Жены Ивана Грозного. 2

Жены Ивана Грозного

13 декабря 1546 года 16-летний Иван посоветовался с митрополитом Макарием о своём желании жениться. Сразу после состоявшегося в январе венчания на царство знатные сановники, окольничие и дьяки начали объезжать страну, подыскивая царю невесту. Был устроен смотр невест. Выбор царя пал на Анастасию, дочь вдовы Захарьиной. При этом Карамзин говорит, что царь руководствовался не знатностью рода, а личными достоинствами Анастасии. Венчание состоялось 13 февраля 1547 года в храме Богоматери.

Брак царя длился 13 лет, вплоть до внезапной смерти Анастасии летом 1560 года. Смерть жены сильно повлияла на 30-летнего царя, после этого события историки отмечают перелом в характере его правления.

Через год после смерти жены царь вступил во второй брак, сочетавшись с Марией, происходившей из рода кабардинских князей.

Количество жен Ивана Грозного точно не установлено, у историков упоминаются имена семи женщин, считавшихся жёнами Ивана IV. Из них только первые четыре являются «венчанными», то есть законными с точки зрения церковного права (для четвёртого брака, запрещаемого канонами, Иваном было получено соборное решение о его допустимости). При этом согласно 50-му правилу Василия Великого даже третий брак является уже нарушением канонов: «на троебрачие нет закона; посему третий брак не составляется по закону. На таковые дела взираем как на нечистоты в Церкви, но всенародному осуждению оных не подвергаем, как лучшие нежели распутное любодеяние». Обоснованием необходимости четвёртого брака явилась скоропостижная смерть третьей супруги царя. Иван IV клялся духовенству, что она не успела стать ему женой. 3-я и 4-я жены царя также были выбраны по результатам смотра невест.

Возможным объяснением многочисленности браков, не свойственной для того времени, является предположение К. Валишевского, что Иоанн был большим любителем женщин, но он в то же время был и большим педантом в соблюдении религиозных обрядов и стремился обладать женщиной только как законный муж.

Кроме того, страна нуждалась в адекватном наследнике.

С другой стороны, по словам Джона Горсея, знавшего его лично, «он сам хвастал тем, что растлил тысячу дев и тем, что тысячи его детей были лишены им жизни» По мнению В. Б. Кобрина, это высказывание, хотя и содержит явное преувеличение, ярко характеризует развратность царя Сам Грозный в духовной грамоте признавал за собой и «блуд» просто, и «чрезъестественные блужения» в частности:

Понеже от Адама и до сего дни всех преминух в беззакониях согрешивших, сего ради всеми ненавидим есмь, Каиново убийство прешед, Ламеху уподобихся, первому убийце, Исаву последовах скверным невоздержанием, Рувиму уподобихся, осквернившему отче ложе, несытства и иным многим яростию и гневом невоздержания. И понеже быти уму зря бога и царя страстем, аз разумом растленен бых, и скотен умом и проразумеванием, понеже убо самую главу оскверних желанием и мыслию неподобных дел, уста разсуждением убийства, и блуда, и всякаго злаго делания, язык срамословия, и сквернословия, и гнева, и ярости, и невоздержания всякаго неподобнаго дела, выя и перси гордости и чаяния высокоглаголиваго разума, руце осязания неподобных, и грабления несытно, и продерзания, и убийства внутрення, ея же помыслы всякими скверными и неподобными оскверних, объядении и пиянствы, чресла чрезъестественная блужения, и неподобнаго воздержания и опоясания на всяко дело зло, нозе течением быстрейших ко всякому делу злу, и сквернодеяниа, и убивства, и граблением несытнаго богатства, и иных неподобных глумлений.(Духовная грамота Ивана Грозного, июнь-август 1572)

Захоронения четырёх, законных для церкви, жён Ивана Грозного находились до 1929 года в Вознесенском монастыре, традиционном месте погребения великих княгинь и русских цариц: «Рядом с матерью Грозного четыре его супруги».

Дети

Сыновья

Дмитрий Иванович (1552—1553), наследник отца во время смертельной болезни в 1553; в том же году младенца случайно выронила кормилица во время погрузки на корабль, он упал в реку и утонул.

Иван Иванович (1554—1581), по одной из версий, погибший во время ссоры с отцом, по другой версии, умер в результате болезни 19 ноября. Женат трижды, потомства не оставил.

Фёдор I Иоаннович, детей мужского пола нет. По рождению сына Иван Грозный повелел построить церковь в Феодоровском монастыре города Переславль-Залесский. Этот храм в честь Феодора Стратилата стал главным собором монастыря и сохранился до настоящего времени.

Царевич Дмитрий, погиб в детстве.

Анастасия Романовна

Царица Анастаси́я Рома́новна Захарьина-Юрьева (Анастасия Романова; 1530/1532—1560) — первая жена царя Ивана Васильевича Грозного, мать царя Фёдора Иоанновича. Смерть царицы, которую считали убийством с помощью яда, тяжело отразилась на душевном состоянии Иоанна и была одним из обстоятельств, обостривших его борьбу с боярством. Анастасия происходила из рода Захарьиных-Юрьевых, впоследствии прозывавшихся Романовыми.

Свадьба

Была младшей из двух дочерей. После смерти отца в 1543 году жила с матерью. Царица Анастасия славилась своей красотой. Будучи очень невысокого роста, она обладала правильными чертами лица, длинными густыми тёмными волосами и, предположительно, тёмными глазами.

После своего венчания на царство (16 января 1547 года) 17-летний Иван решил жениться и в феврале того же года устроил смотр невест, выбрав Анастасию из большого количества претенденток, свезённых со всей России.

Относительно выбора невесты Иоанн повторил тот же способ, который был употреблен при первой женитьбе его отца Василия III и который существовал еще у Византийских императоров. По городам разосланы грамоты к боярам и детям боярским с приказом представить своих детей или родственниц — девиц на смотр наместникам; последние из них выбирали лучших и отсылали в Москву, а здесь между ними уже сам царь выбирал себе невесту. Из толпы собранных красавиц Иван Васильевич выбрал Анастасию Романовну Захарьину-Юрьеву.

Венчалась с царём 3 февраля 1547 года, таинство совершил митрополит Макарий.

«Но не знатность, а личные достоинства невесты оправдывали сей выбор, и современники, изображая свойства ее, приписывают ей все женские добродетели, для коих только находили они имя в языке русском: целомудрие, смирение, набожность, чувствительность, благость, соединенные с умом основательным; не говорят о красоте: ибо она считалась уже необходимою принадлежностию счастливой Царской невесты».

—Николай Карамзин

Женитьба на неровне была плохо воспринята боярами. Например, князь Семен Лобанов-Ростовский обвинил Ивана Васильевича в том, что «их всех государь не жалует, великих родов бесчестит, а приближает к себе молодых людей, а нас ими теснит; да и тем нас истеснился, что женился, у боярина у своего дочерь взял… рабу свою. И нам как служити своей сестре?».

Жизнь в браке

По словам летописцев: «предобрая Анастасия наставляла и приводила Иоанна на всякия добродетели»

Англичанин Дорсет пишет о ней аналогично: «Эта Царица была такой мудрой, добродетельной, благочестивой и влиятельной, что ее почитали и любили все подчиненные. Великий князь был молод и вспыльчив, но она управляла им с удивительной кротостью и умом».

Почти не вмешивалась в дела супруга, но заслужила от недоброжелателей сравнение с нечестивой императрицей Евдоксией, гонительницей Златоуста — по аналогии с её неприязнью к Сильвестру. В посланиях к Курбскому царь упрекал бояр в ненависти к Анастасии, которую они сравнивали с Евдоксией; Сильвестру и его друзьям она была «единого ради малого слова непотребна». Курбский, говоря о смерти царице, упоминает о клевете на Сильвестра и Адашева, «аки бы счаровали ее оные мужи».

Как и было принято в теремах, занималась рукоделием, вышивая пелены, покровцы, плащаницы, воздухи для церквей. Некоторые из них сохранились по сей день.

Родила шестерых детей, большинство из которых умерло во младенчестве.

Смерть

Её здоровье было подорвано частыми родами и болезнями. В 1559 году она серьёзно заболела. Во время этой болезни у царя случилось столкновение с кем-то из советников, которых он и так подозревал в нерасположении к Захарьиным и которые, с своей стороны, считали Захарьиных главною причиною своего падения.

Из-за московского пожара 1560 года царицу увезли в село Коломенское, где она вскоре скончалась.

Версию об отравлении Анастасии поддерживает исследование её останков, проведённое в 2000 году по инициативе заведующей археологическим отделом музеев Кремля Татьяны Пановой. Вместе со специалистами из Бюро судебно-медицинской экспертизы Комитета здравоохранения Москвы геохимики провели спектральный анализ сохранившейся темно-русой косы царицы. В значительной концентрации обнаружены ртуть, мышьяк, свинец. По оценкам учёных такого количества ртути, которая была главным ядом той эпохи, не могло накопиться даже при ежедневном использовании средневековой косметики (для которой типично было высокое содержание соединений ядовитого металла). «Ртуть зафиксирована не только в волосах, где она оказалась в огромном количестве — 4,8 миллиграмма (в перерасчёте на 100 граммов навески), но и в обрывках погребальной одежды (0,5 миллиграмма) и в тлене (0,3 миллиграмма).» Поднимался вопрос о реконструкции портрета царицы по черепу, но он оказался в недостаточно хорошем для этого состоянии.

Была похоронена в кремлевском Вознесенском монастыре. На ее похороны собралось множество народу, «бяше же о ней плач немал, бе бо милостива и беззлоблива ко всем». На похоронах Иван рыдал и «от великого стенания и от жалости сердца» едва держался на ногах". Всю жизнь он вспоминал об Анастасии с сожалением и сравнивал с ней последующих жен.

Последствия кончины

Смерть Анастасии Романовны, наступившая при обстоятельствах, позволяющих предположить отравление, стала причиной резкого психологического кризиса Ивана Грозного; подозревая окружающих в её убийстве, он начал первую заметную кампанию террора против бояр и ближних советников (до 1560 года отношения Ивана с высокопоставленными придворными были уже достаточно напряжёнными, но только с этого времени принято говорить о переходе к террору).

Сам царь во втором послании к Курбскому писал: «…а и с женою меня вы про что разлучили? Только бы у меня не отняли юницы моея, ино бы Кроновы жертвы не было». Также Иван указывал, что «и отравами царицу Анастасию изведоша».

Князь Курбский в «Истории о великом князе Московском» писал, что в смерти жены, вызванной, по мнению Иоанна Грозного, «чародейством», царь обвинил своих бывших советников свящ. Сильвестра и А. Ф. Адашева. Доказательств прямых не было, кроме показаний польки Магдалены, тайной католички, жившей в доме Адашева, которые были добыты под пыткой. На совместном заседании Боярской думы и освященного Собора во главе со святителем Макарием, митрополитом Московским, обвиняемые были осуждены.

Со смертью же царицы Анастасии царь стал гневлив и весьма блудлив: «умершей убо царице Анастасии нача царь яр быти и прелюбодействен зело».

Дети

Анна, Мария, Дмитрий Иванович (1552—1553), наследник отца во время смертельной болезни в 1553; в том же году младенец случайно погиб (утонул в реке)

Иван Иванович (28 марта 1554—1581), погибший во время ссоры с отцом

Евдокия, Фёдор Иванович (31 мая 1557—1598), с 1584 царь.

Мария Темрюковна

Царица Мари́я Темрюко́вна (1545/1546-1569), до крещения княжна Кученей (крещена 20 июля 1561), — вторая жена Ивана Грозного, дочь кабардинского князя Темрюка.

Свадьба

Через восемь дней после кончины Анастасии «Митрополит, Святители, Бояре торжественно предложили ему искать невесты: законы пристойности были тогда не строги». Иван намеревался жениться на сестре польского короля Екатерине, однако последний потребовал за это Псков, Смоленск и Новгород.

В 1560 году царь послал сватов Ф. В. Вокшерина и С.Мякинина на Кавказ «у Черкаских князей дочерей смотрети». 15 июля 1561 года княжна Кученей, «из черкас пятигорских девица», приехала в Москву вместе с братом Салтанкулом (крещ. Михаилом). Им отвели хоромы вблизи Кремля. Вскоре, царь «княжне Черкасской велел быть на своем дворе, смотрел ее и полюбил».

Вскоре в дворцовом Благовещенском соборе собравшимся боярам и духовенству объявили, что Гошаней готовится к обряду крещения и будет наречена Марией — во имя святой Марии Магдалины. В тот же день царь назвал ее своей невестой и по древнему русскому ритуалу вручил своей суженой кольцо и платок, унизанный жемчугом. Была крещена под именем «Мария» митрополитом Макарием. После завершения обряда крещения Иван Васильевич по обычаю преподнес Марии золотой крест-складень, а царевичи Иван и Федор вручили ей кресты, украшенные алмазами и жемчугом.

21 августа состоялось венчание в Успенском соборе. Молодых венчал митрополит Макарий. Видимо, свадебным подарком было блюдо из Оружейной палаты (диаметр — 42,3 см, вес — почти 3 кг), декорированное чернью, на котором, вероятно, ей поднесли свадебный головной убор. Изготовленное из трехкилограммового куска золота свадебное блюдо Марии Темрюковны считается одним из шедевров, сделанных русскими мастерами золотого дела.

Брак Ивана, заключённый вскоре после кончины его первой жены Анастасии Романовны, привёл к возвышению родственников Марии — князей Черкасских, в дальнейшем игравших большую роль в русской истории. Один из её племянников — Хорошай-мурза, во св. крещении Борис Камбулатович, был женат на родной сестре патриарха Филарета Никитича, Марфе.

Английский дипломат Джером Горсей писал: «После этого (смерти Анастасии) он (Иван) женился на одной из черкесских княжен, от которой, насколько известно, у него не было потомства. Обряды и празднества, сопровождавшие эту женитьбу, были столь странными и языческими, что трудно поверить, что все это происходило в действительности».

Жизнь в браке

Единственный её ребёнок, о котором известно — царевич Василий Иванович — умер в двухмесячном возрасте в мае 1563, погребён, по-видимому, в Архангельском соборе, но его надгробие не сохранилось.

В 1562 году и в другие годы сопровождала царя в объезде по монастырям. В июле 1563 года ездила из Александровой слободы с царевичем Иваном Ивановичем на богомолье в Суздаль, а оттуда в Ростов.

В русской истории традиционно принято придавать образу Марии Темрюковны негативные черты и считать её отрицательным персонажем в жизни Ивана Грозного, дурно повлиявшего на его характер. Некоторые современники обвиняли «злонравную» Марию в «порче нрава» царя и переходе к террору.

«Второй брак Иоаннов не имел счастливых действий первого. Мария, одною красотою пленив супруга, не заменила Анастасии ни для его сердца, ни для Государства, которое уже не могло с мыслию о Царице соединять мысль о Царской добродетели. Современники пишут, что сия Княжна Черкесская, дикая нравом, жестокая душою, еще более утверждала Иоанна в злых склонностях, не умев сохранить и любви его, скоро простывшей: ибо он уже вкусил опасную прелесть непостоянства и не знал стыда. Равнодушный к Марии, Иоанн помнил Анастасию, и еще лет семь, в память ее, наделял богатою милостынею святые монастыри Афонские».

—Николай Карамзин

В одном из источников она называется «на злые дела падущая». В другом — хронографе «О браках царя Иоанна Васильевича» — сказано: «В лето 7069 августа 21 обрачился царь вторично на Марии Черкасской Горской… туги нравные и зело лютые…» (крутой нравом и очень злой). Генрих Штаден пишет, что именно она подала ему совет о создании опричнины: Некоторые [из прежних великих князей] заводили было опричные порядки, но из этого ничего не выходило. Также повелось и при нынешнем великом князе, пока не взял он себе в жены княжну, дочь князя Михаила Темрюковича из Черкасской земли. Она-то и подала великому князю совет, чтобы отобрал он для себя из своего народа 500 стрелков и щедро пожаловал их одеждой и деньгами и чтобы повседневно и днем, и ночью они ездили за ним и охраняли его. С этого и начал великий князь Иван Васильевич всея Руси и отобрал из своего народа, а также и из иноземцев особый избранный отряд. Итак устроил опричных и земских.

Он же пишет, говоря об отце царицы Темрюке, что «великий князь бесчестно обошелся с его дочерью». Комментаторы замечают по поводу этой фразы, что с известием Штадена о «бесчестии» царя в отношении жены перекликаются сообщения Пискаревского летописца: «а тогда же опоил царицу Марью Черкаскову», и Горсея: «тем временем он отдалил свою черкесскую жену, постриг ее в монахини и поместил в монастырь», также недостоверные — видимо, он путает её с одной из следующих жён.

Смерть

Мария Темрюковна умерла 6 сентября 1569 в Александровой слободе после возвращения из длительного путешествия в Вологду. Как часто указывают, в новогоднюю ночь 1 (14 сентября) 1569 года под утро она скончалась. Но, судя по надгробной эпитафии, она умерла «6 сентября 1569 г. в седьмом часу ночи, то есть в переводе на современный суточный счет часов — незадолго до полуночи. Встречающаяся в историографии дата 1 сентября, которая восходит к Н. М. Карамзину, по всей видимости, ошибочна, поскольку Карамзин ссылается на надгробную надпись с более позднего надгробного памятника, установленного над могилой Марии.

В полдень Михаил Темрюкович, Алексей и Фёдор Басмановы, Афанасий Вяземский, Борис Годунов, Глинский, Милославский и Вельский вынесли из царских покоев покрытый шелковыми материями гроб с телом Марии и установили его на погребальный возок. Траурный кортеж двинулся в Москву.

Как и после смерти Анастасии, Иван подозревал бояр в том, что они её «извели», утверждая, что она «злокозньством отравлена бысть».

«Кончина двух супруг его, столь несходных в душевных свойствах, имела следствия равно несчастные: Анастасия взяла с собою добродетель Иоаннову; казалось, что Мария завещала ему превзойти самого себя в лютых убийствах. Распустив слух, что Мария, подобно Анастасии, была отравлена тайными злодеями, он приготовил тем Россию к ужаснейшим исступлениям своей ярости.». —Николай Карамзин

Мария Темрюковна была похоронена в Вознесенском соборе кремлевского Вознесенского монастыря у западной стены храма рядом с царицей Анастасией Романовной (слева от её захоронения). В настоящее время (с 1929 г.) ее гробница в подклети Архангельского собора Кремля.

В 1929 г. сотрудниками кремлёвского музея гробницы из обречённого на уничтожение Вознесенского собора были перенесены в подвальную палату Архангельского собора, где они находятся и по сей день. При вскрытии захоронения Марии Темрюковны был обнаружен скелет, завернутый в саван. «Ткань саван, по определению В. К. Клейн (тогдашний заместитель директора Оружейной палаты по научной работе), итальянская камка XVI в. хорошей сохранности на внешних частях. У левого плеча найден восточный сосудик — медная сулейка. Бок её со стороны плеча проржавел и утрачен. Сосуд изъят из гробницы». Хорошо сохранился головной убор царицы — волосник, обнаруженный кремлевскими археологами под руководством Т. Д. Пановой при исследовании захоронений бывшего Вознесенского монастыря в 1984 году. Череп её плохо сохранился, поэтому восстановить скульптурный портрет невозможно.

Собакина, Марфа Васильевна

Марфа Васильевна Собакина (ум. 13 ноября 1571) — третья жена Ивана Грозного, дочь коломенского дворянина. Определённая в жёны царю после традиционной процедуры смотрин невест, наречённая царская невеста Собакина вскоре тяжело заболела. Брак состоялся 28 октября 1571 года, царица Марфа скончалась через 15 дней. Как и в случае с первыми двумя жёнами Ивана, Анастасией Романовной и Марией Темрюковной, ранняя кончина царицы породила подозрения в отравлении и вызвала гнев Ивана; по некоторым данным, в ходе расследования было казнено 20 человек. Добиваясь права заключить запрещённый церковью четвёртый брак, Иван клялся духовенству, что из-за болезни невесты и её скоропостижной смерти она не успела стать ему женой.

Исследование останков Марфы, проведённое в 1990-е годы, не выявило ядовитых металлов и прочих устойчивых веществ; это, впрочем, не исключает использования растительного яда, не поддающегося химическому анализу.

Сообщается, что во время вскрытия гробницы царская невеста лежала в гробу бледная, но как бы живая, не тронутая тлением, несмотря на то что пролежала под землёй 360 лет. Однако в течение нескольких минут её лицо почернело и превратилось в прах.

Колтовская, Анна Ивановна

Анна Ивановна Колтовская (по некоторым данным, Анна Алексеевна) (умерла в 1627) — четвёртая жена Ивана Грозного, на которой он женился 7 января 1572 с разрешения духовенства. Была выбрана на том же смотре невест, что и третья жена царя, Марфа Собакина, и была призвана после скоропостижной смерти последней.

Жил с ней с 1572 до 1575, когда заключил её в Тихвинский монастырь, где она и умерла в 1627 под именем сестры Дарьи.

Анна сумела оказать существенное влияние на Ивана Грозного. Вела систематическую борьбу против опричнины из мести к царю, т.к. её избранник, князь Вяземский, был замучен в одном из Московских застенков по указанию царя. За один год, в течение которого Иван Грозный находился под влиянием Анны и её окружения, были казнены или сосланы почти все руководители опричнины.

Долгорукая, Мария

Мария Долгорукая (Долгорукова) (ок. 1560(1560) — ноябрь 1573) — княжна, по некоторым сведениям 5-я жена царя Ивана IV Васильевича Грозного.

Имя отца Марии в источниках не упоминается, известно только то, что она происходила из рода князей Долгоруких (Долгоруковых).

В ноябре 1573 года Марию приблизил к себе царь Московский и всея Руси Иван IV Грозный. Неизвестно, состоялось ли венчание. По канонам русской православной церкви разрешено было только три брака. Для женитьбы на четвёртой жене, Анне Колтовской Иван получил разрешение от церкви, однако развёлся он с ней только в 1575 году. Но по некоторым сведениям Иван Грозный тайно женился на Марии, но брак не был каноническим. Он продолжался только один день. Обвинив Марию в том, что она в момент брака не была девственной, Иван приказал привязать её к телеге с дикими лошадьми и пустил в пруд, в котором она и погибла.

Васильчикова, Анна

Анна Васильчикова (по некоторым данным, Анна Григорьевна) — шестая супруга царя Ивана Грозного, после Марии Долгорукой, убитой по приказу Ивана Грозного. Царь Иван взял её к себе около 1575 г. Не видно, венчался ли он с ней, носила ли Анна название царицы: в описаниях бракосочетаний Ивана Грозного нет именно этого пятого. Не известно также, чья она дочь. То обстоятельство, что при царском дворе, между ближними царскими людьми, не видно её родственников и что в обиходе Волоколамского монастыря, где записано по «Анне Васильчиковой дачи государские сто рублей», она не названа царицей, — говорит, кажется, за то, что Васильчикова не была венчана. Прожив с царем года два, Васильчикова неволею пострижена была в инокини в суздальском Покровском монастыре.

Василиса Мелентьевна

Васили́са Меле́нтьевна («Василиса, Мелентьева жена») — вдова-москвичка, обыкновенно считается седьмой женой Ивана Грозного, хотя и не была венчана с ним. Царь сделал её своей женой около 1575 г., по одной молитве, без брачного обряда. В одном хронографе сказано, что муж Василисы, Никита Мелентьев, был заколот опричником и что царь постриг её в Новгороде 1 мая 1577 года за то, что заметил её «зрящу яро» на окружничего князя Ивана Девтелева, которого и казнил. По другим источникам Никита Мелентьев был отравлен Малютой Скуратовым, а Василиса была похоронена заживо со своим любовником, убитым Иваном Колычевым в Александровской слободе.

Нагая, Мария Фёдоровна

Мария Фёдоровна Нагая (в иночестве Марфа) — царица, последняя жена Ивана IV, дочь окольничего Фёдора Фёдоровича Нагого.

Замуж вышла в 1580 году; скоро стала царю «неугодной»; по смерти его, с сыном Дмитрием удалена на житье в Углич (1584); в 1591 году лишилась сына и «за недосмотрение за сыном и за убийство невинных Битяговских с товарищи» пострижена в Николовыксинской пустыни, под именем Марфы, откуда вызывалась Борисом Годуновым в 1604 году в Москву, по случаю слухов о Лжедмитрии I, но ничего не открыла и возвращена обратно. 18 июля 1605 года имела торжественный въезд в Москву и признала Лжедмитрия I своим сыном, но после его убийства отказалась от этого признания и 3 июня 1606 года торжественно встретила в Москве мощи святого царевича Димитрия, принесённые из Углича.

Различные источники дают разные даты смерти Марии Фёдоровны: 1608, 1610, 1612.