«Три правды» в пьесе А. М. Горького «На дне»

«Три правды» в пьесе  А. М. Горького «На дне» 

    В пьесе Горький противопоставляет  гуманизм ложный, проповедующий  всеобщее смирение, покорность судьбе, и подлинный гуманизм, суть которого  — в борьбе против всего,  что угнетает человека, лишая  его достоинства и веры в  свои силы, против рабской жизни  человечества. Это две основные  правды, о которых спорят в  пьесе Лука и Сатин, — персонажи,  сразу же выделяющиеся из общей  толпы жителей ночлежки своим  философским подходом к жизни,  умением мудро говорить и способностью  влиять на людей.   

 Однако в начале  пьесы дается еще одна, третья, «правда» — правда Бубнова. Бубнов чересчур категоричен, для него существует только черное и белое, при этом черного намного больше. Он живет и действует по принципу «вали правду, как она есть». Каждого, кто находится в ночлежке, Бубнов старается вывести на чистую воду, выдавая свою правду: «А я вот... Не умею врать! Зачем?» И Актеру, и Медведеву, и Пеплу, и Насте этот персонаж говорит горькую и больную правду, но последствия этой правды непредсказуемы! Он равнодушен к собственной судьбе, тем более к чувствам других, его взгляд на жизнь чересчур скептический, полный пессимизма, а сама жизнь ему кажется полной бессмыслицей: «Все люди, как щепки, по реке плывут. Все так! Родятся, поживут, умирают. И я помру, и ты... Чего жалеть!» Правда Бубнова убивает в человеке всякое стремление быть человеком: «Все умрут все равно», так зачем же напрасно лезть из кожи вон, лучше уж сразу подумать о смерти.   

 А вот праведник  Лука искренне желает облегчить  страдания людей, помочь им, поддержать  их, вселить православное смирение  в их души. Лука знает, кому  и что обещать, его речи благостно  воздействуют на слух озлобленных  жителей приюта и погружают  их в приятное забытье, делая  их еще более пассивными и  оторванными от реальной жизни.  Но Лука обходит стороной Бубнова, Сатина, Клеща, очевидно, понимая, что его жалость способна удовлетворить только слабых и усомнившихся в возможном счастье людей.   

 Но проповедь Луки  приносит только вред. Обитатели  ночлежки уже доведены до отчаяния  и живут одними иллюзиями, а  Лука создает их еще больше. Он не называет пути, способного  поднять со дна, он не верит  в возможности этих несчастных  и потому прибегает к возвышенному, но бессмысленному обману. Ласковые  слова Луки только убаюкивают, завораживают, но они не побуждают  к борьбе, не дают сил и желания  активно действовать для изменения  собственного плачевного положения.  Призыв Луки надеяться на лучшее  толкает ночлежников на бездействие  и смирение, а сам он незаметно  уходит, оставив несчастных в  полной растерянности, с горьким  чувством безысходности.   

 Сатин постарался понять  Луку и трезво оценил его  роль: «Не шарлатан Лука», как  подумали другие, «а жалостливый», «мякиш для беззубых». Он приходит к выводу, что речи Луки, пронизанные христианской моралью, не приносят никакой пользы, а только усыпляют душу, обманывают ее. И Сатин резко критикует ложь: «Ложь — религия рабов и хозяев, правда — бог свободного человека».   

 И, если Лука утверждает, что человек должен смириться,  терпеть и ждать чуда. Сатин  провозглашает мысль о том,  что человек должен быть прежде всего свободным и гордым, должен действовать, бороться за счастливую жизнь, не падая духом и не покладая рук. Правда Сатина наиболее близка мыслям самого автора: устами Сатина Горький выражает собственную веру в неограниченные возможности каждого отдельного человека, в его право жить счастливо и достойно.