Третье отделение Собственной Его Императорского Величества канцелярии

Содержание

 Введение

 1. Образование  Третьего отделения Собственной  Его Императорского Величества  канцелярии……………………………………………………….

 1.1. Предпосылки  образования Третьего отделения  Собственной Его Императорского  Величества канцелярии……………………………………

 1.2. Образование Третьего отделения Собственной Его Императорского Величества канцелярии……………………………………………………….

 2. Структура  и организация Третьего отделения  Собственной Его Императорского  Величества канцелярии…………………………………..

 2.1. Кадровый  состав……………………………………………………….

 2.2. Структура  и аппарат управления…………………………………….

 2.3. Организация  архивной деятельности………………………………...

 3. Деятельность  Третьего отделения Его Императорского  Величества канцелярии…………………………………………………………………..

 4. Шифр жандармов……………………………………………………….

 Заключение………………………………………………………………..

 Список используемых источников и литературы………………………. 

Введение

 Актуальность  выбранной мною темы заключается  в том, что в последнее время  возросло число движений экстремистских группировок, по борьбе с которыми создаются  особые отделы при МВД РФ. Так и при Николае I был создан подобный орган политического сыска – Третье отделение Собственной Его Императорского Величества канцелярии, работа которого была направлена на сбор информации о настроениях различных слоев населения, осуществление тайного надзора за политически «неблагонадежными» лицами, также Третье отделение следило за периодической печатью, ведало местами заключения и выявляло фальшивомонетчиков. Изучение позволит проанализировать деятельность Собственной Его Императорского Величества канцелярии и выявить как положительные, так и отрицательные стороны в ходе ее работы, что позволит извлечь опыт из прошлого для предотвращения ошибок в настоящем.

 В данной работе рассматриваются в отдельных очерках структура и деятельность Третьего отделения Собственной Его Императорского Величества канцелярии. «Нижние» рамки исследования определяются 14 декабря 1825, датой восстания декабристов, т.к. в результате событий на Сенатской площади император Николай I принял весьма важную меру, положившую известную «печать» на все последовавшие годы его царствования.  «Верхние» рамки определяются событиями конца 1870-х гг., которые показали неспособность Третьего отделения найти эффективные меры борьбы с революционным движением и вынудили правительство пойти на создание особых межведомственных органов с чрезвычайными полномочиями (Верховная распорядительная комиссия и др.).

 Цель работы заключается в определении особенностей Третьего отделения Его Императорского Величества канцелярии.  Для достижения поставленной цели были определены следующие задачи:

• Исследовать процесс образования Третьего отделения Его Императорского Величества канцелярии
• Определить структуру и организацию Третьего отделения Его Императорского Величества канцелярии
• Проанализировать деятельность Третьего отделения Его Императорского Величества канцелярии

 История русской  политической полиции остается до конца  не

 изученной. Дореволюционные  историки тщательно не исследовали  эту тему.

 Созданному 3 июля 1826 года III отделению собственной его императорского

 величества  канцелярии известный русский историк, современник

 императора  Николая I, автор 29-томного собрания сочинений,

 Соловьев  С.М. дает лишь поверхностную оценку, характеризуя общую

 структуру николаевского  аппарата.

 Другой не менее известный наш историк Ключевский В.О. в своем

 «Курсе русской  истории» дает беглую характеристику III отделения, не

 раскрывая при  этом сущность деятельности организации.

 В отличие  от двух вышесказанных историков, основоположник

 народничества, Герцен А.И., также современник Николая I, в своих работах

 дает подробнейшую характеристику структуры III отделения, называя его

 «центральной шпионской конторой» и жестоко обличая его деятелей:

 Бенкендорфа и даже самого императора. Герцен, ненавидевший Николая с той испепеляющей душу силой, с какой можно ненавидеть только тирана,

 утверждал, что  император постоянно пробовал, имеет  ли его взгляд свойство

 гремучей  змеи – останавливать кровь в  жилах. Из приведенной цитаты

 становится  ясным, какова была оценка Герцена.

 Исключительно описательный характер носит работа «История

 Министерства  внутренних дел» Варадинова Н, опубликованная в Петербурге

 в 1859 году. Автор  не выходит за рамки изложения  событий, не пытаясь

 сделать ни анализа, ни обобщений, ни выводов хотя бы по основным

 направлениям  работы III отделения.

 Позиции советских  историков существенно отличаются от позиций

 дворянских  историков. В XX веке история III отделение  рассматривается в

 русле революционного движения и социального неравенства, что уводит

 далеко в  сторону от изучения самой сущности вопроса.

 Работа историка Троцкого И.М. «III отделение при Николае I»,

 переизданная  в 1990 году, посвящена малоизученной  теме – сыскной и

 провокаторской  деятельности политической полиции I половины XIX века.

 Ярко описаны  фигуры руководителей печально знаменитого III отделения:

 Бенкендорфа, Дубельта, фон Фока, и самого императора. Исследования

 Троцкого  доказывают, что в деятельности политической полиции всегда

 отражаются  фундаментальные черты режима, который  она защищает.

 Для исследования поставленного вопроса были использованы и современные работы. Среди них книга Рыбникова В.В., Алексушина Г. В. «История правоохранительных органов». В учебном пособии представлено развитие отечественных правоохранительных органов, их место и роль в истории Отечества, в становлении и модернизации российского государства и права.

 Работа Головкова Г. и Бурина С. – «Канцелярия

 непроницаемой тьмы», изданная в Москве в 1994 году. На основе

 многочисленных документов и материалов, в том числе малоизвестных,

 историки исследуют взаимоотношения русского революционного движения и политической полиции, их взаимопроникновение и взаимоподмену.  
 

 1. Образование Третьего  отделения Собственной  Его Императорского  Величества канцелярии 

 1.1. Предпосылки образования Третьего отделения Собственной Его Императорского Величества канцелярии

 Созданное 8 сентября 1802 г. Министерство внутренних дел изначально было наделено весьма широкими функциями. Закон об учреждении министерств так определял обязанности  его главы: «Должность министра внутренних дел обязывает его заботиться о повсеместном благосостоянии народа, спокойствии, тишине и благоустройстве империи». Помимо собственно охранно-карательпой функции в ведение этого органа попали разнообразные административно-хозяйственные дела. Министерство должно было заведовать местными административно- полицейскими учреждениями, органами дворянства и других городских сословий, органами благотворительности, управления иностранными поселенцами, продовольственным делом, Медицинской коллегией. Главным почтовым управлением. Мануфактур-коллегией и соляными конторами. Попятно, что при таком обилии задач Министерство внутренних дел не могло сосредоточиться на политическом сыске, хотя «дела благочиния» уже изначально входили в его компетенцию. Неудовлетворительное положение в этой сфере отчасти и подтолкнуло Александра I на описанные выше эксперименты.

 В 1810 г. изданного  ведомства выделяется Министерство полиции и отдельное правление, занимающееся вопросами «иностранных вероисповеданий».

 В самом министерстве создается канцелярия и ряд департаментов: почтовый, мануфактур и внутренней торговли, а также государственного хозяйства и публичных зданий. Последний департамент ведал сбором статистических сведений, управлением иностранными поселениями, постройкой и эксплуатацией «публичных зданий», к числу которых относились все казенные помещения, занимаемые государственными учреждениями, казармами, тюрьмами, складами и т. п. После ликвидации в 1819 г. Министерства полиции его аппарат был опять включен в Министерство внутренних дел, из состава которого был параллельно выведен департамент мануфактур и внутренней торговли, переданный Министерству финансов. Политическим сыском в стране стала ведать Особенная канцелярия Министерства внутренних дел, ликвидированная в 1826 г. в связи с созданием Третьего отделения.

 Децентрализованная  структура обеспечения государственной  безопасности, культивировавшаяся при  Александре I, себя не оправдала. Активно  занятые собиранием различных сплетен  и слухов, дублирующие друг друга, органы политического сыска умудрились проглядеть крупномасштабный военный заговор офицеров-декабристов, вызревавший в армии в течение девяти лет. Принципиальное его отличие от всех предыдущих военных заговоров заключалось в том, что целью его было не свержение очередного правителя и возведение на престол нового, а установление в России республики. Заговор декабристов угрожал уже не просто власти и жизни Николая I, а институту монархии в целом. Воспользовавшись неразберихой с присягой после смерти Александра I, декабристы начали вооруженное восстание. В Петербурге на их стороне выступило около 3 тысяч солдат и 30 офицеров и еще 1164 человека на юге страны. Однако нерешительность декабристов позволила вступившему на престол Николаю I собрать верные ему войска и разгромить восставших. Естественно, что после подавления мятежа началось следствие. По сравнению с петровским розыском о восставших стрельцах оно велось в более мягких формах: к суду было привлечено 579 человек, из которых казнено было лишь пять руководителей.

 Новому царю, правление которого началось с крупномасштабного  военного мятежа в столице империи, была очевидна необходимость создания действенного органа государственной  безопасности взамен доказавших свою полную неэффективность старых структур. Для выполнения этой столь ответственной миссии, от которой зависела прочность и само существование его монархической власти, требовался абсолютно надежный человек, и выбор Николая I пал на А. X. Бенкендорфа. Тот еще в 1821 г. предупреждал Александра I о существовании заговора декабристов и предлагал проект организации единой системы «высшей» полиции в общероссийском масштабе. По не выясненным до конца причинам Александр I не придал значения этому и ряду других донесений о готовящемся мятеже. Во время восстания декабристов Бенкендорф командует войсками на Васильевском острове и на деле доказывает свою преданность новому императору, а после разгрома восстания участвует в работе Следственной комиссии.

 1.2. Образование Третьего  отделения Собственной  Его Императорского Величества канцелярии 

 В январе 1826 г. И.Х. Бенкендорф подает Николаю I свой очередной проект организации политического сыска, который, в отличие от первого, оказался немедленно востребован властью. 12 апреля царь передает данный проект на рассмотрение близким ему генерал-адъютантам И. И. Дибичу и П. А. Толстому. Предложенная в нем схема получает принципиальное одобрение и после некоторых доработок кладется в основу создания нового ведомства, организация и руководство которым поручается инициатору проекта.

 Следует отметить, что одно из предложений A. X. Бенкендорфа Николай I отверг сразу же. В своем январском проекте Бенкендорф предлагал в качестве централизованного органа государственной безопасности использовать возрожденное Министерство полиции. Для царя, воспринимавшего себя как отца народа и испытавшего после событий декабря прошлого года потребность держать защищающее его власть ведомство, что называется, под рукой, подобный бюрократический подход оказался неприемлемым. Один из последних черновых вариантов проекта, явно отражавший мнение Николая I по данному вопросу отмечает: «...высшая полицейская власть в тесном, основном ее смысле должна проистекать от самого лица монарха и развиться по всем ветвям государственного управления. Посему и самый источник, в котором сосредотачиваются все сведения высшей наблюдательной полиции, должен состоять при лице государя»¹.

 При реализации этой принципиальной установки происходит возврат к изначальной схеме  Алексея Михайловича, совмещающей  орган политического сыска с личной канцелярией царя. Последняя в 1826 г. реформируется, и интересующая нас структура органично включается в се состав, получая официальное название Третьего отделения Собственной его императорского величества канцелярии. Помимо кардинальной реорганизации политического сыска данное преобразование одновременно привело к существенному изменению властных полномочий в масштабах всей государственной структуры. Исследовавший этот вопрос И. В. Оржеховский так оценивает случившееся: «Личная канцелярия царя, возникшая еще в 1812 г.. с созданием 3 июля 1826 г. III отделения превратилась в орган верховной власти, концентрирующий в своих руках почти все стороны управления государством и по существу подменяющим ряд министерств. Как часть императорской канцелярии, III отделение, подчиняясь только Николаю 1, стояло вне обшей системы государственных учреждений, а в известной степени и над ними. Министры и главноуправляющие должны были выполнять все его указания по поводу беспорядков и злоупотреблений в их ведомствах, генерал-губернаторы и губернаторы по вопросам, входившим в сферу деятельности Ш отделения, доносили не министру внутренних дел, а непо­средственно императору через главного начальника отделения»².

 Директором  канцелярии III отделения назначен был Михаил Максимович Фок, человек, несомненно, умный, разносторонне образованный и светский. Обширное знакомство и связи в высшем петербургском обществе давали ему возможность видеть и знать, что делалось и говорилось в среде тогдашней аристократии, в литературных и прочих кружках столичного населения. Вместе с тем Фок пользовался самой предупредительной дружбой и доверием генерал-адъютанта Бенкендорфа, о чем свидетельствует сохранившаяся переписка.

 3 (15) июля 1826 года, состоялся высочайший указ  на имя управляющего министерством внутренних дел Ланского, на основании которого уничтожалась особая канцелярия этого министерства и преобразовывалась в III отделение собственной его величества канцелярии, и повелено было уничтожить нужные по сему распоряжения. Во исполнение этого указа предписано было гг. начальникам губерний, чтобы они по предметам, в состав, помянутого Отделения вошедшим, доносили уже не по министерству внутренних дел, а прямо его императорскому величеству.

 Генерал-адъютант Бенкендорф объясняет в своих  записках появление III отделения следующим образом; он пишет: «император Николай стремился к искоренению злоупотреблений, вкравшихся во многие части управления, и убедился из внезапно открытого заговора, обагрившего кровью первые минуты нового царствования, в необходимости повсеместного, более бдительного надзора, который окончательно стекался бы в одно средоточие; государь избрал меня для образования высшей полиции, которая бы покровительствовала утесненным и наблюдала за злоумышлениями и людьми, к ним склонным. Число последних возросло до ужасающей степени с тех пор, как множество французских искателей приключений, овладев у нас воспитанием юношества, занесли в Россию революционные начала своего отечества, и еще более со времени последней войны, через сближение наших молодых офицеров с либералами тех стран Европы, куда заводили нас наши победы. Никогда не думая готовиться к этому роду службы, я имел о нем лишь самое поверхностное понятие, но благородные и благодетельные побуждения, давшие повод к этому учреждению, и желание быть полезным новому нашему государю не позволили мне уклониться от принятия образованной им должности, к которой призывало меня высокое его доверие.

 Решено было учредить под моим начальством корпус жандармов.

 Учрежденное в то же время III отделение представляло под моим начальством средоточие этого нового управления и вместе высшей секретной полиции, которая, в лице тайных агентов, должна была помогать и способствовать действиям жандармов. Государь, чтобы сделать эту должность более приятной в моих глазах, благоволил присоединить к ней и звание командующего своей главной квартиры.

 Я неотложно  приступил к делу, и Бог помог  мне исполнить мои обязанности  к удовольствию государя и не восстановив  против себя общественного мнения. Мне удалось делать добро, оказывать многим одолжения, открыть много злоупотреблений и, в особенности, предупредить и отвратить много зла».³

 Как видим, новый  орган госбезопасности стал гораздо  могущественнее своих предшественников и в этом отношении.

  2. Структура и  организация Третьего отделения Собственной Его Императорского Величества канцелярии

 2.1. Кадровый состав

 Исследователи, сравнивая приведенную компетенцию  Третьего отделения и Особенной  канцелярии МВД, отмечают, что из девяти пунктов, определяющих компетенцию  новой структуры, шесть (1—3, 5—7) почти дословно совпадают с перечнем функций Особенной канцелярии. Первоначально в круг обязанностей Третьего отделения не попали цензурные дела, которыми ведала Особенная канцелярия. Подобное совпадение не является случайным: управляющий канцелярией М. Я. фон Фок принимал активное участие в разработке проекта новой структуры, а после в ликвидации Особенной канцелярии.

 Шестнадцать человек  руководили всем политическим сыском в Российской империи. Хотя численность Третьего отделения с течением времени и росла, она всегда оставалась небольшой, ограничиваясь несколькими десятками человек даже в самый пик революционного движения, и вплоть до ликвидации этого органа так и не перевалила за сотню. Если с момента его образования в 1826 г. в нем работало 16 человек, то в 1828 г. их было 18, в 1841 г. — 27, в 1856 г. - 31, в 1871 г. - 38. в 1878 г. - 52, в 1880 г. - 72.⁴ При этом следует учитывать то обстоятельство, что возможность карьерного роста у сотрудников этого ведомства практически отсутствовала, а их жалованье достаточно долгое время было ниже, чем у чиновников других отделений императорской канцелярии: в 1829 г. наивысший оклад чиновника Третьего отделения составлял 3 тысячи рублей ассигнациями в год, в то время как в других отделениях получали по 4,5 — 5 тысяч.⁵ Третье отделение до 1838 г. размешалось на углу набережной Мойки и Гороховой улицы, а затем переехало в дом номер 16 на набережной Фонтанки у Цепного моста, на углу Пантелеймоновской улицы. Через это учреждение проходил гигантский объем документации. В первые годы существования Третьего отделения одних только жалоб о пересмотре решений местной администрации, суда, полиции, о служебных делах, о восстановлении прав, по поводу личных оскорблений, семейных дел и на правительственные учреждения поступало в год от 5 до 7 тысяч. Объем этот неуклонно рос, и только в одном 1869 г. Третье отделение представило царю 897 «всеподданнейших докладов», завело 2 040 новых дел, получило 21 215 входящих бумаг и отправило 8 839 исходящих — каждый день эта структура, по подсчетам исследователей, получала в среднем около 60 и отправляла более 24 документов.⁶

 Показательно  и то, что с ростом численности  сотрудников параллельно расширялась  и без того громадная сфера  деятельности Третьего отделения. После разгрома восстания 1830—1831 гг. в Польше в Западной Европе появляется многочисленная политическая эмиграция. Для надзора за се деятельностью возникает заграничная агентурная сеть Третьего отделения, которая вскоре начинает следить и за появившейся на Западе русской революционной эмиграцией. Систематические командировки чиновников данного органа государственной безопасности «как для изучения на месте положения дел, так и для приискания надежных агентов и организации правильного наблюдения в важнейших пунктах»⁷ начинаются с 1832 г. Объектами наиболее пристального интереса стали места наибольшего скопления революционной эмиграции — Франция и Швейцария. В феврале 1834 г. Россия заключает соглашение о взаимном сотрудничестве в сборе сведений о политических эмигрантах, о воздействии и гонениях на революционную печать с Австрией и Пруссией, также кровно заинтересованных в подавлении польского революционного движения. Не ограничиваясь за границей слежкой за русско-польской эмиграцией, Третье отделение стало организовывать там пропагандистские кампании в защиту русского самодержавия, а также собирать для Николая I сведения о внутриполитическом положении европейских государств, направлении и деятельности различных политических партий, об отношении иностранных правительств к России и т. п. Таким образом, оно частично выполняет функции разведки. С течением времени эта сторона деятельности данного органа госбезопасности постепенно развивалась, хотя исследователи дают достаточно низкую оценку ее эффективности: «Вплоть до начала 60-х годов XIX в. русская политическая полиция не располагала профессионально организованной сетыо заграничной агентуры и деятельность большинства агентов была, как правило, дилетантской и малоэффективной. В делопроизводстве III отделения сохранились лишь отдельные, и к тому же весьма отрывочные, сведения о количестве, деятельности и местопребывании заграничных агентов русской политической полиции»⁸.

 Тем не менее  в 1877 г. Третье отделение имело не менее 15 постоянных агентов, находившихся в Париже (3 человека), Лондоне. Женеве. Вене. Потсдаме, Мюнхене, Лейпциге, Бухаресте и Константинополе. Поскольку литература оказывала огромное воздействие на умы общества XIX в., надзор за ней также начинает осуществлять Третье отделение, хотя первоначально эта сфера деятельности не входила в пределы его компетенции. Сразу после создания этого ведомства в 1826 г. Николай I поручает ему надзор за А. С. Пушкиным, и в том же году под надзором и следствием оказывается А. С. Грибоедов. С начала 30-х годов и до самой смерти в поле зрения Третьего отделения попадает А. И. Герцен, а с 1837 г. — и М. Ю. Лермонтов, обративший на себя внимание стихотворением «На смерть поэта». С 1828 г. данное ведомство добивается права получать из типографий по одному экземпляру всех издаваемых в России газет, журналов и разного рода альманахов, а также подчиняет себе цензуру всех драматических сочинений, предназначенных для театральной постановки. Так, например, только за сентябрь 1842 г. им было рассмотрено 57 театральных пьес. Добившись фактически руководящей роли в области цензуры, Третье отделение пыталось закрепить ее формально. Осенью 1842 г. Бенкендорф, ссылаясь на резкий рост числа театров в стране, испросил у царя согласие на образование в подведомственном ему отделении пятой экспедиции в составе цензора, его помощника и младшего чиновника. Императорский указ об этом последовал 23 октября 1842 г., и новой экспедиции была поручена цензура за драматическими сочинениями, предназначенными к театральным представлениям на русском, немецком, французском, итальянском и польском языках и надзор за всеми выходящими в России периодическими изданиями. В обязанность чиновников этого подразделения входило «о статьях безнравственных, неприличных по обстоятельствам или по содержанию личностей и требующих почему-либо замечания, сообщать министру народного просвещения или тому главному начальству, от которого принятие надлежащих мер зависит»⁹.

 2.2. Структура и аппарат  управления 

 III отделение  строилось в сравнительно спокойное  время: в течение всего николаевского царствования в России не было ни одного крупного революционного восстания. Такое положение позволяло не торопиться с организацией учреждения, и при всей своей суетливости и кажущейся загруженности важнейшими делами III отделение довольно долго не могло собраться и привести в единообразие свои разнородные части.

 При образовании III отделения в него вошли три  составных элемента: особенная канцелярия Министерства внутренних дел, возглавляемая  фон Фоком, находившаяся в ведении  того же Фока тайная агентура и жандармерия. Последняя и сама по себе была явлением сложным.

 «Отдельный  корпус жандармов, - читаем мы в официальном  обзоре Министерства внутренних дел, - сложился из двух элементов: из жандармского полка, несшего военно-полицейскую  службу при войсках, и из жандармских частей корпуса внутренней стражи. Жандармы при войсках впервые появляются 10 июня 1815 года, когда главнокомандующий Барклай-де-Толли предписал избрать в каждом кавалерийском полку по одному благонадежному офицеру и по пять рядовых, на коих возложить наблюдение за порядком на марше, на бивуаках и кантонир-квартирах, отвод раненых во время сражения на перевязочные пункты, поимку мародеров и т.п. Чины эти наименованы жандармами и отданы в распоряжение корпусных командиров».¹⁰ В 1836 году был сформирован отдельный корпус жандармов. Само единство III отделения и жандармерии держалось только на личной унии шефа жандармов и начальника III отделения. Только в 1839 году должность начальника штаба корпуса жандармов была соединена с должностью управляющего III отделением, и лишь в 1842 году окончательно слились все жандармские части.

 Само по себе III отделение являлось учреждением  со сравнительно небольшим аппаратом. Первоначально личный состав был определен в шестнадцать человек, которые должны были обслуживать все четыре экспедиции. Функции между этими экспедициями распределялись следующим образом:

 I экспедиция  ведала всеми политическими делами  – «предметами высшей полиции  и сведениями о лицах, состоящих под полицейским надзором». Через I экспедицию проходили дела, имевшие «особо важное значение», независимо от их принадлежности к сфере деятельности других экспедиций. Экспедиция ведала наблюдением за общественным мнением («состоянием умов») и составлением общих и частных обозрений важнейших событий в стране («всеподданнейших» докладов), наблюдением за общественным и революционным движением, деятельностью отдельных революционеров, общественных деятелей, деятелей культуры, литературы, науки; организацией политического сыска и следствия, осуществлением репрессивных мер (заключение в крепость, ссылка на поселение, высылка под надзор полиции), надзора за состоянием мест заключения. Экспедиция занималась сбором сведений о злоупотреблениях высших и местных государственных чиновников, ходе дворянских выборов, рекрутских наборов, сведений об отношении к России иностранных государств (до середины 1866 года). Позднее в I экспедиции остались лишь дела об «оскорблении членов царской фамилии».

 II экспедиция  – раскольниками, сектантами, фальшивомонетчиками,  уголовными убийствами, местами заключения и крестьянским вопросом.

 Осуществляла  надзор за деятельностью в России различных религиозных конфессий, распространением религиозных культов  и сект, а также административно-хозяйственное  заведование общегосударственными политическими тюрьмами: Алексеевским равелином, Петропавловской крепостью, Шлиссельбургской крепостью, Суздальским Спасо-Евфимиевым монастырем и Шварцгольмским домом. Организовывала борьбу с должностными и особо опасными уголовными преступлениями. Собирала сведения о деятельности общественных организаций, культурных, просветительских, экономических, страховых обществ, о различных изобретениях, усовершенствованиях, открытиях, а также о появлении фальшивых денег, документов и т. п. Занималась рассмотрением жалоб, прошений, доносов и составлением докладов по ним. Осуществляла надзор за решением гражданских дел о разделах земель и имущества, случаях супружеской неверности и др. Занималась комплектованием штатов III Отделения и распределением обязанностей между структурными подразделениями.

 III экспедиция  занималась специально иностранцами.

 IV экспедиция  вела переписку о «всех вообще  происшествиях», ведала личным составом, пожалованиями и т.п.¹¹

 Постепенно  работа III отделения усложнялась. В 1828 году к кругу его деятельности была причислена и театральная цензура, в 1842 году выделенная в специальную V экспедицию. Увеличивалось и число служащих: к концу николаевского царствования штат состоял из сорока человек. Тем не менее строго размежевания дел между экспедициями не было, в течении долгого времени не было и установленной формы переписки. Наиболее же секретные дела, в том числе и работа тайной агентуры, были подчинены непосредственно управляющему III отделением – сначала М.Я. фон Фоку, потом А.Н. Мордвинову и Л.В. Дубельту. Управляющий отделением вместе с двумя-тремя наиболее ответственными сотрудниками собственно и являлся центральным двигателем всей системы. Он непосредственно сносился с тайными агентами, на его имя поступали многочисленные доносы и жалобы, от него зависело дать делу тот или иной оборот, так или иначе редактировать доклад.

 Такова была структура «центральной шпионской  конторы», как называл III отделение Герцен. ¹²На местах делами политической полиции ведали местные жандармские управления. Вся страна была разделена на несколько (сначала пять, потом восемь) жандармских округов, во главе которых стояли высшие жандармские чины. Округа, в свою очередь, распадались на отделения. На отделение приходилось обычно две-три губернии; начальниками назначались жандармские штаб-офицеры.