованию
общественных и политических
отношений. Таким образом, Мор
не видел выхода из этой
проблемы. В самой «Утопии» возникновение
идеального государства объясняется
мудрой деятельностью его
мифического основателя Утопа,
но это не более как литературный
прием. Т.Мор очень хорошо понимал всю
сложность ликвидации частной собственности
в обществе его времени. Он показывал в
«Утопии», как существование частной собственности
ведет к тому, что стремление к ней делается
всеобщим. Только утопийцам удалось истребить
у себя «корни честолюбия и раздоров».
Вопрос о том, как можно этого добиться
в реальной действительности, Томас Мор
оставляет открытым. В нерешенности
проблемы перехода к социализму особенно
сказывается утопизм социалистических
взглядов Мора, тесно связанный с непониманием
закономерностей исторического развития.
Небольшая книжечка Т.Мора уже при его
жизни переиздавалась трижды и была переведена
на французский, немецкий, итальянский
и фламандский языки. С тех пор она выдержала
огромное количество изданий и переводов.
На ее идеи опирались последующие социалисты-утописты.
Ее сильные и слабые стороны старались
учесть многие передовые мыслители не
только 17-18вв., но и последующих столетий.
