Уголовно-правовой анализ незаконного производства аборта

Военно-медицинская академия им. С.М. Кирова

Кафедра общественного здоровья и экономики военного здравоохранения

 

 

 

 

 

 

Реферат

На тему:

 



Уголовно-правовой анализ незаконного производства аборта.

 

 

 

 

Подготовила:

Жукова Е.С.

 

 

2014 г. 

Введение

 

В структуре насильственной преступности особое место занимает

незаконное производство аборта (ст. 123 УК РФ). Уголовно-правовая охрана

репродуктивной сферы человеческой жизни является в настоящее время

малоизученной темой правового исследования. Кроме того, с учетом

значительного обновления нормативного материала по вопросу прерывания

беременности, актуальной является юридическая оценка права женщины на репродуктивный выбор и исследование его временных границ. Желание

прервать наступившую беременность, возможность воплощения

соответствующей потребности зависит от отношений между обществом и

отдельной личностью. У государства существуют свои демографические

потребности, но, к сожалению, нет четко выработанной и целенаправленной

демографической политики, личность же обладает правом самостоятельно выбирать – участвовать ей в репродуктивных процессах или избежать этого участия. В этой связи возникает необходимость тщательного правового анализа медицинских ведомственных нормативно-правовых актов по данной проблематике, а также изучения права женщины на репродуктивный выбор.

Специфика данного преступления ведет на практике к высокой степени его латентности, а отсутствие конкретных рекомендаций по комплексному подходу выявления криминальных абортов – к большому количеству нераскрытых преступлений этой категории. На основании изложенного, актуальность обозначенной темы определяется следующими факторами: изменениями, происходящими в социально-экономической, политической и правовой жизни общества; падением рождаемости и невоспроизводством населения Российской Федерации; изменением состава незаконного производства аборта в действующем законодательстве; социальной опасностью рассматриваемого вида преступления; высокой степенью латентности криминального аборта; неоднозначностью морально-этического аспекта изучаемого вопроса; недостаточной разработанностью исследуемой проблемы.

 

Проблему ответственности за незаконное производство аборта в российской уголовно-правовой доктрине нельзя назвать востребованной. Наибольшее количество работ по проблематике ответственности за незаконное производство аборта приходится на период запрещения абортов в нашей стране. Основные работы выполнены до вступления в силу Уголовного кодекса РФ 1996 года. К ним относятся исследования Г. Фабрице (1906 г.), А. Б. Генса (1926 г.), A. M. Флоринской (1927 г.), А. Лапшиной

(1939 г.), Г. А. Мендельсона (1957 г.), Т. А. Лаврентьевой (1974 г.). Данные исследования внесли  весомый вклад в развитие вопроса  о незаконном производстве аборта, однако, в них не учтены законодательные  изменения, существующие в настоящее  время, социальная и демографическая  ситуация, достижения в области  медицины и многие другие факторы, имеющие определяющее значение  по проблеме незаконного производства  аборта.

 

Объектом исследования являются общественные отношения в репродуктивной сфере, связанные с установлением и реализацией уголовной ответственности за незаконное производство аборта, обеспечивающие

безопасность жизни и здоровья человека. Предметом настоящего исследования являются: нормы права о незаконном производстве аборта и смежных с ним преступлений; практика применения норм об ответственности за незаконное производство аборта и смежных с ним преступлений.

 

Основной целью работы является уголовно-правовой анализ незаконного производства аборта на основе действующего уголовного законодательства РФ, а также внесение предложений по законодательному усовершенствованию уголовно-правовой нормы, предусматривающей ответственность за незаконное производство аборта и смежных с ней составов.

Данные цели конкретизируются в постановке и разрешении ряда следующих основных задач: анализ состояния научных взглядов на проблему незаконного производства аборта и смежных с ним преступлений; анализ действующего законодательства о незаконном производстве аборта и смежных с ним преступлений; решение проблемы соотношения права женщины на репродуктивный выбор и права на жизнь будущего ребенка; на основе анализа правовых взглядов на проблему момента начала уголовно-правовой охраны жизни разработка понятия момента возникновения уголовно-правовой охраны жизни и обоснование объективных критериев этого момента.

 

Методологическую основу работы составил метод диалектики. В  исследовании использован ряд частно научных методов, среди которых необходимо назвать универсальный аналитико-синтетический метод познания правовых и социальных явлений, сравнительно-правовой, историко-правовой, формально-юридический, социологический, системно-структурный, логический, статистический и конкретно-социологический (анкетирование) методы. Проведенное исследование опиралось на общие принципы современных методов научного познания.

 

Структура работы определяется целью и задачами настоящего исследования, состоит из введения, двух глав, объединяющих пять параграфов, заключения и списка использованной литературы.

 

Глава 1. Уголовно-правовой анализ проблемы регулирования искусственного прерывания беременности

 

§ 1. Аборт как морально-этическая и медико-социальная проблема

 

Аборт (от лат. abortus – «выкидыш») – искусственное прерывание беременности сопровождающееся (или вызванное) гибелью плода (нерожденного ребенка) не способного к самостоятельному существованию (в отличие от преждевременных родов)[524].

 

В современном мире допустимость абортов и её пределы является одной из наиболее дискуссионных проблем, включающих религиозные, этические, медицинские, социальные и правовые аспекты. В некоторых странах (например, в США, Польше) эта проблема приобрела такую остроту, что вызвала раскол и ожесточённое противостояние в обществе.

 

Те кто считают, что внутри утробы находится лишь плод, не являющийся человеком (ребёнком), относятся к аборту, как к медицинской процедуре и используют исключительно медицинскую терминологию - "плодное яйцо", "плод", "зародыш", "эмбрион". Противники абортов говорят о "зачатом ребёнке", "нерожденном младенце", "ребёнке в лоне матери".

Большое количество верующих людей, в частности христиан, относятся к аборту, как к убийству человека, хотя и на ранней стадии его развития. Ежегодно в мире из 500 тыс. женщин детородного возраста, погибающих от причин, связанных с беременностью, 15% случаев составляет смертность в результате осложнений небезопасного аборта. 98 % смертей приходится на развивающиеся страны. Показатель летальности после искусственного аборта составляет 0,9-3,5 на 1000, а в развитых странах – менее 1 на 100000 при условии, что аборт выполняется на сроках беременности до 8 недель[525].

 

Влияние искусственного аборта на здоровье женщины и её репродуктивную функцию зависит от срока проведения, методики (в свою очередь, зависящей от срока прерываемой беременности) и техники проведения. Относительно безопасны медикаментозный аборт и вакуумная аспирация, при хирургическом аборте серьёзность операции и, соответственно, вероятность возможных осложнений увеличиваются с увеличением срока беременности. Нередко искусственный аборт является причиной бесплодия. Частота осложнений после аборта зависит от методики его выполнения: для случае вакуумной аспирации эти показатели не отличаются от средних значений для женщин, не делавших аборта.

 

Особую опасность представляют криминальные и неквалифицированно производимые аборты, которые нередко приводят к необратимым последствиям для здоровья, именно такие аборты ответственны за большую часть случаев бесплодия (внос инфекции) и летальных исходов.

 

 

Искусственный аборт может быть медицинским (согласно Закону РФ производится в лечебных учреждениях врачами соответствующего профиля) и криминальным. В настоящее время нормы, касающиеся аборта, имеются в уголовном законодательстве всех без исключения стран мира. В ряде стран соответствующие уголовно-правовые нормы содержатся в специальных законах (Дания, Швеция, Франция)[526].

 

Однако уголовная политика в отношении абортов и конкретный состав наказуемых деяний в современных странах чрезвычайно различаются в зависимости от отношения данного государства и общества к проблеме искусственного прерывания беременности.

 

Все государства в отношении случаев допустимости аборта можно разделить на четыре группы:

 

Полное запрещение. В этой группе государств аборт рассматривается как преступление против внутриутробной жизни и приравнивается к убийству. Здесь аборт рассматривается преступным как таковой. В Афганистане, Анголе, Египте, Индонезии, Ираке, Иране, Колумбии, Ливане и Ливии и др. аборты полностью запрещены (как правило, кроме случаев спасения жизни женщины).

Аборт по медицинским показаниям и в других исключительных случаях. В Алжире, Аргентине, Боливии, Бразилии, Гане, Израиле, Кении, Нигерии, Перу, Польше, Уругвае разрешены аборты только при угрозе жизни и здоровью женщины, то есть только по медицинским показаниям. Так, например, в Испании в 1985 г. были легализованы аборты в случаях изнасилования, серьёзных аномалий плода и серьёзного риска, создаваемого беременностью для физического или психического здоровья женщины[527].

 

Аборт по медицинским и социально-экономическим показаниям. В Англии, Индии, Исландии, Финляндии, Японии аборты разрешены только по медицинским и социально-экономическим показаниям, а также в случаях изнасилования.

 

Свобода аборта. В наиболее либеральной группе стран законодатель исходит из признания права женщины самостоятельно решать вопрос о беременности. Уголовная политика направлена здесь на охрану здоровья женщины, то есть наказуемы только внебольничные и поздние аборты. Аборты «по желанию» на ранних стадиях беременности разрешены на территории СНГ и Балтии, в бывших югославских республиках, Австралии, Австрии, Албании, Бельгии, Болгарии, Дании, Италии, Словакии, Сингапуре, Норвегии, Румынии.

 

В соответствии с Основами законодательства Российской Федерации об охране здоровья граждан от 22 июля 1993 г. каждая женщина имеет право самостоятельно решать вопрос о материнстве. Аборт проводится по желанию женщины при сроке беременности до 12 недель, по социальным показаниям – при сроке беременности до 22 недель, а при наличии медицинских показаний и согласии женщины — независимо от срока беременности. Аборт должен проводиться только в учреждениях, получивших лицензию на указанный вид деятельности, врачами, имеющими специальную подготовку.

 

В декабре 2009 года в России была принята поправка к закону «О рекламе», ограничивающая рекламу медицинских услуг по искусственному прерыванию беременности.

 

По данным ВОЗ, ежегодно в мире выполняется примерно 46 миллионов искусственных абортов, что составляет 22% от числа наблюдавшихся беременностей. В настоящее время в мире причинами абортов являются следующие обстоятельства (Henshaw & Morrow, 1990):

 

40 % по желанию женщины

 

25 % по жизненным показаниям

 

23 % по социальным показаниям

 

12 % по медицинским показаниям[528].

 

По данным Росстата, в 2007 году количество абортов немного сократилось, до 1 млн 479 тыс. (эти цифры включают данные по медицинским учреждениям системы Минздравсоцразвития России, других министерств и ведомств, негосударственным лечебно-профилактическим учреждениям) и стало незначительно меньше по отношению к количеству родов – 92 аборта на 100 родов. В 2008 год данное соотношение ещё уменьшилось и составило 81 аборт на 100 родов.

Таким образом, следует отметить, что данная проблема до сих пор остается дискуссионной и трудно разрешимой, поскольку затрагивает множество не только теоретических вопросов, но и морально-этических.

 

§ 2. Объективные признаки преступления, предусмотренного

ст. 123 УК РФ

 

Объект преступления

 

Преступный аборт посягает на здоровье и жизнь беременной женщины, вовсе не следует, что ущерб здоровью должен быть всегда видимым. «Если даже в данном конкретном случае изгнание плода не принесло видимого ущерба здоровью женщины, это ни в какой степени не изменяет того, что ее здоровье и даже жизнь были поставлены в опасность»[529].

 

Разрешая аборты, российское законодательство в то же время всемерно охраняет право женщины на материнство. Поэтому при совершении плодоизгнания без согласия беременной женщины (случаи, не встретившиеся в известной автору судебной практике) объектом преступления, наряду с ее жизнью и здоровьем, является также жизнь эмбриона.

 

Плод признают объектом преступления в тех странах, где аборты запрещены. При этом характерно, что криминалисты тех зарубежных социалистических стран, где аборты не легализированы, главным в уголовно-правовой борьбе с абортами считают охрану жизни и здоровья женщины, криминалисты же буржуазных стран не считают эти блага достойными уголовно-правовой охраны. Так, например, Р. Маурах (ФРГ), указывая, что объектом аборта является человеческий плод «с момента зачатия до начала отделения его от тела матери», говорит, что признание объектом аборта здоровья женщины... не находит оснований в законе[530].

 

М. Д. Шаргородский, признавая объектом незаконного аборта здоровье и жизнь беременной женщины, в то же время считает, что им является также «здоровье настоящего и будущего поколения»[531]. Оставляя след в здоровье женщины, аборт может сказаться на здоровье ее потомства. Однако о такой опасности можно говорить лишь в тех случаях, когда после данного аборта новая беременность не будет нежелаемой. Столь широкое определение объекта незаконного аборта устраняет основание наказуемости противоправного плодоизгнания, совершенного женщине, которая более не намерена рожать. Наконец, на здоровье настоящего и будущего поколения может сказаться и причинение вреда здоровью любого человека — отца или матери, настоящим или будущим. Однако в силу этого телесные повреждения не признаются преступлениями, опасными для здоровья будущего поколения.

 

Объективная сторона преступления

Незаконный аборт состоит в действиях, направленных на прерывание беременности женщины другим человеком при определенных условиях, относящихся к личности субъекта или к наступившим последствиям. При отмене запрета на аборты в 1955 г. подчеркивалось, что незаконным производством аборта признается искусственное прерывание беременности, если оно совершено вне стационарного лечебного учреждения или лицом, не имеющим высшего медицинского (теперь в законе – соответствующего профиля) образования, или при наличии противопоказаний для его проведения. Эти положения, по нашему мнению, дополняют объективную сторону незаконного аборта как преступления.

 

Согласно ст. 36 "Основ" - искусственное прерывание беременности проводится в рамках программ ОМС в учреждениях, получивших лицензию на указанный вид деятельности, врачами, имеющими специальную подготовку[532].

 

Незаконный аборт состоит в действиях, направленных на искусственное прерывание беременности женщины другим человеком. Способы совершения незаконного аборта могут быть различными и не влияют на квалификацию преступления. Преступление считается оконченным с момента осуществления криминального аборта. Даже, если действия виновного не привели к прерыванию беременности по независящим от него причинам, содеянное надлежит квалифицировать как оконченное преступление.

 

Решение поставленного вопроса связано с проблемой определения момента начала жизни человека. Ф. Энгельс писал: «В обыденной жизни, например, мы знаем и можем с уверенностью сказать, существует ли то или иное животное или нет, но при более точном исследовании мы убеждаемся, что это иногда в высшей степени сложное дело, как это очень хорошо известно юристам, которые тщетно бились над тем, чтобы найти рациональную границу, за которой умерщвление ребенка в утробе матери нужно считать убийством».

 

Юристы Англии началом жизни считают момент полного отделения ребенка от утробы матери. Кении пишет: «Если хотя бы одна нога рождающегося еще остается в утробе матери, то не может быть убийства. Ребенок считается начавшим жизнь, когда все его тело отделилось от матери, но не обязательно, чтобы пуповина была перерезана». Соответственно этому лишение жизни ребенка до его полного отделения от утробы матери рассматривается как умерщвление плода, а не убийство. Такая граница, весьма суживающая область уголовно-правовой охраны жизни, одно время проводилась и в советской литературе. Так, например, М. М. Гродзинский видел начало жизни в моменте, когда ребенок «отделился от утробы матери». А. А. Пионтковский писал, что «момент отделения плода от утробы матери... является как бы «диалектическим скачком» в развитии плода, его качественным изменением, превращением его в человека»[533].

Гранью между абортом и убийством является начало родовых схваток, и умерщвление ребенка в этот момент уже должно считаться убийством. Такой взгляд, соответствующий цели всемерной охраны жизни человека, сейчас разделяется почти всеми советскими криминалистами.

Н. И. Загородников пишет: «...условным началом жизни человека следует признать начало физиологических родов. Этот момент свидетельствует о том, что плод достаточно созрел и приобрел все необходимые качества для внеутробной жизни, о чем и свидетельствуют объективные данные (начало родов). Хотя в такой момент ребенок может быть еще и невидим, однако состояние матери, выделение околоплодных веществ и другие признаки с несомненностью говорят о том, что человек уже начинает свою самостоятельную жизнь»[534].

 

Обязательным признаком незаконного производства аборта является согласие беременной женщины на его производство. Прерывание беременности вопреки воле женщины подлежит квалификации как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью (ч. 1 ст. 111). По ч. 3 обязательным является наступление опасных последствий в виде причинения тяжкого вреда либо смерти. Установление причинной связи между производством аборта и наступившими последствиями является обязательным.

 

§ 3. Субъективные признаки преступления, предусмотренного

ст. 123 УК РФ

 

Субъективная сторона преступления

 

Субъективная сторона – отношение виновного к смерти потерпевшей или причинению тяжкого вреда здоровью, как указано в законе, характеризуется неосторожностью, которая может проявляться в виде как легкомыслия, так и небрежности. Установление косвенного умысла в отношении указанных последствий в зависимости от их характера влечет квалификацию действий соответственно по ч. 1 или ч. 2 ст. 105 УК РФ, ст. ст. 111 и 112 УК РФ. При прямом умысле применение ст. 123 УК РФ исключается.

 

Лицо осознает, что прерывает беременность и желает этого. По ч. 3 двойная форма вины: умысел по отношению к действию (незаконному аборту), неосторожность по отношению к наступившим последствиям (причинение тяжкого вреда либо смерти)[535].

Данный состав преступления предполагает наличие специального субъекта – лица, не имеющего высшего медицинского образования соответствующего профиля. Врач-специалист в качестве субъекта исключен. Это означает, что врач-специалист (акушер-гинеколог), осуществляющий в пределах лечебного учреждения преступные действия (например, производящий аборт при отсутствии медицинских показаний при сроке беременности 23 недели) не подлежит уголовной ответственности по анализируемой статье УК РФ. Вероятно, акушеры-гинекологи на сегодняшний день не практикуют незаконные аборты и законодатель посчитал целесообразным декриминализировать подобную незаконную деятельность сертифицированных специалистов. Они будут нести ответственность только при наличии вредоносных последствий, но уже по другим статьям УК РФ.

 

Субъект преступления

 

В ст. 123 УК по сравнению со ст. 116 УК РСФСР 1960 г. внесены некоторые уточнения. Исключена норма о незаконном производстве аборта врачом. Установлено, что ответственность наступает за производство аборта лицом, не имеющим высшего медицинского образования соответствующего профиля. Ранее же речь шла о лицах, не имеющих высшего медицинского образования. Из отягчающих обстоятельств исключено указание на неоднократность производства аборта, которое заменено на судимость за незаконное производство аборта.

 

В тех случаях, когда аборт произведен вне стационарного лечебного учреждения, уголовная ответственность для врача наступает независимо от иных обстоятельств (наличие показаний для производства аборта, согласие женщины и т. п.), при которых была выполнена операция. Уголовная ответственность врача исключается в таких случаях лишь при наличии крайней необходимости (см. комментарий к ст. 39 УК РФ). При производстве аборта лицом, не имеющим высшего медицинского образования соответствующего профиля, уголовная ответственность для этого лица наступает независимо от иных обстоятельств, при которых выполнена операция. Уголовная ответственность исключается только при наличии крайней необходимости (см. комментарий к ст. 39 УК РФ).

 

Глава 2. Проблемы правоприменительной практики в сфере реализации нормы об уголовной ответственности за незаконное производство аборта

 

§ 1. Квалифицированный вид незаконного производства аборта

 

Отягчающим обстоятельством в соответствии с ч. 3 ст. 123 УК является наступление по неосторожности смерти женщины, которой производился аборт. Смерть может наступить во время аборта или после него. Важно, чтобы между незаконным абортом и смертью потерпевшей была установлена причинная связь. Только при этом условии наступает уголовная ответственность по ч. 3 ст. 123 УК РФ.

 

Вызывает справедливое опасение принимаемые новеллы уголовно-исполнительного законодательства. Подготовленные Министерством юстиции поправки в Уголовный кодекс РФ предлагают перевести ряд уголовных преступлений в разряд административных правонарушений, пишет 29 июля газета «Новые известия».

По сведениям издания, преступлениями перестанут быть побои (статья 116), незаконное проникновение в жилище (часть 1 статьи 139), незаконное производство аборта, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшей (часть 3 статьи 123), а также незаконная охота с причинением крупного ущерба в отношении птиц и зверей, охота на которых полностью запрещена (пункты "а" и "в" части 1 статьи 258).

 

Максимальную продолжительность административного ареста при этом предложено увеличить с 15 до 60 суток, а также добавить к нему возмещение ущерба в пятикратном размере. Как заявил на пресс-конференции 28 июля министр юстиции Александр Коновалов, административный арест предпочтительнее тюремного заключения как наказание за не слишком тяжелое преступление.

 

«Принцип неотвратимости наказания важнее принципа жестокости», - цитирует слова министра «Комсомольская правда». Как сообщалось ранее, Минюст также подготовил еще один проект поправок в Уголовный кодекс. В соответствии с ними тюремные сроки за некоторые преступления предлагается дополнить в качестве альтернативного наказания обязательными общественными работами. Всего в проекте 47 подлежащих редакции статей, в том числе угроза убийством (статья 119 УК РФ), заведомо ложное сообщение об акте терроризма (статья 207 УК РФ) и приобретение наркотиков (статья 228УК РФ).

 

Автор полагает, что ни в коем случае нельзя принимать подобного рода нормы в отношении лиц, совершающих аборты противозаконно вне медицинских учреждений. Гуманизация наказания должна быть адекватной.

 

§ 2. Отграничение преступления, предусмотренного ст. 123 УК РФ от смежных составов преступления

 

Аборт, совершаемый в стационарном лечебном учреждении, но при наличии названных противопоказаний, предлагают квалифицировать как должностное преступление – злоупотребление служебным положением. Такое мнение основано на представлении, что все врачи являются должностными лицами, но это не соответствует действительности. Но дело не только в этом. Оспариваемая квалификация неверна, если даже допустить, что все врачи – должностные лица.

 

Прерывание беременности вопреки воле женщины подлежит квалификации как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью по ч. 1 ст. 111 УК РФ. Если же телесные повреждения нанесены женщине с ее согласия и для того, чтобы вызвать выкидыш, то имеется состав незаконного производства аборта[536].

 

Разграничение преступлений против здоровья человека, ответственность за которые установлена ст. 111-115, 117, 118, 121, ч. 2, 3, 4 ст. 122, ч. 3 ст. 123 и ст. 124 УК РФ, – важнейшее условие правильной квалификации преступлений данной группы, так как составы указанных преступлений являются смежными: это «составы преступлений, различающиеся между собой по одному или нескольким признакам и нуждающиеся в разграничении».

Признаки, позволяющие различать составы преступлений, относятся к различным элементам этих составов. Учитывая значительное количество видов преступлений против здоровья человека и еще большее число их составов (если рассматривать все основные, квалифицированные, особо квалифицированные и привилегированные составы этих преступлений) и признавая каждый из них самостоятельным, вряд ли рационально проводить отграничение каждого отдельного состава порознь от каждого из последующих, приводя и перечисляя в каждом случае всю совокупность разграничительных признаков (т. е. первого состава от второго, третьего, четвертого и т. д., второго от третьего, четвертого, пятого и т. д.), ибо подобный метод является весьма громоздким, неэкономичным и неэффективным.

 

Логичнее использовать другой метод, состоящий в разграничении в первую очередь групп составов преступлений против здоровья человека, имеющих общие признаки, а затем отдельных составов этих преступлений. Исходя из предлагаемого метода, критерии разграничения преступлений против здоровья человека, или разграничительные признаки, представляется целесообразным условно распределить в три группы:

 

1) общие – это критерии, позволяющие  разграничить группы основных, включая  иные, составов преступлений;

 

2) отдельные – это критерии, позволяющие разграничить основные  и привилегированные составы  преступлений, а также составы  преступлений, предусмотренные общими  и специальными нормами;

 

3) единичные – это критерии, позволяющие разграничить основные, квалифицированные и особо квалифицированные  составы одного и того же  вида преступлений либо квалифицированные  и особо квалифицированные составы преступлений между собой в рамках одного вида преступлений[537].

 

Деление рассматриваемых критериев на указанные виды создает возможность провести разграничение от общего к частному и тем самым избежать повторений, которые могут затруднить восприятие различий между составами преступлений.

 

К общим критериям разграничения составов преступлений против здоровья человека необходимо отнести:

 

А) характер вреда, причиненного здоровью человека;

 

Б) степень тяжести этого вреда;

 

В) форму вины;

 

Г) возраст субъекта преступления.

 

К отдельным критериям:

 

А) признаки, характеризующие потерпевшего, в том числе его действия и поведение;

 

Б) форму и содержание деяния;

 

В) обстановку (условия) совершения преступления;

 

Г) особенности умысла;

 

Д) признаки, характеризующие специального субъекта.

 

К единичным критериям:

 

А) особенности объекта преступления;

 

Б) признаки, характеризующие потерпевшего;

 

В) содержание деяния;

 

Г) степень тяжести вреда здоровью;

 

Д) способ совершения преступления;

 

Е) особенности вины, в частности умысла;

 

Ж) мотив;

 

З) цель;

И) признаки, характеризующие специального субъекта;

 

К) признаки, характеризующие соучастие в преступлении.

 

Наличие того или иного разграничительного признака обусловливает необходимость применения уголовно-правовой нормы, в которой предусмотрен данный признак. Из общих критериев указанного разграничения первые два характеризуют объективную сторону, третий – субъективную сторону и четвертый – субъекта рассматриваемых преступлений.

 

Первый общий критерий – характер вреда, причиненного здоровью человека, – позволяет разграничить составы преступлений, в которых последствие выражается в виде телесных повреждений, состоящих в нарушении анатомической целости органов и тканей или их физиологических функций, либо в заболевании, за исключением венерических и ВИЧ-инфицирования, либо патологическом состоянии, возникшем в результате воздействия различных факторов внешней среды: механических, физических, химических, биологических, психических. Иными словами, выделяются составы преступлений, описанные в ст. 111 – 115, 117, 118, ч. 3 ст. 123 и ст. 124 УК РФ, и составы преступлений, в которых последствие выражается в заболевании венерической болезнью или ВИЧ-инфицировании, возникших в результате воздействия биологического фактора внешней среды (они предусмотрены ст. 121, ч. 2, 3, 4 ст. 122 УК РФ).