Введение опричнины и реформирование системы государственной власти при Иване VI

Министерство образования и науки Российской Федерации

Федеральное государственное автономное образовательное учреждение высшего

профессионального образования

Уральский Федеральный университет

имени первого Президента России Б.Н. Ельцина

  Институт государственного управления  и предпринимательства

Кафедра государственного и муниципального управления

Введение опричнины и реформирование системы государственной власти при Иване VI

Реферат

студента 1 курса

Казаковой Юлии Сергеевны

Преподаватель:

Екатеринбург

2013

Содержание

Введение

Одной из интересных страниц Отечественной истории по праву считается период правления Ивана Грозного. В борьбе с самостийностью боярства Иван Васильевич прибегает к жестоким, деспотическим мерам, которые получили своё название – Опричнина.

Опричнина – период в истории России обозначившийся государственным террором и системой чрезвычайных мер. Также «опричниной» называлась часть государства, с особым управлением, выделенная для содержания царского двора и опричников. Опричниками назывались люди, составлявшие тайную полицию Ивана IV и непосредственно осуществлявшие репрессии.

Слово «опричнина» происходит от древнерусского «опричь», что означает «особый», «кроме».

Актуальность рассматриваемой темы заключается в том, что историография эпохи Ивана Грозного изобилует спорными и противоречивыми суждениями. Можно ли говорить о том, что опричнина была необходимым этапом становления самодержавной власти в истории России. Или же это событие говорит нам о том, что это лишь отражение недоверчивого характера Ивана Грозного. Таким образом, данная проблема является актуальной, так как ставит в тупик неподготовленного читателя.

С другой стороны, опричный террор это великий исторический опыт. Многие историки от современников Ивана Грознго до исторических деятелей науки наших дней изучали данный вопрос и изучили его достаточно хорошо. Благодаря этому мы можем перенять опыт поколений, и узнать, к чему могут привести столь радикальные меры.

Как было сказано выше историография эпохи Ивана Грозного очень обширная. Для своей работы я использовала Садикова П.А. «Очерки по истории опричнины». Автор в данной работе рассматривает опричнину как сознательно проводимую политику Ивана Грозного, направленную против враждебной ему феодальной знати и имевшую своей целью укрепление основ централизованного Русского государства.

Альшиц Д.Н. в своей работе «Начало самодержавия в России. Государство Ивана Грозного» показывает, что опричнина была не случайным и кратковременным эпизодом, а необходимым этапом становления самодержавия, начальной формой аппарата его власти.

Скрынникова Р.Г. говорит о том, что эпоха Ивана Грозного была трудной и трагичной. Автор ставит перед собой вопросы о том, кем же был Грозный, и какое влияние оказала его деятельность на исторические судьбы России? При каких исторических обстоятельствах пришлось ему действовать? В какой мере эпоха сформировала его личность, и какую печать на события наложили его характер и пристрастия? Ответ на которые он дает в своей работе «Иван Грозный».

Следующий за периодом царствования Ивана Грозного, дальнейший ход развития событий вплоть до наших дней достаточно точно определил Василий Осипович Ключевский, глубоко изучивший историю России в целом и деятельность и личность Ивана Грозного в частности: "Бояре XVI века – первые покойники, стоявшие на очереди у ближайшего будущего..." .

Объектом исследования является политика опричнины, проводимая Иваном Грозным.

Предметом исследования является опричнина как историческое начало самодержавия в России.

Цель данной работы обосновать точку зрения о том, что опричнина являлась необходимым этапом становления самодержавия в истории России.

Для поставленной цели выделим следующие задачи работы.

- узнать о причинах введения  Иваном Грозным опричной политики;

– описать опричную политику проводимую Иваном Грозным до момента ее отмены;

– определить основные последствия проведения политики опричнины;

Глава 1. Причины возникновения опричнины

1.1 Государственный  строй России в начале XVI века

К началу ХVI века сложились условия для формирования единого Российского государства. Московское княжество стало сильнейшим, оно накопило такое количество людских, материальных и политических ресурсов, что в борьбе за объединение русских земель оно нуждалось в минимальной поддержке. Победа великокняжеской власти в феодальной войне привела к ликвидации ряда мелких княжеств, и в начале XVI века в России установился порядок, по которому удельные князья были обязаны подчиняться великому князю просто в силу его положения. Фактически главой Русского государства был великий князь, обладавший широким кругом прав. Он издавал законы, осуществлял руководство государственным управлением, имел судебные полномочия.

Реальное содержание княжеской власти с течением времени менялось в сторону всё большей полноты. Эти изменения шли в двух направлениях - внутреннем и внешнем. Первоначально свои законодательные, административные и судебные правомочия великий князь мог осуществлять лишь в пределах собственного домена. Даже Москва делилась в финансово-административном и судебном отношениях между князьями-братьями. С падением власти, удельных князей великий князь стал подлинным властелином всей территории государства. Иван III и Василий III не стеснялись бросать в тюрьму своих ближайших родственников - удельных князей, пытавшихся противоречить их воле. Начиная с Ивана III московские великие князья именовали себя «Государями веся Руси». Иван III и его преемник пытались присвоить себе и царский титул.

Однако говорить о самодержавии в полном смысле слова, т.е. о неограниченной монархии в начале XVI века еще не приходится. Власть монарха была ограничена другими органами раннефеодального государства, прежде всего Боярской думой, которая являлась в тот период важным органом государства. Она выросла из совета при князе, существовавшего еще в древнерусском государстве. Боярская дума отличалась от прежнего совета своей большей юридической, организационной оформленностью. Она была органом, собиравшимся не эпизодически, а действующим постоянно. Дума имела сравнительно стабильный состав. В нее входили так называемые «думные чины» - введенные бояре и окольничьи.

Компетенция Думы совпадала с полномочиями великого князя, хотя формально это нигде не было зафиксировано. Великий князь юридически не был обязан считаться с мнением Думы, но фактически не мог поступать самовольно, ибо любое его решение не проводилось в жизнь, если не было одобрено боярством. Через думу боярство осуществляло политику угодную и выгодную ему.

Правда, с течением времени великие князья все больше подчиняют себе Боярскую думу, что связано с общим процессом централизации власти. Это особенно относится к княжениям Ивана III и Василия III. Значительная роль Боярской думы в системе государственных органов и господство в ней крупных феодалов являются одной из характерных особенностей раннефеодальной монархии, в которой преобладала дворцово-вотчинная система управления.

Московское государство унаследовало от предыдущего периода и органы центрального управления, построенные по дворцово-вотчинной системе. Однако расширение территории государства и усложнение его деятельности приходят в столкновение со старыми формами управления, подготавливают постепенное отмирание дворцово-вотчинной системы и зарождение нового, приказного управления.

Преобразование старой системы начиналось с ее усложнения. Она подразделяется на две части:

- одну составляет управление  дворца, во главе которого стоит  дворецкий (дворский), имеющий в своем распоряжении многочисленных слуг. Дворецкий ведал и пашенными княжескими крестьянами;

- другую часть образовывали  так называемые «пути», обеспечивающие  специальные нужды князя и  его окружения. О назначении путей  красноречиво говорят сами их  названия: Сокольничий, Ловчий, Конюший, Стольничий, Чашничий. Для выполнения их задач в ведение путей выделялись определенные княжеские села и целые местности. Пути не ограничивались сбором тех или иных продуктов и всяких благ с выделенных мест. Они выступали и как административные и как судебные органы. Руководители их именовались путными боярами.

Вслед за усложнением системы дворцово-вотчинных органов возрастала их компетенция и функции. Из органов, обслуживавших в первую очередь личные нужды князя, они все больше превращались в общегосударственные учреждения, выполняющие важные задачи по управлению всем государством. Так, дворецкий с XV в. стал в известной мере ведать вопросами, связанными с землевладением церковных и светских феодалов, осуществлять общий контроль над местной администрацией.

Вместе с тем выполнение тех или иных обязанностей в государственном управлении строило прежний характер временного княжеского поручения и превращалось в постоянную и достаточно определенную службу. Усложнение функций дворцовых органов потребовало создания большого и разветвленного аппарата.

Чины дворца - дьяки - специализировались в определенном круге дел. Из состава дворцовой службы выделялась великокняжеская казна, ставшая самостоятельным ведомством. Была создана большая дворцовая канцелярия с архивом и иными придатками.

Все это подготавливало переход к новой, приказной системе управления, выраставшей из прежней. Такое перерастание началось в конце XVв. Но как система приказное управление оформилось только во второй половине XVI века уже под руководством Ивана Грозного. Тогда же утвердился и сам термин «приказ». Первыми учреждениями приказного типа были Большой дворец, выросший из ведомства дворецкого, и Казенный приказ. Конюшенный путь превратился в Конюшенный приказ, теперь не только обслуживавший личные потребности князя, но и связанный с развитием конного дворянского ополчения.

В начале XVI в. сложился Разряд (Разрядный приказ, ведавший учетом служилых людей, их чинов и должностей). Перерастание дворцово-вотчинной системы в приказную явилось одним из показателей централизации Русского государства, ибо дворцовые органы, ведавшие ранее по существу лишь княжеским доменом, теперь становились учреждениями, руководящими всем громадным Русским государством.

Русское государство подразделялось на уезды - наиболее крупные административно-территориальные единицы. Уезды делились на станы, станы - на волости. Впрочем, полного единообразия и четкости в административно-территориальном делении еще не выработалось. Наряду с уездами кое-где сохранялись еще земли. Существовали также разряды - военные округа, губы судебные округа.

Во главе отдельных административных единиц стояли должностные лица - представители центра. Уезды возглавлялись наместниками, волости - волостелями. Эти должностные лица содержались за счет местного населения - получали от него «корм», т. е. проводили натуральные в денежные поборы, собирали в свою пользу судебные и иные пошлины. Кормление, таким образом, было одновременно государственной службой и формой вознаграждения княжеских вассалов за их военную и иную службу.

Кормленщики были обязаны управлять соответствующими уездами и волостями собственными силами, т. е. содержать свой аппарат управления (тиунов, доводчиков и др.) и иметь свои военные отряды для обеспечения внутренней и внешней функций феодального государства. Присылаемые из центра, они не были лично заинтересованы в делах управляемых ими уездов или волостей, тем более что их назначение было обычно сравнительно краткосрочным - на год-два. Все интересы наместников и' волостелей были сосредоточены преимущественно на личном обогащении за счет законных и незаконных поборов с местного населения. Система кормления была не способна в условиях обостряющейся классовой борьбы обеспечить в должной мере подавление сопротивления восстающего крестьянства. От этого особенно страдали мелкие вотчинники и помещики, которые были не в состоянии самостоятельно обезопасить себя от «лихих людей». Поднимающееся дворянство было недовольно системой кормления и по другой причине. Его не устраивало, что доходы от местного управления шли в карман бояр и что кормление обеспечивает боярству большой политический вес. Местные органы власти и управления не распространяли свою компетенцию на территорию боярских вотчин. Княжата и бояре, как и прежде, сохраняли в своих вотчинах иммунитетные права. Они были не просто землевладельцами, но я администраторами и судьями в своих деревнях и селах. В вотчинах привилегированных бояр оставались приказчики и ключники владельца, которые и творили суд, заведовали вотчинной полицией, и, следовательно, жизнь и дела в таких местах мало зависели от государственной администрации.

Вместе с формированием московского боярства наметилось заметное отчуждение низшего класса, от землевладельцев, стали рваться связи крестьян с его боярином .И хотя в начале XVI века не встречается следов крестьянских восстаний против бояр ,в летописях есть упоминания на народный ропот, обращённый к боярской дворне и только косвенно на самих бояр

1.2 Иван Грозный. психологический портрет юного Ивана Васильевича 

Царь Иван родился в 1530 г. От природы он получил ум бойкий и гибкий, вдумчивый и немного насмешливый, настоящий великорусский, московский ум. Но обстоятельства, среди которых протекло детство Ивана, рано испортили этот ум, дали ему неестественное, болезненное развитие. Иван рано осиротел – на четвертом году лишился отца, а на восьмом потерял и мать. Он с детства видел себя среди чужих людей. В душе его рано и глубоко врезалось и всю жизнь сохранялось чувство сиротства, брошенности, одиночества, о чем он твердил при всяком случае: «Родственники мои не заботились обо мне». Отсюда его робость, ставшая основной чертой его характера. Как все люди, выросшие среди чужих, без отцовского призора и материнского привета, Иван рано усвоил себе привычку ходить оглядываясь и прислушиваясь. Это развило в нем подозрительность, которая с летами превратилась в глубокое недоверие к людям.

В детстве ему часто приходилось испытывать равнодушие или пренебрежение со стороны окружающих. Он сам вспоминал после в письме к князю Курбскому, как его с младшим братом Юрием в детстве стесняли во всем, держали как убогих людей, плохо кормили и одевали, ни в чем воли не давали, все заставляли делать насильно и не по возрасту. В торжественные, церемониальные случаи – при выходе или приеме послов – его окружали царственной пышностью, становились вокруг него с раболепным смирением, а в будни те же люди не церемонились с ним, порой баловали, порой дразнили. Играют они, бывало, с братом Юрием в спальне покойного отца, а первенствующий боярин князь И. В. Шуйский развалится перед ними на лавке, обопрется локтем о постель покойного государя, их отца, и ногу на нее положит, не обращая на детей никакого внимания, ни отеческого, ни даже властительного. Горечь, с какою Иван вспоминал об этом 25 лет спустя, дает почувствовать, как часто и сильно его сердили в детстве. Его ласкали как государя и оскорбляли как ребенка.

Но в обстановке, в какой шло его детство, он не всегда мог тотчас и прямо обнаружить чувство досады или злости, сорвать сердце. Эта необходимость сдерживаться, дуться в рукав, глотать слезы питала в нем раздражительность и затаенное, молчаливое озлобление против людей, злость со стиснутыми зубами. К тому же он был испуган в детстве. В 1542 г., когда правила партия князей Бельских, сторонники князя И. Шуйского ночью врасплох напали на стоявшего за их противников митрополита Иоасафа. Владыка скрылся во дворце великого князя. Мятежники разбили окна у митрополита, бросились за ним во дворец и на рассвете вломились с шумом в спальню маленького государя, разбудили и напугали его.

Безобразные сцены боярского своеволия и насилий, среди которых рос Иван, были первыми политическими его впечатлениями. Они превратили его робость в нервную пугливость, из которой с летами развилась наклонность преувеличивать опасность, образовалось то, что называется страхом с великими глазами. Вечно тревожный и подозрительный, Иван рано привык думать, что окружен только врагами, и воспитал в себе печальную наклонность высматривать, как плетется вокруг него бесконечная сеть козней, которою, чудилось ему, стараются опутать его со всех сторон. Это заставляло его постоянно держаться настороже; мысль, что вот-вот из-за угла на него бросится недруг, стала привычным, ежеминутным его ожиданием. Всего сильнее работал в нем инстинкт самосохранения. Все усилия его бойкого ума были обращены на разработку этого грубого чувства.

Как все люди, слишком рано начавшие борьбу за существование, Иван быстро рос и преждевременно вырос. В 17–20 лет, при выходе из детства, он уже поражал окружающих непомерным количеством пережитых впечатлений и передуманных мыслей, до которых его предки не додумывались и в зрелом возрасте. Ранняя привычка к тревожному уединенному размышлению «про себя, втихомолку», надорвала мысль Ивана, развила в нем болезненную впечатлительность и возбуждаемость.

Иван рано потерял равновесие своих духовных сил, уменье направлять их, когда нужно, разделять их работу или сдерживать одну противодействием другой, рано привык вводить в деятельность ума участие чувства. О чем бы он ни размышлял, он подгонял, подзадоривал свою мысль страстью. С помощью такого самовнушения он был способен разгорячить свою голову до отважных и высоких помыслов, раскалить свою речь до блестящего красноречия. Фосфорический блеск его речей, лишенный теплоты, было не вдохновением, а горячкой головы, нервической прытью, следствием искусственного возбуждения.

      Быстро перегорая, такие люди со временем, когда в них слабеет возбуждаемость, прибегают обыкновенно к искусственному средству, вину, и Иван в годы опричнины, кажется, не чуждался этого средства. Такой нравственной неровностью, чередованием высоких подъемов духа с самыми постыдными падениями, объясняется и государственная деятельность Ивана. Царь совершил или задумывал много хорошего, умного, даже великого, и рядом с этим наделал еще больше поступков, которые сделали его предметом ужаса и отвращения для современников и последующих поколений. Разгром Новгорода по одному подозрению в измене, московские казни, убийство сына и митрополита Филиппа, безобразия с опричниками в Москве и в Александровской слободе, – читая обо всем этом, подумаешь, что это был зверь от природы.

По природе или воспитанию юный царь был лишен устойчивого нравственного равновесия и, при малейшем житейском затруднении, охотнее склонялся в дурную сторону. От него ежеминутно можно было ожидать грубой выходки: он не умел сладить с малейшим неприятным случаем. Ему недоставало внутреннего, природного благородства. Он был восприимчивее к дурным, чем к добрым, впечатлениям. Он принадлежал к числу тех недобрых людей, которые скорее и охотнее замечают в других слабости и недостатки, чем дарования или добрые качества. В каждом встречном он, прежде всего, видел врага. Всего труднее было приобрести его доверие. Для этого таким людям надобно ежеминутно давать чувствовать, что их любят и уважают, всецело им преданы, и, кому удавалось уверить в этом царя Ивана, тот пользовался его доверием до излишества. Тогда в нем вскрывалось свойство, облегчающее таким людям тягость постоянно напряженного злого настроения, – это привязчивость. Двойственность характера и лишала его устойчивости.

Черты его личного характера дали особое направление его политическому образу мыслей, а его политический образ мыслей оказал сильное, притом вредное, влияние на его политический образ действий, испортил его.

1.3 Начало государственной деятельности Ивана Грозного

Едва вступив во власть, Иван Грозный развивает бурную реформаторскую деятельность. Многочисленные реформы, направленные на дальнейшее развитие и укрепление Русского централизованного государства имели общую черту - это их антибоярская направленность. Провозглашая эти реформы, правительство Ивана IV изображало их как мероприятия, цель которых заключалась в том, чтобы ликвидировать последствия боярского правления и укрепить экономические и политические позиции тех социальных групп, чьи интересы оно выражало и на которые опиралось, - на дворян, помещиков и верхи посада.

28 февраля 1549 года принят  закон, представляющий собой начало  реализации политики прекращения  насилий, “обид” и “продаж”, причинявшихся  детям боярским (помещикам) со стороны  бояр под угрозой опал и  “казни” для тех бояр, кто  попытался бы продолжать или  возобновить такого рода действия.

В 1549г. был созван Земский Собор. Факт созыва свидетельствовал о том, что Россия из раннефеодальной монархии превращается в сословно-представительную. Иван Грозный нуждался в поддержке различных сословий особенно в борьбе с боярским произволом. Земский Собор помогал лавированию государственной власти между дворянством и боярством. Земский Собор созывался по мере надобности царем и не ограничивал его власти.

В ноябре 1549 года был издан приговор о местничестве, которое являлось одним из тех институтов феодального государства, которые обеспечивали монопольное право на руководящую роль в важнейших органах государства представителям феодальной знати.

В результате ограничения местничества в 1550г. проведена военная реформа. В России была централизована система управления всеми вооруженными силами. Были созданы стрелецкие войска. Казацкие части, сложившиеся на Дону, должны были подчиняться верховной власти. В России казаки были юридически свободны в принятии решений, но фактически зависели от Москвы.

Актом огромной политической важности стало издание Судебника 1550 года, благодаря которому ведущие роли в законодательстве заняли приказы, в частности казначеи, которые фактически держали в своих руках московское законодательство как в подготовительной стадии, разрабатывая проекты законов, так и в заключительных этапах законодательного процесса, где именно в руках казначеев находилось формулирование и редактирование текста законов на основе норм царского приговора.

Усиление государства во главе с царем, ослабление позиций феодальной знати вновь ставит вопрос о месте церкви в обществе и государстве.

В 1551 г. был собран так называемый Стоглавый собор, утвердивший, освятивший Судебник и одобривший проводимые реформы. Между церковью и царской властью достигается компромисс.

Следующим важнейшим актом политики правительства Ивана IV является приговор 11 мая 1551 года. Значение этого приговора заключается в том, что он формулирует основные принципы политики Ивана IV в отношении двух важнейших категорий феодального землевладения: монастырского и княжеского. Политическим стержнем этого приговора являлась ликвидация в интересах дворянства результатов земельной политики времен боярского правления.

Многие предприятия царя вызывали сопротивление крупной знати. Именно по крупной знати, по боярам били результаты реформ царя. Постепенно стала складываться оппозиция. Наверное, положительные реформы 50-х годов и продолжались бы, если бы не натолкнулись на сопротивление русской аристократии и не трансформировались в опричнину.

Глава 2. Опричнина

2.1 Указ об опричнине

Проводимые реформы, ограничивающие власть феодалов стали встречать их сопротивление, несогласие с царской политикой, неподчинение воле царя. Проблемы централизации и укрепления власти, борьбы с оппозицией требовали от царя решения об установлении в стране диктатуры и сокрушения оппозиции с помощью террора и насилия. Но в Русском государстве «ни одно крупное политическое решение не могло быть принято без утверждения в Боярской думе» .

Между тем позиция думы и церковного руководства была известна и не сулила успеха предприятию. По этой причине царь вынужден был избрать совершенно необычный способ действия. Стремясь навязать свою волю совету крупных феодалов, он объявил об отречении от престола. Таким путем он рассчитывал «вырвать у думы согласие на введение в стране чрезвычайного положения».

Отречению Грозного предшествовали события самого драматического свойства. Вначале декабря 1564г. царская семья стала готовиться к отъезду из Москвы. Иван IV «посещал столичные церкви и монастыри и усердно молился в них» .

К величайшему неудовольствию церковных властей он велел забрать и свести в Кремль самые почитаемые иконы. В воскресенье, 3 декабря, Грозный присутствовал на богослужении в кремлевском Успенском соборе. После окончания службы он трогательно простился с митрополитом, членами Боярской думы, дьяками, дворянами и столичными гостями. На площади перед Кремлем уже стояли «сотни нагруженных повозок под охраной нескольких сот вооруженных дворян. Царская семья покинула столицу, увозя с собой всю московскую "святость" и всю государственную казну, которые стали своего рода залогом в руках Грозного» .

Царский выезд был необычен. Ближние люди, сопровождавшие Ивана, получили приказ забрать с собой семьи. Оставшиеся в Москве бояре и духовенство находились в полном недоумении и неведении о замыслах царя. Царский "поезд" скитался в окрестностях Москвы в течение нескольких недель, пока не достиг укрепленной Александровской слободы.

Из слободы царь направил в Москву гонца с письмами к думе и горожанам. В то время, когда члены думы и епископы сошлись на митрополичьем дворе и выслушали известие о царской на них опале, дьяки собрали на площади большую толпу и объявили ей об отречении Грозного. В прокламации к горожанам царь просил, «чтобы они себе никоторого сомнения не держали, гневу на них и опалы никакой нет».

Объявляя об опале власть имущим, царь как бы апеллировал к народу в своем давнем споре с боярами. Он не стесняясь говорил о притеснениях и обидах, причиненных народу «изменниками-боярами».

Среди членов боярской думы, конечно же, были противники Грозного, пользовавшиеся большим влиянием. Но из-за общего негодования на "изменников" никто из них не осмелился поднять голос. Расчёт Ивана VI на веру народа в доброго царя борющегося с боярами-притеснителями оправдался. Толпа на дворцовой площади прибывала час от часу, а ее поведение становилось все более угрожающим. Допущенные в митрополичьи покои представители купцов и горожан заявили, что останутся верны старой присяге, будут просить у царя защиты «от рук сильных и готовы сами "потребить" всех государевых изменников».

Под давлением обстоятельств Боярская дума не только не приняла отречение Грозного, но «вынуждена была обратиться к нему с верноподданническим ходатайством». Представители митрополита и бояре, не теряя времени, выехали в слободу.

Царь допустил к себе духовных лиц и в переговорах с ними заявил, что его решение окончательно. Но потом он "уступил" слезным молениям близкого приятеля чудовского архимандрита Левкия и новгородского епископа Пимена. Затем в слободу были допущены руководители думы.