Договор хранения. 2

Академия  права и управления 

(Челябинский  филиал) 

Юридический  факультет 

Договор хранения 

    Челябинск  2010

     ОГЛАВЛЕНИЕ 

    Введение……………………………………………………………………….3

    1. Общее положение о договоре хранения……………………………..……6

    1.1. Понятие, признаки и место в  системе договорных обязательств…..…6

    1.2. Виды договоров хранения и  их общая характеристика…...…………..19

    2.    Элементы договора хранения…………………………………………...38

    2.1. Субъекты договора хранения……………………………………….…..38

    2.2. Предмет договора хранения…………………………………………….41

    2.3. Форма договора хранения……………………………………………….43

    3. Правовое положение сторон……………………………………………....47

    3.1. Права и обязанности сторон  по  договору  хранения………………...47

    3.2. Ответственность по договору хранения……………………………….64

    Заключение…………………………………………………………………...73

    Список  источников и литературы…………………………………………..80

    Приложения  ……………………………………………………………….…85

1. Договор хранения

ВВЕДЕНИЕ

     Глава  47 Части  второй   Гражданского кодекса  РФ от 26 января 1996 г.¹,

регулирующая  отношения по договору хранения, сразу  же получила широкое применение. Объем  нового законодательного акта в сфере  услуг по договору

хранения (41 статья) убедительно показывает ту роль, которая отводится механизмам хранения в хозяйственном (предпринимательском) обороте. Анализ арбитражной практики показывает, что за период с 1996 по 1997 гг. число рассмотренных российскими судами споров по договорам хранения удерживалось на уровне приблизительно 750 дел в год, а с 1998 по 2001 гг. – 800-900 в год, что сопоставимо с числом аналогичных дел по таким гражданско-правовым договорам, как поручение, комиссия и контрактация².

     Поэтому весьма актуальным представляется появление  исследования, представляющего собой  научно-практический комментарий к действующему законодательству о договоре хранения.

     Литературы, посвященной вопросам отношений  по договору хранения, выпущенной после  принятия действующего Гражданского кодекса  РФ, крайне мало. В основном это комментарии  к гл. 47 Гражданского кодекса РФ, опубликованные сразу после введения Второй части Гражданского кодекса в действие. Однако, несмотря на теоретическую и практическую значимость, некоторые вопросы и особенности законодательного регулирования оказания услуг по договору хранения остались за рамками рассмотрения, что и обусловило выбор темы настоящего исследования.

     Объектом исследования являются общественные отношения, возникающие при заключении договора о хранении.

     Предметом исследования являются нормы действующего российского законодательства, регулирующие исполнение услуг по договору хранения.

     Цель  исследования – научно-практическое разъяснение норм законодательства Российской Федерации об услугах по договору хранения с учетом накопленного практического опыта применения данных норм.

     Исходя из поставленной цели, был сформулирован и решен ряд задач исследования:

         1. анализ правовой документации, от федеральных законов до судебных прецедентов, дающей в совокупности полную и подробную картину отражения понятия и видов договора хранения в отечественном праве;

         2. раскрытие общих положений о договоре хранения;

         3. формулирование легальных признаков договора хранения;

         4. выделение особенностей регулирования услуг по договору хранения.

     Методологическая  основа исследования составляет всеобщий дидактический метод научного познания, отражающий связь теории и практики. Для изучения обозначенной проблемы использовались частно-научные методы: сравнительного исследования; системный анализ, анализ документов, обобщение правоприменительной практики. Исследование базируется на следующих нормативных источниках: Конституция РФ; федеральные конституционные законы; действующее гражданско-правовое законодательство; подзаконые нормативные акты; арбитражно-судебная практика.

     Теоретическую основу исследования составили положения, содержащиеся в работах таких отечественных ученых-цивилистов, как О.С. Иоффе, Л. В. Антонова, З.И. Цыбуленко, А.П. Сергеев, М.И. Брагинский, Е.А. Суханов и др.

     Практическая  значимость исследования состоит в том, что оно способно помочь уяснению и практическому применению норм действующего гражданского законодательства, регулирующих оказание услуг по договору хранения.

     Структура исследования. Данная работа состоит из введения, трех глав, соответствующих поставленным задачам; заключения и списка источников и литературы.

         1. Общее положение о договоре хранения

         1.1. Понятие, признаки и место в системе договорных обязательств

     Обязательство по хранению служит целям сбережения имущества тогда, когда сами организации или граждане не имеют возможности в течение определенного времени самостоятельно хранить у себя это имущество³. В п. 1 ст. 886 Гражданского кодекса говорится, что по договору хранения одна сторона (хранитель) обязуется хранить вещь, переданную ей другой стороной (поклажедателем), возвратить эту вещь в сохранности.

     Это понятие является классическим для  договора хранения. Еще в рамках римского права по договору хранения или поклажи (depositum) передавалась вещь любого качества и любой спецификации на безвозмездное сохранение с обязательством хозяйственно не использовать вещь и вернуть ее в целости и надлежащем качестве. Смысл договора хранения состоял в том, что одна сторона (поклажедатель) не передавала никакого вещного права на данную вещь, уступая только фактическое владение на время, то  есть это было своего рода обязательство по поводу услуги в отношении некоей вещи. Для действительности договора была необходима только реальная передача вещи (даже без обмена какими-либо условиями, молчаливо принятая); дополнительное соглашение может устанавливать условия возврата, порядок дополнительных гарантий, обеспечения и тому  подобное, но не касается основных обязанностей сторон из этого договора.

     Поклажедатель мог и не быть собственником этой вещи, так как признавалось возможным хранить и чужие вещи у другого лица. Поклажеприниматель выступал перед всеми третьими, посторонними данному договору лицами в качестве фактического добросовестного владельца, но право владения его было весьма ограниченным. Любые посягательства на предмет поклажи со стороны третьих лиц отвергались правовыми средствами преторской защиты, но, с другой стороны, поклажеприниматель не имел права хозяйственно использовать вещь: за это он нес ответственность как за причинение ущерба⁴.

     В России первое легальное определение  договора хранения появилось в Своде  законов Российской Империи (1832). В  гл. V кн. 4 договор поклажи характеризовался как «соглашение, в силу которого одно лицо обязывается к сохранению движимой вещи, отданной ему для этой цели другим»⁵.

     В ст. 422 Гражданского кодекса РСФСР⁶ (1964) было предложено следующее определение договора хранения: это договор, по которому одна сторона (хранитель) обязывается хранить имущество, переданное ей другой стороной, и возвратить это имущество в сохранности. 

     Точно так же, по действующему Гражданскому кодексу РФ легальное определение  договора хранения исходит из того, что возвращению подлежит именно та вещь, которая была передана хранителю. В то же время ст. 900 Гражданского Кодекса РФ указывает на исключение из этого правила для случая, когда договором предусмотрено хранение с обезличением. Суть этого договора раскрывает ст. 890 Гражданского Кодекса РФ: «В случаях, прямо предусмотренных договором хранения, принятые на хранение вещи одного поклажедателя могут смешиваться с вещами того же рода и качества других поклажедателей (хранение с обезличением). Поклажедателю возвращается равное или обусловленное сторонами количество вещей того же рода и качества». Как видим, в этом договоре лицо, сдав вещь, которая была у него на праве собственности, хранителю, взамен приобретает право требовать у последнего передачи предметов, сходных лишь по роду и качеству. Таким образом, поклажедатель становится носителем права, предметом которого служат вещи, определяемые родовыми признаками.

     Собственно, римскому праву также был известен этот особый случай договора хранения, заключавшийся в случае поклажи  вещей, определенных родовыми признаками, – так называемая необычная поклажа (depositum irregulare). В этом случае должник обязан был возместить все прямые потери, происходившие с вещами во время хранения (уменьшение количества зерна, молока). К нерегулярной поклаже относилось и отдание на хранение денег – в незапечатанном виде (с запечатанными деньгами спецификации не возникало). По признаку смешения вещей они переходили в собственность поклажепринимателя (как правило, банкира), а поклажедатель приобретал вытекающее из поклажи требование о возмещении суммы, а кроме того – о прямых потерях, в качестве которых теперь выступали проценты по пользованию деньгами.

     Система договоров  в российском гражданском праве  построена по различным классификационным  признакам. Однако наиболее существенный нормообразующий фактор – это  направленность обязательства, под  которой понимается экономический (и юридический) результат, на достижение которого направлены основные действия участников. Именно этот признак предопределяет наиболее значимые правовые элементы договора, суть его содержания. В классификации по признаку направленности выделяется группа договоров, направленных на выполнение работ и оказание услуг. Внутри этой группы, также по признаку направленности, выделен договор хранения, суть которого – оказание услуг по обеспечению сохранности имущества. Таким образом, договор хранения принадлежит к числу договоров об оказании услуг, хотя это и ставилось под сомнение⁷. Как и в других договорах, относящихся к данному типу (экспедиция, поручение, комиссия), в договоре хранения полезный эффект деятельности хранителя не имеет овеществленного характера.

     Определение договора хранения, содержащееся в  п. 1 ст. 886 Гражданского кодекса  РФ, представляет собой классическую элементарную конструкцию договора хранения, который в подобном контексте может быть охарактеризован как одностороннее (обязанное лицо – хранитель), безвозмездное (отсутствует упоминание об оплате услуг) и реальное обязательство хранителя.

     Отнесение договора хранения к реальным договорам  является общим правилом. Участником консенсуальных отношений хранения может быть только профессиональный хранитель. В этом случае передача товара является не моментом заключения договора, а этапом его исполнения (ст. 888 Гражданского кодекса  РФ). Во всех других случаях хранитель и поклажедатель могут установить между собой юридическую связь до передачи вещи, лишь заключив предварительный договор о заключении договора хранения в будущем, к которому будут применяться нормы о предварительном договоре (ст. 429 Гражданского кодекса  РФ). В дальнейшем стороны должны будут заключить реальный договор хранения.

     Следующим конструирующим признаком договора хранения является его возмездность. Гражданский кодекс, давая определние договора хранения (ст. 886), прямо говорит о том, что договор может быть возмездным (как, например, договор купли-продажи – ст. 454) или безвозмездным (как договор ссуды – ст. 689). По данному вопросу мнения правоведов разделились. Это, видимо, вызвано тем, что долгое время договор хранения характеризовался как безвозмездный. На современном этапе развития экономики мы чаще всего сталкиваемся с коммерциализацией отношений по хранению, вследствие чего он все чаще носит возмездный характер. А.П. Сергеев, говоря о возмездности договора хранения, выводит это из статей 896, 897, 924 Гражданского кодекса  РФ ⁸.

     Относительно  того, носит ли договор хранения взаимный характер или является односторонним, в литературе давно существуют разные мнения. «Хотя договор и заключается прежде всего в интересах поклажедателя, – пишет А.П. Сергеев, – более убедительной представляется позиция, согласно которой правами и обязанностями обладают обе стороны, в том числе даже тогда, когда договор хранения является безвозмездным и реальным. Здесь нельзя говорить об их равномерном распределении между сторонами, так как поклажедатель с учетом основной цели договора традиционно пользуется значительно большими возможностями, чем хранитель»⁹. Заметим, что, по крайней мере, две обязанности, а именно: обязанность по возмещению расходов на хранение и получение сданной на хранение вещи, на поклажедателя возлагается практически во всех случаях.

     Как отмечает Е.А. Суханов, специфика комплекса  признаков договора хранения как  обязательства по оказанию услуг  заключается в его двойственной природе: «Двойственность обусловлена различными сферами применения, которые могут быть обозначены как «бытовая сфера» и «профессиональная сфера»¹⁰.

     Действительно, в бытовой сфере, где отношения  сторон хранения продолжают носить лично-доверительный  характер, указанная элементарная конструкция  может найти применение, хотя и  в этой сфере ее значение падает, поскольку и на «непрофессиональном» уровне отношений по поводу хранения все чаще стороны предусматривают возмещение оказанных услуг и, как следствие, двусторонний вариант договора.

     В профессиональной сфере применения договор хранения изначально предполагает такие характеристики, как двусторонность и возмездность, а также вероятная консенсуальность. Подобная конструкция договора предполагает специальный субъектный состав: в качестве хранителя могут выступать коммерческое юридическое лицо либо некоммерческое юридическое лицо, осуществляющее хранение в качестве одной из целей своей профессиональной деятельности, то  есть профессиональные хранители. Кроме того, к числу профессиональных хранителей можно отнести и физических лиц, наделенных статусом индивидуального предпринимателя. Вознаграждение хранителю должно быть специально предусмотрено в законе или договоре. Очевидно, что возмездным чаще всего является договор, в котором хранителем выступает организация, занимающаяся хранением чужих вещей в качестве профессиональной деятельности.

     В научной литературе выделяют четыре основные конструкции  отношения по хранению, которые возникают  в практической деятельности. Первая построена по модели договора, когда соответствующая услуга носит самостоятельный характер, – собственно договор хранения. Во второй – обязательство по хранению составляет неотъемлемую часть сложного договора, причем осуществление основного обязательства невозможно без хранения, – например, договор перевозки. В третьей конструкция хранения входит в состав смешанного договора, при которой элементы различных договоров, в том числе и хранения, подбираются специально для конкретного случая самими сторонами. При этом различаются два варианта: когда хранение обслуживает основное обязательство, например договор транспортной экспедиции, и когда хранитель как сторона по договору принимает на себя, помимо обязательства хранения, иные сопутствующие обязательства, например хранение на таможенных складах¹¹.

     В общей классификации обязательств рассматриваемые отношения принадлежат к обязательствам по оказанию фактических услуг. Здесь один из контрагентов поручает другому ведение определенного дела, не связанного с созданием материального (овеществленного) результата, так как оно направлено на достижение иных целей, не связанных с возникновением правовых последствий.

     Договор хранения часто является самостоятельным  договором. Но он может быть составной частью иных соглашений – договоров перевозки, экспедиции, поставки и др. В таких случаях хранение является дополнительным элементом других обязательств, принятых стороной для исполнения основного обязательства, и взаимоотношения сторон по хранению регулируются нормативными актами, относящимися к основному договору. Например, правила по обеспечению сохранности грузов на складах железной дороги и во время перевозки определяются Уcтавом железнодорожного транспорта РФ¹², а для других видов перевозки – соответствующими транспортными уставами и кодексами (ст. 796 Гражданского Кодекса). В п. 7 Правил комиссионной торговли непродовольственными товарами, утв. постановлением Правительства РФ от 26 сентября 1994 г. № 1090¹³, установлено, что «комиссионер несет полную ответственность перед комитентом за утрату и повреждение товара, принятого на комиссию». Размер и порядок возмещения нанесенного комитенту ущерба определяется соглашением сторон. Федеральный закон от 16 февраля 1995 г. «О связи»¹⁴ в ст. 33 предусматривает, что операторы связи несут ответственность за сохранность принятых почтовых и иных отправлений.

     Вопрос  о месте договора хранения в системе иных договорных обязательств важен в связи с тем, что в практике арбитражных судов возникают сложности с разрешением споров, которые вытекают из договоров хранения, взаимосвязанных с иными гражданско-правовыми договорами: купли-продажи, поставки и так далее.

     Так, АОЗТ (Акционерное общество  закрытого типа) «Пламя» обратилось в арбитражный суд г. Москвы с иском к АОЗТ «Новые Черемушки» о взыскании 844 000 000 рублей основного долга, 1 271 793 466 рублей процентов за пользование чужими денежными средствами, 5 026 676 рублей убытков и 200 000 000 рублей за хранение продукции.

     В судебном заседании ответчик признал  иск в сумме 111 000 000 рублей за хранение продукции и выставил встречный иск к АОЗТ «Пламя» о взыскании 118 243 750 рублей стоимости оплаченной, но не полученной продукции, 3 502 459 рублей, составляющих 5% годовых за пользование чужими денежными средствами, 23 648 750 рублей, составляющих 20% штрафа за поставку некачественной продукции, 42 567 749 рублей штрафа и пеней за несвоевременный возврат денежных средств и 14 553 000 рублей процентов за пользование кредитом.

     Решением  суда с ответчика взыскано 814 894 000 рублей основного долга, 200 000 000 рублей расходов за хранение продукции, 1 213 047 097 рублей процентов за пользование чужими денежными средствами. Этим же решением отказано в удовлетворении встречного иска. Постановлениями апелляционной инстанции и федерального арбитражного суда Московского округа решение суда оставлено без изменения.

     В протесте заместителя Председателя Высшего Арбитражного Суда РФ предлагалось все названные судебные акты отменить и направить дело на новое рассмотрение.

     Как видно из материалов дела, между  АОЗТ «Пламя» (продавец) и АОЗТ «Новые Черемушки» (покупатель) был заключен договор поставки, согласно которому продавец обязался поставить 2000 т овощей, а покупатель – принять и оплатить их в течение 10 банковских дней в сумме 2 175 000 000 рублей.

     В протоколе согласования цен к  указанному договору стороны предусмотрели  закладку всей подлежащей поставке овощепродукции на ответственное хранение в АОЗТ «Пламя» с последующим заключением договора. АОЗТ «Новые Черемушки» произвело частичную предоплату в сумме 531 000 000 рублей.

     Стороны заключили договор хранения, в котором на АОЗТ «Пламя» (хозяйство) возложена обязанность доставить на склады АОЗТ «Новые Черемушки» (заготовителя) 2000 т продукции. Был составлен акт сдачи-приемки продукции на хранение. Ответчик к ранее произведенной предоплате перечислил истцу 700 000 000 рублей.

     По  мнению истца, недоплата за поставленную продукцию с учетом обязанности ответчика ее оплатить и 200 000 000 рублей за хранение составила 1 044 000 000 рублей. Указанные обстоятельства послужили основанием для предъявления иска.

     Ответчик, признав исковые требования только в части недоплаты за хранение продукции в сумме 111 000 000 рублей, предъявил к истцу встречные требования.

     Суд первой и апелляционной инстанций, частично удовлетворив требования АОЗТ «Пламя» и полностью отказав в удовлетворении встречного иска, исходили из того, что на хранение была заложена именно поставленная по договору поставки продукция, которую ответчик должен был оплатить, а также из того, что обе стороны не выполнили своих обязательств в полном объеме.

     Кассационная  инстанция пришла к выводу, что  ответчик после заключения договора хранения стал собственником заложенной на хранение продукции, в связи с чем договор поставки является прекращенным как исполненный. Поэтому ответчик, сдав на хранение всю причитающуюся ему по договору поставки продукцию, не вправе требовать возврата средств и взыскания процентов и неустойки.

     Между тем в соответствии с ст. 408 Гражданского Кодекса обязательство прекращается надлежащим исполнением, которое соответствует условиям обязательства и требованиям закона.

     Исполнением договора поставки является сдача продукции по количеству и качеству. Такая сдача продукции в натуре документально не подтверждена. Акт приема-сдачи продукции свидетельствует только о закладке на хранение определенных видов овощепродукции, а не об исполнении договора поставки.

     Суд первой и апелляционной инстанций  пришел к выводу о том, что обе  стороны не выполнили своих обязательств в полном объеме, не исследовали  и не оценили имеющиеся в деле приемные акты по количеству и качеству продукции и не установили, в каком объеме исполнены сторонами обязательства. С учетом этого все принятые ранее судебные акты были отменены, дело направлено на новое рассмотрение в арбитражный суд г. Москвы¹⁵.

     От  договора имущественного найма хранение отличается тем, что договор заключается в интересах поклажедателя и не предполагает пользование вещью хранителем. Общим для этих договоров является необходимость вернуть именно ту вещь, которая была передана хранителю или арендатору, а не подобную ей. Исключение предусмотрено для хранения родовых вещей (ст. 890, 918 Гражданского Кодекса РФ).

     От  договора займа хранение отличается тем, что по договору займа переходит  право собственности, а при хранении – хранитель не вправе осуществлять в отношении вещи права собственника, не может распоряжаться переданными ему вещами, а должен их сохранять. Исключение из этого общего правила установлено ст. 917 Гражданского Кодекса РФ

     Как указывает З.Г. Крылова, «Хранение следует отличать от обязательства охраны (например, вневедомственной сторожевой охраны), которое не требует передачи и возврата хранителем имущества, как при хранении. Отношения по охране регистрируются договором возмездного оказания услуг, и поэтому нормы о хранении к ним не применяются»¹⁶.

     Несмотря  на некоторое фактическое сходство хранения с рядом других обязательств, их правовое регулирование принципиально различно. Например, хранение, так же как и аренда, предполагает передачу имущества во временное владение другому лицу с условием возврата. Но разница в том, что при хранении услугу оказывает лицо, принимающее вещь во владение, а при аренде основное договорное действие (предоставление имущества во владение и пользование) совершает арендодатель.