Церковные реформы Никона. Раскол

Церковные реформы Никона. Раскол.

План.

1. Введение.
2. Истоки назревания церковной реформы.
3. Кружок «ревнителей благочестия».
4. Возвышение Никона.
5. Церковные реформы патриарха Никона.
6. Падение Никона.
7. Раскол.
8. Заключение.

Введение.

Церковные реформы патриарха Никона сыграли важную роль не только в развитии русской духовной культуры, но и во всей истории России в целом.

Актуальность данной темы бесспорна. До сих пор не прекращаются споры по данному вопросу. По этому поводу написана масса книг и научных статей. Казалось, что такой срок, как почти 350 лет, прошедшие со времени раскола в русской православной церкви, произошедшего при царе Алексее Михайловиче, были достаточным сроком для изучения и определения причин трагедии раскола, который тяжело отразился на судьбах России. Но, к сожалению, корни старообрядчества и причины раскола русской православной церкви, и по сей день, еще не целиком раскрыты в исторической литературе и остаются далеко не ясными.

У этих церковных реформ были сторонники и противники их проведения. Такое же отношение сохранилось и в наше время. Каждая из сторон выдвигает свои доводы для доказательства своей правоты, и по-разному интерпретирует события тех дней. Сторонники реформ утверждают, что проведение этих реформ поспособствовало устранению различий в церковных делах, которые существовали между греческой церковью и русской, устранению путаницы в русских церковных книгах и обрядах. Они указывают также на неминуемость данных реформ, которые, по их мнению, были бы проведены любым другим патриархом, оказавшемся на месте Никона. Противники же утверждают, что развитие церкви в России шло своим путем, и ставят под сомнение истинность греческих церковных книг и обрядов, которые были взяты Никоном за образец. По их мнению, нужно было греческой церкви учиться у русской, а не русской у греческой. Никона же они считают разрушителем истинной русской православной церкви, которая находилась, по их мнению, в то время на подъеме.

Конечно, больше всего преобладает  сторонников реформ Никона. Среди которых и нынешняя русская православная церковь. Поэтому сейчас больше исторических источников, написанных приверженцами этих реформ. Необходимо попробовать разобраться среди существующих взглядов на церковную реформу Никона и прояснить истинную ситуацию, существовавшую в то время. Для этого необходимо уяснить причины предпосылок данных реформ, выяснить какие силы поспособствовали ее проведению, изучить саму фигуру Никона, как патриарха-реформатора, выявить причины его возвышения и падения, узнать обстоятельства, приведшие к расколу русского общества. После решения поставленных задач можно будет сделать вывод по данному вопросу.

Истоки назревания церковной реформы.

Церковная реформа патриарха Никона – важнейший исторический факт культурного наследия России. Данная реформа призвана была уничтожить все разночтения в церковных книгах и разногласия по проведению церковных обрядов. В том, что реформа необходима, понимали и патриарх Никон и его будущий противник протопоп Аввакум.

К середине XVII века окончательно утвердилось представление, что Русская Православная церковь является единственной преемницей православия в мире. До XV века считалось, что Русь – духовная наследница Византии, откуда она получила крещение. Но в начале XV века Византия стала все больше подвергаться набегам турецких полчищ, которые серьезно подрывали экономику страны. Именно, эти набеги стали причиной обращения греческого императора за помощью к главе Римско-католической церкви. И чтобы Римский Папа, несомненно, оказал содействие, было также предложено объединить католическую и православную церкви, причем с явными уступками католицизму. В 1439 году в итальянском городе Флоренции был подписан документ Флорентийская уния, которая закрепила соглашение об объединении. Византийский наместник митрополит Московский Исидор также подписал данное соглашение. Данное действие вызвало в Москве острое негодование, и было воспринято как измена православию. На место свергнутого Исидора собор иерархов избрал русского митрополита. В 1453 году Византийская империя пала и на ее месте возникла Османская империя. В России данный факт был воспринят как свершившееся наказание божье за отступничество Византии от православия.

В условиях укрепления российской самодержавной монархии все острее вставал вопрос о приоритете государственной власти над церковной. Исстари православное духовенство играло ведущую роль в жизни государства. Именно, благодаря русской православной церкви удалось освободить Русь от татарского ига и объединить в единое централизованное государство. Еще большую роль православная церковь сыграла в преодолении Смуты и утверждении на престол династии Романовых. Однако при всем своем стремлении играть самостоятельную роль, русская православная церковь всегда находилась в зависимости от государственной власти. Этим она сильно отличалась от римско-католической церкви, обладавшей полной самостоятельностью в церковных делах. Русь приняла христианство не через апостольскую проповедь, ее крестителем стал не архиерей, не священник, не монах, а князь. Так с самого начала авторитет царской политической власти на Руси был выше церковной.

Одними из первых церковных реформ были проведены по инициативе царя и митрополита в 1551 году. Эти реформы были приняты на основе решений Собора русской церкви. Собор русской церкви получил название Стоглавого по количеству глав в сборнике, в котором были закреплены его решения. Собор закрепил унификацию общерусского пантеона святых, единого культа и обрядов, были установлены общие правила – каноны – для церковной живописи. Также было заявлено о высоком моральном значении церкви, пастырском служении священников. Собор осудил распутство, пьянство и бродяжничество монахов. На церковь было возложено устройство школ для мирян.

Собором было рассмотрен вопрос о  церковном землевладении. Было решено оставить имеющиеся в наличии земли за церковью, но впоследствии принимать в дар земли только с разрешения царя. Вскоре Московским правительством в 1580 году было принято постановление, которое запрещало давать монастырям вотчины на помин души, а также вообще запрещало церковным лицам и учреждениям покупать и брать в залог земли.

Русская православная церковь до того возвысилась и упрочилась, что получила патриаршество. Вместо московских митрополитов стали в ней всероссийские патриархи (с 1589 г.). Патриаршество способствовало еще большему расцвету Русской церкви. Москва получила право именоваться Третьим Римом. Так патриарх Константинопольский Иеремия II в 1595 году писал русскому царю Федору Иоанновичу (1561-1582): «По истине в тебе, благочестивый царь, пребывает Дух Святый, и от Бога такая мысль тобою будет приведена в дело, ибо Древний Рим пал Аполлинариевой ересью, а второй Рим, Константинополь, находится в обладании внуков агарянских, безбожных турок: твое же великое Российское царство, III Рим, превзошло всех благочестием, и все благочестивыя царства собрались в твое царство, и ты один под небесами именуешься христианским царем во всей вселенной у всех христиан»¹. Введение патриаршества увеличило авторитет главы церкви и вошло в противоречие с авторитетом царя как «помазанника Божия».

Благотворно повлияло на русскую православную церковь преобразования патриарха Филарета (в миру – Федор Никитич), отца царя Михаила Романова. В правление Михаила Романова Филаретом были упорядочены налоговые платежи, сокращены податные льготы монастырей, проведен учет земельных ресурсов, укреплено судопроизводство, обузданы произвол и волокита местной воеводской администрации.

К середине XVII века коренные изменения, происходящие в обществе и государстве, вызванные стремлением укрепить централизацию русской церкви и усилить ее роль в деле объединения с православными церквами Украины и балканских народов, настоятельно требовали проведения новой церковной реформы. Непосредственным же поводом для церковных преобразований являлась необходимость исправления богослужебных книг. Накопились и стали очевидными расхождения с современной греческой церковной практикой и возникли вопросы по поводу обрядов Русской православной церкви. Особенно горячие споры возникли еще в пятнадцатом веке об «аллилуйе» и «посолонном хождении» (от слова «посолонь» - по солнцу). А в шестнадцатом веке было с очевидностью замечено множество расхождений и недосмотров в церковных книгах, особенно в переводах богослужебных текстов: одни переводчики плохо знали греческий язык, другие - русский. Множество ошибок было допущено малограмотными монахами-переписчиками, которые переписывали церковные документы.

В 1645 г. царь Михаил Фёдорович и  патриарх Иосиф, чтобы получить основательное  подтверждение этих несоответствий, послали на Восток для осмотра святых мест и описания чинов греческой церкви Арсения Суханова, сведущего в посольских делах и знающего греческий язык.

Смута пошатнула устои власти. Предстояло реставрировать и укрепить самодержавие. Во внешней политике первостепенное значение для государственной власти приобрел вопрос воссоединения Украины с Россией и войны с Речью Посполитой. Это было связано с началом в 1648 г. освободительной войны украинского народа против власти шляхетской Польши (уже в 1649 г. в Москву прибыл представитель Б. Хмельницкого С. Мужиловский с предложением принять Украину под власть России). Приступать к решению этих вопросов, не устранив религиозно-обрядовых расхождений между русской и греческой церквами и не преодолев отрицательного отношения русских православных иерархов к церкви Украины, было, по меньшей мере, неосторожно. Однако события 1649 - 1651 гг. в церковной сфере и особенно ухудшение взаимоотношений между светской и церковной властями сыграли отчасти и положительную роль. Их следствием было то, что царь Алексей Михайлович (сын Михаила Федоровича) и его ближайшее светское окружение почувствовали сложность и грандиозность перемен, которые предстояло осуществить в религиозной области, и невозможность проведения такого рода реформы без теснейшего союза с церковной властью. Алексей Михайлович понял также, что недостаточно иметь во главе церкви сторонника такой реформы. Успешное осуществление преобразования церковной жизни России по греческому образцу было доступно только сильной патриаршей власти, обладавшей самостоятельностью и высоким политическим авторитетом и способной централизовать церковное управление. Это определило последующее отношение царя Алексея к церковной власти.

Кружок «ревнителей  благочестия».

Церковная реформа по части упорядочения книг и обрядов уже готовилась, но кружок «ревнителей благочестия», обсуждавший ее принципы, составился не при патриаршем дворе, а при царе. В кружок входили и провинциальный протопоп Аввакум Петров – в будущем мученик за старую веру, и столичный архимандрит Никон – будущий патриарх-реформатор.

Главой кружка был протопоп кремлевского Благовещенского собора и духовный отец царя Стефан Вонифатьев. Помимо Никона и Аввакума в кружок входили: царь Алексей Михайлович, любимец царя и его постельничий Ф. М. Ртищев, сестра постельничего А. М. Ртищева, дьякон Благовещенского собора Федор Иванов. Также в него входили провинциальные ревнители благочестия: священники Иван Неронов, Даниил, Лазарь, Логгин и другие. Начинания кружка поддерживали и другие светские и духовные лица, в числе которых был воспитатель царя боярин Б. И. Морозов.

Члены кружка добивались устранения прямых нарушений богослужебного чина, в частности «многогласия», усиления «учительного» элемента за счет введения проповедей, поучений и издания религиозной литературы для чтения, устранения разночтений и разногласия в церковных чинах, повышения нравственного уровня духовенства, в том числе и носителей церковной власти.

Вера в возможность нравственного  исправления духовенства, в то, что  со временем место нерадивых и корыстных пастырей займут высоконравственные ревнители благочестия, проявились более всего в новых назначениях, осуществленных при поддержке царя. В 1648 г. В 1648 г. Никон стал митрополитом новгородским и псковским. Тогда же Стефан Вонифатьев добился перевода Ивана Неронова из Нижнего Новгорода в Москву и назначения его протопопом Казанского собора, а несколько позже состоялись назначения протопопами других ревнителей благочестия: Аввакума Петрова - в Юрьевец-Поволжский, Даниила - в Кострому, Лазаря - в Романов и Логгина - в Муром. Однако эти начинания не привели к желаемым результатам. У новых протопопов, которые ввели «единогласие» и дополнили службы проповедями и поучениями, не оказалось последователей среди приходского духовенства. Нетерпеливый и решительный протопоп Аввакум Петров пытался поднять благочестие священников и верующих Юрьевца-Поволжского принудительными мерами, но это кончилось возмущением населения и избиением протопопа.

Кружок ревнителей благочестия  оказал значительное влияние на деятельность московского Печатного двора. В 1645-1652 гг. увеличилось количество изданных книг, и среди них помимо богослужебных появились книги религиозного содержания, предназначенные для чтения.

Одну группу составили провинциальные ревнители благочестия - протопопы Иван Неронов, Аввакум Петров, Даниил, Лазарь и Логгин, а также дьякон Благовещенского собора Федор Иванов. Их сторонником был первоначально и Никон. Они придерживались традиционного для русского духовенства взгляда, который утвердился в XVI в. Его сторонники считали, что отличие чина богослужения и обрядов греческой церкви от русских является показателем утраты греками истинной православной веры, что было, по их мнению, следствием завоевания Византии турками, подчинения греков «безбожным» завоевателям и сношений греческой церкви с «латинской» («еретической») римской церковью. Они считали также, что вследствие реформы Петра Могилы (киевский митрополит с 1632 по 1647 г.) истинную веру утратила и украинская церковь.

Вторую группу составили царь Алексей Михайлович, Стефан Вонифатьев, Ф. М. Ртищев и другие столичные члены кружка. Позже к ним присоединился Никон. Они отказались (в известной мере - по политическим мотивам) от традиционной оценки греческой церкви, как уклонившейся от истинной веры. Новую ее оценку они выразили в «Книге о вере», изданной в 1648 г. по инициативе Стефана Вонифатьева, в частности в положении о том, что и в «нынешнее время в неволе турецкой християне веру православную целу соблюдают, ...да заградятся всякая уста глаголющих неправду ...на смиренных греков». Эта группа ревнителей благочестия считала необходимым устранить расхождения в богословской системе и церковно-обрядовой практике между церквами на основе греческого образца.

Это предложение получило поддержку узкого, но влиятельного круга духовных и светских лиц в России, в том числе патриарха Иосифа, и церковных иерархов Украины. Не дожидаясь решения вопроса о путях проведения унификации богословской системы и церковно-обрядовой практики, которое надлежало принять церковному собору, царь и другие столичные ревнители благочестия осуществили некоторые меры, положившие начало исправлению русских богослужебных книг по греческим образцам. Так, из Киева были приглашены в Москву ученые монахи, хорошо знавшие греческий язык, для исправления книг. Приехали в Москву в 1649 г. Епифаний Славинецкий и Арсений Сатановский, а в 1650 г. - Дамаскин Птицкий.

Недовольство патриарха Иосифа вызвало самочинное введение ревнителями  благочестия «единогласия» в ряде соборов и приходских храмов и их вмешательство (благодаря принадлежности к кружку царя Алексея) в назначения архиереев, архимандритов и протопопов. Чтобы положить конец этому вмешательству, патриарх Иосиф на церковном соборе 11 февраля 1649 г., созванном по распоряжению царя, использовал слабость позиции ревнителей благочестия в вопросе о «единогласии». Ревнители благочестия, настаивая на «единогласии», не предусматривали сокращения богослужебного текста, поэтому службы становились настолько продолжительными, что многие верующие не выстаивали их до конца. Таким образом, верующие лишались установленной для них «духовной пищи». Пропуск же службы или досрочный уход с нее считались большим грехом. Поэтому при рассмотрении 11 февраля 1649 г. по инициативе царя предложения ревнителей благочестия о введении в приходских церквах «единогласия» были отвергнуты патриархом и архиереями.

Царь Алексей Михайлович  был  недоволен решением церковного собора и поведением патриарха. Он не утвердил этого решения, но и не мог  отменить его своей властью. В итоге царь потребовал передать вопрос о «единогласии» на рассмотрение константинопольского патриарха. Переписка заняла два года. В ответ на послание Иосифа, константинопольский патриарх, угождая по спорному вопросу царю, писал, что «единогласие» и в приходских церквах «не только подобает, но и непременно должно быть».

В связи с этим в 1651 г. был созван новый церковный собор. Он отменил  решение предыдущего собора и  постановил «пети во святых божиих церквах, ...псалмы и псалтирь говорить в один голос, тихо и неспешно». Патриарх и его сторонники выразили свое недовольство вмешательством светской власти в церковно-обрядовые дела. Это было осуждение намерений царя и близких к нему ревнителей благочестия самим осуществить церковную реформу.

Возвышение Никона.

Неуверенность, особенно ощутимая в  первые годы правления, побуждала Алексея  Михайловича искать опору в человеке, способном разделить с ним бремя власти. Так первым его «наставником» и воспитателем был боярин Борис Иванович Морозов. Следом за первым «наставником» появился Никон, причем обстоятельства его возвышения свидетельствуют, что Алексей Михайлович сам подготовил это событие².

Никон (до пострижения в монахи—Никита  Минов) обладал всеми нужными  царю Алексею качествами. Он родился в 1605 г. в Нижегородском уезде в семье крестьянина. Богато одаренный от природы энергией, умом, прекрасной памятью и восприимчивостью, Никон рано, с помощью сельского священника, овладел грамотой, профессиональными знаниями служителя церкви и уже в 20 лет стал священником в своем селе. В 1635 г. он постригся в монахи в Соловецком монастыре и был назначен в 1643 г. игуменом Кожеозерского монастыря. В 1646 г. Никон по делам монастыря оказался в Москве, где и встретился с царем Алексеем. Он произвел самое благоприятное впечатление на царя и потому получил место архимандрита влиятельного столичного Новоспасского монастыря.

В Никоне царя привлекли те черты  характера, в которых он сам испытывал  недостаток. Никон казался ему  монолитом, человеком, лишенным сомнений. Общение с патриархом придавало уверенности молодому государю, делало его «самодостаточным».

Сам Никон тонко прочувствовал  ситуацию и беззастенчиво эксплуатировал мнительность Алексея: стараниями патриарха  царь усвоил ту простую мысль, что  покуда он, Никон, рядом с ним и молится на него, во всех «государевых» и семейных делах его ждет успех и удача.

Новоиспеченный архимандрит сблизился  со Стефаном Вонифатьевым и другими столичными ревнителями благочестия, вошел в их кружок, неоднократно беседовал о вере и обрядах с иерусалимским патриархом Паисием (когда тот находился в Москве) и стал активным церковным деятелем. Перед царем он выступал чаще всего в качестве ходатая за бедных, обездоленных или невинно осужденных, и завоевал его расположение и доверие. Став в 1648 г. по рекомендации царя новгородским митрополитом, Никон проявил себя как решительный и энергичный владыка, и ревностный поборник благочестия. Царю Алексею Михайловичу импонировало и то, что Никон отошел от точки зрения провинциальных ревнителей благочестия на церковную реформу и стал сторонником плана преобразования церковной жизни России по греческому образцу.

Успешное осуществление преобразования церковной жизни России по греческому образцу было доступно только сильной патриаршей власти, обладавшей самостоятельностью и высоким политическим авторитетом и способной централизовать церковное управление. Это определило последующее отношение царя Алексея к церковной власти.

Выбор царя пал на Никона, и этот выбор поддержал царский духовник Стефан Вонифатьев. Казанский митрополит Корнилий и находившиеся в столице ревнители благочестия, не посвященные в планы царя, подали челобитную с предложением избрать в патриархи Стефана Вонифатьева, наиболее влиятельного и авторитетного члена кружка. Реакции царя на челобитную не последовало, а Стефан уклонился от предложения и настойчиво рекомендовал своим единомышленникам кандидатуру Никона. Последний тоже был членом кружка. Поэтому ревнители благочестия в новой челобитной царю высказались за избрание в патриархи Никона, бывшего тогда новгородским митрополитом.

Однако по мере возвышения Никона выявились и другие черты его характера и убеждений. Известны нетерпимость, резкость и  даже жестокость владыки в отношении  людей, находившихся под его властью. Никон с юности считал себя «богоизбранным», верил в свое высокое предназначение. Эта вера укрепилась в нем необычайно быстрой церковной карьерой и способствовала развитию непомерного честолюбия, властолюбия и склонности к деспотизму. Будучи еще новгородским митрополитом, он с полным основанием считал себя единственным реальным кандидатом в патриархи.

Суть его далеко идущих планов сводилась к тому, чтобы ликвидировать зависимость  церковной власти от светской, поставить  ее в церковных делах выше царской власти и самому, став патриархом, занять, по меньшей мере, равное с царем положение в управлении Россией.

Церковные реформы патриарха  Никона.

Реализацию своего замысла Никон  начал в 1652 году, еще до смерти патриарха Иосифа, использовав канонизацию церковью митрополита Филиппа Колычева, убитого по распоряжению Ивана Грозного. Он организовал перенос мощей Филиппа в Москву и добился получения «молебной» царской грамоты, в которой Алексей Михайлович признал вину своего «предка» Ивана Грозного перед церковью и «молил» о прощении. Более решительный шаг последовал 25 июля 1652 года, когда церковный собор уже избрал Никона патриархом и царь одобрил результаты выборов. В этот день в кремлевском Успенском соборе для посвящения новоизбранного в патриархи собрались царь, члены царской фамилии, боярская дума и участники церковного собора. Никон появился лишь после посылки к нему ряда делегаций от царя. Никон объявил, что не может принять сан патриарха. Свое согласие он дал только после «моления» царя и присутствовавших в соборе представителей светской и церковной власти. Этим «молением» они, и, прежде всего царь Алексей Михайлович, обязались слушаться Никона во всем, что он будет «возвещать» им о «догматах божиих и о правилах», слушаться его «яко начальника в пастыря и отца краснейшаго»³. Этот акт существенно поднял престиж нового патриарха.

Светская власть приняла условия  Никона потому, что считала эту  меру полезной для проведения церковной реформы, а самого патриарха - надежным сторонником плана реформы. Более того, ради решения первоочередных внешнеполитических задач (воссоединение с Украиной, война с Речью Посполитой), чему должна была содействовать церковная реформа, светская власть пошла на новые уступки. Царь отказался от вмешательства в действия патриарха, затрагивавшие церковно-обрядовую сферу. Он допустил также участие Никона в решении всех интересовавших патриарха внутриполитических и внешнеполитических дел, признал Никона своим другом, и стал именовать его великим государем, то есть, как бы пожаловал ему титул, который из прежних патриархов имел только Филарет Романов. В итоге возник тесный союз светской и церковной властей в форме «премудрой двоицы», то есть царя и патриарха.

Мысль о московском государе – защитнике и охранителе православия, столь близкая самосознанию русских людей XVII века, обернулась идеей создания Вселенского православного царства под скипетром Романовых. Никон, во время своего восшествия на патриарший престол, пожелал Алексею Михайловичу, чтобы пределы его царства распространились от моря до моря. Царь был всерьез воодушевлен идеей освобождения православных.

Патриарх Никон вскоре после  своего избрания стал самовластным владыкой русской церкви. Он начал с устранения вмешательства в церковные дела своих прежних единомышленников по кружку ревнителей благочестия. Никон даже велел не допускать к себе протопопов Ивана Неронова, Аввакума, Даниила и других. Их жалобы не поддержали ни царь, ни Стефан Вонифатьев, ни Ф. М. Ртищев, которые уклонялись от вмешательства в действия патриарха.

 Уже в конце 1652 г. некоторые  из настоятелей монастырей, чтобы  угодить Никону, стали раболепно именовать его великим государем. Их примеру последовали архиереи⁴. В 50-х годах XVII в. благодаря энергичной и решительной деятельности Никона был осуществлен комплекс мер, которые определили содержание и характер церковной реформы.

Одной из первейших забот Никона было исправление книг. Став патриархом, Никон повел дело исправления более систематично, занялся исправлением не только ошибок, руководясь древними греческими списками, но и обрядов. По поводу последних он постоянно советовался с Востоком. Исправление обрядов было уже, по понятиям того времени, вторжением в область веры, т.е. непростительным посягательством. В деле исправления киевляне и Восток стали играть активную, даже первенствующую роль. Исправление стало окончательно делом междуцерковным. Появился и резкий протест.

В текстах церковных книг была масса  описок и опечаток, мелких недосмотров  и разногласий в переводах одних и тех же молитв.

Наиболее выдающиеся отступления  нашей церкви от восточной в обрядах  были таковы:

1. проскомидия совершалась на 7 просфорах вместо 5;
2. пели сугубую аллилуйя, т.е два раза вместо трех, вместо трегубой;
3. совершали хождения по-солон, вместо того, чтобы ходить против солнца;
4. отпуск после часов священник говорил из царских врат, что теперь не делается;
5. крестились двумя перстами, а не тремя, как крестились на Востоке.

Все отступления Русской церкви от Восточной не восходили к догматам, были внешними, обрядными; но в глазах верующих обряд играл большую роль и всем этим отступлениям они придавали огромное значение, смотря на них, как на «ереси».

В 1653 году возвратился Арсений Суханов с Востока и в своем отчете, который носит название «Проскинитарий», констатировал разницу обрядов в Москве и на Востоке.

Разбирая патриаршую библиотеку, Никон  нашел в ней грамоту об утверждении  патриаршества, в которой говорилось о необходимости полного согласия православных церквей и о строжайшем соблюдении догматов. Это побудило его к исследованию, не отступила ли русская церковь от православного греческого закона. Как в символе Веры, так и в других книгах он сам увидел отступления. Но решиться сразу на гласную систематическую проверку всех этих отступлений было трудно по важности самого дела, и Никон начал свои реформы частными мерами.

В 1653 году патриарх Никон повелел  во время чтения молитвы «Господи и Владыко живота моего» вместо 12 делать 4 земных поклона. Эта реформа показалась нестерпимой многим московским священникам, входивших в кружок «ревнителей благочестия». Среди них были Благовещенский протопоп Стефан Вонифатьев, священник московского Казанского собора Иван Неронов, юрьевский протопоп Аввакум и др. Эти лица, недовольные утратой того влияния, каким они пользовались при Иосифе, недовольные постоянными толками об исправлениях и присутствием греков и киевлян, признали новую меру Никона еретической. Позже они составили и подали царю челобитную на Никона. В челобитной говорилось не только о новой мере Никона, но и о двоеперстии, о котором тогда еще не было решено. Самого же патриарха Никона они обвинили в ереси.

Челобитная была безуспешна. Однако из-за нее между Никоном и кружком «ревнителей благочестия» произошел окончательный разрыв, который привел к ссылке некоторых членов кружка.