Виды соучастников
МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ
И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ВИДЫ СОУЧАСТНИКОВ
(курсовая работа)
Выполнила студентка
Научный руководитель
Работа защищена
________________2010
Оценка______________
Содержание
Введение......................
Глава 1. Понятие и признаки соучастия.....................
Глава 2. Виды соучастников..................
2.1. Исполнитель преступления......
2.2. Организатор преступления..................
2.3. Подстрекатель к преступлению..
2.4. Пособник......................
Заключение....................
Список использованных нормативных правовых актов и литературы............39
Введение
В науке уголовного права достаточно много исследований посвящено вопросам соучастия вообще, его формам и видам в частности. Тем не менее, проблема соучастия была и остается одной из сложнейших и наименее разработанных в уголовном праве. Несмотря на почти 200-летнюю историю изучения данного института, в теории уголовного права и по сей день наблюдается значительный разброс мнений по актуальнейшим вопросам соучастия и недостаточно четкая регламентация их в уголовном законе, что приводит к неоднозначности судебных решений и многочисленным ошибкам при квалификации и назначении наказания.
Основная масса судебных ошибок приходится на центральные вопросы соучастия. Однако, если по ним авторы монографий, учебных пособий и статей пытаются выработать общую концепцию, найти взаимоприемлемые решения, отвечающие интересам практики и социально оправданные, то применительно к формам и видам соучастия выработать общую концепцию пока не удается, что, несомненно, сказывается на судебной практике, единообразии ее результатов. В таких условия трудно говорить о надлежащей законности.
Так, почти в половине номеров Бюллетеня Верховного Суда РФ за 1997-1999 годы отражены ошибки, связанные с соучастием.1 Многие судебные ошибки тесно увязаны с пониманием соучастия вообще, с представлением о признаках соучастия и видах соучастников, в связи с чем и требуется их более глубокий анализ, чем это предусмотрено учебной программой.
Объектом исследования в данной работе является соучастие, предметом – понятие и признаки соучастия в целом, виды соучастников, их признаки, основания уголовной ответственности и ее особенности.
Глава 1
Понятие и признаки соучастия
Законодательная конструкция большинства статей Уголовного кодекса РФ предполагает совершение преступления одним лицом, однако на практике достаточно часто встречаются случаи, когда преступление совершается объединенными усилиями двух или более лиц. В подобных случаях множественность субъектов порождает ряд вопросов: все ли эти лица подлежат ответственности, что является основанием привлечения их к уголовной ответственности, каковы должны быть ее пределы? Ответ на эти или подобные вопросы призван дать институт соучастия, выделенный законодателем в гл. 7 УК РФ (ст.ст. 32-36).
Основные очертания соучастия, его границы наметились уже к середине XIX в. А. Жиряев давал следующее определение стечению преступников: “Под стечением преступников разумеется такое нескольких лиц к одному и тому же преступлению отношение, вследствие коего каждое из них является или заведомо участвовавшим в его совершении, или же учинившим другое какое-либо противозаконное деяние, но по поводу и в интересах первого”2. На этой основе он выделял виды стечения преступников: “…Участие и прикосновенность. В первом – главные виновники и пособники. Во втором – попустители, укрыватели и недоносители”. Таким образом, соучастие и прикосновенность уже тогда были разделены.
Эта позиция была закреплена и в дореволюционном уголовном законе, но в целом в нем не было дано понятия соучастия, говорилось лишь о преступлении, содеянном несколькими лицами, и выделялись виды соучастия – по предварительному согласию или без такового (например, ст. 11 Уложения о наказаниях уголовных и исполнительных 1885 г.).
Уголовный кодекс РФ 1996 г. в ст. 32 дает следующее понятие соучастия: “умышленное совместное участие двух или более лиц в совершении умышленного преступления”. В этом определении отражаются специфические признаки, которыми характеризуется совместная преступная деятельность в отличие от случаев индивидуального совершения преступления.
В первую очередь, соучастие в преступлении необходимо отличать от случаев индивидуального совершения преступлений, а также от случаев простого стечения виновников, то есть действий нескольких лиц, хотя и направленных на один и тот же объект, но действующих отдельно друг от друга и не объединенных общим умыслом. В свое время еще Н.С. Таганцев писал: “К соучастию относятся лишь те совершенно своеобразные случаи стечения преступников, в коих является солидарная ответственность всех за каждого и каждого за всех; в силу этого условия учение о соучастии и получает значение самостоятельного института”3.
Говоря о значении соучастия, необходимо отметить, что соучастие как особая форма совершения преступления существенно влияет на характер и степень общественной опасности содеянного. Среди авторов существуют различные точки зрения по данному вопросу. Некоторые авторы считают, что соучастие не является обстоятельством, отягчающим ответственность.4 Другие утверждают, что соучастие повышает опасность преступления.5 Думается, со второй точкой зрения можно согласиться. Действительно, при соучастии преступники объединяют свои усилия, часто заранее распределяют между собой роли, что значительно облегчает совершение преступления, вселяет в преступников уверенность в свою силу и безнаказанность. Кроме того, несколькими лицами может быть причинен более тяжкий физический или материальный вред, чем лицом, действующим индивидуально. Наконец, при совместной преступной деятельности в конфликт с обществом сразу втягивается несколько человек, что и делает такие преступления более опасными.
Поэтому и законодатель в числе обстоятельств, отягчающих наказание (п. “в” ч. 1 ст. 63 УК РФ), указывает на факт совершения преступления в составе группы лиц, группы лиц по предварительному сговору, организованной группы или преступного сообщества (преступной организации). Однако наказание в каждом конкретном случае назначается не абстрактной группе лиц в целом, а определенному человеку с учетом не только факта совершения преступления в соучастии, но и значительного количества других факторов – например, личностные качества виновного, смягчающие обстоятельства и т.д. Поэтому в конкретном случае учет этих факторов может сделать меру наказания соучастника ниже меры наказания индивидуально действующего лица. С учетом этого Пленум Верховного Суда РФ в п. 2 Постановления от 11 июня 1999 года “О практике назначения судами уголовного наказания” указал следующее: “С учетом характера и степени общественной опасности преступления и данных о личности суду надлежит обсуждать вопрос о назначении предусмотренного законом более строгого наказания лицу, признанному виновным в совершении преступления группой лиц, группой лиц по предварительному сговору, организованной группой, преступным сообществом (преступной организацией), тяжких и особо тяжких преступлений, при рецидиве, если эти обстоятельства не являются квалифицирующим признаком преступления и не установлено обстоятельств, которые по закону влекут смягчение наказания”.6 Если же факт совершения преступления в соучастии отнесен законодателем к числу квалифицирующих признаков состава преступления, то его повышенная общественная опасность уже учтена им в виде более суровой меры наказания.
Уголовное законодательство зарубежных стран не дает, как правило, в законе общего понятия соучастия. Так, в Уголовном кодексе Франции 1992 г. регламентируется деление на исполнителей и соучастников и их ответственность (ст. 121-4-121-7 УК); в Уголовном кодексе ФРГ – виды соучастников и особенности их наказуемости (ст. 25-31 УК); в УК Швейцарии – соисполнительство, виды соучастников и их ответственность (ст. 24,25 УК).7 Почему же уголовное право нашей страны не пошло по этому пути, напротив включив в УК РФ ст. 32? Скорее всего, общее законодательное понятие соучастия все-таки нужно, так как позволяет практикам осознать, когда та или иная деятельность нескольких лиц является соучастием, когда – прикосновенностью, а когда – индивидуальной деятельностью лица. Именно в общем понятии соучастия заложена основа разграничения институтов уголовного права, пограничных с соучастием. “Закрепление понятия соучастия в уголовном законе – скорее достижение российского уголовного права, поскольку оно ограничивает судебный произвол по установлению или непризнанию соучастия в каждом конкретном уголовном деле”.8
Приведенное определение соучастия помогает установить его признаки. Традиционно в теории уголовного права признаки соучастия подразделяют на объективные и субъективные. К первым относится совместность деятельности (качественный признак) и множественность участников (количественный), ко вторым – вину, субъективную связь, мотив и цель.
Множественность субъектов означает, что в совершении преступления должны участвовать “два или более лица”. Причем этот термин законодатель использует не в физическом, а уголовно-правовом смысле, подразумевая лиц, подлежащих уголовной ответственности. В теории уголовного права принято считать соучастниками только субъектов преступления, то есть лиц, достигших установленного законом возраста и признанных вменяемыми. Лишь совместная деятельность субъектов преступления создает соучастие. Таганцев Н.С. писал: “Соучастниками не могут быть, конечно, лица недееспособные или действующие при условиях, устраняющих вменение”.9 Г.А. Кригер писал по этому поводу: “…соучастие предполагает, что каждый из соучастников является лицом, способным нести уголовную ответственность, ни невменяемые, ни малолетние не могут образовать группу в смысле квалифицирующего признака”. 10
Учитывая данное обстоятельство, Пленум Верховного Суда в п. 9 Постановления от 14 февраля 2000 г. № 7 “О судебной практике по делам о преступлениях несовершеннолетних” указал: “…совершение преступления с использованием лица, не подлежащего уголовной ответственности в силу возраста (статья 20 УК РФ) или невменяемости (статья 21 УК РФ), не создает соучастия”.11 Схожее положение содержится и в п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 г. “О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое”.12
Вместе с тем при совершении преступления несовершеннолетним, не подлежащим уголовной ответственности по указанным выше основаниям, лицо, вовлекшее несовершеннолетнего в совершение этого преступления, в силу части 2 статьи 33 УК РФ несет ответственность за содеянное как исполнитель путем посредственного причинения. А малолетние, душевнобольные, невиновно действующие лица являются лишь средством совершения преступления, в связи с чем они не подвергаются уголовному преследованию.
Однако не всегда позиция судебной практики по данному вопросу соответствовала законодательным положениям. Так, в Постановлении “О судебной практике по делам об изнасиловании” от 25 марта 1964 г. Пленум Верховного Суда СССР указал: “Действия лиц, организовавших изнасилование группой, следует квалифицировать по ч. 3 ст. 117 УК РСФСР ... независимо от того, что другие участники в соответствии со ст. 10 Основ уголовного законодательства Союза ССР не были привлечены к уголовной ответственности”.13 Подобное положение содержится и в Постановлении Пленума Верховного Суда РСФСР “О судебной практике по делам о грабеже и разбое” от 24 мая 1966 г. (с изм. и доп. от 23 дек. 1970 г., 27 июля 1983 г., 24 мая 1990 г., 21 дек. 1993 г.). Объясняя эти положения, Л.Д. Гаухман писал, что не образует соучастия совершение преступления совместно двумя лицами, одно из которых невменяемо или не достигло возраста уголовной ответственности, однако соучастие не исключается, если кто-либо из соучастников по каким-либо иным основаниям будет в дальнейшем освобожден от уголовной ответственности (например, по основаниям, предусмотренным ст. 75, 76, 90 УК РФ).14
Но данная позиция только усложняла понимание групповых преступлений, это была фикция, причем противоречащая уголовному закону, в связи с чем принятие Пленумом Верховного Суда постановлений от 14 февраля 2000 г. № 7 “О судебной практике по делам о преступлениях несовершеннолетних” и от 27 декабря 2002 г. “О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое” было важным шагом на пути приведения в соответствие положений закона и практики его применения.
Совместность деятельности тоже внешний признак соучастия.15 По мнению И. Звечаровского указание на совместность действий выступает стержнем определения понятия соучастия, все остальные признаки, называемые и в законе, и в теории, дополняют названный.16 Согласно господствующей точке зрения совместность участия признается объективным признаком преступления. Но в теории высказано мнение об объективно-субъективном характере совместности.17 Сказанное доказывается тем, что в любой сознательно осуществляемой человеческой деятельности фактически нельзя разорвать само поведение и отношение к нему деятеля. Однако уголовно-правовая наука анализирует объективную и субъективную стороны преступления раздельно, что позволяет более полно вычленить проблемы той и другой и конкретизировать их решение. Такой подход применим и к соучастию. Именно поэтому и предлагают для достижения научных целей при анализе признаков соучастия выделять как самостоятельный только объективный признак – совместность участия, а в качестве субъективных признаков – психическое отношение к совместности и субъективные связи при совместности. 18
Объективными основаниями совместности служат функциональная связь поведения всех соучастников, общий для всех участников результат и объективная связь между деянием каждого соучастника и преступным результатом.
Под функциональной связью общественно опасного деяния участников понимается взаимная обусловленность поведения каждого соучастника поведением других соучастников, которая включает в себя отдельные акты поведения отдельных соучастников и объединение функций всех соучастников благодаря тому, что каждый соучастник выполняет свои функции в интересах других соучастников. Функциональная связь, выраженная в согласовании каждым лицом своих действий с поведением других соучастников, достаточно сложна. Действия организатора, подстрекателя и пособника могут непосредственно выходить на поведение исполнителя, либо создавая его (при подстрекательстве и подстрекательских функциях организатора), либо руководя им (организаторская деятельность), либо помогая ему исполнять преступление (пособник). Но этой простейшей формой функциональная связь не ограничивается. В принципе вполне возможна организация подстрекательства исполнения, когда организатор “выходит” на исполнителя опосредовано, через подстрекателя; нельзя исключить и возможности подстрекательства к организации преступления; вероятна и функциональная связь между организатором или подстрекателем и пособником, когда организуется пособничество или подстрекается пособник; можно предположить и ситуацию с организацией подстрекательства к пособничеству в исполнении. Совокупность функциональных связей всех уровней показывает степень сплоченности и устойчивости действий соучастников, которые зависят от множества факторов.
Вторым основанием совместности выступает единый для соучастников преступный результат. Под ним следует понимать тот социальный феномен, ради которого несколько человек объединяются в нечто целое; им может выступать и совершение необходимых для каждого из них и для всех вместе общественно опасных действий (при совершении преступлений с формальным или усеченным составом, например, изнасилование и т.д.), и причинение того или иного общественно опасного вреда (в преступлениях с материальным составом). То есть, общий результат – объединяющий объективный фактор. Случаи, когда лица участвуют в совершении одного посягательства, но при этом стремятся к достижению различных последствий, не могут расцениваться как соучастие, поскольку в этом случае имеется совпадение только действий.
Последнее основание совместности – объективная связь между поведением каждого участника и общим результатом. По словам П.Ф. Тельнова причинная связь между деянием каждого соучастника и общим преступным последствием является наиболее характерным признаком совместности совершения преступления.19 Применительно к соучастию причинная связь определяется тем, что каждый из соучастников вкладывает свои усилия в достижение общего преступного результата или создает для этого необходимые условия. Действия каждого соучастника выступают в качестве составной части общей причины, они создают реальную возможность преступного результата, превращающуюся в действительность усилиями исполнителя.20
Субъективные признаки соучастия предполагают единство умысла всех соучастников на совершение умышленного преступления, то есть наличие умышленной вины всех соучастников. Существующее легальное определение соучастия реализует доктрину умышленного соучастия и полностью пресекает какую-либо возможность неосторожного соучастия, предполагает наличие только умышленной вины всех соучастников. Как известно, умысел бывает прямой и косвенный. Поэтому в юридической литературе распространены две точки зрения по поводу содержания субъективной стороны соучастия. Первая заключается в том, что соучастие возможно только в преступлениях, совершаемых с прямым умыслом. 21 Другая точка зрения сводится к тому, что при соучастии умысел может быть и прямым, и косвенным.22 Думается, более правильной является точка зрения, в соответствии с которой вид умысла при соучастии определяется отдельно по отношению к совершаемым исполнителем действиям и наступившим в результате этих действий последствиям. Психическое отношение лица к факту присоединения к преступной деятельности других лиц или к возбуждению у них желания совершить преступные действия характеризуется только прямым умыслом. Поэтому в преступлениях с формальным составом, а также в случаях, когда цель прямо указана в диспозиции или вытекает из анализа содержания деяния (изнасилование, хищение, бандитизм), соучастие возможно лишь с прямым умыслом. А в смысле психического отношения соучастника к наступившему от деяния исполнителя преступному результату, субъективная сторона может характеризоваться и прямым, и косвенным умыслом (материальные составы, в которых цель не предусматривается в качестве обязательного элемента, например, в простом убийстве). Кроме того, необходимо учитывать, что с прямым умыслом могут действовать все виды соучастников, а с косвенным – только исполнитель и пособник, ни организаторы, ни подстрекатели не могут действовать с косвенным умыслом.
В отличие от индивидуально действующего лица для соучастника содержание умысла, как правило, шире, так как предполагает включение в интеллектуальный и волевой моменты знание о совместности совершения преступления. Интеллектуальный момент умысла соучастника отражает сознание общественно опасного характера не только совершаемого им лично, но и действий других соучастников, а также предвидение возможности или неизбежности наступления общественно опасных последствий в результате объединенных действий, выполняемых совместно с другими соучастниками. Волевой момент умысла соучастника включает в себя желание наступления единого для всех преступного результата, либо сознательное допущение или безразличное отношение к единому для соучастников последствию, наступившему в результате объединения их усилий.
Как уже было сказано, интеллектуальный момент умысла при соучастии включает знание о совместности совершения преступления. Следовательно, субъективная связь при соучастии является элементом вины и понимается как осознание того, что лицо действует не одно, что общий результат достигается не поведением каждого в отдельности, а совместной деятельностью лиц. В теории уголовного права субъективные связи подразделяются на односторонние и двусторонние. Первые имеют место тогда, когда лишь один соучастник понимает, что общий результат достигается совместными усилиями его и другого лица, в то время как другое лицо считает, что действует в одиночку. Вторыми признается взаимная осведомленность обоих о совместной деятельности и общем ее результате.
На основе этой классификации в теории уголовного права возникла дискуссия о том, существует ли соучастие только при двусторонней субъективной связи или возможно и при той и другой связях. Так, Ф.Г. Бурчак, А.П. Козлов признают возможность соучастия и при односторонней связи23, а другие авторы считают соучастие возможным лишь при двусторонней субъективной связи. Существуют также попытки объединить эти две точки зрения: “Соучастие вполне мыслимо и в тех случаях, когда отсутствует взаимная осведомленность каждого из соучастников о присоединившейся деятельности другого соучастника. Но такое отсутствие не исключает соучастия только в том случае, ели не знающим об участии другого присоединившегося лица является исполнитель: он может и не знать, что стал жертвой преступного подстрекательства или что орудие преступления дано ему пособником. Наоборот, соучастия нет и не может быть, если исполнитель знает о помощи других лиц, но другие помогающие ему лица о его планах не знают. За это преступление за отсутствием на их стороне вины они отвечать не могут”.24
Исполнитель отвечает за то, что умышленно совершает деяние, предусмотренное соответствующей статьей Особенной части УК. Для установления ответственности за соучастие пособника и подстрекателя необходимо наличие умысла на совместное совершение преступления с исполнителем. При односторонней субъективной связи у пособника и подстрекателя такой умысел имеется, а следовательно, имеется и субъективное основание ответственности. Вместе с тем наличие двусторонней субъективной связи не требует в качестве обязательного элемента знания каждым из соучастников каждого, достаточно знания о наличии исполнителя преступления и о признаках, характеризующих предполагаемое деяние как преступление. Организатор, подстрекатель и пособник могут и не знать о существовании друг друга.
Одним из субъективных признаков соучастия выступает мотив. Его сущность и значение ничем не отличаются от тех, что свойственны индивидуально совершенному преступлению. У каждого из соучастников – свой мотив поведения, он может совпадать с мотивами других соучастников либо не совпадать. Например, исполнитель может совершать убийство из корыстных побуждений, а подстрекатель склонять к убийству мести, возникшей на бытовой почве.
Последним субъективным
Таким образом, соучастие – умышленное совместное участие двух или более лиц в совершении умышленного преступления. В этом определении отражаются специфические признаки, которыми характеризуется совместная преступная деятельность в отличие от случаев индивидуального совершения преступления, а также от случаев простого стечения виновников. Именно в общем понятии соучастия заложена основа разграничения институтов уголовного права, пограничных с соучастием. Закрепление этого понятия в уголовном законе – достижение российского уголовного права, поскольку оно ограничивает судебный произвол по установлению или непризнанию соучастия в каждом конкретном уголовном деле.
Глава 2
Виды соучастников
Для квалификации соучастия и назначения наказания за него большое значение имеет рассмотрение видов соучастников. В российском уголовном законодательстве довольно давно делаются попытки разделить всех лиц, совершивших преступление, по их функциям. Так, еще в Уложении 1649 г. были выделены лица, учинившие надругательство и научившие сделать такое, а также оказывающие помощь. На сегодняшний день перечень видов соучастников, как и определение понятий каждого из них содержатся в ст. 33 УК РФ. Виды соучастников различаются по единому классификационному критерию – по характеру исполняемых ими функций, по их специфическому поведению.
Закон перечисляет различные виды соучастников, начиная с исполнителя, организатора, подстрекателя и заканчивая пособником (ст. 33 УК РФ). Такая последовательность объясняется тем, что исполнитель является ключевой, центральной фигурой в соучастии. Исполнитель – то лицо, которое непосредственно реализует преступное намерение соучастников, его поведение в определенной мере влияет на юридическую оценку действий других соучастников. Поэтому начнем рассмотрение видов соучастников с исполнителя преступления.
Следует также заметить, что в судебной практике наряду с выделенными законодателем видами соучастников иногда выделяется роль инициатора преступления. Но по содержанию понятие “инициатора” весьма неопределенно и функций соучастника не раскрывает. Следовательно, инициатора нельзя рассматривать как вид соучастника26, тем более, что перечень видов соучастников ст. 33 УК РФ является исчерпывающим.
2.1. Исполнитель преступления
Прежде чем говорить о ныне существующем представлении об исполнителе, следует хотя бы немного коснуться истории вопроса. В русской теории права понятие исполнителя начало разрабатываться примерно с середины XIX в., но до начала XX в. не было дано четкого определения исполнителя. В начале XX в. С.В. Познышев определил исполнителя как лицо, которое “известным своим внешним поведением совершает самое нападение на намеченный объект”27, таким образом, фигура исполнителя стала ясной и отличной от других соучастников. УК РСФСР 1960 г. в ч. 3 ст. 17 признавал исполнителем лицо, непосредственно совершившее преступление.
Уголовный кодекс РФ 1996 г. относит к исполнителям три группы лиц: 1) непосредственно совершивших преступление; 2) непосредственно участвовавших в его совершении совместно с другими соисполнителями; 3) совершивших преступление посредством использования других лиц, не подлежащих уголовной ответственности (ч. 2 ст. 33).
Рассмотрим первый вид исполнителя – лицо, непосредственно совершившее преступление. С объективной стороны исполнение преступления заключается в осуществлении деяния, очерченного статьей Особенной части УК П.Ф. Тельнов писал: “Роли исполнителя соответствует не всякая доля совместно совершенного деяния, а лишь та, которая выражается в осуществлении хотя бы части объективной стороны состава преступления. Лицо, полностью или частично ее выполнившее, должно признаваться исполнителем”.28 Споров по поводу полного выполнения объективной стороны в теории уголовного права нет. Сложности касаются частичного выполнения объективной стороны, которую не все исследователи понимают одинаково. Так, А.П. Козлов считает, что следует говорить о частичном выполнении объективной стороны лишь тогда, когда в самом деянии заложена объективная возможность наступления результата, когда само деяние при прочих равных условиях способно причинить вред или поставить в условия возможного причинения вреда общественные отношения.29 В связи с этим он критикует позицию Пленума Верховного Суда РФ, содержащуюся в Постановлении “О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)” от 27 января 1999 г., в соответствии с которой исполнителями признаются лица, действующие совместно с умыслом, направленным на совершение убийства, непосредственно участвовавшие в процессе лишения жизни потерпевшего, применяя к нему насилие, причем необязательно, чтобы повреждения, повлекшие смерть, были причинены каждым из них (например, один подавлял сопротивление потерпевшего, лишал его возможности защищаться, а другой причинил ему смертельные повреждения).30
- Виды соучастников, основания и пределы их ответственности
- Виды соучастников преступления
- Виды соучастников преступления
- Виды соучастников преступления в уголовном праве зарубежных стран
- Виды социального обеспечения
- Виды социального обеспечения: пенсии, пособия, услуги
- Виды социального страхования
- Виды сопротивления изменениям на предприятии
- Виды сопутствующих аудиту услуг
- Виды сопутствующих аудиту услуг
- Виды сопутствующих аудиту услуг
- Виды составов преступлений
- Виды составов преступлений
- Виды составов преступлений
